![](/files/books/160/oblozhka-knigi-samyi-tyazhelyi-narkotik-si-372775.jpg)
Текст книги "Самый тяжелый наркотик (СИ)"
Автор книги: Татьяна Луцевич
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)
Глава 11. Без морали и без пощады
Для того чтобы проводить к пленным, за мной пожаловало двое неулыбчивых арийцев. Бесчисленные узкие коридоры давили своей серостью и безликостью, в то время как я старательно запомнила каждый поворот. Мы вышли из прозрачного лифта на нижнюю палубу, на полу которой наличествовали едва заметные разводы разноцветной крови. Если бы я не являлась медиком, то вряд ли бы обратила внимание на данное кощунство, но за моими плечами был красный диплом, и потому я не сразу смогла поднять свой взгляд.
Каерин сдержал обещание, и нас с сэром Льюисом сопровождающие оставили наедине. Капитан сидел в фривольной позе на стуле в специальной комнате, разделенной мерцающим силовым полем на две неравные части. Он выглядел не лучшим образом: круги под глазами, многочисленные синяки и кровоподтеки придавали ему вид уставший и угнетенный. На нем была серая тюремная форма, и, стоило заметить, что сидела она на нем, как влитая.
– Как вы себя чувствуете? – первым делом осведомилась я.
– Арийские медики обследовали плененных землян, чтобы предупредить риск повальной эпидемии, и им буквально чудом удалось меня спасти, – выплюнул мужчина, с ненавистью буравя меня взглядом. – По их словам я был заражен редчайшим вирусом, родина которого находится на противоположном краю изученного космоса, и мне жутко интересно, Минам, откуда он мог появиться на расстоянии сотен тысяч световых лет на моем корабле?!
– Мне чрезвычайно и безмерно жаль.
– Того, что я не умер в конвульсиях и страшных мучениях? – со злостью сжал руки собеседник.
– Вы были очень категорично настроены и совсем не хотели меня слушать, в то время как я была по отношению арийцев совершенно права, – не сдержалась я. – Своим ослиным упрямством вы сами вынудили меня пойти на крайние меры!
– Должен признать, что по сравнению с пленными, находящимися в страхе и неизвестности, ты прекрасно устроилась, – скабрезно улыбнулся мужчина.
– Вероятно, вы не поверите, но я с удовольствием бы поменялась с вами местами!
– Ответь, Минам, адмирал Акаерин-тан хорош в постели? – ядовито поинтересовался собеседник.
– Вы поступили очень подло, используя меня, словно марионетку, в своей нечестной игре, и теперь еще смеете упрекать в неподобающем поведении?! Вы откупились мною, словно племенной кобылой в средние века, и мне интересно, неужели вас совершенно не мучает совесть?
– Свою совесть я проиграл в карты, – неприязненно ответил он. – Я не знаю, откуда ты знакома с адмиралом, Минам, но последствия для тебя будут весьма плачевные. Как только о вашей связи станет известно земному ведомству, тебя объявят вне закона.
– Но как они об этом узнают? – иронично отозвалась я. – Капитан Льюис, вы до сих пор дышите исключительно благодаря распоряжению адмирала Акаерин-тана, которое связано отнюдь не с человеколюбием, а с тем, что у него имеются на ваш счет иные планы.
– Ты знаешь, что как он собирается с нами поступить?
– Вас ожидает рабство на одной из удаленных планет Империи с чрезвычайно тяжелыми условиями обитания. Мною в университете изучались характеристики данной планеты в рамках научных рассуждений об эволюции. Насколько мне известно, большая часть новоприбывших погибает там в первые сутки.
– Сколько нам осталось? – судорожно вздохнул собеседник.
– Около двух дней.
– А что будет с тобой?
– Меня ожидает мягкая перина удобной кровати адмирала Акаерин-тана, – скабрезно ответила я.
– Мне интересно, что заставило деспотичного адмирала, имеющего на просторах вселенной далеко идущую славу, приказать ради спасения одной девчонки отступить целой флотилии? – задумался собеседник, окинув взглядом мою истощенную фигуру и болезненно-бледную кожу и не найдя ответа на свой вопрос.
– Он извращенец, – поморщилась я. – Кого еще, как не любителя диковиной экзотики, могла привлечь моя дефектная внешность?
– Его слабостью можно воспользоваться для того, чтобы организовать побег с арийского корабля, – неожиданно заявил капитан.
– Сэр Льюис, вероятно, вы не осознаете катастрофичности нынешнего положения. Мы находимся в открытом космосе на арийском крейсере тяжелого класса, экипаж которого состоит из солдат элитных спецподразделений, имеющих превосходное вооружение согласно последним имперским разработкам. Но это меркнет в сравнении с тем, что на борту находится лично адмирал Акаерин-тан.
– Нам нужен лишь шанс, Минам! – горячо воскликнул он.
– С чего вы взяли, что я стану вам помогать? Ведь если бы не ваша глупость и недальновидность, я бы не находилась сейчас взаперти с новым украшением на руке и не вздрагивала по ночам от каждого шороха. У меня усугубились проблемы с психикой, с вашей легкой руки, капитан Льюис, моя жизнь превратилась в Ад!
Из-за моей эмоциональной несдержанности белый свет замигал, и на разделявшем нас с капитаном силовом поле появились помехи, однако я не обратила на это ровным счетом никакого внимания.
– Я являюсь твоим непосредственным руководителем, Минам, и требую полного подчинения. Ты должна отвлечь адмирала, воспользовавшись его слабыми сторонами, и обезвредить на максимально продолжительное время.
– С точки зрения генетики Каерин является чертовым совершенством, у него нет недостатков! Вы просите от меня невозможного!
– Минам, идеальным вариантом будет, если ты отвлечешь его внимание на себя. Будь с ним ласковее, перестань упрямиться и сопротивляться, и, возможно, ты даже сможешь получить от этого удовольствие.
Я буквально взорвалась от охвативших меня чересчур ярких эмоций:
– Сначала вы использовали меня в подлом шантаже, а теперь подкладываете под адмирала? То, о чем вы говорите, низко и аморально!
– Смешно слышать подобные слова от наркоманки, – ядовито произнес собеседник. – Неужели адмирал Акаерин-тан тебе настолько неприятен?
– Вы знаете, что я злоупотребляю запрещенными препаратами, а теперь вообразите самый тяжелый наркотик из всех существующих во вселенной, словно говорящий: 'Добро пожаловать в рай!' После приема которого можно упасть в обморок, потому что испытываешь кайф, подобный взрыву сверхновой звезды. Вы считаете, что он мне неприятен? Нет, совсем наоборот.
– В таком случае, в чем проблема?
– Она заключается в том, что тяжелые наркотики вызывает сильнейшую зависимость начиная с самой первой дозы, и сделать то, о чем вы меня просите, означает собственноручно подписать себе приговор.
– Минам, ты обязана спасти жизни своим соотечественникам, обреченным на гибель в колониях на сопредельных имперских планетах! – не стал меня слушать капитан.
– Я всего лишь несовершеннолетняя землянка. Вы взваливаете на мои хрупкие плечи слишком большую ответственность.
– Твои сверхъестественные способности поражают воображение, ты являешься абсолютным оружием!
– Способности адмирала во многом превышают мои, и от него невозможно скрыться, сэр Льюис, проще умереть и переродиться! – вызверилась я.
– В конце концов, это твой моральный долг!
– Я не могу сделать то, о чем вы меня просите. Это выше моих сил!
– Прекрати истерику и приди в себя, Минам, ведь от тебя сейчас зависят чужие судьбы!
Я резко поднялась, неаккуратно опрокинув стул, и в следующее мгновение упала навзничь, ударившись затылком о пол. Капитан набросился на меня, принявшись грубо трясти за плечи, и я с запозданием отметила тот факт, что мерцавшее силовой поле исчезло. Я даже не обратила внимания на то, когда это произошло, потому что была слишком взволнованна, и сила непокорных стихий, уничтожившая преграду, сыграла со мной злую шутку. Сэр Льюис бил меня по щекам, и я не могла сказать, как долго это продолжалось, потому что находилась в шоке и была совершенно дезориентирована в пространстве.
Капитана стащили с меня и обездвижили пришедшие на выручку телохранители. Я заверила их, что со мной все в полном порядке, и дошла до своей тюремной камеры, словно сомнамбула.
То, чего добивался от меня сэр Льюис, было омерзительным и извращенным, и я закрыла рот ладонями, сдерживая крик. Мне понадобилась вся моя смелость, чтобы выбрать яркое платье в пол в стиле японских кимоно, которые были на пике популярности в Земном Союзе, с разрезами по бокам. Я с трудом расчесала длинные бирюзовые волосы и заколола их, в то время как воротник был скроен таким образом, чтобы обнажить шею сзади, придавая этой части тела беззащитный вид.
На совместный ужин с адмиралом меня проводили знакомые арийцы, и, если внешне я была опрятна, то внутренне находилась весьма близко к панике. Я не могла собраться с мыслями, меня охватило болезненное ощущение холода, и мои движения стали нервными и резкими. Когда я вошла в просторную комнату с видом на бескрайний космос, Каерин меня уже ждал. Стоило ему обернуться ко входу, как прозрачный бокал выскользнул из его рук. Синяя жидкость расплескалась по полу, и звук разбившегося стекла заставил меня вздрогнуть.
– Минам, ты восхитительно выглядишь, – он задержал взгляд на моих волосах. – Ты словно омалия-нашхабанди, экзотический цветок, произростающий на вершинах гор на моей родной планете. Необычный, чрезвычайно хрупкий и невероятно прекрасный.
– Прекрати, Каерин.
– Почему мне нельзя сделать тебе комплимент? – его слова прозвучали неожиданно зло.
– Потому что твои чувства ко мне – это ненормально.
– Ты права, Минам, – не стал спорить со мной Каерин. – Никогда прежде я не встречал настолько анормального и извращенного существа, единственной задачей которого было бы уничтожить себя за максимально короткий срок
Резким движением он отодвинул стул, и я была вынуждена сесть за безупречно сервированный стол, стоявший возле панорамного окна. Разлив белое вино, Каерин опустился на сидение напротив, и я попробовала предложенное блюдо, не замечая ни его вкуса, ни запаха. Не испытывая восторга по поводу произведений кулинарного искусства, я решила уделить больше внимания алкогольному напитку.
– Мне плохо, Каерин, – нарушила молчание я.
– Юн-Джин выделяет тебе необходимую дозировку наркотических средств.
– Этого слишком мало для того, чтобы чувствовать себя нормально, – скривилась я, ведь мне было трудно даже говорить.
– Я сожалею, но это необходимая мера, – в голосе собеседника не было раскаяния.
– Мне нужно намного больше.
– Нет, – категорично произнес ариец.
– Очень скоро ты убьешь меня, Каерин.
– Если Юн-Джину не удастся тебя вылечить, я обращусь в имперскую военную лабораторию, где ты сможешь пройти полное обследование, но добьюсь положительных результатов.
– Что ты станешь отвечать тем, кто увидит на моем запястье это украшение? – саркастично поинтересовалась я, подняв руку с тонкой металлической полоской. – Ведь на цивилизованных планетах рабство находится вне закона.
– Считай его обручальным, родная, – сделал невозможное заявление ариец.
– Вы ведь не заключаете браки с представителями малых народностей.
– Это действительно не распространено, потому что вы бесчувственны, эгоистичны, лживы, нарушаете договоренности и совершаете преступления. Были даже случаи, когда слабые духом сходили с ума и заканчивали жизнь самоубийством, и, знаешь, что, сладкая? Ты побила все установленные рекорды.
– Разве я не способна на глубокие чувства, Каерин? Ответь, кто сильнее меня тебя ненавидел?
Ариец неожиданно выхватил свое лазерное оружие и решительно подтолкнул его в мою сторону.
– Давай же, Минам, просто нажми на спуск, и мои мучения прекратятся, – зло произнес он. – Возможно, так было бы лучше для всех жителей Солнечной системы.
Моего бывшего подопытного было сложно убить, и я дрожавшей рукой направила оружие прямо ему в лоб. Прошли долгие секунды, однако, вопреки всем доводам рассудка, я не смогла уничтожить свое лучшее творение. Отведя взгляд от невообразимых бирюзовых глаз в сторону, я безнадежно покачала головой.
– За это и ненавижу, – прошептала я. – За то, что ты можешь безнаказанно делать со мной все, что заблагорассудится.
– В таком случае отдай мне оружие обратно, Минам, раз выстрелить в меня у тебя не хватает духу, – протянул ко мне открытую ладонь ариец.
– Неужели ты думаешь, что я способна убить себя? – подняла я бровь, задумчиво изучая находившийся в моих руках опасный предмет.
– Учитывая твое неадекватное поведение и безрассудные эксперименты, которые ты проводишь, в том числе на самой себе, у меня появляются сомнения в твоем здравомыслии, – поджал губы собеседник.
– Разве я сейчас веду себя ненормально?
– В твоем случае это лишь тщательно контролируемое безумие, – иронично отозвался ариец.
– Если бы я была сумасшедшей, то не получила бы красный диплом о высшем медицинском образовании! – данный довод казался мне довольно убедительным.
– Ты даже не представляешь, насколько я удивлен, что тебе его выдали. Ведь твой мозг изощренный и одержимый, поведение непредсказуемое, и, к тому же, у тебя напрочь отсутствуют моральные принципы и нормы.
– Твой психологический портрет, Каерин, также далек от среднестатистического.
– Верни мне оружие обратно, если не хочешь увидеть мое ужасное истинное лицо, – сжал губы в тонкую линию собеседник.
Я подчинилась, и ариец быстро скрыл предмет спора из вида. Настроение у меня было испорченным, я поморщилась, взявшись двумя пальцами за переносицу, и попросила убрать то, что казалось мне нелепым:
– Загаси, пожалуйста, свечи, мне становится дурно от их запаха, и выключи фоновую музыку, потому что у меня очень сильно болит голова.
– Минам, ты совершенно невыносима, – раздраженно ответил собеседник. – Я изо всех сил стараюсь сблизиться с тобой, но ты противишься этому с еще большим упорством.
Он выполнил мою просьбу, после чего комната погрузилась в долгожданную тишину. Вероятно, я выпила слишком много вина, потому что ответила откровенно:
– Подлым образом напав на Земной Союз, арийцы лишили меня семьи. С вашей легкой руки у меня больше нет крыши над головой, смысла жизни и блестящего будущего в научной лаборатории, которым я грезила долгие годы. Я хотела бы что-либо изменить, как заманчива сама мысль о том, что все могло сложиться по-другому, однако это невозможно, – закрыла я глаза. – Если бы только не началась кровопролитная война, если бы ты не был деспотичным адмиралом арийского флота, если бы не столько боли.
– Я не могу исправить прошлое, однако будущее мне изменить по силам, и я сделаю все возможное для того, чтобы прекратить бессмысленный вооруженный конфликт с Земным союзом, – решительно произнес ариец.
– Но лично у меня больше нет будущего, Каерин.
– Я не позволю тебе умереть.
– Тебе не по силам это сделать.
– Я смогу тебя спасти даже от самой себя, – проговорил имперец, и мне показалось, что в первую очередь он пытался убедить в этом себя.
Вечер был слишком долгим, и я встала из-за стола с твердым намерением его завершить.
– Двери заблокированы, и ты не сможешь выйти отсюда, пока не закончишь ужин, так же как никто не сможет нам помешать, – сложил руки на груди собеседник.
– Я не могу больше есть, – скривилась я.
– Минам, тебе осталось совсем немного, доешь мясной бульон до конца, – приказал ариец.
Данное блюдо было совершенно отвратительным, и каждая ложка давалась мне с огромным трудом. От мучений меня отвлекло движение в холодном бездушном космосе, которое наблюдалось за панорамным окном. Среди миллионов звезд появилось несколько незнакомых кораблей странной формы с одинаковыми опознавательными знаками. Это была флотилия с полным боевым снаряжением, двигавшаяся уверенно и целенаправленно.
– Что происходит? – нахмурилась я.
– У меня были сомнения в том, что зеленые решатся на открытый конфликт с великой Империей, но, похоже, что смелости им не занимать, впрочем, так же, как и безрассудства, – пренебрежительно ответил Каерин.
Отодвинув тарелку в сторону, я решительно произнесла:
– Я не буду это больше есть.
– Минам, если ты станешь упрямиться, мне придется кормить тебя лично, – перевел взгляд обратно на меня собеседник.
– Я сказала нет! – яростно воскликнула я.
Когда ариец резко поднялся со своего места, то я вздрогнула. Он подошел вплотную ко мне и, вдохнув аромат моих волос, наклонился к столу. Взяв с него прибор, он приблизил его к моим губам и возле самого уха проникновенно произнес:
– Пожалуйста, Минам, еще одну ложечку.
Я оцепенела и не смогла выдавить из себя ни единого слова в ответ. Проглотив предложенное, я не почувствовала его вкуса, в то время как пряди моих волос зашевелились от едва ощутимого движения воздуха, и мою шею обожгло горячее дыхание. Его губы неуловимо коснулись моей кожи, Каерин провел рукой по моим плечам, однако, когда его пальцы дотронулись до воротника платья, он неожиданно остановился.
– Почему на твоей шее синяки? – резко спросил он.
– Во время встречи с капитаном у нас возникло некоторое недопонимание, – осторожно ответила я.
– Мне доложили о произошедшем инциденте, – кивнул ариец. – Мои подчиненные утверждали, что, зайдя в камеру, увидели тебя лежавшей на полу. Почему ты не защищалась, когда капитан напал на тебя, Минам?
– Все случилось слишком быстро.
– По какой причине его не остановило силовое поле?
– Это моя вина, – призналась я. – Меня охватила ярость, и сила стихий, вырвавшись на свободу, разрушила преграду.
– Из-за чего ты настолько сильно разозлилась?
– Капитан был не в себе, – поджала я губы.
– Что он тебе сказал?
– Это не имеет значения.
Вернувшись на свое место и откинувшись на высокую спинку кресла, Каерин усмехнулся и произнес:
– Желая спасти свою продажную шкуру, Льюис приказал тебе отвлечь меня на себя, не так ли? – в проницательности ему нельзя было отказать. – Чтобы сбежать с корабля, землянам необходимо усыпить мою бдительность, и тебе была отведена роль того, у кого это получится лучше всего. Кто лишит меня здравомыслия и заставит забыть о долге, кто своими прикосновениями и ласковыми словами сделает меня послушным, словно домашнее животное, – сказал он, и его губы искривились в презрительной усмешке. – Лицемерие землян поражает своим размахом, а подлость и вовсе вызывает восхищение. Как это по-человечески, вести действия исподтишка, любыми средствами, без морали и без пощады.
Его речь заставила меня почувствовать себя полным ничтожеством.
– Я прав, Минам? – спросил собеседник.
Я закусила губу, опустив взгляд на поверхность круглого стола, и промолчала.
– Ответь на мой вопрос, – рассержено воскликнул он. – Моя догадка верна?
– Да, – едва слышно ответила я.
– Подойди ко мне! – в ультимативной форме произнес он.
В глазах Каерина бушевала грозовая буря, и, видя мою нерешительность, он подстегнул:
– Давай же, Минам, будь смелее.
Когда я с опаской приблизилась и замерла в паре шагов от имперца, мужчина воскликнул:
– Ближе! – на его губах появилась циничная усмешка. – Ты ведь хочешь помочь сбежать своим соотечественникам?
На негнувшихся ногах я сделала то, о чем он сказал. Ариец не сводил с меня пристального взгляда бирюзовых глаз, и каждое произнесенное им слово вынуждало меня все явственнее ощущать глубину своего падения.
– Обними меня, Минам.
Когда я, затаив дыхание, неуверенно дотронулась ладонью до его груди, то почувствовала, как мощно бьется его сердце. Плечи Каерина были напряжены, он делал глубокие вдохи и медленные выдохи, словно пытался успокоиться, и я осторожно обняла его обеими руками. Время будто замедлило свой бег, и, когда я услышала следующий приказ, фиброзно-мышечный орган в моей груди пропустил удар.
– А теперь поцелуй меня, – произнес в мои волосы ариец.
Меня обуревали противоречивые эмоции: острое желание подчиниться и безумный, пробиравший до озноба, страх расплаты. Мое дыхание стало прерывистым, пульс бился в висках, словно загнанная птица, а в голове царил полнейший сумбур. Однако чувство неправильности происходящего не покидало, и, насколько бы не был иррациональным мой страх, в итоге он одержал верх.
Я попыталась прекратить это сумасшествие, но в следующее мгновение попала в живую ловушку. Расслабленно лежавшие на подлокотниках руки Каерина неожиданно сжали ребра и запутались в моей прическе.
– Чего ты испугалась, Минам? – глухо поинтересовался он. – Давай же, отвлеки меня от выполнения моих прямых обязанностей, я хочу быть обманутым.
– Я не могу, – мои глаза стали влажными от сдерживаемых слез. – Пожалуйста, отпусти меня.
Мое сопротивление для имперца было словно трепыхание младенца, и на меня с опозданием накатывала удушливая волна паники.
– Неужели я настолько ужасный?
– Ты страшнее, чем уносящая жизни миллионов существ уританская разновидность чумы, от которой нет вакцины, – честно ответила я.
– Но ты сама сотворила меня, Минам, и должен признать, что ты намного ужаснее, чем я, – выдохнул мне в шею собеседник.
– По сравнению с тобой, Дьяволом нового тысячелетия, я являюсь ангелом во плоти!
– Ты падший ангел на бренной земле, – осторожно провел пальцами по моему лицу Каерин. – С одной стороны, ты превосходный врач и даруешь неизлечимо больным жизнь, но, с другой, используешь для этого совершенно бесчеловечные методы.
– В клятве Гиппократа ни слова не было сказано о способах достижения результата.
– Это верх антигуманности, цинизма и жестокости, – тихо произнес бывший подопытный. – Вернуть к жизни для того, чтобы после медленно и кропотливо забрать душу, вырезать сердце и оставить умирать от потери надежды.
– У тебя слишком богатое воображение, Каерин, – поморщилась я. – Ты сильнее любого из известных мне гуманоидов и сможешь выжить даже в эпицентре ядерного взрыва.
– Тогда почему мне настолько больно? – прижал мою ладонь к своей груди собеседник.
– Отпусти мою руку.
– Мне очень плохо, Минам, пожалуйста, помоги.
– Тебе нужна помощь не моя, а квалифицированного психиатра. Ты обвиняешь меня в сумасшествии, но на самом деле я гораздо адекватнее тебя.
– Я не буйно помешанный псих, – поджал он губы.
– Они всегда совершенно искренне считают себя нормальными людьми.
Я начала вырываться из захвата и, когда он разжал руки, едва смогла устоять на ногах. Бывший подопытный поднялся следом, ему было трудно сдержать переполнявшие его эмоции, однако он с этим успешно справился.
– Я полагал, что землянам в моих глазах падать больше некуда, но в очередной раз сильно ошибся, – слова Каерина прозвучали, словно пощечина.
За разблокированными дверями его ждали гуманоиды в форме, и, прежде чем удалиться, он дал указание двум арийцам увести меня обратно в камеру. Проведя по длинным коридорам, по которым спешили поднятые по боевой тревоге имперцы, меня заперли в опостылевшей лаборатории. Я не знала точно, сколько времени прошло в давящей тишине, когда по отсеку корабля, где я находилась, был произведен сокрушительный удар космическим оружием. Свет замигал и погас, двери автоматически открылись, а вдалеке послышались истошные крики.
Безэмоциональный голос начал повторять одну единственную фразу: 'Аварийная эвакуация'. Этот звук бил по ушам, и я поспешила по охваченным паникой коридорам в транспортный отсек. В лабиринтах проходов сверкали искры, вспыхивал огонь и крушились стены, многие помещения были разгерметизированы. Мне приходилось использовать обходные пути и, сверяясь со стационарными голографическими картами, искать точки эвакуации. Когда я добралась до транспортного отсека, последнее летательное средство уже готовилось к вылету. За стеклом спасательной капсулы находились мои соотечественники, в то время как сэр Льюис напряженно следил за моим приближением. Команда к отправке была отдана до того момента, как я успела добежать, и произошла мгновенная отстыковка.
– Сукин сын! – зло ударила я по створкам закрывшегося шлюза.
На ум не приходило цензурных слов в адрес подлого пирата, который лишил меня единственного шанса на побег, и я застонала от отчаяния. Когда мне удалось взять себя в руки, я развернулась с намерением как можно дороже продать свою жизнь. Слепая ярость придала сил, и, оказавшись в пылу сражения, я позволила стихиям завладеть своим разумом и разрушать все, до чего они могли добраться. Грохот, лязг и крики слились в единую какофонию, и я не заметила, когда высокий свод над моей головой начал обваливаться.
– Прекрати, Минам! – вернул меня в реальность знакомый голос. – Ты уничтожаешь все вокруг, и, если не остановишься, окажешься погребенной заживо под рухнувшим перекрытием!
С опозданием обратив внимание на то, как представители обеих рас, уклоняясь от тяжелых снарядов, спешили к выходам, я презрительно крикнула им вслед:
– Бегите, трусливые крысы! Только от судьбы все равно не убежать!
– Приди в себя, Минам! Отсюда нужно срочно уходить! – настаивал имперец.
– Я никуда не пойду с тобой, Каерин! – оттолкнула я мощной воздушной волной арийца. – Нам совершенно не по пути.
– Ты абсолютно не умеешь контролировать собственные эмоции и опасна в первую очередь для самой себя, – разозлился он.
Мне действительно было трудно стабилизировать свой эмоциональный фон, в то время как Каерин продолжал испытывать мое терпение:
– Минам, не заставляй меня действовать с применением грубой силы.
– Если ты сделаешь в моем направлении хотя бы один шаг, то я превращу этот корабль в космическую пыль.
– Пожалуйста, не будь безрассудной.
Между нами полыхал огонь, под действием искусственной гравитации падали тяжелые потолочные плиты, и крушились несущие колонны. Высоко над головой послышался оглушительный грохот, и я отвлеклась всего на мгновение, когда Каерин сбил меня с ног, протащив по полу. На месте, где я недавно стояла, образовались руины, в то время как я оттолкнула мужчину назад.
– Мерзкий, гнусный лжец, – сказала я тому, кто обещал больше никогда не применять ко мне насилие.
– Этот мерзавец пытается спасти то немногое, что осталось от твоей жизни.
– Лучше не теряй время и спасайся сам, пока не поздно.
– Но оно уже упущено, Минам, – покачал головой собеседник. – Лично для меня уже слишком поздно.
С притоком кислорода огонь вспыхнул ярче, и в ослепительном зареве, не обращая внимания на губительную обстановку, на меня напал идеальный хищник. Я пыталась от него сбежать, однако мои усилия заранее были обречены на провал. Обездвижив оказывавшее сопротивление тело, ариец воспользовался обширными знаниями человеческой анатомии. Нажав на определенные точки, Каерин погрузил меня в бессознательное состояние и уже с безвольной ношей направился прочь из полуразрушенного помещения.