![](/files/books/160/oblozhka-knigi-samyi-tyazhelyi-narkotik-si-372775.jpg)
Текст книги "Самый тяжелый наркотик (СИ)"
Автор книги: Татьяна Луцевич
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)
– Мы всегда побеждали в сражениях, даже когда противник превосходил в силе, так что найдем способ одолеть и вас!
– С мощью, подобной великой Империи, вам на задворках своей галактики сталкиваться еще не приходилось!
– Меня неприятно поражает ваша мания величия и святая уверенность в своей неуязвимости.
– Она не безосновательна, Минам, и вчера вечером у тебя была прекрасная возможность убедиться в этом самой.
Каерин сложил руки на груди и сверху вниз смотрел на меня, в то время как я представляла собой, определенно, жалкое зрелище.
– Что ты со мной сделаешь?
– По закону тебя следовало бы сдать полиции, и, стоит заметить, что для поддержания порядка на этой планете предусмотрено 147 способов смертной казни, – поджал губы собеседник. – Но я никому не отдам тебя, Минам. Хотя на твоем месте я бы не спешил праздновать, потому что отныне тебе придется попрощаться со своей мнимой свободой.
В полной мере впечатлившись размером грядущих неприятностей, я в сердцах воскликнула:
– Я бы лучше предпочла тюрьму с особо строгим режимом!
– Рад, что ты меня прекрасно понимаешь и всецело осознаешь свое бедственное положение.
– Я сбегу, Каерин, и ни одна преграда не сможет меня удержать.
– Какие громкие слова, Минам! Ты так любишь разбрасываться невыполнимыми обещаниями, – в следующее мгновение я оказалась прижата к кровати телом арийца и застыла, в ужасе ожидая продолжение.
Глядя в мои широко распахнутые глаза, он неожиданно произнес:
– Ты боишься меня, Минам? Я ни за что бы ни причинил тебе вред, если бы ты сама не вынудила меня это сделать.
После того, как он со зверским выражением лица набросился на меня и едва не задушил, я действительно начала бояться его больше, чем конца света.
– Я не верю ни единому твоему слову, Каерин, – выговорила я плохо слушавшимся языком.
– Ты буквально сводишь меня с ума и живьем вырываешь из груди сердце, – сжал меня в болезненных объятьях имперец.
Перед моими глазами стояли сцены из уничтоженных городов, которые были показаны по новостям, словно это произошло вчера, и из уголков моих глаз скатились слезы.
– У тебя нет сердца, Каерин, в твоем лице я создала чудовище, хотя должна признать, что сама ничем не лучше. Я ненавижу себя за то, что сделала, и готова сама наложить на себя руки, потому как в полной мере признаю свою вину.
– Лучше не выводи меня из себя, Минам, и даже не смей произносить подобные слова вслух! – разозлился имперец.
Я непроизвольно зажмурилась, ожидая очередного удара со стороны сильного арийца, но вместо этого услышала:
– Минам, моя маленькая, пожалуйста, прекрати испуганно дрожать. Я обещаю, что больше никогда не причиню тебе боли.
– Чего стоит слово адмирала военно-космического флота Империи, нарушившей все мирные договоренности и развязавшей войну? Ты лучший представитель собственной расы, Каерин, – за моей иронией скрывались совсем другие чувства. – Ты превратил мою жизнь в руины и едва меня не убил.
– Как адмирал военно-космического флота, я владею обширными знаниями о способах уничтожения всех изученных рас во вселенной. Если бы моей целью действительно было убийство, то вряд ли что-либо смогло бы мне помешать, – поставил меня в известность собеседник, но его слова возымели ровно противоположный эффект.
– Пожалуйста, выполни одну мою просьбу, Каерин, – робко произнесла я. – Перестань ко мне прикасаться, потому что твоя близость наводит на меня самый настоящий панический ужас.
Я настаивала на своем, и после унизительных мольб ариец все же сдался и оставил меня наедине с самой собой, громко хлопнув напоследок дверью. Мне не хотелось никого ни видеть, ни слышать, и, свернувшись в позе зародыша, я тонула в пучине безысходности и отчаяния. Я так желала, чтобы мое сердце остановилось, но оно билось и продолжало бы это делать, даже если бы окружающие условия были непригодны для существования.
Каерин заявил, что перевезет меня на другую планету, где я буду находиться под неусыпным наблюдением. Он пожаловал за мной вместе с конвоем, и я шла, словно на казнь, едва переставляя ноги. Когда мы уже подходили к трапу, бывший подопытный получил экстренный сигнал по внутренней связи. Он внимательно выслушал невидимого собеседника, после чего гневно воскликнул:
– Что значит "мы потеряли два крейсера"?! Это новые укомплектованные корабли с нанотехнологическими боеголовками, последняя разработка имперских военных! Как они могли пропасть, если немногим ранее обе станции находились на орбите этой мирной планеты?
Ему сообщили, что неизвестные устроили в тяжелых космических штурмовиках бунт, в результате чего один крейсер был взорван, а другой – угнан. Я не представляла, как можно было увести прямо из-под носа у имперцев подобную станцию, но была более чем уверена в том, что в этом были замешаны земляне. Это должно было ухудшить техническую вооруженность арийцев и дать нам шанс на победу в следующем сражении. Сдав меня на руки двум десяткам мужчин в форме, Каерин отправился по возникшим срочным делам, и я проследила за его быстро удалявшейся фигурой взглядом. Удовлетворенно хмыкнув, когда мой подопытный скрылся из виду, я получила ощутимый тычок в спину.
– Живо поднимайся по трапу, – приказал незнакомец.
В мгновение ока с затянутого хмурыми тучами неба пошел сильный дождь, и я осталась стоять на месте под холодными каплями.
– Наверное, вы неправильно меня поняли, мальчики. Никуда дальше идти я с вами не собираюсь.
– В случае неповиновения нам разрешено применять силу, и мы не замедлим использовать ее при малейшей попытке побега, – предупредил военный, порядком удивленный моим поведением, ведь в присутствии Каерина я вела себя тише воды, ниже травы.
– Я вам еще раз повторяю, что добровольно ни одной ступеньки трапа не переступлю, – сложила я руки на груди. – Если вам и удастся затащить меня на корабль, то это будет только мой труп.
– Вероятно, нам следует сообщить об этом адмиралу, – неприязненно произнес один из них.
– Лучше не выводите меня из себя! – раздраженно воскликнула я.
– Неужели ты угрожаешь нам, малолетняя землянка? – опешил высокий широкоплечий мужчина. – Не стоит шутить с первоклассными бойцами имперского военно-космического флота, деточка.
Судя по всему, им не было известно о том, что случилось вчера, и это было мне только на руку. Каерин предупреждал, что не выдаст меня полиции, и тщательно замел все следы. Арийцы давили на психику одним лишь своим грозным видом, и я гневно произнесла то, что предназначалось исключительно для Каерина. Мои слова должны были зафиксировать камеры наружного наблюдения, и я не сомневалась в том, что имперец просмотрит данную запись:
– Я! Объявляю! Войну!
В небе неожиданно раздались раскаты грома, и несколько болезненно ярких молний, ударивших в платформу, ослепили моих конвоиров. Воспользовавшись замешательством инопланетян, я спрыгнула с площадки на крышу пролетавшего над пропастью транспортного средства. Послышались выстрелы и я неудачно сорвалась вниз, в последний момент уцепившись за выступ. Перед моим взором открылась устрашавшая картина с огромной скоростью проносившихся в пространстве разнообразных летательных аппаратов. Несмотря на мои старания, пальцы соскользнули и я полетела вниз. С приземлением мне повезло, я приложилась спиной о крышу большого транспортного корабля, и, поблагодарив всех богов вселенной за то, что меня не сбили в свободном падении, направилась прочь.
Военный, связавшись со взбешенным адмиралом, передал солдатам его приказ:
– Срочно прекратить огонь! Объект не должен пострадать.
Арийцы в форме неохотно опустили лазерное оружие и мрачно проводили удалявшуюся фигуру взглядом. Сила стихии полностью деактивировала технически вооруженные летательные аппараты, находившиеся на площадке, и мужчина, который мгновением ранее разговаривал с землянкой, был вынужден признать:
– Эта крошка утерла нам нос. Никогда не видел, чтобы молния ударяла столь не во время и целенаправленно, похоже, что на ее стороне само мироздание.
Глава 7. Ошейник
Сменив несколько транспортных средств, я оказалась на стоянке и, не сбавляя темпа, забежала в открытый грузовой отсек земного корабля. В нем царило небывалое оживление, заканчивались последние приготовления перед отлетом, и следивший за погрузочными работами капитан, окинув меня взглядом, произнес:
– Минам, ты как раз вовремя вернулась на корабль, потому что иначе мы бы улетели без тебя.
Я тоже обрадовалась данному факту и, ошалело разглядывая суматоху, творившуюся на нижней палубе, подозрительно уточнила:
– Почему мы в столь срочном порядке покидаем пределы планеты? Мы ведь планировали простоять в космопорту еще несколько дней. Неужели мы сбегаем?
– Мы не сбегаем, Минам, а совершаем тактическое отступление из стана врага, чтобы атаковать позже в более благоприятной обстановке, – перефразировал мои слова капитан Льюис. – Пока ты изучала город, ситуация с арийцами сильно накалилась, и лучше нам убраться с этой негостеприимной планеты, пока разозленные имперцы не стерли нас в порошок.
В скорости грузовой отсек был закрыт, и по внутренней связи было передано сообщение о том, что до выхода в открытый космос осталось пять минут. На нашем разведывательном корабле красовалась, не понятно, откуда, взявшаяся эмблема межгалактической торговой гильдии, и мы беспрепятственно покинули атмосферу планеты. Стоило заметить, что логотипы на нашем судне менялись с завидной регулярностью, в запасе имелся даже пиратский. Я до последнего боялась того, что за нами увяжется вражеский корабль, но, видимо, у имперцев сейчас было достаточное количество проблем, и погоня за нами в их планы не входила.
После событий в космической мусорке война с империей приобрела самый, что ни на есть, жаркий характер. Обе стороны начали вести ожесточенную борьбу, бои между двумя цивилизациями были кровавыми и беспощадными. Вследствие того, что наш корабль являлся разведывательным, мы не участвовали в открытых баталиях, но, тем не менее, наши жизни не один раз висели на волоске.
Каким-то непостижимым образом капитан Льюис узнал про мои сверхъестественные способности. В одной из горячих стычек с имперцами в открытом космосе, когда наш корабль то и дело сотрясали мощные удары, меня вызвали на капитанский мостик. Одному из координаторов стало плохо, из его носа хлынула кровь, и он совершенно не вовремя свалился в обморок. Большая комната была сплошь заставлена различными техническими приспособлениями, повсюду мигали красные индикаторы, а психологическое состояние персонала было весьма близко к панике.
За огромным иллюминатором было видно во всех подробностях, как мощный корабль тяжелого класса с имперской эмблемой на сером корпусе атаковал наше маленькое разведывательное судно. Даже я, не являясь сведущей в области кораблестроения, могла утверждать, что выстоять один на один против него у нас не было шансов. Мои руки предательски задрожали, и когда меня сзади неожиданно схватил за плечи капитан Льюис, я подумала, что у меня случится инфаркт.
Человек был явно не в себе, он затряс меня, словно куклу, крича о том, чтобы я что-либо сделала, потому как иначе мы все погибнем в самом расцвете лет.
– Но чем я могу помочь? Могу сделать укол от бешенства или поставить клизму! Не желаете?
– Минам, пожалуйста, сделай еще раз то, о чем мне рассказывали полицейские на Земле. Я долго думал над расследуемым ими делом, но другого объяснения тому загадочному взрыву просто не существует! Я знаю, что к нему каким-то образом была причастна именно ты и поэтому прошу тебя о помощи!
– Капитан, кажется, у вас началась белая горячка, потому что вы бредите!
– Не хочу нагнетать обстановку, но к тому времени, как подоспеет подмога, от нашего корабля останется металлолом, и, если ты сейчас что-либо не сделаешь, то мое перекошенное непривлекательное лицо станет последним, что ты увидишь в своей жизни!
Я ожесточенно пыталась разжать его пальцы, вцепившиеся в мою одежду, словно в спасательный круг, но усилия были напрасны.
– Если вы не знаете, что делать, то лучше молитесь, – кивнула я на одного из пилотов, целовавшего крестик. – Сейчас самое подходящее время, чтобы поверить в Бога.
– Минам, в твоих руках судьба целого экипажа! Ты должна спасти жизни своих соотечественников!
– Да вы же сумасшедший! Вы вообще понимаете, о чем просите?! Ведь это невозможно!
– Ты наша последняя и, должен признать, мифическая надежда. Я даже готов поверить в Бога, лишь бы это нам помогло.
После сокрушительного толчка мужчина рухнул вместе со мной на пол, капитанский мостик погрузился в полумрак, и только искры из разорванных проводов стали освещать творившийся кругом беспорядок.
Капитан действительно начал бормотать себе под нос слова молитвы, в то время как я вознамерилась спасти наш корабль, несмотря на то, что в условиях открытого космоса мое самочувствие было паршивым.
Я закрыла глаза, прислушиваясь к окружавшему пространству в попытке ощутить силу стихий. Вой сирен, крики людей и грохот от сотрясавших корабль ударов медленно отходили на задний план, пока единственным звуком не осталось размеренное биение моего собственного сердца. Мне показалось, что прошла целая вечность, хотя на самом деле это заняло не более пяти минут. В качестве основы я взяла ресурсы жизнеобеспечения, и в бок арийского судна ударил первый слабый разряд чистой энергии. После удачной попытки они, минуя защитный барьер, начали взрываться один за другим, и вскоре главный генератор вражеского корабля был выведен из строя, что дало нам шанс на спасение.
Люди начали подниматься на ноги, не веря своей удаче, помогать соседям и запускать многочисленные аварийные программы. Капитан Льюис нетвердой походкой подошел ко мне.
– Что это было? – ошеломленно спросил он.
– Вы же просили помощи у Бога, – пожала я плечами. – Видимо, он вас услышал.
В его глазах можно было прочитать небывалое удивление, сомнение в собственном здравомыслии и глубокое потрясение одновременно. Когда капитан задал находившемуся за штурвалом подчиненному вопрос о том, кто выпустил ракеты, тот ему ответил:
– Все наши ударные приспособления полностью выведены из строя, и о том, кто атаковал арийцев, я не имею совершенно никакого представления, – воскликнул он, пытаясь перекричать стоявший вокруг шум. – Поблизости нет ни единого транспортного средства, и то, что сейчас произошло, иначе, как чудом, я назвать не могу.
– Неужели это сделала ты? – обернулся на меня капитан.
– Если скажу, что да, вы сильно испугаетесь?
– Кто ты такая? – запоздало спросил собеседник.
– Вы не интересовались этим, принимая меня на работу.
– Я самолично взял на свой корабль заряд с часовым механизмом! – в очередной раз схватился за голову мужчина. – Тебя же необходимо изолировать, потому что ты совершенно небезопасна для общества. Ты ведь как ядерная боеголовка, такая же непредсказуемая и опасная!
– Благодаря мне сотню человек миновала смерть, разве я сделала что-либо предосудительное?
– Это совершенно невероятно!
– Спасибо, для меня это самый лучший комплимент.
– Теперь я понимаю, что именно произошло с тем парнем, чье убийство расследовали полицейские, – взял себя в руки человек. – В виду того, что я узнал о твоих сверхъестественных способностях, Минам, я настаиваю на том, чтобы в дальнейшем они использовались во благо Земного союза.
Введя длинный код, мужчина взял из своего личного ящика какую-то вещь. Я не знала, чем именно она являлась, но после слов капитана у меня не осталось никаких сомнений на этот счет.
– В связи с тем, что находится рядом с тобой небезопасно, и ты представляешь собой угрозу для окружающих, мне нужно быть уверенным в том, что ты не причинишь никому вреда, Минам. Надеюсь, что ты меня в полной мере понимаешь и не станешь сопротивляться, – сказал капитан Льюис, и у меня возникло чувство дежавю, ведь нечто подобное я говорила вампирам.
– В благодарность за свое спасение вы хотите надеть на меня ошейник невольника? Откуда он у вас взялся, ведь в развитых цивилизациях рабство запрещено?
– Я привык смотреть в будущее, Минам, – пожал плечами капитан. – Если ты не сделаешь этого по собственной воле, я прослежу за тем, чтобы в твоем досье появилась фраза "государственный преступник", и, как следствие, ты уже никогда не сможешь вернуться на родину. Охотники за головами станут искать тебя на просторах вселенной, и твоя жизнь превратится в безостановочные бега.
Данный ошейник был очень популярен на невольничьих рынках, потому что человек с подобным украшением на руке не мог пойти против воли своего хозяина. Один его приказ – и раба настигала мгновенная смерть.
– С вами очень неприятно иметь дело, капитан, вам говорил кто-нибудь об этом?
– Для того чтобы достигать высоких целей, иногда приходится совершать низменные поступки, – философски ответил мужчина.
С показавшимся мне ужасно громким щелчком, сэр Льюис закрепил на моей шее титановое украшение, и с этого момента моя жизнь изменилась. Мне довелось узнать капитана лучше, и стоило заметить, что он оказался человеком совершенно беспринципным, с напрочь отсутствующим кодексом чести и изворотливой моралью. В тандеме с ним мы провели не одну успешную операцию, и вскоре среди земного флота начали ходить слухи о небывалой удаче разведывательного корабля с полуразбойным капитаном.
В один из дней наше судно остановилось в космопорту разведывательной базы, располагавшейся на карликовой планете вдали от цивилизаций. Она была опоясана блуждающими метеоритами и совершенно необитаема, потому как на ее поверхности постоянно буйствовали песчаные бури. Это было идеальное место для сверхсекретного военного объекта, ведь для того, чтобы добраться до него, нужна была недюженная сноровка пилотов.
Я не спешила выходить на экскурсию – у меня раскалывалась голова, и я опасалась локального взрыва в районе своего черепа. Лежа в приемном кабинете на удобной кушетке, предназначенной для больных, я старалась лишний раз не шевелиться. Наверное, именно так мучились в агонии люди перед смертью, и я уже начинала завидовать тем, кто обрел покой, потому что боль была адской.
– Что это такое?! Я тебя спрашиваю, мелкая, зловредная зараза! – яростно воскликнул нежданный посетитель.
Последствия от инъекции недавно изобретенного мною наркотика оказались весьма болезненными, и я скривилась от ужасно громкого голоса говорившего. Разлепив глаза, перед которыми расходились отчаянные белые круги, я мрачно посмотрела на недовольного пациента, и раздраженно ответила:
– Это обычные жабры.
– Я требую их немедленно удалить! В первый раз сталкиваюсь с тем, чтобы при лечении поражения легких у пациентов выращивали новые органы дыхания! – лицо военного покраснело от гнева.
– Они тебе мешают?
– Собственно, нет, – озадаченно ответил мужчина.
– Функционируют исправно? – попивая коктейль из сильнодействующих обезболивающих, поинтересовалась я.
– Лучше не пожелаешь, однако...
– В таком случае, какие ко мне могут быть претензии?! – вызверилась я.
– Минам, вероятно, я сделаю для тебя научное открытие, если скажу, что у людей в принципе не бывает жабр!
– Я вернула тебя к жизни после того, как ты несколько минут находился в открытом космосе, раненый осколком в грудную клетку, такого тоже в природе не бывает! Я провела сложнейшую операцию с изменением генной карты, используя структуру вакуумных рыб, и то, что у тебя выросли жабры, является лишь неприятным побочным эффектом.
– Я буду жаловаться капитану! – предъявил последний аргумент мужчина.
Если бы не мое вмешательство, то его труп сейчас был бы уже на половине пути к Земле, а он, видите ли, жаловаться собрался.
– В таком случае чтобы ноги твоей неблагодарной больше в медотсеке не было! – разозлилась я.
– Ты не лечишь, а издеваешься над людьми, как в далеком средневековье!
– Посмотрим, что ты запоешь, когда снова будешь подыхать.
– Да я лучше сдохну, чем снова лягу под твой нож, доктор Франкенштейн.
– Если ты скажешь еще хотя бы одно слово про мою несостоятельность, как врача, я задушу тебя своими собственными руками.
– После проделанного надо мной изуверства, – мужчина демонстративно провел рукой по длинным симметричным отверстиям на своей шее вплоть до ключиц, – это сделать практически нереально!
– Поверь, что для меня такого слова не существует.
В медотсеке противно завизжала сирена. Случилось нечто важное, потому как иначе капитан не вспомнил бы о существовании экстренной кнопки, и я поднялась на ноги.
– Срочно приходи ко мне, если, помимо жабр, у тебя начнутся дополнительные изменения во внешности, – была обеспокоенная я возможной мутацией.
– Неужели у меня еще русалочий хвост может вырасти? – шокировано поинтересовался мужчина.
– Я провела над тобой первый в своем роде эксперимент по внедрению гена вакуумных рыб, поэтому мне мало известно о послеоперационном периоде.
– Если он у меня вырастет, то я тебя убью, и комиссия по защите прав людей меня оправдает!
– Это твоя благодарность за то, что я спасла тебе жизнь? – подняла я брови.
– За то, что превратила меня в уродливого мутанта! – гневно воскликнул собеседник.
– Живого уродливого мутанта, – поправила я его. – Улавливаешь?
Оставив человека размышлять о превратностях судьбы, я поторопилась к капитанскому мостику. О том, что немногим ранее у меня жутко болела голова, напоминало лишь легкое головокружение. В рубке буквально парило напряжение, и все сотрудники, несмотря на то, что сейчас должно было быть свободное время, занимали свои места. Капитан Льюис во всеуслышание объявил о том, что земная разведывательная база была рассекречена, и с минуты на минуту здесь обещала появиться тяжелая арийская артиллерия.
Шлюзы были в срочном порядке закрыты, экипаж – переведен на аварийное положение, и мы поднялись над станцией. Маленькая разведывательная база не была способна выстоять против имперского эскадрона в полном составе, и вместе с нами улетало множество земных кораблей.
С каждым ударом сердца расстояние до границы с открытым космосом уменьшалось, однако пересечь мы ее не успели, остановившись на самом краю. Путь нам преградили громадные корабли с осточертелыми эмблемами на обшивке, и мы оказались буквально замкнуты в ловушке. По внешней связи было озвучено требование немедленно сдаться, но капитан Льюис не был настроен на поражение и отдал приказ о подготовке всех ракет к бою.
– Не повезло, что сюда пожаловал лично адмирал Акаерин-тан. Арийцы могли отправить на захват разведывательной станции флот в несколько раз меньше, интересно, что они забыли в этой глуши? – задумался пилот. – Об этом адмирале ходят столь невероятные слухи, что я теряюсь, какие из них правда, а какие являются чистой воды вымыслом, призванным запугать неокрепшие умы.
– Какой адмирал? – глухо переспросила я у белобрысого.
В моей голове все еще звучали требования, произнесенные арийским предводителем твердым поставленным голосом, и от этого до боли знакомого тембра по моей спине пробежали мурашки.
– Разве ты о нем никогда не слышала? – удивился моей невежественности пилот.
– Я слышала только то, что Акаерин-тан является очень мерзким типом, гнусным, эгоистичным и расчетливым до невозможности!
– Сейчас мы им покажем, как молекулы расщепляются на атомы! – тем временем воодушевленно вскликнул сэр Льюис.
– Нет, теперь нам всем точно конец, – закрыла я лицо ладонями.
В отличие от капитана я начала банально паниковать.
– Если арийцы схватят нас, то, клянусь, я наложу на себя руки! Я лучше умру, чем живой сдамся им в плен!
– Минам, ты недооцениваешь наши способности и полностью укомплектованный арсенал, – еще не осознал размера того капкана, куда мы угодили, человек.
– Против адмирала Каерина нам не выстоять в любом случае!
– Почему ты в этом столь уверена? Ведь, кроме всего прочего, у нас есть ты, фантастическое оружие, способное уничтожить целый вражеский корабль.
– Да, мои способности сверхъестественны, но проблема в том, что адмирал сильнее меня.
– Неужели вы с ним знакомы? – удивился сэр Льюис.
– Нам нельзя вступать с ними в открытый конфликт, потому что данная затея заведомо обречена на провал. Единственный шанс – воспользовавшись суматохой, проскочить мимо арийских кораблей и совершить гиперпрыжок.
– Я спросил, знаешь ли ты его? – резко схватил меня за плечи военный, и я зашипела от боли.
– Да! – вызверилась я. – Я знаю о нем не понаслышке, и потому с уверенность могу сказать, что ужасные слухи о нем нисколько не преувеличены.
– Насколько хорошо вы с ним знакомы?
– Лучше, чем хотелось бы.
– В таком случае у меня есть безумная идея! – неожиданно воскликнул капитан Льюис.
В сторону вражеского кордона полетели первые ракеты, и имперцы ответили разведчикам залпом мощного огня. Наш корабль тряхнуло, пилот ловко вывел судно на безопасный курс, в то время как я напряженно следила за тем, как он умело огибал другие летательные аппараты, опрометчиво бросившие вызов арийцам. Я молилась о том, чтобы нам удалось проскочить между имперскими кораблями незамеченными.
Капитан отдал распоряжения подчиненным, после чего неожиданно сделал резкий захват, и я оказалась прижатой к его груди. Попытавшись освободиться, я еще не понимала смысла происходящего, и потому озадаченно поинтересовалась:
– Что вы делаете?
– Лучше не дергайся, Минам, потому что иначе я могу тебя случайно поранить, – приставил широкий охотничий нож к моей шее капитан Льюис.
Словно в кошмарном сне, я увидела то, как на проекционной платформе замигал датчик исходящего вызова, и неосторожно дернулась в мужских руках.
– Неужели вы хотите выйти на связь с адмиралом? Да вы же сумасшедший! Немедленно отпустите меня! – отчаянно закричала я. – Моя смерть его нисколько не испугает, не говоря уже о том, что она была бы ему только на руку!
– Ты моя рабыня, Минам, один мой приказ – и ты труп, так что стой смирно, – в самое мое ухо недовольно процедил сквозь зубы капитан.
– Как же я вас ненавижу, – от самого сердца воскликнула я.
– У меня есть определенные обязательства, я должен, во что бы то ни стало, спасти свой экипаж, и такой прекрасный шанс упускать не собираюсь.
Я прекратила всяческие попытки вырваться из крепкого захвата и зло сказала капитану, не гнушавшемуся в достижении своих целей ничем:
– Вы мне омерзительны.
– Твоя любовь мне ни к чему, – усмехнулся мужчина в ответ.
Через несколько мгновений на специальной платформе появилась проекция во весь рост Каерина собственной персоной. Когда я его увидела, мое сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной скоростью. Адмирал изменился, он был в строгой военной форме, и от его фигуры исходили сильные эманации власти, жестокости и безразличия к жизням людей.
– Мне очень любопытно, какого человека вы могли взять в заложники? – иронично осведомился светловолосый ариец. – Пугая меня неизвестностью, вы лишь отсрочиваете неизбежный конец, вскорости ваша разведывательная станция будет разгромлена, а все, кто станет оказывать сопротивление – уничтожены.
Капитан Льюис вышел на платформу, после чего Каерин смог в полной мере нас рассмотреть. На его лице не дрогнул ни один мускул, но проскользнувшая в его взгляде холодная ярость ясно говорила о том, что наше судно через малое время ожидала плачевная участь.
– Эта девушка сказала, что вы с ней знакомы, это правда? – спросил капитан.
– Если бы эта полоумная особа оказалась сейчас в моих руках, то узнала бы меня намного лучше. Ей бы стали известны самые плохие черты моего кошмарного характера, – зло проговорил Каерин.
– Если вам дорога ее жизнь, то я предлагаю заключить взаимовыгодную сделку.
– Ее жизнь? – иронично переспросил бывший подопытный. – Для той, что сломя голову бросилась играть в войну, она является лишь пустым звуком.
– Но что она значит для вас, адмирал Акаерин-тан? – уточнил мужчина за моей спиной и демонстративно порезал меня, вынуждая имперца отвечать на вопрос честно.
– Вы сглупили, капитан, ему глубоко наплевать на то, что вы со мной сделаете, – мрачно проговорила я. – Арийцы – бездушные, жестокие и хладнокровные завоеватели, не ведающие сострадания.
– Где же было твое милосердие, Минам, когда ты подняла руку с оружием на моих друзей?
– Они были виновны в уничтожении нескольких земных городов, их приказы, отданные перед точечным сбросом ядерных боеголовок на мирное население, были чудовищны.
– В таком случае не обвиняй меня в том, что я буду отныне поступать так же, как действуешь ты – без сомнений и без пощады.
– Я тебя не боюсь, Каерин, – произнесла я громкие слова.
– А следовало бы.
– Ты мне угрожаешь?
– Воспринимай это как последнее предупреждение.
Спустя пару мгновений Каерин, косвенно подтвердив мои слова о хладнокровии арийской расы, иронично осведомился у капитана Льюиса:
– Неужели вы думаете, что жизнь одной малолетки может изменить исход противостояния между нашими расами?
– Но ведь время идет, а вы по-прежнему продолжаете разговаривать с врагами своего народа.
– Вы правы, у меня есть опеределенный интерес в том, чтобы она осталась жива, – признал Каерин. – Озвучьте свои требования, капитан Льюис, и, если они не покажутся мне чересчур завышенными, то я, быть может, соглашусь на некоторые уступки.
– Я хочу, чтобы ваши неуклюжие корабли покинули данную галактику и не показывали здесь своей уродливой обшивки в течение нормо-суток, дав возможность безопасно покинуть ее пределы земным судам.
Я саркастично ухмыльнулась, предугадывая то, как адмирал пожелает моему руководителю быть засосанным в черную дыру вместе со своими требованиями разом, но Каерин в очередной раз меня удивил.
– Я согласен, – неожиданно ответил он. – Но вы, в свою очередь, должны дать слово, что с головы заложницы не упадет ни один бирюзовый волосок.
Сэр Льюис произнес то, что от него ждал Каерин, после чего адмирал, бросив пробиравший до самых костей взгляд на меня, исчез. Я осталась стоять с большими от удивления глазами и потерла шею, размазывая по коже кровь.
– Выйдя на связь с арийцем, вы сами подписали себе смертный приговор. Теперь адмирал, вне всякого сомнения, выследит наш корабль и то, что от него останется, будет называться космическим мусором, – пессимистично заявила я.
– Он никогда нас не найдет, Минам, – самоуверенно ответил человек. – Просторы вселенной безграничны, к тому же, у нас прекрасная маскировка.
– Вы знаете его не настолько хорошо, как я. Он избороздит космические просторы вдоль и поперек, но найдет нас!
– Твоя мнительность поражает, – нахмурился капитан. – Я видел твою медицинскую карту, и в ней в палисаднике психических заболеваний значилась мания преследования, но до этого момента я даже не подозревал, насколько ты не в себе. И этот человек еще лечит у меня на корабле людей!