Текст книги "Помощница стража тьмы. Брак по контракту (СИ)"

Автор книги: Татьяна Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15

Глава 15

Мы звали Аллана, но он не откликался. Это было страшно, потому что не знали: не слышит, не может ответить или…

Нет, только не «или»!

– Давай попробуем еще! – Эйдар крепко сжал мою руку, и что-то вдруг произошло.

Сейчас между нами двоими была не только ментальная связь, как раньше. Нас объединило общее чувство – страх за ребенка, желание во что бы то ни стало спасти его. Нет, конечно, все это было и раньше, но… мы словно хотели этого каждый сам по себе, а не вот так – вместе, общим, единым порывом.

«Аллан, это папа и Лиза, – повторяли мы снова и снова. – Ответь нам! Где ты?»

«В лесу», – это было похоже на тающую в воздухе дымку.

«Где в лесу?» – теперь уже я вцепилась в руку Эйдара так, что он поморщился от боли.

«Не знаю. В доме».

Ну хоть не под дождем! Но на этой мысли я задерживаться не стала.

«Кто с тобой?»

«Мужчина».

«Старый, молодой? Как он выглядит?»

«Как папа. Темные волосы».

Теперь мы слышали его гораздо отчетливее. Даже лучше, чем в координационном центре, когда к нему обращались сразу несколько десятков человек.

«Эйдар!» – в наш разговор с Алланом внезапно ворвалась чья-то чужая мысль, резкая, как окрик. – Если ты хочешь увидеть сына живым, не пытайся связаться с ним снова. Если я услышу вас хотя бы раз, он умрет. Ты понял?'

«Кто ты и чего хочешь?» – отпустив мою руку, Эйдар так стиснул кулак, что костяшки пальцев побелели.

«Неважно. Когда придет время, я позову тебя. Если ты будешь благоразумен, мальчик вернется к тебе живым и здоровым. Если нет – больше никогда его не увидишь. А твоя жена будет следующей».

Все стихло. По-прежнему лил дождь, барабаня по кожаному верху повозки, мурлыкал себе под нос кучер и чавкали по раскисшей дороге копыта лошади. Мы с Эйдаром смотрели друг на друга.

– Это кто-то из наших, – сказал он. – Из стражей.

– Может, и правда… как его? Астиер?

– Может быть. Но как все это связано – я, ты, Аллан, прорывы сущностей?

Какие-то догадки крутились у меня в голове, но это было как наметка на живую нитку: потяни – и все разлезется.

– Что толку гадать, Эйдар? Может, все это и блеф, но лучше не рисковать и подождать.

– Ты предлагаешь просто сидеть и ждать? – он повернулся ко мне так резко, что я отшатнулась.

– Нет, конечно. Аллана надо искать. Но лучше не пытаться с ним связаться. Скажи, а лес, который рядом с домом, он очень большой? Ведь прошло уже немало времени с тех пор, как Оссим передал, где он может быть.

– Лес небольшой, Лиза. Чтобы пройти из конца в конец, нужно не больше часа. И если его искали, то должны были найти. Никакого другого леса поблизости нет.

– Ты хочешь сказать, что его не искали? Или что Оссим не передал?

– Не знаю, Лиза, не знаю. И я даже спросить его не могу, потому что ментальная связь – это как открытый радиоэфир. Все могут слышать всех. Другое дело, что для этого нужно специально настраиваться. Как будто ловить определенную частоту. Но тот, кто увел Аллана, кем бы он ни был, может слышать все наши разговоры. Разве что вернуться, попросить Оссима выйти в сад и спросить вслух?

– Не знаю, Эйдар, хорошо ли это, – возразила я. – Ты говоришь, лес маленький. Если Оссим передал сообщение спасателям, Аллана уже должны были найти. А если не передал, то почему?

– Ты подозреваешь его?

– Я уже не знаю, что и думать. Давай приедем домой и посмотрим, что нам скажут. Боюсь, спать сегодня все равно не придется.

– Наверно, ты права, – кивнул он и неожиданно снова взял меня за руку, хотя сейчас необходимости в этом уже не было. Или… была?

Днем я обняла его, чтобы хоть немного успокоить, так и теперь это был жест, поддерживающий, сохраняющий ту душевную близость, которая вдруг возникла между нами. До самого дома мы ехали молча, каждый в своих мыслях, и только переплетенные пальцы говорили о том, что мы не просто рядом, а вместе.

Пакстон встретил нас в холле.

– Пока никаких новостей, – покачал он головой раньше, чем его о чем-то спросили. – Люди из городского управления заезжали совсем недавно. Уже стемнело, они прервали поиски до утра. Им передали сообщение о том, что мальчик может быть в лесу, но там его не нашли.

Мы с Эйдаром переглянулись.

Значит, Оссим все передал. Но как же тогда Аллана не обнаружили, если лес такой маленький? Или спасателей было слишком мало, прошли мимо? Он сказал, что находится в каком-то доме. Что за дом в лесу?

Я спросила об этом вслух.

– Не представляю, – покачал головой Эйдар. – Я этот лес знаю с детства, вдоль и поперек. Там нет никакого дома. Ни избушки, ни сторожки, ничего.

– И я тоже никогда не видел, – поддержал Пакстон. – Может быть, какой-нибудь шалаш? Я распоряжусь, чтобы вам побыстрее подали ужин.

Он ушел, а я присела на диванчик – прямо там, в холле.

– Послушай, Эйдар, я понимаю, что это похоже на бред, но… мало ли. Портал ведь там, в лесу?

– Портал в твой мир? Да, но он закрыт.

– А портал в третий мир?

– Я понимаю, о чем ты хочешь сказать, – Эйдар сел рядом со мной. – Он далеко отсюда. И тоже закрыт. Это не может быть лес в каком-то другом мире.

– Подожди, – возразила я. – А что если эти истончения и прорывы что-то нарушили? Образовался еще какой-то проход, о котором ты не знаешь? Никто не знает? И он сейчас открыт?

Эйдар сдвинул брови так, что они превратились в одну темную мохнатую гусеницу. И сказал после долгой паузы:

– А ведь ты права, Лиза. Когда-то между нашим и вашим мирами был всего один переход. Потом появился второй, а еще позже третий. Но если ты права и Аллан сейчас в другом мире, нам его не найти. А связаться с ним мы больше не можем. Значит, остается только ждать.

– Ждать – неизвестно чего, – вздохнула я.

– Прошу прощения, забыл сказать, – догнал нас Пакстон, когда мы шли в столовую. – Приезжал портной, привез одежду для Елизаветы. Хотел дождаться, но вас не было слишком долго.

– Благодарю, – рассеянно кивнула я. – Посмотрю после ужина.

Одежда? Какая одежда? Ах, да, теплая же.

Все это вдруг стало таким неважным. Нужным – но все равно неважным. А замешанное на желании волнение при виде Тенмара показалось стыдным и нелепым.

Ну да, красивый мужчина, привлекательный. Но причем тут я?

– Такое бывало и раньше, – сказал Эйдар, когда мы уже сидели за столом. – Чувствительность к темной энергии делает нас уязвимыми. Она влияет не только на тело, но и на душу.

– Да, ты говорил, – кивнула я. – Когда объяснял, почему ты такой засранец.

– Бывало, что стражи уходили, – он притворился, что не услышал мою последнюю фразу. – Бывало, что совершали преступления. Но я не знаю такого, чтобы выступали против своих. Ладно, если это и правда Астиер. Если он не погиб тогда и решил отомстить. Но если вы с Оссимом правы, если это связано со способностями – нашими или Аллана, тогда все гораздо страшнее.

– Тьма привлекает стражей на свою сторону? В самом буквальном смысле – на свою защиту?

– Он сказал, что мы должны быть благоразумны, – Эйдар уронил вилку, и официант тут же подошел с чистой. – Я должен. И тогда Аллан вернется. Не знаю, можно ли ему верить. Похитители далеко не всегда возвращают свои жертвы. Чаще не возвращают. Но что он подразумевал под благоразумием? Уйти со службы? Или наоборот – остаться, но работать на тьму?

– Что толку гадать? – я поморщилась, отправив в рот дрожащий кусок желтого желе с противным вкусом хвойной смолы. – Самое подлое, что мы теперь даже работой от этих мыслей отвлечься не можем, потому что в отпуске. Ждать – хуже ничего не придумаешь.

– Можем завтра прокатиться в Мерчану. В столицу. Туда ехать чуть больше часа. Если появятся какие-то новости, сразу вернемся.

Я хотела сказать, что погода и настроение не располагают к экскурсиям, но сообразила: он предлагает это вовсе не для того, чтобы развлечься или хотя бы отвлечься. Наверняка есть какая-то другая цель.

– Хорошо, – я отодвинула тарелку с очередным малосъедобным ужином, который на смогла одолеть, и встала. – А сейчас зайду к Изелле. Узнаю, как все это произошло.

– Подожди, – Эйдар вытер губы салфеткой и тоже поднялся. – Пойдем вместе.

Няня сидела в своем закутке детской, вся заплаканная. Увидела нас, вскочила и снова залилась слезами.

– Прекрати! – приказал Эйдар. – Расскажи, как все произошло.

– Приехали какие-то люди на паровых машинах, – всхлипывая, начала рассказывать Изелла. – На трех. Сказали, что здесь у нас что-то произошло и они должны это исправить. Меня там не было, мы с Алланом увидели из окна. Они стояли в саду с поднятыми руками. Аллан сказал, что хочет посмотреть, и побежал туда. Я пошла за ним, но тут из прачечной принесли белье, пришлось немного задержаться. Когда вышла на крыльцо, эти люди уже собирались уезжать, а Аллана нигде не было. Пакстон сказал, что видел его среди них, он… Аллан о чем-то спрашивал. И… и все.

– Значит, никто ничего не видел? Не видели, как Аллан ушел и с кем?

– Нет. Спасатели из управления нас всех расспросили. Еще до того как передали, что Аллан может быть в лесу.

– А по-моему, кто-то врет, – зло сказал Эйдар, когда мы вышли из детской. – Не знаю кто. Может, нянька, может, еще кто-то. Ну не могло такого быть – чтобы в саду куча народу и никто ничего не заметил.

– Подожди, – я дотронулась до его рукава. – Ведь здесь было истончение? Значит, должно было просочиться много темной энергии, так? Уж если она постоянно проникает, то когда дыра, еще больше должно сюда попасть. А энергия влияет на людей. Они, наверно, и сами не поняли, почему соврали.

– Предлагаешь опросить всех еще раз? – он с сомнением посмотрел на меня.

– Не думаю, что это чем-то поможет. Даже если скажут правду. Ну сознается кто-то, что видел этого похитителя. Аллан говорил, что он твоего возраста, темноволосый. Наверняка в темной одежде, чтобы не выделяться. И стражи в темном, и слуги тоже. Вряд ли кто-то рассмотрел что-то еще.

– Ты права, Лиза, – остановился он у лестницы. – Ладно, спокойной ночи. До завтра.

У себя я перебрала и перемерила привезенную Тенмаром одежду: платья, брюки, плащ и даже длинное пальто. Отложила неподошедшее, чтобы отправить обратно. Эта возня ни капли не отвлекла от тяжелых мыслей: как там Аллан, покормили ли его, не замерз ли он. О том, вернется ли он к нам, старалась не думать.

Утром после завтрака мы с Эйдаром поехали в столицу. Продолжал сыпать мелкий холодный дождь, но я хотя бы не мерзла, надев теплое платье и плащ. Эйдар о чем-то размышлял, и мне все больше казалось, будто он что-то задумал. Наконец наш броневик вполз на городские улицы, где его собратьев было намного больше, чем в Тагро. Попадались даже более изящные и похожие на автомобили. Да и сам город выглядел богато и нарядно, несмотря на серый унылый день.

Видимо, по предварительной договоренности водитель остановил машину у трехэтажного серого дома с вычурной лепниной по фасаду.

– Подожди меня здесь, – сказал Эйдар, спрыгнув на булыжную мостовую.

Сидеть одной было скучно. Если бы мой гардероб предусматривал зонт, можно было бы пройтись хотя бы до конца квартала и обратно. От нечего делать я разглядывала машины и повозки, проезжающие мимо. Одна из них, полностью закрытая, запряженная парой гнедых, остановилась чуть поодаль, но из нее никто не вышел.

Почему-то мне показалось, что сидящий внутри наблюдает то ли за мной, то ли за машиной в целом. Со своего места я видела большое окно повозки, но стекло отсвечивало, и я не могла разглядеть того, кто за ним находился. Когда Эйдар вернулся и мы поехали дальше, повозка тронулась следом, держась на расстоянии.

Глава 16

Глава 16

Если это слежка, то слишком уж топорная. Если только те, кто внутри, не добиваются, чтобы их заметили.

– Эйдар, – я дотронулась до его рукава, – кажется, за нами следят. Пока тебя не было, подъехала повозка, остановилась рядом. И теперь едет за нами. В зеркало видно.

У нашего парового монстра действительно были боковые зеркала, как у настоящего автомобиля. Со своего места я хорошо видела одного из коней и край повозки.

– Притормози! – приказал Эйдар водителю.

Гнедые медленно процокали мимо нас, повозка повернула за угол и остановилась там.

– Похоже, ты права. Они ждут, когда мы поедем дальше. И нисколько не скрываются.

– Может, просто подойти и узнать, кто они такие и что им надо?

– Не смеши, Лиза, – скривился Эйдар. – Они скажут, что просто ждут кого-то, а нас вообще не знают. Кстати, может, и правда не знают. Их могли нанять, чтобы следили за паромобилем, он приметный. Таких мало. Кстати, ты заметила, что вообще происходит?

– А что происходит? – я посмотрела по сторонам. – Мне не с чем сравнивать, я здесь раньше не была.

– Люди ведут себя очень нервно. Присмотрись.

Понаблюдав немного, я вынуждена была с ним согласиться. Народа на улицах было много, все куда-то спешили, толкались, переругивались. А лица! Раздраженные, недовольные. Как у нас в метро в час пик. Мужчина в небогатой одежде налетел на женщину с корзиной, и та принялась поливать его отборной бранью. Он ответил тем же и замахнулся, но его оттащили.

– Это тоже темная энергия? – я зябко повела плечами. – Наверно, за последние дни ее просочилось немало. Интересно, а что происходит сейчас? Ты можешь узнать?

– Чтобы слышать переговоры в координационном центре, нужно специально подстроиться. Но обычно мы этого не делаем, чтобы не мешать. Я позову Майкеля.

Эйдар обратился к своему дяде – раз, другой, но ответа не было.

– Странно, – нахмурился он. – А с ним-то что случилось?

– Может быть, не слышит? – предположила я. – Спит?

– Спит? – хмыкнул Эйдар. – В рабочее время?

Он позвал еще кого-то, потом еще. Никто не отзывался.

– Слушай, а это не может быть связано с тем, что нас отправили… в отпуск? Ментальную связь вообще можно заблокировать?

«Не знаю, – ответил Эйдар мысленно. – Ты-то меня слышишь?»

«Я – да. А ты меня?»

– И я тебя. Значит, между собой мы ментально общаться можем.

– А если попробовать связаться с Оссимом?

Эйдар поморщился, но все же попытался. Ответа не было, он махнул рукой, но тут мы оба услышали:

«Эйдар, до особого распоряжения тебе и Елизавете запрещается пользоваться ментальным общением. Даже между собой. Не пытайтесь связаться с кем-либо, вам все равно не ответят».

«Но почему? – брови Эйдара взлетели под самые волосы. – Что происходит?»

«Никто не знает, что происходит. Фоновый уровень темной энергии быстро растет, хотя со вчерашнего дня ни в одной из трех сфер не зафиксировано новых истончений. Она просачивается сквозь ткань пространства, как будто ее что-то притягивает. Такого не наблюдалось никогда. До вашего появления здесь. Я не верю в подобные совпадения. Вы отстранены от работы до выяснения ситуации. Не считайте это своей виной. Я свяжусь с вами, как только станет возможно. Не прощаюсь».

«Не прощаюсь», – повторил Эйдар.

Я знала, что это особая форма именно прощания. Когда предполагается, что следующая встреча произойдет не скоро, но обе стороны надеются, что она все-таки состоится.

«Эйдар! – мы снова услышали Оссима. – Есть новости об Аллане?»

«Нет», – чуть помедлив ответил тот и добавил вслух: – Проклятье!

– Вчера Оссим сказал, что, возможно, мы вместе опасны для темных сущностей и что они охотятся за нами.

– Думаю, именно поэтому нам и запретили пользоваться ментальной связью. Это все взаимосвязано.

– А если мы не будем находиться рядом? – осторожно предположила я. – Может, в каждом из нас какая-то… не знаю, особая сила, а вместе она складывается и это становится опасным? Для тьмы?

– Лиза, ты еще не совсем понимаешь. Все мы, стражи, связаны между собой ментально. Каждый из нас – это звено цепи. Или ячейка сети, так, пожалуй, вернее. Эти способности заложены с рождения, но они спят. У кого-то потом проявляются сами, кому-то нужно открыть каналы, как тебе. Да, между мной и тобой связь более сильная, потому что работаем в паре. Вероятно, мы даже находимся в некотором резонансе, взаимно увеличивая силу друг друга. Но вот разорвать эту связь невозможно. Пока мы живы, разумеется.

– Подожди, – мне стало жутко. – А если кого-то из стражей тьма перетянет на свою сторону?

– Он все равно останется частью сети. Слабым звеном.

– Подрывая ее изнутри?

– Да.

– Но это как-то…

– Неправильно? – усмехнулся Эйдар. – Да, ты права. Но это так. В этом мире… ни в одном из миров нет ничего идеального. Помнишь, как ты сказала? Это не баг, а…

– Фича, – кивнула я. – Но эта фича мне не нравится. А куда ты сейчас ходил? Это как-то связано с?..

– В этом доме живет отец Астиера. Я сказал ему, что вернулся и решил зайти. Проведать. Разумеется, я не ждал, что он скажет что-то нужное или важное. Просто хотел посмотреть, как он отреагирует на мое появление.

– И как же?

– Да никак. Удивился.

– Но те, кто за нами следят… они наверняка поняли, кого ты подозреваешь.

– Может, это и к лучшему. Подтолкнет их к тому, чтобы выйти из тени. А если Астиер и правда погиб, пусть думают, что мы на ложном пути. Вряд ли эта неопределенность продлится долго.

Конечно, самое страшное – это паника. Но ощущение полной беспомощности и неизвестности немногим лучше. Паника проходит, а вот эта гадость зависает, как циклон над Питером.

– Что мы будем делать? – я вцепилась в рукав Эйдара мертвой хваткой.

– Лиза, успокойся, пожалуйста, – он кое-как высвободил руку.

– Самый зашибенный совет – «успокойся»! – похоже, истерика все-таки решила, что не стоит обходить меня стороной. – Не могу я успокоиться!

– Как только начнешь психовать, сразу получишь по физиономии, – предупредил он. – В терапевтических целях. Потом не жалуйся, что я мерзавец, поднявший руку на беззащитную женщину. Тем более эта женщина сама кого угодно сожрет и не подавится. Как акула.

– Козел! – прошипела я по-русски, не найдя подходящего по экспрессии эквивалента.

– Дура! – отбил он. – Ненавижу истеричных баб.

– Да пошел ты на хер! – рявкнула я так, что водитель, хоть и не мог понять, все равно обернулся с удивленным видом.

А вообще это неплохая идея – ругаться по-русски. И эмоции выплескиваются в полной мере, и никому из посторонних не понятно.

– Еще одно слово – и дальше пойдешь пешком, – Эйдар раздул ноздри, как кобра капюшон. Наверно, влезло бы по два пальца в каждую. – И плевать куда. Промокнешь, замерзнешь – может, успокоишься.

– Ну да, ну да, заболею и умру.

Я уже потянулась открыть дверь, раз все равно стоим, но жалкий остаток здравого смысла намекнул, что я буду выглядеть еще более жалко, когда остыну и пойму, что идти действительно некуда. В буквальном смысле остыну, потому что холодный мелкий дождь и не думал прекращаться. Поэтому просто отвернулась, глядя на повозку, которая тоже стояла в ожидании.

Ситуация складывалась патовая. Хотелось визжать и топать ногами, но я понимала, что это непродуктивно.

– Хорошо! – нервно сказал Эйдар и открыл дверь со своей стороны. – Пошли.

– Куда? – ощетинилась я.

– Сделаем глупость. Ты хотела узнать, кто за нами следит? Пойдем выясним.

Не дожидаясь меня, он спустился на землю и пошел к повозке. Даже не посмотрел, иду ли я следом. А я, между прочим, наступила на подол и чуть не свалилась со ступеньки. И это точно не прибавило мне добрых чувств к Эйдару. Когда я догнала его, он уже был на месте и рывком распахнул дверцу. И замер – словно в крайнем изумлении.

– Ты⁈ Какого?..

За его спиной я смогла рассмотреть только кусочек лба мужчины и светлые волосы. Почему-то показалось, что это Тенмар, но Эйдар тут же опроверг мое предположение.

– Ойген, в чем дело? Зачем ты следишь за нами?

Ойген? Кто это?

– Эйдар, ты же понимаешь, я не мог отказаться.

Голос я определенно уже слышала. Да и мужчину где-то видела. Когда Эйдар сдвинулся в сторону, разглядела, что у него голубые глаза и собранные в хвост светлые волосы. Может, кто-то из стражей? В координационном центре вчера собралось столько народа, что я при желании не смогла бы запомнить всех.

– И кто тебя заставил? Оссим?

– Нет. Я не могу тебе сказать.

– Не можешь? – в голосе Эйдара было столько ярости, что даже я испугалась. – У меня похитили сына, нас отстранили от работы, а ты не можешь⁈

И тут я вспомнила, кто это. Чиновник из городского управления, который регистрировал наш брак. Он еще принял меня за Мелию.

И что бы это могло значить?

– Подожди, Эйдар, – Ойген выставил руку ладонью вперед, словно защищаясь. – Если я скажу и об этом узнают, то просто выгонят. И это еще в лучшем случае. А у меня беременная жена и больная мать.

– Значит, кто-то из городского управления? Из тех, кто знает, что ты работаешь на нас? Я угадал?

– Я ведь ничего не говорил, правда?

– Я ведь не зря не доверяю ключникам, правда? – с презрительной усмешкой передразнил его Эйдар. – Пошли, Лиза. А то ты действительно промокнешь, заболеешь и умрешь. Придется хоронить тебя в нашем семейном склепе, а там и так тесно.

Тут уж я не выдержала и со всей дури врезала ему кулаком по спине.

– Руку не отбила? – поинтересовался он с ядовитой иронией.

– Кто такие ключники? – спросила я, когда мы отошли от повозки.

– Дети стражей, которые не унаследовали способности родителей. Так бывает, если страж только один из родителей. Или оба, но сами полукровки.

Полукровки? Ну ясно, доминантные и рецессивные гены. На таком примитивном уровне школьный курс биологии я еще помнила.

– А почему ключники?

– Когда-то очень давно было что-то вроде ритуала посвящения в стражи. И вот такие неспособные держали символические ключи. Позже от обряда отказались, потому что в нем не было никакого смысла. А название осталось. Обычно они занимают какие-то полезные для нас должности. Или делают что-то нужное.

– И Тенмар тоже?

– Да, твой любимый портной тоже.

– Ты прекратишь уже? – я окончательно рассвирепела.

– Ну не я это начал, – пожал плечами Эйдар. – Но теперь мы хотя бы знаем, кто за нами следит. Понять бы еще зачем.

– Ты, может, и знаешь, – я снова чуть не упала на ступеньке, наступив на подол. В брюках было намного удобнее. – А я вот ничего не понимаю.

– Стражи не подчиняются властям. Они вообще сами по себе и никому не подчиняются. Но с властями приходится взаимодействовать. Обычно это тоже наши люди. Все те же ключники. Поэтому да, я знаю, кто мог приказать Ойгену следить за нами. А вот с какой целью – пока загадка. Его спрашивать бесполезно, он наверняка не знает. Ну вот что, едем обратно. Все равно по такой погоде не погуляешь, а из машины ты мало что увидишь. Надо как-то выманить из центра Майкеля, не используя ментальную связь.