Текст книги "Дракон украл невесту (СИ)"
Автор книги: Светлана Калинникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)
ГЛАВА 33, в которой Ведьма и Дракон узнают о заклятье из рукописи.
В Книге семейного колдовства Аника не нашла упоминания об артефакте рода Викардинг: ни в систематизированной таблице артефактов Дракогора, ни в качестве примера какого-нибудь магического действия. После прочтения старинной рукописи она не сразу решилась рассказать дракону о том, что он дальний потомок Первой ведьмы.
«Приветствую тебя, мой славный потомок, сумевший найти сей ценный труд драконьего колдовства – талисман рода Викардинг. Да благословит тебя Первая ведьма королевства Дракогор, сестра дракона Эрлина Викардинг».
Талисман-пирамидка, спрятанный в поместье, имел одно простое назначение – защита рода. Вот почему её муж после преступных слов был предан только гражданской казни, изгнан из столицы, но продолжал жить как аристократ: в поместье с множеством слуг, не был лишён ни имущества, ни привилегий. А дед, один из вероломных драконов-бунтовщиков, был направлен в рудники, но семья герцога никак не пострадала.
Первая ведьма находилась в родстве с Эрлином из драконьего рода, рукопись раскрывала историю о том, что после гнусного предательства Первой ведьмы Эрлин не только не отказался от родства, но и получил в благодарность от неё артефакт.
Нанесённые ведьмой неизвестные символы расшифровывались заклинанием, указанным в рукописи:
«Ночная мгла и лунный свет,
Сверканье дня и солнца блеск,
Дракону служат верно.
Ведь части их собраны во мне,
Чтоб стать защитой вечной».
Лежавший на столе на подушечке с вышитым золотом дракончиком талисман тайну свою открывать не спешил. Девушка уже несколько раз подряд прочла заклинание. Потихоньку прочёл его и чучелок.
Но ничего не получалось. Аника и чучелок долго всматривались в рукопись, несколько раз прочли заклинание, но символы, загораясь огнём, тут же гасли. Она использовала силу воздуха и заклинания четырёх стихий, Аника бросала искры, разбивающие силу чужого колдовства – без толку. Чучелок бормотал заклятья бытовой нечисти, и тут началось: книги на полках зашевелились, как живые, некоторые вылетали и, покружив по библиотеке, снова становились на место. Только расшифровать таинственные знаки на артефакте не удалось.
– Так не пойдёт, – устало произнесла девушка. – Я только колдовскую силу растрачиваю понапрасну. Что-то мы упускаем.
– Да всё мы по порядку делаем, как в рукописи указано, – удручённо вздохнул чучелок.
– Ну а с чего артефакт должен подарить ценность своего содержания мне и тебе? – начала рассуждать Аника. – Вот смотри, у меня есть тайна, кому я о ней скажу?
– Мне? – наивно сказал чучелок.
– Ну а кто ты такой? Нечисть, которую я знаю несколько месяцев?
– Фамильяру?
– Он, конечно, мой друг и помощник, но не все тайны я могу ему доверить. Это должен быть только тот, кто связан кровью или духом со мной.
– Так ты ж сирота!
– Да. Но если бы был мой дедушка жив, то я бы обязательно поделилась с ним. Про маму и говорить нечего! Значит, по логике нашего с тобой мышления и древнего потомственного колдовства, артефакт даже через прочтение заклинания будет хранить молчание.
– Я с ним разговаривать не собираюсь, – насупился чучелок. – Обиделся я на дракона крепко. Он меня не уважает!
– Всё верно! – щёлкнула Аника пальцами. – Только потом рода Викардинг сможет открыть наш артефакт, как шкатулочку, или расколоть его скорлупку, как орешек. Без дракона нам не обойтись. Это его магическая собственность.
Не обращая внимания на бубнёж Чучелка, его нежелание «полслова молвить» хозяину замка, Аника заставила своего соратника по изучению магических свойств артефакта пообещать, что он останется в библиотеке, пока она не вернётся с герцогом Викардингом. Сам артефакт она предусмотрительно забрала с собой. Чучелок обиженно сверкнул глазками.
– Не доверяешь, – фыркнул он.
– Не хочу вводить в искушение, – объяснила она и положила талисман в карман платья. «Так будет надёжнее», – решила она.
Аника спустилась из библиотеки в холл, где увидела Патриса, дававшего указания столяру, занимавшемуся реставрацией какого-то старинного шкафа.
– Где я могу найти герцога? – поинтересовалась она.
– Возле конюшен, – с лёгким недовольством сказал управляющий. – У его сиятельства серьёзный разговор.
Было понятно, что герцог нешуточно разозлён на конюха Рибэра. Аника, как герцогиня и супруга хозяина поместья, после возвращения из столицы на следующий же день поговорила с Рибэром. Отцовство Леи его, разумеется, не обрадовало.
– Не верю я ей, – пренебрежительно сказал конюх. – Может, не я и не герцог – папочки её приплода. Стоит ли верить той, кто была готова изменять своему благодетелю?
Конечно, его наглость нельзя было оставлять безнаказанной. Хоть Анику и не слишком печалила судьба Леи, ей было жаль её будущего малыша. Она припугнула конюха магической привязкой к бывшей любовнице и сказала, что даёт ему несколько дней на раздумья. Однако не забыла и «уколоть» дракона: «Я сумела доказать, что не ты наследил во чреве своей любовницы, так будь добр принять ответственность за нечистоплотность конюха».
Алекс возмущался и злился, но со вздохом признал, что, как хозяин поместья, несёт ответственность за всех его жителей. Девушка не была согласна с объёмом ответственности, но мстительно подумала: «То-то же! А то никак не мог расстаться с бесстыдной толстой девкой!»
Застав разъярённого дракона и Рибэра за «оживлённой» беседой, она увидела, что конюх внимательно, не поднимая опущенной головы, слушает хозяина, в то время как дракон, размахивая руками, страшными бранными словами взывает к совести своего слуги.
– Ваше сиятельство, – обратилась она к мужу. – Есть дело безотлагательное, хотя и не такое пикантное, как то, чем вы так заняты. Прошу вас уделить мне ваше драгоценное внимание.
Голос её был ласковым и настолько сладким, что дракон почуял издёвку в её словах. Он привычно нахмурился, но Аника уже склонилась в реверансе, поманив его вырезом своего платья на груди. По меркам Леи весьма целомудренного, но произведшего впечатление на Алекса. Он оставил конюха, обрадованного, что гроза хозяйского гнева над ним миновала.
Аника повела герцога в библиотеку, коротко сказав, что без его силы и помощи ей не обойтись. Польщённый дракон поднял её руку и поцеловал её.
Его фривольное настроение мигом улетучилось, когда он увидел на библиотечном диване болтающего ногами чучелка.
– И что этот наглец здесь делает? – пальцем он показал на нечисть.
Чучелок оскалился в ответ.
– Ой, нет! – громко сказала Аника. – Никаких выяснений отношений, мужчины! Чучелок здесь трудится на благо рода Викардинг.
Она вновь положила на подушечку артефакт и рассказала беспокойному дракону о найденной чучелком рукописи и заклятье.
– Моя семья не могла быть связана с родом отступницы! – басовито громыхнул он, услышав слова о «благословении Первой ведьмы».
– Когда ты искал меня, ты сам рассказывал, как просил о помощи талисман своего драконьего рода. Кныр рассказал, как он помог тебе. Так почему же сейчас ты не хочешь снова обратиться к нему? За тебя всю работу сделали чучелок и я, а ты не хочешь помочь нам в такой малости!
Дракон бросил на неё странный взгляд, но взял в руки рукопись и прочел заклинание, начиная со строчки о ночной мгле и лунном свете. Аника оказалась права: заклинание сработало, талисман признал своего хозяина. Медальон-пирамидка засиял и бросил свет на дверь библиотеки. На ней тотчас появились надписи.
ГЛАВА 34, в которой Дракон получает от Ведьмы урок применения артефакта.
Алекс с улыбкой наблюдал за юной герцогиней. Она носилась по библиотеке как девочка лет десяти, которой пообещали взять с собой на представление бродячих кукольников. Кныр ныл о том, что не он совершил великое открытие, но требовательно напоминал:
– Это я нашёл артефакт! Думал, что это клад, а оказывается – старинный артефакт! Мне, наверное, какое-нибудь дополнительное жалованье положено? От герцога Викардинга?
– Какое ещё дополнительное жалованье? – засмеялся дракон. – Ты живёшь на полном обеспечении хозяйки и поместья.
– Но без меня никто и никогда не нашёл бы эту прекрасную штуку! – кролик поднял вверх пальчик на лапке.
– Так и мне положено вознаграждение, – подскочил чучелок. – Без меня в этой библиотеке вы бы копались до скончания веков, а ничего бы и не нашли.
Вообще-то Алекс, когда жена, взбудораженная своим открытием, разрумянившаяся от волнения и ставшая от этого ещё более прелестной, убедила его прочесть непонятное заклинание в сомнительной рукописи, не сомневался, что это какой-то обман со стороны противного чучелка. Чучелок бросал на него испепеляющие взгляды и всем своим видом давал понять, что он с ним и в одно поле в случае необходимости не выйдет.
– Твоя помощь неоценима! – подтвердила Аника. – И я, и герцог благодарны тебе за неё.
Но исключительно из нежных чувств к юной супруге, рассчитывая на её благодарность хотя бы в виде поцелуя, он прочёл заклинание. И снова буквы на стене появились перед его взором:
«В награду за милосердие и кров, когда весь Дракогор стал тюрьмой и проклятьем для ведьмы, Первая ведьма отдаёт в вечное владение рода Викардинг талисман, обладающий даром дать исцеление, когда покажется, что недуг смертелен; силу, в сравнении с которой и берсеркерская [1] ярость покажется шуточным боем детей; мудрость и ясность разума, когда покажется, что безумие накрыло Дракогор; спасение там, где и найти его покажется невозможным».
– Он служит роду, – произнесла Аника, когда прошло первое потрясение от могущества маленького талисмана, пирамидки, помещавшейся в кулачке. – Те, кто напал на нас, знали о его могуществе, но понятия не имели о том, что в чужих руках он станет всего лишь забавной побрякушкой.
– Конечно, все слова очень красивые, – заметил Алекс, обращаясь к жене и её помощникам. – Исцеление, сила, мудрость, спасение, любовь смелой и прекрасной женщины…
– Эй, эй! – затеребил ушками Кныр. – В тексте на стене ничего про любовь не было!
– Ты просто не умеешь читать, – подмигнул ему Алекс, пребывавший отчего-то в очень хорошем настроении. – Все там было.
– Хозяйка умеет! – не унимался Кныр. – Она эти слова не прочитала. У меня память хорошая, она про любовь не читала. Не читала!
Рыжая красавица с укоризной посмотрела на него. Все свои силы в последние дни он бросил на завоевание её внимания: он дарил цветы, которые по его указанию срезал садовник, он лично приносил в её хижину, где она занималась своими колдовскими делами, сладости, сделанные поваром. Чёрт возьми, да он даже с идиотом-конюхом разговаривал по поводу беременности распутной Леи. Какой стыд и какую брезгливость он испытывал, когда вспоминал, что и он, и конюх с Леей… Бр-р-р!
– Артефакт твоего рода спас меня, – напомнила Аника. – Ты нашёл меня в подворотне Партодора только благодаря волшебству талисмана.
– И я ему благодарен и никогда этого не забуду.
– Шутки шутишь с магией? – прищурилась рыжеволосая герцогиня. На мгновение дракону показалось, что в её глазах мелькнуло колдовское пламя. «Обожжёт меня эта девица, – с горечью подумал он. – Улетит на граблях в свой дом на Чёрной горе и оставит с раной и тоской по ней».
Аника решительно подошла к нему, вложила в его ладонь талисман. Её тонкие пальчики были такими же горячими, как и взгляд. В присутствии чучелка и своего неугомонного фамильяра она поцеловала его в щёку. Алекс почувствовал, что у него вырастают крылья! Его крылатая натура от восторга просто просилась наружу. Жена поцеловала его – сама!
Расчувствовавшись, разомлев, приложив ладонь к щеке, где мгновение назад его коснулись алые губки, он с немалым удивлением увидел, как в него летит стрела. Аника бросила в него маленькую стрелу, запустив её из своего рукава. Чёрт возьми! И вдруг неведомая сила подняла его руку и остановила стрелу. Он сделал это сам, не отдавая себе отчёта. А вот стрела, запущенная ведьмой, растеклась в его ладони водой.
– Вот дела! – прошептал чучелок. – Ведьма-то вдовой решила стать! Спасибо талисману, так бы и конец герцогу.
Он провёл ребром ладони по горлу.
– За что? – прохрипел Алекс. – Ты что хотела мне этим доказать? Что твоя злость может убить меня?
Рыжая колдунья подошла к нему, взяла его за ладонь, где был зажат талисман.
– Моя стрела не могла тебя убить, она растаяла бы через секунду. Но как иначе я могла тебе показать силу артефакта? Всегда и везде он будет спасать тебя. Не знаю, с какой целью он был спрятан в поместье, но только не случайно он был найден Кныром именно сейчас.
Алекс бросил взгляд на Кныра. Кролик почесал нос и обратился к чучелку:
– Всё-таки столько вопросов возникло: артефакт, приключения в Партодоре, нападение разбойников и моё геройское поведение! Наверное, нам стоит пойти на кухню и за чашкой чая хорошенько всё обсудить. Корашка наверняка будет нам рада. Пора нам поговорить по душам. Нда.
Кролик и в самом деле был сообразителен, как говорила Аника. Он понял Алекса по одному движению глаз, а, может, припомнил и тот случай в трактире с леди Мирной и её чулками.
– Ты можешь злиться сколько угодно, – сказала Аника, сев на диванчик. – Но тебе от моих рук ничего не грозило, уясни это на своём драконьем носу. Ты не поверил в магическую силу талисмана и легкомысленно забыл, как он помог тебе найти меня.
– Поверил, – ответил он. – Но сомневался. Понимаешь, я ничего о нём и не слышал никогда.
– Мы можем только догадываться, зачем кто-то из твоих далёких предков спрятал этот дар Первой ведьмы. Ведь и родство с ней в твоей семье не старались вспоминать. Но только как ведьма скажу: артефакт всегда будет искать своего хозяина. Он обрёл тебя или ты обрёл его – это как рассуждать. И знаешь, самое интересное: я читаю, что именно в этом и заключалась моя колдовская миссия в твоей жизни. Может быть, именно мой фамильяр должен был найти его, а я и чучелок твоего замка – найти заклятье и открыть тайну артефакта. Почему он появился только сейчас? Законы магии объясняют, что такой талисман появляется в жизни хозяина в тот момент, когда он крайне необходим ему. Я вручаю тебе и талисман, и старинную рукопись. Может, это самое важное, что я должна была сделать в поместье Викардинг.
– Ты говоришь так, будто прощаешься, – развёл Алекс руками.
– Ну да, – пожала ведьма плечами. – Через две недели мне двадцать лет. Одной ногой я и Кныр уже на Чёрной горе.
Его как обухом по голове ударили. Маленькая ведьма скоро уйдёт.
[1] состояние боевого безумия, которое описывалось в древнескандинавской и древнегерманской мифологии
ГЛАВА 35, в которой Дракон понимает: день рождения Ведьмы – его грустный праздник.
Драконья душа Алекса не знала покоя. Она бушевала – от ярости на собственную беспомощность перед волей юной герцогини, трепетала – от её улыбки, досадовала – от скорой разлуки. Приближался день совершеннолетия его жены. Аника была совершенно неумолима: после дня рождения она вместе с Кныром верхом на Дымке отправляется к Чёрной горе.
– Я рассчитываю, что ты сам подашь прошение о признании нашего брака недействительным. Наша с тобой магическая несовместимость будет легко подтверждена Магической комиссией Королевства, – сказала его жена за завтраком.
– Ты не собираешься дожидаться результата?
– Нет. Я явлюсь на заседание комиссии, и этого достаточно.
Вспоминая эти слова Аники, он стоял перед дверью в её спальню. Уже полчаса он ждал, слушал, как девушка брала воду из кувшина, слушал, как наливала её в фарфоровую чашу для умывания. Тишину он объяснял тем, что Эва помогала ей убрать волосы в косу на ночь. Затем стали слышны шаги и голос Эвы, желавшей своей госпоже спокойной ночи.
Он быстро забежал за большую штору на окне в конце коридора и спрятался от камеристки жены. До чего он докатился! Даже припомнил фамильяру историю в трактире, спровадив его спать в комнату для гостей. Кролик был ужасно недоволен, но уступил со словами:
– Чтоб в последний раз!
Аника открыла ему дверь. Он не постучал, но ладонью водил по дереву.
– Я-то думаю, что за шорох? Неужели мыши в поместье Викардинг настолько обнаглели, что решили прийти ко мне в гости на ночь глядя? – она смотрела с доброй насмешкой. А Алекс не отрывал взгляда от выреза её сорочки и кружевного халата поверх.
Ведьма схватила его за руку и сама довольно решительно затащила к себе. Обрадованный Алекс поддался ей с удовольствием и, уже в комнате, обхватив жену за плечи, притиснул её к стене. Он целовал рыжеволосую красавицу, и она, вскинув руки ему на плечи, отвечала пылко.
– Я так и поняла, что ты снова придёшь ко мне.
– Потому что поняла, что тоже этого хочешь!
– Ты очень предсказуемый. В прошлый раз ты точно так же отослал из моей комнаты кролика. И я уже говорила, что слишком громко дышишь за дверью? Меня это беспокоит. Всё-таки возраст, – голос ведьмы был серьёзен, а глаза смеялись.
– Снова прогонишь?
– О, нет! Хочу, чтобы в этот раз ты исполнил что-то другое, более нежное, без упоминания, что ты остался без штанов.
А потом она приподнялась на цыпочки и, погладив его по щеке, произнесла:
– Пожалуйста, не надо. Оставь меня. Уходи. Я давно всё решила, и вспомни, что когда нас вынудили вступить в брак, мы сразу оговорили условие, что это ненадолго и невсерьёз. Уходи. Ведьмы не остаются в миру, все они уходят к Чёрной горе. Меня ничего не держит в Викардинге и в целом в Дракогоре.
– Тебе благоволит король.
– Оставь! – Аника оставила его стоять у дверей, а сама взволнованно прошлась по комнате. – Он с удовольствием забудет обо мне, ведь он исполнил волю дедушки – вернул меня ко двору и передал письмо от него. Его миссия завершена. Повторю: у меня нет никакой причины оставаться в Дракогоре.
– А я, твой муж, – не причина?
Аника как будто замерла в ожидании после своего вопроса:
– Зачем я тебе?
Алекс растерялся. Какой-то нелепый и странный вопрос. Она же его жена.
– Я открою тебе ту сторону брака, ради которой ты и останешься, – подмигнул он, намекая на близость.
– Это не ответ. Зачем я тебе? – настаивала Аника.
– Ну… мы ещё не всё друг о друге знаем. Но ведь мы женаты, мы хорошо ладим, и сам король наш брак одобрил, – попытался он оправдаться.
Аника вздохнула и непреклонно велела:
– Уходи. Пожалуйста, уходи.
Алекс оскалился после её слов.
– Я ведь могу быть и настойчивее: как супруг я в своём праве. Дракон не слабее ведьмы, дорогая супруга. В моей крови тоже есть магия.
– Ты очень плохо начал, убеждая меня остаться, а закончил и того хуже, – вздохнула Аника. – Шантаж и угрозы колдовством меня не впечатлят. Я объясню тебе самые простые истины, могущественный дракон. Ты помог мне забрать у сестры и отца Дымку и Кныра и добиться того, что они всё-таки отдадут мне причитающееся наследство, ты спас меня от похитителя. Только, Алекс, взаимопомощь и общие интересы – хорошая основа для дружбы, но не для брака.
– Что ты можешь знать о браке, ты, девчонка, жизни не видевшая?
– Может быть, я исхожу не из жизненного опыта, а из чего-то более тонкого, невесомого и очень важного? – снисходительно ответила она.
– Я не мастак рассуждать о тонких материях, – отмахнулся Алекс. – С этим лучше к дворцовым сплетницам, окружающим королевский двор.
И вот тут он увидел, как переменилось настроение жены. Ярость Аники, удерживаемая так долго, лопнула и вырвалась наружу, ничем не стеснённая. Быстрым движением, которому её, видимо, научил когда-то учитель фехтования лорд Роскер, рыжая бестия с силой выбросила вперед обе руки и оттолкнула Алекса. Он так и не успел отреагировать, собраться, и мешок свалился ей под ноги. В голове шумело – жена, вдобавок, применила магию.
– Это ты, чешуйчатая скотина, опозорился в столице. Из-за тебя я прибегла к изматывающему колдовскому приёму, чтобы выбить из твоей толстой девки признание, что отец её ребёнка – конюх. Я терпела, когда дворцовые сплетники делали ставки на меня и леди Трамбль во дворце короля. А ты не смог даже заставить конюха признать ребёнка!
Алекс попытался подняться, но пальчик ведьмы начертил в воздухе молнию, которая, сверкнув, начала метаться вокруг него. Он сдался, торжествующая ведьма поставила свою ножку в бархатном тапочке ему на грудь. Неосознанно его рука скользнула по тонкой щиколотке.
– Распутник! – разъярилась Аника. – Да к тому же ещё и тупой.
Девушка начала выдавать такое сквернословие, о котором он давно уже позабыл. Нда, хорошо дедушка воспитал любимую внучку! Молния всё ещё носилась вокруг него. Но Алекс продолжал поглаживать ножку супруги. Гладкая, тёплая кожа, и такая силища в маленькой ножке.
– Узнаю Анику Викардинг! – восторженно сказал он. – Только почему тупой?
– Значит, с распутником ты согласен? Да? Тупой, потому что ты даже и не понял, о чём я тебе говорила! И учти, я никакая тебе не Викардинг. Я Аника Дарль в скором времени.
Потом она снова перешла на тот язык, который доступен грузчикам в порту, кучерам и конюхам. Впрочем, Алекс тоже не гнушался таких эпитетов, но только в определённом состоянии и обществе. А маленькая ведьма припечатала его довольно неплохо только оттого, что между ними возникло непонимание.
Молния исчезла так же неожиданно, как и появилась. Аника с силой оттолкнула его руку, но стащила с освободившейся ножки тапочек и швырнула в него. Алекс поймал его на лету.
– Уходи с глаз моих! Тупая драконья башка!
Ага, жена вспомнила, что она дама воспитанная, опустив нецензурную брань. Она подошла к окну, а Алекс воспользовался возможностью подняться. Тапочек он бережно прижимал к груди.
– Даже если я тупой, то это не повод обзываться и вести себя как ведьма. Ты напрасно думаешь, что я не благодарен тебе за ту защиту, которую ты мне обеспечила, разоблачив Лею и найдя фамильный артефакт.
– Снова не то! – покачала головой Аника. – Верни тапок.
– Это мой трофей! – сказал Алекс, с грустью посмотрел на жену и вышел из её комнаты.
В последующие несколько дней он начал подготовку к празднованию совершеннолетия жены: он велел садовнику подготовить свежие цветы, за исключением дракинор, пригласил Артоля – он почему-то считал, что ему Аника будет рада, вызвал к себе ювелира из ближайшего города, которому заказал золотой браслет в виде дракона с изумрудами-глазами. Пусть там, на Чёрной горе, она вспоминает его.
Скрепя сердце, он договорился с чучелком и Кныром, что они будут поздравлять хозяйку вместе с ним. Наверняка ведьма будет довольна, что вместе с нечистью и её фамильяром он наконец нашёл общий язык.
Приближение дня рождения Аники приносило ему не радость, а лишь растущую грусть. Впереди маячило неизбежное расставание.
