Текст книги "Помощница стража тьмы. Брак по контракту (СИ)"

Автор книги: Татьяна Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

Глава 11

«Снова третий мир? – спросила я, войдя в комнату и усаживаясь в кресло. – Я в саду разговаривала с девушкой, она здесь работает. Ее позвал координатор, у них тоже тревога».

«На этот раз первый. Твой, – Эйдар погасил свет. – И тревога серьезнее, класса И».

«А сколько их всего? Классов?»

«Три. Причем третий, У, – это прорыв. Готова?»

«Да. Слушаю».

Все повторилось. Эйдар по очереди вызывал наблюдателей из трех миров, получал данные и строил треугольник. На этот раз точка оказалась в городе, но я его не узнала. Судя по людям, которых я едва заметила, где-то в Юго-Восточной Азии.

«Скажи, а сколько вообще наблюдателей и ликвидаторов в нашем мире?» – спросила я, когда мы закончили.

Меня снова знобило, кружилась голова, но уже не так сильно, как в первый раз. Скинув туфли, я забралась в кресло с ногами и свернулась клубочком.

«Наблюдателей много не надо, – Эйдар потянулся, прошел по комнате от стены до двери и обратно. – Где-то по одному на несколько маленьких стран, где-то несколько в большой. В России нас было семеро. А вот ликвидаторов нужно как раз много. Но они все местные, их находят стражи с такими способностями, как у Аллана. Далеко не все соглашаются. Кто-то не верит, считает все это глупыми бреднями. Кто-то не хочет. Или боится. У многих своя налаженная привычная жизнь, не все готовы ее изменить… как ты».

«Ну хорошо, допустим, те, кому предложили эту работу, могут отказаться. А те, кто выросли в семьях стражей? Тот же Аллан – если он не захочет пойти по твоим стопам? Что тогда?»

«А что тогда? Никто не сможет его заставить. Но знаешь, Лиза, мало кто отказывается. У вас есть один фильм, его часто показывали по телевизору. И там была фраза, я запомнил: „Есть такая профессия – Родину защищать“. Когда мужчины из поколения в поколение воины – это никого не удивляет. Так и мы. Воины света, оберегающие миры от тьмы».

«Выходит, миры изначально были созданы с изъяном? Раз они так уязвимы?»

«Этого не знает никто, – Эйдар присел на подлокотник моего кресла. – Но, думаю, ты ошибаешься. Мне кажется, это не изъян, а…»

«Не баг, а фича?» – перебила я.

«Извини, что?»

«Не изъян, а особенность?»

«Да, возможно. Развитие – это борьба. Старого и нового, разрушения и созидания. Добра и зла. Если в реке нет течения, она превращается в болото. Скажи, Лиза, тебе правда хочется сейчас обсуждать философские проблемы? Я бы, пожалуй, лучше поел. А ты?»

От неожиданности я рассмеялась и кивнула. Эйдар вышел и скоро вернулся с двумя тарелками и вилками.

– Спа… – я осеклась. – «Вот так шевельнешь языком и останешься без зарплаты».

«Запросто. Как у вас говорят, лучше жевать».

На тарелках оказалось что-то вроде мясной запеканки с овощами. Волокнистые куски, то ли в тесте, то ли в яйце, оставляли жирный привкус на губах и пахли разваренной капустой.

Боже, ну почему у них все такое невкусное⁈

«Вот даже не знаю, – вздохнула я, – лучше ли?»

«Лучше что?» – не понял Эйдар.

«Жевать вот это. Скажи честно, где еда вкуснее, у вас или у нас?»

«Разумеется, у нас, – хмыкнул он. – Просто ты не привыкла».

«Боюсь, что и не привыкну. Напомни, мы ведь работаем пять дней, потом выходной?»

«Да. Первые пять с утра, следующие вечером, затем ночью».

«А сколько всего координаторов?»

«Три смены по десять человек – это постоянный штат. И еще десять подменных – они работают полный цикл, когда постоянные отдыхают».

«То есть сутки через пять?»

«Да. Ну и помощницы почти у всех… Что-то первый не докладывает».

Поставив тарелку на подлокотник, Эйдар вызвал наблюдателя из моего мира:

«Координатор. Вызываю сферу один. Как обстановка?»

«Сфера один. В районе истончения массовые беспорядки. Ликвидаторы ожидают возможности приблизиться. Если не смогут, придется выставить наблюдательный пост».

«Понял. На связи, – помолчав, Эйдар обратился уже ко мне: – Повезло тебе, Лиза, с первым рабочим днем. Как зовут ту девушку, с которой ты разговаривала в саду?»

«Айса».

«Не знаю такую».

«Ее координатор Гортен», – припомнила я.

«Гортен, это Эйдар. Как у вас сегодня? У нас уже две с утра. Третья и первая сферы, А и И. И обе не удалось ликвидировать».

«Приветствую. С первым днем! – услышала я ответ. – У нас две подряд, одна за другой. Обе в третьем, обе А, но тоже выставили посты. Определенно что-то происходит. Что-то нехорошее».

«Оссим, это Эйдар. У нас две тревоги подряд, у Гортена тоже. Как у остальных?»

Главный координатор отозвался не сразу.

«Ночью ни одной, а с утра уже девять. Все в первой и третьей. И ни одну не ликвидировали. Еще одна – и придется объявлять желтый уровень. На связи».

«Что такое желтый уровень?» – спросила я.

«Опасность большого прорыва. Со средней вероятностью. Красный уровень – вероятность высокая. Черный – чрезвычайно высокая».

«И что будет, когда… если объявят этот желтый уровень?» – мне стало страшно, аж руки задрожали.

«Все ликвидаторы должны быть в полной готовности. Во всех трех мирах. То, что в нашем пока тихо, ничего не значит. Он самый стабильный из них, но если везде начнет рваться, достанется и ему. А если прорыв будет большим, в нескольких местах одновременно, помогать ликвидаторам придется всем. И наблюдателям, и координаторам».

«Ничего себе! – поежилась я. – Такое уже было? При тебе?»

«Дважды. Один раз здесь, второй – у вас. У нас по всему миру прошли мощные стихийные бедствия, от лесных пожаров до извержений вулканов. И государственный переворот в Юстике. С большим количеством жертв. А у вас – ковид и прочие сопутствующие вещи. Боюсь, Лиза, сегодня мы домой не попадем».

* * *

– Мы отработали две смены, и поэтому завтра нам положен дополнительный выходной, – сказал Эйдар, когда мы вышли в сад.

– Хорошо, – зевнула я, наслаждаясь возможностью говорить вслух, а не мысленно. – Наверно, просплю весь день. Надеюсь, такое будет не слишком часто.

– Трудно сказать, – Эйдар покачал головой. – Каждое не ликвидированное сразу истончение – это опасность нового. Пятнадцать раз в двух мирах за неполные сутки – это очень много. И без возможности оперативного вмешательства. Значит, будут еще. И в этом мире тоже. Теперь все исправит только большой прорыв. Нужно готовиться к нему в ближайшие дни. Может быть, и выходного не получится. Вызовут всех.

– Да, повезло мне, – я поежилась от ночной прохлады. – А это что?

У ограды вместо паромобиля стояло нечто вроде коляски, запряженной унылой гнедой конякой.

– Служебный транспорт, – усмехнулся Эйдар. – Кеппер не обязан ждать нас круглосуточно. Ничего, доедем.

Я чувствовала себя так, словно весь день таскала тяжелые мешки. Казалось бы, определение координат требовало лишь ментальных усилий, но каждая мышца ныла, как гнилой зуб.

– Ужинать будешь? – спросил Эйдар, когда мы вошли в дом.

– Нет, – от одной мысли о еде замутило. – Упасть и спать! Буди, только если понадобится на работу.

Сил не хватило даже на душ. Разделась и рухнула в постель, но сон получился рваным, похожим на рыхлые облака. Сквозь прорехи пробивалась все та же ноющая боль. И только ближе к утру мне удалось уснуть по-настоящему.

Разбудил меня Аллан. Точнее, его взгляд. Он сидел у кровати на стуле и смотрел в окно.

– Доброе утро, Лиза, – сказал он, погладив меня по руке. – То есть добрый обед. Уже давно день. Папа не разрешил будить тебя. Я и не будил. Можно немного полежать с тобой?

Он устроился поверх одеяла, я обняла его и осторожно перебирала рыжие кудряшки. И думала о том, что Эйдар прав. Время пройдет быстро, придется расставаться. Я уже привязалась к нему, а что будет через три года?

Полежав еще немного, я все-таки встала. Привела себя в порядок, съела в столовой очередное невкусное блюдо и вышла с Алланом в сад. Эйдар куда-то уехал, но я обрадовалась возможности отдохнуть и от него. Находиться с ним рядом – это уже само по себе было работой.

Аллан возился в песочнице, а я сидела на лавочке, грелась на солнце и пыталась привести в порядок растрепанные первым рабочим днем мысли и чувства.

Сейчас вокруг было так спокойно, так безмятежно. Солнце, легкий ветерок, бабочки над цветами, высоко в небе юркие птицы. А на душе тяжесть. Нет, это была не та мутная тоска, о которой говорил Эйдар. Я испытывала ее не раз – как предчувствие чего-то ужасного, непоправимого. И оно действительно происходило, хотя и не со мной. Это были прорывы сущностей, сказал Эйдар, женщины чувствуют именно их. Однако сейчас меня грызло что-то другое.

Кажется, я попала в этот мир, на эту работу в недоброе время. И этот безмятежный день – как затишье перед бурей. Как последние часы перед извержением вулкана. Темные сущности представлялись мне безобразными слизистыми монстрами с огромными зубами, которыми они грызли пространство и время, раздирая их в клочья. Они уже были рядом, совсем близко, в нескольких миллиметрах и секундах. Еще немного – и миры вздрогнут, когда черная сила затопит их, заставляя людей ненавидеть и убивать друг друга, когда стихии обрушат всю свою мощь, сметая все на пути. И только стражи смогут обернуть эту силу против нее самой, латая ею прорехи в мироздании.

Что-то вроде невольной гордости шевельнулось во мне – потому что я одна из них. Потому что могу хоть как-то помочь. Помочь всем людам. И Эйдару…

Гордость тут же вытеснило раздражение – такое же невольное. Эйдар привлекал меня и бесил одновременно. Причем эти два чувства были тесно связаны. Он бесил меня, потому что привлекал, и привлекал… потому что бесил. Резкий до грубости, бесцеремонный, бестактный, прямолинейный, как рельс. И все же я находила в нем что-то такое… То, от чего внутри сладко вздрагивало. Было в этом что-то глубоко неправильное, но я ничего не могла поделать. Оставалось надеяться на то, что смогу удержать это отношение на какой-либо более-менее безопасной грани. Потому что влюбиться в него по-настоящему стало бы для меня катастрофой.

– Елизавета! – на дорожке в формальном полупоклоне застыл Пакстон. – Приехал портной.

А вот теперь внутри дрогнуло уже иначе. В другом отделе этого самого «внутри» – более приземленном. Чертов Тенмар будил во мне ощущения, не требующие сложного анализа. Однако именно в этом и заключалась главная сложность.

– Благодарю, – кивнула я. – Аллан, пойдем домой.

– Ну Лиза, – заныл он, – я не наигрался.

– Пакстон, пусть Изелла придет сюда и побудет с ним, – попросила я.

Дожидаясь няню, я постаралась взять себя в руки.

В конце концов, разве мне мало встречалось привлекательных мужчин, достойных занять почетное место в галерее эротических фантазий? Это просто еще один из них, ничего более. Я подписала контракт. Мой фиктивный брак – это тоже часть работы. Завести интрижку так, чтобы о ней никто не узнал, у меня не получится, не стоит и пытаться.

Наконец появилась Изелла, и я пошла в дом, говоря себе, что буду абсолютно спокойной и сдержанной. Однако все мои благие намерения рухнули, едва я вошла в комнату.

Тенмар сидел в кресле и листал журнал, но мгновенно вскочил при моем появлении.

– Добрый вечер, Елизавета, – улыбнулся он. – Я привез твою одежду. Примерь, мне надо посмотреть, все ли в порядке теперь.

Глава 12

Глава 12

Ну влюбиться в него точно не влюблюсь, думала я, выбираясь из платья. Скорее уж и правда в Эйдара. Тут совсем другое. Но вот что делать с этим безголовым влечением – вопрос открытый.

Притвориться, будто меня что-то не устраивает, попросить, чтобы нашли другого портного? Но это казалось каким-то… непорядочным, что ли? Испортить деловую репутацию человеку только потому, что он вызывает зуд в одном месте? Ну просто фу.

– Вот, теперь все в порядке, – Тенмар критически осмотрел на мне сначала брюки, потом платье. – Больше пока ничего не выбрала?

– Нет, – я решила остаться в новом, чтобы лишний раз не переодеваться. – Не было времени. Вчера после работы просто упала без сил. И сегодня спала до обеда.

– Ничего страшного. Когда найдешь время, чтобы посмотреть журналы, пошлешь за мной. Если, конечно, что-то понравится.

Он давал мне лазейку.

Извини, Тенмар, ничего не приглянулось. Да и вообще обойдусь пока тем, что есть.

Но, по сути, это мало чем отличалось от того, чтобы сменить портного.

– Непременно, – кивнула я. – Большое спасибо.

Тенмар ушел, а мне расхотелось куда-то выходить. Солнечный день уже не радовал, а предчувствие беды грызло еще сильнее. Забравшись на кровать, я бездумно листала журналы, но никак не могла сосредоточиться на изображениях всевозможных платьев и костюмов, выполненных тонким пером и ярко раскрашенных. Наверняка все это мне пошло бы, но выбирать не хотелось.

Я так и просидела у себя до самого ужина. На этот раз мы подошли к столовой одновременно с Эйдаром.

– Новое платье? – не без насмешки отметил он. – Приезжал твой любимый портной?

– С чего это вдруг он стал моим любимым? – оставалось надеяться, что я покраснела не слишком сильно.

– Ой, да ладно, – он махнул рукой и пропустил меня в дверях. – Позавчера ты смотрела на него так, словно готова проглотить. Без соли.

– А почему бы мне не посмотреть на интересного мужчину? – хмыкнула я, усаживаясь за стол. – Кому это мешает? Кстати, а почему именно он?

– Тенмар владелец ателье, которое шьет одежду для женщин, работающих в координационном центре.

– Вот эти вот жуткие черные костюмы?

– Ну это не он придумал, – Эйдар сел на свое место и развернул салфетку. – К тому же Тенмар был портным Мелии.

– Вот как…

Я не знала, что сказать на это, но, к счастью, в столовую вбежал Аллан. Для него уже сделали специальный высокий стул, и официант помог ему забраться.

Тут было о чем подумать. Интересно, а ей Тенмар нравился – как мужчина? Или Эйдар был для нее единственным светом в окошке? А он не ревновал ее случайно к портному?

Я знала, что Эйдар любил жену и что ее смерть стала для него страшным ударом. Но почему-то до этой минуты ни разу нне задумывалась об их взаимоотношениях. Меня это не касалось – и не интересовало. Тогда почему вдруг подумала об этом сейчас? Только из-за Тенмара?

Неожиданно я поймала себя на том, что жую, не морщась мысленно на каждом взятом в рот кусочке. Так задумалась, что не замечаю вкуса? Или это блюдо действительно можно есть без героических усилий?

На тарелке лежало какое-то белое мясо под зеленым соусом. На вид довольно неаппетитное, но на вкус… определенно, лучше всего, что я здесь до сих пор пробовала. Добавки просить, конечно, не стала бы, но вполне смогла доесть. Это вселяло оптимизм: либо я все-таки привыкну, либо путем проб и ошибок найду те блюда, которые смогу есть без рвотных позывов.

После ужина я снова пошла с Алланом в детскую. Как и в прошлый раз, мы с Изеллой искупали его и уложили в постель. Отпустив няню, я выбирала книгу для чтения, когда в комнату заглянул Эйдар.

– Папа, папа! – Аллан запрыгал в кровати. – Лиза мне почитает, а ты посиди тоже со мной.

– Хорошо, – согласился Эйдар и подтащил поближе кресло-качалку.

Я села на стул и начала читать сказку про девочку, которую украла стая птиц. Довольно жуткую, на мой взгляд, но как воспитатель дошколят я прекрасно знала, что дети обожают подобные ужастики. Эйдар сидел, глубоко задумавшись. О чем, интересно? Может быть, вспоминал, как они с женой вот так же укладывали сына?

Аллан уснул четко на последних строках, когда птицы вернули девчонку родителям. Оставив включенным ночник в виде гриба, я приоткрыла дверь в комнату Изеллы, чтобы та услышала, если Аллан проснется и позовет ее. Мы с Эйдаром вышли в коридор, и он спросил:

– Не хочешь немного прогуляться перед сном?

Я удивилась, но возражать не стала. В саду мы молча брели по дорожкам, держась друг от друга на безопасном расстоянии: вроде бы и рядом, но не вместе.

– Мне сегодня весь день как-то не по себе, – сказала я. – Как будто что-то вот-вот должно случиться.

– Фон темной энергии повышен, – не сразу ответил Эйдар. – Сильно повышен. Прорехи в соседних мирах, которые невозможно ликвидировать. Наверно, и в других, в тех, что близко. Все влияет. Она просачивается, растекается везде. Люди становятся агрессивными, с трудом сдерживают негативные эмоции. И природа… Видишь вон те облака?

– Белые, высоко? – я подняла голову и посмотрела на тонкие прозрачные облачка, напоминающие пушинки одуванчиков.

– Это осенние облака, предвестники сильных ветров, которые приносят проливные дожди. Их почти никогда не бывает летом. Боюсь, Лиза, тебе не повезло, ты попала на период мощной активности темной энергии. Но это невозможно предсказать, у нее нет какой-либо цикличности. Еще пару дней назад все было тихо, ничто не предвещало.

– Я просто любимая дочь Фортуны, – неожиданно для себя я вдруг взяла Эйдара под руку. – Ничего не поделаешь. Такое уж вот мое счастье.

Может, его это и удивило, но виду он не подал. Так мы и вернулись к дому – как настоящая семейная пара. Правда, скорее, как пара со стажем, потому что молодожены шли бы в обнимку или хотя бы держались за руки. То, что было между нами… вовсе не притяжение, а напряжение. Густое, плотное, разве что не гудящее, как трансформаторная будка.

– Спокойной ночи, Лиза, – сказал Эйдар, когда мы вошли в дом. Мне нужно было в правый коридор, а ему по лестнице на второй этаж. – До завтра.

Уже лежа в постели, я подумала, что потратила внезапный выходной самым бездарным образом. Надо было попросить у Эйдара денег в счет зарплаты и сделать набег на магазины. А теперь все это откладывалось на неопределенный срок. Если и дальше пойдет так, как вчера, неизвестно, будут ли у нас вообще выходные. Он говорил, что в сложных ситуациях работать приходится всем – круглыми сутками.

Утро подтвердило мои опасения. За ночь лето превратилось в осень – с сильным ветром и проливным дождем. Облака-одуванчики не соврали. Паромобиль не ждал за воротами, как в прошлый раз, а подъехал к самому крыльцу. Хотя крыша была поднята, задувало со всех сторон.

– Как-то я не подумал о том, что тебе нужна теплая одежда, – Эйдар накинул на меня какой-то плед. – До осени еще два месяца. Кеппер, – обратился он к водителю. – Отвезешь нас и поезжай в ателье к Тенмару. Скажешь ему, что Елизавете надо подобрать теплые вещи. По погоде. Пусть привезет.

– Мне бы еще в магазины, – жалобно пискнула я из-под пледа.

– Боюсь, с этим пока придется подождать. Напишешь список, Лоиса все купит.

От ограды до крыльца центра мы добежали, укрывшись все тем же пледом. В нашей комнате – или ее надо было называть рабочим кабинетом? – Эйдар пристроил его на какой-то крюк в стене.

«Не факт, что высохнет до вечера, – перешел он на мысленное общение. – Хотя неизвестно, уйдем ли мы сегодня домой. Не исключено, что придется ночевать здесь, в комнате отдыха».

«Скажи, а почему мы не можем делать все то же самое дома? – спросила я, сев в кресло. – Определять координаты, я имею в виду. Только потому, что там не устроить полную тишину и темноту?»

«Не только. Когда мы собираемся все вместе, это сильно облегчает общую ментальную связь. Например, мы с тобой вдвоем можем вот так разговаривать где угодно, даже на расстоянии. Хотя если рядом, конечно, проще. А с другими стражами, тем более из других миров, нужен вот этот общий фон. Сейчас я вызову Оссима и узнаю обстановку».

И окажется, что все очень и очень плохо, подумала я. И, разумеется, накаркала. Ну не зря же у меня костюм вороны!

Истончений ткани становилось все больше. Появились они и в этом мире. Некоторые все же удалось оперативно ликвидировать, но на три мира уже было выставлено шестнадцать наблюдательных постов. Шестнадцать мест, где в ближайшее время произойдет прорыв темных сущностей! И наверняка должно стать еще больше.

«В первой и третьих сферах фиксируются массовые беспорядки и обострение военных конфликтов, – рассказывал Оссим. – В первом теракт с большим количеством жертв. В третьем извержение трех вулканов и сильное землетрясение. У нас пока одни погодные аномалии, но, боюсь, это только начало».

Он не ошибся. Первый же вызов оказался из второй сферы. Я определила место – и попала в море. Штормовое море с огромными валами темной воды – я увидела эту картинку.

«Проклятье, – вздохнул Эйдар, передав координаты наблюдателю. – Море, говоришь? Сейчас туда точно не добраться. Значит, еще один пост. У нас есть специальные станции на маяках, но это почти всегда слишком далеко. Какая-то тут уже появляется закономерность. За двое суток семнадцать недоступных мест. На моей памяти никогда такого не было. Три, ну четыре в одном мире. Но не сразу столько в трех».

«Помнишь, ты говорил, что сущности хоть и являются по сути сгустками энергии, но ведут себя как живые мыслящие существа? – напомнила я. – Может быть, они специально пытаются прорваться в таких местах, куда не могут добраться ликвидаторы?»

«Очень похоже на то».

«А еще ты говорил, что если происходит большой прорыв, ликвидировать его приходится всем стражам. Не только ликвидаторам. Если это случится, что нужно будет делать нам?»

«Быть там, – помолчав, ответил Эйдар. – Рядом с ликвидаторами. Не пугайся, это не так опасно, как оказаться в момент прорыва в том месте. Хотя если где-то там поблизости извергается вулкан или беснуется толпа…»

«Понятно. А зачем нам быть рядом? Чем мы можем помочь?»

«Мы сами не можем перенаправлять темную энергию, как они, но зато можем поддерживать их своей. Условно светлой. Это как с общей ментальной связью, она той же природы».

Во мне шевельнулась какая-то бессильная злость. Потому что ничего этого я не знала, когда подписывала контракт. И ведь не скажешь же, что Эйдар мне в чем-то наврал. Просто умолчал о деталях. А дьявол, как известно, кроется именно в них.

Хотя некоторые мелкие нестыковки в его словах все же были. Сейчас я припомнила это отчетливо. Сначала он говорил, что собирался отправиться наблюдателем в третий мир, потом – что должен был остаться на второй срок в нашем. Было что-то еще, но, в общем, не принципиальное. А вот о действительно важном он умолчал. О том, насколько тяжелой и опасной может быть эта работа.

А я-то думала, что самым трудным будет терпеть его вздорный характер!

«Сфера два. Тревога класса И в секторе восемь».

И снова координаты попали в море.

Связавшись с Оссимом, Эйдар узнал, что количество наблюдательных постов выросло до двадцати двух. Плюс пять неликвидированных истончений за одно утро!

«Это черный уровень опасности, Лиза, – тяжело вздохнул он. – Рванет если не сегодня, то завтра точно. Никому не известно, где именно».