Текст книги "Эпоха сияния (ЛП)"
Автор книги: Шари Тапскотт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)
Шари Л. Тапскотт
Эпоха сияния
Название: Эпоха сияния / Age of Auroras
Автор: Шари Л. Тапскотт / Shari L. Tapscott
Серия: Разделённые королевства / The Riven Kingdoms #4
Переводчик: Дарина Ларина
Редактор: Настенька Дроздова
1
БРИТОН
Боль сковывала мои плечи и спускалась вниз по позвоночнику. Жёсткая земля отпечаталась на моей коже даже через рубашку. Пот стекал струйками по вискам, остывая от прохладного вечернего ветра.
Нависшая надо мной тёмная фигура загородила закатное солнце.
– Снова, – скомандовал Аэрон, пихнув моё плечо носком ботинка. – Поднимайся.
– Ты ведь в курсе, что ты не самый приятный человек в этом королевстве? – с тяжким вздохом спросил я.
– Не понимаю, почему меня это должно волновать.
Рыцарь, отступив, нетерпеливо ждал, когда я оторву свою жалкую задницу от земли.
Застонав, я заставил себя подняться и отряхнул грязь со штанов. Размял шею, всячески стараясь оттянуть неизбежное, подобрал с земли оружие, развернулся к учителю и вопреки своей воле кивнул.
Аэрон снова атаковал, но в этот раз я был готов. Тупые лезвия тренировочных мечей перекрестились, издав громкий лязг, эхом разнёсшийся по двору.
Несмотря на то, что это была просто тренировка, Аэрон бил в полную силу. В моей юности учителя следили, чтобы мне было комфортно, и не пересекали эту границу – то ли потому что я кронпринц, то ли потому что я проявлял так мало интереса к этому делу, что они опасались причинить реальный вред. Как бы то ни было, с Аэроном мне было намного сложнее.
Но когда я всё-таки одолею его, это будет самая сладкая победа.
Аэрон споткнулся, на секунду потеряв равновесие, и я оттолкнул его. В кои-то веки я получил преимущество (ну, или по крайней мере, не так позорно проигрывал, как обычно). Но тихий взбудораженный голосок внутри меня нашёптывал: «В этот раз ты можешь победить!»
Но затем я краем глаза заметил Кассию, идущую вместе с Серафиной. Девушки замедлились, заметив нас в сгущающихся сумерках, и я отвлёкся на них.
И тут вдруг земля ушла у меня из-под ног, и я снова оказался распластанным на жёсткой земной поверхности.
Аэрон присел на колено рядом со мной, скосив взгляд на девушек, направляющихся к нам.
– У тебя хорошо получалось, пока ты не отвлёкся. В бою всё твоё внимание должно быть сосредоточено на противнике. – Он стукнул тупым концом меча по моей груди. – Иначе ты труп.
Я проглотил язвительный ответ и просто кивнул.
Аэрон протянул мне руку; я охотно принял помощь.
Кассия улыбнулась мне. На ней было бордовое парчовое платье в дрейганском стиле – со спущенными рукавами, открывающими плечи, и облегающей бёдра юбке, создающей изящный силуэт.
В моей груди потеплело. Я улыбнулся принцессе. Скоро жизнь вернётся на круги своя, и Кассия останется со мной.
– У тебя уже получается намного лучше, – похвалила она, сияя так, будто это не меня только что уложили на лопатки.
Моя улыбка стала более натянутой от осознания, что она стала свидетельницей моего поражения.
Я делал это ради неё, хотя никогда не признавался в этом вслух. Меньше всего на свете мне бы хотелось, чтобы именно она считала меня слабаком. Сама она была очень ловкой и прекрасно владела луком. Она была достойна равного партнёра, поэтому я должен стать сильнее. А пока мы как будто недостаточно подходим друг другу, и это сводило меня с ума.
Когда Разлом закроется и между нашими королевствами воцарится мир, надеюсь, нам больше ни разу не придётся сражаться. Но до тех пор я должен принять этот вызов – и ради королевства, и ради Кассии.
Губы Серафины дрогнули в улыбке. Она видела меня насквозь, но, смилостивившись, оставила комментарии при себе.
– Так странно выйти во двор в это время, – произнесла Кассия, осматривая двор в полумраке. Она обращалась скорее к Аэрону, чем ко мне или Серафине. – Мы ведь годами убегали внутрь, едва тени становились длиннее.
Аэрон кивнул. Мы все стояли неподвижно, задумавшись.
Прошло две недели с тех пор, как тьма покинула Дрейган, и всего неделя с похорон короля Игана.
До сих пор не верилось.
Моя сестра – теперь королева Дрейгана, правительница некогда вражеского королевства.
Я знал, что Амалия рано или поздно выйдет замуж, но как-то не ожидал, что она уедет так далеко от дома. Впрочем, как только мы закроем Разлом, расстояние станет не таким уж большим. Несколько недель в карете, на лошади даже быстрее.
Как только мы закроем Разлом.
Ответственность тяжким грузом легла на моих плечах. Риз и Амалия уже выполнили свою часть условия фей. Теперь судьба нашего мира зависела от нас с Кассией. И хотя у нас в Ренове не должно было возникнуть таких проблем, с какими пришлось столкнуться здесь, всё же сам факт оставался довольно волнующим.
Серафина сказала, что время в Дрейгане во многих отношениях сейчас остановилось, как если бы песочные часы перевернули набок. Королевство находится в странном положении, как бы застряло между.
С одной стороны, искалеченную магию смыло, точно волной. С другой – Дрейган всё ещё не восстановлен. Лёгкий дождик прошёл пару дней назад, безопасный и освежающий, но крупы в землях Аровуда всё ещё не растут и деревья за городскими стенами стоят мёртвые.
Все болезни – и людей, и растений – прошли, но, по словам феи, почва не станет плодородной до тех пор, пока мы с Кассией не выполним свою задачу по снятию чар.
Мы отправлялись в Ренову завтра вместе с Ризом, Амалией, Триндоном и рыцарями Риза.
«Уже скоро, – пообещал я себе. – Скоро это всё закончится».
– Давай погуляем? – с улыбкой предложила Кассия, уводя меня в сторону от Серафины и Аэрона. – Ночной воздух такой приятный, никогда мне не надоест.
Не говоря ни слова, Аэрон забрал мой тренировочный меч. Похоже, он был только рад избавиться от моей компании.
Мы с Кассией пересекли двор и вышли через ворота в город. Аровуд серьёзно пострадал в битве с тварями из Разлома, но его уже отстраивали. А пока многие горожане, потерявшие дома, ночевали в палатках на улицах.
Люди съезжались со всего королевства, принося благие вести и выражая готовность оказать посильную помощь в восстановлении столицы. Несмотря на разрушенные дома, в Аровуде все ликовали, почти как… в Порт-Кельере перед нападением монстров. Пока все торжествовали, мне не давало покоя дурное предчувствие, хотя я старался не обращать на него внимания. Всё-таки все монстры исчезли, и нам нечего было бояться.
Кассия не пошла по людным улицам, вместо этого она повела меня вдоль городской стены, позади разрушенных коттеджей в восточной части Аровуда.
– Ты сегодня какая-то тихая, – отметил я. Мы шли так близко, что время от времени наши руки касались друг друга.
– Я немного нервничаю. – Она виновато улыбнулась, как будто сомневалась, что вправе испытывать подобные эмоции. – Я, безусловно, мечтаю увидеть твоё королевство, познакомиться с твоей семьёй, но вдруг они меня не примут?
Я взял Кассию за руку и потянул на себя, чтобы она развернулась лицом ко мне.
– Они полюбят тебя, – заверил я.
– Почему ты так уверен?
– Они полюбят тебя, потому что я…
В горле застрял ком, сердце превратилось в кувалду.
Скажи ей.
Ну же, скажи ей об этом сейчас.
– Что? – спросила она. Она сделала шаг ко мне и поймала мой взгляд.
Так и не решившись (и презирая себя за это), я ушёл от ответа:
– Потому что… А как иначе?
Кассия улыбнулась, хоть и выглядела слегка расстроенной. Это стало своего рода нашей игрой, хотя скорее раздражающей, чем весёлой. Каждый надеялся, что другой признается первым.
Я должен был набраться смелости и сделать это, но язык немел каждый раз, когда я пытался. Просто жалкий трус.
– Ты будешь не одна. – Я сжал ладонь Кассии. – С тобой буду я. И Амалия, и Риз.
Она вскинула бровь.
– Ты уверен, что с Ризом мне будет легче добиться расположения твоих родителей?
Я засмеялся, качая головой. Моей сестре-двойняшке с её мужем предстоит серьёзный разговор по приезду в Ренову.
– А если они будут против? – тихо спросила Кассия. Её лицо выражало искреннее беспокойство. – Что, если они запретят нам жениться?
– Такого не будет, – пообещал я. – В моём королевстве принято, чтобы наследный принц сам выбирал свою будущую королеву. Я выбрал тебя, Кассия. Вопрос решён. Такие у нас традиции.
Принцесса кивнула, но не выглядела убеждённой.
Я отпустил её руку, заправил прядку волос за её ухо и тихо произнёс:
– Если это поможет тебе избавиться от страхов, то мы можем сыграть свадьбу здесь, а потом отправиться в Ренову. Я согласен на любой вариант, как тебе больше хочется. Я же больше всего в жизни хочу видеть тебя счастливой.
Кассия посмотрела мне в глаза в темноте. Я думал, что она сейчас что-то скажет, но вместо этого она приподнялась на носочках и прижалась к моим губам в сладком поцелуе.
– Я только после тренировки, – напомнил я, хотя сам хотел, чтобы она продолжила. – Я весь грязный.
Принцесса отстранилась, чтобы вновь заглянуть в мои глаза.
– На тренировке ты выглядел очень мужественно. – Она понизила голос, словно собиралась поведать мне какой-то неприличный секрет: – Клянусь, у меня сердце затрепетало.
Моё лицо вспыхнуло. Я покачал головой, как будто она сказала что-то нелепое.
Она рассмеялась, но в следующий миг посерьёзнела.
– Я не хочу тайной свадьбы, Бритон. Возможно, это покажется слишком банальным в наших обстоятельствах, но мне важно получить благословение твоей семьи.
– Если мы поженимся здесь, сегодня, перед отъездом, с тобой будут твоя мама и Эдвин.
Печаль пролегла на лице Кассии, но она быстро справилась с эмоциями.
– Да, и я солгу, если скажу, что не хочу этого. Но проводить церемонию здесь кажется трусостью.
Я вскинул бровь, развеселившись.
– Хочешь сказать, что твой брат поступил как трус, когда уговорил Амалию тайно пожениться в Ренове?
Кассия расхохоталась.
– Однозначно. Но справедливости ради, у них были немного другие обстоятельства.
Кивнув, я успокаивающе провёл ладонью по спине Кассии.
– У меня добрые родители, они будут в восторге от тебя.
– Надеюсь, – тихо отозвалась она.
– Всё будет хорошо, – пообещал я и заключил её в объятья, надеясь, что мои слова окажутся правдой.
Да, у меня добрые родители, но как они отреагируют, когда узнают, что я привёл невесту с другой стороны Разлома?
Уповал лишь на одно: быть может, они будут так рады видеть меня живым, что закроют глаза на тот факт, что Кассия – принцесса Дрейгана.
2
РИЗ
– Вы не можете просто уехать в Ренову, – причитал управляющий моего отца, причём уже не в первый раз. – Только не сейчас.
Я слушал его, опустив голову на руки и уперев локти в стол. В основании черепа уже маячила головная боль и грозила распространиться. Я сидел на месте отца в зале стратегий, но даже с короной на голове я всё ещё не мог до конца осознать то, что его больше нет.
Скорбь – скользкий противник. Когда тебе кажется, что ты уже справился с горем и можешь жить дальше, взгляд падает на что-то – картину, книгу, что угодно, что напоминает тебе об ушедшем, – и боль утраты вновь обрушивается на тебя.
У меня не было времени должным образом оплакать смерть отца. Возможно, из-за того, что к скорби примешивалось чувство вины, эти чувства сдавливали мою грудь, не давая дышать.
Однако сейчас меня мучало другое.
– …безответственно, – закончил Северин. И, словно бы не удержавшись, добавил: – Эдвину бы такое даже в голову не пришло… Ваше Величество.
Решив, что с меня хватит, я хлопнул ладонями по столу и поднял взгляд на управляющего. Я уже несколько дней спускал ему это с рук чисто по доброте сердечной, понимая, что он, как и многие другие, кто работал на моего отца, чувствовали себя потерянными. Все были уверены, что престол унаследует Эдвин, а не я. Многие не понимали и не знали, как смириться с таким поворотом событий.
Но всему есть предел.
– Как долго ты служил моему отцу, Северин? – спросил я.
Мужчина выпрямился, вздёрнув острый подбородок.
– Почти тридцать лет.
– Большой срок, – отметил я.
Он отрывисто кивнул, обрадовавшись, что я наконец-то признал его превосходящий опыт в королевских делах.
– Вы человек чести, верный поданный, всеми уважаемый член отцовского совета. Назовите город – любой в Дрейгане – и я дарую вам земли, куда вы сможете отправиться на заслуженный отдых.
У него дёрнулся глаз.
– О-отдых, Ваше Величество?
Казалось, ему сейчас станет плохо.
– Если вы прослужили моему отцу тридцать лет, значит, он назначил вас своим управляющим, когда его короновали. И как бы это ни было тяжело, я понимаю, что должен выбрать своих собственных советников.
Северин растерянно уставился на меня, открывая и закрывая рот, словно не мог подобрать слов, которые бы выразили весь его ужас.
– Любой город, – повторил я. – Я, конечно же, не прошу Вас решить прямо сейчас. Возьмите столько выходных, сколько нужно, отправьтесь в путешествие по королевству. Как вернётесь, сообщите Эдвину, где Вам понравилось, и участок будет Ваш.
Он поджал губы, осознав, что я предлагаю. Земля – это немало. Надеюсь, вскоре она вновь станет плодородной.
– Но, Ваше Величество, кто меня заменит? Вы же не можете взять кого попало на моё место.
– У меня уже есть подходящий кандидат, – заверил я. – Уверен, Эдвин сумеет познакомить его с его новыми обязанностями.
Я оттеснил его к выходу.
– Ваше Величество! – окликнул он из коридора, оборачиваясь. – Не думаю, что сейчас подходящее время, чтобы…
– Всего доброго, Северин, – перебил я и закрыл дверь.
Оставшись один, я рухнул в кресло у камина и уставился на тёмно-серые тлеющие угли. В таком виде меня и нашёл Эдвин некоторое время спустя.
– Трудишься не покладая рук? – весело спросил он. Последнее время он пребывал в приподнятом настроении, что выглядело довольно странно, ведь на мне корона, которая должна была принадлежать ему.
– Северин решил уйти на пенсию.
Брови Эдвина взлетели.
– Неужели?
– Допустим, «решил» – не совсем то слово. Я сказал, что ему пора покинуть пост, и смягчил удар обещанием подарить участок земли.
Вздохнув, я откинулся на спинку кресла и жестом пригласил Эдвина занять соседнее.
– У тебя есть на примете кто-то, кем его можно заменить?
– Девин.
Брат кивнул, когда я назвал имя стражника, соглашаясь с моим выбором. Какое облегчение, учитывая, насколько внезапным стало это решение.
– Подготовишь его, ладно? – спросил я. – Расскажешь, что да как?
Я бы и сам это сделал, если бы не уезжал.
– Как только он поправится.
Девина ранили в бою, но он быстро восстанавливался. Ему очень повезло, учитывая, сколько стражников полегло у дверей склада, где прошла коронация.
– Прости, что оставляю тебя сейчас, когда Аровуд в руинах, – извинился я.
– Разве у тебя есть выбор? – отозвался Эдвин, всегда олицетворяющий собой благоразумие. – Ты должен обеспечить возвращение Бритона в его королевство и передачу власти. К тому же отстроить город проще, чем держать оборону. Если уж и покидать королевство, то сейчас. Присмотреть здесь за всем будет несложно.
– Ты хороший человек. Намного лучше меня.
В его глазах заплясали весёлые искорки.
– Я знаю.
Я встряхнул головой, отводя взгляд.
– Не знаю, как мне искупить вину за всё, что я отнял у тебя.
Эдвин подался вперёд, предельно серьёзный.
– Я рад, что мне больше не нужно жить во лжи.
– Ты не жил во лжи! – рявкнул я несколько жёстче, чем хотел. – Отец правильно говорил: он мог назвать своим наследником кого угодно, и ты такой же его сын, как и я.
Эдвин просто пожал плечами, не желая развивать тему.
– Я рад, что ты рядом, – тихо сказал я. – Без тебя я бы не справился.
– Я буду рядом столько, сколько понадобится, – пообещал он, хотя что-то в его тоне зацепило моё внимание. Не успел я спросить, что он имеет в виду, как он добавил: – Я тут разговаривал с Амалией. Она ждёт не дождётся встречи с родителями.
Я кивнул, напрягшись.
– Она – да, а вот я не горю желанием вновь переводить её через Разлом. Если бы я был уверен, что разлука ничем нам не грозит, я бы попытался уговорить её остаться, но магия непредсказуема.
– На этот раз с вами будет Серафина. С ней переход через Разлом должен быть проще.
Я никогда не спрашивал Серафину, как она прибыла в Дрейган. Мало ли, может, просто прилетела.
В дверь постучали. Служанка вошла и присела в поклоне.
– Ваше Величество, Ваше Высочество, ужин подадут через двадцать минут.
– Спасибо, – ответил я, поднимаясь.
Как только она ушла, Эдвин развернулся ко мне.
– По крайней мере, ужины остались неизменными.
Я скривился, направляясь к двери.
– Суп.
– Чем вы питались в Ренове? – спросил он. – Может, хоть по твоим рассказам я больше узнаю о мире.
– Огромная порция жаркого из говядины. Нежный цыплёнок. Смачные куски свиного сала. Тушёная оленина с хрустящим хлебом и сливочным маслом с травами…
Эдвин покачал головой и весело ответил:
– Теперь я понимаю, какую ошибку совершил… Надо было самому ехать в Ренову. О чём я думал, отправляя тебя?
Я смеялся весь путь до обеденного зала.
***
Места рядом с Амалией были пусты.
– Ты не знаешь, куда пропали Кассия с Бритоном? – спросил я жену, как только нам подали блюда.
– Ушли гулять, – сообщил Аэрон, сидящий рядом с Эдвином, с таким кислым видом, будто прогулки – это нечто постыдное.
– В столь поздний час? – возмутился я, бросив взгляд на чёрные окна. На подоконнике горели свечи, но теперь драгоценные запасы расходовались для освещения, а не для отпугивания опасных сэлти.
Амалия накрыла мою руку ладонью. Я повернулся к ней. Мягкий взгляд карих глаз уверял, что всё в порядке, что тьма отступила, и вечер только начался. Но страх перед ночными тварями был записан у меня на подкорке. Сложно будет отвыкнуть.
– Главное, не забыть взять дрова на корабль, – сказал Брейт, перед тем как запихнуть в рот полную ложку супа. – А то представьте себе: прибудем в Талтон, и тут же придётся возвращаться.
На узком участке суши между морем и Разломом совсем нет кишащих тварями лесов и, собственно, самих деревьев.
Поправочка: кишащих тварями лесов вообще нигде больше нет. Как и в принципе тварей. Все разведчики в один голос заявляли, что в лесах стало спокойно.
Этот разговор напомнил мне о нашей первой встрече с Амалией. Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я увидел её, заблудившуюся среди яблонь. Если бы я знал, где окажусь сейчас, поступил бы я иначе? Привёл бы вообще её в Дрейган?
Совесть всё ещё терзала меня из-за того обмана. Это рана, которая, боюсь, останется со мной на всю жизнь. Это как сломанная конечность, которая вроде бы зажила, но всё ещё ноет в дождливую погоду.
Я рассеянно слушал разговор своих рыцарей, а сам параллельно мысленно составлял список дел: пересечь море, преодолеть Разлом, понравиться родителям Амалии и увидеть Бритона на троне. А, ну и да, захватить дров.
Довольно простая миссия – самая лёгкая из тех, что у меня были. Так почему же меня не отпускает тревога? Откуда взялось это предчувствие грядущих неприятностей? Я снова глянул на Амалию, гадая, не испытывает ли она чего-то подобного. Но она просто улыбалась, пока Брейт рассказывал Кассии о том, как моя королева переходила Разлом.
Его слушатели расхохотались на той части истории, когда Амалия резко вскочила и даже побежала по бревну над разломом, испугавшись, что тьма скинет её в пропасть. Для меня же это одно из самых страшных воспоминаний. Амалия сильно рисковала. Одно неверное движение, и она повисла бы над бездной на верёвке. А дальше – кто знает; может, тьма протянула бы свою руку и утащила её за собой в разлом.
Но не было смысла ворошить прошлое, а тем более бояться того, чего не случилось.
Я улыбнулся, снова глядя на свою смеющуюся супругу. Она была в таком же приподнятом настроении, как и мои рыцари. Мы проделали большой путь. Разве нас могло что-то остановить?
– Ты в порядке? – тихо спросил меня Эдвин. – Ты какой-то задумчивый.
Я кивнул и вновь сосредоточился на ужине.
***
Мама была одета в чёрное.
Она подняла на меня глаза, когда я постучался в открытую дверь её спальни, и слабо улыбнулась.
Худший страх отца не сбылся. Эдвин сам объявил на похоронах, что он был приёмным сыном почившего короля, и поведал всем историю его матери. Он рассказал нашим подданным о верности отца и его убеждённости, что мы все одна семья, чья бы кровь ни текла в наших венах.
Вместо того чтобы обсуждать мать, народ говорил только о благородстве отца. Они видели, как его королева скорбит по нему, и восхищались её любовью и верностью.
Все чтили их историю.
Они отреагировали лучше, чем мы ожидали, и всё благодаря Эдвину. Открыто заговорив о таком болезненном вопросе, он пролил свет на их прошлое, отказавшись скрывать его, как будто это нечто скандальное.
– Мы уезжаем через несколько минут, – сообщил я маме. – Зашёл попрощаться.
– Кассия только что… была здесь. – Мама улыбнулась. – Кажется, она… счастлива.
– Похоже на то. Как ты себя чувствуешь сегодня?
Я опустился на колено рядом с ней и поправил одеяло.
Она накрыла мою ладонь своей.
– Я… устала.
Её слова всколыхнули боль в моей груди. Мама не из тех, кто легко признаётся в слабости. Даже когда эта странная болезнь отняла все её силы, мама до последнего старалась скрыть своё состояние.
Из-за этого я переживал, а не покидаю ли я её в самое неподходящее время, когда она больше всего нуждается во мне?
– Я найду того, кто тебе поможет, – пообещал я. – В Ренове есть врачи – умные, образованные, с такими лекарствами, каких мы бы здесь не смогли приготовить.
– Позаботься… о Кассии. – Она закрыла глаза. – Она должна… быть для тебя… на первом месте.
– Я прослежу, чтобы она хорошо устроилась. Не покину Ренову до тех пор, пока не буду уверен, что она в безопасности и счастлива.
– Это всё… о чём я прошу. – Она закрыла глаза. – И возвращайся ко мне.
– Я вернусь. Так скоро, как только смогу.
Она слабо кивнула.
– Хочешь, я заплету твои волосы? – негромко предложил я.
До болезни мама делала это сама, даже без помощи служанок. Решив, что я должен заботиться о ней, я научился этому несколько лет назад. Не сказать, что я добился особых успехов, – Кассия может делать куда более сложные причёски, у меня же получались только простые косы из трёх прядей, – но мама никогда не жаловалась.
Она знала, зачем мы это делали. Мы избавляли её от необходимости лишний раз полагаться на посторонних – таким образом мы показывали ей свою любовь.
Мы с Кассией были намерены найти в Ренове опытного врача, который сможет помочь маме с её недугом, чтобы в будущем она вновь смогла сама заботиться о себе.
– Да, пожалуйста, – согласилась она.
Наклонившись, я осторожно приподнял её и перенёс в кресло. Накрыл её ноги одеялом, пока она устраивалась. А затем тихо начал расчёсывать волосы.
Я видел, как это делает Кассия: она щебечет, точно птичка в реновийском лесу, легко и радостно. В отличие от своей сестры и Триндона, я был не такой общительный. Мама от меня этого и не ждала.
Но как бы нам обоим ни было комфортно в тишине, я бы хотел задать ей кучу вопросов. Например, предпочла бы она, как и отец, видеть на троне Эдвина? Верит ли, что я смогу стать достойным правителем? Расстроена ли она, что корона оказалась у её второго сына, а не у первенца?
Вот только она сейчас была не в том состоянии, чтобы поддерживать такого рода разговоры. Пускай её разум сохранен, физически ей слишком тяжело говорить.
Так что пока я просто заплетал её волосы, оставив все свои мысли при себе. Не хотел омрачать наши последние минуты перед разлукой болезненными расспросами.
3
КИР
Я сидел один в своих покоях, уперев локти в бёдра, и смотрел на кинжал. Он лежал на столе. Блеск драгоценных камней в его рукояти словно бы дразнил меня за слабость. Я носил его уже две недели, зная, что нужно сделать, но трусливо оттягивал время.
Моя сестра похищена правителями Дрейгана, возможно, её там пытают, а я не могу найти в себе смелость совершить то, что должен, чтобы спасти её и своё королевство.
Наследник Дрейгана в любой момент может явиться за короной отца. Кто знает, вдруг он уже в Ренове. Или даже в Кенроу.
Но отец отказывался верить, что вражеское королевство по ту сторону Разлома похитило Амалию, чтобы использовать как пешку в своей игре. И я не мог привести ему доказательства, потому что мой источник – из преступного мира.
Вот уже несколько недель нам поступали странные донесения – о появлении существ, каких раньше не видывали и которые передвигались исключительно в темноте. О гибели урожая. О крайне заразном заболевании, из-за которого пришлось изолировать несколько мелких деревушек на севере (и всё же оно продолжало распространяться).
Дрейганцы принесли с собой своё проклятье.
Единственный способ остановить их – самому занять престол прежде, чем его завоюют они.
Мейлор говорил, что только в этом случае тёмная магия поглотит их самих и оставит нас в покое.
Но отец не верил. Даже не слушал.
А всё почему? Потому что кузен написал ему письмо, в котором заверил, что они с Амалией сейчас в Солете и у них всё хорошо.
Зачем Гейджу лгать? Он ведёт какую-то свою игру против Амалии?
Подозрения пожирали меня изнутри, отравляли мои мысли. Может, он тоже хочет захватить корону? Может, он заодно с дрейганцами? Поэтому он настоял, чтобы они с Амалией отправились на Реквимар вдвоём? Чтобы он мог избавиться от неё под шумок, не привлекая внимания?
Разозлившись на себя за бессилие, я закричал, вскочил со стула и швырнул его через комнату.
Я ничего не мог сделать. Слишком много вопросов и сомнений терзали меня.
Если бы отец выбрал меня наследником, а не Амалию, всё было бы нормально. Но он отправил в путешествие мою слабую, робкую сестру с одним лишь кузеном в качестве охраны. С кузеном, у которого, как оказалось, были скрытые мотивы.
Тяжело дыша, я убрал кинжал за пояс и вышел из комнаты, твёрдо настроенный спасти Амалию и королевство. Отец должен меня услышать. Я не оставлю ему иного выбора.
Но когда я зашёл в его покои, его там не оказалось.
– Ваше Высочество, – позвал мужчина за моей спиной, слегка запыхавшись; он явно торопился. – Король Вас искал.
Всё ещё с трудом проталкивая воздух в лёгкие, я окинул говорившегося взглядом.
– Где он?
– В личной библиотеке. Велел, чтобы Вы пришли немедленно.
Я пошёл следом за ним в комнату, где когда-то был королевский зал стратегий. С момента создания Разлома отпала необходимость в военных помещениях. Так что много лет назад эта комната стала укромным уголком короля – местом, где можно отдохнуть и почитать книги.
Но сегодня, когда в ней собрались советники отца и капитан королевской стражи, похоже, мы всё же используем её по изначальному предназначению. Надежда переполнила меня, от облегчения закружилась голова.
Наконец-то он поверил.
– Кир, – произнёс отец, подняв глаза, когда я вошёл в комнату. – Садись.
Он указал на стул рядом с собой – место правой руки. Значимое, ценное. Мой восемнадцатый день рождения прошёл без Амалии. Кажется, отец наконец-то решил обращаться со мной как со взрослым мужчиной, а не мальчишкой.
Когда я занял предложенное место, отец развернулся к капитану.
– Прошу, Винсент, повтори моему сыну и доверенным лицам то, что рассказал мне ранее.
Я не просто хорошо его знал, но и уважал его, и искренне им восхищался. В юношестве, когда я превзошёл своего учителя по фехтованию, этот талантливый мечник взял меня под своё крыло и лично занялся моим обучением.
Он всегда был высоким, сильным и крепким. Но никогда ещё я не видел его таким бледным. Мне даже подумалось, а не заболел ли он. Может, он заразился? Но разве стал бы он привозить болезнь в Кенроу?
– Разлом увеличивается, – сразу перешёл к делу Винсент, тем самым прервав мои размышления. – Мы уже потеряли Кремлар, Ульрин и Бельдмэр.
– Потеряли? – недоумённо переспросил я. – В каком смысле?
– Они провалились в Разлом. – Его тон был резок, но глаза выдавали страх. – Их… больше нет.
В воздухе повисла тяжёлая тишина.
– Такого никогда не было, – возразил управляющий Игнэн. Его лицо стало пепельным. Он тяжело сглотнул. – Наверняка ты что-то не так понял.
– Я видел это своими глазами, – ответил Винсент. – Деревни и земли вокруг них исчезли, на их месте сейчас обрыв. Более того, над Разломом бушует гроза, нечто тёмное и противоестественное. Дует сильный ветер, но тучи стоят на месте.
– Что-то тёмное там творится, – прошептал один из советников.
Я посмотрел на отца. Внутри меня вспыхнула злость.
– Теперь ты мне веришь?!
Он посмотрел на меня серьёзным взглядом.
– А ты скажешь мне, откуда у тебя эта информация?
Я покраснел и, недовольно пыхтя, откинулся на спинку стула. Я не мог признаться ему в том, что нанимал преступников, чтобы следить за Амалией. Но он должен был мне поверить, потому что я его сын! Бритону он бы поверил.
– Я оставил своих людей у границы, – сообщил Винсент отцу. – Мы полагаем, что расщелина стала больше из-за естественного движения земли. Печально, конечно, но такое уже случалось. Если подобное повторится, мы немедленно вам сообщим.
Отец кивнул, словно его удовлетворил такой ответ.
– А как же буря? – напомнил я. – Как вы её объясните? И странных существ, и гибель урожая, и эпидемию?
Винсент пригвоздил меня взглядом, беззвучно укоряя за мальчишеский выплеск эмоций, особенно перед королём.
– Нам пока мало что известно, но уверяю вас, Ваше Высочество, мы ищем ответы.
У меня они уже есть. Ну почему меня никто не слышит?!
Потому что ты змеёныш, предавший свою сестру.
Но Гейдж должен был её защищать! Я не хотел причинить реального вреда Амалии – это ведь оправдывало меня в какой-то мере? А вот почему наш кузен позволил ей подружиться с дрейганским шпионом – это большой вопрос.
Это он виноват, не я. Я невиновен. Если Амалия пострадала, это будет на его совести.
Я сжал руки в кулаки на коленях и поджал губы. Погрузившись в своим мысли, я не слышал, что говорили дальше.
***
Мейлор нашёл меня, когда я тренировался на мечах с одним из стражников. Среди солдат было много моих друзей и товарищей. Они мне казались даже ближе, чем семья по крови.
Брат никогда меня не понимал, а Амалия была слишком близка со своим близнецом, чтобы когда-либо занимать мою сторону. Гейдж сохранял нейтралитет. В итоге я оставался сам по себе. Раньше я часто задавался вопросом, зачем родители вообще завели меня, если у них уже было двое идеальных детишек.
Но это всё уже было неважно, ведь их здесь больше нет.
Фей, используя чары, притворялся человеком. Мои инстинкты кричали, что его надо было остерегаться, но без него я бы не справился. Он многое знал, чувствовал продвижение магии и мог сказать, когда дрейганское проклятье снова активизируется на наших границах. Он был безжалостен, но мудр.
Я направился от ребят к нему, попутно вытирая пот со лба.
– Нам нужно поговорить, – сказал я и мотнул головой в сторону, чтобы он пошёл за мной.
