![](/files/books/160/oblozhka-knigi-samyi-tyazhelyi-narkotik-si-372775.jpg)
Текст книги "Самый тяжелый наркотик (СИ)"
Автор книги: Татьяна Луцевич
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
– Я позову на помощь, Минам, кажется, у тебя началась белая горячка, – процедил сквозь клыки собеседник.
Мужчина решительно направился к выходу, но я его остановила:
– Подожди, Тхён. У меня нет никакой горячки, и я нахожусь в своем уме.
– Тогда как объяснить твои действия? – обернулся вампир. – Ведь то, что ты делаешь, противозаконно.
– Избавь меня от нравоучений, – поморщилась я. – Если бы ты был святым, то не оказался бы в рядах смертниках, переданных в лабораторию на опыты.
– С тех пор, как у меня появился второй шанс, я начал новую жизнь, – поджал тонкие губы вампир.
– А я буду со своей жизнью делать все, что захочу, – начала я злиться. – И не смей мне читать мораль, твое прошлое настолько ужасно, что я вообще удивлена, как твой приговор не был исполнен незамедлительно.
– Моя нынешняя жизнь исключительно твоя заслуга, – признал мои выдающиеся достижения вампир.
– Недавно я глубоко разочаровалась в одном из проведенных мною экспериментов, Тхён. Пожалуйста, не заставляй меня испытывать это снова, – я находилась на пределе, и у меня едва не потекли слезы от осознания вины.
Адмирал Каерин стал моей чудовищной ошибкой, и я не представляла, как теперь ее можно было исправить.
– Никто из участников опыта В.А.М.П.И.Р. никогда не предаст тебя. Мы ценим то, что нам дала судьба, и будем защищать это ценой собственных жизней.
– Похвально, – кивнула я и, встряхнув флакон, неожиданно поинтересовалась у Тхёна. – Ответь, как твое полное имя?
Когда мужчина немного удивленно и без запинки выговорил труднопроизносимое, я спросила, с какой он был планеты, затем, к какой он принадлежал расе. Он отвечал быстро и по существу, после чего я невзначай уточнила:
– Какая самая страшная клятва у вашего народа?
– Обет на крови, – без задней мысли ответил подопытный.
– Поклянись ею, что никому не расскажешь о моем маленьком секрете.
Тхён несколько долгих мгновений внимательно смотрел на меня, и было видно, что его разрывали противоречивые эмоции. Но он все же разрезал когтем кожу на запястье, и пара капель под звук нерушимых слов упала на пол. Когда он меня оставил одну, я торопливо выпила приготовленную смесь, и мои руки, наконец, перестали дрожать. Быстро расставив разбросанные по полу лекарства обратно на полки и выбросив в урну то, что разбилось, я покинула комнату. Из-за угла вышел недовольный Тхён и, зайдя после меня в операционную, опустил туда же мой обед, которому я предпочла наркотики. Гневно захлопнув за собой дверь, вампир направился по пустому коридору к остальным подопытным. Я в это время уже выходила из здания, ведь меня отпустили с работы с добродушными пожеланиями, чтобы ноги моей не было в лаборатории как минимум несколько дней.
В общественном транспорте я села на последний ряд, закрыла глаза, пытаясь унять головокружение, и чуть было не пропустила свою остановку. На автопилоте добравшись до дома, я открыла множество замков на двери и кинула ключи на стол. Стоило мне пройти вглубь, как за моей спиной раздалось произнесенное басом издевательское "ку-ку", после чего на мою голову опустилось нечто-то тяжелое.
Пришла в сознание я в компании давешних бойцов спецподразделения, в чьих профессиях у меня не осталось больше никаких сомнений – они являлись бандитами. Их главарь, больше всего похожий на двухстворчатый шкаф, заметил мое шевеление в путах и неприятно улыбнулся:
– Уже оклемалась? – констатировал факт горец. – Что-то ты рано, снотворное должно было действовать еще несколько часов.
– Куда мы летим? – услышав характерный звук, первым делом спросила я.
– Ничего личного, малышка, – усмехнулся главарь. – Я не могу раскрыть тебе конечную цель, хотя обещаю, что ты скоро все узнаешь сама.
– Это у вас подработка такая? – скептично осведомилась я. – Совершать преступления, в том числе похищая людей из собственных квартир?
– Нет, – неприятно осклабился мужчина. – Это наш основной заработок.
По сравнению с громадными горцами я действительно казалась миниатюрной, но наглости было мне не занимать.
– Хочу заметить, что полицейская форма вам совершенно не шла, она сильно резонировала с вашими отпетыми рожами.
Преступные элементы в ответ весело загоготали, а их главный получил сигнал, который поспешил принять.
– Да, объект был аккуратно нейтрализован и в ходе операции не пострадал, затем был усыплен с помощью инъекции, но... – начал отчитываться горец.
Я саркастично хмыкнула: по моему субъективному мнению тяжелый удар по темечку никоим образом нельзя было охарактеризовать словом "аккуратно".
– Да, действительно, увеличенной дозы снотворного оказалось недостаточно, и объект пришел в себя, – перевел на меня взгляд горец. – Есть, не сводить с него глаз. Вы располагаете какими-либо дополнительными сведениями, о которых нам следовало бы знать? – уточнил у невидимого собеседника мужчина, после чего скептично поднял широкую бровь. – Чрезвычайно опасен? По внешнему виду этого не скажешь. Мы прибудем на место раньше срока, так что можете готовить оговоренную сумму.
Горец отключил вызов и, передернув плечами, сплюнул на пол:
– Каждый раз, когда с ним разговариваю, у меня появляется навязчивое желание поправить одежду, стать навытяжку и ответить "так точно!"
– Под его начальством находится много кораблей, и все подчиненные, как один, ходят по струнке, боясь его больше, чем совета, – сказал штурман.
– Не знаю, зачем ты понадобилась имперцу, малышка, – участливо проговорил главарь. – Но он приказал, чтобы с твоей головы ни одного волоска не упало.
– Наверное, хочет убить меня лично, – мрачно ответила я.
Горец хмыкнул и оставил меня в покое, в то время как я уделила особое внимание надетым на меня наручникам. Снять их самостоятельно было невозможно, они были изготовлены из на редкость прочного металла, но план по спасению в моей голове созрел быстро. Наемники не были осведомлены о том, что я являлась необычным человеком, и, когда мы неожиданно попали в ураган, и шквальный порыв ветра сбил корабль с курса и столкнул с другим транспортным средством, меня не заподозрили. Главарь начал ругаться на незнакомом языке, в то время как мы падали. Талантливому штурману все-таки удалось посадить корабль на площадке на расстоянии в пару километров от земли. Наемники засуетились, быстро покидая огнеопасное средство, и главный кинул тому горцу, что был ближе всего от меня:
– Прихвати с собой девчонку, ведь, если с ней что-либо случиться, проклятый имперец сделает с нами то, что обещал.
– Если верить слухам, то он всегда и без исключений держит свое слово, – отозвался собеседник.
– Поэтому мне бы не хотелась, чтобы меня по частям скармливали акулам в его личном аквариуме! Пошевеливайся! – оскалился мужчина.
Меня, как мешок, небрежно перекинули через плечо и поставили на ноги только когда мы отошли от покореженного корабля на приличное расстояние. Мужчины принялись спорить по поводу того, что делать дальше, в то время как я незаметно приблизилась к краю площадки и посмотрела вниз. Падать было не то, чтобы высоко, существовала вероятность в полете заскучать.
Когда мужчины обратили на меня внимание, было уже поздно.
– Отойди от края платформы, Минам, – протянул ко мне руку главарь, но сделать шаг в мою сторону не решился, боясь спугнуть.
– Зачем? Чтобы вы меня связали и отдали на руки этому извергу? – скептично подняла я бровь.
– Он не такой плохой, как о нем принято говорить, – заискивающе произнес мужчина
– Конечно, – не была настроена я на шутки. – Он еще хуже.
– Поэтому лучше не зли его, деточка, – поджал губы наемник. – Отдай ему то, что он от тебя хочет, а после забудь всю эту неприятную историю, как дурной сон.
– Он хочет слишком многого.
– Жизнь намного дороже, – философски заметил головорез.
– Неужели вы думаете, что я поверю, будто он отпустит меня живой? – иронично осведомилась я. – Скажите ему, что я покончила с собой, потому что смерть для меня оказалась предпочтительней, чем его удушающие объятья.
– Малышка, если ты сделаешь то, что озвучила, он отправит нас всех вслед за тобой, – громко сглотнул собеседник.
– Вы совершили ошибку, головорезы, – хладнокровно ответила я. – Вы выбрали не ту профессию.
– Ты ведь не сделаешь этого, – сощурился главарь. – Ты умная, здравомыслящая девушка и совсем не похожа на самоубийцу.
Я хмыкнула, ведь в его словах было зерно истины, и, резко развернувшись, обронила:
– Прощайте, болваны.
На этой славной ноте я спрыгнула с платформы, и наемники быстро подбежали к обрыву. Они следили за тем, как маленькое тело падало вниз, пока не скрылось в окутывавшем небоскребы утреннем тумане. Следующая фраза, вырвавшаяся из уст главаря, была на его родном языке и не поддавалась переводу.
Связавшись с заказчиком, немного заикавшийся мужчина рассказал тому о произошедшем инциденте. В ответ он услышал настоящий рев:
– Что сделала эта сумасшедшая?! – гневно воскликнул Каерин.
– Она просила передать, что закончила жизнь самоубийством, потому что выбрала смерть вашим объятьям, – старательно отводя взгляд в сторону, мрачно проговорил наемник.
– Я не хочу слышать этот бред! – вызверился имперец, за громкими словами которого появились отчаяние и безысходность. – Я не поверю в то, что она умерла, пока вы не покажете мне труп.
– Но, упав с подобной высоты, выжить нельзя по законам физики, – попытался объяснить прописные истины горец.
– Найдите ее тело, – был непоколебим Каерин. – Носом ройте асфальт, но сделайте это, потому что иначе...
– Я в курсе! – поспешил заверить наемник. – То, что вы с нами сделаете, будет очень неприятным.
– Неприятным? – голосом арийца можно было заморозить пустыню. – Вы узнаете о боли все, что стало известно о ней мне.
Каерин резко отключил связь и положил голову, грозившую вот-вот разорваться, на руки. Он должен был признать, что его жизнь стала похожа на Ад, в то время как Минам – его персональным мучителем. Мужчина сходил с ума, боясь того, что горцы позвонят ему и позовут на опознание столь упрямой и невозможной особы, в то время как недавно получивший диплом врач с оригинальным цветом волос не думала о том, каким ударом стал для арийца ее безрассудный поступок.
Моя покойная мать была учителем истории и в детстве часто рассказывала мне древние сказки о невероятных способностях магов, и эта идея преследовала меня вплоть до создания нового генома. Мои сверхъестественные возможности заключались в управлении стихиями – водой, воздухом, землей и огнем. Больше всего мне нравился ветер, он манил своей свободой, так что приземлилась я вполне удачно. Прокатившись по инерции с десяток метров по крыше какого-то завода, я поморщилась от неприятных ощущений. На моих ладонях и ребрах появились ссадины, но все-таки я осталась в живых, несмотря на закон всемирного тяготения. Быстро поднявшись на ноги, я поспешила убраться с открытой местности, потому как подозревала о том, что наемники могли пуститься на мои поиски. От наручников избавиться не удалось, и я замаскировала свои кисти шарфом. Это меня мало тревожило, благо, мне был известен не один рецепт, с помощью которого можно было разъесть даже платину.
Я обратилась за помощью к человеку, ведшего не самый праведный образ жизни, и с которым имела сомнительную честь познакомиться несколько месяцев назад. Он был не первым, кому я позвонила, но двое абонентов до него оказались недоступными. Я не могла сказать, что это было неожиданным – век наркоманов был коротким, однако было нечто пугающее в том, что смерть старых знакомых начинала входить у меня в привычку.
Я провела у своего приятеля около недели, за время которой арийцы успели нанести первый сокрушительный удар по нашей планете. Земной космический флот в скором темпе искал союзников, и было очень кстати то, что у великой Империи имелась целая толпа злопыхателей. В один из дней, превратившихся в кошмар на яву, по новостям передали, что на несколько крупных городов были сброшены ядерные бомбы. В результате населенные пункты были стерты с лица земли, и среди атакованных стратегически важных для нашей планеты мест значилась техногенная столица. Наполненные колбы выпали из моих рук, и я лихорадочно стала набирать номер очень близкого для меня абонента, моей своеобразной и чудаковатой тети, но все было напрасно. По моим щекам потекли слезы, а из пораненных из-за острых осколков пальцев закапала кровь. Находясь в шоковом состоянии, я не замечала боли, думая лишь о том, что свои ошибки, во что бы то ни стало, нужно было исправлять.
– Минам, куда ты собралась? – появился в дверях мой знакомый, увлекавшийся борьбой без правил.
Парень, пустивший меня в свою паршивую квартиру на нижнем уровне, недобрым взглядом следил за тем, как я решительно собирала свои немногочисленные вещи, и нахмурил брови:
– Мы ведь только наладили нехилый бизнес, всем клиентам нравится твоя дурь, которая срывает башню сильнее, чем от самых дорогих препаратов.
– Мне нужно закончить одно дело, – невнятно ответила я.
– Я тебя никуда не отпущу, – решительно сложил на груди руки собеседник. – Ты мне нужна здесь, ведь у нас еще много заказов.
– Неужели ты думаешь, что я стану у тебя спрашивать? – начал я злиться.
– Если тебе мало денег, то мы вполне можем обсудить твою долю в общем деле, детка, – неприятно осклабился собеседник.
– Я оставила подробную рецептуру на столе, так что уйди с дороги.
– Когда ты собираешься вернуться?
– Никогда, – ответила я дрогнувшим голосом. – После того, что я хочу сделать, в живых не остаются.
Проходя мимо своего знакомого, не гнушавшегося избивать до бессознательного состояния быстро сменявшихся подружек, я вскрикнула от неожиданности. Он резко сжал меня в тисках своих крепких рук и наклонился к самому уху.
– Я тебя никуда не отпущу, Минам, – гневно проговорил парень, находившийся под действием сильных психотропных веществ моего собственного производства. – Ведь я не хочу потерять столь нежный, манящий цветочек, который способен доставить мне так много удовольствия.
Прикосновения наркомана были грубыми и противными, и я тщетно попыталась вырваться из его рук.
– Лучше не дергайся, если не хочешь, чтобы я сделал тебе больно, – схватил он меня за волосы. – Выкинь свои бредни из головы, Минам, и даже не думай сбежать, потому что наказывать за неповиновение я буду с особой жестокостью.
– Ты как животное, – выплюнула я.
– Не строй из себя святошу.
– Ты сейчас не в себе!
– И это говорит мне та, что всегда находится под кайфом? – саркастично расхохотался парень.
Мне удалось укусить его за руку, после чего разозленный наркоман ударил меня наотмашь, и я не удержалась на ногах.
– Мразь, такие, как ты, должны гнить в тюрьме, – не стала молчать я, стирая кровь со рта.
– Ты хуже меня, и то, чем ты занимаешься, попадает под действие более тяжелой статьи уголовного кодекса.
– Отпусти меня! – безрезультатно попыталась я вырваться.
– Сейчас я покажу тебе, где находится твое место, – он снова приложил ко мне руку, и в этот раз неадекватный человек не рассчитал свою силу.
Я приложилась затылком об угол стола и, как квалифицированный врач, могла утверждать, что, если бы не обладала сверхчеловеческой живучестью, то данный удар стал бы для меня последним. У меня потемнело в глазах, мой знакомый рванул на себе ремень и притянул меня за ногу к себе, не обращая внимания на мои попытки освободиться.
– Детка, твое сопротивление меня еще больше заводит, – хрипло произнес мужчина.
– Убери от меня свои мерзкие руки, я тебе не очередная грязная шлюха!
– Несмотря на свою невинную внешность, любой швали до тебя далеко, Минам. Я еще не встречал ни одного человека, который после той лошадиной дозы наркоты, какую ты себе колешь, смог бы стоять на ногах. А для тебя это всего лишь небольшая подзарядка, чтобы пойти нормально работать.
– Это мое личное дело, и не тебе читать мне мораль! – огрызнулась я.
– Ты же родом из обеспеченной и благонадежной семьи с верхних этажей престижного района, а теперь посмотри вокруг, – усмехнулся человек. – Ты опустилась ниже некуда.
– До тебя я еще не упала.
– Да брось, Минам, до меня тебе осталось самую малость, совсем чуть-чуть, – неприятно процедил парень.
– Если ты меня сейчас не отпустишь, то очень сильно пожалеешь об этом, – пригрозила я, в то время как в моих глазах темнело от ярости и гнева.
– И что ты сделаешь? Убьешь меня? – осведомился он. – Давай, сделай это, и тогда ты точно опустишься на самое дно.
– Какая же ты мразь, – не смогла я подобрать другого эпитета.
– Повторяешься, – зло процедил парень.
За острый язык я получила ощутимый удар в область грудной клетки, после чего едва смогла вздохнуть.
– Если ты хотел попасть в сердечное сплетение, то оно находится чуть левее и выше.
– Сука, – прошипел он в ответ.
Между нами завязалась потасовка, и мужчина неумолимо одерживал надо мной верх. Наркоман совершенно не замечал боли, продолжая нападать, словно безумное животное, и очередной его удар оглуши меня и дезориентировал в пространстве. Я почувствовала пульсирующую боль в висках, не смогла устоять на ногах и упала на пол, испытывая полную мышечную дискоординацию. Мне не удавалось сосредоточиться на самозащите, в то время как в воздухе неожиданно вспыхнул ослепляющий огненный шар. Мои эмоции вышли из-под контроля, ярость надежно застелила глаза, и в квартире прогремел взрыв.
Наркомана отбросило к разрушенной стене, и то, что осталось от его тела, вряд ли в будущем подлежало опознанию. Когда я смогла прийти в себя и подняться на ноги, то сразу же направилась к выходу. Я находилась словно в тумане, и в голове пульсировала лишь одна мысль: "Бежать без оглядки, пока меня не схватили полицейские и не посадили в тюрьму". Потому что живой из нее мне было бы уже не выбраться.
Я проклинала тот день, когда решила связаться с борцом без правил, и в моих мыслях царил полнейший сумбур. Я убила человека, и даже если взять во внимание то, что это было превышение пределов самообороны, меня мало что отличало от обычных преступников. Больше всего пугало то, что, несмотря на юный возраст, у меня уже имелся целый послужной список, в который входили незаконные опыты над людьми, а также синтез и торговля наркотиками.
Направившись в военную лабораторию, я постоянно оглядывалась назад, боясь увидеть в толпе отпетые рожи бандитов или же формы полицейских. Добравшись до пункта назначения, я первым делом забежала в кабинет своего руководителя и, подав рапорт, заявила о том, что хочу пойти добровольцем в космический флот. Внимательно изучив мое прошение, он перевел ошеломленный взгляд на меня.
– Неужели ты готова пожертвовать своим блестящим научным будущим, Минам? – спросил ученый в белом халате. – Ты понимаешь, от чего сейчас отказываешься?
– Я мечтала об этой работе все свое детство, – тихо проговорила я, боясь того, что на глаза навернутся предательские слезы. – Однако теперь я повзрослела и осознаю тот факт, что нужно отвечать за свои поступки. Мои иллюзии остались в прошлом, и мне необходимо исполнить свой долг перед родиной.
– Что с тобой случилось? – обеспокоенно спросил собеседник, запоздало обратив внимание на мою потрепанную одежду.
– Арийцы забрали все, что у меня было: мою семью, смысл жизни, стремления и надежды! – воскликнула я, от захлестнувших эмоций бурно жестикулируя руками. – Они меня уничтожили, атаковали мирную Землю, и я, в свою очередь, сделаю все для того, чтобы превратить в пыль их великую Империю!
– Не ожидал от тебя столь воинственного настроя, Минам, ты же никогда раньше не интересовалась политикой, – озадаченно проговорил мужчина. – Даже когда к нам прилетали арийские ученые в рамках обмена опытом, ты стояла в первых рядах и восторженно записывала каждое слово.
– Всем людям свойственно ошибаться, – поморщилась я.
– Возможно, ты еще передумаешь, ведь боевые действия в космосе чрезвычайно опасны.
– Я полностью осознаю возможные риски, и, находясь в трезвом уме и твердой памяти, прошу подписать мой рапорт, – не стала я его слушать.
– Если ты так хочешь умереть, то я не в праве тебе отказывать, – недовольно поджал губы человек.
Уговоры ученого и доводы рассудка были мной полностью проигнорированы. Он подписал мое увольнение, и я вырвала необходимый документ прямо у него из рук. Кинув напоследок "прощайте!" озадаченному человеку, я стремительно покинула его кабинет. Меня подгоняли страх и чувство мести, поэтому на военно-космической базе я оказалась в рекордно короткие сроки. Каково же было мое разочарование, когда от подтянутого мужчины средних лет на приемном пункте я услышала дословно:
– Несовершеннолетние к службе в космическом флоте не допускаются! – категорично заявил военный.
– Но ведь я специалист с высшим образованием!
У моих бывших сокурсников не возникло подобной проблемы по той причине, что они были старше меня на несколько лет. Ввиду отличной успеваемости меня переводили на более высокие курсы, и я окончила университет, не достигнув совершеннолетия.
– Дети должны находиться на земле под крылышком у родителей, а не ввязываться в космические баталии, когда у них еще молоко на губах не обсохло, – поджав губы, саркастично ответил собеседник.
– Что делать, если мирное население вы сами защитить не в состоянии! – вспылила я, вспомнив о сброшенных на нашу планету ядерных бомбах.
– Да ты же не сдашь ни одного физического норматива! – пренебрежительно воскликнул человек, окинув мою тощую фигурку взглядом.
– Количество уколов, которые я могу сделать в минуту, поражает воображение! В медицинском университете я поставила новый рекорд.
– Приходи через год и ни одним днем раньше, – процедил неумолимый собеседник.
– К тому времени от нашей планеты, возможно, уже ничего не останется!
– Можно подумать, что один врач без опыта работы сможет изменить ход истории, – скептично произнес мужчины.
– Дайте мне хотя бы шанс, – попросила я.
– Шанс умереть? Твои родители засудят все военное ведомство, когда им пришлют гроб, – иронично заметил собеседник.
– Вас будет некому закидывать исками. В техногенной столице погибла вся моя семья, кроме отца, который сейчас находится в плену у арийцев на другом конце космоса, – обреченно произнесла я, ведь после объявления войны связь с ним была полностью потеряна.
– В уставе четко прописан минимально допустимый возраст, – непреклонно ответил военный, любовно похлопав ладошкой по талмуду. – Если не веришь мне, можешь ознакомиться с данным пунктом самостоятельно.
Под испепеляющим взглядом собеседника я небрежно открыла исписанную мелким шрифтом раритетную книгу. Она была изготовлена из настоящей бумаги, в то время как современное общество использовало электронный документооборот. Найдя искомую страницу, я недрогнувшей рукой вырвала ее и, быстро запихнув в рот, проглотила злосчастный текст. Побагровевший от ярости военный за подобное святотатство был готов задушить меня голыми руками, в то время как я окончательно потеряла связь с реальностью.
– Что-то я его не вижу, где, вы говорите, данный пункт о возрасте? – посмела поинтересоваться я.
– Девушка, вы побили только что все рекорды по наглости! – гневно воскликнул мужчина. – Надеюсь, вы принесли с собой справку из психиатрического диспансера?
– Пожалуйста, – передала я ему искомый документ – Ничего из перечисленного в данном контексте не является противопоказанием к военной службе.
В справке были указаны одержимая маниакальность, психологическая зависимость, дефицит внимания, склонность к самоубийству и много чего еще по мелочи. По мере того, как мужчина вчитывался в текст, его брови поднимались выше.
– Как вы с подобным букетом психических расстройств вообще живете?
– Скорее, выживаю.
– Наверное, у вас было тяжелое детство.
По сравнению с участью животных и людей, над которыми я проводила опыты, оно не было столь ужасным.
– Я понимаю вашу ситуацию и желание защитить родную планету ценой собственной жизни, но вы еще очень молоды и, к тому же, физически слабы, – был тверд, как кремень, собеседник.
Военный видел перед собой невысокую худую девушку с болезненно бледным лицом и непричесанными не то зелеными, не то голубыми волосами, но ведь внешность, порой, бывала обманчивой.
– Если я вас покалечу, мне засчитают это как пройденную физподготовку? – между делом осведомилась я.
– Вон отсюда! – гневно указал на дверь неуравновешенный мужчина. – Всему есть пределы, и моему терпению тоже!
– Как врач, могу порекомендовать вам чудесные успокоительные капли.
– Боюсь, что после их приема я уже не встану.
– У меня диплом с отличием лучшего медицинского университета Земного Союза, – данное оскорбление я приняла на личный счет. – Я даже мертвеца могу поднять на ноги.
– Неужели?
– Если хотите, могу продемонстрировать.
– ВОН! – не выдержал военный.
Человек со зверским выражением лица подскочил со стула, и я быстро захлопнула за собой дверь с обратной стороны. Состроив страшную гримасу тем, кто находился в очереди в приемный пункт, я выдохнула:
– Да он же ненормальный!
– Где следующий смертник?! – послышался гневный голос мужчины из громкоговорителя, и первый в очереди парень побледнел не хуже меня.
Когда я понуро брела по космической базе в сторону выхода, меня неожиданно окликнул знакомый голос. Он принадлежал бывшему наркоману, которому удалось избавиться от зависимости после того, как родители упекли его в специализированную лечебницу. На его плечах были погоны, красноволосый парень с залихватским ирокезом и в местами грязной одежде являлся главным механиком. Узнав об этом, я невольно расхохоталась, ведь мой знакомый был фанатичен настолько, что несколько раз улепетывал из закрытого медучреждения на самодельных летательных аппаратах. Мы с ним посмеялись вместе, вспомнив прошлое, после чего он с изрядной долей удивления спросил, что я здесь забыла. Рассказав ему сердобольную историю, не имевшую с правдой ровным счетом ничего общего, я услышала о том, что он вполне мог помочь мне нелегально.
Отдав ему рюкзак с деньгами, через непродолжительное время я уже направила свои стопы вглубь станции. Представший перед моим взором корабль больше напоминал груду ненужного металлолома, за ненадобностью сваленного в углу космопорта, нежели летательный аппарат. Никаких опознавательных знаков на нем, кроме, собственно, гордо реявшего в атмосфере флага земного флота, не было. Я не смогла прочитать даже его названия – оно было нечитаемым из-за пыли, грязи и коррозии металла. Как рассказал мой знакомый, здешний капитан был недавно разжалован из высших чинов. Поговаривали, что, если бы не вмешательство высокопоставленного родственника, то он был бы вообще уволен с военной службы.