Текст книги "Поньтеология (СИ)"

Автор книги: Станислав Палитко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

   Флаттершай наглядно продемонстрировала, что своей тени она действительно боится. Твайлайт и Рэйнбоу Дэш переглянулись и перевели взгляды на цель путешествия.

   – Итак, девочки, вперед! – провозгласила Твайлайт. – К счастью, нам не так далеко, нужная гора – часть Единорожьих гор, той же горной цепи, к которой принадлежит гора Кантер, где расположен Кантерлот. Зато, к сожалению, высоко – этот дракон умудрился найти пещеру в третьей по высоте горе этого горного массива. Жаль, не во второй, тогда мы бы могли на поезде подъехать...

   ***

   Принцесса Селестия сидела на своем троне и выслушивала сторону защиты в очередном судебном обвинении. К сожалению, данное преступление было более серьезным по сути, чем финансовые разборки благородных родов. К счастью, до тяжелого криминала оно все-таки не дотягивало – пони были достаточно мирной расой и о таких явлениях, как разбойное нападение или умышленное убийство многие из жеребят, а подчас и более взрослых пони даже не подозревали. Одной из причин этого было то, что все случаи с причинением тяжкого вреда здоровью быстро и крайне эффективно расследовались, причем подчас сама гвардия, часть которой была задействована в таких делах, удивлялась, как будто наитию, напрямую ведущему к виновникам. Пожалуй, Селестия без труда могла бы объяснить причины такой качественной работы интуиции, появляющейся у гвардейцев вскоре после собственно приема в гвардию, но её почему-то никто не спрашивал. Что ж, если паладины богини возмездия хорошо выполняют свою работу, просвещать их о подробностях статуса совсем не обязательно. Тем более что преступления, требующие подобного расследования, встречались редко.

   И аликорнесса прикладывала все усилия для того, чтобы так оно оставалось и дальше.

   – Итак, вы утверждаете, что я взломала защиту на этом проклятом ювелирном салоне при помощи опущенного к земле облака? – фыркнула обвиняемая в воровстве пегаска. – Это даже не смешно.

   – Ожоги от молний однозначно утверждают...

   – Что это, может быть, был пегас. Или единорог. Второе, кстати, вероятнее, кем ещё были сняты заклинания с витрин?

   К чести отбивающейся от обвинений пегаски, Селестия ясно видела, что вины на ней действительно нет.

   Аликорнесса прикрыла глаза и посмотрела сквозь видимую реальность на своих маленьких пони. Тонкие нити требующей ответа вины тянулись между ними. Но, к счастью, ничего серьезного, криминального и требующего полноценного возмездия по всей строгости закона видно не было. Обвиняемая просто оказалась не в то время не в том месте.

   Пожалуй, если бы Селестия приложила небольшие усилия, потянула вот за ту пульсирующую нить, реальный преступник очутился бы в зале прямо перед ней, но делать так Селестия не собиралась. В конце концов, её маленькие пони сами должны решать проблемы, а она работать и за дознание и за суд вовсе не обязана в данном случае, хотя и может. И более того, в случае крайней нужды, если расследование зайдет в тупик или вновь ошибется, она самолично доберется до виновника и обеспечит его появление на своем суде. В конце концов, богиня возмездия ставила одной из своих основных целей именно неотвратимость этого самого возмездия. Оно может быть мягким, может оказаться несправедливым, но возмездие за свои проступки каждый принять обязан.

   Даже если этим возмездием окажется тысячелетнее заточение на луне. Или тысячелетняя разлука с сестрой. Или тысячелетнее отсутствие отринутой смертными богини, что уже не сможет закрыть их от ночных кошмаров или ночных монстров своим крылом.

   Пока обвиняемую освобождали прямо в зале суда, а сконфуженные стражники уходили с приказом провести расследование тщательнее и позвать мага-криминалиста, Селестия недвижно сидела на своем троне и размышляла. То, что расследующие дело с крупной кражей пони так ошиблись, было неприятно. Очень неприятно.

   С другой стороны, Селестия была рада, что ей сегодня не придется приговорить обвиняемую к каким либо необходимым, но неприятным общественно полезным работам. Например, аккуратно и под легким надзором добывать руду в одном из тех самых шахтерских поселков, в сторону которых она смотрела сегодня утром.

   Вообще, в это столетие металл, причем речь в основном шла не об обычном железе, а о редких магических рудах вроде того же мифрила или пламенной меди, был огромнейшей головной болью Эквестрии. Если древесину пони выращивали сами без особых затрат, камень можно было добывать пусть и с затратами, но в сравнительно удобных карьерах, драгоценные камни создавались на так называемых 'каменных фермах' вроде той, которой владеют родственники носительницы Элемента Смеха, и для создания ферм требовалось лишь найти подходящий магический источник в земле и, если надо, прогнать полудикое племя алмазных псов, то с металлом дело обстояло очень и очень плохо. А современное развитие техномагии требовало его все больше и больше, причем одним только зачарованным деревом обходиться не удавалось.

   К счастью, дальше на западе располагалась цепь вулканических островов, на которых жиль довольно странные существа. В честь чего аватару Хаоса взбрело заставить обычных коров встать на задние копыта и начать на них ходить, параллельно превратив передние конечности в хватательные, как у драконов, Селестия не знала и не стремилась узнать, ценя свой рассудок. И уж тем более не ясно, в честь чего он поселил новые игрушки на спешно поднятых вулканах, пронизанных тоннелями, но минотавры падение Дискорда пережили. И остались на островах, где было откровенно нечего есть, кроме каких-то грибов, растить которые следовало в теплом влажном месте. В общем, несчастные минотавры зарылись в пещеры, поближе к лаве, готовой согреть и напитать их будущий обед.

   Что было дальше, догадаться не сложно – места под грибные плантации не хватало, так что какой-то умный минотавр взял острый и крепкий кусок камня и начал выдалбливать нишу в более мягкой породе. Естественно, много времени на то, чтобы заметить, что случайно добытая в процессе таких работ руда при приближении к лаве плавится, у минотавров не ушло. Дальше, конечно, были эксперименты по расплавлению металла в выдолбленной форме, так что однажды на свет родился самый совершенный инструмент горных работ в мире – двуручный минотаврий киркотопор, превративший стоящих на задних копытах коров в настоящих властителей подземных руд.

   Встреча периодически вылезающих из своих пещер на безжизненную поверхность родных островов рогатых великанов с пегасами оказалась в каком-то смысле случайностью и долгие столетия имела мало значения для обеих рас. Только после окончания Эры Героев и становления Эквестрии под властью Селестии и Луны пещерные жители обнаружили, что у их соседей в обилии есть вкусная еда, а также пегасы, которые способны эту самую еду на давно уже соединенные между собой подземными тоннелями острова доставить.

   Так минотавры, наконец, решили продуктовый вопрос, а пони получили то единственное, что у минотавров было в сравнительном изобилии – металл. Металл, рожденный в пламени вулканов, металл, пропитанный магией. Металл, из которого можно было делать артефакты, металл, уже начинающий превращаться в поезда и прочие творения техномагической мысли современных единорогов.

   Но зависимость от соседей это не то, что в полной мере устраивало Селестию, пусть даже вышеупомянутых соседей аликорнесса фактически держала за глотку, имея возможность в любой момент перекрыть поток продовольствия, идущий к минотаврам. Так что у аликорнессы давно уже были планы о том, как сделать острова минотавров частью Эквестрии, поле чего рогатых рудокопов можно будет допустить и к расположенным на континенте рудным жилам, окончательно решив проблему. Вот только это бы не вопрос года или двух, а куда более серьезных сроков.

   Впрочем, время – это как раз то, что у бессмертной имелось в изобилии.

   ***

   – Я слышала, что единственное, что сверкает ярче, чем драконья чешуя – драгоценные камни, из которых они строят свои гнезда, – сказала Рарити, когда пони поднимались по склону. – Если я все сделаю правильно, я смогу убедить его поделится парочкой.

   – Привет Рарити, добро пожаловать в мою пещеру. Хочешь бриллиант? – передразнила дракона Пинки Пай, после чего все рассмеялись.

   – Девочки, мы пришли сюда не для веселья. Флаттершай, ты эксперт по диким животным. Что ты можешь сказать о драконах? Флаттершай?

   Твайлайт повернула голову и увидела, что пегаска не только не следует за ними, но вообще прячется в кустах у основания горы.

   – Эй! Чего ты ждешь? Приглашения? – спросила Рэйнбоу Дэш.

   – У меня есть одно! – заявила Пинки и достала из переметной сумы приглашение на вечеринку.

   – Это... так... так... страшно, – сказала дрожащая пегаска.

   – Это всего лишь скала. Ты могла бы, не знаю, взлететь сюда что ли.

   – Давай, Флаттершай, ты сможешь! Расправь свои крылья, – подбодрила розовая земнопони.

   Флаттершай попробовала, взлетела... И на высоте нескольких метров её крылья сложились и пегаска рухнула назад в куст.

   – Оу... – прикрыла копытами глаза Рэйнбоу Дэш.

   – У нас нет на это времени, – вздохнула Твайлайт.

   Эпплджек зубами выхватила у неё карту.

   – Что ты делаешь? – спросила единорожка.

   – Мне это пригодится, когда я буду её вести во время горы другим путем, – ответила та и начала спускаться.

   – Другим путем? – спросила Рэйнбоу Дэш. – Это займет целую вечность.

   – Не волнуйтесь, мы просто разделимся, это будет удачным решением, – сказала Эпплджек, стоя рядом с почти свалившейся в обморок Флаттершай.

   ***

   Селестия продолжала сидеть на своем троне и только периодически поглядывала краем глаза в сторону спящей неподалеку Трикси. Юная аликорнесса явилась в сопровождении её сестры, как и ожидалось, вот только предыдущие суды затянулись и до тройки понивильских малолеток, устроивших локальную катастрофу дело просто ещё не дошло.

   Конечно, кое-кто попытался возмущаться не вполне приличным поведением юной принцессы, но Селестия, внутренне улыбаясь, натравила на них Луну. Что ж, это было очень приятное зрелище, все-таки сестра носится со своей сотворенной дочерью как курица-наседка. Впрочем, на её месте сама Селестия поступала бы точно так же. Вернее на самом деле пыталась поступать...

   Аликорнесса вздохнула по себя и вновь обратила все свое внимание на выступающего перед её троном свидетеля – затянувшиеся судебные дни были, к сожалению, частым явлением. Нахлынувшая от воспоминаний грусть так и не нашла отражения на её невозмутимом лике, за столетия, казалось, застывшем на выражении доброжелательного внимания.

   ***

   В конце концов, после того, как Эпплджек затащила Флаттершай на удобную для отдыха площадку, где стояли все остальные, или в случае Пинки Пай и Рарити лежали и играли в крестики-нолики, шестерка кобыл продолжила свой путь. Следующим препятствие оказался провал в тропе, но преодолеть его получилось без труда для всех, кроме Рэйнбоу Дэш, которая толкала Флаттершай, чей 'прыжок' привел к тому, что передние её копыта провал преодолели, а вот задние остались стоять на той стороне.

   Дальнейший путь происходил без особых неприятностей до тех пор, пока кобылы не достигли участка горы с повышенной опасностью обвалов. И даже тут все было спокойно первые несколько минут, ровным счетом до тех пор, пока пара листков с задетого летящей Рэйнбоу Дэш дерева не упали прямо на спину Флаттершай.

   – ОБВАЛ! – крикнула пегаска.

   И обвал начался.

   ***

   – Все целы? – поинтересовалась Эпплджек.

   – Я да, благодаря тебе, – ответила Твайлайт.

   – Давайте сделаем это ещё раз! – сказала Пинки, нетерпеливо подпрыгивая.

   – Вот поэтому у леди всегда должны быть дополнительные аксессуары, – печально сказала сумевшая кое-как отряхнуться от земли Рарити, повязывая чистый шарф. – Ой, надеюсь я не забыла подходящую под шарф тиару.

   – По-моему, у нас есть более существенные проблемы, чем убеждаться, что ленты в гриву подходят к подковам.

   – Простите, – робко сказала виновница происшествия.

   – О, ничего страшного, – утешила её Эпплджек.

   – Да, нам придется только, – воодушевленно поддержала её Твайлайт, очень быстро перейдя на мрачный тон в конце фразы, – перебраться через завал.

   Спустя пятнадцать минут, после того, как пони достигли вершины завала, начали спускаться и почти кубарем пролетели последнюю треть пути после того, как шедшая последней Флаттершай поскользнулась и увлекла Эпплджек и Рарити за собой, неожиданное препятствие было побеждено. Начался последний отрезок пути.

   ***

   Селестия все ещё сидела на своем троне и про себя тихо радовалась, что на сегодня осталось вынести лишь одно судебное решение. По тому самому делу жеребят, приведших звездных медведей в Понивилль.

   Впрочем, радость её продержалась очень и очень недолго, что, впрочем, никак не повлияло ни на позу, в которой застыла богиня, ни на выражение её морды, ни даже не отразилось в глазах.

   Ситуация была странной, очень странной, хотя богатый жизненный опыт Селестии включал в себя и не такое. Селестия покосилась на сонную Трикси, которая была крайне недовольна тем, что её разбудили.

   – Итак, Спайк высказал сомнение в том, что юная Трикси способна одолеть урсу и вы решили доказать ему, что он не прав. Было ли это вашей основной целью? Или вы в первую очередь стремились узнать, как звездный зверь был побежден ей несколько лет назад? Судя по вашим высказываниям во время происшествия, вы в первую очередь стремились к зрелищу, ане к доказательству неправоты Спайка. Так ли это?

   – Да, принцесса Селестия, – робко сказал Снипс.

   – И ради зрелища вы привели чудовище высшей категории опасности в Понивилль.

   – Если бы эта Трикси не хвалилась, – фыркнул дракончик, за спиной которого стояли родители Твайлайт, выполнявшие функцию законных опекунов малолетнего дракончика.

   – Эта Трикси, – выделила голосом Селестия, стремясь опередить сестру, – доказала, что способна одолеть Урсу младшего. Так что она в праве так говорить. Более того, даже если бы на её месте был любой другой иллюзионист, который бы приукрасил свои способности, он бы не предстал перед этим судом. Просто потому, что никакого призыва привести чрезвычайно опасное чудовище на улицы Понивилля со стороны Трикси не поступало. Подстрекателем в данном случае, согласно свидетельским показаниям, выступил ты, Спайк. Какова же ситуация была с твоей точки зрения?

   ***

   Флаттершай в драконью пещеру заходить отказалась, и на все попытки её сдвинуть только мелко дрожала и крепче пыталась вжаться в землю. Осторожны расспросы показали, что пегаска драконов панически боится и даже приблизиться к пещере не может. На резонное замечание, что мантикора-то она усмирила легко, Флаттершай ответила просто – он не дракон. На замечание о том, что Спайка она тоже не боится, был получен очень похожий ответ.

   – Я его не боюсь, потому что он не огромный, пугающий, зубастый, колючий, рогатый, дышащий огнем и способный за раз проглотить пони, он не взрослый дракон!

   И никакие уговоры и вдохновляющие речи Эпплджек на Флаттершай повлиять не смогли...

   ***

   Наконец, все речи отзвучали, и Селестии пришло время выносить решение.

   – Признаюсь, я нахожусь в некотором затруднении, – начала богиня возмездия. – Но это касается не вопроса вины, а того, какое наказание следует назначить. Начну, пожалуй со Спайка. Признать его виновным в подстрекательстве я не считаю правильным, но юному дракону стоит знать, что в тот день он прошел по грани. Как некоторым из здесь присутствующих известно, казна выделяет некоторую сумму на его содержание. Часть этой суммы отныне будет удерживаться на восстановление Понивилля после этой трагедии до тех пор, пока не будет покрыта десятая часть затрат на восстановительные работы. Что же касается Снипса и Снэйлса, то тут ситуация серьезнее. Вы, находясь в здравом уме, привели в Понивилль монстра высшей категории опасности. Хищного монстра. И за ним последовала его ещё более опасная мать. Понивилль вообще ещё стоит только благодаря оперативным действиям присутствующих здесь аликорнов! Согласно законам Эквестии, мне следовало бы отправить виновников на крайне длительные общественные работы в условиях сомнительной комфортности, что, с учетом отсутствия у вас каких-либо существенных умений и талантов, означает добычу руды в горах. Вот только пара жеребят не нужна и там, а в законах для таких преступлений просто не предусмотрены наказания для детей. Просто потому, что никому и в голову не могла прийти подобная глупость!

   Селестия набрала в легкие воздуха для продолжения монолога.

   – Отправлять вас трудиться на благо Эквестии бесполезно за вашим малолетством, переносить это наказание напрямую на ваши семьи я не буду. Но им придется оплатить ремонт или замену всего вплоть до последнего цветочного горшка! А вам отныне запрещено даже приближаться к Вечно Дикому лесу и другим местам обитания опасных существ ближе чем на милю за исключением чрезвычайных ситуаций, а также запрещено поступать на работу в стражу или гвардию. В остальном вас накажут собственные родители. А теперь прочь из тронного зала, я не желаю вас больше видеть. Лейтенант, выведите из замка приговоренных.

   – Сестра, ты не будешь обижаться, если я 'вознагражу' их специфичными снами. Они, конечно, жеребята... – начала Луна.

   – Я полностью тебя поддержу. Особенно если ты в своих кошмарах в красках им продемонстрируешь, к чему могла привести их глупость.

   ***

   Попытка убеждения дракона в том, что ему следует покинуть свою пещеру, началась с залпа пламени от проснувшегося ящера, от чего Твайлайт была спасена магией Селестии, и закончилась струей дыма в лицо, фактически выкурившей единорожку из пещеры.

   Попытка Рарити наговорить дракону комплементов кое-как работала, на кобылу ему было плевать, но комплементы на тщеславного ящера действовали, пока белая кобыла не упомянула сокровища, после чего её пришлось очень быстро удирать. К счастью, преследовать её он не стал, только проводил своим огненным дыханием.

   Что предпринимала Пинки Пай для того, чтобы развеселить ящера так и осталось неизвестным, но она тоже не преуспела. И тогда Рэйнбоу Дэш пошла на конфликт...

   Выманить дракона из пещеры все-таки получилось, вот только радости по этому поводу никто из пятерки сбившихся в кучку пони почему-то не испытывал. А дракон уже возвышался над ними и набирал в легкие воздух для своего пламенного дыхания.

   Удар драконьего пламени наложенная Селестией защита выдержала. А вот поток горячего воздуха с дымом проигнорировала, так что несчастная пятерка кобыл оказалась отброшена к краю уступа и впечатана в камень за которым пряталась мелко дрожащая Флаттершай. А дракон надвигался.

   ***

   В Кантерлотском замке неожиданно остановилась посреди коридора прекрасная розовая аликорнесса. И нахмурилась – её маленькой Твайли угрожала смертельная опасность, она прекрасно это почувствовала. Это требовалось срочно исправить.

   Вот только, Каденс не была воительницей подобно своим тетушкам, и появись она там, на какой-то безымянной горе, оказалась бы идеально бесполезной. Так что богиня любви использовала свое могущество так же, как использовала его всегда, воодушевляя, благословляя на подвиги и усиливая.

   Тонкая струйка божественной силы потекла к Твайлайт и её подругам. И очень быстро Каденс нашла, кто по сути своих способностей лучше всего взаимодействует с этой силой и благословление кого будет наиболее эффективным. Правда, оставалась проблема страха, но для Сплетающей Сердца эта мелочь даже не заслуживала внимания.

   ***

   В нормальных условиях Флаттершай не смогла бы перебороть свой страх, но он неожиданно исчез перед лицом угрозы её друзьям. В нормальных условиях мантикора была уже на верхнем пределе эмпатических способностей юной пегаски, а на разъяренного взрослого дракона Флаттершай не могла повлиять никак, но сейчас за её крылом незримо стояла Каденс, вдохновляя и усиливая.

   Поэтому, когда эмпатический таран рухнул на сознание несчастного крылатого ящера, тот только сдавленно пискнул.

   – ЧТО ВЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ! – пегаска взлетела в воздух и приземлилась прямо на морду замершего ящера, не способного разорвать контакт взглядов. – Послушайте, мистер. То, что вы большой и сильный не означает, что вы должны обижать всех вокруг. Может у вас гигантские зубы, крепкая чешуя и огненное дыхание, но НЕ СМЕЙТЕ ОБИЖАТЬ МОИХ ДРУЗЕЙ.

   Получивший по мозгам ещё одним сотканным из чистейших эмоций тараном дракон заскулил.

   – Но эта радужная меня ударила... – выдавил он из себя.

   – Да, и мне очень жаль. Но вы больше её и должны вести себя осторожнее. Вам следует также думать, где вы решили вздремнуть – дым от вашего храпа угрожает здоровью окружающих.

   – Но я...

   – Никаких 'но я', мистер! А теперь, что вы должны сказать? – удар концентрированной виной. – Я спросила, что вы должны сказать?

   Несчастный дракон заплакал...

   – Ну, ну, не надо плакать, вы не плохой дракон, вы просто неправильно поступили. А теперь собирайте вещи, вам просто нужно найти другое место для сна, вот и все.

   Флаттершай опустилась на землю под радостные вопли подруг, а дракон очень скоро смылся подальше.

   – Ты справилась! Я знала, что ты сможешь! – радостно заявила Твайлайт, глядя на победительницу дракона.

   ***

   В Кантерлотском замке Каденс возобновила свой неспешный путь в столовую. А идущая в то же место, но находящаяся в нескольких коридорах от племянницы, Селестия про себя довольно кивнула – кризис закончился, Твайлайт и её подругам более ничего не угрожало и её вмешательство не понадобилось, хватило опосредованного воздействия Каденс.

   Осталось только разогнать немного дыма.

Глава 9. Ночь в городе.

   Когда кому-то из единорогов первому пришло в голову основать поселение на склоне горы Кантер, поближе к давно уже исчерпанному в настоящее время, но некогда богатому на драгоценные камни руднику, точно никто не знает. Мощный природный источник магии, и поныне не только напитывающий многочисленные бытовые артефакты, но и ускоряющий восстановление истраченной магии самих пони, драгоценные камни, сформировавшиеся под влиянием источника – именно эти факторы приманили в Кантерлот множество единорогов и сделали его достаточно крупным городом для того, чтобы Селестия решила сделать его новой столицей после того, как старая сгинула в битве богинь. Именно по той же причине в Кантерлоте находится Школа Селестии для Одаренных Единорогов и большую часть населения города именно единороги и составляют.

   К несчастью, это также означает, что иллюзионисты бегут от Кантерлота как от чумы – когда многочисленные студенты-недоучки готовы выдать пусть плохое, но впечатляющее шоу за пару битов, пребывание в городе обходится дороже, чем можно там заработать даже с самыми прекрасными иллюзиями.

   Так что лично Трикси в Кантерлоте была всего несколько раз и сейчас с интересом разглядывала многочисленные дома с побеленными стенами. Пожалуй, здания в Кантерлоте были своеобразным исключением из общих архитектурных тенденций Эквестрии. Причина этого крылась в материале. Вообще, когда единороги только поселились здесь, то быстро выяснили, что деревья на такой высоте растут очень редко, а поднимать привычный материал с равнин в сколь-нибудь существенном количестве нереально, итак на подъем пищи все силы уходят. Глину тут тоже не добудешь и вообще, единственное что есть – пробочный продукт работы шахт, каменные обломки. Конечно, какой-либо могучий пиромант или геомант мог бы сплавить камни воедино в монолитную стену, вот только рождались они раз в четыре-пять поколений и обычно находили более интересные дела, чем методично сплавлять воедино камни для постройки очередного здания.

   Решение проблемы появилось случайно, когда какой-то единорог-геомант, пытаясь воспроизвести зарождение драгоценных и полудрагоценных камней на источниках магии, придумал заклинание для превращения магматических пород в осадочные, обладающее достаточно широким спектром конечного результата из одной и той же породы, на которую оказывается воздействие. В нормальных условиях, особого толка от заклинания не было, так как оно превращало мелкие обломки камня, остающиеся в результате добычи драгоценных камней в такие же мелкие обломки камня. А потом кто-то заметил, что так можно получать из гранита известняк. Известнк затем 'гасился' в известь, которая смешивалась с раскрошенным до состояния песка гранитом и водой. В получившуюся смесь затем добавлялись обломки камня, и так на свет рождался кантерлотский бетон, из которого и начали возводить здания.

   Конечно, стены из залитого в форму бетона получались выглядящими не лучшим образом, но для этого была краска. И главным цветом этой краски кантерлотские жители в незапамятные времена избрали белый.

   Впрочем, в окружающей сейчас Трикси темноте все эти белые стены казались монотонно серыми. С формальной точки зрения, было уже далеко за полночь, то есть не время для жеребят бодрствовать. Проблема с этим формальным рассуждением была в том, что Трикси, как сотворенная дочь ночной богини сама была ночным существом, так что в ночном городе чувствовала себя прекрасно.

   Ещё одним фактором в пользу её сравнительной беспечности играло то, что Кантерлот – столица. Если у тех же грифонов это только повышало вероятность нарваться на как минимум грабителей, то в Эквестии это значило, что в нескольких километрах даже от самой мрачной и неосвещенной улицы, в которой, казалось бы, должны табунами ходить криминальные элементы, расположен трон богини возмездия, а её гвардейцы регулярно ходят по улицам Кантерлота. Стоит ли удивляться, что столица была самым спокойным в этом плане городом?

   Ну и, наконец, рядом с Трикси был кошмар и ужас многих поколений юных жеребят – её мать.

   ***

   Богиня ночи неспешно шла по городу, заставляя одним своим появлениям зажигаться развешенные на стенах домов осветительные кристаллы. Сами подобные артефакты были довольно просты по своей структуре и для изготовления требовали только крупных прозрачных кристаллов, в обилии вытащенных из пещер во времена активной добычи драгоценных и полудрагоценных камней. Особой ценности в кристаллах тогда не было, так что их долгие десятилетия сваливали в кучу, пока кто-то не придумал, как привязать к ним автоматическое освещающее заклинание – чуть ли не предел того, что этот минерал мог выдержать. Но с той поры в Кантерлоте появилось ночное освещение.

   – Сестра продумала даже это, – задумчиво сказала Луна. – Неплохо.

   – В последние века пони часто засиживаются после заката. Есть вечеринки, спектакли, круглосуточные рестораны или кафе. Правда, уже многое закрыто. Но ночные кафе точно есть, туда стражники за перекусом заскакивать должны.

   – Значит, нам нужно поймать стражника для расспросов? – поинтересовалась Луна. – Что ж, поймаем...

   – Проще выйти на одну из площадей, там точно кто-то должен быть.

   ***

   Найти городского стражника оказалось несложно, вот только сам стражник был занят важным и ответственным делом – он спал. Вообще, пони унаследовали много полезных качеств от бывших их предками стадных копытных, в частности, умение спать стоя, ставшее невостребованным после появления идеи создать кровать, пусть даже в первых своих ипостасях выглядевшую как куча сана, да и по сути ей и являвшейся. Но этот стражник, очевидно, довел данное умение до совершенства. Конечно, его можно было понять – стены замка близко, гвардия ещё ближе, ничего не происходит, так что можно научиться спать достаточно убедительно для начальства и не иметь проблем.

   Увы, две ночных аликорнессы отличить бодрствующего пони от сколь угодно убедительно изображающего бодрствование спящего могли с первого взгляда.

   – Похоже, информации мы от него не дождемся, – прокомментировала Трикси. – Будем будить?

   Луна задумалась.

   – Нет, раз уж он выбрал нести свою службу во сне, пусть несет. Вот в соседнем доме какому-то жеребенку снится кошмар – какой-то монстр лезет из-под кровати. Тысячелетие назад мои сноходцы вошли бы в его сон и решили проблему, но сейчас их нет. Так что придется поработать сему доблестному стражнику, – сказала Луна и связала два сна воедино.

   – У него есть шанс против ужасной 'буки подкроватной'?

   – Кто знает, кто знает, – улыбнулась богиня. – Если учесть размеры доблестного стражника... Но я отвлеклась, нам придется искать более бодрый источник информации.

   ***

   Найти бодрствующего стражника оказалось несложно. Сложно оказалось добиться от него ответа, так как пегас схватился за копье.

   – Ты не узнал свою принцессу, страж? – обрушился на его уши напоенной магией голос Луны.

   – Ночью, во время спокойной стражи... Темный аликорн... – начала Трикси. – Думаю, он считает, что ему приснился один персонаж из страшных сказок... А меня так вообще галюцинацией обзывают!

   – Я не Найтмар Мун! – заявила Луна, телекинезом отбирая у пегаса копье.

   – Более нет, – согласилась Трикси. – Этот аспект прекратил свое существование. Вот только сколько пони в Эквестии разбираются в аспектах аликорнов и вообще в теологии? Единицы.

   – Эм, принцесса Луна? – спросил стражник.

   О доблестный страж, ты наконец понял, кто пред тобой. А теперь ответь, где в это время можно найти бодрствующих пони. Ночной трактир или ещё что-то. Где я могу найти тех, кто ходит под светом моих звезд?

   Пегас некоторое время переваривал старомодную фразу.

   – Я не очень знаю, что тут происходит ночью, я всего в третий раз на этом посту. Но в двух перекрестках отсюда, как его, ночной клуб, так это место называется. Там музыка вечно играет так, что жалуются соседи, не пропустите. Правда, начали вроде заглушающе заклинания ставить, жалоб меньше стало. Или, возможно, привыкли. А по поводу трактиров... Ну, я прошлые два раза ночью беру перекус в 'Пончиках Джо', у Донат Джо всегда хорошая выпечка. И сам хозяин её же готов подогреть заклинанием.

   – И как пройти в эти 'Пончики Джо'? – спросила Трикси.

   ***

   Музыка из ночного клуба действительно была громкой. А ещё из окон лился разноцветный свет. До дверей они дошли, и даже эти двери открыли, обрушив на себя усиленный поток музыки, да так, что принцесса Луна замерла на пороге, прядя ушами.

   – Нет. Нет. Нет. Просто нет.

   Трикси аккуратно толкнула её лбом в заднюю ногу.

   – Я не буду это слушать! Я туда не пойду, – заявила Луна.