Текст книги "Эпоха сияния (ЛП)"

Автор книги: Шари Тапскотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Я не желал тебе вреда! – в свою защиту воскликнул Кир. – Хотел, чтобы просто немного припугнули. Но это…

– Тебя не оправдывает, – припечатал я.

– Не оправдывает, – согласился Кир, ещё сильнее сгорбившись. – И я подлил отцу то зелье. Это я виноват, что он сейчас в таком состоянии.

Я изо всех сил зажмурился, пытаясь найти в глубине души силы на прощение. Возможно, мне понадобится больше времени.

– Простите, – произнёс Кир, его голос надломился, переходя в плач. – Мне очень, очень жаль!

Сделав ещё один глубокий вдох, я повторил:

– Вставай, Кир. Пойдём к нему.

Медленно кивнув, он поднялся.

Морально приготовившись к худшему, я открыл дверь. Матушка сидела рядом с отцом, сжимая его ладонь. Землистый цвет кожи, впалые глаза – он как будто постарел на двадцать лет.

– Отец, – выдохнул я, бросившись к его постели.

Его лицо преобразилось от радости. Он сжал мою ладонь.

– Так это правда.

– Да, я вернулся, – подтвердил я.

Слёзы полились из его глаз, намочив подушку.

– И привёз домой сестру.

Амалия вышла вперёд.

– Здравствуй, пап.

Мы с мамой и сестрой склонились над ним, крепко обнимаясь. Кир же остался стоять в дальней части комнаты. Выпустив нас из объятий, отец посмотрел на него. Долго смотрел. Я затаил дыхание в ожидании его реакции.

– Иди сюда, Кирент, – после долгой паузы произнёс отец.

Мы с Амалией отошли в сторону, пропуская брата.

– Прости, – выдохнул Кир, едва подойдя к кровати. Он был похож на провинившегося ребёнка. – Прости меня, пожалуйста.

– Так это ты сделал? – спросил отец.

– Я не знал… – Но затем Кир набрался смелости и признал: – Это я виноват.

Отец жестом подозвал его к себе и, когда Кир наклонился, опустил ладонь на его плечо. Я отвёл взгляд.

– Я верю, что ты сожалеешь, – после бесконечно долгих секунд молчания сказал отец. – И прощаю тебя.

– Нет. – Кир отпрянул. – Ты не можешь… не можешь меня простить. Я не заслуживаю твоего прощения.

– Я люблю тебя, сын. Всегда любил, даже если ты сомневался в этом.

Амалия в слезах развернулась ко мне. Я погладил сестру по спине, сам стараясь держаться изо всех сил.

– Не позволяй зависти запятнать твою душу, Кир, – продолжал отец. – Пообещай мне, что отныне ты выберешь другой путь.

Слёзы бежали по щекам Кира.

– Обещаю.

Они обнялись, и отец снова подманил всех нас. Мы собрались всей семьёй – прямо как раньше, до того, как расцвели огненные лилии и начался весь этот кошмар, – только теперь уже в последний раз.

У нас было несколько бесценных минут, перед тем как отец закрыл глаза и испустил свой последний вздох.

***

В коридоре на выходе из родительских покоев я встретил Аэрона. Он молча прислонился к стене рядом. Если я правильно понял, он пришёл меня поддержать.

Но его молчание слишком быстро стало невыносимым.

– Я король без советника, – первым заговорил я. – Единственный, кому я мог искренне доверять, отошёл на тот свет.

– Соболезную твоей утрате. – После нескольких секунд молчания он спросил: – Что будешь делать с Киром?

Я покачал головой, всё ещё не решив. Каждый раз, когда я думаю о том, что натворил мой брат, во мне поднимается волна гнева.

– Позволишь кое-что предложить? – добавил Аэрон, видимо, уловив мои душевные метания. – Его лучше не оставлять здесь – слишком много стражников по-прежнему верны ему. Отправь его в Дрейган вместе с Ризом и Амалией. Она будет рада, что кто-то из родни останется рядом, а сам он сможет начать новую жизнь.

– Мне будет легче, если он уедет. Это плохо так говорить?

– Едва ли. Кир должен быть счастлив, что ты не казнил его за совершённые преступления.

– Отец простил его. И я вроде бы тоже должен… Но ты прав. Он не может оставаться здесь, как ни в чём не бывало.

Аэрон кивнул, очевидно довольный, что я прислушался к его совету.

– Когда вы планируете вернуться в Дрейган?

– Риз рассчитывает отправиться как можно скорее. Он хочет своими глазами увидеть, что Разлом закрылся. Да и чувствует себя обязанным вернуться к своим подданным. – Аэрон сделал паузу, поглядывая на меня краем глаза. – Но вот я мог бы задержаться.

– Правда? – резко выпрямился я. Голова едва не закружилась от внезапного облегчения.

Он прочистил горло.

– Ради Кассии.

Но мы оба знаем, что он готов остаться ради меня.

– Не подумай, что мы теперь друзья, – я постарался произнести это весело и беззаботно, – но я рад, что ты здесь.

– Твои стражники ошибались, – абсолютно серьёзно сказал он. – Ты хороший человек и будешь отличным правителем. Ренове очень повезло с тобой.

Не могу выразить, как много его слова значат для меня. Не найдясь с ответом, я просто кивнул. Он напряжённо улыбнулся и ушёл.

Мне потребовалось ещё несколько минут, чтобы взять себя в руки. Как бы ни было тяжело на сердце, сейчас время праздновать победу.

47

КАССИЯ

Я смотрела на закат с городской стены с некоторой опаской, хоть и понимала, что проклятья больше нет. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь спокойно встретить очередную ночь.

Бритон присоединился ко мне, прислонившись к каменной ограде.

Я улыбнулась ему. Мы теперь женаты, хотя первый день брачной жизни оказался сопряжён со значительными переменами и семейной трагедией.

Но мы ещё успеем отпраздновать наш союз. Бритон только что потерял отца, его королевство серьёзно пострадало из-за проклятья. И хотя ситуация в Ренове не сравнится с тем, что пережили в Дрейгане, людям всё равно нужно время, чтобы оправиться.

– Я хочу показать тебе кое-что, – внезапно произнёс Бритон.

– И что же? – заинтригованно спросила я.

– Это сюрприз.

Мы спустились к конюшням. Моё любопытство возросло до небес. Смеясь, я спросила:

– Куда мы идём?

– Недалеко, обещаю, – заверил Бритон.

Две лошади были готовы к выезду. Видимо, Бритон заранее отдал конюхам распоряжение, перед тем как найти меня.

Мы выехали из города, когда солнце уже скрылось за горизонтом.

Краем глаза я заметила мерцание между деревьями… огонёчки, которые появлялись и исчезали.

Я резко остановила лошадь и крикнула:

– Бритон!

Он развернул свою кобылу. Его губы растянулись в разочарованной улыбке.

– А, ты нашла их раньше.

– Это светлячки, – прошептала я, не сводя глаз с мерцающих огонёчков в сгущающейся ночи.

– Впереди их ещё больше, – пообещал Бритон. – Давай поторопимся, и ты сможешь разглядеть их поближе.

Я потрясённо развернулась к нему.

– Ты хотел показать мне светлячков?

Он опустил взгляд на гриву своей лошади, едва успев спрятать маленькую улыбку. В этот момент он напомнил мне того парня, каким он был в день нашего знакомства. Моё сердце наполнилось любовью, я даже испугалась, что оно может взорваться.

– Возможно, это не самый романтичный свадебный подарок… – протянул он.

Я прижала руку к груди, где быстро-быстро билось сердце.

– Самый лучший!

Бритон улыбнулся.

– Поехали дальше, там отличное место.

Мы свернули с дороги в лес. За деревьями оказалось небольшое тихое озеро. Множество светлячков притаилось в траве, мерцая, как звёздочки.

– Они просто волшебные! – прошептала я. – Даже лучше, чем я себе представляла.

– У меня есть ещё кое-что. – Бритон спешился с лошади и жестом позвал меня к себе. Из седельной сумки он достал зелёный фрукт. – Протяни ладонь.

Он запомнил.

Бритон мягко вложил грушу в мою ладонь.

– Слегка сладкая, слегка травянистая. Потом скажешь, понравилось тебе или нет.

Я развернула фрукт в руках, заворожённо разглядывая. Я впервые в своей жизни увидела настоящую грушу.

– Ну же, – мягко подтолкнул муж. – Попробуй.

Я осторожно надкусила. Кожица была жестковатой, а вот мякоть – нежной и сладкой. Со слегка зернистой структурой, жёстче, чем у яблока.

– Ну как? – спросил он.

– Наверно, мне надо больше времени, чтобы распробовать, – со смехом ответила я, прижимая надкушенный фрукт к груди. К глазам подступили слёзы. – Поверить не могу, что ты запомнил.

Он взял меня за свободную руку.

– С момента нашей встречи я хотел узнать о тебе всё. А влюбляться, думаю, начал, когда очнулся после болезни и увидел тебя, спящую у моего окна.

Я обхватила рукой его шею и потянулась к губам. Под сияющим небом и посреди мерцающих светлячков Бритон поцеловал меня.

Он приподнял меня над землёй и закружил.

– Мы спасли мир, Кассия.

Я весело смеялась, не боясь привлечь внимание громкими звуками. В этом лесу обитают только олени, мыши и сонные белки.

Груша упала на землю, губы Бритона были намного слаще. Этот вечер я запомню навсегда.

48

СЕРАФИНА

– Я только что был у Моргана, – сказал Аэрон, выйдя на балкон нашей спальни. – Кент говорит, он быстро идёт на поправку. Хорошо, что ты успела залечить его раны до того, как Бритон и Кассия выполнили свою часть заклинания.

Я всматривалась в ночное небо, любуясь разноцветным свечением, танцующим со звёздами.

– Кто бы мог подумать, что в момент снятия проклятья магия покинет нас?

Он пихнул меня плечом.

– Возможно, земля решила, что мы больше не лучшие кандидаты на роль носителей дара.

Я засмеялась и развернулась к нему.

– Я чувствую себя человеком, Аэрон. И совершенно не понимаю, как с этим жить.

– Ну не настолько уж это сложно.

– Ты обязан меня научить.

– Говорил же, – он ухмыльнулся, наклоняясь ближе, – я многому могу тебя научить.

Я засмеялась, разворачиваясь обратно к виду на город. Такой тихий, такой мирный…

– Что думаешь о том, чтобы задержаться здесь на некоторое время? – поинтересовался Аэрон. Но пусть я больше не могла считывать его эмоции, я прекрасно различала оттенки в его интонации. Вопрос был задан нерешительно, как будто Аэрон не хотел признаваться в том, что у него есть свои причины быть здесь.

– Хочешь остаться и помочь Бритону, не так ли? – с ухмылкой спросила я.

Он ответил насмешливым взглядом, как будто я высказала полную глупость.

Засмеявшись, я притянула его к себе, чтобы поцеловать.

– Ладно, ладно. Можешь не признаваться.

Когда мы прервали поцелуй, он посмотрел вниз и провёл подушечкой большого пальца по серебряному колечку на моей левой руке.

– Не жалеешь? – тихо спросил он.

– Никогда, – заверила его. – Я буду рада остаться здесь и разделить с тобой последние годы своей жизни. Ради того, чтобы быть вместе, я готова отказаться от магии и больше не оглядываться назад.

– Я люблю тебя, – сказал он, глядя в глаза. – Очень, очень сильно.

– А я тебя.

Довольная, я вернулась вместе с ним в нашу спальню. Но перед тем как закрыть дверь, я бросила последний взгляд на магию, сияющую в ночном небе.

Впервые за сто с лишним лет всё именно так, как и должно быть.

ЭПИЛОГ

Два года спустя

РИЗ

– Тебе необязательно уезжать, – сказал я Эдвину, желая, чтобы он остался.

Всего через несколько минут он отправится в Порт-Чиастру, где сядет на корабль и покинет Дрейган.

– Не только у тебя в жизни должны быть приключения, – сказал брат. – Теперь моя очередь.

Мама, стоявшая без чьей-либо поддержки, сжала его плечо.

– Только пообещай когда-нибудь вернуться.

Он развернулся к ней с уверенной улыбкой.

– Обещаю.

Эдвин ещё не решил, куда он отправится. Просто куда глаза глядят. Мы снова появились на картах мира, больше не изолированные от всех остальных материков. Я мог бы даже позавидовать новообретённой свободе брата, но затем вспоминаю Амалию и всё, через что мы прошли, и выбор для меня однозначен. Каким бы утомительным ни казалось управление королевством, ни в каком другом месте я быть не хочу.

Калверт, стоявший рядом со мной, дулся, что его не пустили вместе с Эдвином в плавание. Нашему младшему брату всего четырнадцать, но он уже ростом почти как Триндон.

– В другой раз, – со смешком пообещал Эдвин в ответ на угрюмый вид Кэла.

И вот настал момент прощания.

– Береги себя, Эдвин, – сказал я, обнимая его.

– Ты тоже.

Он немного задержался на выходе из тронного зала и поднял кулак в воздух. Так странно осознавать, что он уезжает…

Эдвин всегда был здесь.

Теперь он ушёл, и Триндон взял маму за руку.

– Не грусти, твой любимый сын всё ещё здесь. Прогуляемся?

Она улыбнулась, смахивая слёзы. Они вместе медленным шагом направились к выходу из зала. Лечение Кента невероятно помогло маме. Теперь ей намного легче ходить и говорить, и она снова может сама делать себе причёски. Иногда она неважно себя чувствует, но хорошие дни перевешивают плохие.

– Почему бы нам тоже не прогуляться? – предложил я Амалии.

Она улыбнулась.

– Эмбер будет рада размять лапы.

Мы покинули замок, волкодав семенила рядом с нами. Мы оделись так, чтобы слиться с толпой, и нас почти никто не узнал. Мы шли по улицам, осматривая знакомые места. Впервые за всю мою жизнь цветы начали расти перед дрейганскими домами. Даже предприятия украшали свои фасады горшками с растениями.

В фруктах и овощах больше нет недостатка, поля за городскими стенами приносят богатый урожай. Крестьяне вернулись к земледелию. С каждым годом Дрейган всё больше оживает. Пшеница растёт на месте выжженной пустыни. Новые виноградники граничат с цветочными полями, а зелёные пастбища дают достаточно пищи для коров и овец. Больше никаких противоестественных болезней и загадочных гибелей урожая.

Торговля между Дрейганом и Реновой вновь процветает. Руда и нефть, добываемые в наших горах, обмениваются на семена и продукты питания. Приятно осознавать, что после всех этих тёмных времён у нас всё ещё есть что-то ценное.

Мы с Амалией вышли за пределы города и гуляли по мягкой лесной траве. Большинство деревьев в наших лесах всё ещё мёртвые, обугленные, но уже появился подлесок, да и молодые деревца тянутся вверх. Животные тоже возвращаются. Надеюсь, в будущем у нас будет много дичи.

Амалия отпустила поводок Эмбер, давая собаке свободу передвижения.

– Далеко не убегай, – предупредила она. – Скоро стемнеет.

– Какие знакомые слова, – подразнил я, приобнимая Амалию за талию.

Амалия улыбнулась, наблюдая, как волкодав сломя голову носится между деревьев.

– Хочешь вернуться домой? – спросил я. Утром мы отправляемся в путь.

У Гейджа и Кесс скоро родится первенец, и они попросили нас приехать в Ренову, в которой мы не были с тех пор, как положили конец проклятью. Триндон присмотрит за королевством в моё отсутствие. Могу только надеяться, что Дрейган уцелеет до моего возвращения.

– Я уже дома, – сказала Амалия, прижимаясь ко мне. – Но да, я соскучилась по семье.

Уже скоро мы вновь перейдём Разлом, хотя сейчас это будет, конечно, намного безопаснее.

Гигантская трещина посреди материка не закрылась, как мы того ожидали, а заполнилась чёрным камнем, как будто пропасть залили расплавленным гранитом. Получилась зигзагообразная граница между королевствами.

Ходят слухи, что там остались монстры. Якобы они в заточении под каменной коркой и готовы вырваться наружу, если мы осмелимся копнуть слишком глубоко. Но Серафина уверяет, что это просто шрам на теле земли, напоминание о том, что было. Часть истории, которую мы никогда не сможем забыть.

– Кажется, Эмбер опять далеко убежала, – сказала Амалия, когда волкодава уже долго не было видно.

– Вряд ли эти деревья возьмут её в заложники, – с улыбкой ответил я. – Но пойдём поищем её, как в старые добрые времена?

– Даже не знаю… – Амалия подняла на меня сияющие глаза. – А в этот раз ты поцелуешь меня, когда попрошу?

– Обязательно, – сказал я ей, уже наклоняясь к её губам. – Одно твоё слово – и я весь твой.

***

КОНЕЦ