Текст книги "Фиалка в чертополохе (СИ)"

Автор книги: Стелла Луст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Фиалка в чертополохе

Пролог

Тоненькая русоволосая девушка лет двадцати сидела, обхватив дрожащими руками плечи, на куче соломы, которая неимоверное колола голые бедра. Из одежды ей оставили только трусики. Прижимаясь спиной к шершавой бревенчатой стене, она царапала нежную кожу, вздрагивая каждый раз, когда издалека доносился женский крик.

Она не плакала сейчас только от охватившего её ужаса. Все было ужасно. Всё было настолько ненормально, не правдоподобно! Такого просто не могло быть! Только не с ней! Девушка подняла взгляд и, дрожа, огляделась в который раз.

Вокруг царил полумрак, едва-едва разгоняемый слабой лампочкой, болтавшейся в паре метров от земли на скрученном двойном проводе. Она не столько освещала, сколько сгущала темноту. Вокруг лампочки кружились бледные маленькие мошки. Её свет был не был ровным, а мерцал, то затухая, то разгораясь ярче, тускло освещая квадратное помещение. Сруб, пол которого был застлан колючей и чуть влажной соломой. Сруб был глухим, ни одного окна или окошка. Только бревенчатые стены и дверь из мощных с виду досок, схваченных железными полосами внушительного вида. Все выглядело очень старым, хотя на косяке двери под большими дверными петлями были заметны темные потеки. Видимо, дверь регулярно смазывали. А, значит, пользовались ею часто. Потолка в срубе не было. Вместо него стены соединяли деревянные балки, а крышу – балки наклонные, чьи концы уходили вверх, теряясь в темноте, скрывавшей венец двускатной крыши.

В помещении слабо пахло влажной сыростью, потом, мочой и ещё какими-то незнакомыми, но, несомненно, неприятными запахами. Было понятно, что периодически в нем содержали людей, которых долго не выпускали наружу. И понимать то, что можно пробыть тут, в полутьме, очень долго – было очень страшно. Девушка, сидевшая у стены, не была глупа, и все это понимала. Она тоже очень хотела в туалет по-маленькому, но стеснялась делать это в том же помещении, в котором находилась. Не просто потому, что тут не было ни унитаза, ни биде, ни раковины. Ни простого ведра с водой. Даже без воды, и то не было.

Стеснялась она ещё и потому, что была не одна.

Вторая девушка, высокая роскошная брюнетка с большой грудью, которую также не сдерживал лифчик, потому что она была, как и русая, в одних трусиках, стояла, прижавшись спиной к стене и плакала. Её рыдания тянулись на одной ноте, которая подскакивала на несколько тонов, когда раздавался женский крик. А поза выдавала страшное напряжение.

– Фиалка! – прорыдала она, глядя на неё опухшими и покрасневшими глазами, блестевшими от слёз. – Я не хочу! Не хочу!

Русоволосая подняла голову, и в свете лампочки её глаза на секунду окрасились в глубокий фиолетовый цвет.

– Я знаю… – Её голос был тихим, но приятным, несмотря на то, что сильно дрожал. – Но что мы можем поделать? Я пока ничего не могу придумать… Ребят нет… Эти… совсем рядом. Не знаю, как можно выбраться отсюда…

– Я тоже не знаю… Не знаю! – заломила руки блондинка. Внезапно её истеричный голос стал обвинительным. – Это все вы! Всё твой Илюха придумал, сука! Это он заварил эту кашу! Сука! Этот гребанный поход! Господи… – Она сползла на пол, сжала голову руками замотала головой. – Я хочу домой… Хочу в солярий… Хочу в свой маленький бассейн… На массаж… У меня все коленки ободраны и ногти сломались…

– Это не самая большая проблема сейчас, – заметила девушка, которую назвали Фиалкой.

– Да ты что? – язвительно вскинулась брюнетка, размазывая по лицу слезы грязными руками, оставляя темные следы. – Серьезно? Думаешь, раз ты такая милая и скромная, то тебе не достанется всего этого? – она мотнула головой в сторону не прекращающихся вскриков. Потом зло добавила: – Вот чтобы ты знала. Таких, как ты, особенно смачно пялят! По двое! По трое! Да ты к тому же ещё и целка, да? Ну теперь держись, сука! Папашки твоего с бабками тут нет, откупиться некому! Сегодня тебе мало не покажется! – Теперь она откровенно злорадствовала, словно забыв про свою недавнюю истерику. – Илюха говорил, что ты ему так и не дала. Ну и дура… Лучше бы ему дала, чем вот так, первый раз… Со зверьем этим… Дура…А он, мудак, столько бабок на тебя извел! Все по романтике хотел. Нашел с кем! Лучше бы это я вместо тебя с ним на Мальдивы съездила-а-а-а…. – Она снова зарыдала.

Фиалка смотрела на неё, содрогаясь.

Ей было страшно, очень страшно. Но где-то в глубине души угольком разгоралась мысль, что это – то, что произошло и продолжает происходить с ними сейчас – возмездие. Наказание. Ответка мира за беспечную сытую жизнь в безопасности за папиными деньгами. За прожигание времени без попыток сделать что-нибудь полезное. Что, что просто быть хорошей для всех, доброй к людям, ласковой к своей семье – не достаточно. Что за все остальное когда-нибудь придется отвечать. И отвечать так, что мало не покажется.

Ей тоже в какой-то момент остро, до боли в мышцах и колющего ощущения в сердце захотелось только одного – закрыть глаза и снова оказаться в своей комнате с розовыми обоями, на кровати с мягким ворсистым покрывалом и огромным медведем Teddy, подаренным Ильёй на день рождения вместе с поездкой на Мальдивы. Которого так приятно было обнимать, засыпая и зная, что завтра будет очередной приятный и беспечный день. С маленьким «макбуком», обклеенном картинками с Hello Kitty, с которым так удобно, валяясь на кровати или в ванне, повисеть в «ВК» и «Фейсбуке». Фиалка крепко зажмурилась, просидела так несколько секунд, изо всех сил воплощая своё желание. Но вой Дианы не прекратился, а когда она вновь открыла глаза, никуда не делась ни вонючая солома, ни мигающая лампочка на двух проводках, ни сруб, ни неприступная дверь.

Девушка задрожала и закусила губу. Ей совсем не хотелось выглядеть, как Диана, чья истерика перешла в какое-то бесконечное бормотание про клубы, солярии и бассейны. Но тем не менее, сделать она ничего не могла. И ужас накатывал на её сознание ледяной волной, а в груди раздувался холодный ком, грозящий охватить все её существо. Их узилище выглядело основательным. Фиалка оглядела теряющиеся в темноте балки над головой. Может, попробовать оторвать доску от крыши? Получится ли у неё тогда сбежать и найти Илью? Вместе они что-нибудь придумают. Он сильный и смелый, он спасет её. Девушка с сомнением взглянула на Диану, скорчившуюся у стены. Может, она подсадит её наверх? Но нет, эта точно не помощница… Продумать план побега не удалось.

Внезапно далекие крики прекратились, перейдя в едва слышные стоны, а спустя несколько минут обе девушки вздрогнули от мощного удара в дверь. Может, это помощь? Когда послышался лязг ключа в замке, в душе Фиалки вспыхнула надежда. Но дверь отлетела в сторону, откинутая мощной рукой, и на пороге появился один из похитителей. Голый.

– Что? Страшно? – спросил громила, и девушка поняла, что удар в дверь был нанесен просто так, чтобы напугать их.

Мужчина шагнул внутрь, и слабый свет лампочки осветил и подчеркнул его тело. Огромный, мощный, перевитый узлами мускулов и волосатый. Фиалка с ужасом смотрела на его волосатый живот, внизу которого, словно удав, выглядывающий из зарослей, торчал слегка обмякший толстый член. Заросшее щетиной лицо сияло широкой улыбкой.

– Ну что, красавицы? – радостно сказал он гортанным голосом. – Следующая – на тест-драйв!

Вжавшаяся в бревенчатую стену Фиалка вскрикнула, когда верзила шагнул вперед и молниеносным движением сгреб Диану за пышную шевелюру. Диана дико завопила, что, впрочем, не произвело на мужчину никакого впечатления.

– Пошли, сисястая! – осклабился он, схватив рукой её большую грудь. – Волки оголодали!

У брюнетки от ужаса подломились ноги, и страшный мужик просто выволок её за волосы. Раздался её душераздирающий крик, и дверь с грохотом захлопнулась. Лязгнул ключ в замке.

Прислушиваясь к удаляющимся крикам Дианы, Фиалка обхватила руками колени и начала раскачиваться, бормоча какую-то бессвязицу. Фиолетовые глаза были широко раскрыты от страха. Её снова затрясло. Она – следующая…

А ведь как все хорошо начиналось…

Глава 1

Флэшбэк.

Потолок с вырезанными стилистическими узорами менял цвет в такт музыке, с белого через синий и до сиреневого. Пол под ногами вторил светящимися квадратами. Свет в салоне пульсировал, снижался до полной темноты. Все это под бьющие в самую диафрагму басы очередной музыкальной композиции.

'…Строки подобраны с улицы, там, где ты не был ни разу, пацан…

Умники, умницы дома сидят и не станут перечить отцам…'

Неспешный речитатив Dima No One, смысл слов которого терялся на фоне разудалой тусовки.

– Ну че, народ? Вы готовы отвисать? – Илья постарался перекричать музыку. – Куда двинем теперь?

– Я, наверное, домой! – громко сказала Фиалка.

У неё кружилась голова. От выпитого шампанского, которое то и дело подливал Азат, хозяйничающий у подсвеченного мини-бара в голове салона, под большой, сияющей синим неоном надписью «HAMMER» на темной стенке.

– Куда-а-? – расхохотался Вадик. Потом обернулся к остальной компании, заполняющей лимузин: – Не, видали? Наша Фи собралась до дому! Это в два-то ночи! После одного-то клуба? Старушка, сдаёшь!

Девчонки хихикали, стараясь не расплескать шампанское из хрустальных бокалов на белую кожу сидений футуристических форм и одновременно снимая видео для сториз Инстаграма. Некоторые танцевали, волнисто приседая на бедра широко расставивших ноги расслабленных парней. Те, пряча лица в капюшонах со светящимися символами, лениво гладили татуированными руками обводы гибких тел, извивающихся перед ними. Всем было хорошо. Всем, кроме неё.

Фиалка внезапно захотела оказаться в тишине, дома. Где-нибудь на диване на террасе зимнего сада. Зарыться в подушки и сидеть в темноте. Незамеченной, наблюдать, как мама раз за разом неспешно пересекает подсвеченный бассейн с бирюзово-голубой водой. Гибкое тело в голубоватом светящемся ореоле, неспешные сильные гребки… Она любила смотреть, как плавает мама. Она любила смотреть на совершенное тело, на совершенное лицо, выглядевшие на двадцать лет моложе своего истинного возраста. Сама она отказывалась делать брови и губы, как сделали все её подруги. Мама, предложив один раз, настаивать не стала, и Фиалка была ей за это благодарна.

Илья, выпустив дым сигареты в мигающий потолок, по-хозяйски приобнял её. Он любил демонстрировать, что они – пара. И смотрел на друзей с чувством эдакого превосходства. Она была желанной добычей для многих из их тусовки, пресытившихся однообразными доступными девчонками. Скромная и тихая, несмотря на нехилый папин капитал. Многие хотели Фиалку себе, и многие ей нравились. Но её сердце билось так сильно только при виде Ильи. После того, как они начали встречаться, и он свозил Фиалку на Мальдивы в её день рождения, парни отступились. А ведь она с ним все ещё даже не переспала… Хотя наверняка тусовка думала по-другому. Илья был завидным кандидатом в женихи. Высокий, спортивный, огонь-парень, вечный генератор идей для интересного времяпровождения узкого круга «серебряной молодежи», как они себя порой называли. Все же ни у кого из них не было родителей в правительстве, хотя отцы и матери имели крупный бизнес, что позволяло их отпрыскам беспечно прожигать жизнь.

– Аль, ты реально домой собралась? – только Илья мог позволить себе так её называть. Это было её альковное прозвище. До полноценного секса у них пока не дошло, но погладить себя она его допускала. – Ночь только начинается. Смотри! – воскликнул он весело, – все ещё трезвые!

Компания отозвалась громким разноголосым гулом и коллективным ритмичным подергиванием в такт музыке. Взлетели вверх поднятые в салюте бокалы. Диана направила камеру телефона на неё и, ослепляя яркой подсветкой, заговорила для записи:

– Не все из нас готовы сегодня тусить до победного. Смотрите, дорогие подписчики, среди нас есть слаба-а-ачки! – Она повернула камеру к себе и сделала губки. – Ну а что касается нас, реальных девчонок, то мы с парнями будем зажигать до утра! Воу-у-у!

Машина взорвалась радостными воплями людей, знавших, что завтрашняя ночь будет такой же угарной, а день просто временем для сна.

Фиалка притянула Илью поближе.

– Я устала, – сказала она ему на ухо. – И ещё обещала маме завтра с ней по магазинам поехать. У папы юбилей, пятьдесят лет. Надо будет что-то красивое надеть. Новое.

– Да ла-адно… Давай ещё потусим? Ну посидишь в клубе, на танцпол не пойдешь…

– Не… приедем, возьму такси.

– Ладно, – разочарованно отозвался он. – Как скажешь. Надо, так надо. Доедем, вызову тебе тачку, окей? – Он поцеловал её куда-то за ухо, прошелся языком, вызвав дрожь во всем теле, стекшую к лобку и отозвавшуюся там приятной истомой.

Веселье продолжалось ещё с полчаса, пока не был выбран очередной клуб. Компания вывалилась из лимузина перед входом, из-за массивных дверей которого долбила музыка. Человек двадцать посетителей курили рядом, громко смеясь и переговариваясь. Когда парни начали выходить из машины, которая тряслась от басов и мигала разноцветным салоном, на лицах некоторых куривших отразилась зависть. Фиалка их понимала. Бабки бабками, но не каждый может позволить себе отвалить пятьдесят тысяч за покатушки между клубами.

– Че за дыра? –осведомился Азат, пристально разглядывая двух невысоких охранников у входа. Фиалка поморщилась. Азат был рукопашником, пер вперед по карьере бойца ММА, отец устраивал ему бои, и она даже побывала с Ильёй на одном из них. Её очень впечатлила и восьмиугольная сетчатая клетка, оставлявшая бойцов один на один, и беспримерная жестокость, с которой Азад колотил своего противника. До того, как судья остановил бой, армянин разбил ему лицо в кровавую маску. Девушка поразилась, что подобное считается спортом и люди идут на это добровольно. Но торжество победителя и ажиотаж зрителей ненадолго передался и ей. А разбитое в кровь лицо некоторое время снилось по ночам.

– Не был ещё тут… – лениво протянул Серый. – Как оно?

– Закинемся молли, и норм пойдет. – Диман похлопал себя по карману, где держал таблетки.

Фиалка поморщилась. К наркотикам, даже таким легким, как экстези, она боялась привыкнуть, хотя и пробовала.

– Вызови мне такси, – негромко попросила она Илью. – А вы тусите дальше.

– Не вопрос.

Илья достал телефон, смачно чмокнул её в губы, дохнув вискарем, обхватил, прижал к себе так сильно, чтобы тела слились, и она почувствовала его накачанные мускулы. Поневоле, несмотря на усталость, она почувствовала возбуждение, и её щеки вспыхнули.

– С тобой поторчать? – спросил Илья, отстраняясь.

Вся компания уже втягивалась в двери, подвергаемая быстрому обыску охраны. Фиалка понимала, что ему не терпится присоединиться.

– Не нужно. Иди.

– Мерседес ноль девяносто три, черный.

– Хорошо.

– Набери завтра, как пошоппитесь, – Илья говорил уже через плечо.

– Лады.

– Аль… – Он внезапно остановился, оборачиваясь.

– Что?

– А ты меня позовешь на юбилей отца?

Фиалка замялась.

– Илюш, понимаешь…

Он усмехнулся.

– Че, рылом не вышел? Вообще-то мои предки покруче будут.

– Да нет… Там только родственники всегда собираются. Это узкий круг, понимаешь?

– Ага, узкий круг, – скривился он. – Рыл на триста, как всегда… Ладно. Давай, набери завтра.

– Наберу.

Илья повернулся и развязной походкой подошел к охранникам, обыскавшим его быстро и с непроницаемыми лицами. Уж они навидались приблатненных мажоров.

В конце улицы показался «мерседес» с нужным номером, и через пару минут Фиалка уже ехала по усыпанной огнями ночной Москве.

Таксист был светловолосым и молодым.

Некоторое время он молчал, изредка поглядываю на смотревшую в окно Фиалку, и морщил лоб. Потом пожевал губами и решился:

– Травкой балуетесь?

– Простите? – недоуменно повернулась к нему девушка.

– Травкой, молли, коксом? Я все могу достать.

– Вы меня с кем-то спутали, – холодно сказала Фиалка.

– А… Да, наверное… – таксист отвернулся.

После долгого молчания он снова заговорил.

– Только, пожалуйста, не заявляйте в полицию… Вы просто так выглядите… стильно. Ну и я вас от дорогого клуба забрал… И адрес…

– Вы считаете, что если семья не голодает, то её отпрыски обязательно сидят на наркоте?

– Простите… Я не должен был…

– Проехали.

– Не заявите?

– Я сказала, проехали. И, пожалуйста, помолчите до конца?

– Да, конечно. Извините ещё раз.

Фиалка молча отвернулась.

Ей всегда было не по себе. Множество стереотипов относительно жизни детей обеспеченных родителей ложились на неё, как гири. Ну и что с того, что она не работала в поте лица? Что отец и мама дали ей возможность спокойно разобраться в себе и найти то, чему она могла бы посвятить жизнь. То, что поиски затянулись, ни её, ни родителей, особо не напрягало. Она не собиралась чувствовать себя виноватой за то, что ей не нужно думать о хлебе насущном. За то, что дома есть повар, который составит ей индивидуальную диету, тренер, который держит её в тонусе, и за то, что она может развлекаться, как пожелает. Она не особо роскошествовала на папины деньги. Но когда друзья зовут тебя покататься на яхте или съездить на Мальдивы, или папа дарит хорошую машину, глупо отказываться. Фиалка не понимала людей, которые проповедовали ложную скромность. Она лично знала много очень богатых людей, которые носили джинсы с вытянутыми коленками, и ездили чуть ли не на «Рено». Имея при этом миллионные состояния и кучу элитной недвижимости. Фиалка этого не разделяла. Если у девушки есть возможность купить одежду лучшего качества от известного модельного дома, то почему не выглядеть красиво? Она не ударялась в крайности, не пыталась эпатировать, не выставляла напоказ ценники. Но она же не была виновата в том, что слова «модно» и «качественно» вместе являлись синонимом слова «дорого».

Девушка позвонила охране и попросила её встретить. Сегодня дежурил Слава. Когда такси подъехало к дорожке, ведущей к воротам, он подошел к машине, открыл Фиалке дверцу и подал руку, помогая ей выйти. Водитель присвистнул, и Слава наклонил к двери своё немаленькое тело.

– Ты че, шоферюга, охерел? Хочешь без ног и лицензии остаться?

– Простите! – отчаянно пробормотал тот. – Это… вырвалось.

– Езжай давай.

Слава захлопнул дверь, и мерседес отъехал.

– Понаберут… – проворчал охранник и повернулся к девушке. – Простите, Фиалка Михайловна. Сорвался.

– Ничего страшного, – улыбнулась Фиалка. – Я понимаю. Сама еле сдерживалась, пока ехала.

– А вы перестаньте такси вызывать, – посоветовал Слава, – звоните. У нас всегда кто-то может забрать, вы же знаете.

– Знаю. Спасибо, Слав. Но вы долго будете ехать. А мне хотелось побыстрей попасть домой.

– Понятно. Кстати, Миролюба Семеновна ещё не спит.

– Плавает? – улыбнулась Фиалка.

– Как всегда, – улыбнулся в ответ Слава.

– Подглядывал? – подколола его Фиалка серьезным тоном. Удалось или нет? Поведется или поймет, что она его разыгрывает?

Слава повелся.

– Да вы что, Фиалка Михайловна⁈ – отшатнулся он. – Да как я…

– Да я шучу! – рассмеялась девушка, потешаясь натуральным испугом двухметрового громилы со сломанными ушами. – Расслабься.

– Шуточки у вас… – беззлобно пробормотал охранник, отпирая калитку. – Я ж всерьез подумал…

– Все хорошо, – заверила Фиалка, кладя руку ему на исполосованное шрамами предплечье. Черная футболка-поло очерчивала его фигуру бойца, и ей было приятно прикасаться к крепким мускулам. Хотя она и не отдавала себе в этом отчет. Слава на мгновение замер, но Фиалка не обратила на это внимания. – Спокойной ночи, Слава.

– Доброй ночи, Фиалка Михайловна. Доброй ночи.

Попрощавшись с охранником, Фиалка сняла туфли и пошла по мощеной дорожке, ведущей через газон к зимнему саду босиком. Тихонько открыв стеклянную витражную дверь, она положила туфли на пол и прошла среди многочисленных зеленых листьев на звук плещущейся воды. И вышла к бассейну в тот момент, когда мама завершила очередной заплыв и держалась за бортик.

– Привет.

– О, привет, дочь.

– Сколько сегодня?

– Километр.

– Ого. Все так плохо? – Фиалка села на теплую плитку и опустила ноги в воду.

– Ты о чем?

– Ты знаешь, о чем.

– Нет… – Мама стянула с головы шапочку. – Просто у него были сложные переговоры, и…

– Ты его ещё любишь?

Женщина испуганно посмотрела на неё.

– Что ты такое говоришь⁈

– Что вижу.

Фиалка медленно поболтала ногами в голубой воде, наблюдая за возникающими водоворотиками.

– У нас с папой все хорошо, – раздельно произнесла мама, – тебе совершенно не о чем беспокоиться, милая.

– Ага, – ответила Фиалка, выложила телефон и, как была в одежде, упала головой вперед в воду.

Гул падения отозвался в ушах затихающим бульканьем. Она медленно погрузилась на фигурную плитку, освещенную голубыми лампами, встроенными по периметру дна. Раскинув руки и ноги, она блаженствовала в ватной тишине и невесомости, пока её не выдернула наверх мамина рука, схватившаяся за ремешок джинсов.

– Ты что творишь⁈ – затрясла её мама. – С ума сошла?

– Тебе не о чем беспокоиться, мамуль, – спокойно ответила Фиалка, вытирая ладонью воду с лица. – Я никогда не совершу самоубийства. Я слишком себя люблю для этого. И тебя. И папу. Просто мне на секунду захотелось полного покоя.

Мама смотрела на неё несколько секунд, потом протянула руку.

Держась за руки, они лежали на дне бассейна напротив друг друга, пока хватало дыхания.