Текст книги "Антидемон. Книга 26 (СИ)"

Автор книги: Серж Винтеркей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

Эх, разведать бы тут все, конечно, послав передовой отряд, но нельзя…

Если, как я предполагаю, это огромная подземная пещерная сеть, то в ней могут быть монстры, в том числе и такие, что способны уничтожить посланных разведчиков. Поэтому просто движемся все вместе под защитой королевского артефакта.

Артефакты на ночное зрение были у всех, так что наше продвижение нисколько не замедлилось. Тем более, несмотря на достаточно небольшой вход, внутри пещера очень сильно расширилась. В грот, конечно, не превратилась, но близко к тому. Иногда доходила до шести-семи метров высотой и до четырех-пяти метров в ширину.

Ноги по‑прежнему хрустели по костям, словно мы и не ушли с той груды костей, а ходили по ней и дальше.

Ну, естественно, время от времени сюда забирались серьезные хищники, пусть и не всегда настолько опасные, как ариодак. И логично, что часть своей добычи они затаскивали сюда, в свое логово.

Буквально метров через сто наткнулись на развилку.

Ход, что вел направо, поднимался наверх. Тот, что вел налево, снижался вниз.

Естественно, что я выбрал тот ход, который уходил вниз. Нам нужно забраться поглубже под землю в поисках там надежного убежища от наших преследователей. Да и артефакт «Спаситель» потеплел на шее, когда я подумал о том, что надо идти в этом направлении. Верный признак, что это лучший из двух вариантов для отступления…

Появилась мысль, как отвлечь преследователей, если они достаточно быстро здесь появятся. Передал ручки носилок Корнелу, приказал двигаться дальше по выбранному коридору. Вернул также и контроль над королевским артефактом Эрли. А сам побежал по второму коридору. Сильно не стал удаляться, и через полсотни метров скастовал черную точку. Она не так и долго продержится, но если разведчики наших преследователей вскоре здесь появятся, то обнаружат ее и решат, что мы здесь спрятались. Достаточно быстро, конечно, выяснится, что это всего лишь обманка, но тем не менее это как минимум несколько минут, которые затормозят преследователей. Ведь напропалую выяснять, кто там таится неподалеку в темном коридоре, они после разгрома предыдущего отряда не бросятся, всяко предпримут меры безопасности…

Обратно к своим вернулся при помощи двух бросков эспандера. Нечего надолго отбиваться от группы. Тут же проверил свои ощущения от артефакта, что позволял почувствовать, когда по твоему следу кто-то идет. Но нет, ничего подобного не ощущал. Жаль, что на десятом разряде магии он работает на не очень большом расстоянии…

Пещера по‑прежнему шла на уклон, но не чрезмерно. Двигаться было достаточно комфортно. Единственное, что беспокоило, так это то, что под ногами появилась вода. Она стекала со стен туннеля. Похоже, где‑то над нами есть подземная река…

Тут сразу два неприятных момента. Во‑первых, конечно, не хотелось бы оказаться здесь, когда эта река проложит себе полноценный путь в этот туннель. Когда это случится – неизвестно, но вдруг как раз в ближайшее время, пока мы здесь? Во‑вторых, такое количество уже сейчас попадающей в туннель воды вполне может где‑нибудь впереди привести к затоплению хода.

Некоторым монстрам это вовсе и не помеха. Есть такие, что достаточно уютно чувствуют себя и на воздухе, и под водой. Но нам‑то это, конечно, точно не нужно.

Но прошли где‑то примерно с полкилометра, и воды под ногами стало меньше. А затем ход и вовсе пошел вверх.

«Фух, вроде пока что пронесло», – подумал я.

А затем мы наткнулись на развилку, из которой дальше вело целых три хода.

Прикоснувшись рукой к стене и рассмотрев ее повнимательнее, я одобрительно кивнул: это был базальт, здесь можно было достаточно свободно обращаться со взрывчаткой. Подумал о каждом ходе, прислушиваясь к «Спасителю». Он потеплел, когда я представил себе средний ход.

– Отлично, – сказал я, – потопчитесь как следует перед всеми тремя развилками и продолжайте двигаться дальше по среднему из них. Я завалю один из ходов, по которому мы не пойдем.

– Зачем? – удивленно спросил Тивадар.

– Наши преследователи подумают, что мы завалили именно тот ход, которым решили двигаться дальше, чтобы они не могли за нами увязаться. Ну, конечно, это в том случае, если они не смогут при помощи какого‑то артефакта уверенно различать, куда именно мы пошли. Но мало ли у них нет такого артефакта, который под землей работает? В том, что точно есть такие, что на поверхности работают, я уверен…

И даже если есть, то этот артефакт вряд ли позволит им понять, не разделился ли отряд. Мало ли по свободному туннелю ушли вперед самые малоценные члены отряда, которых не жалко потерять, а все опытные бойцы спасаются по закрытому завалом туннелю?

В общем, в любом случае мозги у их командира будут кипеть, пока он будет пытаться понять, что происходит. И велики шансы, что он все же потратит прилично времени, решив разгребать этот завал. И нам это здорово поможет. Как минимум они разделятся, оставив один отряд разбирать обломки, чтобы двигаться за нами по заваленному туннелю. А как максимум – побоятся разделяться и все вместе займутся восстановлением прохода. Ну ладно, все, идите, я вас догоню.

Королевство Бардауган, штаб-квартира клана «Счастливчики»

Уцелевший грандмаг Шелегад вихрем ворвался в штаб-квартиру клана, приказывая всем встречным поднимать тревогу. Едва он вырвался с территории Темного пятна в Земли гномов через портал, как не тратя время на коммуникационные порталы, отправился домой обычным порталом.

Ему до сих пор очень сильно хотелось себя ощупать, так трудно было поверить, что он не ранен и единственный смог уцелеть. Как же ему повезло, что отец, умирая, передал ему свой защитный артефакт, лучше которого он лично никогда и не видел… Ну да, отец был кланлидером долгое время, мог себе позволить… Пассивная защита Шелегада рухнула из-за того ада, что разразился в ущелье, но артефакт, дававший пять секунд неуязвимости, помог ему выжить. Никогда раньше с тех пор, как он стал грандмагом, дело даже в самых жестоких схватках не доходило до такого. Но все когда-то случается в первый раз…

Клан тут же загудел, начали собирать около комнаты для совещаний всех грандмагов и архимагов. Шелегад, стоя в коридоре, рассказывал, что его отряд, посланный на планету Легранд, сам попал в ловушку. И что судя по всему, он единственный из него уцелел.

А затем, когда собралось большинство членов Совета старейшин, тут же приступили к совещанию…

– Я думаю, что знаю, что там произошло, – заявил один из патриархов клана. – Скорее всего, нам не повезло поймать в эту ловушку по-настоящему серьезный отряд из кучи грандмагов какой-то высшей расы. Они, видимо, как раз захватили пленников из людской расы и двигались на выход из Темного пятна к себе домой. Какие там есть поблизости порталы на выход в земли высших рас?

Тут же развернули карту Темного пятна, зашарили пальцами около обозначений поблизости от ловушки. Установили, что в двадцати километрах от этой ловушки есть выход в земли гоблинов, а в сорока километрах, если идти в другую сторону, есть портал к эльфам.

– Ну вот, совершенно не удивлюсь, если в нашу ловушку попались гоблины или эльфы. У них самые мощные маги. Как бы вы не поймали пару десятков грандмагов в этот раз… – заявил угрюмо кланлидер Дарагуд, смотря на Шелегада. – Причем достаточно умных грандмагов, способных сообразить, что с ними случилось, и понять, что наш отряд появится обязательно, чтобы собрать трофеи. Они оборудовали для вас ловушку из магов-слабосилок, захваченных недавно рабов, заставив их изображать разбитый в ущелье лагерь, а сами затаились и перебили за несколько секунд почти весь ваш отряд. Ну и, само собой, не обошлось без предварительных ловушек, в некоторые из которых и попались члены вашего отряда…

– С учетом того, что они имели возможность предварительно обустроить позиции, на которых будут принимать бой, и того, что один из наших грандмагов все же сумел оттуда сбежать, думаю, что там не два десятка грандмагов, а максимум десяток, – возразил ему грандмаг Даград. – Было бы там два десятка грандмагов, никто бы не смог уйти живым. Если мы соберем сейчас все свои силы и бросим отряд на поиски этих мерзавцев, да еще если удастся поймать их на открытой местности, где они не смогут оборудовать предварительно никакие ловушки, то у нас будет шанс раздавить этот десяток грандмагов. Без потерь, конечно, не обойдется… Но разве у нас есть выбор? Не можем мы стерпеть такое и оставить нанесенный нам удар без ответа.

Кланлидер, согласно кивнув, что все может быть и так, грандмагов у противника был всего десяток, обвел членов Совета тяжелым взглядом:

– Только представьте, что будет, если эти мерзавцы, эльфы или гоблины, вернутся к себе и начнут расписывать, что они разделали клан «Счастливчиков» под орехи, как зеленую молодежь, а тела наших сокланов выставят на обозрение на центральной площади. Толпа будет измываться над ними, плевать в них. А потом их вообще подвесят там за ноги на несколько месяцев… Никакого авторитета у нашего клана после этого нигде не останется, в том числе и на наших Гномьих землях…

– Может быть, стоит все же позвать союзников? – спросил один из самых осторожных старейшин, Горлит.

– И хотелось бы, но я не уверен, что нам стоит это сделать, – недовольно покачал головой кланлидер. – Уже очень много отрядов разных кланов, в том числе и союзных нам, пропали в этой местности в Темном пятне… Если мы туда приведем наших союзников, то они могут догадаться, что именно мы повинны в этом.

Члены клана примолкли. Да, не раз во время разбора трофеев охотников, погибших от мощных монстров на этой отдаленной планете, они наталкивались на вещи, принадлежавшие их союзникам. Все, что можно было опознать, тут же уничтожалось. Никто не хотел рисковать тем, что у одного из членов клана «Счастливчиков» заметят вещь, принадлежавшую кому-то из убитых союзников. Так что все быстро согласились, что кланлидер был прав. Вести в это место кого-то из союзников, с учетом того, что потом они обязательно расскажут другим союзникам о своих догадках, что «Счастливчики» изничтожили кучу народа, не разбираясь, кто из них союзники, а кто нет, – чрезмерно рискованно. Лучше отправить меньшие силы, но принадлежащие только своему клану, чем рисковать потом, после распространения этой информации, кровной местью со стороны союзников. Которые тут же, разумеется, после получения такой информации станут бывшими союзниками…

Это убьет клан гораздо быстрее, чем мощная команда тех, кто попался в их ловушку на планете…

Не видя смысла в дальнейших дискуссиях, принялись собирать отряд для сражения с неизвестными, что попались в их ловушку в Темном пятне, но так жестко с ними поквитались… Дело это было недолгим, вскоре и выступили…

Эйсон, планета Легранд

Взорвать что‑нибудь под землей – дело недолгое. Дождавшись, когда все отошли достаточно далеко, я достал заранее подготовленную связку взрывчатых артефактов, активировал ее и зашвырнул поглубже в туннель, который собирался обрушить, а сам запрыгнул в эспандер. Он в резиновой оболочке, от взрыва точно не пострадает, и под завалом не окажется – до этого места он точно не должен дойти…

Пришлось, конечно, задержаться еще на минутку, чтобы убедиться, что взрывчатки хватило и туннель надежно завален обломками. Убедившись, что все рассчитал верно, при помощи нескольких бросков эспандера догнал группу.

Еще примерно километр пройден под землей – и очередное разветвление: аж четыре штуки туннелей.

– Так… – сказал я, – а здесь завалим два из четырех. Причем в один из них зайдем сами, а перед вторым как следует потопчемся, чтобы много следов и туда вело. А, и перед остальными как следует потопчемся, чтобы было непонятно, в какой из этих туннелей мы вообще зашли.

– А почему не обрушить все четыре? – наморщив лоб, спросил Корнел.

– Можно, взрывчатки навалом… Да, так даже лучше – обрушим все четыре. Максимально усложним жизнь нашим преследователям. А сами пойдем по туннелю, который мне подскажет артефакт «Спаситель», он точно не должен быть тупиковым…

– Эйсон, великолепная идея! – одобрительно сказала Джоан.

Выбрал при помощи артефакта нужный ход, велел всем отправляться по нему.

Тут, конечно, потребовалось времени побольше. Я велел группе далеко не уходить, слишком сильно от команды удаляться мне не имеет смысла. Можно уже и нарваться: слишком много мы тут шумим под землей. Шансы, что какие‑нибудь серьезные монстры заглянут на этот шум, достаточно велики.

Аккуратно взорвал все три хода, по которым мы не пойдем. Потом, убедившись, что все в порядке и они надежно завалены на десятки метров, взорвал и наш, по которому уже ушел отряд, а затем установил ловушку, использовав наконец впервые в ней один из артефактов с проклятием. Тем самым, что обращало магов в нежить… И чем сильнее был маг, тем могущественнее будет нежить…

У нас уже полно и пленников, и тел убитых, с которых можно поднять призраков. Уверен, что информации мы получим с них достаточно для наших целей. Так что теперь можно активно использовать проклятия, чтобы остановить тех, кто пойдет за нами.

Если они будут упорно преследовать нас и забредут в этот туннель, чтобы идти за нами дальше, то на этом с ними все и будет покончено… Скорее всего, так оно и будет – вряд ли после того урона, что мы нанесли гномам, они повернут назад…

Конечно, мог бы возникнуть вопрос, почему я не сделал этого раньше, практически сразу же на входе в пещеру. Но на самом деле выгода от того, чтобы сделать все именно вот таким образом, для меня была совершенно очевидна.

Чем глубже преследователи заберутся под землю, тем позднее пославший их клан узнает о том, что они погибли. А чем позже этот клан узнает об их гибели, тем позже организует новую погоню. Если, конечно, у него останутся еще силы для того, чтобы этим заниматься.

Вся надежда именно на это.

Впрочем, особенно расслабляться не стоит, потому что у всех серьезных кланов есть союзники. И, понеся огромные потери, они вполне могут к этим самым союзникам обратиться. Если уж не самим захватить тех, кто так серьезно навредил им, так, по крайней мере, попытаться отомстить, натравив на них свежие силы.

Что люди, что нелюди – существа достаточно мстительные, это прописано в природе разных рас. Пообщавшись с орком, я понял, что в этом плане орки, к примеру, абсолютно от нас ничем не отличаются.

А ведь орк еще ругал эльфов за то, что те чрезмерно мстительны… Значит, есть варианты и похуже. Про гномов, правда, он ничего нам не рассказывал. Это было упущение с нашей стороны, надо было получше от него разузнать особенности различных рас… Ладно, если выберемся отсюда, займемся этим позже. Хотя рассчитывать, что он обойдется при этом без предрассудков, точно не стоит…

Для устроенной мной ловушки с проклятием место тут было самое что ни на есть хорошее и по другим причинам. Преследователи, пробивая заваленный ход, будут работать в пыли, использовать мощные заклинания, чтобы побыстрее пробить дорогу через завал, и с каждым таким использованием будут все меньше думать об осторожности. После предыдущих расчищенных завалов ловушек же не было, правильно? А значит, резко повышаются шансы, что они вляпаются в устроенную мной ловушку. И проклятие сработает, как задумано.

Проклятие использовал самое неприятное из моей накопившейся коллекции. Планета же все равно необитаемая, так что совесть меня не мучила… Когда нежить выберется на поверхность, страдать от нее будут только местные монстры.

А если получится при отходе уничтожить и сам портал, который неожиданно сюда забрасывает охотников и монстров, то и проблем от существ, что появятся на планете после того, как сработает проклятие, для разумных рас не будет…

Пора уже как‑то и домой возвращаться… Накоплены бесценные знания, трофеев с монстров мы набрали уже, по предварительным прикидкам, на пару миллионов золотых монет так точно. С этой точки зрения экспедиция чрезвычайно удачная. Была бы еще возможность сообщить нашим сокланам о том, что с нами все в порядке, так и вообще ничего страшного не было бы. Но вот это последнее, конечно, угнетало больше всего, в особенности бедолагу Тивадара, который постоянно вспоминал про Донжетту. Ну и я тоже переживал, что так надолго оставил клан без руководства…

Прошли пару километров – и снова развилка с тремя ходами. Причем один из них резко шел вверх. Ориентируясь в том числе и на артефакт «Спаситель», я выбрал его. Мало ли он ведет на поверхность. Нам было бы неплохо сейчас найти выход из-под земли. Судя по всем этим петлям, что мы проделали под землей, и с учетом моей ловушки, оторваться мы должны достаточно надежно, так что можно уже и выбираться наружу.

Завалил только этот ход, которым мы пошли. Чтобы отсечь нежить, что попрет после того, как моя ловушка сработает…

Правда, я понятия не имел, как будут вести себя маги противника, став могущественной нежитью… Будут слоняться под землей, пока не найдут свободный выход на поверхность, или все же попытаются пробиться через найденный завал? Сколько у них мозгов останется и на что они будут заточены? Все, что я читал про это в книгах по некромантии, было написано чрезвычайно мутным языком…

Этот ход, правда, на поверхность нас не привел: примерно через полкилометра начал резко уходить вниз. Но еще через километр снова было две развилки, и одна из них вела очень круто вверх. И «Спаситель» потеплел, когда я об этом ходе подумал.

Когда пошли по нему, Джоан полюбопытствовала у меня:

– Эйсон! Почему ты перестал взрывать туннели за нами? Думаешь, так далеко наши преследователи за нами не продвинутся?

– Думаю, да, – кивнул я. – Я за одним из завалов для них очень хорошую очередную ловушку организовал. Очень сомневаюсь, что после нее хоть кто‑то останется в живых. Так что очередной завал мы сделаем только тогда, когда найдем выход из‑под земли, чтобы уже точно быть уверенными, что никто нас из этого подземелья не потревожит, в том числе и различные монстры.

Но сам подумал о том, что главное будет надежно отсечь от себя тех тварей, которые появятся после того, как сработает проклятие в установленной мной ловушке. Даже если нежить начнет разбирать завалы, то вряд ли уже все подряд, верно? В этом случае двух завалов, что нас от нее отделят, будет вполне достаточно…

Шли мы примерно полтора километра, а потом идущая впереди Джоан радостно закричала, что видит свет.

Глава 7

Правда, выход из пещеры оказался необычным.

Когда мы до него добрались, то с изумлением обнаружили, что находимся на высоте примерно в три сотни метров, с которой видно все очень далеко вокруг. Причем пейзаж был совершенно незнаком. Явно мы выбрались совсем не в ту долину, из которой бежали после битвы.

Ну что же, чего у нас было вдосталь, так это веревок. Да и без них при необходимости достаточно быстро отсюда спустимся, поскольку можем кастовать ступени из воздуха. Это если с пленником на носилках двигаться, нужны ступеньки или веревка, а чтобы срочно отсюда убраться, достаточно швырнуть вниз эспандер…

Но без особой спешки с пленником лучше по ступенькам спускаться. Все равно наша собственная магия в этом мире, где постоянно нападают достаточно серьезные монстры, обычно нами не используется, и приходится, чтобы выжить, рассчитывать на всю мощь наших очень серьезных боевых артефактов.

Я прикинул нашу диспозицию. Вероятность того, что нас обнаружат, ведя какие‑то поиски на земле, достаточно низка.

Да, эту дыру можно рассмотреть с земли, но в этих скалах полно таких дыр и расщелин. Все их не осмотреть даже большому клану, тем более который пережил потерю двух партий лучших охотников. Ну или вскоре переживет гибель второй партии, если они еще не наткнулись на мою ловушку с проклятием… Уж после этого ни члены пострадавшего от наших рук клана, ни их союзники поодиночке тут бродить не будут, суя свой нос в каждую опасную дыру. А большой командой каждое потенциальное укрытие проверять в этих бесконечных скалах – так это им неделями тут придется бродить, а то и месяцами…

Так что, по всем моим представлениям, вынесенным после войны с высшими демонами, место это достаточно надежное, чтобы здесь задержаться на какое‑то время.

Вернулся на три сотни метров назад по туннелю и устроил там взрыв, который очень хорошо и качественно завалил ход метров так на десять – пятнадцать точно. Убедившись в этом, вернулся обратно.

– Так, ну вроде бы основная опасность позади, – сказал я. – Теперь будем вызывать призраков из тел убитых гномов и надеяться на то, что хоть один из них расскажет нам про какой‑то вариант, который будет нам доступен для того, чтобы вернуться на Землю.

Из всей команды только Илор видел раньше вызываемых из убитых призраков. Так что интерес, конечно, у всех был большой, а уж сколько было во взглядах надежды на то, что в результате этого ритуала мы сможем наконец вернуться после этого длительного путешествия на Землю!

Тела пленников доставали по одному. Первый убитый был, судя по его одежде, архимагом. Ну что же, я использовал ритуал, и призрак повис прямо над телом. Тут же мы с Илором стали задавать ему вопросы, пытаясь выяснить, знает ли он один из земных языков?

Вопрос Илора был задан на хельском, я повторил вопрос на языке Аргента, потом еще на нескольких других языках, в которых хоть немножко разбирался. Призрак оставался недвижим, он просто не понимал, что у него спрашивают.

– Что‑то он не больно разговорчив, – недовольно сказал Тивадар.

– Просто он пока что вообще не понял, о чем мы его спрашиваем, – успокоил я брата, который, естественно, начал переживать, что ничего у нас не получится с возвращением домой, и его любимая Донжетта так и умрет от старости, уверенная, что ее Тивадар погиб в Темном пятне.

Раньше я бы и не подумал, что мой брат‑громила настолько чувствителен. Но влюбился он в Донжетту очень сильно…

Мы так просто не сдались, конечно. Задали вопрос на языке гоблинов, затем на языке эльфов, затем на языке орков. Несколько десятков слов все‑таки мы смогли у орка выучить. Но нет, призрак оставался недвижим. Явно не знал он никаких лишних языков.

Впрочем, может, я наговариваю, и перед нами эксперт-полиглот. Просто знает он, к примеру, пятнадцать разных языков, на которых гномы в разных королевствах разговаривают, но нам от этого абсолютно не легче… Ладно, решил, что не стоит зря тратить наше время…

– Давайте следующее тело, – скомандовал я.

В этот раз перед нами был явно грандмаг.

Ну что же, посмотрим, повернется ли удача к нам лицом в разговоре с ним…

Задали вопросы на людских языках – мимо. Эльфийский язык – мимо, гоблинский язык – мимо. А на вопрос на орочьем языке он немедленно дал утвердительный ответ…

Хотя точно этого мы не знали: не настолько хорошо мы этот орочий язык‑то и выучили. Да и у гнома точно был сильный акцент, те же самые слова от орка звучали иначе. Но головой он при этом пошевелил точно так же, как наш орк делал, когда соглашался с каким‑то нашим утверждением, в то время как мы с ним беседовали. Так что был шанс, что нам попался все же пленник, который знает орочий язык…

– Прекрасно. По крайней мере, с этим призраком мы поладим, когда наш орк очнется. Кстати говоря, через пару часов это и произойдет. Надо за ним внимательно следить, чтобы не упустить нужный момент и воспользоваться «Болтуном». А то увлечемся тут допросами…

– Брат, допрашивай, – сказал Тивадар, пересаживаясь поближе к пленному орку. – Я с него глаз не спущу, не волнуйся.

Подавив улыбку в ответ на такую заботу о том, чтобы мы получили нужный результат, я вызвал третьего призрака из появившегося на свет из пространственного хранилища тела очередного грандмага.

Только в этот момент я осознал, сколько мы грандмагов сегодня перебили… А ведь это огромное достижение для группы магов от десятого до одиннадцатого разрядов!

Конечно, это заслуга и королевского артефакта, и удачной позиции, в которой мы поджидали нападение, и определенной опрометчивости напавших, вообразивших, что мы – очень легкая добыча. Ну и куттирометы, конечно, свое слово сказали, не будь у нас их, эту битву нам бы никогда не выиграть.

Но тем не менее мы сделали это – покрошили огромное количество нелюдей, да еще причем и на их собственной территории, из которой они сделали огромную ловушку. Будет что отпраздновать, когда мы окажемся в безопасности…

С третьим призраком нам повезло. Оказалось, что он прекрасно знает эльфийский.

Вот только сразу же и выяснилось, что, как я и подозревал, тот эльфийский, что я учил по словарю, и тот эльфийский, который знал он, – очень сильно отличаются. Последовательность слов в предложениях была совсем другой, чем принято в людских языках, так что все те искусственные предложения, что я составлял раньше, очень часто казались для призрака настоящей абракадаброй. Он просто‑напросто молчал, явно не понимая, о чем я его спрашиваю.

Но я не сдавался и беседовал с ним, пытаясь интуитивно понять особенности использования различных частей речи в предложениях, составляемых призраком. И минут через двадцать дело потихоньку пошло на лад.

Я, конечно, задавал максимально примитивные вопросы, но уже начал понимать ответы. Тем более что призрак по моему приказу отвечал максимально кратко.

А был бы это не призрак, а пленник под «Болтуном», то, конечно же, общаться было бы еще легче: призрак просто выполнял приказ не использовать предложения длиной более чем шесть слов. А пленник под «Болтуном» наверняка бы старался использовать и максимально простые грамматические конструкции, стараясь на совесть, чтобы я легче мог его понять.

Увы, призрак стараться на совесть не способен – просто выполняет простейшие приказы так, как он их понимает.

Все, что удалось узнать, я, пока этот процесс нашего общения продолжался, своим сокланам не рассказывал. Просто уточнял и уточнял услышанное у призрака, чтобы быть полностью уверенным в той информации, которую получаю. От нее же наша жизнь будет зависеть… Но те из нас, что тоже учили эльфийский словарь вслед за мной, тоже внимательно прислушивались. И на их лицах я заметил радость. Они понимали, о чем мы так долго беседуем…

И только через полчаса, когда я понял, что вроде бы никаких ошибок нет, повернулся ко всем и сказал:

– Поздравляю, выход отсюда есть. Это тот же самый портал, через который мы сюда попали. Оказывается, гномы легко его перенастраивают для того, чтобы возвращаться в Темное пятно. Неподалеку от груды костей в определенном месте зарыта парочка вспомогательных артефактов, которые для этого как раз и используются. Этот грандмаг знает, как и все остальные участники этого отряда, как именно это правильно нужно делать. И я, надеюсь, понял все правильно… Но мы убедимся в этом, когда очнется наш пленный орк и переговорит с призраком, что знает его язык. Опасно, учитывая наш уровень эльфийского, полагаться только на то, что я вроде бы как сам понял… Одна ошибка из-за моего плохого эльфийского, и будем мы стоять возле найденных артефактов как дураки, нажимая все подряд, если я неправильно понял, что и как там нужно делать, чтобы домой вернуться…

– Может быть, – предложил Корнел, – нам и призраков из остальных убитых тоже поднять? Может быть, наткнемся на кого-то, кто владеет человеческим языком, и уточним всю нужную нам информацию?

– Нет, брат, мы этого не будем делать, – покачал я головой, – забрать вызванных призраков мы с собой не сможем, когда покинем это убежище. А ведь каждый из них знает невообразимо много того, что может однажды пригодиться нашему клану. С остальными мы будем разговаривать уже дома, в надежном месте, в котором их вызовем, и сможем беседовать с ними в любое время. А из этих трех уже что вытащим до того, как придется уходить, то и вытащим…

Решил сделать пятиминутный перерыв в допросе призрака. У меня просто уже мозги кипели от этого длинного разговора на эльфийском, в котором нужно было информацию стараться добыть адекватную и одновременно еще на ходу и эльфийский язык учить. Понял, что если хоть пять минут не передохну, дальше моя эффективность в этом допросе резко снизится.

Хастер задумчиво посмотрел на меня и сказал:

– Прости, кланлидер, что недавно плохо подумал про тебя. Глядя, как непросто проходит наш допрос, что за призрака ты ни поднимешь, я только сейчас и понял, почему ты не вызвал призраков сразу после битвы на поле боя. А то я шел за тобой оттуда и думал, почему мы сразу же, как гномов разбили, не вызвали призраков да не расспросили их о том, как отсюда убраться, чтобы сразу и бежать куда они укажут. Но теперь понимаю, что это дело не на пять минут…

– Ну да, но я не только поэтому не стал призраков прямо там вызывать, в месте, которое нам в любом случае нужно было бы очень быстро покинуть, – улыбнувшись, ответил я Хастеру. – Ты еще не забывай, что это члены очень серьезного клана гномов, и на них множество дорогих артефактов. Подняли бы если их призраков там, в ущелье, то даже если бы нам повезло и мы наткнулись бы на четвертом, пятом или шестом призраке на тех, с кем бы удалось быстро выяснить, куда именно нам идти и каким образом покинуть эту планету, то потеряли бы очень много преимуществ на будущее для нашего клана.

Все эти артефакты, что на шеях у убитых висят, перешли бы тут же в разряд неопознанных. Может быть, один или два из сотни у нас бы и получилось опознать, но сомневаюсь, что больше. Сам увидишь, если присмотришься, что выглядят эти артефакты очень чужеродно, такие на Земле не часто увидишь…

А теперь мы из каждого призванного призрака выцарапаем всю информацию о том, как эти артефакты работают. Представляешь, сколько мы боевых отрядов, вооруженных мощнейшими артефактами, которые нелюди считали незазорными себе на шею вешать и в опасные миссии в них ходить, создадим дополнительно в нашем клане?

Мне, конечно, все равно будет жаль из этой пещеры уходить, потому что эти трое знают очень много всего интересного. А представь, как было бы жаль бросать шесть или семь призраков в том ущелье, практически ничего от них не узнав, кроме того, каким образом отсюда можно быстро выбраться…

Так что да, этот вариант я тоже рассматривал, но счел его совершенно невозможным. Спаслись-то мы, может быть, и быстрее бы в этом случае, но понесли бы совершенно невообразимые потери, о которых в будущем всегда бы жалели.

Но ничего, я надеюсь, что у нас и так получится счастливо избежать всяких проблем и вернуться домой. Просто с очень богатой добычей, которая сделает «Дерзких» намного сильнее!

– Брат, если уж мы затронули тему прошедшего боя, то позволь и мне задать тогда вопрос, – спросил меня тут же Корнел. – В бою, конечно, без привязки куттиромет не передать, это понятное дело. Но почему ты к себе не привязал два куттиромета заранее? Все же ты, перехватив управление артефактом у Эрли, мог стрелять прицельно, в отличие от нас. Наша с Тивадаром стрельба по секторам наверняка была гораздо менее эффективной.