Текст книги "Мы - последствия баланса (СИ)"

Автор книги: Sonya Seredoi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 28 страниц)

Вспышку злости Старкиллер погасил в тот момент, когда голубой луч светового меча остановился в опасной близости от лица Алены. Она оставалась бесстрастна, в отличие от задетого за живое проводника.

– Ты ничего не знаешь обо мне. И о ней.

Вывести его из себя куда проще, чем она полагала, что довольно удивительно. Алена думала, Вейдеру удалось выбить дурь из головы парня, но нет, в отличие от Ионы был куда более упрямым и необузданным.

– Мы пришли?

Раздраженно скривив губы, Старкиллер убрал оружие и первым вошел в круглый зал, командный пункт, в котором собралось куда больше народа, чем она ожидала. В большей степени здесь находилась охрана, и за продолговатым столом, словно за каменной стеной, стоял Бейл Органа. Алена бегло осмотрелась, однако не обнаружила подрывника, что, как ни странно, не расстроило ее. Она ощущала его необычную энергетику, возможно, он находился где-то неподалеку. Даже ближе, чем она думала.

– Хотел бы я сказать, что рад вас видеть, лорд Альзабар. Но боюсь, не желаю никого обманывать.

– А я, напротив, очень рада этой встречи, вице-король. Или лучше сенатор?

– Предлагаю преступить к делу. Что вы хотите? На моей памяти Империя никогда не вела переговоров с сопротивлением, что наталкивает меня на мысль о ловушке.

– Никакой ловушки, сенатор, – сказала Алена. – Я не пекусь о ваших людях, мне все равно, но жизни имперских солдат крайне ценны. Расходовать их для осады этой базы было бы крайне неосмотрительно. Я вижу два варианта развития событий. Если вы отказываетесь принимать мои условия, Империя возьмет вас в кольцо и устроит блокаду. Вам не выбраться отсюда, вы попросту помрете с голоду, и когда вы обессилите, мы захватим вас, сенатор, и перебьем всех людей. Либо вы… вы и Старкиллер согласитесь сложить оружие и добровольно проследуете на корабль Империи. А я останусь здесь в качестве гаранта, что Империя не нападет на ваших людей.

Последовавший шквал возмущений остался для Алены на периферии, словно звон комара, когда ее взгляд уловил плавное движение – фигуру, вышедшую из бокового коридора. От долгожданной встречи лицом к лицу, в спокойной обстановке, у девушки сильнее забилось сердце. Хищный взгляд, хитрая ухмылка на тонких губах, плавные движения. Он словно призрак обходил вооруженных людей и неотрывно смотрел на Алену. Похоже, ему также не терпелось, наконец, увидеться с ней.

– …вы меня слушаете?

– Нет, – честно призналась девушка на слегка гневный вопрос Бейла.

– Вы так издеваетесь?..

– Как тебя зовут?

От пренебрежительности собеседницы сенатор едва нашел, что сказать, и когда понял, кто поглотил ее внимание, жестко приказал:

– Не говори ей ничего.

– Эдгар, – с неподдельно довольной ухмылкой сообщил парень.

Звук его голоса поразил Алену, она ведь никогда не слышала его, и ожидала чего-то сурового и низкого, но несмотря на внешнюю закаленность, голос оказался неожиданно звонким и легким. Как у мальчишки. Ведь он и был мальчишкой, черт возьми, да только жизнь заставила его раньше повзрослеть.

– И Эдгара мы тоже хотели бы видеть в лице добровольно сдавшихся, сенатор.

– Вы, кажется, слишком многого хотите.

– Этот юноша подорвал три правительственный учреждения на Корусанте, он устроил теракт, во время которого погибло две тысячи триста семьдесят пять человек. Триста семь из которых были детьми. Я требую всего лишь три жизни в обмен на две тысячи убитых.

– Мне напомнить, сколько Империя погубила людей? И я говорю не о солдатах. Ваши люди захватывали города и планеты, насильно принуждали ни в чем неповинных граждан страдать, умирать.

– Хочу заметить, что мы никого не подрывали. Империя устанавливала диктатуру, предлагала местным правительствам выбор. Скудный, несправедливый, но выбор. Ваш парень никому не предлагал выбор, он просто подорвал здания.

– Мы такими темпами ни о чем не договоримся.

– Договоримся? – С налетом легкого удивления уточнила Алена. – Вы меня не поняли, сенатор, я здесь не для переговоров. Я не веду переговоров с террористами.

– Мы не террористы.

– Угу, – промычала Алена, глянув на Эдгара, который, по-видимому, ничуть не раскаивался. – Так что вы решили? Я ведь предлагаю выбор. Пока.

– Ей нельзя верить, сенатор, – вмешался Старкиллер. – Империя никогда не держит своего слова. Уж я-то знаю.

Бейл понимал, что его фактически прижали к стенке, и предлагали если не пойти вместе с кораблем на дно, то как минимум спасти пассажиров. Он выглядел уставшим, ему надоело терять людей и скрываться. Луч надежды, что своей жертвой ему удастся облегчить жизнь сопротивлению, несмотря на суровую реальность, тем не менее не покидал его.

– Хорошо.

– Что?!

«Ого», – спасибо месяцам практики, иначе бы Алена выразила не меньшее удивление, чем все присутствующие в зале.

– Вы не можете, сенатор!

– Если я сдамся, вы гарантируете, что мои люди не пострадают?

– Нет, если они вздумают сопротивляться. И вас недостаточно, условие будет действовать только при полном комплекте: Старкиллер и Эдгар идут со мной тоже.

– Черта с два, – грозно шикнул бывший ученик Вейдера и, сорвав с пояса меч, направил на Алену зажженное голубое лезвие. – Я уж лучше умру, чем вернусь обратно.

– Гален, успокойся! – Повысил голос Бейл и с опасением посмотрел на девушку. К его счастью, она оставалась спокойна. – Меня будет более чем достаточно! Прошу, проявите благоразумие.

Благоразумие – интересное слово в выборе оправдания перед Вейдером. Алена вновь посмотрела на Старкиллера, а затем на Эдгара, которого ситуация скорее интриговала, чем будоражила.

– Значит, идете только вы. Хорошо. Я поняла. Тогда не будем задерживаться.

Соратники, все еще не верящие в происходящее, смотрели на Бейла с ощущением, будто перед ними мираж кошмарного сна. Стоит лишь проснуться, и они вздохнут с облегчением. Увы – для проформы Алена позволила сенатору попрощаться с людьми и переброситься словами. Не важно, о чем они договаривались, что обещали, это не имело никакого значения. Девушка воспользовалась моментом, чтобы отправить сообщение.

– Затеваешь что-то? – Спросил Эдгар.

Он еще и передвигался как бесшумная кошка. Алена подняла на парня холодный взгляд и демонстративно нажала кнопку «отправить». Теперь, находясь с ним так близко, не затевая драки, у нее возникало очень странное будоражащее беспокойство.

– Идем, – обратилась она к сенатору.

Они шли в гробовой тишине, никто и словом не обмолвился, только тяжелый шаг и грузные мысли разносились эхом по коридору. Казалось, будто вся база погрузилась в горестное молчание, по мере приближения к выходу особо остро тревога вспыхнула при виде закрытых дверей, за которыми лежала улица. И первым неладное почувствовал Старкиллер.

Выбежав наружу, едва двери со скрипом успели разъехаться на метр, парень обнаружил не обнадеживающую картину, но и не с размахом того ужаса, которого опасался. Былой хаос сошел на нет из-за корабля, который стоял у входа в каньон, а также людей, которые уже ждали их на подходе. Небольшой отряд штурмовиков, стоящий в отдалении, вряд ли напугал бы сопротивленцев, чего нельзя сказать о пятерых бойцах, вооруженных световыми мечами.

– Ты говорила, что пришла одна, – с раздражением бросил Старкиллер.

– Прийти и пришла одна, – проходя мимо, Алена намеренно задела его плечом. – Вы идете, сенатор?

Он все еще сомневался, что принял верное решение, однако надежда оказать сопротивление растаяла на глазах. Его люди боялись инквизиторов и ситхов, как огня, и Алена не ожидала, что появление ее компаньонов произведет столь внушительное впечатление. Люди буквально оцепенели от страха, замерли оловянными статуями, сжимая дрожащими руками оружие.

– Сенатор, пожалуйста, не делайте этого. – В отчаянной попытке обратился к мужчине Старкиллер. – Это ошибка.

Вот теперь сомнения, зарождающиеся в душе Бейла, не казались пустяком, поэтому Алена прибегла к столь желаемому плану «Б», чуть кивнув Ионе.

– Ошибка – это ты, Старкиллер, – достаточно громко, чтобы все услышали, произнесла Иона. – Жалкая ошибка и разочарование.

Девушка медленным шагом подошла ближе, и Алена могла поклясться: с каждым сокращающимся метром возрастало негодование и обида Старкиллера. Он определенно испытывал вину перед бывшей соратницей, но недостаточно сильную в сравнении с чувством злости к Империи и Вейдеру, которые превратили его жизнь в ад.

– Ты трус, который предал свои идеалы, своего мастера, а теперь пытаешься говорить этим людям, что и их не предашь. Ты ничтожество.

– Нет, Дедмун, это ты ничтожество, раз продолжаешь пресмыкаться перед тираном! – Воскликнул в пылу парень. – Все, что окружает тебя, это ложь! Вейдер отнял у нас все, все! Родителей, покой, дом… Саму жизнь! Я ушел, потому что эта тирания не могла продолжаться вечно, потому что убивать тех, кто никому не причиняет вреда, неправильно!

– Гален, успокойся… – Попытался угомонить парня Бейл, но тот лишь отмахнулся.

– Они отняли у нас все! Открой уже глаза, Дедмун, они тебе никто, они не твоя семья.

– Ты был моей семьей, Старкиллер, – холодно отозвалась Иона и обвела взглядом сопротивленцев, среди которых нашла светловолосую девушку, стоящую позади спидеров. – Но ты предал меня и оставил одну. Будет справедливо, если и ты познаешь боль одиночества… утраты.

Пугающая острая улыбка разрезала губы Дедмун, и даже Алене стало не по себе, а про реакцию Старкиллера и не стоило говорить. Когда он сообразил, что девушка обещала убить его возлюбленную, самообладание уступило место страху. И сейчас парень напоминал воздушный шар, сдерживающий напряжение из последних сил: один укол, и он лопнет.

– Медленно, кусочек за кусочком, – шепнула Иона.

– Гален, нет!

Вывести из себя Старкиллера и спровоцировать к атаке, конечно, было довольно рискованной затеей, которая относилась к плану «Б» плана «Б». Но как утверждала Иона, в бесконтрольном состоянии сила парня становилась его главным недостатком – он терял контроль, и под руку попадали как враги, так и союзники. Поэтому действовать пришлось быстро.

Старкиллер бросился к Ионе, минуя Алену и не видя ничего и никого перед собой. Аспид и Кобра, по договоренности, кинулись к союзнице на выручку. Алена же, уловив момент неразберихи, схватила Силой Бейла Органу и, не разбираясь, что есть мощи отбросила его как можно дальше от базы к отряду штурмовиков.

– Крайт, сенатор! – Успела лишь крикнуть девушка, прежде чем обжигающая мелкими электрическими разрядами волна не накрыла пространство перед базой.

Все произошло за считанные секунды, бой вспыхнул невероятно быстро, словно огонь от брошенной на бензин искры. Заметив движение, Алена использовала толчок Силы, но – вот неожиданность – ничего не произошло. Призывать к магнуму было некогда, она успела лишь выругаться себе под нос, уходя из-под атаки Эдгара.

– Какого черта ты сделал?! – Донесся разъяренный крик Старкиллера.

Алене пришлось постараться, чтобы не попасть под острое лезвие ножей, которыми противник орудовал с завидной ловкостью. Главной задачей стояло захватить сенатора Органу и самим уйти как можно дальше. Так что, увидев, что Крайт, закинув мужчину на плечо, на всех парах бежал к кораблю под прикрытием огня штурмовиков, девушка воодушевилась. И Эдгар тоже. Но в другом контексте.

Словно змея, парень ловко уклонился от удара, и, пнув противницу, ринулся на помощь Бейлу. Алена откровенно возмутилась и оскорбилась, что ее не столько пнули, сколько отвесили унизительный пинок под зад. Сила, разумеется, не остановила мальчишку, а вот заряд концентрированной энергии магнума, ударивший ему в спину, сбил с ног. Девушка надеялась закончить бой с Эдгаром, но ее одернул крик Аспида – она лишь увидела взмах голубого меча и падающего на землю юношу.

Несмотря на сожженные нити Силы, Старкиллер превосходил в мастерстве ее учеников, к тому же от Алены не укрылась его внутренняя мощь – он также держал в себе запасы энергии. И это плохо, очень плохо. Он раздавит Иону и змеек, как букашек, не говоря уже об огневой поддержке сопротивления. Помочь своим или же остановить Эдгара? Выполнить задание или?..

– Нет уж, я никого не потеряю.

Злилась Алена довольно часто, несмотря на внешнее спокойствие, – ей удавалось подавить негативные чувства. Но она практически никогда не испытывала ненависти, отчего эта густая и тяжелая эмоция показалась ей невероятно мощной. Она не опьяняла, как ярость, а оседала тяжелым грузом на сердце, сводя мышцы и заставляя замирать сердце.

Подавление эмоций не помогало высвободить энергию магнума, – истинную боль и агонию погибших людей. Огонь вспыхивал лишь от искры. Алена не использовала потенциал артефакта не потому, что у нее не хватало сил. Хватало, однако она боялась сгореть также, как Гавриэль.

Но потерять своих учеников она боялась сильнее.

Сбросив оковы контроля, Алена позволила энергии магнума проникнуть в нее, заполонить тело до мельчайшей клеточки. Боль от обжигающего пламени и вовсе не казалась болью, ее было легко стерпеть, но сознание сжималось под давлением сотен голосов – мир будто заполонил белый шум.

Хватило лишь мысли, чтобы фиолетовые всполохи соскользнули с руки и понеслись на противников, находящихся в поле зрения. Старкиллера отбросило прочь, Алены слышала, как шипит от жара его кожа. Эдгар понес меньший урон благодаря своим способностям, однако концентрация силы оглушила его. Остальным повезло куда меньше, воздух сотрясался от криков, наполнялся жгучей густой энергией, словно угарным газом, заставляя простых людей задыхаться и прятать обожженные лица.

Последний раз Алена позволила себе применить эту технику, освободиться от страха, при битве с Гавриэлем. Тогда ее не заботило окружение, и лишь благодаря Силе Мейсу Винду удалось избежать губительного влияния артефакта. Сейчас Алена не могла позволить себе безрассудной потери контроля, она с трудом, но направляла потоки энергии, оберегая своих учеников и не позволяя вихрям добраться до штурмовиков.

– Отступаем! Быстро, уходите! – Кричал Старкиллер.

Несмотря на ранения и выжженные нити энергии, он сдерживал из последних сил жгучий поток, используя внутренние запасы. Повстанцы, помогая друг другу, бежали прочь в развилку одного из каньонов: на спидерах, на своих двоих.

Алена разрывалась между двумя фронтами: ей следовало добить Старкиллера, пока имелась возможность, однако ее, скорее, разорвет от жгучей концентрации энергии. Она ощущала, как горят мышцы, кружится голова, на языке появляется металлический привкус.

Бейла Органу уже заносили на корабль, и это явно не совпадало с планами Эдгара, который, несмотря на давящую мощь, пытался если не подняться, то хотя бы ползти вперед. Он с трудом встал на ноги, однако Алене не составило труда дойти до него и преградить дорогу.

У нее не было светового меча, чтобы угрожать ему, однако что-то в его взгляде, едва он посмотрел на нее, подсказало об исчезнувшем желании к сопротивлению. Что-то – не страх, не ужас, а необъятное потрясение, смешанное с благоговением, словно перед ним возникло божество, встречи с которым парень ждал долгие годы. Эдгар не испугался, а улыбнулся какой-то ненормальной колючей улыбкой. Разведя руки в знак капитуляции, он покорно упал на колени.

– Что ты делаешь?! Беги! – Надрывался Старкиллер.

Но парень его не слушал. И Алену до глубины души испугало столь странное поведение. Поэтому, чтобы скрыть страх, который Эдгар наверняка увидел в ее взгляде, она ударила волной по бывшему ученику Вейдера, сметая с ног.

– Живо, на корабль! – Крикнула она ученикам и притянула Силой ближайшую потерянную винтовку, направив на Эдгара. – На корабль, без фокусов.

С трудом закрыв поток энергии, рвущейся из магнума, Алена почувствовала невероятное облегчение, а вместе с ним и дикую слабость. Теперь тело прекрасно воспринимало боль, сигнализируя о множественных повреждениях.

– Наденьте на него наручники! – приказала она штурмовикам, когда они подобрались к опущенному трапу корабля.

Солдаты без промедления выполнили приказ и затолкали пленника внутрь. Кобра и Иона, поддерживая Аспида, помогли ему взойти на борт, пока Мамба вместе с солдатами прикрывали отступление.

– Это Альзабар, – быстро связалась с мостиком звездного разрушителя Алена. – Мы закончили. Открывайте огонь.

– Принято, лорд Альзабар. У вас две минуты.

– Живо, все на борт!

Быть может, собственноручно им и не удалось убить Старкиллера, но артобстрел, которым звездный разрушитель накрыл базу, превратив в огромный столп огня и дыма, вряд ли бы ему удалось пережить. Теперь предстояло доставить пленников на Корусант, а еще придумать оправдание, почему она сохранила подрывнику жизнь.

========== Ситх. С властью я получаю победу (2) ==========

Музыкальная тема:

JT Music – Can’t Be Erased

– Ну что же ты за дурак такой…

Вот и Алена задавалась этим вопросом, наблюдая со стороны, как Мамба, держа за руку Аспида, сидела у его кровати. Жизненные показатели оставались в пределах нормы, но ранение было серьезным – Старкиллер не пожалел сил, наградив парня глубокой раной, пересекающей грудь.

– Все нормально, – слабым голосом отозвался Аспид.

Его трясло от боли, несмотря на количество обезболивающего, которое вливали через капельницу, чередуя с антибиотиками.

– Мамба, оставь нас.

Хотелось бы твиллеку возразить, однако, видя серьезный настрой мастера, она только вздохнула и натянуто улыбнулась Аспиду. Как только двери закрылись за девушкой, Алена сосредоточила внимание на парне: бледном, подавленном, борющимся с лихорадкой. Это не хорошо, совсем не хорошо, вообще не входило в ее планы.

– Ты идиот, – без намека на шутку сурово констатировала Алена. – Ты умеешь слушать приказы, но не себя. Старкиллер был тебе не по зубам.

– Мы должны были одолеть его.

– Одолеть, а не убить. Поэтому Дедмун, у которой связь с Силой значительно хуже твоей, не лежит на больничной койке. Поэтому Кобра, чья дисциплина продолжает хромать на обе ноги, не корчится от боли. Они видят, на что способен враг, и рассчитывают свои силы.

– Но это не главное!.. – Зашипел парень, пытаясь подняться с койки, но Алена, не поведя и бровью, прижала его обратно. От боли он едва успел стиснуть зубы, чтобы не закричать.

– Ты прав, это не главное. Но какой от тебя прок, если ты постоянно рискуешь?

Порой Алене казалось, что Аспид настолько ненавидит свою жизнь, что ищет смерти в бою. В нем заключался невероятный потенциал, однако парень не хотел его развивать, а стремился заполучить уже что-то осязаемое. Пытался прыгнуть выше головы, полагая, что достиг должного мастерства.

– Ты прекрасный ученик, Аспид. И твой потенциал заслуживает внимания. В будущем, если, конечно, возьмешься за голову, сможешь достичь небывалых высот. Но не сейчас.

– Что? – растерялся он. – О чем вы?

– По прибытии на Корусант я представлю Кобру, Крайта и Мамбу императору.

Трудно оказалось выносить приговор, от которого зависела судьба парня. Он даже не поверил услышанному, смотря на Алену, округлив глаза, и только долгие секунды спустя пришел к пониманию, что она не шутит.

– Нет… – осипшим от потрясения голосом произнес Аспид. – Нет, вы не можете!..

В очередной раз вернув парня в лежачее положение, девушка не постеснялась надавить на рану, дождавшись, когда он не выдержит и закричит. Удивительно, но ей легко удалось подавить в себе жалость.

– Могу, – спокойно сказала Алена. – Уже сделала. Уже отправила прошение секретарю императора о встрече. Это не значит, что для тебя все кончено. Ты будешь продолжать работать под моим командованием. Чуть позже, если император пожелает, я передам тебя ему. Но до тех пор…

Стук в дверь прервал Алену на полуслове. Отпустив Аспида, она прислушалась к Силе и не обнаружила знакомой души.

– Войдите.

На пороге оказалась девушка, чей возраст явно не соотносился с офицерскими погонами. Даже для сержанта это личико и кудри казались чересчур нежными.

– Сержант Алайя Опала. – Отсалютовала девушка, смотря ровно перед собой. – Вашей встречи просит полковник Опала.

«А-а. Ну теперь понятно», – с каким-то неутешительным озарением подметила Алена, начиная замечать сходство отца и дочери.

– Присмотрите за моим подопечным, сержант. Попытается уйти – стреляйте в ногу. Это не шутка.

Ни один мускул не дрогнул на лице Алайи, да и эмоциональный фон ее оставался ровным, словно водная гладь во время штиля. Надо полагать, беспокоиться стоило за Аспида, а не его надсмотрщика – как бы ему за излишний энтузиазм и по рукам не открыли огонь.

Что действительно заставило насторожиться Алену, так это «прошение о встрече»: полковнику хватило ума, чтобы обойтись без требований и приказов. Но почему он хотел с ней встретиться? Да, ему выпала честь докладывать высшему командованию о результатах сражения, в которых был заинтересован и Вейдер. Если мужчина передал обо всем в столицу, то какого черта ее комлинк до сих пор молчит? Алена предполагала, что Вейдер захочет выслушать объяснения относительно Эдгара Анто.

«Анто… либо это паранойя, либо это действительно анаграмма фамилии Тано. Асоки Тано. Боже…»

Утруждать себя хорошими манерами, оповещая полковника о своем прибытии, Алена не стала и открыла автоматические двери Силой. Штурмовики, стоящие в дозоре, только переглянулись и не рискнули вставать у нее на пути.

– О, мое сообщение дошло до вас быстро, – как ни в чем не бывало подметил Сэмюэльс, оторвавшись от работы за компьютером. – Прошу.

Приторная доброжелательность мужчины все еще никак не усваивалась Аленой, ей казалось, будто он издевался над ней. И это раздражало, хотя девушка предпочитала не демонстрировать эмоции, чтобы не давать лишний повод для нежелательных замечаний.

Посмотрев на кресло, в котором предложил расположиться полковник, Алена только закрыла за собой дверь – опять же Силой.

– Вы явно не в духе.

«У меня скоро глаз задергается, ей богу».

– Я в порядке, – холоднее, чем следовало, сообщила Алена. – Я так полагаю, вы хотели со мной поделиться новостями. Вы сообщили в столицу о результатах сражения?

– Все так. Если не вдаваться в подробности, высшее руководство осталось крайне довольно результатом.

– Высшее руководство – это кто конкретно?

– Адмирал Траун, круг совета императора.

– Вейдер?

– Да, и лорд Вейдер, – не сводя пристального взгляда с собеседницы, подтвердил Сэмюэльс. – Он оставался молчалив большую часть беседы. Только согласовал наше возвращение на Корусант.

Трудно делать выводы, имея столь скудную информацию. Вейдер вполне мог остаться недовольным исходом битвы, ведь им не удалось захватить Старкиллера – его смерть тоже была сомнительной. Нет тела – нет доказательств. Пугало Алену и радиомолчание, она попросту не понимала, почему мужчина не связался с ней сразу после совещания, чтобы отвесить ментальный подзатыльник.

– Вас явно интересует реакция лорда Вейдера, нежели мнение остальных.

Оторвавшись от размышлений, Алена недобро посмотрела на собеседника.

– А чья реакция интересует вас?

– Ваша, разумеется.

Теперь девушка даже не стала сдерживаться, посмотрев на мужчину с кричащим выражением «да я вас умоляю». Ее реакция заставила Сэмюэльса скромно усмехнуться.

– Неужели вас до сих пор это удивляет?

– Да, вообще-то. Я не тот человек, к чьему мнению обычно прислушиваются. Я не для того в Империи… я… не знаю.

– Ну, скажем так, – поднявшись из-за стола, мужчина подошел к стеллажу, из которого достал два стакана и небольшую бутылку виски. – Вы можете гордиться как минимум тем, что заставили людей бояться не только черного цвета, но и белого. Выпьем?

Про цвет Алена сообразила не сразу, ощутив себя сконфуженной и растерянной, приняв стакан с алкогольным напитком.

– Вряд ли я внушаю страх, полковник. Уж точно не такой, как Вейдер, – сказала она, опрокинув стопку. Виски с непривычки оказался невероятно жгучим, горло защипало так, будто она выпила чистой энергии магнума. – О боже…

Сэмюэльса повеселила ее реакция, он же спокойно выпил напиток, словно в стакане плескался холодный чай.

– Думаю, с лордом Вейдером сравнится лишь император. Но что, по-вашему, испытывают солдаты, видя вас на поле боя?

– Радость, что кто-то сделает за них работу?

– А противник?

Заглянув на дно стакана и уже ощутив, как алкоголь приятно растекается по венам, Алена поставила его на стол.

«Противник ничего не успевает почувствовать», – подумала она, но мысли ее резко перешли в другое русло:

– Скажите, полковник, почему из двенадцати крупномасштабных боев, в которых я принимала участие, восемь из них были под вашим командованием?

Может, дело в алкоголе, но подозрительность по отношению к мужчине разгоралась все сильнее с каждой новой встречей. На душе заскреблись кошки, заставив Алену почувствовать себя беспомощной марионеткой в чужой игре.

– Мне нравится работать с вами. Вы куда более сговорчивая и дипломатичная, чем инквизиторы, которых я знаю, а также… лорд Вейдер.

– Учитывая, что именно от лорда Вейдера зависит, куда меня направят, возникает вопрос – а от вас ли исходит инициатива?

– В чем именно вы меня подозреваете? – с беззаботной улыбкой уточнил Сэмюэльс. – Или обвиняете?

Она не знала. Ей уже давно мерещилось, что за ней наблюдали из-за каждого угла, что Вейдер смотрит за ней чужими глазами, знает о чем она думает, какие страхи копошились в ее голове. Она уже давно закрыла сознание от любопытных форсъюзеров, лишь два раза Вейдер пытался насильно сломить ее, но и то больше полугода назад. И лучше бы продолжились прямые нападки, поскольку тишина с его стороны не просто вводила Алену в панику, это злило ее.

За размышлениями ее взгляд зацепился за небольшую голографическую фотографию, стоящую на столе – Сэмюэльс вместе со своей семьей: жена и дочь. Идиллия. Но она нутром чувствовала обман, возможно, это и не его родственники, а актеры. Все превратилось в спектакль.

Обернувшись к мужчине, Алена заострила на нем сосредоточенный взгляд и удивилась собственной скромности. Она же лорд Альзабар. Чего мелочиться?

Прижав мужчину Силой к стене, Алене также не составило труда залезть к нему в сознание. Неожиданный выпад с ее стороны не дал возможности Сэмюэльсу выстроить хоть какую-то защиту, хоть он и попытался сопротивляться приличия ради. Она ожидала другого, но то, что удалось ей увидеть, оказалось даже более чем любопытным. Любопытным… нет, черт возьми, это не любопытно, а жутко.

– Ты презираешь слабость, любое ее проявление. Даже настолько, что стал тираном в своей семье: первая жена ушла от тебя, не выдержав побоев, а вторая терпит, и ты ненавидишь ее за это. Но не дочь. Дочь для тебя все… потому что ты воспитал ее такой же. Тебя заводит сила и жестокость, поэтому ты за мной бегаешь… боже.

Отпустив его, Алена не сдержала истерический смешок – она-то подозревала, что Вейдер приставил к ней очередного шпиона, а в итоге ей посчастливилось стать объектом вожделения эрудированного садиста. Всего-то.

– Прошу прощения, лорд Альзабар… но… ох, – переведя дыхание, мужчина поднялся с колен и облокотился о стену, – но не вам меня судить.

Поразили Алену не слова, а тот факт, что Сэмюэльса ничуть не смутило, что его грязные мысли стали ей известны. Конечно, никто не сохранит свежий вид после ментального зондирования, однако спокойствие мужчины поразило девушку. Она так и замерла с приоткрытым ртом, даже не зная, что сказать.

– Может, другие не видят, да и вы сами не осознаете… однако ваша одержимость лордом Вейдером для меня более чем очевидна.

– Я… – она опешила, возмущение застряло в горле словно кость. – Вы не… это… это чушь собачья!

– Ну, кто знает, – несколько загадочно отозвался мужчина, окончательно придя в себя. Как ни в чем не бывало, он подошел к столу и начал аккуратно разливать виски по стаканам. – Вы умная женщина, лорд Альзабар. Но у умных людей бывают свои слабости, и они несколько отличаются от слабостей обычных людей.

Он протянул один из стаканов ей, и что-то – может, запах алкоголя? – стал для Алены последней каплей, от которой в ней всполохнула ярость. Поддавшись ей, она схватила бутылку и разбила ее о край стола с оглушительным звоном. Приставив осколок к шее мужчины, девушка оттолкнула его к стене, по неосторожности задев его кожу острым краем и пустив каплю крови. Ей приходилось смотреть снизу вверх, чтобы сохранить зрительный контакт.

– Ты ничерта не знаешь обо мне, – злобно зарычала Алена.

– Неужели?

Спокойствие, которое воплощал Сэмюэльс, его ровный голос и прямолинейный взгляд пошатнули уверенность Алены. Удивительно, что никто не сбежался на шум. Похоже, солдаты научены горьким опытом, что в разборки, где участвует форсъюзер, лучше не вмешиваться.

– Мне не обязательно знать твое прошлое, чтобы видеть тебя. Что ты желаешь. Чего боишься.

Быстрым движением отбив руку, прижимающую к его шее осколок, мужчина схватил девушку за шею и прижал к стене. Все произошло слишком быстро, и Алена с удовольствием разорвала бы обидчика на части, если бы ее не бросило в омут воспоминаний. На секунду она увидела Гавриэля, нависающего над ней грозной тенью, его ожесточенный помутненный безумием взгляд, когда он душил ее и насиловал.

Алена остолбенела, потеряв контроль над онемевшим от страха телом. Сердце болезненно сжалось, выдавливая яд парализующей боли, который стекал от груди к животу и ногам.

– Видишь ли, – подавшись ближе, прошептал над самым ухом Сэмюэльс, – я вижу, что скрывается за силой. Там есть место только двум вещам: боли и уродству. Это закаляет. Или ломает.

Даже через силу Алена не могла заставить себя сопротивляться, оторвать взгляд от пронзительных синих глаз человека, которому удалось обнаружить ее изъян, позорную слабость. Вейденашел ее по случайности, но Сэмюэльс сумел рассмотреть издалека, сквозь маску лорда Альзабар. Чертов психопат!

– Что вы, что лорд Вейдер – вы оба сила, рожденная в насилии. Такие люди не могут не восхищать. – Вновь перейдя на формальное и столь знакомое «вы», мужчина убрал ладонь с шеи девушки и аккуратно поправил воротник ее плаща, заправил выбившуюся прядь волос за ухо. И улыбнулся. – Прошу прощения, если испугал вас. Хотя, о чем это я? Вы же ничуть не испугались, не так ли?

Ощутив свободу, Алена обрела контроль над собой и в лихорадочной спешке принялась заталкивать остатки ужаса как можно глубже в темные уголки души. Она не спускала с него пристального взгляда, пока рука подрагивала от вида дружелюбной улыбки мужчины. Слишком дружелюбной, которую девушка, воспалив крохотную искру злости, стерла жгучей пощечиной.

– Тронете меня еще раз – умрете.

Бежать, бежать как можно дальше – вот что кричал инстинкт самосохранения. Он извивался угрем в груди, сотрясал сознание вместе с голосами магнума, которые откликнулись на ее страх и теперь сводили с ума, как навязчивое жужжание саранчи.