Текст книги "Поньтеология (СИ)"

Автор книги: Станислав Палитко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

   А потом магия Рэйнбоу, что накапливалась в воздухе и не успевала рассеиваться перешла порог, а сама пегаска миновала звуковой барьер. И грянул магический взрыв, посылая волны радужного сияния во все стороны.

   – Звуковая радуга! Она смогла! – подпрыгивала Флаттершай среди ошеломленных подруг.

   Меж тем Рэйнбоу подхватила падающих пони почти у самой земли и направилась назад в небо. Селестия облегченно вздохнула и телепортировалась назад в ложу. Пролетев над землей, взмыв в небо и пролетев над облачной ареной, Рэйнбоу вынырнула из-под неё и зависла у края. К ней тут же рванули пегасы, снимать её четверых пассажиров.

   И грянули овации, среди которых громче всех выделялись подруги. Три из четырех, потому что Твайлайт все так же шокированно сидела.

   – Спасибо, Рэйнбоу. Ты спасла меня, – сказала белая единорожка.

   – О да! Это у меня тоже получилось! Это мой самый лучший день!

   ***

   – Я хочу извиниться перед всеми вами. Я слишком увлеклась своими прекрасными крыльями. Я просто потеряла голову, – сказала Рарити, когда подруги спустя несколько минут собрались вместе, а трое контуженных Вондерболтов объединилась с неконтудженными коллегами.

   – Все в порядке, Рарити, не переживай, – сказала Флаттершай. – Ты все равно наша подруга, правда, девочки?

   – А больше всего мне стыдно за то, что я так плохо поступила и влезла в конкурс в последнюю минуту, а ведь ты так усердно для него тренировалась, Рэйнбоу. Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?

   – О, все в порядке! В конце, концов, все разрешилось. Верно? Я только хотела бы поговорить с Вондерболтами, когда они придут в себя. А так все нормально.

   Эпплджек, Пинки Пай и Флаттершай согласно кивнули.

   – Твайлайт, а что ты такая мрачная? – удивленно спросила Эпплджек.

   – О, просто воспоминания. Рэйнбоу, можно прояснить один момент, это твоя вторая звуковая радуга? Почти шесть лет назад, двадцать седьмого июня это тоже ты закрыла радугой небо отсюда и до Кантерлота? Это была твоя первая звуковая радуга?

   – Наверняка я, правда, не помню точную дату. Откуда такая точность?

   – Как я могу забыть... – странно усмехнулась Твайлайт. – День, когда я сдавала экзамен в Школу Селестии для Одаренных Единорогов и получила в качестве задания вылупить дракона из яйца... День, когда родился Спайк. День, когда я уже была готова сдаться, когда грянул радужный взрыв. День, когда я утратила контроль за своей магией, день, когда я превратила своих родителей в цветы, чуть не покалечила ни в чем не виновных экзаменаторов, выростила Спайка до чудовищных размеров и пробила им крышу. День, когда я прошла по краю и, опоздай принцесса Селестия всего на пару минут, вычерпала бы себя до смерти. День, когда я поняла, что обязана любой ценой поставить под контроль свою магию и тем самым обрела кьютимарку. День, когда я стала ученицей принцессы Селестии и с праздника по поводу получения кьютимарки отправилась в больницу на две недели. Самый страшный кошмар моей жизни, день, прошедший по краю сразу нескольких трагедий, как я могу его забыть?

   Твайлайт вздохнула.

   – Знаешь, Рэйнбоу, мне очень хочется тебе врезать за твою звуковую радугу. Но сейчас день твоего торжества, я не буду его портить. Я просто спущусь и вернусь в Понивилль. Отдохну, приду в себя, успокоюсь.

   Единорожка развернулась и пошла к воздушному шару.

   – Но ты же сдала экзамен? – спросила Флаттершай.

   – Это было испытание упорства и поведения при столкновении с поражением, драконье яйцо не всякий взрослый маг вылупит. Так что, формально, экзамен я провалила.

   Рэйнбоу замерла на месте, думая, не броситься ли за подругой, но тут её кто-то постучал по плечу. Пегаска развернулась и увидела трех Вондерболтов.

   – Неужели, неужели, неужели...

   – Итак, ты – та юная летунья, что спасла нас от падения, – сказала пламенногривая Спитфайер.

   – Едва при этом не убив ещё более мучительно, – добавил Соарин.

   – Ты пессимист, – ответила капитан Вондерболтов. – Я насчет более мучительно. Конечно, мы благодарны, но, девочка, ты хоть знаешь, как тебе повезло, что у тебя получилась всего лишь радуга!

   – Эм-м, у меня всегда радуга. А бывает что-то другое?

   – То есть, ты это уже делала? – взвилась Спитфайер.

   – Да, в летной школе...

   – И никто тебе ничего не объяснил!? Ну я им в летной школе задам... Ладно, если коротко, когда пегас ускоряется и преодолевает скорость звука, он насыщает воздух магией, которая не успевает рассеиваться, так что одновременно с преодолением звукового барьера происходит магический взрыв. Понимаешь, не радужный взрыв, а взрыв личной магии, это у тебя в результате радуга. У меня это огромный огненный шар, который может просто убить всех, кто летит рядом, а у Соарина, скажем, шквал молний, не менее смертоносный. Поэтому то, что ты сделала в норме строжайше запрещено. Впрочем, у аликорнов, наверное, ещё хуже, под крыльями летящей быстрее звука принцессы Селестии, как записано первыми Вондерболтами, вообще земля выжигается солнечным светом, насчет других аликорнов не знаю.

   – Моя сестра стирает с небес весь свет, оставляя за собой зияющую прореху ночного неба, – сказала подошедшая богиня дня. – У Каденс эффект, к счастью, безопасный, её полет только рождаемость и плодородие повышает, а младшая из аликорнов пока такое не умеет, она только учится летать. И вообще, Рэйнбоу, я должна бы сейчас строго отчитать, или даже наказать тебя, но раз у тебя 'эффектом полета' всего лишь радуга, которая никому не повредила, и ты знала это, то замнем.

   – Мы её забираем, – сказала Спитфайер. – Думаю, что дольше, чем на выходные, будем разбираться с её радугой.

   – То есть, она победительница? – спросила Селестия.

   – Будем считать, что да.

   – Принцесса Селестия, простите, что я испортила соревнование, – сказала Рарити. – Но я считаю, что Рэйнбоу действительно заслужила главный приз.

   – Я знаю, моя дорогая. И раз судьи так же считают. Что ж, за невероятный подвиг и впечатляющую звуковую радугу, я объявляю Рэйнбоу Дэш лучшим юным летуном Эквестрии и победительницей этого года и вручаю ей главный приз.

   Селестия опустила на голову пегаски золотой обруч с парой крыльев.

   – Я так понимаю, Твайлайт узнала, кто создал звуковую радугу во время её экзамена? – спросила Селестия.

   – Да, – кивнула Рарити.

   – Это что-то значит? – поинтересовалась Трикси.

   – Она отойдет. Я надеюсь... Что ж, я думала спросить её об уроке дружбы, но придется дождаться письма.

   – Думаю, сегодня был скорее урок для меня, – сказала Рарити. – Я узнала, что лучше крепко стоять копытами на земле и поддерживать друзей, а не поддаваться тщеславию...

   – Это замечательный урок, Рарити.

   – Ладно, Рэйнбоу, за мной, – скомандовала Спитфайер, поднимаясь в небо. – Посмотрим, что можно сделать с твоей звуковой радугой.

   – Почему-то мне кажется, что это будут не те выходные, на которые я надеялась как на главный приз, – вздохнула пегаска.