Текст книги "Тактик 14 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 4
Много работы для Хайцгруга

Звук нервно барабанящих пальцев Альда Дерша резко оборвался.

– Охрана каравана смята, – продолжал я бесстрастно фиксировать события. – Караванщики разбежались и это был правильный выбор. К сожалению, лошадей они не распрягли, поэтому бедные животные обречены.

– Это… это невозможно, – хрипло выдавил Альд Дерш. – Этот погост довольно-таки далеко от нашего городского. Неизвестный враждебно настроенный некромант организовал два восстания мертвецов?

Я проигнорировал панику гильдмастера и попытку как-то объяснить ситуацию.

«Хайцгруг, ты как?», – я активировал Рой, обращаясь к тем, кто уже в строю и больше всего подходит для новой драки.

«Нормально, босс. Мы обошли город, разнесли ещё с дюжину скелетов».

«Думаешь, с кладбища разбежались?»

«Нет, это те, кто восстал прямо там, на месте. Наверное, старые забытые могилы».

«А укушенные есть?»

«Ну да, есть парочка».

«Они с тобой?»

«Отправил их в Цитадель, к Зульгену».

«Всё верно. Слушай, сворачивай патрулирование, сейчас я выгоню на улицы стражу, пусть прочешут всё, а твой батальон нужен за городом».

«Что делать, босс?»

«Выходи из города и направо по тракту. В предместье есть кладбище, там тоже восстали скелеты и их много. Цель – тотальное уничтожение и зачистка».

«Гражданские там есть?» – уточнил орк.

«Нет там никого. Кто смог – сбежал, кто остался – уже убит».

Отстав от Хайцгруга, я потянулся ко всем гарнизонам всех поселений и приграничным фортам.

«Всем! У нас восстание нежити. Переходите в полуосадное положение! Повысить боеготовность, быть готовыми к нападению групп нежити. Подготовиться к осаде, проверить известные вам захоронения усиленными группами. Если это рискованно, то вылазок не совершать. Предупредить мирное население, принять внутрь стен жителей сёл».

Я деактивировал оба навыка и открыл глаза.

– Что там, босс? – пробасил Мурранг.

– Ещё один погост, в предместьях.

– Восстали? Все? – нахмурился гном.

Я кивнул.

Иллюзия мира, спокойствия и контроля, так старательно выстраиваемая гражданской администрацией, разлетелась вдребезги.

Майклиф сидел белый как мел, желваки на скулах ходили ходуном.

Альд Дерш протяжно вздыхал.

Управленцы столкнулись с суровой реальностью, которую больше нельзя было списать на случайную диверсию залётного мага.

– Время пустых дебатов вышло, господа, – я перевёл взгляд на побледневшего гильдмастера. – Сейчас я отправлю стражу проверить улицы, но… Ситуация в Гинн изменилась. Поскольку меня мало волнуют глобальные проблемы, займёмся нашим молодым герцогством. Итак, Газария переходит на осадное положение, а Порт-Арми – в полуосадное.

– Опять ополчение? – осторожно спросил Альд, – Или повышение налогов?

Я криво усмехнулся:

– Нет, налоги остаются как есть. Я вас прошу сейчас выполнить не особенно привычную задачу. Зато очень срочную. В течение часа предоставить в Генеральный штаб полную топографическую карту абсолютно всех захоронений Газарии, о которых вам известно. Что-то мне подсказывает, что у нас всеобщее восстание. Всё, включая поселения нелюдей, брошенные погосты, старые курганы, заброшенные могильники и безымянные братские могилы времён потери независимости.

Дерш торопливо кивнул, подтягивая к себе чистый лист пергамента и обмакивая перо в чернильницу.

Я повернулся налево, переключая внимание на моих вояк:

– Новак, задействуй конницу, формируй мобильные эстафетные группы. Усиленные, готовые отбиваться от орды нежити. Просто одинокого конника не пошлёшь, вручную через магию со всеми общаться я тоже заманаюсь.

– Какой приказ?

– Уход в оборону, защита гражданских. Контратаки на нежить только в случае отсутствия риска. А лучше пусть гарнизоны вообще не лезут на рожон. У нас основные части Штатгаля в столице, мы и проведём зачистки.

– Сделаю, командор, – кивнул Новак.

– Какие приказы для сапёров? – обратил на себя внимание Мурранг.

– Проверь, что у нас по складам, по запасам. Мало ли, как обернётся, может, тут под стенами нарисуются полмиллиона скелетов. Маловероятно, но с тебя данные по еде-воде. Приказ всем: по одиночке не ходить! Только группами. Гражданскому населению рекомендовано таскать с собой оружие – ударно-раздробляющее… Мурранг, как гном и ветеран сражений на болотах, ты бы что для населения рекомендовал?

– Ну, без навыков трудно судить… Мечи дорого, да и не совсем то. Оркам – топоры, у них что дети, что женщины умеют ими пользоваться. А остальным… Пожалуй, что лучше, чем простенький клевец-трость или дубину с утяжелением – ничего не придумать.

– А смогут кузнецы-гномы и другие народы в кратчайшие сроки наладить производство этого дела?

– Пожалуй, что так.

– Тогда после ревизии, пни общину гномов и прочих. А так же пусть озадачатся доспехами, даже простые кожаные наручи и рубахи будут полезны.

Я свернул совещание, оповестил Зойда, чтобы он усилил бдительность и направился в Пантеон. Не то чтобы я хотел побеседовать с богами… Для начала у меня был совершенно другой неожиданный собеседник.

Время от времени через Рой проверял, как там дела у Хайцгруга.

Батальон Хайцгруга вывалился на тракт, как деревенская братва, которую позвали на драку с соседней деревней. Бойцы были полны негодования (ненавидеть нежить легко, особенно, пока она неразумная) и решимости.

Я координировал их перемещение, подсказывая, как быстро они дойдут до врага. Пехотинцы с ходу начали разворачиваться в боевые порядки. Кованые щиты с глухим стуком смыкались в сплошную стальную стену. Лес копий и тяжёлых шестоперов поднялся над головами солдат.

Нежить, восставшая, вечно голодная и злобная, немедленно и предсказуемо среагировала на появление живых.

Скелеты были слишком тупыми, чтобы оценить, что еда явилась к ним с гарниром – в тотальном доспехе и с оружием. Они просто бездумно рванули к батальону с отвратительным шелестом двигающихся при помощи магии костяных ног.

– Остановиться! – пророкотал Хайцгруг. – Сомкнуться, в оборону!

Сомкнутый строй тяжёлой пехоты замер и даже успел отдышаться прежде, чем на него налетели скелеты.

Вообще, бегать в бою нужно не всегда. Так можно и помереть уставшим. Если враг тратит силы, чтобы надрать тебе задницу, то пусть побегает. Тем большая редкость – это то, что показывают в кино, когда толпа бежит навстречу толпе. Как правило, это не так, одна из сторон стоит, держит строй и надеется на длину своих копий.

Скелеты с разбегу врезались в сплошную стену окованных сталью щитов. Мертвяки пытались продавить преграду своим весом. Твари царапали металл и били руками по щитам и глухим забралам.

Первая шеренга солдат Штатгаля приняла кинетический удар без единого шага назад. Бойцы упёрлись коваными сапогами в грязь и намертво зафиксировали позицию. Вторая линия пехотинцев незамедлительно приступила к работе. Длинные молоты, алебарды и топоры вылетали из-за спин товарищей, чтобы начать симфонию уничтожения.

Штатгаль имел с нежитью давние отношения и за последний час доказал, что ничего не забыл.

Сталь глухо разбивала грудные клетки и дробили черепа напирающих мертвецов. Задние ряды нежити слепо толкали передних прямо навстречу уничтожению. Хайцгруг ревностно следил за флангами.

Построение батальона – шеренга, то есть щиты выставлены в одном направлении, а не квадрат. Теоретически враг мог обойти батальон и напасть с тыла.

Но тут нежить пока что была исключительно неразумной, вот орк этим и пользовался. А вообще мы в курсе, что среди нежити не сегодня, так через пару недель, появятся всякого рода высокоуровневые твари, которые станут командовать легионами скелетов и тогда нам несдобровать.

Поэтому мы не ждали, пока скелеты сожрут всех, кого догонят, а давили проблему в зародыше.

Я давал возможность Хайцгругу использовать Рой, настраивая общую тактическую сетку. Ментальный интерфейс транслировал распределение плотности вражеских сил в реальном времени. В центре напор на батальон был максимальным и центральные щитовики постепенно прогнулись, чуть пятясь под напором врага.

Хайцгруг мог поступить просто, перебросить часть солдат с флангов и усилить центр. И это было бы классическим решением проблемы, однако орк, используя приказы, передаваемые через Рой, позволил батальону изогнуться в полумесяц. Таким образом, чтобы максимальное количество бойцов, в том числе и во флангах, принимали участие в аннигиляции скелетов, которые собрались в здоровенную толпу.

Более того, он даже дважды использовал магические артефакты для ударов по плотным скоплениям нежити, как миномётами.

Работа.

Орк заменил часть уставших или раненых щитовиков, но в целом батальон держался молодцом. Тем более, отличные доспехи (которые, кстати, стоили кучу денег) защищали солдат от ран, потому что скелеты не были безобидными овечками, покорно шагавшими на убой.

Дробящее оружие ломало хрупкие позвоночники и крошило берцовые кости. Хайцгруг стал в месте, где щитовики чуть раздвинулись и дал себе возможность проявить свою «силушку» богатырскую.

Активная фаза боя заняла не больше четверти часа. Солдаты перешли к планомерной зачистке территории.

После того, как толпа пала под ударами, Хайцгруг перевёл раненых в тыл (ни одного укушенного, зато три десятка с ушибами от ударов). Проверил состояние бойцов, дал короткую передышку и приказал боевым тройкам (контроль/защита/дробление) прочёсывать вокруг раскисшую землю, нанося короткие удары дубинами по шевелящимся останкам.

Хруст крошащихся черепов сливался с тяжёлым дыханием уставших воинов.

На всякий случай были пробиты черепа и погибшим лошадям. Орк научился у меня перестраховке.

После того, как проверили территорию кладбища и места столкновения, Хайцгруг дал батальону ещё одну передышку. Разделил на взводы и стал прочёсывать окрестности, в том числе, чтобы найти разбежавшихся торговцев. Вернуть их к каравану и погнать караван обратно в город, под защиту безопасных стен. Вместо лошадей тянуть его будут сами торговцы и, за некоторую мзду, солдаты.

Тем временем я был в опустевшем по случаю общегородской паники Пантеоне. Охрана роты Зойда была на месте, я прошёл в здание, но не в основной зал Богов, а спустился в подвал. Там были мои личные покои, хотя и пользовался я ими редко.

Я взял за спинку простой деревянный стул, стоявший возле массивного рабочего стола в моём кабинете.

Тяжёлое дубовое сиденье и потёртые подлокотники казались самыми уместными вещами для предстоящего разговора. Никаких церемониальных кресел или золочёной мебели. Только голая утилитарность и прагматизм.

Я тащил на себе стул, оставив Иртыка стеречь вход в покои, прошёл в дальнюю их часть и нашёл тайный ход, ведущий в усыпальницу.

Вообще-то её не принято открывать. Дверь была закрыта шкафом, который я отодвинул, но даже и так гномы сделали её похожей на участок стены. Только лишь зная, где она, я без труда отодвинул крошечный кусочек камня, чтобы открыть паз для ключа.

Ключ был при мне (ещё один у Шпренгера и один у Мурранга), хотя сплав и покрылся налётом, потому что им никогда не пользовались.

Я открыл встроенный замок и потянул за сам ключ, потому что ручки у двери не было.

Всё ещё волоча за собой стул, я спускался в нижние, тайные для простых горожан ярусы храма, где был спёртый воздух и тьма, которую я разгонял магическим фонариком.

Я спускался по стёртым каменным ступеням, крепко сжимая спинку стула правой рукой.

Внизу была ещё одна дверь, но она не имела запора. Я толкнул неподатливую створку плечом и шагнул в здоровенное помещение склепа.

Тут пахло сухой каменной крошкой и железом. Склеп был новым, тут было тихо, а ещё в нём весьма слабая вентиляция, так что тут тоже спёртый воздух, от которого хотелось кашлять.

Вдоль стен ровным полукругом тянулись глубокие ниши. В них покоились закованные в реликтовые доспехи останки Мёртвых рыцарей. Ну, как останки…

Ситуация с Фанделлеровскими холмами показывала, что эти кости, будучи наполненными силой их владельцев, могут такой рок-н-ролл сыграть, мало не покажется!

Как это ни странно, сейчас их боевые навыки меня интересовали мало.

Древние стражи хранили знания Эпохи Магов.

Я прошёл к центральной, самой крупной нише. Здесь восседал тот, кого остальные рыцари признавали если не старшим, то первым среди равных.

Я опустил деревянный стул на каменный пол ровно напротив его плиты и отдышался.

Ножки с шуршанием стали на неровный пол, покрытый каменной крошкой, как песком. Я присел, пристроил светильник в стеновую полку, опёрся ладонями о колени и медленно выровнял дыхание, готовясь нарушить данное мной же слово не беспокоить рыцарей.

В первые месяцы пребывания в мире Гинн я получил магическую искру. Вместе со статусом рыцаря. Ещё в Кайеннских горах. В отличие от магов, я её не особенно развивал, а потом, когда столкнулся с Дикаисом, он по сути интегрировал в неё навык Рой.

Абстрактная, требующая десятилетия развития, магия стала для меня простым и удобным тактическим интерфейсом для раздачи приказов и сбора статистики по подконтрольным юнитам.

После этого судьба гнала меня, как машину с пьяным водителем по ухабам, не давая опомниться.

Но за последние пару месяцев, с тех пор, как Аная недвусмысленно сказала о предстоящих испытаниях (читается как «у тебя большие проблемы»), я стал экспериментировать с Роем. Вскоре нащупал в нём скрытые алгоритмы, недокументированные эксплойты божественного дара, позволявшие выходить далеко за пределы заложенного базового функционала.

Это было как театр, который нельзя перестроить или поменять, нельзя выключить, но можно заглянуть за кулисы, посмотреть на неочевидные трещины и щели в этой ментальной конструкции.

Я закрыл глаза. Тишина склепа отдалились, уступая место концентрированной, внутренней тишине моего собственного сознания.

Рой. Активация.

Привычная зеленоватая сетка тактических данных привычно развернулась перед внутренним взором. Локальное пространство пестрело маркерами подразделений и свёрнутыми системными логами.

Обычно я использовал исключительно этот верхний слой для оперативного контроля, скользя по поверхности информационного потока.

Сейчас же мне требовалось пробить эту визуальную оболочку и спуститься за пределы обычного использования Роя.

Я целенаправленно сместил фокус восприятия. Ментальное усилие грубо надавило на интерфейс, словно пальцы плотника, который отодвигает неплотно прибитые доски забора.

Привычная физическая реальность окончательно растворилась. Стены подвального склепа, жёсткое сиденье дубового стула и пронизывающий холод каменных плит исчезли из моего спектра ощущений.

На смену обычной гравитации пришло иное, совершенно чужеродное давление. Оно казалось невесомым, но предельно плотным, словно моё сознание погрузилось на дно глубоководной впадины, состоящей из чистого вакуума.

Я перешёл невидимую границу, оставляя физическую оболочку в Пантеоне и прорываясь в закрытую локацию мёртвых.

Резкий рывок выдернул моё восприятие из вакуумного транса. Я ощутил твёрдую опору под ногами, хотя физическое тело продолжало неподвижно сидеть в подземелье Пантеона.

Моё сознание вывалилось в совершенно иную локацию. Окружающее пространство представляло собой исполинскую пещеру, сотканную из матово-белого камня. Гигантские вертикальные своды терялись в туманной дымке далеко наверху. Строгая, почти математически выверенная геометрия пространства создавала стойкий сюрреалистичный эффект. Никаких неровностей, природных сколов или хаотичных нагромождений сталактитов.

Это место называлось Калиновая пещера, упоминания о ней нашёл Деций и передал мне в виде перевода. А теперь я проник сюда из самого подходящего места – Пантеона.

Я поднял руки и посмотрел на собственные ладони. Плоть казалась слегка полупрозрачной, по краям излучая тусклое голубоватое свечение.

Из белёсого тумана начал плавно формироваться высокий силуэт. Передо мной материализовался мужчина с прямыми волосами цвета только что выплавленного, почти что светящегося серебра. На нём не было привычного реликтового доспеха, только простая серая туника сложного кроя.

Но это был он – старший из Мёртвых рыцарей.

Глава 5
Тот, у кого есть имя

Я спокойно встретил его тяжёлый, оценивающий взгляд.

– Приветствую, Мёртвый рыцарь, – мой голос прозвучал сухо, без малейших искажений или эха.

Мужчина медленно склонил голову набок. Его лицо оставалось неподвижным, словно вырубленным из белого мрамора пещеры.

– Моё имя Арктеррион, – ровно и властно произнес Мёртвый рыцарь, – последний король из древнего рода высоких людей. В своём нынешнем состоянии я предпочту своё истинное имя, а не те обращения, которыми ты пользовался ранее. И ты нарушил данное слово, живой Правитель, – недовольно продолжил Арктеррион. От его фигуры повеяло холодом. – Наш прошлый договор предполагал абсолютный покой.

Я скрестил руки на груди, полностью игнорируя угрожающие интонации древнего духа.

– Договор исполнен, вы упокоены, вокруг Пантеон, но ситуация изменилась.

– Ты хочешь пробудить меня, герцог Рос? Или принудить меня и моих товарищей на новые действия в мире людей? Это очень опасно и весьма нежелательно.

– У нас проблемы, король Арктеррион.

Древний король презрительно искривил тонкие губы.

– Живые снова делят куски грязной земли и крохи золота? Неужели ты совершенно не способен без нашего вмешательства расправиться с зарвавшимися соседями без прямого вмешательства мёртвых?

– Ну, вообще-то не так давно я надавал по сусалам этим соседям и не бегал за помощью, – отрицательно покачал головой я. – Так что практика показывает, что защитить границы мы в состоянии.

– Тогда тем более. Что бы там не случилось, мелкие неурядицы меня не касаются.

– Эти проблемы теперь касаются всех, – я ровным, лишённым эмоций голосом прервал его надменную тираду. – Мёртвые боги проснулись. На континенте началась новая божественная война. Прямо сейчас тысячи свежих мертвецов синхронно выкапываются из могил по всей Газарии и организованно атакуют живых. Подозреваю, что ситуация в остальном Гинн плюс-минус такая же.

Выданная информация заставила Арктерриона замолчать и задуматься.

– Мои советники считают, что это дело рук некромантов, не более того. Вот я и пришёл к Вам… к тебе, король Арктеррион. Не для того, чтобы ты и твои товарищи делали грязную работу. Я пришёл спросить совета. Знаешь, насколько много людей и нелюдей, у кого я могу спросить совет?

– И сколько же? – не стал гадать Арктеррион.

– Нисколько. Я не склонен спрашивать совета даже у богов.

– Само собой, они будут просто дёргать тебя за ниточки, как деревянную куклу на ярмарке.

– Вот и я так думаю. Нет, это не значит, что я не спрашиваю совета у специалистов и профессионалов там, где моих познаний недостаточно. Но тут ситуация глобальная, а у меня… Как бы так выразиться, Арктеррион… У меня острый дефицит старших товарищей.

– Ну, спасибо хотя бы за лесть, – древний дух позволил себе подобие улыбки.

– И всё же, как ты считаешь, король Арктеррион, я ошибся и это всего лишь магическая диверсия некромантов? Или в игру вступили Мёртвые боги?

– Некроманты, – Арктеррион произнес это слово с бесконечным презрением. – Ваши нынешние маги Смерти просто дети, играющие с грязным песком на берегу океана. Они способны поднять десяток скелетов, привязав их к собственной жалкой ауре. То, что происходит за пределами нашего упокоения, имеет совершенно иную природу.

Дух покачал головой влево, вправо – как рыба, которая выбирает течение.

– Да, смертный. Ответ на твой вопрос – «да». Это почерк богов. Мёртвые боги начали свою игру с вот такого вот хода. Они не тратят энергию на прямой контроль каждого восставшего. Божественная воля просто поменяла базовые законы мироздания и запустила массовое восстание нежити.

– Массовое – это насколько?

– Беспредельно. Без границ. Видишь мир Гинн? Вот в нём, везде. Так понятнее? Теперь сама земля отторгает мёртвую плоть, наделяя её единственным инстинктом: убивать и множиться.

Я моментально напрягся и не по поводу скелетов на кладбище. Нет… Это мелкие, не особенно влиятельные существа. Но у меня было семь совершенного иного уровня скелетов в Пантеоне. Мёртвые рыцари, с одним из которых я сейчас беседовал.

– Не постесняюсь спросить, Твоё величество… А как насчёт тебя и твоих высокородных товарищей? Не пробуждается ли у вас всех желание превратить мой город в братскую могилу?

– Твоя столица может спать спокойно, – отмахнулся Арктеррион. – Мои братья в нишах Пантеона не пополнят ряды этой безмозглой орды. Стены храма, тем более такого могущественного, надежно экранируют нас от тупого примитивного зова, наше желание спать превыше жалких изменений погоды за окном. К тому же не стоит забывать, мы не просто нежить, мы созданы в Эпоху Магов, во времена, когда смертные бросали вызов богам и их творениям.

– Это я рад услышать. А в твою эпоху кто-то что-то знал про Войну Богов? Какие есть методы противодействия, последствия, оружие. Это же не в первый раз.

– В прошлый раз массового восстания нежити не было. Кто-то или что-то обучило восставших богов на такую подлость.

– А что было?

Древний дух ответил не сразу. Для начала Арктеррион пытался понять для себя, надо ли ему вообще мне помогать? Скорее всего, он пришёл к выводу что, если Газария и Порт-Арми падут, Пантеон в конечном итоге тоже превратится в груду щебня. То есть, в каком-то смысле мы все нужны ему, как обслуживающий персонал для ухода за его могилой. Придя к такому выводу, он задумался над тем, как мне помочь.

– Слушай, герцог, – начал он. – Врать и напускать на себя умный вид я не стану. Да, королю положено быть самым умным, быстрым, сильным и всё такое… Однако я не силён в истории. Кто там с кем дрался и зачем. Ты пойми, в наше время одних богов загнали в могилы, другие перенапряглись настолько, что прилегли спатки на тысячи лет. А правили не короли, а Великие маги. Короли, конечно, тоже высоко стояли, но не на первом месте. Я правил, даже когда умер – правил. Мёртвый король у власти. Потом мёртвый король на войне. Потом из одной войны в другую и для всех я просто безумно могущественная нежить, не более того. Другое дело, что в результате интриг попал в магическую зависимость к этому глиномесу Кэйррату. Тоже, кстати, ситуация неприятная.

Я не мешал его рассуждениям и воспоминаниям, хотя в них для меня не было ничего ценного.

– Значит, так… Во времена Эпохи Магов свидетельства памяти войны Богов не то, чтобы целенаправленно уничтожались, но их не особенно берегли. Маги писали историю собственного мира, ослеплённые своим величием. Чего там греха таить, я делал примерно то же самое, но как полководец и правитель. Я ни разу не историк, прошлым не больно-то интересовался. Но кое-что тебе подскажу, герцог.

– Я весь внимание.

– Тебе нужен город Мистрас. Это поселение находится глубоко в Карманных горах, его точное местоположение мне не известно. Он был заброшен ещё до Первой Магической войны, но это его и спасает. Брошенный город был резиденцией одного могущественного мага по имени Раккот, которого прирезали другие маги. И там осталось много свидетельств памяти Войны Богов. Он, хозяин этого места, был одним из тех, кто готовился к войне магов и хотел выискать какие есть артефакты и знания, приёмчики, оружие – использованные богами. Чтобы, так сказать, оказаться на коне. Жаль, не успел. Или не жаль. В общем, это место забыто, зато его не разграбили.

– Целый город? Как о нём можно забыть.

– Ты забываешь, что речь идёт об Эпохе Магов. Где сейчас строят города? Там, где тебе позволила природа, чтобы речка рядом, поля, дороги и так далее. А в те времена ты мог сам создать себе какую хочешь воду, оранжереи, казармы, склады, тысячи домов в скалах, под водой, на отдалённых островах. Конечно, когда поддерживающая это магия иссякла, таким поселениям пришёл конец, однако, если всё построено прочно, да ещё и внутри гор, то это просто большие пустующие залы. Много залов в недрах гор.

От его слов я вспомнил про Ущелье Двойной Луны и то, что в его недрах жили странные твари и было много жутких туннелей. Тогда весь мой ресурс, это возможность взять пару лепёшек, несколько фляг воды и парочку солдат с крепкими нервами и без клаустрофобии. Сейчас у меня есть маги, ведьмы и солдаты.

– Да, вот ещё что… Я говорил, что старина Раккот любил оружие?

– Да, король.

– Так вот. У него среди прочего был артефакт. Не особенно ценный в те времена, но теперь мне он кажется весьма и весьма…

Арктеррион задумался и замолчал.

Я откашлялся, хотя место, в котором я находился не имело проблем с дыханием. Формально это нечто вроде виртуальной проекции, вроде матрицы, где моё виртуальное отражение может встретиться с Арктеррионом. Какие уж тут проблемы с горлом.

От моего «кашля» король пришёл в себя.

– О чём речь? – спросил я.

– Есть там забавная такая штука. Называется доспехи Ньёрва, – задумчиво произнес Арктеррион, и в его голосе проскользнули нотки религиозного благоговения. – Ньёрв был Первым из Мёртвых рыцарей и было это в Эпоху Богов. Формально, он был полубогом и доспехи хранят его силу. Его броня выкована из сплава метеоритного железа, чёрной брони антрацитовых драконов и божественной крови, которую Ньёрв добыл помимо желания доноров. И выковали её на кузне Титанов, поэтому она вбирает в себя сразу многое. И главное, это статус Владыки нежити.

Глаза духа вспыхнули внутренним светом:

– Этот артефакт не просто защищает тело. Доспехи Ньёрва даруют носителю неоспоримую власть над любым существом, лишённым искры жизни. Надев их, ты не отключишь сигнал Мёртвых богов. Но любая нежить почувствует твою власть, попробует тебя убить или покориться, как самый верный вассал. То есть, если враги приведут к тебе легионы нежити, а ты опасаешься чего-то такого, то ты просто щёлкнешь пальцами и большинство станет твоими верными псами.

– А меньшинство?

– Ты просто убьёшь их, шевельнув пальцем, приказав новым слугам. Они ведь ещё и защищать тебя будут. То есть, это как корона на голове. Доспех делает тебя Королём мертвых. Чем-то вроде полубога. Наверняка там есть свои условности, но главное, что носить доспех может и живой, если сможет убить Ньёрва.

– Нужно убить Ньёрва? – я всё ждал, когда в этом крутом торговом предложении появится большущее «но». И вот оно, кажется, проявилось.

– Нет, к сожалению, – вздохнул Арктеррион. – древний рыцарь давно исчез, его энергия развеяна, как и кости. Причём, это было даже до Раккота.

– А почему же Раккот сам не использовал доспех?

– С какой целью? Я тебе говорю, ни в эпоху войны Богов, а теперь её, наверное, стоит называть «Первая война Богов», ни в эпоху Магических войн никто не менял магический фон Гинн так, чтобы мёртвые по всему миру вставали из могил. Зачем тебе специфический доспех, если нежить – штука не особо массовая и для этого у меня есть Мёртвые рыцари, есть архиличи, есть Великие маги, которые по щелчку управляли армиями скелетов?

– То есть, ввиду отсутствия конкуренции ценность доспеха заиграла новыми красками?

– Любишь ты творческие образы, герцог. Ты же не некромант? В твоём крошечном войске некромантов нет. Великих магов в мире тоже больше нет и не может родиться. Мертвые рыцари, то есть я и мои товарищи, склонны продолжать спать дальше… И поверь мне, так будет лучше для всех. Вот и получается, что специфический артефакт может тебе здорово помочь. Однако ты должен помнить, что артефакт сводит своего владельца с ума. Он выжигает человечность, заменяя её единственным желанием: захватывать всё новые и новые царства, пока весь мир не превратится в один гигантский некрополь. Поэтому носить его, не снимая, нельзя. И, опять-же, он ценен, пока в игре только нежить. А поверь мне, это быстро изменится. Представь, что ты играешь в игорном доме, а один из игроков всё время меняет правила, придумывает новые игры, ещё и имеет возможность рисовать нужные ему карты, кости, игровые фишки? Вот что такое война богов.

– Да я и не сомневался, что всё хреново, Твоё величество.

– Не берусь пророчить, герцог, – вздохнул король Арктеррион, но когда начинается война, ей сопутствуют три вещи – голод, чума и крысы. Если говорить про такую глобальную заварушку, то вместо крыс у тебя драконы.

– Драконы? Драконы существуют?

– А чему ты радуешься, герцог? Лучше бы их не было. Хвостатые полуразумные твари наверняка используют эту ситуацию, чтобы сожрать всех и выйти в этой гонке в лидеры. Дело в том, что дракон вообще не имеет пределов в развитии силы, магии, скорости, живучести и власти.

– Но о драконах никто не слышал сотни лет, – попытался возразить я, хотя и понимал, что веду себя точь-в-точь как Альд Дэрш, который цепляется за привычный образ мира. – Они прочно переселились в сказки, мифы и рисунку на страницах старых книг.

– А крысы откуда берутся? – хмыкнул мёртвый король. – Только что не было и вот у тебя полный подвал. Аналогия не особенно точная, даже миллион крыс не создадут тебе такие проблемы, как один дракон.

– Получается, что возврат Мёртвых богов запускает цепную реакцию? – спросил я.

– Ну, да. Был баланс, спокойствие, на спине которого Бруосакс и Маэн, ослеплённые своим самолюбием, могли играть в войнушку. А теперь проснулись те, что будут разбивать на куски горы и сжигать города.

Пространство Калиновой пещеры подёрнулось рябью.

Арктеррион поднял голову и осмотрелся.

– Тебя зовут в мире живых, герцог. В общем, если тебе нужно больше ответов, ищи Мистрас. Забирай доспехи. И постарайся не сдохнуть до нашей следующей встречи.

Резкий рывок вышвырнул моё сознание из магического транса.

Воздух вокруг всё так же пах каменной пылью. Мои побелевшие пальцы мёртвой хваткой сжимали деревянные подлокотники стула.

Рядом со мной нависал массивный силуэт Мурранга. Хмурый гном-квиз тяжело дышал. В его мозолистых руках была зажата открытая армейская фляга, оттуда он лил воду в другую руку и мыл ею мне лицо.

– Дохлые огненные черви подземных пределов! Босс! Ты шибанулся? Командор, – выдохнул Мурранг, уловив осмысленный взгляд в моих глазах. Его обычно спокойный голос выдавал крайнюю степень нервного напряжения. – Тебя не было, ты пропал, мы пытались достучаться до тебя через Рой. Я, Фомир, Орофин. Хрен на рыло. Ты пропал. Хорошо, мы Иртыка нашли.

Я с трудом подвигал головой. Ощущение было такое, словно я разгрузил вагон угля. Но время, время? Мне казалось, что разговор занял от силы десять минут. Ну, пятнадцать. Но Мурранг не шутил и не ошибался, я выпал из реальности на три часа.

Я отнял у него флягу и допил остатки воды.

– Давай не грузи меня нотациями, брат-гном. Скажи лучше, в двух словах, как у нас дела? Так сказать – доклад.

– Зачистка юго-восточного тракта завершена, – Мурранг моментально переключился на сухой язык военных рапортов. – Батальон Хайцгруга перебил всех до единого скелетов и сопроводил выживших в столицу. Потерь среди личного состава нет. Но это только один очаг. Новак послал гонцов по тракту, и они почти сразу же столкнулись с поднятыми мертвяками. Вообще, по рапортам мне показалось, что чем древнее захоронение, тем более вялые там трупы.