Текст книги "Антидемон. Книга 26 (СИ)"

Автор книги: Серж Винтеркей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– А если королю передать письмо с указанием, что его нельзя читать вслух? Маркон тогда же не узнает, что в письме? – продолжила фонтанировать идеями Джоан.

– Проблема номер один – некоторые марконы умеют читать мысли. Если маркон, что находится при короле, из таких, то на этом мы сразу же и провалимся. Проблема номер два – король нам не поверит. Потребует доказательств. А ни один маркон не согласится трансформироваться в высшего демона, выдавая остальных. Хоть ты его на части режь в прямом смысле. Ну и тут же сообщит остальным высшим демонам, что их коварный план раскрыт и надо начинать войну с людьми прямо сейчас. Проблема номер три. Представим даже, что король вдруг взял и поверил нам без доказательств. Первым делом он отстранит маркона от себя. Не сможет он спокойно сидеть рядом с высшим демоном. Затем то же самое велит сделать своим родственникам и сановникам. И вот на этой стадии, если даже он ничего не скажет им о причине такого требования, высшие демоны догадаются, что их тайна раскрыта. Они очень умны, поверь мне! И в тот же момент пять сотен грандмагов и архимагов единой силой обрушатся на Аргент.

– Ну а если мы сможем убедить Драска так не делать? – уже с меньшим энтузиазмом спросила Джоан. – Предложим ему какой-то более разумный и осторожный план… Не отстранять пока марконов, а использовать какой-то наш план, как уничтожить их всех…

– Проблема номер четыре. Не имей иллюзий, что король, даже поверив нам, начнет следовать именно нашему разумному плану. С его точки зрения, мы слишком молоды, чтобы к нам прислушиваться. Он король – что ему в голову придет, то и будет делать. И уж точно ни минуты не позволит марконам находиться поблизости от своих сыновей и внуков. Что для очень умных высших демонов станет сигналом к войне, потому что они поймут, что их тайна раскрыта…

– Ох! – покачала головой Джоан. – Ну и жуть же!

– Потому и не хотел тебе ничего рассказывать, пока была возможность, – вздохнул я.

– А вот это зря, давно должен был рассказать! – Джоан ткнула меня кулачком в плечо, не купившись на мою отмазку.

Впрочем, особо злобствовать она тоже не стала. Я на радостях расслабился, и меня тут же неудержимо потянуло в сон.

– Послушай, может, спать пойдем, а завтра ты уже все вопросы, что у тебя возникнут, задашь? – спросил я.

– Да, пошли спать, ты же почти двое суток на ногах… Правда, я вряд ли теперь спать смогу… – с озабоченным видом сказала Джоан.

– Только когда утром встанем, не забывай, что ни о чем из того, что мы здесь обсуждали, нельзя в нашей комнате говорить. Захочешь поговорить на эти темы, снова сюда спустимся. Только так…

– Хорошо, хорошо! – сказала Джоан. – Скажи только еще, никто точно больше не знает обо всем этом? Ты только мне рассказал?

– Да, пока больше никому ни слова! – велел я.

А сам подумал, что вот и еще один плюс будет в будущем, когда остальных буду в тайну посвящать. Теперь Джоан мне помогать будет в том, чтобы убедить всех действовать именно так, как я хочу. А то тайны, которые я раскрою, очень уж шокирующие.

Заснул я очень быстро. И потому, что устал, и потому, что впервые с кем-то по душам поговорил. Какое это облегчение! Как же тягостно все время было скрывать такие вещи ото всех!

Утром, едва проснулся, как жена меня тут же за собой в подвал потащила, чуть ли не за руку. Восемь утра, академия была пустынна, все еще после вчерашнего пира отсыпались, у них же нет моего артефакта, позволяющего за четыре часа выспаться. Пришли в ту же комнату, и Джоан тут же велела:

– Включай королевский артефакт, проверяй, нет ли кого поблизости!

Ну а затем, когда все меры предосторожности были приняты, тут же спросила:

– Так ты такой хороший боец, потому что восемь лет в прошлой жизни, с девяти лет, тренировался сражаться не на жизнь, а на смерть, и воевал?

– Ну да, было бы странно, будь оно иначе, – согласился я. – Ну и ты не представляешь, как развивается наука и искусство магического боя, когда представители множества кланов отказываются от своих тайн и начинают делиться заклинаниями и особенностями артефакторики и алхимии. У нас грандмагов не было, но даже архимаги вскоре начали создавать то, на что раньше не были способны грандмаги. И артефакторика, и эликсиры – все стало развиваться невиданными темпами. Ну и, само собой, мы много что заимствовали у высших демонов, а они очень умны!

– И ты не знал, когда вы начинали тот ритуал, кто именно из шестидесяти одного мага выживет и отправится в прошлое? То есть у тебя было что-то около полутора процентов, что это будешь именно ты?

– Все верно, но выбора у нас не было. Армия была уже практически разгромлена…

– И ты смог, попав в парализованного юношу, переместиться сознанием в зомби и раздобыть необходимое лекарство? – продолжала взбудораженно задавать вопросы жена.

Я уже просто подтверждающе кивнул.

– Ну просто невероятные приключения! – воскликнула Джоан.

– Что-то в этом роде, да, хотя я на них и не напрашивался, они сами на меня обрушились, – согласно кивнул я. – Впрочем, чтобы одолеть высших демонов, понадобятся приключения не хуже…

– Мы их обязательно одолеем, даже и не сомневайся! – заверила меня жена. – Надо же, какие твари, притворяются милыми питомцами! Теперь-то я понимаю, почему ты со своим марконом не общаешься, и мне категорически не позволял своего завести…

– Ты главное, если, как думает твой отец, нас король к себе пригласит пообщаться, не смотри ненавистным взглядом на его маркона, эти твари очень умны, не забывай, – посоветовал я.

– Это будет сложно, но я буду стараться. Не бойся, Эйсон, я не глупая и не сделаю ничего, чтобы дать повод высшим демонам обрушиться на человечество прямо сейчас!

Глава 21

Минут двадцать меня Джоан еще теребила по поводу того, как именно я собираюсь с высшими демонами бороться, чтобы дать человечеству в этот раз шанс выжить. Я только радовался этим расспросам, потому что в моих интересах было ее полностью погрузить в понимание того, какое это непростое дело, и что резкие непродуманные движения очень опасны. Также я был заинтересован в том, чтобы она мои планы и покритиковала. Не всегда, когда сам что-то придумал, уязвимые моменты плана полностью видишь. А Джоан у меня умная, так что есть шансы на то, что вместе мы более эффективно будем бороться с высшими демонами.

Затем мы вышли из подвала и позавтракали с женой в столовой почти в полном одиночестве. Правда, потом люди все же потянулись на завтрак, занятия же никто не отменял.

Ну и хорошо, а то мне надо кучу поручений раздать. Я выспался, праздник в честь нашего счастливого возвращения состоялся, пора всем и поработать как следует.

Устроил небольшое совещание, пригласив на него Эрли, Тивадара и Хастера. Джоан по своим делам убежала, но на самом деле, я думаю, захотела побыть в одиночестве, чтобы еще раз все осмыслить, что от меня узнала…

– Значит так, – сказал я, – ставлю перед вами очень важную задачу. Отберите десять человек, у которых самые большие успехи в изучении иностранных языков, и начинайте их максимально интенсивно обучать языку высших демонов. Хоть по десять часов в день, освободив от всех других занятий. Ваша задача, чтобы они его как можно быстрее выучили.

– А зачем? – задала вполне ожидаемый мной вопрос Эрли.

– Пока что это тайна. Но обещаю вам, что достаточно скоро вы ее узнаете, после чего сразу поймете, насколько важным было это обучение демоническому языку наших сокланов. Пока что больше не расспрашивайте меня ни о чем, хорошо? Просто поверьте мне, что это одна из важнейших задач, которые перед вами сейчас стоят.

Довольными, конечно, они не выглядели. Всем хотелось понять, в чем смысл такого поручения. Но доверяли мне все, так что пообещали немедленно этим заняться. А я и вправду собирался уже в ближайшее время выполнить данное обещание и все рассказать. А какой у меня выбор? Как только получу артефакт для прослушки демонов и раздам артефакты от чтения мыслей, если Гредбенк с ними справится, так сразу всем и придется поделиться…

Так… Теперь следующий момент…

Проработав все возможные варианты вылазки на земли орков, я пришел все же к выводу, что у меня есть только один надежный вариант, который может сработать. А задействовать в нем я могу всего лишь двоих – Варадера или Екера.

Вот не зря мы рисковали, стремясь спасти орка, и таскали его на носилках столько времени. И ведь и правда – чтобы послать лазутчика на земли гномов, я никого из своих не смогу найти, чтобы хоть как-то похоже на гнома выглядел. А вот с орками попроще, аж два кандидата на эту роль в клане есть.

Причем Екер был бы идеальным вариантом. Варадер все же намного мельче Екера, хотя после него является, несомненно, самым крупным по размеру нашим воином. Пленный орк рассказывал, что есть орки по размеру как Варадер, хоть таких и немного.

Но вот Екер – он вообще идеально подходит под размер этого орка, которого мы захватили в плен. Что уж тут говорить, я уже убедился в этом вчера на пирушке, когда ему Хастер с Тивадаром, подвыпив, комплект доспехов, что изначально был на плененном нами орке, притащили в подарок. Когда он, обрадованный подарком, напялил его на себя, тот практически идеально ему подошел. Такое впечатление, что даже подгонка никакая не требуется.

А уж чтобы он действительно стал похож на орка, нам придется воспользоваться бесценным артефактом мимикрии, при помощи которого Джоан достаточно долго водила за нос практически всех профессоров и студентов Королевской Академии Магии, выдавая себя за дурнушку.

Ну а то, что я ее разоблачил, – это дело случая. Это же ей надо было просто нарваться на того, кто имел возможность в прошлой жизни увидеть тот самый артефакт, который принадлежал особе королевского рода. И просто-напросто не мог болтаться на шее у обычной дурнушки из провинции.

Правда, тут у меня тоже был вопрос. Способен ли этот артефакт трансформировать лицо Екера в полную копию орочьей морды? В особенности убедительно показать эти жуткие орочьи клыки?

Был также еще один нюанс. Екеру, если он согласится на эту вылазку, нужно бы изучить орочий язык. Даже если не весь, то, по крайней мере, хоть примерно тысячу наиболее распространенных фраз и выражений, чтобы он хоть процентов девяносто сказанного понимал. В идеале, конечно, если он мог бы еще и ответить, но вот по этому поводу я иллюзий не имел.

Человек, да еще на самом деле не факт, что способный к изучению чужих языков, все равно будет говорить с чудовищным акцентом. У нас же строение рта совсем другое, чем у орков. Артефакт, если получится, сделает из лица Екера на чужой взгляд орочью морду, но вряд ли в самом деле изменит строение его рта на орочье…

К счастью, можно прикинуться немым. В теории, конечно, можно и глухонемым, но в этом случае Екеру придется совсем тяжело. Лучше все же выдавать себя за немого, иначе у орков, с которыми он будет иметь дело на их территории, возникнет много вопросов к нему, которые заставят их особо тщательно приглядываться к подозрительному индивиду. Сомневаюсь, что по орочьим землям много глухонемых орков сами по себе бродят, без сопровождения.

И мало ли маскировка даже артефакта Джоан окажется недостаточной, чтобы защитить Екера от разоблачения при излишнем внимании орков? Так что для нас очень важно, чтобы Екер действительно хоть основное что-то понимал из того, что орки будут ему говорить.

Как это сделать? Способ понятен. Интенсивное изучение орочьего языка решит проблему.

К счастью, у нас имеется теперь и носитель языка – пленный орк. И теперь его нужно засадить за составление словаря орочьего языка и обучение ему Екера по двенадцать часов в день.

Нет, скорее всего, по десять. Непривычному человеку больше десяти часов не потянуть.

А еще очень важно правильно стимулировать орка для того, чтобы он добросовестно обучал Екера своему языку. Хотя, подумав об этом, я вздохнул и покачал головой.

Все же вряд ли в обычном своем состоянии орк будет склонен к тому, чтобы честно заниматься преподаванием своего языка человеку. Уж больно он весь такой из себя воинственный и напичкан представлениями об орочьей чести и о том, что высшая раса ни в коем случае не должна поддаваться давлению со стороны низшей, а людей он считает именно за низшую расу. Это означает, что не будет он добровольно обучать Екера орочьему языку под принуждением.

Правда, я тут же придумал, как все же это обучение можно организовать. Действие «Болтуна»-то никто не отменял, правильно?

Значит, просто-напросто надо правильно им пользоваться. Пусть в то время, когда «Болтун» не задействован, орк пишет словарь.

А потом мы будем использовать «Болтуна» для того, чтобы он проверял, правильно ли составлен этот словарь. Вот практически уверен, что не под действием «Болтуна» пленник будет заниматься всякими гадостями. Будет делать все для того, чтобы на основе этого словаря никто не мог правильно выучить язык орков. Будет, наверное, подделывать слова, придумывая несуществующие, неправильно писать некоторые из существующих. И все для того, чтобы создать видимость, что он работает над ним добросовестно, а толка для нас с этой работы не было.

Ну, значит, составлять словарь он будет в обычном состоянии, а потом мы под «Болтуном» будем давать ему же его словарь, чтобы он его уже совершенно добросовестно исправлял.

Значит, необходимо от него требовать, чтобы он, когда составлял словарь, писал покрупнее и оставлял место для будущих правок, которые будет вносить, будучи уже под «Болтуном».

Ну что же, задача, конечно, затянется, но вполне является решаемой. Ну а что касается сроков реализации этой операции, то тут все будет зависеть от того, насколько Екер способен к изучению языка орков.

Я же без понятия, какие у него таланты есть к изучению других языков. И есть ли они вообще. Так-то, несмотря на свои огромные размеры и зверский вид, мужик он, в принципе, умный. Но я совершенно точно знал, что и очень умный человек может оказаться совершенно не способен к изучению чужих языков.

Тут от многих факторов дело зависит. И даже ученые не всегда в состоянии объяснить, почему один человек влегкую чужой язык учит, а с другим годами можно все усилия на ветер спускать, пытаясь обучить его другому языку. И даже самые лучшие педагоги ничего поделать с этим не могут. Нет способности – и все тут, хоть убейся об стену.

Но первый шаг, который мне надо было сделать, – это переговорить с самим Екером. Надо было вообще узнать, готов ли он осуществить эту крайне рискованную операцию.

Нет, теоретически я, конечно, понимал, что он подчинится приказу, но мне нужно было, чтобы он добровольно вызвался. Тогда и работать над заданием будет гораздо более добросовестно, чем если я просто, равнодушно на него взглянув, прикажу.

Так что сразу после совещания с членами моей команды я устроил разговор с Екером. Пригласил его на пиво в нашей студенческой столовке в начале десятого, когда в ней никого уже не было. Первокурсники ушли на занятия, а все остальные – на вылазки в рамках портальной охоты.

Екер понял, конечно, что у меня есть для него какое-то задание, но молчал. Знал, что как кланлидер я сам должен завести разговор об этом.

Так что посидели вначале, попили пиво, а потом я уже сказал:

– Екер, есть задание, которое только ты можешь выполнить. И оно для клана очень важно, но попотеть тебе над ним придется.

Екер кивнул:

– Все, что скажете! Ради клана и вас я готов на все. Ну и в чем проблема попотеть? Взгляните на мои мышцы! Я что угодно при их помощи осилю.

– Ну, в том-то и дело, что мышцы при этом задании, конечно, важны, но на второй его фазе. А на первой придется орочий язык как следует выучить.

Надо отдать должное Екеру, он как-то быстро догадался, что я от него хочу.

Посмотрел на меня пристально секунд десять, а потом спросил:

– Это как-то связано с орочьим доспехом, что только мне годен? Нужно будет замаскироваться под орка? Какую-то разведку на землях орков провести?

Ну вот, так оно и есть. Как я и думал, Екер у нас очень умен, несмотря на его внешность совершенного дуболома. Все у него в порядке с интеллектом.

– Все верно, Екер, – кивнул я уважительно.

И он просиял, уловив это уважение в моем взгляде. Конечно, такой горе мышц приятно, что его ценят не только за его силу, но и за то, что он соображает неплохо.

Правда, тут же его радость померкла. Он спросил с осторожностью:

– А язык орков – он как, сильно сложный?

– Ну, я обстоятельно учил только язык эльфов. Вполне по силам оказался. А язык орков совсем немного изучал. Только когда с пленником разговаривали, чуток его нахватался, несколько десятков слов уже понимаю. Так-то мы с ним на хельском языке говорили, конечно, но увлекаясь, он иногда и орочьи слова использовал, вот я и нахватался. Но не сказал бы, что там уже совсем что-то сложное. Вслух разве что орочьи слова произносить тяжелее гораздо. Речевой аппарат у орков с этими огромными клыками сильно от человеческого отличается. Так что мы, пользуясь им, не в состоянии некоторые звуки произнести, на которые орки способны.

Увидев, что Екер приуныл, я пояснил:

– Поэтому твоя задача будет проще – говорить на орочьем языке тебе не надо будет. Будешь немого изображать. Но вот понимать орочий язык, хотя бы основные фразы и слова, тебе все же необходимо. Так что именно в этом плане придется и попотеть, очень много времени проводя с нашим пленником-орком.

– Сделаю, Эйсон, конечно сделаю, – кивнул мне Екер без всяких сомнений. – Надо понимать орочий язык – значит, я его буду учить хоть шестнадцать часов в сутки.

– Шестнадцать не надо, – сказал я. – Десяти достаточно. Все же я не хочу, чтобы ты свихнулся. Тебе просто нужно выучить еще один язык, причем на начальном уровне.

– Но кланлидер, у меня сразу же вопрос. Орки же не тупые совсем, как можно было бы подумать, глядя на их размеры. Я не представляю себе, каким должен быть грим для того, чтобы мое лицо не вызвало у них подозрений, если задача стоит с ними общаться, а не где-нибудь с сотни метров показаться им. Это же какой уникальный должен быть мастер по гриму, чтобы во время разговора лицом к лицу они тут же не поняли, что я вовсе не орк, несмотря на то, что по фигуре похож на них?

Вот Екер и еще раз доказал, что очень хорошо соображает.

– Вот за это как раз, Екер, ты можешь не волноваться. Есть у моей супруги подарок от короля. В принципе, это не очень и большая тайна, о нем многие слышали. Этот артефакт способен кого угодно замаскировать. И раз уж ты согласился, давай мы сразу же и проверим, сработает ли он? Потому что раньше мы его использовали, только чтобы одного человека под другого замаскировать. Но в маскировке под орка необходимости у нас раньше не было.

Екер с подлинным энтузиазмом тут же вызвался немедленно провести этот эксперимент. И причину этого энтузиазма я понимал.

Он был кровно заинтересован в успешности этого эксперимента. Прекрасно понимает, что только он один из всего клана и может отправиться, не вызывая подозрений по своим размерам, в качестве орка на это задание.

А что это означает? Что у него не будет там поддержки. Так что у него есть самый что ни на есть прямой интерес для того, чтобы убедиться в том, что этот артефакт работает как надо. Екер храбрый, но вернуться живым, выполнив задание, каждому нормальному солдату хочется…

Я протянул ему артефакт, взятый мной у Джоан до того, как она ушла, и объяснил, как его привязать.

Рассказал ему также и про то, как он будет учить орочий язык, описав все возможные сложности с чрезмерно высокомерным пленником. Пришлось его посвятить, конечно, и в тайну проклятия «Болтун».

К счастью, поскольку Екер был родом не из Аргента, он совершенно равнодушно отнесся к тому, что орк с нами будет сотрудничать при помощи некромантии. Это его вообще ни на грамм не взволновало.

Ну да, наверное, только в Аргенте так сильно некромантию прижали, что люди пугаются из-за государственной пропаганды против всего, что с ней связано. А в Бельбе, выходцем из которой является Екер, никаких проблем с этим вообще не имеется.

После этого мы тут же отправились к нашей подземной тюрьме. Минут через пятнадцать до нее добрались, спустились внутрь, и я подвел Екера к камере орка.

Тот не спал, сидел в кресле (мебелью мы камеру неплохо оснастили, не хуже, чем комнату в гостинице) с книгой в руках. Ясное дело, что несколько книг из его запасов мы ему передали, чтобы он не скучал.

Когда мы подошли к решетчатой двери, тот сразу подскочил к ней и начал что-то возмущенно говорить на орочьем. А затем, схватившись огромными ручищами за прутья, начал их трясти.

Впрочем, я по этому поводу не переживал. Решетка была сделана на совесть, каждый из прутьев был толщиной в три сантиметра и перехвачен таким же прутом через каждые двадцать сантиметров. Даже с орочьей силищей эту решетку не взломать.

– К чему эти крики на орочьем? – спросил я его на хельском. – Ты же прекрасно говоришь на нашем языке.

Орк исподлобья удивленно взглянул на меня – ну да, он же не помнит ничего про наши беседы под «Болтуном», – потом сказал на хельском:

– Вы должны немедленно отпустить меня! Я представитель высшей расы, вы не имеете права меня держать в камере!

– Для этого тебе придется много поработать, – пожал я плечами. – Только так и никак иначе.

Разумеется, я не собирался его отпускать. Как и он бы ни за что не отпустил меня, будь я его пленником. Причем его вариант был не так и плох по сравнению с тем, что бы он со мной сделал. Он у меня просто в тюрьме сидит, причем с комфортом, а сам меня бы сразу же в рабство продал.

Но орк, конечно, не мог быть уверен в том, что шанса на свободу нет. Это наш единственный способ его использовать, маня его надеждой на свободу. Пока он верит в то, что это возможно, он будет сотрудничать. Да, пытаясь нас при этом еще и обманывать, но эту проблему мы легко решим с помощью «Болтуна».

– Сначала обучишь вот его на своем языке говорить, – сказал я, указывая на Екера.

Оценив взглядом Екера, тот сказал:

– Достойный воин… Нам в плен никогда не попадался человек такого размера. А будет у нас возможность сразиться?

Хм… Я сразу почуял, что у меня появляются определенные перспективы…