Текст книги "Тактик 14 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Мурранг был прав, вентиляция устроена отлично, никакого стоячего воздуха, напротив, кое-где, хотя мы были под землей, вовсю гуляли сквозняки.

И всё это, наверное, здорово бы заинтересовало учёных, биологов, спелеологов. Вот только наш отряд не учёные, тут всё больше воины. Мох не пытался нас атаковать? И хорошо. Из воды не лезли никакие хищные твари? Ну и чудненько. Мы просто двигались вперёд.

В течение полутора часов мы подверглись ещё трём нападениям, размер стай увеличивался по мере приближения к Залу Правителя.

Колонна продвигалась по туннелю, фонари качались, схема вела вниз на первый уровень. В норах в стенах мелькали глаза: отражённые огоньки, пара-тройка в каждой щели. Нас видели. Нас провожали взглядами со всех сторон. Нас больше не атаковали.

Некоторые в колонне уже переглядывались с облегчением: отбились, напугали животных, прогнали.

Мурранг шёл рядом и молчал. Он видел то же, что я. И мы по этому поводу были мрачными. Твари никуда не делись, они копят силы, чтобы ударить так, чтобы мало нам не показалось.

…

Мне ужасно не хватало Птичьего пастуха.

Привычка вести разведку и представлять себе, как далеко могут быть враги, вычислять засады, подсвечивать маршрут – никуда не делась.

Но в условиях подгорной войны мой навык терял ценность.

– Дальше, после этого туннеля, должен быть поворот направо и выход в Зал Правителя. Он не называется тронный… Не знаю почему. Раккот, наверное, не жаловал все эти королевские звания, – проворчал Гноргим.

– Думаю, что там нас и ждёт нападение, – легкомысленно сказал Фаэн. – Если что, братец Рос, то служить с тобой было лучшим годом за последние три сотни лет. Спасибо за хорошие приключения.

– Э! Не ссать, пехота! – рыкнул на него я. – Нас так просто не возьмёшь!

И вот перед нами открылся Зал Правителя.

Под потолком были сооружены световые окна, колодцы с местным аналогом стекла, проводящие свет с поверхности.

Зал был овальной формы и по размеру такой большой, что тут, вероятно, целиком поместился бы Пантеон.

Пантеон по размеру приблизительно равен Собору Святого Петра, а туда могло набиться до пятнадцати тысяч человек. Не знаю, сколько помещалось тут и кто тут вообще обитал. Но тот, кто называл Мистрас городом, не ошибался. В те годы, когда город был обитаем, тут могло жить приличное население, при условии, что каким-то образом ввозило или производило продовольствие, тут могли размещаться десятки мастерских, складов, тысячи больших и малых жилых помещений, мест для отдыха, гуляний, производства, медицины, логистики.

Потому что даже центральный зал был огромен, а те помещения, которые мы прошли, нам оставалось только догадываться по косвенным признакам, для чего они использовались.

Конечно и тут нам повезло, крысы не поддерживали такую большую популяцию. И нынешняя стая – лишь бледная тень того количества людей, гномов или кто бы тут ни жил при Раккоте.

Однако, как ни крути, их тут собралось по меньшей мере несколько тысяч тварей.

По мере нашего продвижения они отступали, сжимались подобно пружине, готовясь к новому броску.

Мы держали строй. Кажется, все понимали, что предстоит драка. Больше того, её не избежать. Мы бросали вызов власти мёртвых туннелей, а крысы принимали этот вызов. Мы даже не могли уйти. Твари хотя и не были разумны в полном смысле этого слова, но и особенно тупыми не были.

Они кучковались с обоих флангов и с фронта. Много, так что даже не посчитать.

В двадцати метрах от нас, где-то впереди, на перевёрнутом каменном столе, седой крыс-переросток поднялся на задние лапы. Его пронзительный писк эхом разнёсся под высокими сводами центрального зала, многократно усиливаясь каменной акустикой.

Тональность писка изменилась. Орда замерла, готовясь сорваться с места по следующему сигналу этого долбанного пискуна.

Эх, как жаль, что нет ростовых щитов.

Ластрион и парочка магов были готовы к бою и стали ткать в воздухе огненные руны

– Мы не можем использовать огонь! – тонко воскликнул Гноргим и потянул меня за рукав.

– Почему? – озадаченно спросил я.

– Опорные колонны только по краям зала.

– Риск пожара? – я кивнул Лиандиру, чтобы скомандовал остановку.

Строй стал, многие повернулись на Старого шахтёра.

– Нет, колонны каменные, но нагрузку… Диагональные балки ржавые, колонные перенапряжены, ударная магия обрушит парочку, начнётся цепная реакция разрушений, зал обрушится. Чудо, что он до сих пор стоит… Мы все умрём. Огонь погубит нас быстрее зубов.

– Не было печали! – сжал зубы я.

Глава 23
Выстрел

– Фомир, – быстро сказал я. – Ты слышал суть проблемы? Варианты?

– Лёд, – выдохнул он, с тревогой глядя на полчища крыс. – Не так эффективно, но… Подпитаем Свена, попробуем выкрутиться. Хотя это, конечно, крайне не вовремя всё.

Тем временем Мурранг совещался со своими. Пока мы брели, рукастые гномы уже ухитрились что-то затрофеить, то есть стащить. Несколько древних щитов, подложка которых сгнила, какие-то странные длинные мечи, остроконечные шлемы.

Пока возникла заминка, гномы резво изготавливали из подручных материалов обвязку для щитов. Таким образом, мы всё же получили с десяток ростовых для защиты нашего периметра.

В центре нашего строя началось активное движение.

Освободившиеся с краёв построения щиты передали в центр и несколько сапёров-гномов перехватили их горизонтально. Буквально как столы, готовые поднять на них как на поднимающейся платформе магов, чтобы те вели обстрел врага с «превосходящей позиции».

Я не могу сказать, что мы были готовы, но в начале сражения никогда нельзя быть готовым до конца.

На перевёрнутом каменном «столе» в пятидесяти метрах от нас стоял седой альбинос размером с хорошую овчарку. И эта зубастая морда подняла передние лапы. Его пронзительный писк перекрывал даже лязг гномьего железа.

В ту же секунду к нашему строю, как волны, ринулись потоки серых в крупное пятно крыс.

Щитовики стойко приняли удар. Надо отдать должное моим парням, никто не паниковал, не кричал, не боялся (или делал вид, что не боялся).

Щиты скрипели друг об друга, на коротком злом выдохе работали копья, кололи мечи, рубили топоры.

Твари прыгали по спинам друг друга, чтобы добраться до голов двуногих врагов. Однако мои ребята были облачены в шлемы, крысюков сбивали, сносили на лету, звенели тетивы, а Свен, приподнятый на щитах, поднял руки и начал творить свою магию.

Ужас и холод прошлись волной по громадному залу. Но нам было легче, потому что этот страх исходил от нас.

В стоящего на острие ледяной атаки Свена вливали энергию щедро, а его магические каналы еле успевали её перерабатывать в творимую магию.

Два потока ледяного воздуха прошлись над головами бойцов, у многих, в том числе у меня, шлем покрыло инеем, а голове стало весьма и весьма холодно.

Свен буквально подвергал криозаморозке десятки и сотни тварей каждую секунду, но, к сожалению, на их место становились новые.

Фомир отвлёкся от поддержки Свена, пошептал и попытался применить свою магию иллюзии. Ему даже удалось сотворить с весьма натуралистично выглядящий десяток тигров, которые попытались угрожающе стать рядом с крысами и… И крысы в пылу драки этого даже не заметили.

Я чертыхнулся. Твари давили нас числом. То там, то тут воины вскрикивали от попыток выдернуть из передней шеренги, сцапать за ноги и утащить от построения, чтобы накинувшись толпой, найти в броне слабые места и сожрать.

И когда это у них получится, вопрос времени.

Я перевёл взгляд на крыса-альбиноса, который не показывал никаких попыток сбежать, он так же махал лапами как долбанный дирижёр и пищал на все лады. И что характерно, остальные крысы вторили ему своими омерзительными визгами.

Ну, тут не надо быть пророком Исайа, это их вожак, король, правитель. Зал ведь правителя, верно? От крысы исходило слабое ощущении магии. Слабое для меня, для человека, но наверняка ориентированное на соплеменников.

Рой. Активация.

Шум вокруг был такой, что для того, чтобы передать сообщение Лиандиру, я задействовал свой навык.

«Друг-эльф, видишь белобрысого здоровенного крыса?»

«Да. Убить?»

«Убить. Но надо это сделать с одного выстрела, пока он не сбежал. Надёжно, как удар топором в лоб».

«Сделаю».

Лиандир бесшумно скользнул к парочке гномов со щитом. Он проверил натяжение тетивы своего эльфийского лука и вытащил из колчана длинную стрелу с бронебойным наконечником, кивнул бойцам, дав команду поднять его над полем боя и удерживать. Ровно. Ровно!

Может ли одна стрела решить исход боя?

Вообще-то, может, особенно если её пустит такой невероятный боец, как Лиандир.

Время остановилось. Воздух в зале прорезался потоками света сверху. Серая масса каменных крыс пульсировала, сжимая нас как тисками. Даже при условии, что они не смогут никого выдернуть, мы потеряем строй потому, что нас раздавят.

Гномы подняли щит.

Мгновение. Лиандир удержал равновесие с грацией, достойной кошки, и в момент, когда его подняли над полем боя – выпрямился.

В глазах его была сталь. И гордость. Та гордость, с которой он стоял на плахе в далекой-далекой тюрьме. С той гордостью, с которой жил и был готов умереть сотни раз.

С той гордостью, которой мне остаётся только позавидовать.

Лиандир вскинул лук, и белый крыс увидел его.

Я боялся не того, что эльф промажет, хотя стрелять, стоя в толпе разгневанных дерущихся бойцов – это тот ещё спорт.

Я боялся, что крыс, который не за красивые глаза стал правителем этих тварей, поймёт, что его жизни угрожает опасность и попросту сбежит. И тогда моя идея об обезглавливании вражеской армии, приёма, к которому я как правило не прибегаю, не сработает.

Здоровенная, с бронированным наконечником стрела сорвалась с тетивы с сухим щелчком.

Стрела скользнула как невесомая, размазалась в воздухе, за ней нельзя было уследить взглядом. Её заострённый наконечник ударил седого крыса точно в центр грудной клетки. Сила удара оторвала альбиноса от стола и пригвоздила к каменной стене позади него. Тело твари судорожно дёрнулось пару раз и безвольно повисло на древке. Лиандир надменно поджал губы, смотря на дело рук своих. В глазах ни презрения, ни ненависти, ни сожаления.

По громадной толпе тварей прошла волна.

Единый организм крысиной орды распался на тысячи бессмысленных фрагментов.

В мире магии не только разумные могут творить магию, только, конечно, не особенно эффективно и разумно. Альбинос был психокинетик, он мог управлять настроениями тварей, что позволяло ему править в мирное время и, чего уж там, в период войны. Наверное, так он и стал в центре города Мистрас. Грубо говоря у него был свой крысиный аналог «Роя». Может быть, Война Богов даже усилила его.

Но всегда найдётся тварь посильнее. В его случае такой «тварью» был я и, отчасти, Лиандир с его стрелой.

Централизованное управление исчезло. Твари, ещё секунду назад выстраивавшие идеальный атакующий клин, подпирая другу друга и даже оттаскивая убитых, кардинально изменили поведение. Сначала замерли, после взвыли, заметались, стали биться в приступах гнева, нападать друг на друга. Затем началась паника. Каменные крысы бросались друг на друга, скрежетали зубами, врезались в колонны и пытались забиться в любые доступные щели. Армия превратилась в хаотичное стадо.

Да, большая часть из них продолжила драться с нами, но без организации они превратились в просто очень большую толпу противников.

Строй выровнялся, заработали топоры. Нападки на ноги прекратились, словно кто-то их выключил и каждую секунду дышать становилось легче.

Нам потребовалось ещё почти пятнадцать минут непрерывного боя, уколов, ударов и выстрелов из всего, что у нас было, прежде чем мы разомкнули строй.

Мурранг издал боевой клич и повёл авангард в наступление. Шеренга тяжеловооружённых бойцов развернулась широким фронтом, накатываясь на дезориентированную массу.

Маги под прикрытием щитовиков плавно двигались, выбивая тех тварей, которые не решились бежать. Лучники выискивали цели и стреляли без приказа.

Свен сменил тактику широких охватов на точечные атаки, замораживая скопления грызунов направленными потоками льда.

Фланговые группы Сводной роты методично зачищали боковые галереи. Без направляющей воли альбиноса крысы утратили способность к качественному сопротивлению.

Я тоже шагал в общем строю, прикрывал щитом, бил, колол и уклонялся от контратак.

Да, некоторые не бежали, а скорее метались, но многие твари скрылись в боковых проходах.

Ещё через десять минут бой был окончен.

Огромный зал полностью перешёл под наш контроль и он был весь завален трупами.

– Кто ж вас хоронить-то будет, – вздохнул кто-то из Старых шахтёров. Старики дрались в общем строю, дрались как в последний раз, они покрылись потом и кровью (к счастью, крысиной) и еле держались на ногах.

Бойцы опускали щиты и стягивали шлемы, тяжело вдыхая спёртый воздух. Раненые занимались перевязками прямо на месте.

Мурранг подошёл ко мне, вытирая лезвие топора ветошью.

– Ноль убитых, командир, – доложил гном, сплёвывая на пол. – Двадцать шесть так или иначе покусанных. У двоих глубокие рваные раны на предплечьях. Кровотечение остановили.

Лиандир невозмутимо подошел к каменному столу, выдернул стрелу из трупа Крысиного Короля и тщательно обтёр древко от густой крови. Эльф внимательно осмотрел мёртвую тушу.

– Это не обычный зверь, командор, – произнёс снайпер, брезгливо отталкивая тело ногой. – Черепная коробка увеличена вдвое. Лапы слабые. Он не охотился, он управлял, а раз так, то развивал свою способность.

Мурранг пинком откинул десяток тварей, соглашаясь с эльфом:

– Мы зачистили только центральный зал, командор. Эта хвостатая дрянь расползлась по штрекам. Догонять их в темноте – класть бойцов. Да и незачем, они нас не побеспокоят. Предлагаю пока закрепиться здесь и проверить библиотеку с сокровищницей.

Отряд расчищал центр зала и даже нашли что-то вроде трона. Ситуация сама собой намекала, чтобы я сел туда, однако… Мне этот пафос был чужд. Нахрен мне не нужен трон Мистраса, я ищу только его тайны и сокровища.

Хрегонн достал срисованную стариками схему и махнул рукой группе Старых шахтёров. Гномы зажгли запасные фонари и двинулись к широкому боковому проходу. Я пошёл следом, предварительно очистив свой клинок.

Пройдя коротким коридором, мы вышли в большое тёмное помещение. Высокие каменные стеллажи поднимались к самому потолку. Большинство из них рухнуло, а уцелевшие были начисто обглоданы. Пол покрывал толстый слой бумажной трухи, древесной пыли и экскрементов. Каменные крысы уничтожили все печатные носители информации.

Хрегонн остановился посреди разгрома, шумно выпустив воздух.

– Вот и приехали, – процедил гном, злобно ударив кулаком по ближайшему целому стеллажу. – Всё сожрали, твари. Столько шли, столько железа притащили. Ради чего? Громадной кучи крысиного дерьма? Неужели все сокровища города – это тысячи крысиных шкур?

– Надеюсь ты не собираешься заниматься свежеванием? – спросил я гнома.

Один из Старых шахтёров, снисходительно усмехнулся в бороду.

– Молод ты ещё, внучок Хрегонн, – прошамкал старик. – Глаза имеешь, а смотришь, как житель поверхности. Строили это место мастера подгорного племени. Согласен?

– Да, – выпятил грудь Хрегонн. – Работа точно нашинская. А что?

– А то, что у нашего народа к пергаменту доверия нет. Вода смоет, огонь сожжёт, зверь сожрёт. Настоящие знания хранятся в камне. Камень и металл – вот основа нашего знания.

Старик подошёл к стене и осветил её фонарем. Вся поверхность была испещрена мелкой, ровной вязью гномьих рун.

– Тут хроники высечены, – продолжил ветеран. – Но есть и другое.

Несколько Старых шахтёров рассредоточились вдоль стен зала. Они начали методично простукивать кладку металлическими обухами. Гулкие, монотонные удары эхом отражались от сводов. Внезапно звук одного из ударов изменил тональность. Камня ответил звонкой пустотой.

Гном поднял кайло.

– Здесь, – коротко сказал он.

Хрегонн ударил там, куда указали старики. После нескольких ударов тонкая каменная перегородка осыпалась на пол. За ней открылась глубокая, сухая ниша. Никаких крысиных следов. Внутри лежало несколько толстых томов в безупречном состоянии и туго набитый кожаный кошель.

Старый шахтёр бережно извлёк находки и протянул мне книги.

– Не это ли ты искал, Правитель?

Я взял верхний том. Тяжёлая кожаная обложка была стянута бронзовыми уголками.

Мой взгляд скользнул по строкам, написанным века назад. Называлась книга коротко и ясно – «О богах».

На развороте пояснение: «Свод о природе Высших сущностей, составленный магом-исследователем Проппом в 412 году Эпохи Магов».

Я аккуратно полистал и очень быстро наткнулся на таблицу с перечнем божеств.

Мой взгляд скользнул по строкам. В современном пантеоне мира Гинн существовало четырнадцать богов. На этой пожелтевшей странице значились двадцать три имени.

Девять неизвестных богов, девять стёртых из мировой истории сущностей. Ну, как стёртых… Они себя только что вернули, значит и знания о них вернули себе актуальность.

Я закрыл книгу. Эта небольшая книга полностью окупает экспедицию в Мистрас.

Озрис и его дохлые приятели перестали быть абстрактным злом. У врага появились имена, характеры, наклонности, природа, а значит, появятся и слабости.

Из глубины центрального зала раздался грохот и гномьи ругательства.

– Командор! – раздался раскатистый голос Мурранга. – Мы нашли дверь. Толстая, зараза. Броня, как на сейфах Гномьего банка, и вся в магических замках. Сокровищница Раккота, не иначе. Эту жестянку просто так не вскроешь.

Я вернулся в основной зал, плюхнулся на один из каменных столов и стал читать. Так уж вышло, что рядом отдыхали от боя маги, так что читал я им:

– Бог есть существо высшего порядка, уникальное в своем роде. Однако сие не означает его непогрешимости и непознаваемости. Природу бога возможно не только определить, но и понять, разложив на составляющие силы.

Фомир, сидевший неподалеку с флягой, криво усмехнулся:

– А кто автор?

– Некий Пропп, – ответил я. – А что?

– А то, что если бы жрецы Конклава услышали эти слова, Проппа сожгли бы на медленном огне трижды. Анализировать богов – чистая ересь.

Я усмехнулся. Ишь ты, анализировать нельзя, и стал листать дальше. Текст становился всё насыщеннее, плотнее, изобилуя сложными магическими терминами.

– Существо божественного ранга отличается от смертного мага полным перестроением энергоканалов, – прочёл я вслух. – Они вступают в уникальный резонанс с тканью мира. Бог воздействует на реальность чистой волей, минуя промежуточный этап плетения заклинаний. В этом кроется их подавляющее превосходство. Но, будучи привязанными к физическим законам изменения энергии… боги в определённом смысле смертны.

– Смертны, как же, – проворчал Фомир. – Наша текущая война доказывает обратное. Мёртвые боги восстали из своих могил. Не особенно-то их убьёшь.

Комментарий Фомира был логичен, но книга исследовала механику, а не религию. Я перелистнул на раздел, озаглавленный «О полубогах и возвышении».

Здесь крылся главный эксплойт:

– Полубог – существо переходного состояния. Магическое зерно такового возвысилось над смертным пределом, начав качественное перестроение каналов в сторону божественного резонанса. Достичь сего состояния можно двумя путями. Первый – тысячелетия магической эволюции до ранга Высшего мага, чья душа способна выдержать трансформацию. Второй путь – прямое божественное вмешательство. Ритуал возвышения, проводимый коллективной волей богов на малом божественном алтаре. Надлежит помнить: статус, дарованный волей, может быть ею же и отнят. Надобно помнить и другое, в нашу эпоху боги изволили погибнуть, а выигравшие – уснуть или удалиться из мира, оставив Высшим магам тяжкое бремя управления Гинн.

Я закрыл книгу.

Ишь ты! Тяжкое бремя. Ну оно и понятно, книга написана в Эпоху Магов. А в нынешнюю боги, пусть и заняты, вечно у них «абонент не абонент», но всё же существуют. Интересный факт.

Со стороны сокровищницы раздался оглушительный скрип.

– Получилось! – заголосили сапёры так, что кажется, рисковали устроить обвал громкостью воплей.

– Вскрыли двери? – спросил я.

– Если бы! – голос Мурранга гулко прокатился под сводами зала. – Мы выбили кусок стены в стороне. Там были магические ловушки и артефакты защиты, но они истаяли за эти века. Дверь можно открыть только могущественной магией, а мы так, по-рабочему, пробили новый вход.

Я отложил книгу Проппа в свою сумку и направился к гномам. Бронированная дверь, испещрённая защитными рунами, стояла нетронутая. Зато в техническом коридоре, ведущем в нечто вроде туалета, зияла дыра размером с корабельную пробоину, которую проковыряли сапёры и лично Мурранг.

Помещение за ней было небольшим, если сравнивать с библиотекой, вырубленным прямо в массиве цельного камня.

Вдоль стен тянулись каменные ниши. Свет фонарей выхватывал тусклый блеск холодного оружия странных пропорций, массивные амулеты на толстых цепях и запаянные свинцом контейнеры. На центральном постаменте, возвышаясь над остальным лутом, покоились четыре элемента тяжёлой брони.

Массивная кираса, угловатые наплечники, закрытый шлем с узкой прорезью для глаз и широкие наручи. Металл доспеха казался чёрным, но при изменении угла света отливал глубоким багрянцем.

Мурранг указал на броню покрытым толстым слоем пыли пальцем:

– Мы больше ничего не трогали. Пусть Фомир с его умниками проверят. Но это барахло… Даже я чую от него энергию. Прямо мороз по коже.