Текст книги "Дай мне второй шанс (СИ)"
Автор книги: Тата Сибирская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)
Глава 11
Утром по обыкновению иду на свою работу, только уже в статусе ИО начальника отдела.
Разобрала ли я сумбур в голове? Нет. Представляю ли я, как это будет? Нет. Точно знаю только одно, я хочу попробовать сохранить хотя бы карьеру – это единственное, что у меня осталось. Если будет совсем невмоготу – уволиться всегда успею, а то что не стоит мешать работу и личное, я и сама поняла и про глупость своего того поступка, тоже.
Антон будет на другой должности, а значит видеть я его буду крайне редко. Арина прошла стажировку, значит особого внимания ей тоже не нужно. Пожалуй и правда стоит сказать “спасибо”, что эти две недели меня тут не было. Остается только качественно выполнять свою работу, что я умею делать. Ничего же сложного, так?
Но как говорится “хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах”, в отделе, нервно “измеряя” пространство между столами, ходил из угла в угол Антон.
– Наконец ты пришла, – подлетает ко мне, как только переступаю порог отдела и буквально втаскивает меня внутрь, захлопывает дверь и поворачивает ключ, запирая нас изнутри. – Юля мне нужна твоя помощь.
Очевидно, что ждал.
Я только хлопаю глазами. В груди безотчетно разливается тепло – и вот вроде для себя все решила, и все приняла и поняла, но организм не согласен и реагирует по своему.
Делаю глубокий вдох, высвобождая руки, которые Антон захватил в свои, подхожу к столу. Пиджак на спинку, сумку на крючок, сама в кресло.
“Хватит мечтать Юля, вряд ли это как-то связано с вашими отношениями. Он точно не предложит сойтись обратно, вот и не стоит растекаться лужицей”.
– Что ты хотел Антон? Чем я могу помочь? – говорю, старательно выдерживая спокойный тон и сохраняя бесстрастное выражение лица.
Антон словно очнулся и подлетел к моему столу.
– Юля, у меня мало времени. Хотел вчера поговорить спокойно, но ты куда-то пропала, – укоризненно смотрит на меня.
Он что, ждет, что я стану оправдываться? Ага, щаз!
– Ты, кажется, сказал, что у тебя мало времени? Так может закончим с трагическими паузами? – язвлю.
Поджимает недовольно губы. Похоже и правда должна была оправдываться и извиняться…
– Так что хотел то?
Антон вздыхает и опускает глаза, видимо собираясь с духом:
– Ариша завалила испытательный срок. Я хочу, чтобы ты помогла ей!
Чего он хочет!?
Глава 12
“Завалила испытательный срок” – звучит, как песня.
Во мне просыпается вредная Юля и довольно потирает ручки, что идеальная во всем Ариша, хоть где-то не такая эталонная.
Да, да – вот такая я злюка вредная. Конечно, это с моей стороны мерзко и не красиво, но внутри я злорадствую и радуюсь промаху соперницы… еще бы это что-то меняло… Поэтому приходится отмахнуться от своей ядовитости и переключиться на деловой лад.
Указываю Антону на стул, который стоит с другой стороны моего стола. У нас есть минут пятнадцать-двадцать, чтобы все обговорить.
– Не успевает или систему работы не поняла? – спрашиваю, пытаясь понять в чем проблема.
– Не то, не другое, – Антон снова опускает глаза и ерошит всегда идеально уложенные волосы.
– Не поняла… – тяну удивленно, потому что и правда не понимаю.
Ты либо не успеваешь отбить ежедневную норму заказов, либо неправильно их отбиваешь и косячишь в заполнении документов. Как говорится, третьего не дано.
– Я… в общем… – Антон мнется, а у меня шок – это что за неудачный клон-мямля? Черт побери, никогда не видела его таким. Он же мужик с большой буквы М… обычно.
– Антон у нас времени не так много. Говори уже, – потому что мне надо придумать, что делать дальше.
Как не крути, Арина не обычный стажер и за завал испытательного срока ее никто не уволит, тут и к гадалке не ходи.
– Это из-за меня. Она не будет успевать делать норму, потому что не знает, что норма – двести пятьдесят заказов. Я часть делал за нее. – выпаливает на одном дыхании и напоминает сейчас ребенка, который оправдывается за двойку.
Сижу с выпученными глазами и отвисшей челюстью, потому что лучше б двойка.
Как он вообще до этого додумался? Мне вот очень интересно, он как собрался это разруливать то?
– И сколько она делает? – спрашиваю с подозрением.
– Сто восемьдесят.
Твою ж мать.
Кажется я сказала это вслух, но мне как-то сейчас особо не до подбора выражений. Сто восемьдесят, это она не дорабатывает восемьдесят заказов. Почти третью часть общего объема… Пипец, только через “зд”.
Что б вы понимали, как это работает, на компьютерах каждого сотрудника, список заказов, который пополняется в режиме реального времени, как только поступает новый заказ. Счетчик отсчитывает количество отработанных заказов, а мы (наставники и директора) может увидеть список отработанных заказов. Сотрудники видят на счетчике двести пятьдесят и могут остановиться или сделать сверх нормы.
– Ты же в курсе, что об этом нужно сообщать наверх?
– Ну вообще не обязательно, – Антон наконец поднимает на меня взгляд и смотрит так… сложно объяснить, но глаза блестят, как у маньяка, способного на любое безумство, – докладывать должны были пока просто наставниками были, а сейчас ты ИО и все проблемы отдела должна решать сама.
Проще говоря он предлагает мне скрыть… Хотя доля правды в том, что он сказал тоже есть. Если в отделе я начальник, то и решать такие вопросы могу сама.
– И как ты это провернул? – мне просто любопытно.
– Подключался удаленно и добивал количество до нормы. Ей говорил, что перевыполним ей план. До конца рабочего дня она успевает только сто восемьдесят, – пожимает плечами.
“Если б ты, идиот, не вмешивался, то к концу второй недели она бы уже все успевала. Все первое время не успевают, но наращивают скорость со временем”. – хотелось бы сказать ему это вслух, но молчу. На языке крутиться другой вопрос:
– И она ни разу не усомнилась? Ты две недели делал ей двести пятьдесят заказов и у нее ни разу не возникли вопросы? – она же не может быть настолько наивняк? Нет же?
– Она полностью доверяет мне, – горделиво вскидывает голову.
Усмехаюсь. Тут есть чем гордиться? Жестко наврал девчонке и рад, что она ему верит.
Я одна тут дура чего-то не понимаю?
Мысленно уже через слово вставляла маты. Я обычно кулЮторный человек, но редко во мне прорывается Юлька, которая пьет вишневое пиво и может приложить матом особо приставучих.
Вспоминая эти незатейливые факты о себе, на секунду удивляюсь, как я умудрилась выбрать именно Антона? Моя вишневка, против его вина и коньяка какой-то сумасшедшей выдержки. Домашние посиделки в уютном кругу, против супер модных клубов и баров.
Встряхиваю головой. Есть более насущные вопросы.
– Ну и кому ты лучше сделал? Это медвежья услуга с твоей стороны, сам то понимаешь?
– Ты права, никому. – он вдруг совершенно открыто улыбается и выглядит так, будто попал в нирвану. – Просто когда любишь, пытаешься любимому человеку облегчить жизнь, сделать все, чтобы ему было хорошо. Ты поймешь, когда влюбишься.
Казалось мне зарядили пощечину. Неожиданную, горящую и до ужаса обидную и несправедливую.
Я все эти два года именно этим и занималась, пыталась облегчить ему жизнь – помогала, поддерживала, никогда не нагружала своими проблемами, а он просто этого не замечал.
Усмехнулась сама себе – “вот так вот Юля”.
Сжимаю пальцами переносицу и прикрываю глаза. Будто если не буду смотреть на его счастливо-влюбленное лицо станет легче и слова, которые он сказал, забудутся. Только этого не будет.
Он не замечал, что я делала для него, что я влюблена и, конечно, ничего подобного не делал для меня, потому что просто не любил. Проще, чем дважды два.
– Пошел вон, – шепчу, давя в себе все, что наболело и было сейчас сново разодрано до кровавых ран. Откидываюсь на спинку стула и открываю глаза.
– Что? – переводит на меня непонимающий взгляд. Он только вырвался из своих фантазий и до него не доходит, что произошло.
И стоит признать, что скорее всего никогда и не дойдет.
– Пошел вон отсюда, чтобы я тебя не видела, – говорю твердо и жестко.
Антон с ошалелыми глазами встает со стула. Хочет еще что-то сказать, но встретившись с моим взглядом, молчит и просто уходит, оставляя меня в такой нужной сейчас тишине.
Через пять минут начинают подтягиваться сотрудники…
Глава 13
Ну не может стажировка на новую должность пройти спокойно, если в первый же день с утра случается такая ерунда. Надо было сразу догадаться, но я ж стараюсь не верить в предрассудки. Но блин, найди уже кто-нибудь умный, этим предрассудкам доказательства, потому что они постоянно срабатывают и никак не могут быть просто совпадением.
После ухода Антона понемногу приходят сотрудники. Не понемногу конечно, а сразу и всем скопом. Первой вплывает Анютка, просто донельзя счастливая. Как танкер на буксире она тащит за собой обалдевшего от такой встречи Гришу.
– Выздоровел. Он выздоровел, представляете? – подводит его к моему столу и улыбалась. Ярко, искренне.
Одно “но”, у меня настроение основательно подпорчено, а я не умею скидывать за секунду все эмоции и светиться, как начищенный чайник. Даже запихнуть эмоции поглубже и натянуть маску профессионала, как делала это всегда, не выходит. Просто не получается.
И если изначально было обидно и больно от слов Антона, то чем больше проходит времени, тем больше обида трансформируется в злость. С каждой… даже не минутой – секундой, планка поднимается все выше и выше к точке кипения.
– Отлично. Я рада. – киваю сухо. – Идите работайте.
Говорю грубее, чем нужно. Аня и Гриша вообще не заслуживают такого тона, но вот он минус того, когда не умеешь владеть эмоциями, благо Гриша все еще был ошарашен напором Анютки, а она сама слишком счастлива, что серпентарий будет разбавлен хоть одним человеком, с которым она может пообщаться – они даже ничего не замечают.
– Уже идем, – весело отзывается Анютка, – кстати, Варя сегодня идет к педиатру, берет сыну справку в садик и завтра на работу.
– Хорошо. – еще раз киваю и Аня идет вприпрыжку к своему месту.
Блин, вот какого черта я так разговариваю с Аней и Гришей? Они ничего не заметили, но это не повод так себя с ними вести. Они не заслуживают.
Всегда приветливые, вежливые, помогут и поддержат при необходимости. Совесть пилит, словно пилочкой для ногтей – тонко, больно, противно и до ужаса медленно. Такое ощущение, что становлюсь злобной ведьмой. Рычу на всех без повода, всегда недовольная, злая.
Когда я последний раз чему-то радовалась? А улыбалась? Нет, я раздражаюсь, завидую и при любом удобном случае вспоминаю чертей и блины.
Наверное, я бы так и продолжала это самокопание и даже, возможно, пришла бы к чему нибудь полезному, если бы…
– А ты че здесь делаешь? – слышу от входа в отдел не то удивленный, не то злой голос. Единственное, что могу сказать, что он принадлежит Леле и голос этот порядком оборзевший.
Даже Аня и Гриша, старающиеся обычно не обращать внимания на склоки этих дам, оборачиваются.
У входа стоят вездесущие три Л и адепт их маленькой, но процветающей школы стерв, Ариша.
– Вообще-то работаю, – стараюсь максимально спокойно ответить.
Я тут вроде как начальник, должна себя вести адекватно и не поддаваться на провокации.
– А… – пытается что-то сказать Лена, но я ее нагло перебиваю.
– А если вы, заботливые мои коллеги, решили, что меня выкинули за шкирку отсюда, спешу вас обрадовать – нет.
На перекошенных лицах, как в открытой книге, легко читается, насколько они этому “рады”, а это они еще главной новости не знают, в качестве кого я тут сижу.
Одна Ариша стоит спокойно и понять, как она к этому всему относится, сложно. Но это пока она не знает, какой “сюрприз” я ей передам от её обожаемого мужчины.
– Может уже приступите к работе? – интересуюсь у застывшего в дверях “квартета”.
Отмирают.
– Ты не начальница, чтобы тут командовать, – вскрикивает Лена.
Фух, ну слава Богу. Я то уж подумала, что они сломались, так долго стояли в молчании. Нет, снова возмущаются, значит все в порядке.
“Вы ж мои хорошие”. У меня внезапно поднимается настроение.
– Да, не начальница, – притворно тяжко вздыхаю, – всего лишь исполняющая обязанности. Так что вам все равно придется мне подчиняться.
Замирают. Снова. Смотрю на них и в который раз задаюсь вопросом Три Л не могут быть сестрами? Или они где то этому учатся? Просто так синхронно сделать вот эти шокированные лица, “обожемой, мне плоха, спаситепомогите”, без подготовки, кажется невозможным.
Молчат, не моргают. Просто впали в ступор. Информация, которую я озвучила, для них явно стрессовая. Я даже не чувствую на себе их фирменные режуще-расчленяющие взгляды, а это поверьте мне ого-го какой показатель.
– Так как на счет поработать? – спрашиваю аккуратно, так как у меня большое подозрение, что…
– Ага, – заторможенно кивает Леля и они уходят на свои места.
… я все таки их сломала!
Три Л, словно роботы усаживаются за свои столы. Ариша, про которую, если честно, успела подзабыть, наблюдая за нашими мадамами, недовольно поджав губы, тоже проходит к своему рабочему месту.
Осталась только она без “плюшек” с утра пораньше. Для нее тоже припасена новость. Только, если следить за реакцией Три Л было хоть чуточку интересно и чего уж скрывать, даже немножко приятно, то с Аришей этого нет. Не хочется подходить, общаться, да даже смотреть на нее. Хочется отгородиться от нее, не наблюдать. Вот почему она не может быть такой, как Гриша? Тихой, незаметной. Чтобы взял и забыл, что она здесь есть и вспоминать, видя сделанную работу.
Но нет. Это было бы слишком хорошо для правды. Мало того, что не замечать ее не возможно, так еще и нянькой для нее становиться придется.
В этот момент лично у меня в голове всплывает всего один вопрос – Антон то понимает, что сам лично сталкивает нас каждый раз лбами? И что-то мне подсказывает, что этот случай не будет исключением.
Подавляя в себе маленькую вредную девочку, которая так и нашептывает либо не говорить Арише ничего, либо сказать попозже, заставляю себя встать и подойти к девушке бывшего парня.
Надо сказать – я ж в конце концов профессионал.
Ариша сидит и упорно смотрит в экран. Успела включить компьютер, зайти в систему и сейчас рьяно отбивает первый заказ. Я бы даже сказала демонстративно, иначе я никак не могу объяснить ее стойкое игнорирование, стоящей возле ее стола, меня.
Я уверена ей тоже неприятно, вижу, как вся напрягается, да и она этого не скрывает. Но молчит и работает.
Пытаюсь подобрать слова. Надо выразить, что-то вроде “вот норма заказов, ты справишься, я во всем помогу”, но внутри все протестует, стоит прокрутить придуманный монолог. И все из-за того, что из головы не выходит причина, по которой этот разговор вообще сейчас состоится. Один зажравшийся мужчина пытался сделать, как лучше, получилось как всегда, а последствия выгребать мне.
Бесит.
Захожу немного вперед, чтобы хоть как то смотреть в лицо девушке. Мне не комфортно разговаривать с затылком, и хоть глаза на меня она так и не поднимает, смотреть в лицо – это уже хоть что-то.
– Арина, по заказам норма в отделе – двести пятьдесят. У тебя время до конца следующей недели, чтобы наработать скорость обработки, если нужна будет помощь… я помогу.
Если первые слова почти тараторю, то последние едва получается выдавить из себя. Вроде обычные слова, но говорить этойей,оказалось сложно.
– Что? – она останавливается не донеся пальцы до очередных кнопок на клавиатуре и наконец поворачивает голову ко мне.
Она злится. Это читается явно, переход за несколько секунд. Непонимание-удивление-злость.
Она все расслышала и поняла. Я не знаю, что к этому можно еще добавить, поэтому просто молчу и жду, когда она осознает и… ну, не знаю – начнет задавать вопросы?
– Да, когда тебе уже надоест? – вместо вопросов летят претензии, рвущиеся криком из рта девушки. – Ушел от тебя Антон, смирись уже, хватить срывать свою злобу на всех окружающих.
– Я ничего не срываю, это правда… – пытаюсь объяснить, но кто б меня слушал.
Ну Антон, ну сволочь. Почему я вообще должна сейчас стоять и объяснять ей все это? Антон не посчитал нужным сказать, а сейчас я и действительно выгляжу, как та, кто в отместку нагружает ее работой.
Арина, конечно, ничего слышать не хочет.
– Ты просто злая… и противная… – Арина видимо пытается подобрать обзывательства, которые бы задели меня побольнее, обидели, расстроили, но у нее не получается. Такой цветочек, как она, не может быть запачкан ругательствами. – Да с тобой ни один нормальный человек не выдержит и поэтому Антон от тебя ушел.
А вот теперь задела. У нее получилось. Надавила именно туда, где еще не зажило и где еще отдает болью.
Если я ее сейчас некультурно и некрасиво, но так желанно для меня, пошлю, все опять скажут, что я придираюсь, потому что злюсь из-за Антона?
– Перестань орать. – в моем голосе прорезается метал, а внутри во всю клокочет злость. Девушка замолкает и видимо наконец готова, если не услышать, то хотя бы просто слушать. – Вокруг тебя сотрудники, спроси у них, сколько норма заказов, если не веришь мне. Все претензии, почему ты до сих пор не знаешь это число, можешь адресовать своему парню и подружкам, которые почему-то тоже не удосужились тебе сказать. Что до меня… если еще раз заговоришь со мной в таком тоне, лучше сразу проси перевод, потому что мне будет абсолютно плевать, чья ты дочка или сестра.
Кого будут прикрывать в случае неприятностей? Кто неприкосновенная личность? Кто всегда и во всем в приоритете? Думаю все знают ответы на эти вопросы, но мне сейчас плевать. Я не позволю ей так со мной разговаривать – это не работа, когда сотрудник может помыкать начальником, пусть и временным. И что б я еще раз поддалась на уговоры Антона…
– А сейчас иди и приведи себя в порядок, у тебя полчаса и возвращаешься к работе.
Арина срывается с места и просто вылетает из отдела.
Осматриваюсь и понимаю, что пялится на нас не только наш отдел, но и народ из соседних вывалился и не стесняясь глазеет.
Зашибись. Если раньше болтали только Три Л, то сейчас точно будет вся фирма.
– Всем работать, – рявкаю так, что позавидовала бы любая дворовая собака и саданув по столу ладонью, под быстрый перестук шагов, разбегающихся в испуге по рабочим местам сотрудников, возвращаюсь к себе.
Вот тебе и первый день в новой должности.
Глава 14
– Ты меня подставила. Но мне все равно. Слышишь? Мы с Антоном все равно будем вместе, а ты захлебнешься в своей злобе! – кричит Ариша, склонившись над моим рабочим столом, вернувшись от брата.
– Арина Игоревна, подбирайте выражения, – цежу сквозь зубы, поднимаясь из-за стола.
Терпеть не могу, когда встают надо мной.
Рабочий день пятницы уже подходит к концу, но все же еще не закончился – сотрудники на местах и сейчас, не таясь, глазеют на очередной развернувшийся концерт. Зачем кино или какие-то другие развлечения, когда тут такой бесплатный цирк?
Последнее такое выступление было в прошлый четверг, когда я сказала Арише про норму заказов, а она обвинила меня в предвзятости и вылетела из отдела.
Стоит сказать ей “спасибо”, потому что побежала она прямиком к брату в кабинет, где они заседали с Антоном, тем самым избавив меня от дилеммы “говорить шефу, о косяке Антона со стажировкой Арины или нет”. Она все сделала сама.
По ее возвращению в тот день, заметила за девушкой удивительные метаморфозы. Она больше не грубила, не орала, спокойно поинтересовалась, как ей теперь работать и ушла на свое рабочее место. Правда и извиниться она не сочла нужным, а я не стала настаивать.
Решили, что до конца следующей недели, она каждый день делает на десять-пятнадцать заказов больше, тем самым увеличивая темп работы и приближаясь к норме. Она старалась даже больше и как итог, вчера, в четверг, она выполнила норму заказов полностью. В чем суть ее сегодняшних претензий, я, даже отдаленно, не понимала.
– Ты… ты могла бы… нет.. ты должна была меня вчера предупредить, – подбородок Ариши дрожит, голос прерывается, а на глазах отчетливо блестят слезы.
Волей – неволей начинаешь чувствовать себя каким-то монстром, обидевшим ребенка. На фоне Ариши просто невозможно чувствовать себя по другому.
Она всхлипывает и, поспешно схватив свои вещи, вылетает из отдела.
Ну теперь то все понятно, что произошло, ага… это сейчас была ирония, потому что ни черта не понятно. О какой подставе шла речь?
Перевожу взгляд от двери, через которую выбежала Ариша. В отделе тишина, сотрудники во все глаза смотрят на меня. Правда стоит на них обратить внимание, они тут же отворачиваются, изображая бурную трудовую деятельность.
Ну-ну – это при том, что заказы в системе давно все закрыты, бумажные документы тоже готовы и последние минут десять они занимаются тем, что сверлят часы, подгоняя минутную стрелку. До прихода Ариши, собиралась отправить их по домам. Пятница, вечер, работа выполнена, не вижу смысла, чтобы они просто так просиживали здесь штаны.
– На сегодня все свободны, – отпускаю всех по домам и пока мои подопечные не убежали, подхожу к ним.
Варя отпросилась еще час назад, у нее собрание в садике, так что в отделе оставались только Аня и Гриша, три Л спешно ретировались.
– Ребят, а не подскажите, что такого я вчера пропустила?
Вчера был обычный день. Все пришли вовремя, начали работу. С Ариной мы практически не контактируем, так что в начале рабочего дня мы обменялись сухими кивками друг другу, она сказала, что закончит свои заказы сама, я вечером проверила систему и отпустила по домам – собственно все.
У меня не было ни одной идеи, что же могло произойти, но был маленький шанс, что что-то могли заметить сотрудники, поэтому я сейчас возле них.
– Без понятия, Андреевна, – отзывается Гриша.
– Я не знаю. – отрицательно мотает головой Аня. Вот и я не знаю, не у шефа же спрашивать в конце концов. – А может из-за слетевшей системы? – предполагает, когда я уже собираюсь уходить.
– Какой слетевшей системы? – напрягаюсь.
Меньше чем через пять минут я уже в курсе вчерашнего происшествия, которое прошло мимо меня, поэтому, когда звонит рабочий телефон с вызовом “на верх”, я уже понимаю, что происходит.
Страха, который сопровождал меня обычно во время походов в кабинет начальника, больше нет. Да и сколько ж можно бояться, если ходишь туда каждый день?
Да, да. Именно каждый день. Все по одной схеме – звонок на рабочий телефон, вызов к шефу, пять минут обсуждения прошедшего рабочего дня (хотя можно легко обходиться и без этого), а потом… Александр Игоревич везет меня домой.
Меня это смущает, напрягает, заставляет нервничать, но сделать я ничего не могу. Уговоры и аргументы игнорируются. Такси, которое я вызывала, как бы показывая, что можно не беспокоиться, я же не на общественном транспорте, оплачивалось и отправлялось на другой заказ. Да я даже сбежала пораньше с работы, не намного, всего на десять минут, чтобы меня не успели вызвать к начальству – на утро получила словесный нагоняй и обещание быть прикованной к столу до конца рабочего дня.
У шефа на все один железобетонный аргумент – “нам по пути”. Причем совершенно не важно, куда именно мне нужно – проверено. Магазины, аптеки, все, что угодно, неизменно одно, дожидается и везет домой. В один из дней назвала адрес на другом конце города, искренне надеясь, что не повезет. Ошиблась, повез. А на месте я испытала самый жгучий стыд, какой только возможно испытать. Улица и дом такие действительно были, вот только от дома там остался один только номер. И почему от стыда нельзя сгореть буквально?
Тогда я впервые слышала, чтобы Александр Игоревич, так искренне и забористо смеялся. Что называется, от всей души, слегка запрокинув голову, низким гортанным смехом.
– Поехали домой, путешественница, – сказал тогда, улыбаясь как чеширский кот и повез домой.
Это был последний раз, когда я пыталась что-то предпринять.
К слову, ничего из ряда вон выходящего Александр Игоревич не делает. Едем в основном под тихие звуки радио, обсуждая что-нибудь из сказанного диктором или просто молчим. Что удивительно, эта тишина не напрягает, она спокойная и обволакивающая, уютная даже, будто все правильно, будто так и надо.
Если забыть, что он начальник, а я его подчиненная и я ему собственно никто, и не должно меня быть в его машине, то ощущение неловкости испаряется, оставляя нас будто в отдельном мирке, созданного только для двоих.
Но я помню, поэтому каждый раз, как на иголках. И вот сейчас, заходя в его кабинет, страха нет, но легкий мандраж – да. Меня просто колотит рядом с этим мужчиной. Это не страх и нет, как бы поэтично не было, не возбуждение сносящее все на своем пути и заставляющие забывать обо всем на свете, меня будто окатывает теплой волной, которой я не могу найти ни названия, ни объяснения.
– Вызывали Александр Игоревич, – говорю, привычно пройдя через уже пустующую приемную и после короткого стука, заходя в кабинет. Все действия на автомате, не первый же раз, только сегодня все же по другому. – А… я помешала, позже зайти?
Напротив шефа, на месте для посетителей сидит мужчина.
– Нет, вы нам не помешали, Юлия Андреевна, проходите, – и шеф и его посетитель смотрят на меня.
Под пристальным взглядом двух пар мужских глаз занимаю одно из кресел для посетителей..
– Так зачем я понадобилась? – произношу чуть резче, чем нужно, но пристальное внимание и давящее молчание сыграли злую шутку с моими нервами.
Посетитель бросает быстрый взгляд на шефа, тот отрицательно качает головой. А меня их немой диалог, заставляет нервничать еще больше.
Вот только на удивление, гость расплывается в широкой улыбке и оборачивается ко мне.
– Позвольте представиться, Давид, друг вот этого невоспитанного гражданина, который все никак не хочет знакомить меня с очаровательной леди, – кивает, на наблюдающего за нами шефа.
– Юля, подчиненная этого гражданина, – улыбаюсь в ответ.
Сама не понимаю, как из меня вырвались эти слова. Хорошо, что мозги не совсем уплыли и я не назвала шефа невоспитанным. Что же до всего остального, не считая тех нескольких минут, что я шла и шеф со своим другом обменивались понятными только им взглядами, Давид очень располагающий к себе человек. Футболка, джинсы, татуировка-рукав на правой руке и заразительная улыбка, на которую невозможно не ответить.
– Очень рад знакомству. – кажется улыбаться шире невозможно, но у Давида получается. – И чем, позвольте узнать, столь прекрасная леди, занимается в этом сером и скучном офисе?
Ответить на этот вопрос не успеваю, а точнее мне просто не дают этого сделать.
– Дава, у тебя зубы лишние? – интересуется шеф, нарочито спокойно собирая в папку бумаги со стола.
– Вообще-то не жалуюсь.
– А будешь жаловаться, – безапелляционно говорит Александр Игоревич пригвождая друга своим фирменным взглядом, впрочем на последнего это не производит ровным счетом никакого впечатления, а вот мне захотелось все таки зайти попозже.
– Может я пойду? – спрашиваю, удивительно для самой себя, робко.
– Нет. – отрезает шеф, – Дава не мешай работать.
Награждает друга еще одним суровым взглядом, который в этот раз действует. Давид поднимает руки вверх “сдаваясь” и перестает паясничать, за секунду превращаясь в серьезного человека. Вот сидел улыбаха-парень, а вот уже Давид… Надо спросить его отчество. Потому что смотрю на его лицо, за миг потерявшее все признаки былой веселости и называть его просто по имени совсем не хочется.
– Юлия Андреевна, вы проверяли систему за вчерашний день? – обращается шеф ко мне, переключая тумблер с хорошего настроения на профессиональный лад.
– Вчера в конце рабочего дня, как всегда – все заказы были закрыты.
– А сегодня?
– Нет. Утром вчерашнюю статистику я не просматриваю.
А вот если б просмотрела, то заметила бы несоответствие между вчерашними показателями и сегодняшними. Косяк? С одной стороны да, а с другой… не совсем понятно.
– Вы знаете, как так случилось, что вчерашние выполненные заказы, сегодня пропали?
– Знаю. Мне сегодня рассказали о вчерашнем сбое в системе. – мне было нечего скрывать, поэтому говорила, все как есть. – Вы по этому поводу сегодня вызывали Арину?
Шеф в ответ лишь кивает, а из меня вырывается тяжкий вздох. Лучше б он со мной поговорил сначала.
– Спросил о количестве выполненных ею вчера заказов, – поясняет шеф, – и показал сегодняшнюю статистику. Она утверждала, что выполнила все, я был склонен ей поверить, но все же решил поговорить с вами.
Интересно. Я то думала, что он на нее ругался и она за это злится на меня, а так получается, вообще непонятно, что за истерика была. Так обидно, что не похвалили, а какие-то проблемы возникли?
– Юлия, а расскажи подробнее, что за сбой в системе? – обращается уже Давид.
Смотрю на шефа. Мы, конечно разговариваем при его друге, но имею ли я право разглашать ему какую-то информацию?
– Юлия Андреевна, Давид с сегодняшнего дня будет заниматься проверкой компьютерной системы фирмы. Ему можно и нужно говорить абсолютно все, что он спросит или что вы сами посчитаете важным, – поясняет шеф на мой немой вопрос, – только единственная просьба, о его деятельности здесь, никто не должен узнать.
Ого, вот это поворот. Пригласить внештатного специалиста для проверки работы систем? Это сильно, а еще… просто так таких специалистов не приглашают. А это может значить только одно, в фирме что-то происходит.
– Хорошо. – киваю. – Я знаю, что этот сбой называют “дублером”, когда в системы появляется два абсолютно аналогичных заказа. Обычно, никаких серьезных проблем он не несет. Даже если пробить через систему оба заказа, оригинал и копию, в работу пойдет один. Единственная проблема, если ты не знал о сбое, то когда систему приводят в порядок, копии исчезают и получается, что отбил только половину заказов. Я так полагаю это и произошло у Арины?
– Да, – подтверждает шеф, – и мне интересно почему только у нее?
– Не только. Сбой был во всем отделе. Просто все остальные уже знают, как действовать в подобных случаях, а она нет.
– Почему вы ей не помогли? – интересуется Александр Игоревич.
– Я не знала о сбое, – приходится признать свой промах. С одной стороны вроде и не виновата, а с другой… Да и в целом эта ситуация… было ощущение, что я на допросе. Неприятное чувство.
– Сбой был во всем отделе, а ты была не в курсе? – со скепсисом смотрит на меня Давид.
Он явно не верит. Смотрит с видом “кому ты лапшу на уши вешаешь?” Выражение лицо шефа остается непроницаемым и поддержки от него ждать не приходится. Обидно.
– Да, я ничего не знала. – чеканю, по очереди посмотрев в глаза обоим мужчинам. Пусть знают, мне скрывать нечего. – Только около получаса назад, когда Арина вернулась от вас, мне рассказали. Мы привыкли к таким сбоям. Все сотрудники уже с одного взгляда научились определять где оригинал, а где копия. Когда такое происходит, они не бегают к начальству с криками “что же делать?”, а скидывают оповещение в наш техотдел и продолжают работать. К концу дня неполадки, как правило устраняют. Но мой компьютер, как сегодня выяснилось, переключили на административный блок, поэтому сбоя у меня не было, а компьютеры всего отдела на предмет исправности я не проверяю. – последние слова говорю уже со злостью.
