Текст книги "Болен тобой (СИ)"

Автор книги: Тина Рамм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 16

Глава 16

Варя

Марк затащил меня в туалетную кабинку так резко, что я не успела даже пикнуть.

Дверь захлопнулась за нами с глухим щелчком, и я оказалась заперта с ним в узкой кабинке. Места было достаточно, но он стоял так близко, что я чувствовала жар, исходящий от его тела. Он нависал надо мной, загораживая свет, и я чувствовала себя маленькой и беспомощной.

– Какого чёрта ты творишь?! – выкрикнула я, отталкивая его, но он даже не шелохнулся. – Ты вообще в своём уме?!

– С каких пор ты стала девушкой Рафаэля? – спросил он, и его голос был низким, почти шипящим. В нём звучала угроза, которая заставляла моё сердце биться быстрее.

– Он сказал, что я его подруга! – выпалила я, чувствуя, как внутри меня закипает злость.

– Мне похуй, как он выразился, – отрезал Марк, и его глаза потемнели. – Суть одна – вы встречаетесь.

Я усмехнулась, чувствуя, как в груди разгорается холодный огонь.

– Какое тебе дело? Ты пришёл сюда с Лилей. Ты не имеешь права лезть в мою жизнь!

– Я хотя бы не вру Лиле. Между нами чисто секс. Она знает, что я не обещаю ей ничего. А ты врёшь своему парню. Ты врёшь ему о том, что ты целовала меня.

Я почувствовала, как мои щёки заливаются краской. Злость и стыд смешались внутри меня, превращаясь в горячий, пульсирующий ком.

– Это была ошибка, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. – Я не хотела этого. Это ничего не значит.

Он ухмыльнулся – холодно, опасно, и я увидела, как его глаза скользят по моим губам.

– Ошибка? – переспросил он. – Ты ответила на поцелуй. Ты впилась в мои плечи, как будто боялась, что я исчезну. Если бы нам не помешала моя мама… – Марк наклонился, едва не коснулся моих губ. – я бы оказался в тебе. Прямо там, и ты бы позволила мне трахнуть тебя.

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, оставляя маленькие полумесяцы на коже. Его слова обжигали меня, цепляли за гордость.

Он считает меня дешевкой? Той самой которую можно случайно трахнуть в кладовке дома своих родителей?

Но я не дала ему увидеть, что он задел меня. Я подняла голову, встретила его взгляд, и в моих глазах горела холодная сталь.

– Ты не имеешь ни малейшего права лезть в мою жизнь. И если ты хотя бы раз при Рафаэле попытаешься намекнуть на то, что было в кладовке, я расскажу твоей сестре про ту ночь в клубе. Про то, как ты предлагал мне «снять номер». Думаешь, ей будет приятно узнать, каким гадким ты можешь быть?

Его глаза вспыхнули. На мгновение я увидела в них злость, такую холодную, что у меня перехватило дыхание.

– Ты не посмеешь, – сказал он, и его голос стал тихим, почти беззвучным.

Я не сводила глаза с его лица.

– Хочешь проверить?

Его дыхание стало глубже, и я чувствовала, как воздух между нами становится густым, почти осязаемым.

А потом Марк схватил меня за талию, притянул к себе так резко, что я ударилась об его мощное тело. Его губы накрыли мои.

Это было не просто прикосновение губ – это был удар. Грубый, жадный, безжалостный. Его рука вплелась в мои волосы, сжала их у корней, запрокидывая мою голову назад, оголяя шею. Его язык проник в мой рот с такой уверенностью, будто он имел на это право. Я почувствовала, как его зубы прикусывают и оттягивают мою нижнюю губу – не больно, а предупреждающе, собственнически, будто он ставил на мне метку.

Я должна была оттолкнуть его, но моё предательское тело, уже не слушалось меня. Руки сами нашли его шею, поднялись выше и нащупали жесткий ежик волос на затылке.

Из горла против воли вырвался несдержанный стон. Марк сразу среагировал на это:

– Черт, Варя… Ты так сладко стонешь… Я хочу слышать это снова и снова.

Я сгорала. Внутри меня всё горело – злость, стыд, то тёмное, запретное желание, которое я пыталась похоронить так глубоко, как только могла.

Его запах, вкус, руки, которые уже скользили по моему телу, сжимали мою талию, бёдра, ягодицы, – всё это стирало границы между «правильно» и «неправильно».

Где-то на задворках сознания, в той крошечной части меня, которая ещё могла думать, я понимала, что это неправильно. Что я предаю Рафаэля. Что я должна остановиться, пока не стало слишком поздно. Но каждое прикосновение Марка сжигало эти мысли, превращая их в пепел, который развеивался, стоило его пальцам коснуться моей кожи.

– Скажи, что не хочешь меня, – прорычал прямо в губы, а его пальцы сжали мои бёдра так, что я почувствовала, как он ждёт моего ответа. – Скажи, что любишь его, и я остановлюсь.

Мое молчание он воспринял как призыв к действию.

Мужские руки легли на мои ягодицы и рывком задрали платье. Я почувствовала, как прохладный воздух коснулся моих бёдер, а затем его пальцы скользнули по моим ягодицам, сжали их, а затем опустились между ног.

Я почувствовала, как он касается меня через кружево трусиков, и по моему телу пробежала дрожь – такая сильная, что я едва устояла на ногах. Внутри меня всё сжалось и расслабилось одновременно, как будто моё тело ждало этого момента.

– Дрожишь, мышонок, – его голос завибрировал у уха. – Боишься того, что может произойти?

Я не могла вымолвить ни слова. Язык прилип к небу, я как будто опьянела.

Все происходило слишком, слишком быстро, а мой мозг, превратившийся в желе, не успевал реагировать.

– Блять, ты насквозь промокла… Течешь для меня?

Он развернул меня к стене, прижав грудью к прохладному мрамору и прижался внушительной эрекцией прямо к пояснице.

Я заскулила и поерзала на месте от желания. Марк довольно усмехнулся.

Зацепившись пальцами за мои трусики, он спустил их к моих коленям. А потом я услышала, как он расстегнул ремень. Господи… Что мы творим? Он собирается взять меня прямо тут, когда в зале нас ждет Рафаэль и Лиля?

Я не успела опомниться и через мгновение почувствовала его пальцы внутри себя. Я зажмурилась, чувствуя, как его пальцы движутся медленно, глубоко, настойчиво. Моё тело дрожало, прижимаясь к его руке, я сама насаживалась на его пальцы… И ничего не могла с собой поделать.

Ноги подкашиваются, стоны вырываются из груди.

Его пальцы двигались внутри меня, и я чувствовала, как моё тело становится чужим, как оно живёт своей жизнью и подчиняется ему. Я тихо застонала, и он выругался сквозь сжатые зубы, почти зло.

– Такая горячая… Блять, я не могу больше терпеть. Я трахну тебя, Варя.

Внизу живота закрутилась та самая долгожданная спираль и через мгновение меня подбросила в вакуум. Я зажмурилась, но перед глазами загорелись вспышки. Волна удовольствия прокатилась по телу, я выгнулась в пояснице и шептала, словно мантру:

– Боже… Боже… Боже…

С трудом разлепив веки, я пыталась отойти от самого мощного оргазма в своей жизни.

– Марк... – выдохнула, и мой голос звучал хрипло, почти сломлено.

Марк вытащил пальцы, и я почувствовала, как что-то тёплое и влажное стекает по моему бедру.

Я развернулась к нему лицом. Марк замер. Его рука, всё ещё влажная, остановилась в воздухе, и я увидела, как он переводит взгляд с неё на моё бедро. Там была кровь. Тонкая алая струйка стекала по моей коже, оставляя влажный след на мраморе.

Его глаза расширились. Впервые за всё время я увидела в них не холод, не злость и даже не насмешку. Шок.

– Ты что... – начал он, и его голос сорвался. Он смотрел на меня, на кровь, на моё лицо. – Варь, ты девственница?

Глава 17

Глава 17

Варя

Я не могла говорить. Я стояла, прижавшись к стене спиной, чувствуя, как дрожат колени.

Я смотрела на него, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Для него это был просто секс, а для меня – это был первый раз. Господи, как унизительно!

– Ты... – он сделал шаг назад, и я видела, как его лицо меняется. – Черт, ты должна была сказать мне.

Я резко подняла свою сумочку с пола, вытащила оттуда влажные салфетки и вытерла кровь с внутренней стороны бедра, пытаясь справиться со стыдом.

Как я могла быть такой легкомысленной дурой и позволить этому мерзавцу лишить меня девственности в туалетной кабинке?

Глаза подскочили к его лицу. Марк смотрел на меня, и я видела, как его лицо становится напряжённым. Он шагнул ко мне, и я отшатнулась, прижимаясь спиной к стене.

– Варя, – сказал он почти шёпотом. – Я... я не знал. Я не хотел...

– Не надо, – перебила я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. – Ты получил, что хотел. Мы квиты.

– Я не хотел, чтобы так вышло, – сказал он тихо.

Когда на моих ногах не осталось ни одного следа крови, я быстро натянула трусики. Нужно бежать отсюда, я больше не могу находиться с ним в одном помещении!

– Ты всегда получаешь то, чего хочешь, Марк, – ответила я, поднимая свою сумку с пола.– Но на этот раз ты получил больше, чем заслуживал.

Я опустила глаза и толкнула дверь кабинки, чувствуя, как внутри меня всё дрожит.

Я вышла, оставляя его одного.

Мои ноги дрожали, а каблуки подкашивались, когда я вышла в коридор туалетной зоны. Сердце все еще колотилось как гоночный мотор. Я должна была умыться, привести себя в порядок, скрыть следы того, что произошло. Но я даже не успела дойти до раковины.

Я столкнулась с Рафаэлем у самой двери.

Он стоял, прислонившись плечом к стене, и смотрел на меня с лёгким беспокойством. В его руке был телефон, и я поняла, что он, наверное, уже собирался писать мне или звонить.

– Варя, что случилось? – спросил он, и в его голосе звучала искренняя тревога. – Ты так долго… Я уже начал переживать.

Я почувствовала, как внутри меня всё сжимается. Паника. Холодная, липкая паника. Ещё пара секунд и он мог увидеть меня, выходящей из кабинки, в которой был Марк.

– Всё в порядке, – выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Просто… маленькая стычка с Марком. Не обращай внимания.

В этот момент дверь туалета распахнулась, и оттуда вышел Марк.

Он выглядел почти невозмутимым – волосы чуть взлохмачены, рубашка заправлена, но я видела, как его руки слегка дрожат, а его дыхание всё ещё сбито. Он перевёл взгляд на меня, потом на Рафаэля, и его глаза потемнели.

Рафаэль переводил взгляд с меня на Марка, и я видела, как его лицо меняется. На нём появилась настороженность, в глазах мелькнула тень сомнения.

– Варя… – начал он, но я не дала ему закончить.

Я схватила его за руку, сжала пальцы и резко потянула к выходу.

– Пошли, – сказала я, чувствуя, как меня трясет крупной дрожью. – Я больше не хочу здесь находиться. Поехали домой.

Рафаэль не сопротивлялся. Он пошёл за мной, чувствуя, как я сжимаю его руку, и я видела в его глазах недоумение, смешанное с беспокойством. Но он промолчал.

Мы подошли к столику, где сидела Лиля, и я на секунду встретилась взглядом с ней. Она смотрела на меня с лёгким удивлением, но я видела, как её взгляд скользит к выходу, где всё ещё стоял Марк. Что-то промелькнуло в её глазах, но она ничего не сказала.

Рафаэль взял свою куртку и повернулся к сестре.

– Лиль, мы уходим, – сказал он, и его голос был ровным, но я чувствовала в нём напряжение. – Варя устала.

Лиля кивнула, но я видела, как она смотрит на меня и на моё раскрасневшееся лицо. Она ничего не сказала, но её взгляд говорил мне, что она понимает: здесь произошло что-то, что не вписывается в обычный вечер.

Я вышла из ресторана и свежий воздух хлестнул по лицу. Я дышала глубоко, пытаясь успокоиться, пытаясь прогнать из головы прикосновения Марка, его запах и голос, который всё ещё звучал в моих ушах.

– Варь, что случилось? – спросил Рафаэль, когда мы подошли к его машине. Он смотрел на меня, и я видела, как его глаза ищут ответы.

– Ничего, – ответила я, стараясь улыбнуться. – Просто устала. Поехали.

Он открыл мне дверь, я села в машину, и мы поехали в тишине. Я бесцельно пялилась в окно на огни города, которые проплывали мимо.

Рафаэль молчал несколько минут, но я знала, что он не оставит это так.

– Варь, – сказал он наконец, и его голос был мягким, но настойчивым. – Из-за чего вы поссорились с Марком? Он тебя обидел? Хочешь я поговорю с ним?

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри меня разливается горячая волна стыда. Какой же он замечательный! Чуткий, внимательный, готовый защитить меня, даже не зная, что произошло на самом деле. А я только что позволила другому мужчине прикасаться ко мне в туалетной кабинке ресторана.

Я позволила Марку украсть то, что должна была отдать Рафаэлю или любому другому хорошему парню!

Какая же я гадкая! Как я могла так поступить с ним, с таким добрым, заботливым человеком? Он не заслуживает того, чтобы ему врали.

– Ничего особенного, – ответила я, не поворачивая головы. – Просто… он сказал что-то грубое. Я огрызнулась. Всё. Наши типичные отношения.

– И это тебя так расстроило?

– Рафаэль, – сказала я, и в моём голосе послышалась усталость. – Пожалуйста, не зацикливайся на этом.

Он замолчал. Я чувствовала, как он хочет спросить ещё что-то, но он сдержался. И в этой тишине я чувствовала себя ещё хуже, потому что я врала ему.

Я смотрела в окно, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Я ненавидела себя за то, что позволила Марку сделать это со мной. Я ненавидела себя за то, что хотела этого. И я ненавидела себя за то, что Рафаэль сидел рядом и ничего не знал.

Я знала, что с этой минуты всё изменится. И я не знала, смогу ли я когда-нибудь относится к Марку так, как раньше.

Глава 18

Глава 18

Варя

Я взяла дополнительные смены в цветочном, чтобы как можно реже бывать в доме Сивцовых. Наталия, моя начальница, добродушно пошла мне навстречу.

Не представляю, как после случившегося я смогу сидеть с Марком за одним столом и делать вид, что ничего не было. Будто те несколько минут в кабинке не перевернули всё моё существование с ног на голову.

Из-за этого я как никогда раньше загорелась мыслью съехать в квартиру. Сбежать. Спрятаться. Начать всё с чистого листа, где не будет его холодных глаз и наглых насмешек.

В общежитие я попаду только через два месяца, да и туда не особо хотелось возвращаться. Душ на всех, вечные очереди в ванную, шумные соседи, которые не дают уснуть по ночам.

У меня была бабушкина сталинка, но я не могла там жить. Каждая вещь в этой квартире хранила боль, которую я не могла вынести. Воспоминания вспарывали душу при каждом взгляде на знакомые стены.

Я не могла оставаться там больше нескольких часов – не то что жить.

Но оставаться в доме Сивцовых, где его тень маячит за каждым углом – это будет медленное самоубийство.

Нужно будет попытаться продать сталинку и купить небольшую однушку или студию в новостройке.

И тогда, когда я уже почти убедила себя, что справлюсь, ко мне пришло сообщение от Рафаэля. Он знал, что я хочу съехать от Сивцовых, и давно предложил помощь. Его лучший друг – риелтор. Он обещал не брать процент за свою работу, «просто как помощь другу». Но до этого я отказывалась от его предложения, не особо уверенная в своем решении.

Я смотрела на экран и чувствовала, как внутри меня разливается странное тепло. Он был таким хорошим. Таким правильным. Он не заслуживал того, что я сделала. Он не заслуживал того, чтобы я сидела и врала ему, глядя в глаза, когда внутри меня всё ещё горит чужое прикосновение.

Прошло несколько дней с тех пор, как Марк лишил меня девственности в той туалетной кабинке, и я чувствую себя настоящей предательницей перед Рафаэлем. Целые сутки после этого я не отвечала на его сообщения и звонки.

Я лежала в кровати, уставившись в потолок, и переживала снова и снова. Я хотела, чтобы он исчез из моей жизни и оставил меня наедине с моим позором.

Я даже думала рассказать ему правду. Признаться, что я позволила другому мужчине прикасаться ко мне, позволила ему войти в меня, разрушить всё, что я строила. Я думала расстаться с ним, потому что он заслуживал честности, а я не могла дать ему даже этого.

Но потом меня отпустило. Не потому что я стала легче. А потому что я поняла: если я расскажу ему правду, я потеряю его. А он был единственным светлым пятном в этом аду.

Я пообещала себе, что это больше не повторится. Я больше не буду такой дурой. Я вычеркну Марка из своей жизни. Я начну сначала. С чистого листа.

И я верила в это.

Почти.

Я уже закрывала кассу и пересчитывала выручку, когда в магазин ворвалась Лиза – свежая, сияющая, с двумя огромными пакетами из дорогих бутиков. Она влетела в дверь, как ураган, и я почувствовала, как воздух наполнился её привычной энергией.

– Варька! – воскликнула она, бросая пакеты на пол и обнимая меня. – Ты представляешь, я такой топ я тебе купила! И платье, которое смотрелось на мне просто космически! Мы должны пойти куда-нибудь!

Я улыбнулась, чувствуя, как её энергия слегка согревает мою уставшую душу.

– Рада за тебя, – сказала я, возвращаясь к кассе. – Но у меня смена закончилась, и я хочу домой. В душ и спать.

– Домой?! – возмутилась Лиза, всплеснув руками. – Кстати! У тебя же скоро день рождения! Тебе уже двадцать! Мы должны это отметить! Устроить тусовку, позвать друзей, купить торт, шарики…

– Лиза, нет, – твёрдо сказала я, закрывая кассу. – Я ничего не планирую. Может быть, вечером посидим с тобой в какой-нибудь кафешке, возьмём по куску торта. И всё. Без шариков, без тусовок.

Лиза надулась, и я видела, как её плечи опустились.

– Варь, ну почему ты всегда так? – сказала она обиженно. – Ты должна радоваться, а не прятаться в свою раковину!

Я вздохнула, чувствуя, как внутри меня поднимается усталость.

– Лиза, прости, но я просто не хочу.

Она недовольно вздохнула, но я знала, что она не будет давить. Лиза умела слушать, когда это было действительно нужно.

– Ладно, – сказала она, беря свои пакеты. – Но обещай, что мы хотя бы посидим в кафе!

– Обещаю, – кивнула я.

Мы вышли из цветочного, и я уже собиралась направиться в сторону автобусной остановки, как Лиза схватила меня за руку.

– Варь, стой – сказала она с лёгкой неловкостью. – Нас уже ждут. Марк предложил нас подвезти.

Я замерла.

Моё сердце пропустило удар, а затем начало биться быстрее, пульсируя где-то в горле. Я смотрела на неё, чувствуя, как внутри меня поднимается паника.

– Лиза, почему ты меня не предупредила? – мой голос прозвучал резче, чем я планировала. – Я бы… я бы дошла сама.

– Он сам позвонил, – пожала плечами Лиза. – Сказал, что едет мимо и может нас подбросить. Я не думала, что ты будешь против. Машина же… удобно.

Я сжала губы, чувствуя, как внутри меня закипает злость на Марка. Он использует свою сестру, чтобы побесить меня.

– Пойдём, – сказала Лиза, уже направляясь к чёрному седану, который стоял на противоположной стороне улицы.

Мне пришлось идти за ней.

Лиза открыла заднюю дверь и юркнула внутрь, устраиваясь рядом с братиком. Я хотела последовать за ней, но увидела, что Левушка сидит на детском автокресле, которое занимает почти всё место. Левушка радостно замахал мне рукой.

Марк сидел за рулём, и я чувствовала его взгляд даже сквозь тонированные стёкла.

– Варя! – закричал Лева. – Смотри, какого робота мне купил Марк! Он умеет превращаться в машинку!

Я улыбнулась ему, чувствуя, как его радость слегка разряжает моё напряжение.

– Садись вперёд, Варь! – сказала Лиза, не глядя на меня. – Тут места уже нет.

Я замерла на мгновение, ругаясь про себя. Сделав глубокий вдох, я открыла переднюю дверь.

Марк посмотрел на меня, когда я села рядом. Его лицо было непроницаемым, но я чувствовала его взгляд, который скользнул по моему лицу.

– Привет, – сказал он, и его голос был ровным, почти безразличным.

– Привет, – ответила я, стараясь не смотреть на него.

Я пристегнулась и уставилась в окно, делая вид, что меня интересуют дома и деревья за стеклом. Я чувствовала его взгляд на себе – лёгкий, почти невесомый, но я знала, что он смотрит. Постоянно. Как будто я была чем-то, что он не мог игнорировать.

Левушка болтал без умолку, рассказывая о том, как они с Марком сегодня были в парке аттракционов. Он перечислял все карусели, на которых они катались, и я слушала с лёгкой улыбкой, наслаждаясь его детским восторгом.

– А потом Марк купил мне мороженое! – восторженно заявил он. – И мы катались на чёртовом колесе! Было так высоко!

– Здорово, – сказала я, поворачиваясь к нему. – Ты, наверное, всё видел сверху?

– Да! – закричал он. – Я видел весь город!

Я улыбнулась ему, и в этот момент я почувствовала, как тёплые пальцы касаются моей кожи на бедре.

Марк переключал передачу. Но его пальцы задержались на моём бедре на долю секунды дольше, чем нужно. По телу пробежал горячий разряд тока. Моё дыхание сбилось, и я замерла, чувствуя, как его пальцы слегка сжимаются, а затем исчезают.

Я не посмотрела на него. Я не могла.

Но я чувствовала, как в том месте, где он коснулся меня, всё ещё горит его прикосновение.

Я сжала руки в кулаки и заставила себя смотреть в окно, делая вид, что ничего не произошло.

Когда мы подъехали к дому, Марк вышел из машины первым. Он открыл заднюю дверь, и Левушка с радостным криком выпрыгнул наружу, продолжая показывать своего робота.

– Марк, смотри! – крикнул он. – Я могу сделать так, чтобы он стрелял!

Марк улыбнулся брату и наклонился к нему, помогая ему поправить деталь на игрушке.

Я смотрела на них, и вдруг меня накрыло странное щемящее чувство.

Он стоял рядом с Левушкой, его лицо было тёплым, почти нежным, и я впервые видела его таким. Без холодной маски, без насмешки, без игры. Просто старший брат, который заботится о младшем. Который возится с ним, как отец.

Особенно учитывая, что этот ребенок вечно недолюбленный в этой семье. Марк это видит и пытается возместить.

Марк выглядел как отец. Ему очень шло быть отцом – сильным, надёжным, заботливым. Я представила его с ребёнком на руках, и у меня перехватило дыхание.

Я поймала себя на этой мысли и с ужасом поняла, что не могу отвести взгляд. В этот момент он поднял глаза и мы встретились с ним взглядом. Я быстро отвернулась и поспешила в дом.