Текст книги "Эпоха сияния (ЛП)"

Автор книги: Шари Тапскотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Я облокотилась на стену, не дыша.

Громкий смех Риза раздался в ночи. Я закрыла глаза, наслаждаясь этим звуком.

Внезапно Риз развернулся и атаковал, ударив лезвием по плечу Кейба.

– Вот ты где!

Кейб выругался и с улыбкой сорвал повязку.

– Это был лучший из трёх, – лениво протянул Аэрон. – Риз победил.

– Хорош! – восхитился Брейт кузеном. – Но я бы пока не доверял тебе настоящий клинок.

Я резко втянула воздух, переживая, что его неосторожные слова вновь повергнут Риза в депрессию. Но мой муж улыбнулся в ответ. Давно я не видела его таким счастливым…

– Сколько времени? – внезапно спросил Риз.

– Уже почти стемнело. – Аэрон изящно оттолкнулся от стены. – Нам лучше вернуться в дом.

Бритон, проходя мимо, улыбнулся мне. Он ещё не знает последние новости. Хорошо, что Аэрон ему не сказал. Пусть Бритон поживёт в счастливом неведении ещё несколько часов.

Я поравнялась с Ризом и взяла его за руку.

– Амалия. – Он поморщился. – Только не говори мне, что ты всё видела.

– Я видела, как ты победил.

У меня перехватило дыхание при виде ухмылки, озарившей его лицо.

– Да, – довольно произнёс он. – Если всем моим врагам завязывать глаза перед боем, я буду непобедим.

Я ткнула его в руку.

– Это было ужасно.

– Ты пришла, потому что искала меня?

– Да, – ответила я, вспомнив обстоятельства, которые отнюдь не располагают к веселью.

– Хотела о чём-то поговорить?

Мы остановились перед входом в дом. Несколько секунд я собиралась с духом.

– Что случилось? – спросил Риз. Его настрой мгновенно изменился.

Не в силах больше оттягивать момент, я пересказала ему услышанное от Серафины.

– Амалия… мне очень жаль.

Он провёл ладонью по моей руке вверх до плеча и затем притянул к себе.

– Возвращение домой оказалось совсем не таким, как я представляла, – тихо призналась я. – С каждым днём наша миссия кажется всё более невозможной.

– Мы со всем справимся, – заверил Риз. – Так или иначе, я посажу твоего брата-близнеца на трон, обещаю.

Его голос звучал уверенно. Даже несмотря на травму, он настроен решительно. Одно это уже придаёт мне сил двигаться дальше.

– Я верю тебе, Риз. Ты никогда меня не подводил.

– И сейчас не подведу.

Мы стояли так до наступления темноты, обсуждая дальнейшие планы. Завтра мы отправимся в Бреклин по главной, часто используемой дороге вдоль берега Реновийского озера.

Я с детства мечтала объехать королевство, повидать самые красивые места. Но не при таких обстоятельствах.

– Сильно уже стемнело? – уточнил Риз. Мы уже слишком задержались снаружи.

– Достаточно. Нам уже лучше войти в поместье.

Пока мы поднимались по ступенькам крыльца, с ветки ближайшего дерева слетел филин. Я испугалась его, сердце застучало в груди. Я покачала головой из-за своей чрезмерной реакции.

– Что это было? – спросил он, когда птица практически бесшумно полетела прочь.

Мысленно посмеявшись над своей пугливостью, я развернулась обратно к двери.

– Ничего, просто филин.

30

КИР

– Случаи нападений участились, ваше величество, – сказал Винсент. – Надо что-то предпринять.

Я согласен, но что? Как нам бороться против монстров, которые на деле оказались непобедимы? Мейлор говорил, что я смогу предотвратить распространение проклятья Дрейгана, если сяду на трон вместо отца, но тьма продолжает наступать.

Стоя у окна отцовской – нет, моей личной библиотеки, – я ломал голову над поисками решения. И куда же запропастился Мейлор? Вечно когда он нужен, его нет.

– Что прикажете делать? – настаивал Винсент.

Я развернулся к нему.

– Искать Амалию и похитивших её дрейганцев! Сколько раз я должен повторять?

Мейлор сказал, что они уже должны были вернуться в Ренову.

При одном только упоминании имени моей сестры Винсент вздрогнул. Амалию все любят. Весть о её похищении многих разозлила.

– Клянусь, мы ищем, но никто не видел её вот уже несколько месяцев, ваше величество. С тех самых пор, как она тайно отправилась на Реквимар.

Мейлор ворвался в библиотеку. Дверь хлопнула о стену.

– Я нашёл принцессу! – И бросил Винсенту: – Выйди.

Лицо капитана побагровело, но я назначил Мейлора своим советником, и теперь его статус в королевстве выше всех, кроме меня. Вот только я осознаю, кто из нас на самом деле всем управляет.

Винсент поклонился и вышел, закрыв за собой дверь и оставив меня наедине с Мейлором.

– Где ты был все эти дни? – возмутился я. – И что значит «нашёл принцессу»? Где Амалия?

Он бросил на меня предостерегающий взгляд.

– Я проверял границы, искал признаки дрейганского вторжения. Всё оказалось хуже, чем я боялся. Твоя сестра путешествует с членами дрейганской королевской семьи, но я недооценил всё коварство их замысла.

– Они же не собираются заявить права на трон Реновы через Реквимар Амалии?

Фейри с мрачным видом покачал головой.

– Хотя я склоняюсь к тому, что это было их первоначальным планом, теперь, когда ты занял трон отца, они сменили тактику.

– Хватит ходить вокруг да около, просто скажи уже! – выпалил я.

Мейлор вскинул бровь.

– Как поживает твой отец, Кир? Хорошо, полагаю?

Я побледнел.

– Прошу прощения.

– Так лучше. – Мейлор пересёк комнату. – Теперь, когда королём стал ты, Амалия уже не вправе претендовать на корону Реновы. Поэтому они решили привести с собой единственного, кто может оспорить твоё право на трон.

– Никто не может, – фыркнул я. – Только у Бритона было такое право, но он…

Я запнулся. Сердце барабаном застучало в груди. Мейлор ждал, терпеливо позволяя мне осознать, к чему он клонит.

– Хочешь сказать, Бритон ещё жив? – шёпотом спросил я.

– Видимо, всё это время он был в Дрейгане. Его не убили, а взяли в плен.

Я покачнулся, нашёл взглядом стул и медленно опустился на него. Голова шла кругом. Мир как будто перевернулся.

Бритона не убили. Он жив, он где-то в Ренове.

– Он в порядке?

– Внешне он кажется целым и невредимым, но дрейганцы все эти месяцы долго и упорно промывали ему мозги. Они ослепили его своей ложью, Кир. Они внушили ему, что есть способ закрыть Разлом и снять проклятье. Якобы для этого нужно породниться семьями, чтобы троны обоих королевств заняли и реновийцы, и дрейганцы. Они уже обманом принудили Амалию к браку с королём Дрейгана, и теперь Бритон едет сюда – за твоей короной – вместе с этой дрейганской гадюкой.

– Что мне делать? – выдохнул я.

Мейлор развернулся к камину, провёл рукой по гладкой деревянной полке.

– Чтобы спасти Ренову от проклятья, ты должен изгнать дрейганских отродий из своего королевства. Покуда хоть один дрейганец остаётся здесь, тьма продолжит распространяться.

Я оцепенело сидел на месте.

– К сожалению, твои брат и сестра сейчас пособствуют злодеям, – продолжал он. – Какую бы ложь им ни скормили, дрейганцы пересекли границу с одной лишь целью – отнять у тебя королевство. Если им это удастся, Ренова будет разрушена. Ты должен защитить свой народ и свою власть, ты меня понимаешь?

– Но что я могу сделать? – сквозь зубы выдавил я. – Ты же мой советник, так посоветуй мне.

Мейлор обернулся.

– Мы на войне, Кир. Когда враг прорывается через твои ворота, ты должен принять бой… и победить.

– Ты хочешь, чтобы я воевал против собственного брата?

– Я хочу, чтобы ты защитил своё королевство, чего бы это ни стоило. Помни, что не ты начал эту войну. Как бы это решение ни причиняло тебе боль, ты совершаешь благое дело.

Я опустил голову на руки, тяжело дыша.

– У тебя нет опытных воинов, но в твоём распоряжении немало стражников, – продолжил Мейлор, удовлетворившись тем, что я осознал всю серьёзность ситуации. – Ты созовёшь их, и на рассвете мы отправимся на север. Если будем действовать быстро, то уже через неделю мы встретим их в Бреклине.

– Откуда ты знаешь, каким путём они пойдут? – спросил я, приподняв голову.

Лицо Мейлора посуровело. Он развернулся к двери.

– У меня свои способы добывать информацию.

31

АМАЛИЯ

Хоть вещей у нас с собой немного, на покупку лошадей и приготовления к отъезду ушла большая часть утра. Несколько местных стражников поедут с нами, чтобы выступить в роли свидетелей, готовых подтвердить рассказы о случившемся в Йу. Уорнер лично приставил к нам Карла и Юджина. Аэрон заверил, что ни один из них не участвовал в заговоре против Бритона во время его Реквимара.

– Даже выехав позже, чем собирались, мы вполне успеем добраться до Альдмера до заката, – сказал Гейдж Ризу. – До него всего четыре часа верхом.

Кесс подошла ко мне, расправляя платье для верховой езды. Её волосы были собраны в пучок, хотя несколько мягких завитков всё же выбились из причёски.

– Я так рада, что в этот раз еду с вами, – сказала она.

– Я тоже рада, что ты с нами. Но если ты и в прошлый раз хотела, почему не поехала?

– После вестей о том, что случилось с Бритоном, Гейдж запретил мне покидать Кенроу. Я решила, что догоню вас, как только получу первое письмо Гейджа с описанием проделанного вами маршрута. – Её лицо помрачнело. – Фантазировала, как ты обрадуешься неожиданной встрече в Солете. Уговорить родителей было несложно. Я сказала им, что поеду навестить Лестру.

– Представляю, как ты испугалась, когда вместо меня ты встретила полуживого Гейджа под присмотром Кента.

Она кивнула, но затем легко улыбнулась.

– Это уже в прошлом. Сейчас мы с Гейджем живы и здоровы.

На солнце хорошо видна её светлая кожа, покрытая маленькими веснушками, которые Кесс в детстве ненавидела.

– Не боишься сгореть? – спросила я, понимая, что она непривычная к долгим поездкам верхом.

– Я купила шляпку. – Она наклонилась, чтобы погладить Эмбер, жаждавшую внимания. – Хотя сама знаешь, как я терпеть не могу шляпки.

Ещё несколько минут мы так стояли, ждали, пока мужчины закончат нагружать лошадей, и вот пришло время выезжать.

Мы с Ризом снова ехали вместе. Мы продали коня, купленного в Хёнвейле, обменяв на крупного, сильного тяжеловоза, который спокойно выдержит двух всадников.

Риз сегодня в хорошем настроении, ему значительно лучше, чем в прошлые дни. Похоже, вчерашний вечер с друзьями-рыцарями помог поднять ему дух.

Вскоре мы выехали на дорогу, покидая Йу.

Уже через несколько недель я буду дома. Сопутствующие мысли легли на сердце тяжким грузом.

– Ты какая-то притихшая, – отметил Риз, сидя позади меня. – О чём думаешь?

Я тихо усмехнулась.

– Обо всём.

– Может, расскажешь мне о том, что видишь вокруг? Я ещё ни разу не был в этой части Реновы.

Я обвела взглядом природу вокруг.

– Здесь холмистая местность, много лугов. Подсолнухи цветут.

Я не рассказываю Ризу о периодически встречающихся мёртвых участках или полях, сожжённых крестьянами в надежде остановить распространение заразы.

– Что ты знаешь об этих местах? – спросил Риз, очевидно, стремясь затянуть меня в разговор.

– Деревня, в которой Гейдж предлагает нам остановиться на ночь, расположена на южном берегу Реновийского озера, но я сама ещё никогда тут не бывала. Говорят, озеро очень красиво. Семья Кесс раньше приезжала сюда каждое лето. Я умоляла родителей отпустить меня с ними, но отец никогда не соглашался.

Риз молчал. Я повернула голову к нему, но расстроилась, вспомнив при виде повязки, что глаз его я увидеть не смогу.

– Твоё детство, наверно, было совсем иным, – тихо добавила я. – Моей самой большой проблемой было, что папа не отпускает в поездку на лето, а ты тем временем сражался за свою жизнь.

– У нас тоже бывали счастливые моменты, – сказал Риз. – Но соглашусь, что не такие, как у вас.

Я уже не первый раз испытывала чувство вины за свою беззаботную жизнь и точно не последний. Меня нередко посещали мысли, что зрение должна была потерять я, а не Риз. У него и так была непростая судьба, он прошёл через многое. Я бы отдала ему своё зрение, если бы могла.

Солнце припекало всё сильнее по мере того, как поднималось высоко в небе. Рыцари Риза изнывали от жары: люди севера никогда не ещё не проводили лето в южном королевстве.

– А я думал, в Дрейгане жарко, – жаловался Морган. – Здесь ещё воздух такой влажный. У вас, реновийцев, жабры что ли? Вы этот воздух вдыхаете или пьёте?

Я засмеялась, хотя не могла с ним не согласиться: влажность сегодня просто невероятная. Даже я вся вспотела под одеждой.

– Остановимся на несколько минут! – объявил Триндон, когда дорога привела нас к широкому мелководному ручью. Солнце отражалось на поверхности воды, настолько чистой, что было видно все камешки на дне.

Принц спешился, стягивая с себя дублет и рубашку, и побежал к воде.

– Что такое? – спросил Риз.

– Твой брат решил покрасоваться, как павлин, – ответила я, смеясь вместе со всеми.

– Перед кем ты устроил это представление, Триндон? – крикнула Кассия. – Среди нас нет свободных девушек.

Принц развернулся и раскинул руки, широко улыбаясь.

– Ничего страшного. Любоваться же им можно?

– Тебе нельзя, – произнёс Риз мне на ушко. Его тихий горячий рык развеселил меня.

Не сдержавшись, я подразнила его в ответ:

– Тогда спускайся и покажи мне, как выглядит настоящий мужчина.

Не успел Риз ответить, как Триндон прыгнул в воду, образовав кучу брызг. Едва нырнув, он удивлённо вскрикнул. Морган и Льюис обнажили мечи, но быстро стало понятно, что никакой реальной угрозы нет.

– Что там? – спросил Риз.

– Холодно! – пожаловался Триндон, вновь развернувшись к нам.

– Попробуй на вкус, – крикнул ему Аэрон. Он не улыбался, но глаза его сияли. – Если помрёшь, будем знать, что эту воду лучше не пить.

Вскоре все спешились, желая отдохнуть. Мужчины плескались в воде как дети, крича и хохоча. Триндон притащил Кассию к воде, грозя бросить, но та ловко увернулась, и в итоге он полетел в воду животом вниз.

Я сидела на траве, наблюдая за ними и наслаждаясь этой передышкой. Риз лежал рядом, греясь на солнышке. Он снял дублет и рубашку. Я смахнула муравья с его живота.

– Если будешь долго так лежать – появится загар.

Он улыбнулся.

– Следы от повязки будут странно смотреться.

– Люди решат, что ты бандит в маске, который плохо скрывается.

Риз тихо усмехнулся и протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его, и он переплёл наши пальцы. Впервые за несколько недель я чувствовала полное умиротворение.

– Нам надо ехать дальше, – сказал Гейдж несколько минут спустя. – До деревни осталось немного, но лучше приехать туда пораньше. Не уверен, что местный постоялый двор сможет вместить всех нас. Надо будет поискать ещё какие-нибудь места для ночлега.

Мне совершенно не хотелось покидать это место, но всё же я забралась на нашего огромного коня с куда большей лёгкостью на сердце. Хотя бы на несколько счастливых минут я смогла позабыть про все тревоги и просто наслаждалась жизнью

Мы прибыли в Альдмер, как раз когда тени только начали расти. Мы ехали по улицам, собирая немало внимания, пока не заметили стражника.

Тот узнал Карла с Юджином и приветственно махнул им, с любопытством поглядывая на нас.

– Мы сопровождаем его королевское высочество принца Бритона, – неожиданно помпезно объявил Карл, явно наслаждаясь возложенной на него почётной задачей.

Развеселившись, я перевела взгляд на Бритона. Брат сидел с прямой спиной, выглядя как самый настоящий король.

– Ваше высочество? – произнёс стражник, уставившись на Бритона. – Но старший принц погиб.

– Не погиб, – спокойно возразил Бритон. – Последние несколько месяцев я провёл в Дрейгане и вернулся с важными сведениями о болезнях и тварях из Разлома. Я пришёл победить тьму и вернуть свой трон.

Стражник, похоже, счёл, что ему это всё мерещится.

– Это правда, Стюарт, – благоговейным тоном подтвердил Юджин. – Мы своими глазами видели, какие чудеса произошли в Йу. – Он указал на Триндона. – Этот человек победил монстра высотой с городскую стену.

Триндон расправил плечи, наслаждаясь всеобщим вниманием.

– Мы хотели бы остановиться здесь на ночь, – сказал Бритон, бросая на Триндона весёлый взгляд. – Взамен я и мои люди готовы рассказать вам, как можно справиться с ночными тварями.

– А что насчёт наших полей? – отчаянно воскликнул крестьянин, присоединяясь к разговору. – Мой урожай погибает!

Ещё несколько человек поддержали его.

– Моя дочь тяжело больна! – выкрикнула женщина, проталкиваясь через толпу. – Вы можете ей помочь?

– Как только мы разрушим проклятье, поля возродятся, – произнёс Риз. Люди настороженно посмотрели на моего супруга, глаза которого скрывала повязка. – Но это произойдёт только после того, как истинный король займёт трон.

Жители деревни вновь перевели взгляды на Бритона. Крупный мужчина выступил вперёд. Судя по копоти на его фартуке, это местный кузнец.

– Покажите нам, как защититься от монстров. Если ваши слова подтвердятся, мы вас поддержим.

Бритон принял его условия. Мужчина кивнул, на его лице отразилась надежда.

– Если вы отведёте меня к своей дочери, я помогу ей, – обратилась Серафина к матери больной девочки.

– Вы врач?

– Я врач, – сказал Кент, – но вам сейчас нужна она.

Женщина растерянно переводила взгляд с Кента на Серафину и обратно.

Бритон посмотрел на Серафину, беззвучно спрашивая разрешения раскрыть её личность, та кивнула. Мой брат развернулся к людям:

– Она фея.

Эти слова, как всегда, вызвали бурную реакцию.

– Если у тебя правда есть магия, – скептически произнёс парень, самодовольно переглядываясь с дружками, – покажи нам её.

Серафина улыбнулась, подняла ладонь и создала огненный шар.

– С удовольствием. Что предпочитаешь: превратиться в свинью или лягушку?

Парень резко побледнел. Люди ахнули при виде настоящей магии.

Кузнец громко расхохотался и хлопнул парня по спине.

– Думаю, из Деннисона вышел бы отличный поросёнок.

Серафина засмеялась вместе с ним и погасила пламя.

– Я Кольтер. – Глаза кузнеца лучились весельем. Он протянул руку Бритону. – Добро пожаловать в нашу деревню. Давайте провожу вас в таверну.

32

РИЗ

– Сейчас посмотрим, как идёт процесс заживления, – произнёс Кент, разматывая повязку на моих глазах.

Я сидел на краю кровати в комнате, где мы с Амалией будем ночевать сегодня. Она, мой отряд рыцарей и Бритон с Кассией каким-то образом умудрились втиснуться в одну комнату. Понятия не имею, сколько здесь места, но, полагаю, не сильно много, судя по тому, как они медленно расступались и всё равно задевали друг друга, пытаясь разместиться.

Я уже и не помню, когда последний раз чувствовал себя таким беспомощным. Кровь стыла в венах от страха. За последние дни я несколько раз снимал повязку, но ни разу не решился проверить зрение.

А теперь у меня нет выбора, иначе все в этой комнате поймут, какой я трус.

Собравшись с духом, я открыл глаза… и оказалось, что мой мир всё ещё погружён во тьму. Тревога дубинкой ударила по голове. Я моргнул несколько раз, но тени не рассеивались.

– Глаза действительно уже зажили, – подтвердил Кент. – Есть какие-нибудь болезненные ощущения?

– Нет, – безжизненным тоном ответил я.

– А как твоё зрение? – спросил Кент, хотя наверняка уже знал ответ.

Ком образовался в горле. Я замотал головой, сомневаясь, что смогу произнести это вслух.

Амалия тихо втянула воздух. В одном вздохе были слышны и горе, и сочувствие.

Остальные стояли вокруг пугающе тихо.

– Что ж, хорошая новость – тебе больше не нужно носить повязку, – сказал Кент, хотя в его голосе отчётливо было слышно разочарование. – Да и времени прошло совсем мало. Давайте подождём ещё несколько дней, прежде чем делать выводы.

У нас нет нескольких дней. Я не могу явиться в Кенроу в таком состоянии. Я же просто бесполезен. Даже если мы снимем проклятье, как я буду править своим народом? Какой вообще толк от слепого короля?

Я изо всех сил держался, чтобы сохранить лицо. Но внутри эмоции бушевали, бунтовали против развиваемого годами самоконтроля. Мне хотелось швырнуть что-то или заорать. Я чувствовал себя совершенно жалким и бесполезным против нового врага.

Однако помня о том, что я в комнате не один, я просто прочистил горло.

– Кто-нибудь, скажите мне… У меня реально загорело лицо вокруг повязки, как предупреждала Амалия? Я похож на того, кто в свободное время помышляет разбоем в маске?

Мои ребята напряжённо хохотнули. Не я один пытаюсь побороть невыносимое разочарование.

– Рано пока терять надежду, – вновь заговорил Кент. В этот момент открылась дверь. – Мы ещё раз осмотрим тебя через несколько дней.

Мужчины зашаркали, выходя из комнаты вслед за доктором. Я остался сидеть на кровати, глядя в бесконечную черноту. Я могу различить разве что некие тени, может, даже силуэты мебели. Но ни цвета, ни формы.

– Все вышли? – тихо спросил я после того, как дверь закрылась.

– Здесь только мы, – подтвердила Амалия.

Кровать немного прогнулась, когда Амалия села рядом со мной.

Тихим голосом я отметил:

– Столько дней я жил одной лишь надеждой. Но теперь… я не знаю, как жить дальше.

– Ты же слышал Кента, – мягко произнесла она. – Не сдавайся раньше времени. Ещё есть шанс, что зрение вернётся.

– А если нет?

Её ладонь скользнула по моей руке.

– Тогда ты будешь самым красивым слепцом, которого я когда-либо встречала.

Как самый настоящий трус, я закрыл глаза, пытаясь представить, что всё это неправда. Пальцы Амалии пробежались по моей груди, я застонал.

Кровать снова выгнулась, подсказывая, что Амалия встала. Мне стало холодно без её прикосновений. Я хотел попросить её сесть обратно, но почувствовал, что она встала передо мной. Я протянул руку, желая коснуться жены. Мои пальцы задели мягкую ткань её платья.

– Что ты делаешь? – тихо спросил я, заинтригованный, несмотря на удручающие обстоятельства.

Её пальцы подобрались к завязкам моего дублета.

– А ты как думаешь?

Я промолчал, и она застыла.

– Риз, – мягко позвала Амалия, – ты же не против?

33

АМАЛИЯ

Я хочу Риза так сильно, что могу расплакаться. И не только потому что он не целовал меня с тех пор, как мы пересекли Разлом. Мне нужно подтверждение, что между нами ничего не изменилось. Что мы как-нибудь справимся, независимо от того, вернётся зрение или нет.

Я почувствовала его сопротивление и едва не психанула. Нет, я не позволю ему решать.

После целой минуты колебаний Риз всё же положил ладонь на мою спину и притянул меня к себе. Почти сразу мой страх сменился невероятным облегчением. Не поднимая век (возможно, чтобы не вспоминать про слепоту), Риз ответил на мой поцелуй, когда я прижалась губами к его губам. Я обхватила руками его шею, придвигаясь ближе.

Поцелуи становились всё жарче, подогреваемые множеством эмоций. Разочарование, страх, бессилие и желание создали вместе взрывоопасную смесь. Риз поднял меня, затаскивая на кровать. Несколько секунд у него ушло на то, чтобы сориентироваться в пространстве. Затем он наклонился надо мной, опираясь на руку, и запустил пальцы в мои волосы. Я сама потянулась к нему губами, чтобы ему не пришлось рыскать во тьме.

Моё сердце забилось быстрее от того, с каким напором он целовал меня. Дыхание перехватило. Сегодня его поцелуи жёстче, чем когда-либо. Быть может, даже напряжённее. Переполняемая эмоциями, я прошептала его имя… но последовавшая реакция оказалась совсем не такой, как я ожидала.

Риз резко отстранился, словно я его ударила. Плотно сомкнув веки, он тяжело дышал.

– Ты в порядке? – тихо спросила я, проводя рукой по его боку. – Глаза болят?

Он сделал медленный, рваный вдох и попытался отодвинуться. Я схватила его за плечи, надеясь вернуть его в свои объятья.

– Прошу, не отстраняйся, – прошептала я.

– Я не могу… – Риз повесил голову и шумно сглотнул. Его рука задрожала, все мышцы напряглись. – Я не могу использовать тебя, чтобы отвлечься от своего жалкого состояния, только потому что ты единственное хорошее, что сейчас осталось у меня.

– Риз, – мягко произнесла я, поняв, что он расшатан куда сильнее, чем я думала. – Ты не используешь меня… Ты принимаешь то, что я даю тебе добровольно. То, что я отчаянно хочу тебе дать. Поцелуй меня снова, не останавливайся.

Обхватив его за плечи, я перевернула нас. Лёжа с закрытыми глазами, Риз не шевелился, пока я развязывала его дублет. Затем взялась за рубашку.

Мышцы Риза пришли в движение, когда я провела пальцами по его груди и спустилась ниже к рельефному прессу.

– Амалия… – выдохнул он. Это прозвучало так, будто внутри него шла невидимая война.

Склонившись над ним, я прижалась губами к его плечу. Затем поцеловала ближе к шее. Он внезапно сел, мягко отталкивая меня. Я удивлённо моргнула.

– Не сегодня, – пробормотал он, отдаляясь от меня.

Я кивнула, не сразу сообразив, что он не мог этого увидеть. Спустя несколько душераздирающих секунд я встала с кровати, чтобы переодеться. К моменту моего возвращения Риз уже накрылся одеялом и отвернулся спиной ко мне.

С комом в горле я легла рядом, оставаясь на своей половине. Я не хотела расстраивать его. Честно, это последнее, чего я хотела. Я надеялась переключить его внимание на что-то более приятное. Видимо, я поспешила. Все эти дни мы так надеялись…

Мы просто надеялись.

Теперь же мне было одиноко, хотя мы лежали в одной кровати. Я обхватила себя руками. Такое чувство, будто мы поссорились, хотя я не понимаю, что сделала не так. Может, мне стоит извиниться? Или лучше помолчать и дать ему время разобраться со своими мыслями?

Мне хочется как-нибудь помочь, но не знаю как.

Моё сердце болело. Прошло несколько долгих минут, как вдруг Риз развернулся ко мне. Обнял одной рукой и прижался лбом к задней части моей шеи. Я застыла, боясь, что если пошевелюсь, он снова отстранится. Его горячее дыхание щекотало кожу. Я закрыла глаза, наслаждаясь его близостью.

– Прости меня, – первым заговорил он.

– И ты меня прости, – тут же отозвалась я с несказанным облегчением. – Понимаю, что слишком тороплю события, и тебе…

– Ты ни в чём не виновата.

Я оглянулась на него через плечо, надеясь, что он почувствует это движение и мой взгляд.

– Скажи, как я могу помочь? Я готова на всё, Риз. Скажи, как я могу облегчить твою боль. Только не отталкивай меня.

Он не ответил. Я запереживала, что снова сделала что-то не так. Но он не отвернулся к стене, а сильнее прижал меня к себе.

– Всю свою жизнь я с опаской ожидал наступления ночи, – спустя некоторое время тихо заговорил он. – И теперь я думаю лишь о том, что сейчас, когда мы так близко к свободе, я, возможно, обречён остаток дней провести во тьме.

У меня в горле застрял ком. Я развернулась к Ризу и прильнула к его груди.

– Все эти месяцы ты была моим светом, – продолжил он, его голос охрип от переполняющих эмоций. – Но я больше не вижу тебя. Я на секунду открыл глаза, Амалия, и не увидел тебя. Ты как прекрасный сон, неуловимая тень, воспоминание. Я вроде и знаю, что ты рядом, но…

– Я здесь, – сказала я, всё-таки не сумев скрыть слёз. Они безостановочно стекали на его грудь и подушку. – Даже если ты меня не видишь, я рядом. Я всегда рядом.

– Я не знаю, как свыкнуться с этим, – признался он.

– Всё постепенно. – Я крепко обняла его, чувствуя, что ему это сейчас нужно. – Как-нибудь да справимся.

– Даже если моё зрение не вернётся? – едва слышно спросил он.

– Ты всё ещё Риз, хоть слепой, хоть зрячий. Я знаю, что ты сейчас ощущаешь себя лишь тенью себя прежнего, но для меня ты остался таким же. Только… чуть чаще стал врезаться в предметы по пути.

Он фыркнул, но это прозвучало так, словно он сдерживает эмоции, которые хочет скрыть от окружающих. Проглотив слёзы, я провела рукой по его спине. Мне нужен этот физический контакт.

– Я люблю тебя. И ничто этого не изменит. Твои рыцари и подданные уважают тебя, и это тоже никогда не изменится. Потому что ты сильный, умный и смелый. Если кто-то и сможет справиться со всем этим, так это ты. Я понимаю, что для тебя это сродни концу света, но я не сомневаюсь в твоей стойкости. Уверяю, ты сможешь это пережить.

Риз не сразу, но нашёл в темноте моё лицо. Не спеша провёл пальцами по подбородку, щеке, носу, пока не коснулся большим пальцем губ. И затем сам поцеловал меня.

– Вот видишь, – прошептала я. – У тебя уже хорошо получается.

Риз усмехнулся и снова приподнялся надо мной. Следующий поцелуй был глубже. Эти мгновения казались намного слаще и интимнее. Вместо того, чтобы злиться на весь мир, Риз был нежен. А я больше не пыталась отвлечь его от боли. Этой ночью мы оба напоминали друг другу, ради чего стоит жить.

34

АЭРОН

Кассия остановила свою кобылу у края дороги, всматриваясь в рощу.

– Что-то не так? – крикнул Брейт, замыкавший наши ряды.

– Всё нормально, – отозвалась принцесса и снова поехала вперёд, к городу, видневшемуся вдали. Близился полдень, стояла невыносимая духота, все были липкими от пота. Я протёр мокрую шею и отмахнулся от очередной мухи.

Летом в Ренове слишком жарко.

Бритон, как и Кассия, разглядывал деревья. Он тоже выглядел разочарованным. Вроде обычные зелёные яблони, ещё слишком маленькие, чтобы плодоносить. Что же этих двоих так заинтересовало?

Я покачал головой, решив не обращать на них внимания.

Прошло уже больше недели с тех пор, как мы покинули Йу. Каждый день мы стараемся проехать как можно большее расстояние. Каждую ночь мы останавливаемся в небольших деревеньках и учим местных отпугивать монстров. Бритон успешно завоёвывал расположение людей во всех местах, где мы побывали. Теперь у нас есть значительная поддержка народа.

Этого мало против стражников Кира, из которых можно собрать армию, но неплохо для начала.

И хотя мы едем на юго-восток, всё дальше от Разлома, количество монстров с каждой ночью увеличивается. К счастью, мы пока ещё не встретили ни одного ренджерака по пути.

Природа, казалось, тоже увядала с каждым днём. Видно было, что большинство полей уже заражены, да и лесные пожары случались то тут, то там. Серафина старалась помочь, чем могла, но некоторые участки уже невозможно спасти.

Давление проклятой магии ощущалось всё сильнее. Не знаю, сколько времени у нас осталось. Теперь, когда я научился чувствовать магию, я буквально ощущал эту войну между жизнью и смертью.

Серафина тоже становилась нервознее. Я и видел, и чувствовал её молчаливую тревогу, хоть она и пыталась скрыть это от остальных. И пусть она ни разу больше не заговаривала о нём с тех пор, как мы покинули Йу, я почти уверен, что она боится Мейлора сильнее, чем хочет показать.

Мы въехали в Бреклин, окружённые рядами крестьян, торговцев и повозок, запряжённых ослами. Скучающие стражники на входе даже не обратили на нас особого внимания. Бреклин меньше Йу по размерам, но более густо заселён. Рынок был переполнен с самого утра. Крестьяне и ремесленники выставляли свои товары.

Солет – красивейший город на берегу большого озера, с множеством изящных железных ограждений и балконов. Йу полон трактиров и уникальных лавок, а в величественном Кенроу расположен огромный дворец, окружённый рядами каменных построек и прекрасных садов на каждой площади.

Бреклин на их фоне слишком прост: деревянные дома с соломенными крышами и практичными крытыми верандами; дороги здесь – утоптанная грязь, а уличные фонари – это просто лампы на кривых столбах.