Текст книги "Тактик 14 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

– А мы знаем, где их лагерь, босс? – спросил Марк.

Это тоже был правильный вопрос.

Я всё ещё контролировал сыча, которые неспешно двигался по пути отступления гноллов. В панике они сделали глупость, бежали «к дому».

Истинные волки не показывают врагу, где их логово. Но гноллы были скорее в родстве с гиенами, чем волками. Они этого просто не учли.

Я спустился с вала и направился к штабной палатке. Пожар уже почти потушили сапёры и обозники. Лагерь вновь обретал порядок.

Я отправил половину солдат досыпать, хотя какой тут к лешему сон после такой драки?

Раненых перевязывали, бойцы жадно пили воду.

Через два часа я собрал в своей палатке штаб. Новак, Мурранг, Фаэн, Марк и Фомир заняли места вокруг стола.

Орофин коротко доложил о начале боя, что его бойцы заметили движение, но я знал это и так.

Вторая часть доклада была более насыщенной. Под прикрытием паники и тумана эльфы преследовали гноллов. Не чтобы убить, а чтобы, как и птица, проследить за путём их бегства.

– Перейдём к интересному, – вздохнул я. – Основной лагерь гноллов находится на возвышенности, в двух часах марша на юго-запад, так?

Орофин кивнул.

Я указал на белое пятно на карте.

– Твои ребята его видели?

– Да, немного осмотрели. Укреплён нагромождением камней. Внутри – какая-то штука, напоминает каменный алтарь с символом.

– Численность врага после нападения на нас?

– Ну, часть ещё бродит по болотам. Думаю, что общее число – две-три тысячи единиц пехоты, плюс малопонятные нам драконолюды. Мы не смогли их рассмотреть.

Я разложил переменные в уме. Ночная атака стоила гноллам около трёхсот единиц пехоты и всех шаманов, которые пошли в бой. У них оставалось полным-полно пехоты, плюс какие-то укрепления, плюс непонятные ящеры, плюс алтарь. Именно он представлял главную угрозу.

– Фомир, – я постучал пальцем по столу. – Твои маги смогут работать навесом? Если что, бить по алтарю и шаманам, если они остались?

Маг задумался на мгновение.

– Вполне.

– Ясно. Фаэн! – переключился я на эльфа. – Лучники Орофина. Мне нужны длинные эльфийские луки. Гноллы не особенно бронированы, а вот драконолюды могут быть ребятами прочными. Ваши стрелы пробивают их шкуру?

– Мы с Орофином не видели ни самих тварей, ни их шкур. Но если бойцы Ройнгарда справились, то мы тем более.

– Отлично. Распределить задачи, – я начал диктовать алгоритм завтрашнего боя. – Сейчас отдыхаем, зализываем раны. Потом лёгкий завтрак, пьём водичку, собираемся и выдвигаемся.

– Снимаем лагерь? – спросил Мурранг.

– Нет. Обозники и сапёры пусть останутся тут, под прикрытием, так сказать. Идём налегке. Марк, твой Четвёртый полк идёт в лоб к лагерю. Щиты, копья, алебарды. Ожидаешь беспокойных хаотичных атак. Держишь удар, доходишь до врага.

– А Вы, босс? – спросил Марк.

– Я, наверное, иду с тобой, но командование полком на тебе. Фомир, ты обеспечиваешь маскировку Второго полка. Поднимаешь плотный туман на правом фланге. Второй полк совершает обходной маневр. Удар в тыл. Фаэн, твои лучники – мобильные огневые точки, но чуть что – прячьтесь под прикрытием щитов Четвёртого полка.

План был прост, как удар кузнечным молотом. Против армии людей кого-то типа генерала Эссина он бы не сработал – слишком очевидный обходной маневр. Но гноллы не умели в геометрию боя. Гноллы агрились, это важное условие. А ещё, они, наверное, не ожидают такого скорого прибытия ответной делегации.

– Босс, алтарь⁈ – вздохнул Фомир.

– А что алтарь?

– Проще всего попробовать его подорвать.

– Послушай, на болотах мы уже сталкивались с алтарём, в условиях его слабости он был опасен. Если подорвать этот, нас снесёт ударной волной. И потом, я бы хотел заполучить его в собственность.

– Проблема не в том, чтобы его заполучить, босс, – кивнул Фомир. – Проблема в том, что его прежний хозяин очень-очень захочет его обратно забрать, вернуть. Поэтому после боя проще всего будет эту дуру взорвать, тогда псоглавцы к нам не вернутся. Наверное.

– Давай сначала надаём им по сусалам, а там решим, ладно? – многозначительно ответил я.

Глава 17
Лагерь

Гротеск.

Что такое гротеск?

Гротеск – это резкое, контрастирующее комбинирование, допустим, белого и чёрного, а попросту – сочетание несочетаемого. А в нашем случае мрачные некрасивые болота, беловатая грязь, камушки, воняющие сероводородом озёрца, а над всем этим бескрайнее голубое небо.

Через два часа марша Четвёртый полк вышел на возвышенность в непосредственной близости от лагеря гноллов.

Я активировал Птичий пастух и посмотрел на позиции врага сверху.

Периметр, а назвать это стеной никак нельзя, представлял собою нагромождение камней высотой в человеческий рост. Ну, какой-никакой вал. Имели место и ворота, примитивные, собранные из брёвен, узкие, но вполне функциональные. По ощущениям, гноллы словно чурались физического труда и старались поменьше делать что-то своими волосатыми руками. Поэтому и ворота изготовлены на тяп-ляп. Глядя на них, я вспомнил, что мои сапёры, бывает, раз за разом восстанавливали, ремонтировали, перебирали и модернизировали ворота замков, лагерей, крепостей и городов. А чего стоит один только «Плащ тролля» в городе Каптье? Он же ещё лет триста простоит, если смазывать. Это же даже не ворота, а целое инженерное сооружение.

Эти ворота можно было выбить простым бревном, удерживаемым в руках.

Гноллы нас видели, ворота закрыты, за пределами вала ни одна псина не шастает. Враги группировались, собираясь в плотные, хаотичные кучи. В самом центре лагеря тускло светилась ровная каменная площадка с выбитым на ней символом зелёного глаза, из которого падала капля.

Рядом со мною остановился Фаэн. Эльф не демонстрировал усталости после бессонной ночи. На груди у него было чудо гномьей оптики – здоровенный кожаный бинокль.

– Что скажешь, друг-эльф?

– Если они не припрятали от наших глаз какой-нибудь сюрприз, с которым не справятся маги, или не прикопали дракона, то это не самая сложная для взятия крепость. Насколько я посчитал, там две с половиной тысячи псоглавцев, – доложил эльф ровным голосом. – И двадцать шесть драконолюдов. Крупные твари, в полтора человеческих роста. И всё же до драконов им далеко. Даже до наших троллей далеко. Кстати, жаль, что мы не взяли их с собой.

– Защита Порт-Арми всё ещё важна. Если какой-то враг сможет забросить большую толпу диверсантов, то на сравнительно узких улочках города тролли каких хочешь монстров завалят. А мы всё ещё не знаем, какой подлянки ожидать от Мёртвых богов.

Я связался с Новаком через Рой и дал команду Марку двигать наши войска.

Четвёртый полк спустился с холма и выстроился в коробку, со всех сторон прикрывшись щитами, в том числе взятыми с собой ростовыми.

Враг наш мешкал, и мы не знали, попрут они нам навстречу или предпочтут отсиживаться за своим валом.

Марк прошёлся вдоль щитовиков, проверяя готовность. Один из сержантов хмуро буркнул что-то о недостатке сна, ведь полк двинули в бой после почти бессонной ночи.

Марк отреагировал молниеносно:

– В гробу отоспишься, когда нежитью станешь. Если тебя командор не заставит воевать и скелетом, понял?

Гноллы, наконец, решились. Собственно, почему понимание природы противника так важно? Те разумные расы, с которыми я раньше имел дело, даже орки, не попёрли бы на нас, стань мы снаружи вала.

Любому командиру, вождю, лорду и прочему «офицеру» ясно, что укрепление даёт хорошую возможность играть от обороны, а не вываливаться толпой на копья и щиты построенного полка. Но у гноллов по моим наблюдениям слишком сильны были инстинкты, слаба дисциплина.

Они были сильными, быстрыми и ловкими. Это не отнять. Наверное, один на один, без оружия, с голыми руками/лапами средневзвешенный гнолл раскатает среднего человека. Так сказать, в сферическом вакууме.

Но жизнь не математическая задачка, идеальные условия на то и идеал, что в природе не встречаются. Штатгаль не дети. Бывшие каторжане, народ суровый и побитый жизнью, после многих месяцев тренировок и боёв, на отменных харчах при выведенных блохах и побеждённых в массе своей заболеваниях, представлял собой недобрую к врагу отлично вооружённую силу, склонную к закатыванию врага в брусчатку. Броня, тренировки, лучшая экипировка и оружие, боевой опыт – всё это не оставляло гноллам, из какого бы мира они не припёрлись в наш, никаких шансов и не предполагало честной драки.

Их лагерь взорвался воем и хриплым лаем. Серая масса распахнула ворота, некоторые даже стали карабкаться по собственному валу.

Вероятно, предполагалось, что мы струсим при виде этого шерстяного воинства.

Второй волной с куда большим достоинством двинули и драконолюды.

Я послал Новаку и Фомиру через Рой сообщение: «Они двинулись».

Слева за холмами из земли стала подниматься непроницаемо-белая стена тумана, накрывая дальний край местности от взоров как одеялом.

И опять-таки, любому сравнительно адекватному командиру, который смотрит на поле боя со стороны, эта внезапная климатическая активность показалась бы весьма подозрительной! В силу чего он непременно послал бы разведку выяснить, а не крадётся ли там случайно толпа мордоворотов под командованием бывшего атамана Новака? Ну, а вдруг?

Тем временем гноллы ударились первой волной о щиты. Они решили явить нам всю свою ярость.

– Сомкнуть щиты! Держать удар! – приказ Марка перекрыл гул несущейся орды.

Удар был страшным. Первая шеренга подалась назад под весом сотен тел, но выстояла. Щиты дрожали, лязгали челюсти, один из гноллов попытался укусить щит и оттянуть верхний края назад, однако боец второй шеренги по-пролетарски врезал ему в жбан коротким боевым молотком.

У первого ряда короткие копья, их основная задача держать щиты, тут не до жиру. Римляне, если я правильно всё понимал, зачастую вообще стоя в первой линии только держали щиты и изредка кололи гладиусами особо оптимистичных противников.

Первая линия самые крупные, тяжёлые и сильные (не обязательно при этом ловкие) пехотинцы, которые должны были держать ростовые щиты размером с небольшую дверь и не позволять себя уронить.

Копьями и алебардами орудовала вторая и третья линия.

И в тот момент, когда усилиями сотен этих самых мордастых бойцов первый удар был удержан, начали работать копья и алебарды второго и третьего ряда. То есть, в отличие от вот этих всех воев, криков, оскалов и прочей пантомимы психологической войны, мы работали по классике. Построение, распределение ролей, уничтожение врагов без героических одиночных схваток.

Работа командная, куча потных воинов рубят, колют, бьют, наносят удары в цели между щитами, удары поверх голов, удары навесом. Гноллы накатывались на них, пытались прорваться сквозь частокол древков и умирали под ударами всех видов оружия.

Тем временем первоначальный пыл гноллов стал ослабевать, вперёд выдвинулись те из них, кто пользовался щитами (и я всё равно я не понимаю, чего они пытаются таким образом добиться).

Часть гноллов стала атаковать сразу большой группой по двадцать морд в одном месте, чтобы разорвать строй. Но основная масса стала откатываться назад.

Мои лучники били навесами, но большая часть стрелков была сейчас со Вторым полком.

Псоглавцы попытались обойти нашу коробку по флангам, но только разочарованно клацали челюстями. Щиты были везде.

Тем временем драконолюды проявили себя на правом фланге. Они всё это время прятались за спинами гноллов, а сейчас стали, как им кажется, незаметно двигаться приблизительно в район правого угла нашей коробки.

Марк это заметил и коротко рыкнул:

– Арбалетчики, взводи! На правый фланг, встать со второй линией! Выполнять!

К тому моменту, когда драконолюды, этот козырь врага, добрались до правого фланга, щитовики без команды (на самом деле она была, её отдал я через Рой и беззвучно) развернули щиты перпендикулярно, как открытые двери. Арбалетчики из-за их спин дали мощный залп, арбалеты были тяжёлыми, мы вообще взяли их после первоначального доклада Ройнгарда.

Наконечники закалённые, бритвенно острые и тяжёлые. Удар пришёлся практически в упор, прямой наводкой и это стало для драконолюдов неприятным сюрпризом.

Удар сразил сразу семерых драконолюдов на месте, ещё двоих ранил, а также прибил несколько гноллов, которые имели глупость попасться под ноги крупных целям.

Щиты сдвинулись, арбалетчики, кряхтя и матерясь, заряжали по второму болту, окружающие бойцы помогали им.

Драконолюды рванули вперёд и попытались растащить щиты, продавить, разбить строй, но…

Арбалетчики успели. Второй удар пришёлся вплотную, пробивая шкуры и впервые драконолюды, кем бы эти существа ни были, взвыли.

После второго залпа навалились копейщики, кололи, били, давили. Строй рассыпался, но в этом месте мои давили и по счастью, гноллов тут было мало, чтобы навалиться и воспользоваться тем, что на короткий период строй был нарушен.

И – чужаки-рептилоиды отступили. Они хватали своих раненых и бежали. Я отметил для себя, что отступают они не в направлении лагеря, а в глубину болот. Ага, выходит, что котелок-то у них варит, понимают, что перспективы псин ещё более зыбкие, чем туман по правому флангу. Туман, кстати, приближался.

Марк прибежал на правый фланг, орал, поднимал на ноги и пинками восстанавливал строй.

Построение было восстановлено, а пыл гноллов окончательно утих, когда из тумана выступил Второй полк.

Была в нашем построении некоторых проблема, но не наша, а противника. К началу боя мы стали приблизительно в трёхстах метрах от ворот лагеря, хотя могли бы и поближе. Эти триста метров дали гноллам возможность вывалиться большой толпой и набрать скорость для первичной атаки.

Но проблема была всё же не у нас, а у псоглавцев.

Они очень далеко отошли от лагеря, достаточно далеко, чтобы из тумана, полностью отсекая их от лагеря и алтаря, в нём встал Второй полк. Ловушка захлопнулась.

Они оказались точно за спинами гноллов, которые тщетно пытались проломить строй Марка.

Лучники Второго полка и эльфы Орофина проявили себя, дав первый залп прямо в незащищённые тылы псоглавцев. Сотни стрел скосили задние ряды.

В толпе гноллов началась неконтролируемая паника. До них внезапно дошло и что их обложили, и что бежать им было особенно некуда, ведь от лагеря они были отсечены свежими силами Второго полка.

Те, кто был сзади, бросились вперед, напирая на передних. Возникла давка.

Второй полк перестроился, выставил копья и начал мерно давить. Четвёртый полк стоял на месте, но движений Второго полка было более чем достаточно, чтобы раздавить псоглавцев.

Гноллы заметались между двумя стенами стали. Пытаясь прорваться на фланги, они попадали под прицельный огонь магов Фомира. Молнии вспарывали толпу, оставляя после себя обугленные тела и запах горелого мяса.

Остатки гноллов, бросая оружие, ринулись в сторону болот. Они вязли в липкой солончаковой грязи, тонули в топях, погибая десятками.

Полностью разгромив войско гноллов, Второй полк развернулся и стал входить в лагерь, тем более что Новак не забыл взять под контроль брошенные врагом ворота.

Внутри воняло псиной и помоями. Между примитивными каменными укрытиями валялись обглоданные кости и грязные шкуры.

Никаких тыловых частей, ни снабженцев, ни кашеваров, обозников или медиков. Лагерь был почти что пуст.

Я прошёл сквозь ряды. Полки двигались медленно, мы опасались засад, магических ловушек и подлянок. Алтарь с выбитым зелёным глазом продолжал излучать тусклое свечение. Площадка диаметром в пятнадцать метров, от которой веяло силой и властью.

Главное дело оставалось незавершённым.

У самого алтаря замерли два мага-гнолла. Одетые в грязные ритуальные балахоны, они стояли по краям каменной плиты. Их ладони были направлены друг на друга, между пальцами потрескивала зеленоватая энергия. Они не отступили вместе с армией, остались тут и готовились дать последний бой.

– Фомир, это твоя работа. Щиты, контратаки, двигай вперёд свою волшебную пехоту.

Полки замерли, вперёд вышли маги.

Конечно, маги Орофина на пробу дали с десяток залпов по магам, но стрелы ожидаемо сгорели в воздухе на подлёте к врагам. Ладно.

Фомир вышел навстречу магам сам.

– Эй, коллеги! Предлагаю сдаться! У нас гуманные условия для пленных.

«Коллеги», вероятно, всеобщего не знали. Они ответили сразу четырьмя изумрудно-зелёными молниями, направленными на архимага, однако в метре от Фомира возникла белёсая стена, которая поглотила всю смертоносную энергию.

– Как некультурно, – возмутился Фомир и отправил в их сторону огненный шар.

Полки стояли и смотрели на это огненное шоу. Вместе с Фомиром встали боевые маги Свен и Тиль, Ластрион стоял за спинами и отвечал за блокирование и подпитку. Ещё с полсотни магов плавно огибали участников, не вступая в драку, но постоянно даруя подпитку своему непосредственному командиру.

Маги обоих сторон осыпали друг друга заклятиями и их сражение казалось, происходило на равных.

Теоретически магов-гноллов подпитывал алтарь, а это как действующая электростанция, там энергии не меряно. Однако численный перевес тоже имел значение.

Мои маги атаковали попеременно магией холода, ментальной, формировали иллюзорных рыцарей на полном скаку, били электричеством, огнём, водой.

Гноллы отвечали односложно, блокировка, контратака, примерно одни и те же молнии каждый раз.

Старший из гноллов беспокойно поглядывал на магов, которые обошли алтарь и сформировали целый круг, он ожидал, что они могут накинуться толпой, надавить сразу десятком разных атак.

В какой-то момент, когда старший маг-гнолл блокировал очередной огненный мяч, часть раската прошла сквозь магический шит и опалила его капюшон.

Движение руки и огонь был сбит, погашен. Однако Фомир Соколиный глаз заметил, что щит гноллов не абсолютен.

– А что, если так? – ни к кому конкретно не обращаясь, сказал Фомир, сорвал с пояса и швырнул в гноллов шар. В магии часто применяют разрушающиеся артефакты, в случае Штатгаля это гранаты с загутай-камнем.

Гноллы блокировали шар, который был размером с некрупный апельсин, но не отбросили, а воздействовали на него энергетически, отчего он, вполне ожидаемо – взорвался в паре метров от их тел. Щиты даже удержали большую часть взрывной волны и осколков. Но не все.

Несколько осколков пришлись по старшему магу. Он дрогнул и пошатнулся. В ту же секунду Фомир и Свен ударили по нему двумя заклинаниями разом. Второй маг-гнолл даже смог блокировать ледяную стрелу Свена. А вот молнию Фомира не успел, она прожгла в старшем гнолле дыру, его тело бессильно опало на камни.

Оставшийся гнолл резко прекратил попытки атаковать. Он развернулся и уставился прямо на алтарь.

Он окружил себя плотным щитом, я почувствовал резкий всплеск энергии. Гнолл вытащил из складок мантии длинный костяной кинжал, прижал ладонь к алтарю и выкрикнул гортанную фразу, смысл которой нам не был понятен. Разве что по истеричной интонации было понятно, что ничего хорошего нам не светит.

Однако зелёный глаз на камне отреагировал, вспыхнул ослепительным салатовым светом.

Гнолл вонзил кинжал себе в грудь, кровь густо брызнула на алтарь и маг рухнул замертво.

Земля под ногами мелко завибрировала. Свечение алтаря начало пульсировать, с каждой секундой становясь всё более интенсивным. Поверхность камня пошла мелкими трещинами.

– Процесс самоликвидации! – крикнул Ластрион, выскакивая из-за спин Фомира и Тиля. Он лихорадочно водил руками в воздухе. – Контур нестабилен! Если он рванет, от нас и от лагеря ничего не останется!

Марк вцепился в моё плечо:

– Командор, я дам приказ отступать!

– Стоять! Стоять на месте. Никакой паники. Если маги справятся, то всё будет хорошо. А если рванет, нам так и так карачун, только помрём уставшими.

Я посмотрел на Фомира. Тот уже бежал к алтарю в сопровождении Ластриона.

Оба мага бросились к пульсирующему камню и прижали к нему ладони. Воздух вокруг них задрожал от напряжения. Фомир и Ластрион начали выстраивать сложнейшее контрзаклятие.

Температура росла катастрофически быстро. Около алтаря так вообще – печка. Но Фомир и Ластрион даже не думали отходить. Волосы Фомира стали закручиваться в жгуты, а глаза закатились.

Всё понятно, они ведут ментальное сражение с системой безопасности алтаря. Они как хакеры, только привязаны к серверу вместе с кило пластида. Если не справятся, то всем хана.

К тому же они потели так, что пот струился по телам, пропитывая мантии.

– Бурдюки с водой! – рявкнул я солдатам, стоящим поблизости. – Поливать магов и поить, лейте на головы, если не могут глотать! Не давать им отключиться!

Бойцы бросились выполнять приказ. Они щедро лили воду из бурдюков прямо на лица Фомира и Ластриона. Маги жадно хватали влагу пересохшими губами, не смея оторвать руки от раскалённого камня.

Вибрация усиливалась. Крупная трещина змеёй поползла через весь лагерь.

А затем всё резко прекратилось.

Свечение погасло. Алтарь словно бы успокоился.

Фомир оторвал руки от плиты и тяжело рухнул на спину. Его грудь судорожно вздымалась.

– Пить! Да куда ты со своей водой, болван⁈ Вина! – прохрипел маг.