Текст книги "Помощница стража тьмы. Брак по контракту (СИ)"

Автор книги: Татьяна Рябинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 3

Глава 3

Уснуть мне в эту ночь так и не удалось. Сначала читала и перечитывала контракт, вдоль и поперек. Потом думала – снова и снова, и так и эдак. Легла, поняла, что не усну, встала. Сидела на кухне, пила чай – и опять думала.

Прописано в контракте все было предельно четко и прозрачно. И правда, никакого мелкого шрифта. Разве что служебные обязанности не расписаны подробно, но, видимо, их и не должно было там быть. А вот пункт про фиктивный брак как раз наличествовал. В нем особо подчеркивалось, что, поскольку брачное сожительство носит формальный характер, все семейные обязанности и, в первую очередь, интимная жизнь, допустимы лишь по взаимному согласию. И что какое-либо принуждение с любой стороны недопустимо.

Я представила, как принуждаю Эйдара к интимной жизни, ссылаясь на контракт, а он напоминает об этом пункте. Представила – и фыркнула так, что чай выплеснулся из кружки на стол.

Да ладно, черт с ним, и с интимом, и с фиктивным браком. Я должна была принять совершенно невероятное решение: уволиться с работы, сдать квартиру и уехать даже не в другой город, не в другую страну, а в другой мир! Точнее, уйти туда пешком, но не суть. На целых три года. И работать помощницей мужика, который занимается тем, что не пускает из другого измерения всякую инфернальную сволочь. Или уничтожает, если она все-таки пробирается. Хотя нет, уничтожают, если я правильно поняла, ликвидаторы.

Дурдом полнейший!

Эйдар сказал, что были и другие кандидатуры, но по разным причинам отказались. Не захотели. Или не смогли. А у меня, опять же, по его словам, нет никаких обязательств. То есть ничто не держит.

Ну как бы да. Родных у меня не было. Мама умерла два года назад, бабушка и дедушка еще до моего рождения. Отец слился, когда узнал о беременности. Я даже не представляла, как он выглядит, мама выбросила все фотографии.

Личная жизнь? Не складывалась. К двадцати восьми годам в моем активе числилось два несерьезных романа и один серьезный, который, тем не менее, так и не превратился в настоящую семейную жизнь. Мы с Андреем два года встречались и два года жили вместе, а потом расстались. Я хотела детей, а он – нет.

В сухом остатке выходило несколько не слишком близких приятельниц, ипотечная квартира и работа. Приятельницы вряд ли сильно огорчатся, узнав, что я уезжаю в дикое место без интернета. С квартирой вопрос решался. Работа? Я ее любила, конечно, но, положа руку на сердце, не до такой степени, чтобы она была моим единственным светом в окошке.

И все же я колебалась, как аптечные весы. На одной чаше лежал элементарный страх. На другой – любопытство и тот самый дух авантюризма, который подталкивает открыть закрытую дверь и посмотреть, что за нею. А еще, а еще…

Нет, ну правда. Будь Эйдар старым и страшным, балансировала бы я сейчас между «да» и «нет»?

А может, бросить монетку? Пусть судьба решает. Вот только судьба ли? Или слепой случай?

Как он сказал? Если откажусь, буду жалеть об упущенной возможности.

Очень даже возможно.

К утру я так ничего и не решила. Время, конечно, еще было, но Эйдар просил не тянуть. Глянула на себя в зеркало и испуганно охнула: оттуда смотрела страшная старая тетка, похожая на помесь вороны и панды: лицо осунулось, нос заострился, а под глазами легли темные тени. Кое-как замазала тоном весь этот страх и поехала на работу, по-прежнему чувствуя себя весами. И тут случилось кое-что… вроде бы мелочь, которая, однако, заставила чашу «да» опуститься.

Я выглянула в раздевалку, когда няня привела Аллана. Она помогла ему раздеться и ушла. Больше никого там в этот момент не было.

– Иза Ивановна, вы пойдете с нами? – спросил Аллан тихо.

Я с трудом проглотила колючий комок, погладила его по рыжим кудряшками и молча кивнула.

– Беги в группу.

– Ура! – шепотом крикнул он и исчез за дверью. А я постояла минуту, глядя себе под ноги, и пошла в кабинет заведующей.

– Ольга Леонидовна, – сказала с порога, – я ухожу.

– Куда? – не поняла она.

– Совсем. Увольняюсь. В пятницу выйду последний день.

– Еще чего⁈ – возмутилась Ольга. – И не думай даже. Если уж приперло, отработаешь две недели, как положено.

– Нет. Мне предложили хорошее место в другом… городе. В следующий понедельник я должна выйти на работу.

Она смотрела на меня, злобно поджав губы. Я ей никогда не нравилась. Впрочем, Ольга не любила никого. В том числе и детей. Зачем работать в детском учреждении, если не выносишь детей? Хороший вопрос – но, к сожалению, риторический.

– Если ты там так нужна, подождут.

– Ольга Леонидовна, я не прошу уволить меня без отработки, а ставлю перед фактом, что в пятницу работаю последний день.

– По статье уволю, – она сощурилась так, что глаза исчезли в толстых щеках. – За прогулы. И трудовую не отдам. И зарплату.

– По статье – как вам угодно, – я пожала плечами. – А вот трудовую и зарплату – не имеете права. Но даже если и так… плевать. На новом месте мне трудовая не нужна. Да она, по большому счету, вообще не нужна. Сейчас все в электронном виде. И аванс только что получила. Немного потеряю.

Ольга злобно жевала губу.

– Выросли на нашу голову нахалки, – буркнула она. – Умные, да?

Вообще-то, ей было всего на десять лет больше, чем мне. И сама она интеллектом особо не блистала. Что я и подтвердила:

– Ага, умные. Выросли.

Побагровев в цвет борща, Ольга запустила по столу лист бумаги:

– Пиши! Группу сдашь Светлане.

Написав заявление, я пошла и обрадовала свою нянечку.

– Спасибо, Лиза, – надулась она. – Мне теперь за двоих впахивать?

– Ну извини, – я пожала плечами. – Найдут замену, не волнуйся.

Это было странное ощущение – смотреть на все так, словно уже одной ногой за порогом. Новость разнеслась мгновенно. Дети страдали: «Иза Ивановна, вы от нас уходите?» Воспитательниц, нянечек и прочий персонал интересовало, куда я еду и кем буду работать.

– Воспитателем, – лаконично врала я: – В поселке под Норильском. Там северные платят. И жилье служебное.

Вечером за Алланом снова пришел Эйдар.

– Я согласна, – сказала я ему. – Давайте подпишем контракт.

* * *

Конец недели пролетел как один день – столько всего надо было сделать за оставшееся время. Иногда становилось до дурноты страшно: господи, во что же я ввязалась⁈ Видимо, это пробивался голос здравого смысла. Но не слишком здравый в компании все того же авантюризма отгоняли его пинками: все, дело сделано, отступать некуда.

Помимо контракта, мы с Эйдаром подписали договор аренды. Он снимал квартиру сроком на три года на свое имя, с полной предоплатой.

– С Ниммером вы познакомитесь на переходе, – сказал он по дороге в банк. – У вас будет время отдать ему ключи и проинформировать обо всем, что сочтете необходимым.

В банке я открыла два счета. Один – депозит с самым большим процентом, на который Эйдар положил мою заработную плату за три года. Второй – текущий счет. На нем должна была лежать арендная плата за квартиру, с него же банку предстояло перечислять мои ипотечные платежи и налог за аренду.

– Ну вот, по деньгам мы разобрались, – подвел итог Эйдар, доставив меня домой. – Приводите в порядок свои дела. В понедельник вечером мы с Алланом за вами заедем. Не берите много вещей. Только самое необходимое.

– Если бы еще знать, что там необходимо, – вздохнула я. – Может, посоветуете?

– Если принимаете лекарства, сделайте запас на все три года. Одежда – точно нет. Нижнее белье – пожалуй, да. Наше вам вряд ли понравится. Шариковые или гелевые ручки, я сам возьму побольше. Если носите линзы, тоже берите с запасом. Косметика, средства женской гигиены. У нас все это есть, но очень сильно отличается от того, к чему вы привыкли. Чтобы вам было понятнее, время нашего мира можно приблизительно соотнести с вашим концом девятнадцатого века. Электричество и центральное водоснабжение есть, а вот до мобильных телефонов и компьютеров еще очень далеко.

– И при этом вы можете вкладывать знания прямо в мозг?

– Эти знания и возможности доступны только стражам. Они передаются по цепочке из одного мира в другой.

– То есть вы такая общемировая тайная организация?

– Можно и так сказать, – согласился Эйдар. – Спокойной ночи, Елизавета. До понедельника.

А я-то хотела пригласить его на чашку кофе. Ладно, не будем форсировать события.

– А если у меня вдруг возникнут какие-то вопросы, как с вами связаться?

– Напишите записку и отдайте Аллану. Я вам позвоню.

– Может, лучше вы дадите мне свой номер?

– Это лишнее, – спокойно, но твердо ответил он.

– Хорошо, – спорить не имело смысла. – Доброй ночи.

В пятницу я попрощалась с детьми и коллегами, устроив чаепитие с тортами. Проигнорировала его только заведующая, но это меня ни капли не огорчило. Тем более трудовую с записью об увольнении по собственному она мне все же отдала. И зарплата должна была прийти на карточку. Правда, уже после того как я окажусь в другом мире, но неважно.

А еще мне нужно было привести в порядок квартиру. Просто непостижимо, как быстро человек обрастает барахлом. Я купила ее всего три года назад, после разрыва с Андреем, но за это время в моей однушке скопилось невероятное количество вещей. В субботу я вынесла в парадную пять коробок с одеждой, обувью и прочей дребеденью, кинув клич в домовой чат. За день разобрали все. Многое просто вытащила на помойку. Что могло пригодиться потом, сложила на антресоли. Посуду, постельное белье, технику оставила в пользование жильцу.

В воскресенье я весь день гуляла по городу. Поехала в центр и навестила все свои любимые места, как будто прощалась навсегда. Приходилось напоминать себе, что через три года вернусь.

Но что, если… нет? Вдруг мне захочется продлить контракт? Или вообще остаться там навсегда? О чем-то более страшном думать не хотелось, но в голове крутилось из Ницше: «Если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя». Что бездна, что тьма, от которой охраняют миры стражи…

Интересно, а что случилось с женой Эйдара? Не связано ли это как-то с его службой? И почему координатор обязательно должен быть женатым?

Я старательно отпихивала от себя все эти мысли, стараясь думать о том, что меня ждет нечто новое, невероятное. В компании очень даже привлекательного мужчины и забавного ребенка. И что я заработаю очень даже неплохие деньги. То есть фактически заработала одним своим согласием, потому что они уже лежат на моих счетах.

Другой вопрос – смогу ли ими воспользоваться?

Так, всё! Хватит! Все будет хорошо!

Как ни убеждала я себя, а понедельник прошел очень нервно. Я даже есть толком не могла, только пила кофе и грызла засохшие пряники, которые жаль было выбрасывать. Собрала сумку, написала для арендатора список ЦУ – ведь научат же его читать. Время тянулось невыносимо медленно, но все-таки вечер наступил. Ровно в семь часов зазвонил телефон.

– Елизавета, здравствуйте, – я узнала голос Эйдара. – Мы ждем внизу, в машине.

Я взвесила телефон на ладони и положила в сумку, с зарядкой и наушниками. На всякий случай – вдруг удастся совместить с их электричеством. Можно будет в шарики поиграть или музыку послушать.

Мы подъехали к знакомому ресторанчику. Эйдар припарковал машину, и мы вошли внутрь. Персонал собрался, чтобы попрощаться с ним.

– Они все из ваших? – спросила я, когда мы поднялись наверх.

– Разумеется, – кивнул он. – Рядом с порталом не должно быть случайных людей. Не хотите чего-нибудь? Кофе или мороженое? Время еще есть. Когда появится Ниммер, нам надо будет переговорить. Мы все успеем.

Аллан попросил мороженое, я – кофе. И порадовалась, что прихватила с собой большой пакет молотого. И несколько шоколадок. Хоть немного себя побаловать.

Эйдар поглядывал на часы. У меня начали подрагивать колени.

– Не бойтесь, Иза Ивановна, – Аллан заглянул мне в лицо.

– Зови меня просто Иза, – попросила я. – Или Лиза.

– Мне нравится Лиза, – улыбнулся Эйдар. – Мне можно так вас звать?

– Да, конечно.

Я хотела добавить, что можно еще и на «ты», но в этот момент под драпировкой на стене открылась дверь.

Глава 4

Глава 4

Молодой мужчина с длинными светлыми волосами, связанными в хвост, остановился на пороге. Одет он был в свободные серые брюки и нечто напоминающее сюртук с узкими лацканами. Эйдар сказал ему длинную фразу, прозвучавшую как строчка песни. Мне показалось, что слова состоят из одних гласных звуков разной высоты. Ниммер – надо думать, это был он – улыбнулся и вопросительно посмотрел на меня.

– Это Елизавета, моя помощница, – Эйдар перешел на русский. – И хозяйка квартиры, где вы будете жить.

– Добрый вечер, Елизавета. Приятно познакомиться, – сказал Ниммер, неуверенно и медленно, но чисто, без малейшего акцента.

– У нас есть полчаса, – Эйдар открыл дверцу углового шкафа. – Потом переоденетесь, а сейчас я быстро дам вам инструкции на сегодня и завтра. Остальное скажут в нашем офисе. А Елизавета отдаст вам ключи от квартиры и, наверно, тоже что-то расскажет.

Они сели за стол, и Эйдар быстро заговорил вполголоса, перескакивая с русского на язык своего мира и обратно. Ниммер внимательно слушал, задавал вопросы, что-то уточнял. Я просто ждала, погрузившись в какое-то оцепенение. Аллан тоже сидел молча и сосредоточенно крутил спиннер. Потом настала моя очередь инструктировать Ниммера, и меня он слушал так же внимательно.

– Ну вот и все, – Эйдар поднялся, за ним встали и мы. – Пора.

Я подумала, что это чем-то похоже на ощущения перед заграничной поездкой. Вещи стоят у двери, такси у парадной, а ты еще не там, но уже и не здесь. Как будто между двумя мирами. Вот только сейчас я на самом деле находилась между двумя мирами. И даже ехать никуда не надо. Несколько минут, несколько метров – и я окажусь там.

Мы попрощались с Ниммером и вошли в коридор со стенами из темноты. Эйдар шел первым, за ним Аллан, потом я. Впереди сиял свет – гораздо ярче, чем в прошлый раз. Не как мерцающая завеса, а как стена жидкого пламени. Но она снова развеялась, когда мы подошли ближе.

– Ну, Лиза, вперед! – обернувшись, Эйдар взял меня за руку. – Не бойтесь!

Упругая прозрачная стена никуда не делась, но превратилась в тонкую пленку, которая противно облепила лицо и тело, а потом расползлась клочьями и снова собралась у нас за спинами. Как будто я в лесу влипла в густую паутину. Ощущение чего-то клейкого, скользкого заставило вытереть лицо, но на нем ничего не осталось.

Аллан рассмеялся и сказал что-то певучее, Эйдар ответил на их родном языке.

– Ну вот мы и дома, – перевел он для меня. – Аллан, конечно, ничего не помнит, так что вы все здесь будете узнавать вместе.

– Но он хотя бы язык знает, – я с любопытством озиралась по сторонам, разглядывая лес и дорожку между деревьями.

– И вы узнаете. Уже завтра. Давайте вашу сумку. И идите с Алланом вперед. По этой тропе прямо, до опушки леса.

Аллана уговаривать не пришлось, он рванул с места с пробуксовкой, аж песок полетел из-под кроссовок. Несколько секунд, и его уже не было видно за деревьями.

– Пусть бежит, – улыбнулся Эйдар. – Тут нет ничего опасного.

– Я лучше пойду с вами. Он-то дома, а мне… все-таки не по себе. Хотя здесь красиво.

Лес действительно был каким-то нереально прекрасным. Как картина Шишкина или Левитана. Правда, деревья отличались от привычных мне сосен и берез. А пахло так, что закружилась голова.

– Самый обычный лес, – пожал плечами Эйдар. – Вот когда я впервые попал у вас в сосновый бор, был просто в диком восторге. А уж когда увидел боровики…

– А здесь есть грибы?

– Есть, но не такие, как у вас. И они несъедобные.

– А почему нас никто не встретил? – я покосилась на две сумки у него в руках. – Далеко идти?

– Нет, не очень. Не встретили, потому что в этом нет необходимости. Это Ниммеру надо было дать информацию, а я у себя дома.

– Но вас ведь не было… сколько? Три года? Мало ли что могло измениться.

– Чуть больше. Портал открывается не через одинаковые промежутки времени. Но их можно рассчитать вперед, как рассчитывают положение звезд. Вот в следующий раз переход будет возможен ровно через три года. А мы с Алланом провели у вас три года, два месяца и четыре дня.

– То есть вы попали к нам, когда ему было чуть больше года?

– Да, именно так.

– А что случилось с его матерью? – осторожно спросила я.

– Она умерла, – после короткой паузы сухо ответил Эйдар.

– Да, я знаю. Но что произошло? Простите, если я не слишком деликатна, но…

– Лиза, я расскажу вам, но позже, – перебил он. – Сейчас… сегодня мне не хотелось бы об этом вспоминать.

– Простите, – повторила я. И подумала, что он еще хорошо держится для человека, который после долгого отсутствия вернулся туда, где произошло что-то очень неприятное. – Кстати, может, мы перейдем на «ты»? Если уж мне придется изображать вашу жену.

– Нет необходимости, – Эйдар слегка поморщился. – Мы будем разговаривать на языке Эйрены, а в нем нет такого различия.

– Эйрена, – повторила я, сделав вид, что не услышала первой фразы. – Красиво. Так называется ваш мир? Или страна?

– Мир. Страна – Вейгоро. Но язык везде один. Есть небольшие отличия, но не принципиальные. А насчет жены… Завтра мы зарегистрируем брак в городском управлении, а сегодня вам придется ночевать в доме для гостей.

– А что будет, если я переночую в вашем доме? – в горло плеснуло раздражением, но я постаралась его проглотить и свести все в шутку. – Приедет полиция нравов? Оштрафует? Арестует?

– Нет, – все так же сухо ответил Эйдар. – Достаточно того, что в доме есть слуги, и я не буду нарушать закон.

М-да… С чего я вообще решила, что он белый и пушистый? Может, когда уговаривал согласиться на эту работу, и был любезным. А я повелась на рекламную акцию. Похоже, меня ждут очень даже непростые времена. Но уже ничего не поделаешь. Дело сделано. Я здесь. В Эйрене.

Лес кончился внезапно, как будто ножом обрезало. Аллан, приплясывая от нетерпения, ждал нас на тропинке, которая теперь шла через изумрудный луг, больше похожий на тщательно ухоженный газон.

– Эта трава растет очень быстро, – пояснил Эйдар. – Ее скашивают на корм скоту, и она тут же дает новые побеги. За лето четыре раза. Видите дом за рекой? Нам туда.

Тропа подвела нас к мосту через неширокую речушку, течение которой было почти незаметно. Метрах в ста от нее высилась ограда с красивыми коваными воротами. Мужчина в строгом черном костюме, отливающем атласом, распахнул перед нами одну из створок и почтительно наклонил голову. Они с Эйдаром заговорили о чем-то, Аллан прислушивался с веселым любопытством, а я разглядывала сад и дом. Тоже с любопытством, но только совсем не веселым. Вот теперь мне стало по-настоящему страшно.

За садом в отсутствие хозяина приглядывали не слишком тщательно. Он был большим и красивым, но несколько запущенным. Дом скорее напоминал замок с зубчатыми башенками. Тоже красивый, но мрачноватый. Словно намекающий, что владелец человек суровый и занятие его не терпит шуток.

– Вот теперь мы по-настоящему дома, Лиза, – отдав мужчине мою сумку, Эйдар повернулся ко мне. – Ваши вещи отнесут сейчас в гостевой дом, а после ужина я вам все покажу. Это Пакстон, управляющий.

Услышав свое имя, тот снова поклонился, а Эйдар перешел на местный язык и, видимо, представил меня: среди длинных плавных слов «Елизавета» прозвучало как нечто совершенно чужеродное.

– Пакстон – это имя или фамилия? – уточнила я, когда управляющий свернул на дорожку, ведущую к небольшому серому домику, а мы пошли дальше к замку.

– Имя. Фамилии здесь используются только в официальных документах.

– Мне нужно будет взять вашу?

– Нет, – покачал головой Эйдар. – У нас жена не берет фамилию мужа, поскольку не переходит в его род.

Я подумала, что моя самая простая фамилия Николаева будет здесь такой же экзотичной, как и Монеско у нас. Наверняка вызовет вопросы.

– А ваши слуги знают, кто я? В смысле, откуда?

– Разумеется, – Эйдар отвечал все так же сухо, как будто у него вообще не было желания разговаривать со мной, но приходилось. – Не беспокойтесь, все мои служащие при найме подписывают обязательство о неразглашении. В координационном центре этим тем более никого не удивишь. Ну а больше никто и не узнает.

По идее, чем больше у тебя информации, тем понятнее должна становиться ситуация, но тут это, похоже, не работало. Непонятки росли и множились. Каждый ответ на мой вопрос порождал все новые и новые вопросы.

– Послушайте, Эйдар, – я решила пойти ва-банк. В конце-то концов, что мне терять? Обратно все равно не вернуться раньше, чем через три года. – У меня такое чувство, что разговор со мной вас раздражает. Но вы же понимаете, это не праздное любопытство. Наверно, вам тоже хотелось узнать как можно больше, когда вы попали к нам.

– Вы ошибаетесь, – усмехнулся он едва заметно, но так, что я не рискнула выяснить, к какой именно моей фразе это относилось. – Давайте сделаем так. Мы сядем ужинать, и вы будете задавать свои вопросы. А пока… просто помолчите.

Это прозвучало довольно грубо. Аллан с недоумением посмотрел на отца, выпятив губу. А я губу, наоборот, прикусила. Нет, не потому, что на что-то ее раскатала, а просто от досады.

Так, ясно. Босс не в духе. Вероятно, возвращению домой он вовсе не рад. Я припомнила, что он собирался отправиться наблюдателем в другой мир, третий из их звена, но внезапно узнал, что должен вернуться и занять место в совете координаторов.

А кстати, как узнал, если портал открывается примерно раз в три года? Или у них есть еще какая-то связь? Обо мне ведь тоже как-то узнали. Ладно, сейчас это неважно.

Видимо, по какой-то причине отказаться от должности координатора Эйдар не мог. Интересно, а если бы я тоже не согласилась подписать контракт, его отправили бы наблюдателем? Хотя нет, он же сказал, что тогда пришлось бы сажать капусту в огороде. Значит, либо координатор, либо ничего, а это его тоже не устраивало.

Может, и правда его дурное настроение связано с воспоминаниями о жене? Он отправился в наш мир сразу после ее смерти – или гибели? Да еще с крохотным сыном на руках. А сейчас вернулся туда, где наверняка был счастлив. Конечно, тяжело. А тут еще я со своими дурацкими вопросами. Та, которая должна, пусть и фиктивно, занять ее место.

Мы поднялись на низкое широкое крыльцо, и Эйдар открыл передо мной дверь, но Аллан прошмыгнул вперед, едва не сбив с ног полную женщину лет сорока в темно-синем платье.

– Это Лоиса, старшая горничная, – Эйдар поздоровался с ней, а потом представил ей меня, так же, как Пакстону. – Она сейчас покажет вам ваши комнаты.

– Мои комнаты? – у меня окончательно пошла кругом голова.

– Те, которые вы займете завтра. Потом проводит в столовую. А я пока устрою Аллана.

Взяв сына за руку, Эйдар повел его по коридору. Лоиса сделала приглашающий жест. Выглядела она не слишком приветливо.

Ничего удивительного. Все слуги работали здесь и раньше, при прежней хозяйке. Хотя я… какая из меня хозяйка? Все тут знают, что это будет фиктивный брак, да еще и временно. С какой стати им меня любить или хотя бы изображать дружелюбие?

Поднявшись вслед за Лоисой по лестнице и пройдя по длинному коридору, я оказалась в анфиладе комнат, обставленных без излишней пышности и роскоши. Скорее, там было удобно. Но… не слишком уютно. Наверно, потому, что эти комнаты были не моими – чужими. Меня привели вроде как на экскурсию. И даже то, что уже завтра я переселюсь сюда и буду жить тут целых три года, ничего не меняло.