Текст книги "Обидеть ведьму может каждый, или клочки по закоулочкам (СИ)"

Автор книги: Светлана Калинникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

ГЛАВА 7. Да, с ней можно зажечь!

Тот месяц, который мне дали в Трибунале для предоставления моего дара, требовал максимальной концентрации и работоспособности. Мне было нужно или как-то «расколоть» Клочкова, или провести свое собственное магическое расследование. Я больше склонялась ко второму, потому что Славик не признается просто так, а тратить на него драгоценные магические силы – слишком жирно. Тем более что без дара они могут ослабиться.

И это беспокойство под номером один. Сегодня утром я проспала и, опаздывая, решила применить бытовое колдовство – заправить кровать. У меня не получилось с первого раза.

– В помощь мне утреннюю, прошу,

Застелись сама, не по своей воле спешу.

Поначалу мне самой показалось, что я просьбу озвучила невнятно. Но колдовство не сработало и во второй раз. Я повторила снова. Тут простыня и прочие постельные принадлежности, словно с неохотой, начали выполнять поставленную задачу. Сказывалось отсутствие дара.

Второе мое беспокойство я собиралась устранить сегодняшним вечером. Мы с Никитой были должны прогуляться по бульвару Мира в поисках Кузькиной матери. Я целый день старалась вести аккуратно, бережно к своим магическим силам. Ведь, если верить Кузьме Дмитриевичу, узнать ее я могла исключительно по-ведьмински.

На работе все было рутинно, планово. Наш директор, встретив меня в коридоре, уточнил, развелась я уже или нет.

– Хлопотное дело – расстаться мирно, – уклончиво сказала я.

– Это ты мне говоришь? – пробасил директор. – У меня на апелляции, кассации и регистрирующие органы полтора года ушло, 10 килограмм веса и денег на адвоката до… Много, короче. Мне иногда в кошмарах снится.

– Это вы до второго брака так говорите, – вставила «пять» копеек секретарь Ольга, разыскивающая его для срочной подписи. – Пойдемте уже работать, поставьте вашу величественную подпись.

Про второй брак она сказала верно, ему еще пятидесяти лет нет. Жених, чего уж там. Но и как начальник он выше всех похвал – отличный по нынешним временам. Свою магическую компанию основал пятнадцать лет назад, и многие с ним с самого начала. Я работаю три года и «увел» он меня у своего друга. Вообще, тот и не возражал, он свою племянницу на мое место взял. Но ворчал для приличия, мол, такие кадры отдаю. Я ни на кого не в обиде. Все сложилось хорошо.

Я проверила последнее заключение от Андрея по рейтингу магических компаний, где лидирующую строчку занимал некто Дольский Д.И. Мне было известно, что это муж нашей ведьмы из Общины. Лесовск – город маленький, многие друг друга знают, пусть даже иногда заочно.

Перед выходом сбросила Никите голосовое сообщение, что выдвигаюсь к месту встречи.

Когда подъехала к парковке, она была забита. Последние сентябрьские дни – ясные и притягательные начинающими менять окраску листьями от красноватых до насыщенно желтых, привлекали всех на прогулку. Беззаботные студенты, шумные и бесшабашные влюбленные парочки, мамочки с колясками, тихие и неторопливые пенсионеры наводнили бульвар. И среди них я, пришедшая на «дело». У меня почти оперативно-розыскное мероприятие. Найти неизвестную мне Кузькину мать. А, если тут будет несколько сомнительных дам? И я по-ведьмовски отреагирую на нескольких представительниц нечисти? Ужас! Все-таки выдержка – наше все. Панике – отбой.

Никита шел по бульвару в джинсах, бежевом свитере и ботинках под цвет ему. Неспешно и спокойно, не красуясь, не засматриваясь по сторонам. Такой, какой есть. Какой контраст с постоянно рисующимся, рефлексирующим Клочковым, который всегда спрашивал: «Как думаешь, я произвел впечатление?» А я, глупая и влюбленная, считала, что для него крайне важно выглядеть достойно, иметь вес в глазах окружающих.

А мне было проще не думать, не видеть, путая зависть и амбиции с целеустремленностью, преувеличенную важность, порою даже напыщенность, с авторитетом, мнимое превосходство с уверенностью.

Он клюнул меня в щеку, как старинную подружку, и поинтересовался, не хочу ли я попить кофейку, пока есть время.

– Нет! – я отвергла его предложение. – Давай-ка прогуляемся, мы, ведь, даже не знаем, кого ищем. Я так, прикидываю, что судя по возрасту нашего преподавателя устного народного возраста, ей где-то к шестидесяти, ну, может быть, с хвостиком.

Никита вздохнул и протянул мне руку, и я с огромным удовольствием почувствовала тепло его ладони.

Его присутствие придавало уверенности. Словно я могла с ним разделить груз своих трудностей.

Глаза мои останавливалась на женщинах возрастной группы от шестидесяти и выше. Я заострила внимание только на этой категории, когда на глаза попадались молодые красотки и дамы категории «ягодки», я раздражалась. Мы бродили по бульвару, взявшись за руки, уже почти полчаса, и моя ведьминская чуйка «спала». Иногда мне попадались ведьмы, колдуны, но ничего, обострившего мои магические способности я не почувствовала.

– Еще полчаса и объявлю перерыв до завтрашнего вечера. Я жутко устала, – обратилась я к Никите.

Мужчина в ответ пожал плечами и сильнее стиснул мою ладонь. Может, не так уж я и устала? Напомнить про его предложение попить где-нибудь в уютном местечке кофе вдвоем?

Внезапно я увидела, как все искрит вокруг женщины, выходящей из аллеи. Я чуяла древнюю магию, нашу, ту, про которую рассказывают в школе молодых ведьм; ту, которую описывал Гоголь в своих удивительных повестях; ту, которую я впитывала вместе с даром, отданным мне бабушкой. И еще – такая же энергия исходила от ее сына.

Перед нами была Кузькина мать.

Она выглядела потрясающе. Лет сорок пять, может быть, чуть больше. Словно спелая ягода. Черные волосы убраны в конский хвост. Темные глаза, как у всякой нечисти. На ней был вишневый свитер оверсайз, облегающие кожаные штаны и ботильоны на каблуках. Ее доброжелательная и мягкая улыбка обволакивала и манила, обещала... Мистическая красота.

В ее руках, действительно, был стаканчик с кофе. Этакая продуманная повседневность. Хотя, может, и вправду большая любительница кофе. Кузьма Дмитриевич намекал, что с ней будет что-то еще из их общего дома, но эту загадку я оставлю на потом.

– Это она, – я шепнула Никите на ухо. – Та женщина, ну такая, «с претензиями». в кожаных штанах в обтяжку.

Никита повертел головой и, поняв, о ком я, удивленно присвистнул. Я толкнула его в плечо – что за воспитание!

– Да, с ней можно зажечь! – сказал он, не обращая на меня внимания. – Шикарная дама. Настоящая зрелая красота.

А Кузькина мать, скользнув по мне взглядом, походкой от бедра пошла по бульвару дальше.

Стоило Никите озвучить свои мысли, как я моментально впала в едва сдерживаемую злость. А мысли, как скакуны, помчали меня вдаль – а что у него там в голове? Небось, уже готов познакомиться поближе и обменяться телефонами? Я уже почти увидела мысленно их свидание и… У нее нет никакого шанса устоять перед Никитой, несмотря на опыт. Теперь-то, повзрослев, пройдя вязкое болото «клочковщины», я знаю разницу. Знает и она. У меня тоже появился опыт.

Конечно, я не собиралась признаваться в том раздирающем меня сомнении своему спутнику. Я только напомнила ему, что в знакомстве с ней заинтересована, прежде всего, я.

– Так я готов тебе помочь! – искренне сказал он. – Давай, подойду к ней. Надо не сразу в лоб – нам нужна Кузькина мать…

– Прекрати! Это не площадка для отработки твоих донжуанских навыков. Не хочешь быть серьезным, тогда уходи!

Никита в изумлении посмотрел на меня.

Но тут произошло сразу две вещи. Сначала мне прямо в лицо из аллеи полетели листья, минуя Никиту, и я начала просто отбиваться от них. Никита помогал мне и, что-то пробормотав, закрыл собой от приставучей листвы, проявлявшей ко мне признаки какой-то маньячности.

Кузькина мать обернулась. Она улыбалась нам. Я прочла ее посыл: «Я знаю, что ты искала меня, ведьма!»

И я повела нас с Никитой на этот неслышный никому, кроме меня, зов.

Женщина стояла и ждала нас.

– Ну, здравствуй, ведьма! – сказала она. – Какое лихо тебя принесло ко мне?

А ведь, действительно, лихо – появившееся у меня как непрошеный гость, избавиться от которого не в моих силах. Значит, она сама предлагает помощь?

ГЛАВА 8. За плохим мужем жить, только век волочить.

Мы сидели в кафе «Кракатук». Вообще, у него репутация заведения для людей магического мира. Так и есть. Здесь всегда за чашкой чая, кофе и или бокальчиком того, что нынче нельзя упоминать при лицах, не достигших восемнадцати лет, можно встретить колдуна или ведьму. Да я вообще за трезвый образ жизни! Вот и сейчас я, Никита и Кузькина мать потягиваем каждый свой напиток.

Мы сидели в зеленом зале за столиком у окна. Никита сел напротив меня рядом с Агатой – не знаю, настоящим ли именем фольклорная красотка представилась или нет. Она не отказалась от десерта, мило улыбалась и сыпала шутками.

Оказалось, что в кафе ее знали. Официант лет двадцати пяти так и называл ее – «красотка Агата», и был с ней на «ты». Нам она сразу запретила ей «выкать». Когда официант сказал, что она отлично выглядит, «пенсионерка» от магии томно улыбнулась и лукаво заметила:

– Спасибо, дорогой, балуешь пенсионерку.

– И как давно вы пенсионерка, – уточнила я. Что-то это все мне напоминает? Но клыков у нее, вроде, нет.

– Давно, дорогая. С момента сотворения мира, как магия появилась, так я появилась, а через год и Кузенька.

– А кто же его отец? – поинтересовалась я.

– Да, – поддержал Никита, – кто он? Вот про тебя все знают, а про мужа твоего и не слышал никто.

– А! – махнула она рукой. – Не стоит и говорить о нем, тем более, что его уже давно и нет. Он выполнил свою задачу перед этим миром – подарил мне сына. Все остальное – воспитание, содержание, и слава, наконец, не совсем, конечно, хорошая, – абсолютно моя заслуга.

– Понимаешь, – приступила я к самому главному, для чего и искала ее. – У меня тоже был муж. Ну, он есть, просто мы никак не разведемся. На этой неделе должно состояться решение суда. И он совершил очень нехороший поступок, он проник в мою квартиру, пока я была в больнице, и украл мой дар, бабушкину брошь. Мне нужно ее найти, и одна уважаемая ведьма посоветовала найти помощника… В нашей беседе как-то само собой твое имя и вспомнилось.

– Ох, уж эти ведьмы из Общины! – поморщилась она. – Ну, по вопросам мести бывшим мужьям, конечно, лучше обратиться к русалкам или кикиморам. Они всегда на обманах и розыгрышах специализировались. Ведьма, наверное, рассказала про маленькое хулиганство на шабаше?

– Да.

Она посмаковал свой чизкейк, облизнула губы. Никита смотрел на нее плотоядно.

– Не смущай меня, Никитушка, – пропела она. – Десерт необыкновенный. Хочешь ложечку?

Кажется, теперь я понимаю, каким образом она устроила кошмар на шабаше, чуть не сорвав его проведение. Она обыкновенная стерва. Я пришла к ней на встречу с мужчиной, и она на моих глазах его «клеит», флиртует с ним, строит глазки. Естественно, она считает его свободным. Никита и есть свободный от обязательств мужчина. А я еще замужем.

И вот этот балбес сорокалетний открыл рот, рассчитывая съесть предложенный ею десерт с ее ложки. Я скривалась от отвращения, ну и понятие гигиены у них обоих. Фу!

Неожиданно Агата попросила Никиту сходить за салфетками к официанту. Я посмотрела – действительно, их не осталось. Ничего себе! Пять минут назад их было полно. Я посмотрела на стол, но у всех было мало использованных. «Колдовство!» – поняла я. Агата начала чудить с какой-то целью. Она ведь могла позвать своего приятеля официанта.

Но и Никита непрост! Он со всей своей непосредственностью хотел взять их со свободного столика. Но Агата щелкнула пальцами и снова попросила Никиту выполнить ее просьбу, и он благодарно улыбнулся, будто она ему обещала как минимум поцелуй в награду.

– Пока твой парень ходит за салфетками, давай-ка поговорим по душам.

– Он скоро вернется.

– Не скоро, – покачала она головой, – Никита сейчас в трех соснах заблудится. Десять минут я обеспечила.

Тут же пробежалась по залу газами – его нигде не было. Отлично, сейчас все и проясним.

– Он не мой парень, – зачем-то сказала я.

– Да-да, ты еще замужем, я помню, – согласилась она. – Поэтому Никита готов таскаться с тобой по всяким старым теткам типа меня, и изо всех сил старается заставить тебя ревновать. Высокие отношения. Ладно, давай к делу. Что там у тебя конкретно: мужа надо наказать? Физически или морально?

– Не надо его бить или унижать. Первое уголовно наказуемо, со вторым мне самой иногда приятно иметь дело. Мне нужно найти дар, и у меня всего месяц. Этот козлина требует у меня отобрать мой дар в Трибунале, который сам и украл. Меня дома не было почти неделю, я была в больнице, и ему удалось стащить у меня дар.

– Как все запущено. Он колдун?

– Да, и очень слабый, поэтому и мстит.

– А, может, у него что-то такое ценное украсть и предложить потом обмен? – склонилась она ко мне ближе и перешла на шепот. – Другой вариант: залезть к нему в квартиру и там поискать.

– Нет, не получится. Когда он воровал мою брошь, он сначала меня нейтрализовал – насыпал мне дурман-травы в чай. Я так не хочу, да и он теперь один не бывает, то со своей любовницей, то с мамочкой.

– Да уж, действительно, за плохим мужем жить, только век волочить, – вздохнула она. – Выход, конечно, есть. Причем, как обычно, он на поверхности. А что за брошка такая?

– Старинная, ей много веков – старое золото, огранка круглая. Камень агат.

– Мой тезка, значит, – почему-то обрадовалась Кузькина мать. – Ты уверена, что он украл? Сила твоя аж в глаза бьет. Не похоже как-то.

– Сегодня проблема была с применением бытовой магии.

– О! – она сочувственно покачала головой. – Да, это плохо, разумеется. А она дорого стоит, твоя брошь?

– Не знаю, никогда не приценивалась. Это же к ювелиру надо обращаться, а я ее из дома никогда не выношу.

И тут меня озарило. Он же постоянно твердит, что я хотела ее продать, и в заявлении в Трибунал он писал об этом. Боже, он ее продал…

Я так разволновалась, что чуть не побежала в инквизицию писать заявление. Но потом подумала: если они до сих пор не занимаются моим отравлением, то просто так, наверное, не поверят. Придется постараться, чтобы убедить их в своих подозрениях. Конечно, заявление они принять обязаны, но сколько же времени я так потеряю!

– Эй, остановись-ка, – схватила меня за руку Агата. – У тебя, наверное, какая-то мысль уже мелькнула? Подожди, уже почти девять вечера, тебе пора бы отдохнуть. Разберемся мы с твоей бедой. Я мастер по созданию проблем разным обидчикам, мной всем негодяям испокон веку угрожают.

Вытерпеть целый день и не сообщить о догадке – не в моем характере. Не сдерживая эмоций, я выпалила сразу:

– Вдруг он продал мою брошь?

– У нас месяц, – она изящно подняла вверх палец, украшенный острым, ярко-красным лаком, – нельзя терять время, но и спешить не стоит. Ты где работаешь?

– В «Магия-консалтинг».

– Это, по-моему, на улице Тургенева? Завтра в шесть я буду ждать около твоего офиса.

Никита вернулся с целой коробкой салфеток, немного ошалевший. Он смотрел на нас с удивлением.

– Как мило, – похвалила его Агата, – а нам, молодые люди, пора домой.

– Уже? – переспросил Никита.

– Ну, ты где-то ходил, и мы наговорились с Ульяной вдоволь, пока тебя ждали.

–Тебя подвезти? – спросила я, пока Никита подзывал официанта, чтобы рассчитаться.

– Нет-нет-нет, – запротестовала Агата. – Я совсем рядом живу, и я люблю вечерние прогулки.

– Да темно уже, – сказал Никита. – Я подвезти могу…

– Мне ли бояться темноты? Я же нечисть, – рассмеялась Кузькина мать.

Она поблагодарила нас за приятную компанию и ушла. Агата помахала нам рукой, посылая воздушный поцелуй, когда уже стояла на пороге.

– Где ты, кстати, был? Исчез куда-то на полчаса почти.

– Сам не пойму, – пробормотал Никитка.– Это все ваши штучки колдовские. Я сразу понял, что салфетки – это способ от меня избавиться. Только я ходил по «Кракатуку», ходил и ходил, круги наматывал, и никак не мог найти наш столик. А потом – раз, и все закончилось. В руках оказалась коробка с салфетками, и я увидел тебя.

«Ага, ее-то он не увидел. Странное дело, я сидела спиной к входу, а меня он как-то разглядел. Проделки Агаты!» – поняла я.

Домой я попала уже почти в десять часов вечера. Мой домовой ожидал меня у дверей, разозленный.

Он стоял, уперев руки в боки, и нетерпеливо отбивал ногой ритм по полу.

– Вообще-то, у меня была деловая встреча.

– Пока у тебя была деловая встреча, к нам в гости напрашивалась Кикимора.

– Кто?!

Ну, не городской она житель, не может она к ведьме домой нагрянуть, случайно встретиться в лесу – другой разговор. В ее, так сказать, компетенции – болотная часть леса. Была, правда, одна ситуация, одна молодая Кикимора парк в новом районе Лесовска с небольшим прудом навестила. Так, она сама испугалась. В Общине говорили – хорошо, что колдун ее встретил, помог домой добраться, ветром ее в болото отправил.

– Бред какой-то, – сказала я, проходя в зал. – Что ей тут делать?

– Она тебе черный болотник 1 передала, – Василий побежал на кухню и вернулся с маленькой стеклянной колбой с мутной водой, в которой плавали около десятка маленьких болотников.

– Вы что, ей дверь открыли что ли? – возмутилась я.

– Не ори ты, – строго сказал кот. – Она попросила окно открыть, стаканчик в квартиру и влетел. И на словах просила передать для какой-то Агаты: «Поклон ей. Скажи, что долг я ей вернула. Болотники свежие, для работы с оберегами и заклятьями годные».

Ай, да Кузькина мать, и когда она только успела! Болотники – верное средство для работы с оберегами от черных сил. Сейчас же вытащу травинки из воды и в ступке измельчу, да проведу обряд на запирание дома. Чужой в моем доме больше не появится.

1 Многолетние травянистые растения, стелющиеся по земле или полностью или частично погруженные в воду.

ГЛАВА 9. Все только начинается, начинается!

С утра на работе меня озадачил мой помощник. Он подошел сразу после начала рабочего дня и без предисловий выложил:

– Ульяна Михайловна, доброго утра вам! Но я хотел поговорить. Серьезно.

И утро почти перестало быть добрым, я не подала виду, предложила Андрюшке сесть, приготовилась встретить рабочие проблемы в лицо.

– Настюху отчитал начальник юридического отдела. В заключении, которое вы подписали, он нашел ошибку. Там мы не рекомендовали Управлению по вопросам магии включать спорный пункт в договор с «Амулетной историей».

– Напомни, почему не рекомендовали? – вообще из головы вылетело, слишком много впечатлений в последнее время. Ох, Клочков, всю голову мне забил! Тьфу на него. Три раза.

– Там по поводу магических блокнотов…

– А! – сразу вспомнила я. Склероз проклятый! – А в чем ошибка-то? Управление по вопросам магии «промахало» пункт про то, что количество оформленных у них магических блокнотов контролирует сама «Амулетная история». Насколько я помню, выдачу или не выдачу магического блокнота сотрудникам обратившейся колдовской организации контролирует только Управление по вопросам магии. Объясни им, что магический блокнот выдается только колдуну или колдунье, их контролирует Управление через реестр магических лиц. С точки зрения нашего отдела магического анализа Управление в этой ситуации лишается контроля над оформлением документов, и тогда появятся «левые» документы.

– Да-да, неучтенные Управлением. Настя так и сказала, что потом анализ не покажет реальных цифр в магической сфере. Вдруг выдадут не магическому лицу. Только «юрики» говорят, что они могут это сделать через проверки потом.

– Интересные такие! А проверки через какой период будут проводиться? И как они будут отбирать неправильно, если не сказать, незаконно выданные блокноты? Через Магический трибунал? Количество судов будет огромным, думается мне.

– Начальник юридического отдела к директору собирается.

– Ну и пусть. Мне копию договора принеси и заключение, я смогу отбиться от их нападок. А кто воду мутит там, кстати?

– Да у начальника с его Катей роман…

– Господи! Вроде умный мужик… Андрюш, узнаю, что ты с ней …мгм… учти, по рукам и ногам получишь и аллергию на интригующее место на блондинок.

– Это как? – полюбопытствовал он. А в глазах – опасение.

– Ну, если рискнешь попробовать – узнаешь.

– Вот не зря Катюха вас в последнее время только ведьмой и называет!

Я отправила его на рабочее место, а сама задумалась. Мы нормально с Катей общались. Сдается мне, что по дружбе со Славиком, она старается мне просто осложнить жизнь. «Раскачать» мое моральное состояние. Кстати, неплохая идея, потому что у женщины в разводе и в разгар раздела имущества с мужем всегда «раздрай» в душе. Война на поле бывших влюбленных, а тут еще и на работе второй фронт открыть можно. Клочков открыл все грани своей гадкой натуры только в разводе! Поистине, узнать мужчину по-настоящему можно только при расторжении брака. До этого, были сложности, не безупречно, но в пределах границ терпения любящей женщины.

Дожидаться вызова к директору я не стану, пора бы и поработать дальше на благо любимой фирмы. И снова я и мои ребята ушли в мир анализа. Они оба имеют колдовское происхождение. Настя, вообще, очень сильная ведьма, я ее энергетику чувствую, и она вполне способна на этом поприще на отличную карьеру. Она хорошо объясняет, терпелива – вот кого бы в школу молодых ведьм! А Андрюшка смысла в своем даре не видит, стесняется, но в семье он один наследник, и его бабуля передал дар ему. Ему еще тридцати лет нет, и я надеюсь, что непринятие своих способностей он перерастет.

Никита мне позвонил мне в перерыв и спросил про мои вечерние планы.

– У меня встреча с Агатой, – сказала я. Ожидая его реакции – от любопытства до обиды – я сама пребывала в раздражении. Я впадаю в это нелюбимое мной состояние исключительно из-за ревности. Я еще не развелась, и даже мой отец еще не в курсе распада моего брака на осколки, а уже думаю о другом мужчине, которого по собственной глупости и душевной близорукости вынесла за скобки личной жизни. Но Никита остался другом. Подруг-то у меня не случилось. Мои друзья – кот и домовой. Никита, конечно.

– Понятно, – хмыкнул он. – И я, разумеется, в ваш девичник не вписываюсь.

– Никита, спасибо тебе. Ну, я сама еще не поняла, что у нее на уме – мне помочь или с тобой… зажечь. Ты же сам говорил, что не прочь это сделать.

Он вздохнул.

– Послушай, Ульян, ты не слишком много думаешь? Когда-то ты подумала, что влюблена в Славика, хотя … Хотя даже твой отец сказал тебе: «Глаза открой, у него гниль из ушей льется!» Ты до фига думаешь, и ничего – по сути. Поразмысли на досуге, на кой черт я с тобой вожусь? В конце концов, может, и мне пора прикинуть, есть ли у меня еще какие-то дела, кроме тех, что определила мне какая-то ведьма.

– Я не «какая-то», а конкретная. Но и ты, дорогой друг, – последнее слово выделила особо, – подумай о моем к тебе отношении. Я бы Славика в Сибирь закинула по ветру за такие слова, а тебе всего лишь скажу: «Немота на полчаса – то, что доктор прописал».

Или он остынет за полчаса из-за невозможности и слова вымолвить, или еще больше впадет в бешенство.

Минут десять была тишина, а потом пришла смс-ка: «Коза ты!» Значит, остыл. Мог бы и поярче эпитет придумать, но не стал.

А у меня еще один повод для радости – силушка моя ведьминская при мне!

Агата ждала меня, как и говорила, у входа в нашу фирму. На ней было длинное – снова вишневого оттенка – платье, высокие сапоги. Свои волосы она распустила. Никита бы оценил. Оценил и наш директор, который садясь в машину, не отрывал от Кузькиной матери взгляда.

– Дорогая! – она обняла меня и поцеловала воздух возле моих щек. Это пафосно-демонстративное поведение меня смущало, а у нее в глазах плясали чертенята. – Я все-таки не опоздала, хотя была такая опасность. Слишком долго собиралась.

На первый взгляд, она говорила штампами как этакая женщина-вамп. У нее и взгляд быстренько просканировал всю окружающую обстановку: людей, их внешний вид, марки машин, в которые они садились, их манеры.

Но, если присмотреться и прислушаться, не только как женщине, немного завидующей этой «femme fatale» 1, а как ведьме – многовековой колдовской опыт и усталость от шаблонной оценки ее внешности выдают сильную и сложную натуру. Взять даже вчерашний визит кикиморы – неожиданное проявление заботы о незнакомой и наглой ведьме.

– Нам нужно с тобой поехать по одному адресу. Не Бог весть какое важное учреждение, но, с учетом характера и возраста твоей броши, не посетить его нам с тобой невозможно.

Неожиданно к нам подъехала черная «Волга», сверкающая чистотой и глянцем. Боже, она ездит на «Волге»? Да я бы лимузину не удивилась больше. С ее-то шиком садиться в автомобиль древней марки? Загадочная женщина.

Ей открыл дверь очень странный тип – высокий, с угрюмым выражением лица, плотно сжатыми губами. Его волосы, черные, пружинистые, спутавшиеся, как будто не знали расчески. Дикий человек, но в дорогом темно-синем костюме.

Он галантно распахнул перед ней дверцу машины, пропуская на переднее пассажирское сиденье. Затем подошел ко мне и открыл дверь с другой стороны. Я забралась на заднее сиденье, прямо за Агатой.

– Аркадий! – ласково сказала она. – Поехали по адресу.

– А по какому? – поинтересовалась я.

– А любопытной Варваре… – услышала в ответ.

Мы поехали в центр города, а потом направились в старый район Лесовска, ближе к реке-Смородине.

В салоне автомобиля разливался аромат капучино, тихо играла мелодичная инструментальная музыка. Сиденья, обтянутые мягкой кожей, выглядели совершенно новыми. Вот тебе, Ульянка, и «Волга».

Я с умилением и улыбкой уставилась в окно, разглядывая серые фасады хрущевок. Я сама когда-то здесь жила, в таком же доме. Потом, благодаря помощи родителей и взятому кредиту, удалось перебраться в более современный район Лесовска.

Все-таки самые светлые и теплые воспоминания были связаны именно с тем беззаботным детством, проведенным в этих старых кварталах.

Однако Аркадий, который вез нас, проехал мимо, не дав мне окончательно погрузиться в вечернюю меланхолию. Мы остановились возле небольшого домика, напоминающего сказочный теремок, каких много на детских площадках дворов многоэтажек. Над входом висела вывеска: «Антиквариат».

– Спасибо, Аркадий, – произнесла Кузькина мать. Аркадий, словно по привычке, поцеловал ее ухоженную ручку.

Он открыл дверь сначала Агате, неодобрительно покачал головой, когда я сама вышла из машины, не дожидаясь от него демонстрации хороших манер. И все это молча, абсолютно.

Агата взяла меня под руку, как старую подружку, и повела к странному теремку. Она постучала в дверь и громко сказала: «Открывай дверь, старый скряга!»

Нам было слышно, как дверью раздавались какие-то звуки, грохот роняемых вещей, и, наконец, она отворилась.

Маленький, от силы больше метра, толстый старичок с хитрой улыбкой распростер нам объятия.

Кажется, все только начинается.

1 «femme fatale» – роковая женщина.