Текст книги "Тактик 14 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 24
Мы дома

– И что ты скажешь?

– Скажу, что это Доспех Ньёрва, – уставший Фомир жевал булку, обильно запивая её вином из фляжки. Учитывая, что маги со своей задачей справились, я ему и слова не скажу.

– Ты это понял па магическим эманациям, друг-маг?

– Почти. Там внизу надпись на древнем валарине, мы его в академии учили. Ох и злобный был препод! Я ему и говорю, на кой мне этот мёртвый язык, приятель, а он…

– Погоди ты со своими воспоминаниями! И что написано?

– На табличке и на самом доспехе так и написано. Доспех Ньёрва.

– И всё?

– Ну, написано, что надевающий рискует, что артефакт поглотит его душу, поскольку принадлежал полубогу Ньёрву и его злобный дух завоевателя всё ещё обитает внутри. И будет, поскольку сила и само зерно полубога – суть часть доспеха. Хранить в разобранном состоянии, рекомендуется обрабатывать оружейным маслом, стоит клеймо мастера Белерианда. Всё?

Я кивнул. Всё. Всего лишь артефакт, которому поклоняется любая нежить. Из побочных эффектов – медленно превращает носителя в высшую нежить и переваривает его душу, как удав козлёнка.

– Мурранг, – я обернулся к квизу. – Есть два варианта, либо берём барахло и валим.

– Мне нравится второй, – пробасил гном.

– Я ж его не озвучил.

– Так валяй. Там наверняка есть что-то про возможность поискать клады.

– Хм. Ну, в общем, да. Мы можем основать… Ну, не колонию, конечно, мы находится на территории юрисдикции Маэна. Они не поймут.

– Власть королей-людей только на поверхности, – отмахнулся Мурранг. – Что? Ты особенный, ты «Гве-дхай-бригитт». Твоя власть может лежать и под горами. А это место как раз под горами. Даёшь колонию!

– Я вообще-то имел в виду лагерь экспедиции. Я хотел бы знаешь, как… А пойдёмте в центральный зал!

…

– Я обращаюсь в первую очередь к подгорному племени гномов! – чтобы толкнуть свою речь, взобрался на каменный стол. – Поскольку, врать не стану, пребывание в Мистрасе для иных рас не особенно радостно и комфортно.

– Спрашивай, молодой генерал! – выкрикнул один из Старых шахтёров. – Нам кажется мы догадываемся, о чём пойдёт речь.

– Речь идёт о том, чтобы основать тут постоянный лагерь. Не захват этого города, но исследование. Исследование предполагает длительное проживание и поиски кладов. С нами есть маг Шот, он отменный поисковик.

Шот помахал рукой. Несмотря на то, что под землёй ему не особенно нравилось, всё же вдохновляла перспектива поиска кладов, оставшихся от прежних обитателей города Мистраса. Чей правитель был Высшим магом, но большая часть жителей гномы, что означало получение большого количества «бонусов» за находки. Шот и так был одним из богатейших воинов Штатгаля (и был бы ещё богаче, если бы не посещал игорные дома в дни своих увольнительных). После окончания войны приток денег ослаб, а так, целый город под поиски… Что может быть интереснее для мага со странным навыком «искатель»?

– Так вот, – продолжил я. – Вы можете посовещаться, обсудить, поговорить. И мы сделаем тут постоянную базу. Останутся тут только добровольцы. Можно наладить оборону периметра, сделать цитадель на случай нападения крыс. Быть может, город построен тут не случайно и тут есть залежи полезных ископаемых, вы могли бы их добывать. Ну, это так, если есть большое желание.

– Есть! Есть желание! – громче всех заголосили Старые шахтёры. – Нам не нужно время для размышления, мы хотим этот самый лагерь.

– Точно? Это единогласное решение?

Никто не возразил. Для подгорного племени это оказался Клондайк.

Только, само собой, для начала большая часть отряда пошла доставлять портальное кольцо, а одному раненому гному я поручил перерисовать руны и рисунки со стен Зала Правителя. Это тоже письменная история и документация, хотя и странного вида.

К вечеру портал был в зале, выходы были перекрыты, а трупы крыс всё же пустили на шкуры, вытаскивая тушки через вентиляционный ход и сбрасывая со скалы в какую-то расселину на поверхности.

– Мы с Фомиром посовещались, решили поставить портальное кольцо в библиотеку, – сообщил мне Мурранг. – Центральный зал слишком велик, его трудно контролировать, и здесь куча слепых зон. Библиотека – помещение тупиковое. Один вход и, если что-то случиться, это место, куда мы отступим. Расчистим его, стеллажи перенесём. Хорошее место для обороны. Мы сможем удерживать портал минимальными силами.

– Я не против, брат-гном. Ты скажи, хочешь остаться тут, поруководить лагерем?

Мурранг потупился:

– Хотел бы, босс. Но мы с братом кинули жребий, выпало ему. Если, конечно, ты не отдашь другой приказ.

– Пожалуй, не буду переть буром против судьбы. Однако нам надо оборудовать лагерь, поэтому ближайшие дни ты тоже можешь остаться тут. Скажи, что нужно, чтобы превратить его в место комфортное, но неприступное.

– Ну, рота сапёров нужна, а также… Я бы пригласил сюда два-три клана гномов, знаю тех, кто мается после завершения основных объёмов работ по Порт-Арми, шахт для них не хватило, а тут… Думаю, ты прав и тут есть золотишко или платина, может быть ещё какие-то ценности. Уверен, что Раккот выстроил тут город не просто так. Для строительства города должны быть цели – политические, торговые, экономические.

– Я тоже так считаю. Скорее всего, ему было всё равно, где создавать базу, а вот твои соплеменники попросили бы совместить приятное с полезным.

Мурранг кивнул:

– Тогда по готовности Фомира мы перетащим сюда роту сапёров? Их бы загрузить тяжёлой броней.

– Сюда гномов, отсюда Сводную роту и меня с Фомиром, – согласился я.

– Оставишь нам Ластриона? Тут могут быть магические тайны?

– Пожалуй, что оставлю, – ответил я. – Тогда ты с братом остаётесь наместниками. Задача-минимум: надёжно закрепиться, зачистить остатки крыс, подготовить плацдарм для прибытия специалистов. Через какое-то время возвращайся в Порт-Арми.

Я перевёл взгляд на Старых шахтёров.

– Уважаемые старшие товарищи. Вы, наверное, больше прочих хотите остаться тут?

– Спрашиваешь, внучок-генерал? Найти брошенный город, полный тайн, по сравнению с которым чувствуешь себя младенчиком? Мы просим определить нас сюда в Мистрас на постоянную вахту.

– Ладно, – я позволил себе короткую улыбку. – Мародёрствуйте. Но отчёт на стол обязательно. И попрошу без Ластриона или кого-то из магической роты ни один каменный ящик не вскрывать. Помните о том, что Раккот был в первую очередь магом. Уверен, что тут много опасностей. Берегите себя, понятно?

Седые гномы слаженно кивнули.

Прошёл час на подготовку и большая часть отряда, в том числе навьюченная трофеями, засобиралась на отбытие.

Мы выстроились цепью по направлению к порталу. Гномы со всей торжественностью провожали их. Причём среди отбывающих тоже были гномы, но оставались гномы сапёрных рот, а уходили бойцы Сводной.

По их рожам было понятно, они тоже хотели бы остаться. Ластрион, как чуткий к настроению своих подчинённых командир, собрал их в круг и коротко поговорил. Суть разговора сводилась к тому, что он обещал, впереди война и Сводная рота непременно окажется в самом пекле, ни гномам, ни представителям других рас скучать не придётся. И новые клады в новых местах ждут их.

Я не стал лезть (каждый командир на своём участке должен разруливать сам), подошёл к архимагу:

– Фомир, мы готовы?

– Почти. Слушай, а я говорил тебе, что порода горы фонит аэн-рассеивающими полями?

– Ээээ… Не только не говорил, мне это и теперь ни о чём не говорит.

– В общем, если простыми словами, тут массированное поле, препятствующее работе всех видов разыскивающих заклинаний. Кстати, магию Шота это тоже будет сбивать.

– Старый вор сам разберётся. Выходит, Раккот защитил свой дом от конкурентов?

– Ну да, скорее всего, так и было.

– А почему город забросили?

– Этого я не знаю.

– Ладно. Ну что, твои построены, сводники строятся, все ждут твоей отмашки.

Фомир закончил чертить руны активации вокруг портального кольца. Воздух внутри древнего артефакта пошёл рябью, загустел и начал наливаться мягким синеватым свечением.

Магические процессы, соединяющие Мистрас прямо с Цитаделью в Порт-Арми, запускались.

Аккуратно завёрнутые четыре чёрных элемента Доспеха Ньёрва были в моем ранце. Книгу «О богах» я надёжно спрятал во внутренний карман куртки.

Экспедиция завершилась, причём успешно. Мы получили плацдарм, артефакты, но главное – информацию.

Я первым шагнул в сияющий зев портала.

Холодный воздух подземелий сменился тёплым сквозняком.

Подошвы сапог ударились о деревянный настил. Свет десятков масляных ламп горел по периметру плаца, который был занят для портальных задач.

В нос проник густой запах морской соли и тёплого камня.

Я уверенно шагал, отойдя на пять десятков шагов и выдохнул, пробормотав себе под нос:

– Мы дома.

И сам улыбнулся своим словам. Наконец-то я ощущаю какое-то место как дом.

В нашу сторону бежал, чуть ли не вприпрыжку старшина Стуркх. Ну, не то, чтобы я помнил наизусть всё своё воинство, тут мне безбожно помогал Рой. При желании я мог изучать даже нечто вроде краткой сводки по каждому бойцы. Возраст, силу, имя, навыки, в том числе скрытые и так далее.

За моей спиной вышагивала Сводная рота, а я, коротко махнув Лиандиру на прощанье, направился в Столбовую башню.

Операторы Центра управления полётами сидели за длинными столами. На столешницах мерцали зелёными и жёлтыми огнями артефакты дальней связи. Дежурные тихо переговаривались, нанося отметки в свои служебные блокноты. Войска связи работали беспрерывно.

Мне хотелось отдохнуть. Но вместо этого я был в штабе и принимал короткие доклады. От дежурного офицера, от Зойда по вопросам охраны стратегических объектов, от дежурного по порту и так далее. Коротко, ёмко, по существу.

Новака не было, вернее сказать, он сейчас инспектировал стену. Пока гражданские вели строительство, причём весьма успешно, пока строили новые корабли, ремонтировали старые, пока собирались налоги и растили хлеб, старый атаман проверял стену. Потому что мирная жизнь требует защиты.

Дежурный офицер сообщил, что стены должны быть отремонтированными и в полной боевой готовности, как новая, так и старая, стена в порту, новые портовые молы и так далее.

В общем, пока я был в рейде, Новак на всякий пожарный готовил город к новой войне. И я считал, что он действует правильно.

– Маглита вернулась?

– Да, флот возвратился, сейчас адмирал должна быть в режиме патрулирования ближайших к городу вод.

– Хорошо.

Меня, наконец, оставили в покое. На соседнем стуле был мой ранец, а я достал книгу. Письмена воспринимались с трудом, чернила потускнели от времени, сам по себе шрифт ужасен. И всё же…

«В начале сотворения мира этому событию способствовала не воля Богов, что бы ни твердили нам жрецы, не воля Титанов, а сама природа в её высшем проявлении. Боги появились значительно позже…»

В помещение шагнул Якоб Шпренгер. На нём был новенький мундир (выходит, он всё-таки определился с дизайном). А вот обычной холодной самоуверенности в нём сегодня не было.

– Мне доложили, что Вы вернулись.

– Да, не обманули.

Непохоже, чтобы он пришёл меня поздравлять и радоваться возвращению.

– Правитель, – голос Шпренгера прозвучал резче обычного. – Пленный лич сошёл с ума.

Разговоры в штабе мгновенно смолкли.

– Попытка побега? – спросил дежурный офицер, но Шпренгер так зыркнул на него, что тот сразу же решил, что у него есть дела поважнее, чем встревать в разговоры главы КГБ.

Шпренгер отрицательно мотнул головой:

– Никакого побега. Бисс Урай бьётся черепом о железную решётку камеры. Он игнорирует блокирующие кандалы. Магическое серебро выжигает кости на его запястьях, а он даже не пытается разорвать цепь.

– О чём он кричит?

– О Воле Смерти, – Шпренгер сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть контроль над дыханием. – Лич воет о том, что скалы и море пришли в движение. Он повторяет фразы о великой жатве, равной которой мир не видел с первой Эпохи Магов. Это не слова солдата. Это религиозный экстаз сошедшего с ума существа. А Урай… он дураком никогда не был.

Я развернулся к старшине ЦУП:

– Доклады с границ есть? Атаки на форты? Высадка десантов на города? Новые восставшие?

Связисты переглянулись, отрицательно покачивая головами.

– Никак нет, командор, – доложил старшина.

– А Марк?

– Форт Марка на соляных болотах передал дежурный доклад, у них всё чисто.

Я несколько секунд переваривал сказанное. Так-то всё хорошо, но…

Мёртвые боги действовали логично, если рассматривать все регионы, как нечто равномерное. Скелеты, монстры, драконы, перемещение орд для попыток продавить нас, алтарь в тылу с попыткой захвата города (подозреваю, что его жителей ждала бы роль ритуальных жертв).

Но после того, как мы смогли отбить все угрозы, наш враг либо на время отстанет от нас, по принципу – ну, не взяли с наскока эту часть Гинн, разберёмся потом. А могут напротив, придать нам большое значение и усилить нажим. Причём, если они там не дураки, то ударят не так, как били до этого.

Что я получу?

Морского монстра навроде Годзиллы, которые вылезет из моря и попробует нас пожрать?

Магов невиданной мощи?

Десант новых войск, но в большем масштабе?

Что я могу сделать сейчас? Только реагировать на локальные проблемы и гнуть свою линию.

Я посмотрел на лежащий на стуле ранец.

– Если Мёртвые боги опять что-то творят, то лич может знать что-то новое, – я запустил руку в лямку ранца. – Пойдём-ка с ним побазарим.

Шпренгер скосил взгляд на ранец, посмотрел на бойцов охраны и отметил для себя, что я не поручил груз никому, потащил лично.

Со мной увязался Иртык, но и ему я не доверил ранец. Дошли до здания КГБ, сразу пошли в подвалы. Уже там нас догнал недовольный тем, что ему не дали отдохнуть, Фомир. Он коротко поздоровался с Шпренгером и мы пошли.

Спуск занял несколько минут.

В дальнем углу, освещённом тусклым светом магических ламп, стояла усиленная железная клетка.

Якоб Шпренгер замер у стены, скрестив руки на груди. Фомир бросал из стороны в сторону сердитые взгляды.

Внутри клетки метался Бисс Урай. Лич бросался на толстые прутья, игнорируя обжигающее свечение магических кандалов. Серебро жгло мёртвые старые кости, но монстр не пытался разорвать путы.

Из его зубастой пасти вырывался скрежещущий, наполненный религиозным экстазом вой о «Великой жатве» и «воле Новых владык». Существо, которое ранее олицетворяло собой холодный расчёт, находилось в состоянии абсолютного панического ужаса.

Я задумчиво хмыкнул и направился в соседнюю, пустую камеру.

Там на деревянных нарах я разложил части Доспеха Ньёрва. Матово-черный металл тускло поблескивал в неровном свете светильника из коридора.

В глубине сплава едва угадывались багровые нити дремлющей магии.

Арктеррион предупреждал. Фомир не опроверг, да я и сам чувствовал. Доспех способен пожрать волю носителя. Он обеспечивает контроль над мёртвыми, но сам жаждет доминировать над живым разумом.

И тут начинается чистой воды риск.

Без этой силы я не выиграю начавшуюся войну. Мне нужен был инструмент управления хаосом.

Я достал из ранца гранату, обычную, каких, в сущности, немного, гранату из загутай-камня. Я взял из сумки кусок ткани, замотал и занялся тем, чтобы прилаживать её в шее. За чем, собственно, меня и застали Шпренгер и Фомир.

– Не постесняюсь спросить, босс Рос… Прости за невольную рифму. А какого хрена ты делаешь?

– Я буду надевать доспех.

– Может быть, провести тесты, исследования?

– Некогда, – отмахнулся я. – Времени нет. Война идёт, война не ждёт.

– Ладно, а граната зачем?

– Да всё просто. Если я потеряю контроль, – мой голос звучал ровно и холодно, – ты меня останови. Вплоть до активации гранаты. Без колебаний.

Фомир от ужаса расширил глаза, а Шпренгер лишь коротко кивнул. Вот это у него характер!

Я взял со стола наручи. Металл обжёг кожу могильным холодом. Я стал нацеплять металл на предплечья.

Затем поднял массивную кирасу. Форма не по фигуре, покойный был явно ниже меня ростом.

Наручи, шлем, кираса, наплечники.

Наплечники, кстати, хорошо легли.

Стал затягивать ремешки, одни за другим. Я закрепил угловатые наплечники с короткими шипами. Граната на шее мешала носить кирасу, ну да ладно, я же не в бой иду, только попользовать как артефакт. Мегаартефакт.

Я использовал свой обычный подшлемник-шапочку.

Последним на столе оставался закрытый шлем с узкой Т-образной прорезью для глаз. Я поднял его обеими руками. Почувствовал вес тысячелетий. Ощущение, что держу над головой надгробную плиту весом в добрые десять тонн.

Я надел шлем.

В момент, когда шлем лёг на голову, доспех сам собой активировался. Пространство дрогнуло. Это не было вспышкой боли, а скорее подключение к новому серверу. Молниеносное, радикальное расширение восприятия реальности.

Мир окрасился в серые и багровые тона. Я почувствовал сеть некротических узлов. Я ощутил каждую мёртвую кость на городском кладбище, каждую тень в катакомбах. Я видел их не глазами, а напрямую, через энергетическую архитектуру мира.

Вой Бисс Урая резко оборвался. Я вышел в коридор и посмотрел в сторону клетки. Лич замер. Его пустые глазницы, в которых тлел угасающий огонь безумия, расширились. В следующее мгновение, ещё до того, как я произнёс хоть слово, Бисс Урай с грохотом рухнул на колени.

Глава 25
Сделка

Внезапно Рой показал изменения в окружающем пространстве.

Всегда, если использовать его, есть маркеры «союзник», «враг», «нейтрал». И интерфейс Роя сменил статус Бисс Урая, ранее обозначенный статусом «пленный/враг», на «союзник/подчинённый». Прим. Лояльность 100%.

Доспех Ньёрва не то, чтобы подавил его волю, а поменял мой статус, состояние, положение. Он встраивал меня на вершину командной цепи.

Лич чувствовал во мне своего, ощущал мою власть, которая даже вырубила влияние неких посторонних сил, сводящих его с ума. То есть я был как лампочка, которая вытеснила тьму одним щелчком.

Я медленно поднял правую руку, закованную в чёрную латную перчатку. Я чувствовал, что лёгкого усилия воли будет достаточно, чтобы разорвать связь лича с реальностью, развоплотить его в пыль. Долгий путь, который преодолевает нежить в иерархическом росте, дался мне условно-бесплатно, причём сразу с инструкцией по применению. Я был воплощением высочайшей нежити, если не короля, то кого-то в таком же духе. Того, кто стоит выше даже Мёртвых рыцарей.

Я сжал пальцы в кулак и опустил руку. Связь лича с его некротическим телом сохранилась. При этом он опустился перед решёткой на колени и не шевелился.

Я прислушался к себе.

Хочется ли мне повергать в пыль королевства, ступая по щиколотку в крови на пути к власти нам миром Гинн?

Вообще-то нет, не хочется.

Власть никогда не было для меня самоцелью. На каком-то интуитивном уровне я понимал, что доспех легко усиливает властолюбие и фобии, извращая и усиливая их.

А я?

Что делал я в Гинн?

Для начала, я попал сюда случайно, не по своей воле.

Потом я адаптировался и отвечал только на сиюминутные вызовы, не ставя себе глобальных задач.

Потом я решил, что моей задачей будет Пинаэрри, мой домен. И постепенно, шаг за шагом, наматывая сотни миль по дорогам континента, я изменился, мой путь изменился.

Мой статус рыцаря, потом герцога, генерала, теперь даже правителя небольшой страны был не самоцелью. Меня просто злило, что какие-то малодушные, глупые, самовлюблённые люди (и не люди тоже) пытаются мной манипулировать. Хотят использовать, посадить на цепь, сыграть мной как здоровенной шахматной фигурой.

Я просто стремился переиграть их. Переиграть Эрика, Анаю, Назира, Вейрана, Фрея, Мёртвых богов.

Даже сейчас я просто хочу их переиграть. В сущности, они бы не проиграли мне, если бы не напали, если бы просто оставили меня в покое.

А так как они раз за разом бросают мне вызов, то я принимаю его и во что бы то ни стало стремлюсь выиграть.

Но боюсь ли я? Доспех Ньёрва извращает страх. Из страха за свою шкуру человек способен залить всё кровью, но… Я не особенно боялся. Ну, убьют и убьют, делов-то? Мои бойцы регулярно ставят свою жизнь на кон. Чем я лучше них? И ведь не все из них дошагали из Кмабирийских болот до тёплых казарм Порта-Арми в Цитадели. Не все.

И я в какой-то момент не смогу победить. Да что там говорить, десятки раз я был на волосок от смерти, когда только гномья броня и доспех Анаи меня спасал.

Какой смысл бояться? Как говорил, а даже чаще кричал Джонни в «Звёздном десанте»: Вы что, собрались жить вечно?

Я не планировал. Просто наполнял свою жизнь событиями.

Все эти мысли пронеслись в моей голове в одно мгновение. Разум оставался ясным. Быть может, мне сейчас помогала божественная защита Анаи? Или мой вредный колючий характер?

В любом случае, я не ощущал, чтобы артефакт перехватил контроль над моей скромной личностью.

Фомир сделал осторожный шаг вперёд.

– Ну, как ты, Рос?

– Да вроде ничего так, Фомир. Вроде крыша не отлетела.

Шпренгер молча переводил взгляд с меня на коленопреклонённого лича. В глазах инквизитора, потратившего годы на уничтожение нежити, читался шок и глубокое подозрение ко мне.

Я пересёк границу, отделяющую смертного полководца от властелина тёмных сил. И смогу ли вернуться назад? Мой глава КГБ этого не знал, но свои сомнения держал при себе.

Надо сказать, что Шпренгер человек взрослый и умный, в определённом смысле не особенно управляемый. Это не мои офицеры, которые привыкли следовать моему приказу. У КГБ задачки посложнее, чем выбивание дури из пиратов или скелетов.

С другой стороны и Якоб наверняка это тоже понимал, руководитель его силовой службы Гришейк верен лично мне. Прикажи Шпренгер ему меня арестовать или убить, орк скорее всего быстрее прирезал бы самого инквизитора.

Интересная сложилась схема.

В любом случае, пока что такой приказ в его голове не блуждал.

Я шагнул к клетке. Чёрный металл доспеха глухо лязгнул при движении.

– Ты обещаешь, что будешь себя хорошо вести, Урай?

Лич кивнул.

– Встань. Я терпеть не могу преклонения колен и лобызания рук.

Лик послушно встал, отошёл от решётчатой двери и стал в согбенной позе.

– Открой решётку, Якоб, – попросил я главу КГБ.

Шпренгер заколебался лишь на долю секунды. Он кивнул двум конвойным, чтобы прикрывали, мало ли что лич отчудит в следующую секунду? Вытащил связку ключей тяжёлый ключ и со скрежетом провернул его в замке. Массивная железная дверь со скрипом отворилась.

Я вошёл внутрь. Бисс Урай не шелохнулся. Он буравил меня взглядом своих огоньков-глаз, но головы не поднимал.

– Ситуация такая, товарищ Урай… Из-за доспеха ты мне подчиняешься.

– Да, Владыка.

– Это был не вопрос, а констатация факта. Однако, мне не нужна кукла на шарнирах. Ты личность, Урай. Не живая, но личность. И поэтому я предлагаю тебе сделку. Сделку и выбор, потому что какая сделка без выбора?

– Я слушаю, Владыка.

– Ты называешь меня Владыкой, но Мёртвые боги тоже для тебя… Ладно, давай пока не будем об этом. Итак, сделка… Ты же военный, верно?

– В прошлом боевой маг, десятки лет на службе. А что?

– Можно сказать, что ты офицер? Мёртвый, но офицер? – спросил я.

– Да, вполне. Я командовал длинной железной сотней. Это можно приблизительно сравнить с отдельным батальоном в твоей армии, Владыка.

– То есть, ты примерно майор?

– У нас не было таких званий, Владыка. Но, скорее всё же на ступень ниже. Там просто ситуация такая, желающих не было… Боевой маг вовсе не кастовый офицер. У нас в моё время была масса особенностей и нюансов.

– Ну, тем не менее, ты офицер, оттолкнёмся от этого. Я предлагаю тебе, Бисс Урай, поступить ко мне на службу, причём в качестве офицера. Командовать войсками.

– Живыми воинами? – не понял он.

– Мёртвыми, конечно. Только не спрашивай, есть ли они у меня. Я не некромант, поднимать никого не собираюсь. Пока что ты единственный в моём подчинении. Если согласишься, конечно. Ты подчиняешься мне не потому, что на мне доспех, и не всегда, когда на мне доспех.

– Доспех теперь всегда на Вас, Владыка.

– Не понял тебя. Я могу его снять в любой момент, – мне стало не по себе от его слов.

– Я никогда не имел чести видеть Ньёрва, всё же жили мы в разные времена, но слышал о доспехе. Ньёрв никогда его не снимал.

– Жил в этой консервной банке? – я постарался скрыть тревогу в голосе, потому что такие перспективы меня не прельщали.

– Нет, по его желанию доспех исчезал. А потом появлялся, когда ему было это угодно. Он его никогда не снимал, он стал как бы это сказать… Такой, частью его личности, но большую часть времени он ходил в обычной одежде. Просто такова способность доспеха, он привязывается к своему владельцу и пропадает из виду по его приказу.

– Погоди. Как в инвентарь?

– Не знаю, как это. Но владелец управляет доспехом силой мысли.

Я напрягся и, внезапно – шлем с моей головы исчез. Не телепортировался, не слетел, а именно что исчез. Я не понимал, где он, но когда пожелал – шлем вернулся, причём мгновенно.

Интересно девки пляшут. Надо будет разобраться с этим, но потом.

– Выходит, что доспех признал меня своим владельцем? – рассудил я.

– Очевидно, – согласился Урай. – Иначе он бы Вас убил, Владыка.

– Гм. Этого я не знал. Вот ведь, нюанс какой… Побочка. Ладно. Давай вернёмся к нашей сделке. Ты согласен поступить ко мне на службу?

– А выбор? Вы говорили, что есть выбор, Владыка? Идя к Вам на службу, я осмеливаюсь бросить вызов богам.

– Каким именно?

– Что? – не понял он.

Я взглянул на него через стол, скрестив руки на груди. Голос прозвучал ровно, но в я постарался вложить к него нажим:

– Каких богов знаешь, Урай?

Бисс Урай не моргнул. Его мертвенно-бледное лицо оставалось непроницаемым.

– Есть боги живые, есть Мёртвые. Лично сталкивался только с Норгал.

Я не ответил сразу. Имя прозвучало, только мне оно пока что знакомо очень слабо.

Я молча достал из поясной сумки потёртый фолиант с выцветшим тиснением на обложке – «О богах». Развернул его, пальцы сами нашли нужную страницу.

Листал, не поднимая глаз, пока читал вслух:

– Норгал. Богиня крови, разрушений, драк. Жестокая до безумия, обожает кровавые ритуалы, способна приносить в жертву не только врагов, но и подданых. Любит свою наготу и вид крови. Так же является покровительницей мёртвых. Одно из божеств, считающихся богами войны. Остро конкурирует с Полмосом.

Захлопнул книгу и посмотрел на Урая.

– Всё там правильно написано. Что это за книга?

– Да так, местные вариант википедии. Ты служишь ей? – спросил я, в упор глядя в его горящие синим огоньки глаз. – Тебе она приказала? Или не она? Ты называл другое имя.

– Она меня благословила и пробудила ото сна. А приказ мне дал Озрис.

– Понял. Давно это было?

Он замялся, подбирая слова. Мёртвые не умеют торопиться, но сейчас в его интонациях сквозила тень беспокойства.

– Мёртвые боги недавно стали поднимать павших. Мы не знаем это, но чувствуем. Сначала пробудился один бог, потом другой.

– Откуда знаешь?

Он неопределённо пожал плечами.

– Это твои мысли? Ты думаешь, что так произошло или уверен? – спокойно спросил из-за моей спины Шпренгер.

– Это мои мысли, однако не стоит сбрасывать со счетов то, что я не глуп, – с достоинств ответил Урай.

– Хорошо. Как давно тебя «подняли»? – спросил я.

– Несколько месяцев назад. Насколько нам известно, боги поняли, что мертвецы крайне эффективны в бою в нынешнем мире. Норгал сказала… только что они видели очень хороший способ разрушить мир в битве при каких-то там Фанделлеровских холмах.

Я невольно крякнул, скривившись. Вот оно как. Боги, взирающие с высот, видели моё сражение, в котором я раскатал войско Вейрана. Вот радость-то. Выходит, они у меня же и подсмотрели. Собаки серые.

– Практический вопрос, – я подался вперёд, опираясь ладонями о край стола. – Ты будешь служить Норгал или мне?

Бисс Урай моргнул. Впервые за всё время.

– А у меня есть выбор?

– Да. Есть.

Он опустил взгляд на свои костистые пальцы.

– Она убьёт меня, если я от неё отрекусь.

– Ну, пусть попробует, – мой голос стал тише, но от этого не менее тяжёлым. – Но ей придётся иметь дело со мной. А до этого ты станешь моим бойцом. Если хочешь. Если нет… я просто развоплощу тебя.

Я медленно поднял руку. Воздух вокруг нас дрогнул, наэлектризованный тишиной. Я чувствовал их. Тысячи, десятки тысяч спящих и пробуждённых. Мёртвая армия, размазанная по полям, склепам и руинам, откликалась на мой пульс. Одно движение пальцев – и тысячи душ рассыплются прахом, как пепел на ветру. Я мог это сделать. Прямо сейчас. И они знали, что могу.

Бисс Урай выпрямился. В его мертвенных глазах вспыхнула искра понимания.

– Ваша слава и воля велики, герцог Рос, – проговорил он, и в его голосе зазвучала некоторая торжественность. – Я поклянусь Вам в верности и буду служить. Но только если Вы обещаете: после войны я получу такое же упокоение, как те Мёртвые рыцари, что служили Вам. А не развоплощение, как погасшая свеча.

– А мёртвые, я погляжу, дофига всего знают? – скорее утвердительно сказал я.

– Да, мы знаем. Смерть сближает бывших живых разных эпох и народов. А если я откажусь? Вы просто развоплотите меня и всё?

– Колхоз – дело добровольное, можешь и отказаться. В таком случае ты остаёшься в статусе пленного.

– И насколько надолго?

– Слушай, Урай, врать я тебе не намерен, никакой федеральной программы по обмену мёртвых у меня нет. Твоё заточение рано или поздно закончится твоим уничтожением. Гуманно, но… Шпренгер не даст соврать, – я посмотрел на главу КГБ, тот уверенно кивнул. А ещё мои слова явно ему понравились, они означали, что я не съехал с катушек, трезво оцениваю ситуацию.

– И всё же это хорошее предложение, Владыка, – тон лича изменился. – Когда Мёртвые боги подняли меня на бой, то, как принято и у некромантов, и у богов, моего мнения никто не спрашивал. А тут выбор, хотя и не велик… Мне приятно, что это условно-добровольное сотрудничество.

Сухие кости скрипнули. Лич сложил ладони, словно молился.

– Я, Бисс Урай, командующий легионам нежити, согласен на Ваше предложение, Владыка. Что мне сделать?

– Давай по классике, дай клятву верности, – с готовностью ответил я.

Лич бросил на Фомира и Шпренгера короткий взгляд и заговорил:

– Я, лич Бисс Урай, клянусь в моей верности быть преданным с этого мгновения…

– Герцогу Росу Голицыну и Газарии, – подсказал Фомир.

– Герцогу Росу Голицыну и Газарии, – повторил за ним лич, – и хранить ему перед всеми и полностью своё почтение, по совести, и без обмана. И пусть сама судьба пусть развеет меня в прах, если обману или предам. Да будет так!

– Клятва принята, – задумчиво сказал я. Задумчиво, потому что клятву «зачёл» Рой, посчитав завершённым вступление лича в состав Штатгаля.

– Моё существование принадлежит Вам, Владыка.

– Тебе. Тебе, не Вам. У нас тут прямолинейные нравы, без поклонов и прочей дури. Мои подчинённые имеют право называть меня на «ты» и обращаться как к командору. Это негласная традиция.