Текст книги "Мы - последствия баланса (СИ)"

Автор книги: Sonya Seredoi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 28 страниц)

Быть может, им и удалось бы ее застрелить. Дедмун спряталась за деревом, когда над лесом разнесся свист турбин и над поляной пронесся имперский шатл, из которого кто-то выпрыгнул и разметал вокруг себя волны Силы по приземлении.

Повстанцев смело прочь, от жара энергии потоки дождя с шипением испарились. Долгую секунду Дедмун смотрела на темную фигуру, ощущая, как внутри все холодеет от страха.

Понимая, что противник оказался обескуражен появлением темного лорда, Дедмун воспользовалась заминкой и атаковала сопротивленцев. Имперскийшатл медленно заходил на посадку на поляне – единственной ровной поверхности, – что подтолкнуло к возможности об автопилотировании. Если ситх прибыл один, то это вдвойне плохая новость. Но чем дольше продолжался бой и алый клинок разрезал темноту вместе с конечностями людей, тем чаще Дедмун отвлекалась. Это не стиль боя дартаВейдера, и фигура явно меньше. Старкиллер? Нет, у него тоже другая техника.

Заметив боковым зрением в метре от себя противника, Дедмун испугалась и поймала себя на мысли, что не успеет уклониться. Но замахнувшийся на нее мужчина застыл с поднятым над головой ножом и не шевелился. Пока сердце продолжало бешено колотиться в груди, девушка обернулась и поняла, что новоприбывший ситх удерживал повстанца Силой.

Дедмун смотрела на него, как завороженная, не имея ни малейшего понятия, кто скрывался под маской с крестовиной на лице. Ни один из инквизиторов не бывал на звездном разрушителе лорда Вейдера, поэтому не смог бы прилететь на его корабле.

Отбросив пугающие рассуждения, Дедмун с раздраженным криком ударила по противнику мечом – тело тут же упало в липкую грязь.

Битва закончилась быстро. Пронзив последнего врага мечом, девушка, тяжело дыша, осмотрелась и устремила взгляд к ситху. Его плечи чуть подрагивали, похоже, он часто дышал, что являлось признаком усталости. Как можно так быстро выдохнуться? У Дедмун закрались подозрения на этот счет, нехорошие подозрения.

Над их головами вновь пролетел корабль, освещая турбинами поляну. Летели прям один за другим, и в этот раз у девушки не имелось сомнений – эта машина находилась в распоряжении Старкиллера. И его прибытие моментально отвлекло ситха от последствий пережитой битвы: будто и не было усталости, он отключил световой меч и уверенно направился ко входу в храм.

Слишком уверенно.

Заподозрив неладное, Дедмун направилась следом, ускорив шаг.

– Стой! – Повелительно выкрикнула она, активировав плазменный нагрев лезвия. – Я сказала сто!..

Невидимая хватка вцепилась в шею и опустила девушку на колени, прямо в холодную лужу грязи. В этот раз она не выронила оружие, несмотря на неожиданность, но от вида алого меча в нескольких сантиметрах от лица у нее скрутило живот. Хочешь не хочешь, а забеспокоишься.

Безмолвный намек, что не стоит лезть не в свое дело, Дедмун поняла моментально. Ситх отпустил ее и продолжил путь, хотя у девушки все еще не исчезло желание окликнуть его. Поднявшись, она поколебалась мгновение и зашла следом за темным лордом. Под ногами все еще полыхали доски от огневого обстрела, часть стен обвалилась, но потолок держал помещение закрытым от дождя. Дедмун прошла глубже, включив фонарик на плече, и увидела куда более живописную картину: истерзанные тела сопротивленцев, оторванные в ходе боя конечности. А также забившихся в углу зала, за церемониальном манифестом, детей.

В возрасте от десяти до семнадцати, шесть ребят жались к холодной стене и с бледными лицами смотрели на ситха, который также сосредоточил на них внимание. Самый взрослый держал в руках пистолет и от страха даже не мог нормально направить его на противника.

Почему они оставили детей здесь, в храме? Обычно молодняк приводят в священные места не для того, чтобы защитить.

Ситх, наконец, двинулся с места, направился к детям медленно, но уверенно, заставив их заскулить и сжаться. Дедмун было любопытно, что последует дальше, но она отвлеклась на быстро приближающийся топот. Перехватив оружие и приготовившись к нападению, она развернулась, но тревога оказалась ложной – в какой-то степени. Мокрый от дождя, в храм забежал Старкиллер, держа в руке включенный красный клинок.

Расслабив плечи и опустив оружие, Дедмун оглянулась на ситха, а затем посмотрела на парня, – по ее лицу трудно было не заметить, что ей хотелось объяснений. Но ученик Вейдера ничего не сказал, тоже сосредоточил внимание на фигуре впереди.

Незнакомец, подойдя достаточно близко к детям, протянул руку и жестом попросил отдать ему пистолет. Мальчишка не стрелял, но и не выглядел обрадованным, однако, не видя иного выбора, позволил забрать оружие. Ситх выбросил пистолет через плечо и оглянулся на застывших у выхода Дедмун и Старкиллера.

В зале повисла до неприятного угнетающая пауза.

Ситх отключил световой меч, что вызвало у Дедмун двоякое чувство. Он не собирался убивать детей, что хорошо, и в то же время плохо. Не хотелось думать, что в Империи все поголовно хладнокровные убийцы, и в ту же очередь она получила четкий приказ – зачистить местность. Может, планы изменились?

Она с некой надеждой и подозрением глянула на темного лорда. Хотя, был ли он действительно ситхом, или же принадлежал к касте инквизиторов? Но должностной чин незнакомца играл для нее уже последнюю роль, когда искаженный маской голос, едва ли не с издевкой, произнес:

– Это ваша миссия, командир. Вам и пачкать руки.

В этот момент Дедмун осознала наверняка две вещи: этот ситх еще та мразь, и мразь эта – женщина.

***

Стазис-камера. За долгие годы Вейдер уже начинал думать, что она станет саркофагом для Алены Долорен, тюрьмой, где только от него будет зависеть, когда ей суждено выйти на свободу. Но у судьбы явно были иные планы, отчего мужчина из последних сил сдерживался, чтобы не сломать камеру, а вместе с ней и Алену. У него заканчивалось терпение, у Императора заканчивалось терпение, что являлось наиболее весомой проблемой – притащив девушку, он соблазнил учителя мощью магнума, которую хранила Алена, требовалось лишь понять, как извлечь ее. Только потому, что от девушки не было проблем – какие проблемы могут исходить от коматозника? – Палпатин не избавился от нее.

Но это пока.

– Лорд Вейдер, – осторожно обратился к ситху офицер, вытянувшись по струнке. – Они прибыли.

Мужчина тяжело и медленно выдохнул, отчего дыхательный аппарат передал наиболее угрожающий звук, от которого у офицера дрогнули плечи. Удивительно, какие мелочи внушали людям страх перед ним.

– Отправьте их в зал совещаний на втором уровне.

– Так точно, лорд Вейдер.

Покинув лабораторию, Вейдер какое-то время постоял в приемной рядом с диспетчерским центром, откуда и наблюдал за стыковкой шатла. Хотелось уже вернуться в свой замок, а не находиться среди рабочих, которые даже под страхом смерти не могли ускориться и завершить ремонт его звездного разрушителя. Тем не менее это было лучшее место, чтобы держать на коротком поводке его цирковых обезьян. Которые, судя по предварительному докладу, устроили очередное шоу.

Пришли они быстро – уже хоть что-то. Ученик и шпионка моментально припали на колено в поклоне. Идущая за ними фигура, казалось, последовала их примеру из-за усталости, а не в знак уважения. Вейдер чувствовал ее слабость и нестабильность, одной мысли окажется достаточно, чтобы свернуть шею и избавиться от проблемы в зародыше.

– Оставьте нас.

Повинуясь приказу ситха, штурмовики вышли в коридор. Двери бесшумно закрылись за их спинами, оставив зал в тишине и легком полумраке – без основного освещения звезды за панорамным иллюминатором выглядели невероятно ярко.

– Лорд Вейдер, – рискнула прервать молчание Дедмун, – вылазка на Шафу удачно завершена, однако в храме…

От внезапного порыва Силы девушка умолкла на полуслове, несмотря на то, что волна ударила не по ней, а по незнакомцу – он отлетел практически к самим дверям.

– Ты уже давно должна была понять, что моим приказам следует беспрекословно подчиняться! – Срывающимся от злости голосом прогремел Вейдер, резко обернувшись к подопечным.

Дедмун и Старкиллер отчаянно старались не смотреть на него, и если бы они попробовали, то и им бы мужчина нашел, что высказать. Однако он достаточно их выдрессировал, чтобы заложить простую мысль – строптивость и самовольство карались минимум сломанными костями.

Приподнявшись на трясущихся руках, фигура в черном отдышалась и с нескрываемой усталостью отозвалась:

– Я не нарушала твоих приказов… лорд Вейдер.

От пренебрежительного тона ситх едва не сорвался в яростном порыве свернуть шею собеседнице и разорвать ее на части. Схватив ее Силой за шею и без церемоний ударив о стену, принялся медленно сжимать невидимые пальцы, упиваясь зрелищем, как она задыхается. Убить ее и дело с концом, никаких проблем и сюрпризов, которые обязательно появятся.

Но не для того он чертовы восемнадцать лет мучился с ней.

Отдернув руку, позволив женщине упасть и откашляться, Вейдер невольно обрадовался, что его лицо скрывала маска – так проще выглядеть спокойным.

– Снимай маску, когда я говорю с тобой.

Для женщины оказалось непростой задачей подняться с пола и подойти ближе. Ее трясло от слабости и усталости, но она старалась выглядеть уверенной. Смешно. А что действительно позабавило, так это Старкиллер и Дедмун, отошедшие от нее на шаг, дабы не попасть под раздачу.

Переведя дыхание, женщина потянулась к шлему и с трудом сняла с головы, будто он весил несколько десятков килограмм. Россыпь длинных белоснежных волос соскользнула на черную мантию, упала на плечи, и Вейдер увидел лицо, на которое с ненавистью смотрел в течение восемнадцати лет. Лицо, которое по каким-то причинам, ничуточки не изменилось, сохранило молодость, но утратило жизненный блеск.

Первая вылазка после пробуждения далась Алене тяжело, она была бледной и уставшей, удивительно, как до сих пор не свалилась. Держалась на силе духа?

– Есть лишь одна причина, по которой ты могла отправиться на Шафу. Там ты спрятала магнум и не хотела, чтобы я до него добрался.

– Я не знаю, где Гавриэль спрятал магнум.

– Тогда зачем ты полетела на Шафу?

– Думаю, причина была вполне понятна.

Алена обернулась к Дедмун, которая, как Вейдер только сейчас заметил, пребывала в шоке от того, кто все это время скрывался под маской. Девушка в ужасе и непонимании смотрела на нее, и в какой-то момент злость пересилила смятение – и инстинкт самосохранения, – поскольку в иной ситуации она никогда бы не дерзнула обратиться к ситху на повышенных тонах:

– Почему вы не сказали мне?

– В этом не было необходимости, – не смотря на Дедмун, сказал Вейдер. – Что касается тебя, ты должна усвоить одну истину – твой падаван мертва, все, что было в твоем прошлом, мертво.

– Нет нужды напоминать… лорд Вейдер, – невооруженным взглядом видно, как трудно Алене обращаться к нему по званию. – ЭнакинСкайуокер мертв, Иона мертва, Гален Марек тоже мертв. Империя знает своих героев: лорд Вейдер, убийца Дедмун и темный ученик Старкиллер. Я помню твои слова.

– Тогда почему ты улетела на Шафу, раз поняла, что не имеет смысла гоняться за призраками?

– Если бы ты узнал, где Асока, не отправился бы на ее поиски?

Еще одно имя из прошлого. Еще одно болезненное воспоминание. Что не прозвучавшее слово, то укол в истерзанное злостью сердце. Куда больше Алена нравилась ему молчавшей и обездвиженной.

– Только чтобы убить.

– Хочешь, чтобы я убила ее? – Риторически уточнила Алена, скосив взгляд на бывшую ученицу.

Несмотря на внешнее спокойствие, Дедмун искренне испугалась, поскольку понимала, что любое его слово станет для нее судьбой. Но поддаваться на провокации Вейдер не собирался, девушке и так удалось вывести его из себя.

– Я хочу, чтобы ты усвоила раз и навсегда: ты больше не Алена Долорен, я убил ее на Кашиике восемнадцать лет назад.

– Убил это…

Резко опустив девушку на колени Силой, да с такой скоростью, что приземление выдалось весьма болезненным, судя по ее выражению лица, Вейдер подступил ближе и с угрожающим спокойствием произнес:

– Я понятия не имею, как ты пробудилась, или кто тебе помог с этим, но выясню. И если ты от меня что-то скроешь, я узнаю. Если хочешь жить, то раз и навсегда запомни, что с этого момента ты принадлежишь мне и твоя сила тоже. Я найду способ забрать ее.

– Ее невозможно забрать, – прошептала Алена, задыхаясь от давящей энергии Темной стороны, которая продолжала удерживать ее на коленях. – Это не так работает…

– Все, что дано, можно забрать. А пока, – отпустив девушку, Вейдер сказал: – следуй простым правилам. Дедмун!

– Да, лорд Вейдер? – встрепенулась девушка.

– Она будет твоей ответственностью. Следи за каждым ее действием, словом, не упускай из виду, обо всем докладывай мне. Если вздумает бежать – стреляйте в ноги, но не убивай. Она должна остаться живой. Понятно?

– Да, лорд Вейдер, – кивнула девушка, – но есть один вопрос: если Алена Долорен мертва, как нам представлять ее?

– Она не нуждается в представлении.

Вейдер не собирался выводить ее на публику, он планировал держать ее под замком. Без круглосуточного надзора, как показала практика, даже обессиленная долгими годами стазиса, она сумела ускользнуть со звездного разрушителя. В этом была и часть его вины, он настолько жаждал держать ее подальше ото всех, что никто и не обращал на нее внимания. Очередной ситх, инквизитор, шпион – кто разберет?

Быть может, стоило поступить наоборот? Держать девушку у всех на виду, чтобы каждый знал и видел, где она находилась и чем занималась. К сожалению, такие вопросы он не мог решать в одиночку, в ее способностях напрямую был заинтересован Император. Вейдеру до жгучего раздражения не хотелось делиться с ним Аленой и ее силой, поскольку старик в лучшем случае позволит ему забрать жалкие остатки артефакта.

– Теперь к делу. Твои люди до сих пор держат джедая под наблюдением?

– Да, лорд Вейдер, – подтвердила Дедмун. – Рам Кота устроил диверсию на имперской судоверфи и с тех пор мы не выпускаем его из виду.

– Ты слышал ее, ученик, – обратился он к Старкиллеру. – Убей джедая, принеси мне его меч.

– Я отправляюсь немедленно, мой господин.

– Все должно пройти максимально скрытно, ты понимаешь, о чем я.

Иными словами – не оставляй свидетелей, убивай всех, кого встретишь, как имперцев, так и людей Коты.

Вейдеру не хотелось, чтобы его ученика хоть кто-то увидел, он и так пошел на риск, отправляя его вслед за Аленой. В первую очередь потенциал мальчишки предстояло прятать от Императора, и у него имелась довольно аппетитная кость, которой он мог отвлечь старика.

– Как вам будет угодной, мой господин.

Поклонившись, Старкиллер бросил колючий взгляд на Дедмун, которая едва не сгорела от злости. Здоровая конкуренция между собачонками нравилась Вейдеру, забавляла. Даже несмотря на ничтожный потенциал к Силе, девка в любой миг, только прикажи, с удовольствием перегрызла бы горло Старкиллеру.

– Что до тебя, уясни, что находишься не в Республике, которой заправляли слабаки и недоучки. В Империи не терпят неповиновения, каждое действие имеет последствие. Тебе предстоит встреча с императором, и не только в моих интересах будет сохранить твою жизнь. Покажи, что ты можешь принести пользу, и тогда от тебя не избавятся… В ближайшее время. Это понятно?

В ее взгляде читалась откровенная апатия ко всему. К сожалению, это делало ее невосприимчивой к угрозам, и в то же время Вейдер чувствовал, как слаба ее воля. Сейчас она представляла собой мягкую податливую глину, из которой можно слепить, что ему необходимо.

– Я спросил, это понятно?

– Да, лорд Вейдер. До последнего слова.

========== Ситх. Покой – это ложь. Есть только страсть (2) ==========

Музыкальная тема:

MASHUP I KOKO – Personal Jesus & Black skinhead & Beautiful People

JT Music – Best for last

Понятие стазиса оказалось на практике куда более сложным, чем подозревала Алена. Она не была до конца уверена, что обратная печать не убьет ее, но оказаться пленницей собственного тела она никак не ожидала. Сила поддерживала не только ее физическое здоровье, сохраняла активность клеток и катастрофически замедлила метаболические процессы. Подвох оказался в том, что на протяжении восемнадцати лет Алена пребывала в сознании.

Она все слышала, а главное чувствовала – не столь остро, но когда Вейдер ломал ей кости и препарировал, как подопытную крысу, такое трудно было игнорировать. Ни о каких обезболивающих не шло речи: конечно, ведь она же и так была без сознания! Медитации помогали Алене не сойти с ума, хоть как-то ускорить ход времени. На третий или четвертый год выдержка девушки сломалась, она махнула рукой на изначальный план спрятать силу от Империи. Это невозможно было терпеть! Но Сила никуда ее не пускала, крепко держала в невидимых путах.

Все попытки пробудиться оборачивались для Алены провалом. В какой-то момент она начинала молить богов, чтобы очередной эксперимент Вейдера обернулся неудачей и убил ее.

Зато было время подумать над многими ошибками, которые она успела допустить. Наблюдала за тем, как менялся Энакин, все глубже падая ко дну Темной стороны Силы, врастая в шкуру дартаВейдера. Как он ломал Галена, обращая в ситха. Что же касалось Ионы…

– И долго ты будешь… смотреть на эти вещи? Собирайся, у нас не так много времени до отправления.

– Почему белый плащ? Это же не практично, он такой маркий. Возможно, красный, но почему белый?

– Надевай. Сейчас же.

Сохраняя невозмутимое спокойствие и рассуждая о цветовой палитре вещей, которые ей предоставили для выхода в свет, Алена сжигала последние капли терпения Ионы.

Она стала такой взрослой и уверенной. Непривычно видеть вместо маленькой любопытной девочки грозную фурию, которая, к счастью или сожалению, ничуть не пугала ее. Иона определенно укрепила связь с Силой, с Темной стороной, однако язык не поворачивался назвать ее форсъюзером. Но страх в своих людей она внушала иным образом – кто в здравом уме будет использовать плазменный меч в перестрелке?

– Не помню, чтобы я учила тебя быть грубой, – после долгой паузы отозвалась Алена, принявшись менять свои вещи на парадный белый костюм.

– Ты была моим учителем только несколько месяцев, а лорд Вейдер – несколько лет.

– И пренебрегал уроками манер, как я вижу. Энакин всегда предпочитал бой разговорам.

– Лорд Вейдер, – сквозь зубы прошипела Иона, непроизвольно положив руку на рукоять меча. – ЭнакинСкайуокер мертв.

– Да, – не без иронии отозвалась девушка, скидывая одежду, – как и Алена Долорен, и Иона, и Гален Марек. Все они мертвы. Я заметила.

Состроив угрожающую гримасу, Иона закатила глаза и тяжело вздохнула, видимо, пытаясь не сорваться с самого начала. Хотя она должна понимать, что ее бывший учитель могла одолеть ее взмахом руки. В теории. Несмотря на пробуждение, связь с Силой только начала восстанавливаться, поэтому ни о каком использовании магнума не шло речи – ее попросту разорвет на части. Но когда процесс восстановления завершится, можно будет на равных препираться с Вейдером. Если повезет, он не сломает ей шею в порыве злости.

– Почему ты не постарела?

Иона хотела скоротать время или же прощупывала почву? Вейдер назвал ее шпионкой. Как он вообще пришел к мысли обучать девушку, и когда это произошло? Зрение Алене заменила Сила, которая позволяла ей заглядывать не так далеко, как хотелось. Энергетику Ионы она определила моментально, несмотря на извращенность Темной стороной, впервые почувствовала ее примерно четыре года назад.

Алена хотела задать множество вопросов: когда девушка очнулась, как проходило ее обучение, причиняли ли ей вред, что ее заставляли делать? Но уже одного взгляда на Иону хватало, чтобы догадаться об ответах.

– Все благодаря силовым запасам. Я не просто спала, Иона, а накапливала силу. Этому меня научил Гавриэль.

– Дедмун. И да, я помню этого человека. Из-за него я оказалась в коме. И из-за тебя, если на то пошло.

– Все верно, это наша вина, – вздохнула с некой будничностью Алена, надевая белоснежный плащ с символикой Империи на спине: будто красная мишень. – И что за странные клички вам дал Вейдер?

– Потому что…

– Серьезно, если еще раз скажешь, что Иона и Гален мертвы, я тебе язык вырву. И это не шутка.

Конечно, вырывать органы она не собиралась, однако Алене уже хватило с лихвой того, как глубоко Вейдер промыл мозги своим подчиненным. Детские умы ломались и поддавались внушению с невероятной легкостью, особенно под гнетом страха и боли.

– Как я выгляжу?

В ответ Иона язвительно улыбнулась и оскалилась, едва не с ноги открывая дверь апартаментов. Жаль, что кроме красивого наряда Алене не чем было поразить имперцев. Выкрасть световой меч Гавриэля из камеры хранения оказалось не сложно, девушка искренне удивилась, что Вейдер все же сохранил его после схватки на Кашиике. Теперь у нее не представится такой возможности – все еще не отойдя от коматозного состояния, она перепугалась за Иону и показала, что несмотря на проблемы с восприятием, она была не такая немощная, как все думали. Теперь Вейдер будет предельно осторожен во всем.

Только сейчас Алена осознала, что могла удачно сбежать от темного лорда, а не мчаться на помощь девочке, которая в ней не нуждалась. От оглушающей истины она даже застыла в коридоре и застонала, сжимая голову руками. Если это не фиаско всей ее жизни, то как минимум фееричный идиотизм.

Им предстоял долгий перелет. Иона не отличалась многословием, поэтому путь до столицы Империи показался долгим и угнетающим. Даже минута ожидания после нескольких лет заточения выглядела для Алены пыткой.

Первое, что удивило девушку по прилету – пункт назначения, почему-то она искренне удивилась, когда корабль выпрыгнул из гиперпространства рядом с Корусантом. Хотя чего стоило ожидать? Коротая дорогу за пролистыванием общедоступной информации, она узнала, что планету называли Имперским Центром, дворец Республики был отреставрирован и переименован в Императорский дворец– массивное пирамидальное здание, самое большое на Корусанте. Туда они и направлялись.

По приземлении Алена думала, что вряд ли ее что-то сможет удивить, однако от одного вида массивного сооружения, тянущего центральный шпиль высоко за облака, у нее захватило дух. Алые флаги с символикой Империи развивались под порывами холодного ветра вдоль центральной улицы, свисали с зданий, украшали дворец. С воем над обителью власти постоянно пролетали истребители, едва ли не с каждой башни выглядывали средства противовоздушной обороны.

– Нас ждут, – обмолвилась Иона, получив сообщение на наручный терминал. – Поторопимся.

Алена не спорила, покорно проследовала за девушкой в окружении штурмовиков. Она была пленницей, однако проходящие мимо люди и солдаты с удивлением и любопытством оборачивались на них, перешептывались – возможно, думали, что в столицу прибыла важная персона. Что не говори, но Вейдер не без причины сотрясал воздух. Теперь все ее видели – в таком наряде она действительно как бельмо на глазу.

Внутри здания обстановка царила куда более угнетающая, чем на улице, и не только из-за солдат в униформе, а также невероятного количества камер видеонаблюдения. Алена ощутила мощь Императора еще с улицы, даже энергетика Вейдера терялась на его фоне.

Ситх перехватил их на седьмом этаже, хотя Алена полагала, что он будет ждать ее сразу с Императором. Но когда они зашли в лифт, оставив почетный эскорт вместе с Ионой, девушка поняла почему.

– Как только мы зайдем в приемную, ты опустишься на колено и поклонишься, – сказал Вейдер, как только за ними закрылись двери и лифт понес их вверх. – Говори, только когда спросят, не смотри ему в глаза, если не попросят. Не дерзи. Выражай почтение. Хочешь того или нет. И не пытайся лгать ему, он это поймет моментально, так что выйдешь ты живой или нет – зависит только от тебя.

И ответить нечего.

Мужчина же расценил молчание по-своему и грозно уточнил:

– Ты меня поняла?

– Поняла.

Слова собеседника не произвели на Алену впечатления, она заранее готовилась к худшему, когда очнулась в плену у тиранов, так что ее переполняла безысходность и апатия, нежели раздражение. Однако в ее сердце нашлось место страху, когда они с Вейдером зашли в огромный зал, в дальней стороне которого на троне восседал Император.

Старик в черной мантии, скрывающий бледное лицо, истерзанное шрамами, ничем не напоминал канцлера Палпатина, к которому когда-то Алена обратилась за помощью. По совету Вейдера она старалась не смотреть на Императора, но взгляд все равно скользнул по нему, любопытство перевесило, и в какой-то степени хорошо, что им пришлось приклонить колено. Иначе от дрожи девушка упала бы сама.

– Мой Император, – обратился к мужчине Вейдер, – по вашему приказу я доставил Алену Долорен.

– Встаньте. Оба.

Время также не пощадило его голос, от него у девушки пробежали мурашки.

Они выполнили просьбу Палпатина.

– Подойди, – обратился он к Алене, которая на негнущихся ногах подошла ближе. – Посмотри на меня.

Она подняла взгляд, заталкивая все попадающиеся под руку эмоции глубоко в душу, если не забивая их до смерти. Император оказался невероятно чувствителен к Силе, и пусть Алена понимала, что ему нужно показать свой страх, она ничего не могла поделать, поскольку он пугал ее чересчур сильно.

Капюшон скрывал большую часть лица мужчины, но не отталкивающую животную улыбку, в которой он растянул бледные губы.

– Да… я помню тебя, дитя, как ты пришла ко мне за помощью. Ты оказалась достаточно умна, чтобы уйти из ордена джедаев. В отличие от моего ученика, который пощадил тебя, вместо того чтобы убить.

Навалившаяся на плечи Сила быстро опустила девушку на колени. Спохватиться у Алены не было времени, дартСидиус грубо ворвался в ее сознание, что напоминало удар битой по голове. Воскликнув от боли, нежели неожиданности, девушка инстинктивно зажалась и выставила барьер, который Императору не составило труда разломать, как яичную скорлупу.

– Не сопротивляйся, если не хочешь помереть.

Он усилил натиск, отчего Алена упала на пол и закричала вновь. Ей будто переминали мозг, вытягивали из него воспоминания и мысли: убийство Гавриэля, отшельничество на Кашиике, ее сын… боже, ее сын! Она только сейчас вспомнила о нем, словно он приснился ей, а не был частью реальности. Пребывая в стазисе, она часто думала о нем, пыталась отыскать Силой, однако не улавливала ни малейшего следа. Любое живое существо излучало энергию, но его она нигде не могла обнаружить. Словно он перестал существовать в один момент.

Пытка казалась вечной. Когда Император выпустил сознание девушки из когтей, это напоминало глоток свежего воздуха после долго погружения. Алена приподнялась на дрожащих руках. По ее щекам стекали слезы, которые она в спешке вытерла и неловко встала на ноги. Ее будто ментально изнасиловали.

– Ты мне не говорил об этом, – спустя долгую паузу недовольно отметил Император.

Вейдер заметно напрягся.

– О чем?

– Что она пребывала в сознании все это время.

Теперь Алена была готова провалиться сквозь землю, поскольку спиной чувствовала прожигающий взгляд Вейдера. А злился он потому, что за все минувшие годы так и не догадался о ее реальном состоянии, хотя это легко было определить.

– Ты идиот.

Энергетика, исходящая от дартаСидиуса, обожгла восприятие Алены, заставив ее защититься, хотя обрушил он свой гнев на Ведера. Тот, словно безропотная марионетка, молча терпел пытку – несмотря на разгорающуюся злость, его страх перед учителем также возрастал.

– Как ты очнулась? – резко переключился на девушку Император. – И не пытайся лгать мне.

Он снова вонзил нити Силы в ее разум, вызвав ужасную мигрень. Алене стоило больших усилий не сопротивляться. И не молчать от парализующего страха.

– Я не знаю, – прошептала она, дрожа от напряжения в теле. – Я даже не помню, что… защита, которую я поставила, просто разбилась. Я не знаю как… клянусь.

– Да, ты не знаешь, – разочарованно согласился Император. – За все годы мой ученик так и не смог завладеть силой, которую тебе даровал магнум. Похоже, древние оказались умнее нас всех. Убить тебя было бы мудрым решением. Сейчас ты слаба, но со временем силы вернутся к тебе, и тогда ты будешь угрозой. Или ценным приобретением.

Последняя фраза Императора заставила оторопеть всех, включая Вейдера, который поспешил вмешаться:

– Мой господи, это не…

Но коротким взмахом руки Палпатин заставил ученика замолчать. Даже к Силе не пришлось прибегать, настолько он его опасался.

– Ты подавлена, ты потеряла цель в своей жизни, даже желание жить, когда убила дартАльзабара. Я могу дать тебе эту цель, если ты согласишься приклонить колено и работать на благо Империи. Пусть ты и была джедаем, может, оправдывала свои мысли какими-то благими намерениями, но я вижу тебя насквозь, девочка. Ты жаждала власти, поэтому потянулась к магнуму и дартАльзабару, поэтому потеряла всякий интерес, когда пришлось его убить. Он был твоей путевой звездой, ты думала, что он даст тебе силу, могущество и власть… хех. А вместо этого изнасиловал, использовал и оставил в качестве вечного напоминания ребенка.

Брошенные с пренебрежением слова ударили девушку в самое сердце, вызвав не столько желание забиться в угол, сколько сломать что-то. Стиснув челюсти и сжав кулаки, она пыталась унять гнев, но он жег ее, как и правда.

– Да… злись, и не пытайся заглушить это чувство. Злость поможет тебе выжить.

– Что вы от меня хотите? – дрожащим голосом спросила Алена.

– Хороший вопрос. Чем же мне может помочь подавленная униженная женщина с колоссальным запасом силы? – Выдержав интригующую, но для Алены, скорее, издевательскую, паузу, Палпатин сказал: – Я мог бы отправить тебя на передовую, но кто знает, вдруг ты решишь сбежать? Умелые бойцы действительно ценятся в Империи, однако я замечаю тенденцию, что мои ищейки становятся с каждым годом все менее дисциплинированными и стабильными. Инквизиторы стали помешаны на Темной стороне и бросаются в нее с головой, сходя с ума… в лучшем случае. Им необходимо научиться контролю. Или, как ты любишь повторять, убивать свои эмоции.

– Вы хотите, чтобы я обучала ваших людей? – Даже опешила Алена. – Но я не…

– Мне не нужны твои оправдания. Мне не нужно, чтобы ты навязывала им свою философию, мне нужен результат. В твоей голове действительно много любопытных вещей, ненужных и опасных. Пусть это будет наш эксперимент. Мне не важно как, но я хочу, чтобы ты подготовила для меня трех послушных воинов-инквизиторов, которые смогут без колебаний убить хоть ребенка, хоть своего товарища.

– Я не думаю…

– Мне плевать, что ты думаешь, – зарычал Император, схватив Алену Силой за горло. – Я могу убить тебя прямо здесь и сейчас, решив все твои проблемы разом. Или… – он надавил сильнее, а затем отпустил хватку и приторно улыбнулся, – ты сможешь заняться, чем так давно хотела – обучать людей, но для моих нужд и под знаменем Империи. Если тебе удастся представить мне достойных верных бойцов, я награжу тебя. Ты получишь мою благосклонность, тебя будут уважать и бояться. И кто знает, возможно, нам удастся отыскать твоего сына. Если, конечно, он все еще жив. Воссоединение семьи – разве это не чудесно?