сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 28 страниц)
Я не знаю, если кто-то еще в моей семье заметил, что Карлос смотрел на нас, как будто мы группа пришельцев, посланных на землю, чтобы уничтожить его. Он совсем не рад тому, что будет жить с нами.
Интересно, что он скажет, когда его уведомят в том, что либо его исключат, либо ему придется ходить на дополнительные занятия после школы. Эта программа рассчитана на тинэйджеров с неприятностями. Они имеют право посещать школу, но с испытательным сроком. Мой отец сказал мне, что Карлос еще не знает, что эти дополнительные занятия его единственный шанс. Я не хочу находиться в доме, когда Алекс и мой папа скажут ему эту новость.
Алекс разглядывает зеркало заднего вида, которое я только что установила в свою машину. Не устояв, он поднимает капот и изучает двигатель.
— Это стандартный В8, — говорю я Бриттани, которая стоит рядом с ним.
Алекс смеется.
— Это ни о чем не скажет моей девушке. Бриттани не нравится даже заправлять машину.
Бриттани слегка шлепает его по руке.
— Ты шутить? Каждый раз, когда я пытаюсь что-то исправить в моей машине, Алекс просто мне не дает. Признайся, Алекс.
— Mamacita,[39] без обид, но ты бы не отличила прокладку от генератора.
— А ты не отличил бы акрил от геля, — говорит самодовольно Бриттани, кладя руки на бедра.
— Мы все еще о машинах говорим? — спрашивает он.
Бриттани качает головой.
— Я говорила о ногтях.
— Я так и думал. Вот и фокусируйся на ногтях, а я сфокусируюсь на машинах.
Уголок рта Алекса искривляется, когда он притягивает свою девушку ближе.
— Я думаю, что мы готовы обедать, — кричит отец с входной двери.
Мама машет моему брату.
— Брендон, солнышко, покажи Бриттани и Алексу где находится внутренний дворик.
Пока Брендон несется на задний двор, я помогаю маме на кухне.
— У тебя грязь на подбородке, — говорит мама. Я тру свой подбородок, понимая, что это не грязь, а эпоксидная смола.
— А теперь ты ее размазала, вот… — она кидает мне кухонное полотенце.
— Спасибо. — Вытирая подбородок, я мою руки и сооружаю свой фирменный салат с грецкими орехами.
Во дворе мама раскладывает подставки для столовых приборов в цветочек и ее любимые керамические тарелки с рисунками цветных бабочек, которые сочетаются с чашками для чая. Несколько лет назад она открыла магазинчик органического чая, который называется ХоспиталиТи. Если вы живете в Боулдере, поспорю, что вам нравится активный отдых на природе. И вы пьете чай, вместо кофе.
Мамин магазин очень популярен среди местных. Я работаю там по выходным, рассыпаю в мешочки чай на развес, принимаю новый товар, и клею этикетки на чайные чайнички. Я даже помогаю с ее бухгалтерией, особенно когда ее расчеты не сходятся и ей нужно, чтобы я нашла ее ошибку. Я находчик ошибок в семье, особенно, что касается книг.
Я помогаю вынести во двор салат. На самом деле я придумала рецепт и держу заправку к нему в секрете, даже мои родители не знают, как его повторить. Салат содержит листья шпината, грецкие орехи, голубой сыр, и сухую клюкву… и «Специальный, секретный соус Киары», как зовет его моя мама. Выйдя наружу, я протягиваю салат Карлосу.
Он заглядывает в миску.
— Что это?
— Салат.
Он снова смотрит в миску.
— Это не летук.
— Это шшпинат. — Я прекращаю говорить, когда чувствую, как мой язык становиться больше.
— Просто попробуй, — говорит ему Алекс.
— Мне не нужно, чтобы мне говорили, что делать, — огрызается на него Карлос.
— Карлос, в холодильнике есть салат летук, — встревает мама. — Я могу быстренько соорудить для тебя салат, если хочешь.
— Нет, спасибо, — бормочет Карлос.
— Я бы не отказалась от салата, — говорит Бриттани, указывая на миску, ожидая, что я передам ее ей. Я не уверена, на самом ли деле она хочет салат из шпината, но точно старается отвести внимание от Алекса и Карлоса.
Я смотрю на папу. Его глаза на Карлосе. Скорее всего, он думает о том, сколько понадобится времени перед тем, как Карлос расслабится и начнет нам доверять. Проблема в том, я не уверена в том, что Карлос теперь когда-либо расслабится, особенно после того, как он был арестован.
— Я знаю, что ты попал к нам, по причине непредсказуемых обстоятельств, — говорит моя мама Карлосу, передавая вокруг тарелку с котлетами для бургеров из лосося. — Но мы рады предложить тебе наш дом и нашу дружбу.
Мой отец подцепляет котлету вилкой.
— На этих выходных Киара может показать тебе вокруг Боулдера. И познакомить тебя со своими друзьями. Так, родная?
— Конечно, — отвечаю я, хотя «мои друзья» состоят из Тука. Я не любитель тусоваться в компании. Тук парень, но он мой лучший друг и был с восьмого класса, когда Хеатер Харте и Медисон Стоун смеялись надо мной в классе по английскому, когда учитель заставил меня вслух у доски читать Историю Двух Городов. Я не только опозорила себя своим заиканием, но думаю, сам Дикенс перевернулся в гробу от того, как ужасно я коверкала его слова. Как только они начали смеяться, я остановилась, убежала домой и не выходила из своей комнаты, пока Тук не пришел и не заставил меня снова показаться миру. В Пятницу, на занятии мистера Фури, я вспомнила тот день.
— Я думаю, что моя котлета недожарена. Он какая-то слишком уж розовая, — говорит Карлос, разглядывая творение моей мамы.
— Это рыба, — отвечаю я. — Лосось.
— В ней есть кости?
Я мотаю головой.
Из корзинки с хлебом он берет булочку, разглядывает ее, затем пожимает плечами. Я думаю, что он не привык к злакам, торчащим из его булочек для бургеров.
— Завтра я работаю, но Киара может отвезти тебя в магазин за продуктами, если хочешь, Карлос, — предлагает мама. — Таким образом, ты сможешь выбрать то, что тебе нравится.
— Тебе нравится спорт, Карлос? — спрашивает его Брендон.
— Это зависит.
— От чего?
— Кто играет. Я не смотрю теннис или гольф, если ты об этом.
— Я не говорю о том, чтобы смотреть, глупый, — говорит Брендон, смеясь над ним. — Я говорю о том, чтобы играть. Мой лучший друг, Макс, играет в Американский футбол, а он моего возраста.
— Рад за него, — говорит Карлос, кусая свой бургер с лососем.
— А ты играешь в Американский футбол?
— Нет.
— Бейсбол?
— Неа.
Брендон разошелся и не остановится до того, пока не получит тот ответ, который ищет.
— Теннис?
— Точно нет.
— Тогда в какую спортивную игру тебе нравится играть?
Карлос откладывает свою еду. О, нет. В его глазах горит мятежный огонек, и он говорит:
— В горизонтальное танго.
Моя мама и Бриттани давятся своей едой. Мой отец говорит:
— Карлос… — тем тоном, который он сохраняет для экстремальных ситуаций.
— Танцы не считаются спортом, — говорит Брендон, не замечая шока за столом.
— Считается, когда это делаю я, — отвечает Карлос.
Алекс встает и говорит сквозь зубы: — Карлос, пошли поговорим. Наедине. Ahora. [40]
Алекс заходит в дом. Я не уверена, что Карлос последует за ним. Он размышляет несколько секунд, затем его стул царапает плитку дворика и он направляется внутрь. Ох, это точно не будет красиво.
Бриттани закрывает руками голову.
— Пожалуйста, скажите мне когда они закончат ссориться.
Брендон поворачивается к моему отцу с большими, невинными глазами.
— Папа, а ты знаешь, как танцевать горизонтальное танго?
Глава 15
Карлос
— Ты кайфуешь от того, что ведешь себя как pendejo[41] ? Спрашивает меня брат, когда мы на кухне, подальше от слышимости gringos.[42]
— Эм… да. У меня был лучший учитель. Не так ли, Алекс?
С тех пор, как застрелили моего отца, когда мне было четыре, Алекс стал старшим в семье, хоть и самому тогда было всего шесть. Может он и старше меня, но у меня больше не было никого, с кого я мог бы брать пример.
Мой брат облокачивается на кухонную стойку и складывает руки на груди.
— Значит так, тебя поймали с наркотой. Мне пофиг твои они были или нет, с ними поймали тебя. Так что проглатывай это и живи здесь, не создавая проблем, или они отправят тебя в колонию для несовершеннолетних, где охрана будет наблюдать за каждым твоим шагом. Так что это будет?
— Почему я не могу уехать в Чикаго? У нас там есть семья. Все мои старые друзья там.
— Не вариант. — Перед тем, как я успеваю ответить, Алекс продолжает: — Я не хочу, чтобы ты повяз там с Кровавыми Латино. Кроме того, Дестини тебя не ждет, если ты надеешься на это.
Дестини и я расстались в тот день, когда моя семья собрала вещи и переехала в Мексику. Она сказала, то нет смысла в том, чтобы продолжать отношения на расстоянии, мы возможно никогда больше не увидим друг друга.
По правде говоря, если бы не Алекс, мы бы никогда и не уехали бы из Чикаго. И если бы мы не уехали, Дестини и я остались бы вместе, и я не застрял бы здесь в комнате с чертовыми шторами в горошек.
Я жду, что в какой-то момент моей жизни все меня бросят. Со времен Дестини я не позволял себе быть от кого-то эмоционально зависимым. Если я позволю себе любить кого-то, они меня бросят, оттолкнут или умрут. Так было и будет всегда.
— Пока я останусь здесь, но в скором времени вернусь в Чикаго, с твоей помощью или без нее. Просто возвращайся в свою квартиру и держись подальше от моей жизни. — Я прохожу мимо моего брата и направляюсь в свою комнату, захлопывая за собой дверь. Но желтое покрывало на кровати напоминает мне о том, что это не моя комната. Mierda![43]
Я рад, что Алекс не последовал за мной. Мне нужно побыть одному и подумать о том, что произошло в Пятницу.
Кто подсунул наркотики мне в шкафчик? Ник? Медисон, которая опоздала на био? Или может это был знак от Геррерос, о том, что неважно где я, они недалеко?
Кинув взгляд на свою сумку, я открываю ее и вешаю одежду. Ну, я просто засовываю ее в ящики, не парясь по поводу вешалок. Да у меня и нет такой одежды, которую необходимо было вешать. Я достаю свою зубную щетку и бритву и направляюсь в ванную напротив. Подразумевая, что раковина со стульчиком принадлежит Брендону, я решаю делить ее с ним. Последнее, что мне нужно, так это, открыв шкафчик, обнаружить тампоны, косметику или какую-нибудь другую женскую фигню.
Я засовываю свою щетку и бритву в свободный ящик, тот, на котором не наклеена мультяшка в мыльных пузырях. Между раковинами, к большому зеркалу приклеена небольшая бумажка.
РАСПИСАНИЕ УТРЕНЕГО ДУША ПО БУДНЯМ
Понедельник, Среда, Пятница: Киара 6:25-6:35
Понедельник, Среда, Пятница: Карлос 6:40-6:50
Вторник, Четверг: Киара 6:40-6:50
Вторник, Четверг: Карлос 6:25-6:35
Когда я должен уведомить Киару о том, что никто не говорит мне, сколько длится мое время в душе? Иногда мой душ может длиться час, особенно когда мне жарко, я весь потный и сильно чем-то раздражен. Вот как сейчас.
Как будто это не достаточно плохо, что мне припаяли то, чего я не делал, так я теперь еще должен жить с этими незнакомцами, которые едят салаты из шпината.
Я направляюсь к себе в комнату, но когда я вижу, что дверь в комнату Киары приоткрыта, мне становится интересно.
Зная, что она все еще обедает, я захожу внутрь. Ее стол завален книжками и бумагами. Над столом висит доска для заметок с различными высказываниями, которые должны быть в инструкции, типа помоги себе сам:
"Не бойся быть индивидуальным"; "Люби себя, прежде, чем любить другого"… Что за фигня. Она что, читает это для наслаждения?
К доске прикреплены несколько фотографий ее и того парня с которым я вижу ее в столовой каждый день. На одной они в походе по горам или что-то вроде, а на другой они на сноубордах. Киара смеется на фотографиях.
Я поднимаю одну из ее тетрадей на столе и пролистываю страницы. Я останавливаюсь, когда вижу ПРАВИЛА ПРИТЯЖЕНИЯ написано на верху листа. Мои глаза немедленно фокусируются на словах «дерзкий бюст», в списке достоинств Киары. Я смеюсь, когда сканирую колонку рядом… она ищет чувака, уверенного в себе, милого, умеющего чинить машины и которому нравится спорт.
Кто, черт подери, записывает эту фигню? Я удивлен, что она не написала: "Я ищу парня, который будет массировать мне ноги и целовать зад". На следующей странице карандашный рисунок ее машины. Я слышу, как скрипит дверь спальни. О, блин, я не один.
Киара стоит в шоке в дверном проеме. За ней тот парень с фотографий. Киара выглядит ошарашенной, обнаружив меня у себя в комнате, с лапами на ее тетради.
— Мне нужна была бумага, — говорю я, спокойным тоном и кидаю тетрадь ей на стол.
Парень шагает вперед.
— Эй, парнишка, как дела? — говорит он.
Интересно, что скажет профессор Дик, если я надеру задницу бойфренду Киары в мой первый тут день. Он ничего не сказал в своих правилах о драках.
Я сужаю глаза на парня и ступаю ближе.
Киара быстро роется на столе и достает другую тетрадь. Она всучивает ее мне в руки.
— Вот, — говорит она, с волнением в голосе.
Я смотрю на ненужную тетрадь, раздражаясь, что я чувствую себя, как jalapeño[44] в банке с орешками ассорти… где-то, где я не принадлежу и точно не являюсь подходящей добавкой.
Я бормочу:
— Увидимся позже... парнишка, — и направляюсь обратно в канареечно-желтую комнату и я окончательно в аду, черт.
Смотря в окно, я прикидываю, как высоко отсюда до земли, на случай, если я захочу сбежать отсюда за глотком свободы. Однажды я просто сбегу и никогда не оглянусь обратно.
— Карлос, можно войти? — я слышу голос Бриттани через дверь.
Когда я открываю дверь, я нахожу девушку моего брата там одну.
— Если ты собираешься читать мне лекцию, может поберечь дыхание, — говорю я ей.
— Я не за тем здесь, чтобы читать тебе лекцию, — отвечает она, ее ярко-голубые глаза сияют состраданием. Она протискивается мимо меня и заходит в комнату. — И я уверена, что может твои друзья, наслаждаются деталями твоих сексуальных похождений, хвастаться ими перед шестилетним ребенком и его родителями, скорее всего не самая лучшая идея.
Я поднимаю руку, останавливая ее.
— Прежде, чем ты продолжишь, мне следует быть честным с тобой, и сказать, что это звучит уж больно похоже на лекцию.
Она смеется.
— Ты прав. Прости. По правде говоря, я пришла, чтобы отдать тебе телефон. Я знаю, что вы с Алексом иногда как вода с маслом, так что если тебе когда-нибудь захочется поговорить с кем-то менее упертым, я буду рада. Я запрограммировала оба наших номера в контакты. — Она кладет телефон на стол.
О, нет. Я чувствую, что она пытается приблизиться ко мне, как сестра, которой у меня никогда не было, но этого не будет. Я не сближаюсь ни с кем, так что я решаю следовать дорожкой придурка. Это мне удается очень легко; я даже усилий больше не прилагаю. — Ты заигрываешь со мной? Я думал, что ты встречаешься с моим братом. Честно, Бриттани, я не встречаюсь с белыми чувихами. Особенно с блондинками с кожей, цвета супер клея. Ты когда-нибудь слышала о солярии?
Окей, комментарий про клей был перебором. Кожа Бриттани имеет легкий золотой оттенок, но нагрубив ей, поможет мне оттолкнуть ее. Я делал это с mi'amá. И Луисом. И Алексом. Никогда меня не подводило.
Я открываю шкафчик стола и засовываю телефон внутрь.
— Придет день, и он тебе понадобится, — говорит она. — Я не сомневаюсь, что ты мне позвонишь.
— Хочешь поспорим?
Я делаю шаг к ней, вступая в ее личное пространство, чтобы заставить ее попятиться и понять, что я говорю на полном серьезе.
— Не зли меня, сучка. В Мексике я тусовался с бандитами.
Она не отступает. Вместо этого, говорит:
— Мой парень состоял в банде, Карлос. И ни один из вас меня не пугает.
— Тебе никто не говорил, что ты была бы идеальной mamachita, чтобы доказать теорию о тупоголовых блондинках.
Вместо того чтобы съежиться от страха или разозлиться, она приближается и целует меня в щеку.
— Я прощаю тебя, — говорит она, затем выходит из комнаты, оставляя меня одного.
— Я не просил твоего прощения. Или не хочу его, — отвечаю я, но она уже ушла.
Глава 16
Киара
— Я не думаю, что он за бумагой приходил, — говорит Тук, садясь верхом на мой стул. — Он шпионил. Поверь мне, я знаю, как выглядит тот, кто шпионит.
Я вздыхаю и сажусь на кровати.
— И тебе обязательно было подкалывать его всем этим «как дела, парнишка?»
Иногда Тук разговаривает просто для своего развлечения. Я не думаю, что Карлос оценит юмор Тука.
— Извини, не смог сдержаться. Он думает, что он такой крутой, мне хотелось его немного подколоть.
Лицо Тука озаряется.
— У меня идея. Как насчет того, чтобы шпионить в ответ.
Я качаю головой.
— Ну, уж нет. Кроме того, он, скорее всего в своей спальне.
— Может он внизу с остальной твоей семьей. Мы не узнаем, пока не проверим.
— Это плохая идея.
— Ох, ну, давай же, — ноет он, как мой брат, когда ему что-то не позволяют. — Давай повеселимся. Мне скучно и скоро будет пора уходить.
Перед тем, как я успеваю опомниться, Тук исчезает в коридоре. Я слышу его шаги, приближающиеся к комнате Карлоса. О, нет. Это точно не хорошо.
Совсем не хорошо. Я хватаю Тука за руку и пытаюсь тащить его обратно, но он не поддается. Когда Тук вбил себе что-то в голову, его ничто не остановит. В этом он такой же, как и мой отец.
Дверь Карлоса слегка приоткрыта. Тук заглядывает внутрь.
— Я не вижу его, — говорит он.
— Это потому, что я ходил отлить, — говорит Карлос позади меня.
Ох. Нет. Нас. Застукали.
