Текст книги "Риелтор от бога (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

– Вот, – сказал я, указывая на обломанные ветки справа от тропы. – Леон тут проходил. Ломает всё на своём пути, как обычно.

Ари нахмурилась и подошла ближе. Она наклонилась к сломанной ветке, осмотрела её, а потом выпрямилась. Выражение её лица изменилось.

– Это не Леон, – тихо сказала она, а затем подняла взгляд на небо.

– А кто? – удивился.

– Тот, с кем нам лучше не встречаться, – холодно сказала она и начала нервно озираться. – Нужно найти укрытие как можно скорее.

Я никогда раньше не видел её такой. Ари не паниковала – она была слишком собрана и сфокусирована, но в её движениях появилась та резкость, которая бывает у людей, которые испуганы и бегут от причины своего страха.

– А Леон? – спросил я.

– Если он не найдёт укрытие до наступления ночи, то его уже можно не искать, – ответила она, не сбавляя шага.

– Да что случилось-то? – я схватил её за плечо.

Но она крепко перехватила мою руку и потянула за собой. Мы шли быстро, почти бежали, петляя между деревьев. Ари двигалась так уверенно, будто знала маршрут.

– Куда мы бежим? Точнее – от кого? – с нажимом спросил я.

– От верной смерти, – сухо сказала она, не оборачиваясь.

– Смерти? – нахмурился, услышав это.

Она не ответила. Мы пробирались через густой кустарник, перепрыгивали через корни, уклонялись от низких веток. Ари тащила меня вперёд с такой силой, что я едва успевал переставлять ноги.

И тут лес резко расступился.

Я невольно остановился. Перед нами была небольшая опушка, залитая последними лучами заходящего солнца. Аккуратная поляна с ровной травой, парой плодовых деревьев и… домиком. Небольшим, уютным, с дымком из трубы и тёплым светом в окнах. Он выглядел так, будто сошёл с иллюстрации к детской сказке.

– Что за чертовщина? – я смотрел на эту картину и не мог понять, как посреди дремучего леса оказался такой очаровательный домик.

– Ты знала про этот дом? – повернулся я к Ари.

– Ты дурак? Откуда? – огрызнулась она.

– Но ты так уверенно сюда шла… – возразил я.

– Я уверенно шла по следам нашего упитанного идиота, – кивнула она на едва заметные отпечатки сапог на мягкой земле.

– Он что, здесь? – расширились мои глаза и внутри появилась надежда найти Леона и прописать ему хорошего леща за то, что спрятал все подковы.

– Не знаю, но он точно был здесь, – буркнула Ари, таща меня к дому и оглядываясь назад.

Мы подошли к двери и я постучал. Не давая хозяину дома шанса подойти к двери, Ари постучала следом и сделала это куда громче меня. При этом она то и дело оборачивалась, всматриваясь в тьму леса за спиной.

Наконец дверь открылась. На пороге стояла девушка лет тридцати, может чуть моложе. И она была… я даже не знал как это описать… Красивая – это было слабое слово. Точёные черты лица, тёмные волосы до плеч, большие карие глаза. Она смотрела на нас с мягкой улыбкой, совершенно не удивлённая тем, что к ней на ночь глядя пришли двое незнакомцев.

– Добрый вечер, – сказал я. – Простите за поздний визит. Не проходил ли здесь молодой парень? Наивный такой, болтливый, в доспехах. Называет себя рыцарем.

Девушка очаровательно захлопала глазами и игриво хихикнула:

– Нет, рыцарей тут не было.

Я заметил, что Ари стоит чуть позади и очень внимательно смотрит на девушку. Не с враждебностью – скорее так, как опытный охотник смотрит на потенциальную добычу.

– Вы одна тут живёте? – спросил я. – Не страшно? Посреди леса, вдали от деревни?

– Я привыкла, – улыбнулась она. – Здесь тихо и спокойно. Мне нравится.

Странно. Всё это было трындец как странно. Одинокая красавица в уютном домике посреди леса, где по словам Ари бродит что-то смертельно опасное. Впрочем, за последние недели я видел божество в облике бомжа, бобров-бодибилдеров, деревню сектантов и проклятый дом с овощным складом в подвале. Так что одинокая лесная красавица – это даже не в первой тройке странностей.

И в этот момент из глубины дома раздалось приглушённое мычание и грохот падающих предметов.

Мы с Ари переглянулись. Не дожидаясь объяснений, мы ринулись внутрь, едва не сбив девушку с ног.

Глава 16

Мы ворвались внутрь, готовые к чему угодно. К овощным ворам, к призракам, к духам земли, да хоть к бобрам-бодибилдерам.

Но не к этому.

Леон стоял посреди кухни в фартуке с вышитыми цветочками и жевал свежеиспечённый хлеб. Жевал с таким блаженством, что аж мычал от удовольствия. Рядом на полу валялась чугунная дверца от печи, которую он, судя по всему, уронил.

– Друзья! – просиял он, увидев нас. – Вы просто обязаны попробовать, какой потрясающий хлеб мы испекли с Изабеллой.

Я стоял в дверях, тяжело дыша после бега через лес и глядя на счастливого Леона в кухонном фартуке с цветочками.

– Дурачок, я же говорила, что дверца печи не держится и может упасть. Ты не поранился? – девушка подбежала к нему и начала осматривать его руки.

– Ты же сказала, что не видела рыцаря, – с претензией посмотрел я на неё.

– Рыцарь? – она окинула Леона взглядом и улыбнулась. – Это, по-вашему, рыцарь?

Я невольно улыбнулся.

– А она мне нравится, – бросил я Леону.

Тот обиженно надулся, но тут же отвлёкся на хлеб.

Ари по-прежнему стояла у входа и не сводила с девушки глаз. Леон, заметив её взгляд, наклонился ко мне и шёпотом сказал:

– Она ревнует.

– Что? – поднял я бровь.

– Ну, Изабелла красивее, вот Ари и злится, – уверенно кивнул он.

Я посмотрел на Ари и хмыкнул. Лично по мне, сложно было найти девушку, кто смог бы потягаться с ней в красоте.

За ужином Изабелла рассказала свою историю. Говорила она тихо, спокойно, иногда опуская взгляд.

– Я ушла из своей деревни. Там меня не любили, – сказала она. – Обижали, не ценили, а потом и вовсе едва не убили. После этого я убежала. А куда мне было идти? Вот я и бродила долгое время, пока не набрела за заброшенный домик лесника. Поначалу тут было ужасно, но я много трудилась и у меня получилось создать здесь уют.

– У тебя просто невероятно получилось! – с набитым ртом восхитился Леон.

– Спасибо, сладенький, ты такой очаровашка, – просияла она и провела рукой по его набитой едой щеке. – Кушай, мой хороший.

– И ты живёшь тут одна? – настороженно спросил я.

– Уже почти двадцать лет, – кивнула она. – Здесь мне хорошо. Я выращиваю овощи, собираю травы. Некоторые жители из окрестных деревень иногда помогают мне – приносят вещи, инструменты. Через лес частенько ходят путники и это всегда радость. Есть повод приготовить праздничный ужин.

Она улыбнулась и подлила Леону ещё отвара.

– Жаль только, что Джек умер, – тихо добавила она. – Это мой пёс. С ним было не страшно, а без него… ну, я привыкла, но всё равно не то.

Леон слушал с открытым ртом и выражением абсолютного обожания на лице. Бедная одинокая девушка, гонимая злыми людьми, живущая в лесу – для него это был идеальный повод стать героем.

– Изабелла, пока я рядом – тебе нечего бояться, – торжественно заявил он.

– Какой ты благородный, – она восхищённо посмотрела на него. – Рисковать жизнью ради незнакомого ребёнка… это поступок настоящего рыцаря.

Судя по всему, Леон уже выболтал всё что только можно было и про поиски пропавшей девочки в том числе. Сам болтун тем временем расправил плечи так, что аж фартук с цветочками натянулся на груди.

– Ну, я ещё не рыцарь, – скромно сказал он. – Но скоро им обязательно стану.

Я заметил, что про пропавшую девочку он больше не вспоминал. Изабелла за один вечер сделала то, что не удалось ни мне, ни Ари – заставила Леона забыть о подвиге. Впрочем, заменив его другим: теперь он собирался защищать прекрасную отшельницу от всех бед мира.

Плотно поужинав, мы разошлись по кроватям. Ари так и не объяснила, чего именно так испугалась в лесу и почему нам нельзя идти обратно в деревню, так что мы заночевали у добродушной девушки.

Но уснуть у меня не получалось. Дом был маленький и Изабелла выделила нам одну комнату на троих. Ари, как обычно спала, прижимаясь ко мне и закинув руку мне на грудь. А Леон разговаривал – во сне.

– Не бойся, принцесса… – бормотал он, ворочаясь на своей лежанке. – Я спасу тебя… Вот тебе, волчара… получай…

Он замахнулся рукой в воздухе и перевернулся на бок.

– Сейчас я вспорю тебе брюхо… и достану принцессу… – продолжал он.

Я осторожно убрал руку Ари и сел на кровати. Между храпом и бормотанием спящего рыцаря-мечтателя и прижимающейся ко мне эльфийкой, шансов уснуть не было никаких.

Я вспомнил слова Ари про что-то опасное в лесу. Может, стоило беспокоиться, но с другой стороны – если кто-то нападёт, лучше пусть я буду на ногах. Разбужу остальных быстрее, чем если буду дрыхнуть вместе с ними.

Я тихо оделся и вышел на улицу.

Ночь была тёплой и тихой. Луна освещала поляну, и домик Изабеллы выглядел ещё уютнее, чем вечером. Рядом с домом был небольшой огород – частично вскопанный. Видимо, Изабелла начала копать и не закончила.

Я посмотрел на грядку и подумал, что это неплохая возможность совместить полезное с полезным. Потренировать дар и заодно помочь хозяйке. Всё равно не спится.

Я размял руки и начал работать. Земля послушно расступалась, лунки получались ровные и глубокие. Дар заметно окреп за прошедшее время – я уже мог создавать борозды в метр длиной без особого напряжения.

Закончив одну грядку, я перешёл к следующей. Земля тут была мягче, рыхлее. Я углубился чуть сильнее обычного и наткнулся на что-то твёрдое и белое. Это была кость.

Я замер.

Так, Макс, спокойно. Это наверняка Джек – тот самый пёс, про которого рассказывала Изабелла. Собаку похоронили в огороде – ничего странного и необычного.

Я аккуратно расчистил землю вокруг. Кость была длинной, крупной. Рядом – ещё одна. И ещё…

– Многовато для одной собаки, – нервно произнёс я.

Я продолжал копать, уже не тренируясь, а целенаправленно расчищая и ища всё новые и новые кости. А они были в достатке – десятки костей разных форм и размеров. С каждой такой «находкой» внутри становилось всё холоднее.

– Ох, Макс, куда вы опять вляпались? Чёртов Леон со своими геройствами… – недовольно шипел я, перекопав практически весь огород.

Добравшись до яблонь, я сделал новую лунку и сразу же отпрыгнул в сторону:

– Мать моя женщина, это же череп, человеческий череп!

Я отошёл ещё на два шага назад и замер. Сердце бешено колотилось. Я смотрел на то, что раскопал, и пытался заставить мозг работать, а не паниковать.

И он работал. Краешком сознания я зацепился за лежащую рядом с яблоней лопату. Старая, ржавая, но с отчётливым клеймом на черенке. Я поднял её и разглядел знакомый символ – клеймо кузнеца из деревни. Того самого пьяного кузнеца, чья дочь ушла в лес.

Стоп, а ведь Изабелле на вид около тридцати и живёт она тут почти двадцать лет. Значит, она пришла сюда ребёнком – лет в десять-двенадцать.

– В двенадцать… – тихо произнёс я и пазл в голове начал складываться в ужасающую картину.

Я почувствовал, как по спине прошёл холод. Лопата кузнеца. Девочка, ушедшая в лес в двенадцать лет. Кузнец, который пьёт в день её рождения и кости, много костей в огороде девушки, которая «радуется путникам» и каждый раз готовит для них «праздничный ужин».

И тут я вспомнил, где видел точно такой же цветочный узор, как на фартуке Леона – у вдовы Марго в деревне. Мои глаза округлились и я бросился в дом.

Ворвавшись в комнату, я замер прямо на пороге. В тусклом лунном свете, пробивающемся в комнату через единственное окно я увидел мохнатое существо, стоящее над спящим Леоном. Полусогнутое, с тощими длинными лапами и согнутой спиной. Из приоткрытой пасти, усеянной острыми зубами, стекала густая слюна, капая на пол рядом с головой мирно сопящего рыцаря.

Это была не Изабелла. Вернее – это была Изабелла, но та её версия, о которой она забыла нам рассказать за ужином.

Я сделал шаг, так и сжимая в руках подобранную у яблони лопату. Половица скрипнула и оборотень резко повернул морду в мою сторону, после чего издал пронзительный рык, от которого у меня заложило уши.

В этот момент спящий под ним Леон перевернулся на бок и пробормотал во сне:

– Ух, какой свирепый серый волк… ну я тебя сейчас победю…

Я замахнулся лопатой и ударил со всей силы, но тварь оказалась невероятно проворной – когти рассекли воздух и лопата разлетелась пополам. Обрубок древка остался у меня в руках, а железная часть с лязгом отлетела в угол.

Оборотень бросился на меня. Я отпрыгнул вбок, врезавшись спиной в стену. Тварь промахнулась и влетела в дверной косяк с такой силой, что казалось дом вот-вот рухнет.

Тесное пространство дома было отвратительным местом для боя. Но, как ни странно, это играло в мою пользу – тварь не могла разогнаться и использовать скорость по полной. Она металась между стенами, сшибая мебель и рыча от злости.

– Эта тварь всё-таки нашла нас, – раздался за моей спиной ледяной голос Ари.

Она стояла рядом: собранная, спокойная, с прищуренными глазами.

– Нет, это мы нашли эту тварь, – поправил я, не сводя взгляда с оборотня. – Это Изабелла – я нашёл во дворе целое кладбище.

Ари ещё сильнее сузила взгляд, оценивая существо:

– Следовало догадаться…

Оборотень бросился вперёд. Я прыгнул в сторону Ари, чтобы оттолкнуть её из-под удара, но на её месте уже никого не было и я распластался по полу. Эльфийка уже стояла на другом конце комнаты, будто и не двигалась.

Как она это делает? Я только начал вставать, а она уже была в безопасности. Скорость, рефлексы – всё какое-то нечеловеческое. Но больше всего меня поразил её взгляд – это был не страх и не тревога. Это был взгляд хищника, который оценивает другого хищника.

Оборотень промахнулся, врезался в стену, развернулся и задрал морду к потолку. Выпустив когти, тварь издала протяжный рык, от которого казалось задрожали даже стены.

– А-а-а-а-а! Что это за тварь⁈ – раздался визг Леона. Этот соня наконец проснулся.

– Это серый волк из твоих кошмаров, – сказал я, вжимаясь в стену. – Давай, покажи нам кто тут настоящий рыцарь.

Тварь бросилась в сторону Ари. Я стоял чуть сбоку от траектории её движения и, подгадав нужный момент, ударил обломком древка по мохнатой лапе. Оборотень споткнулся и тяжёлая туша с грохотом распласталась по полу, сметая остатки мебели.

– Леон, хватит возиться, помогай! – рявкнул я, оборачиваясь.

Леон судорожно натягивал золотой доспех. Руки тряслись, застёжки не поддавались, нагрудник сидел криво.

– Ты серьёзно? – процедил я.

– Без доспеха рыцарь – не рыцарь, – выпалил он, пытаясь попасть рукой в наплечник.

Оборотень поднялся. По его морде было видно, что удар его не столько ранил, сколько разозлил. Тварь зарычала, приоткрыв пасть, и в тесной комнате начался сущий ад. Она била когтями по стенам, сносила мебель, рвала всё что попадалось. Деревянные балки трещали, с потолка сыпалась труха.

– На улицу, быстро! – крикнул я, понимая, что ещё минута и дом рухнет нам на головы.

Я схватил Ари за руку и рванул к выходу. Мы выскочили на крыльцо и я тут же начал лихорадочно осматриваться: колодец в десяти шагах, деревья, открытое пространство поляны. Ночной воздух прорезал утробный вой – оборотень вырвался наружу.

Ари вытянула руки в сторону колодца. Вода поднялась из глубины, собралась в плотный поток и ударила в выскочившего из дома оборотня. Тварь отлетела на пару шагов, затрясла мокрой головой и зарычала.

Ари била снова и снова, вода хлестала по оборотню, сбивала с ног, но тварь каждый раз поднималась. Мокрая шерсть торчала во все стороны, с морды текла вода и слюна, но ей было всё равно. Теперь это была просто огромная, кровожадная мокрая псина.

– Бесполезно, – процедила Ари сквозь зубы.

И в этот момент на крыльце появился Леон. В полном золотом доспехе, с мечом в руке. Он стоял в дверном проёме, освещённый лунным светом, и выглядел ровно так, как всегда мечтал выглядеть.

– Сейчас ты познаешь смерть! – громко произнёс он. – Это тебе за дочь кузнеца, проклятое чудовище!

С воинственным криком он ринулся вперёд. Оборотень бросился навстречу. В последний момент Леон ушёл в сторону – ловко, точно, словно отрабатывал этот манёвр годами, и нанёс удар мечом точно в брюхо твари. Клинок вошёл глубоко. Оборотень взвыл и рухнул на землю.

Леон остановился с лицом триумфатора. Грудь вздымалась, глаза горели, поза – как с картины великого сражения.

Какой молодец, – подумал я. – Реально ведь рыцарь, одним махом…

Но закончить мысль я не успел. Оборотень поднялся. Рана на брюхе затягивалась прямо на глазах. Тварь развернулась и прыгнула Леону на спину, повалив его на землю.

– Идиот, оборотня невозможно убить простым оружием, пока он в звериной форме! – крикнула Ари.

– А как эту тварь убить тогда? – воскликнул я, глядя как Леон пытается сбросить с себя существо.

– Только в человеческом обличии, – холодно сказала Ари и, словно предвидя мой следующий вопрос, добавила: – На рассвете.

Челюсти зверя сомкнулись на предплечье Леона. Доспех хрустнул, но выдержал. Леон орал так, что его было слышно, наверное, в той самой деревне. Если бы не латы, его бы запомнили как благородного однорукого рыцаря.

Думай, Макс, думай.

Убить нельзя, значит надо задержать до рассвета. Но блин как задержать существо, которое быстрее, сильнее и живучее нас всех?

Я посмотрел на колодец. Глубокий. Каменные стены. Если тварь окажется там – ей не выбраться. Осталось только загнать её туда.

Я схватил обломок черенка и швырнул точно в голову оборотня. Тварь отпустила Леона и повернулась ко мне. В её глазах не было ничего – ни злости, ни страха. Только звериный голод.

– Сюда, гадина, – сказал я, отступая к колодцу. – Давай, иди ко мне.

Оборотень зарычал и бросился вперёд. Я стоял у самого края колодца и смотрел на несущуюся на меня смерть.

– Рано… – шептал я. – Рано… жди, Макс…

Тварь была уже в пяти шагах. В трёх, в двух… Пора!

Земля перед моими ногами разверзлась. Я вложил все силы что у меня были, чтобы создать одну единственную, нет, не лунку и даже не яму – я создал настоящий жёлоб, глубиной по пояс, уходящий от моих ног прямо к колодцу. Самый мощный пролом, что я когда-либо создавал.

Я отпрыгнул в сторону. Оборотень, не успев остановиться, влетел в жёлоб и покатился по нему прямо в колодец. Когти скребли по земле, лапы скользили – но инерция была сильнее. Тварь проломила каменную кладку колодца и с протяжным воем рухнула вниз.

Раздался всплеск, рычание и судорожный крежет когтей по камню.

Я подошёл к краю и заглянул внутрь. Оборотень бился в воде, рычал, пытался зацепиться за стены. Когти оставляли глубокие борозды на камнях, но выбраться тварь не могла – колодец был слишком глубоким.

Леон подковылял ко мне, держась за помятое предплечье:

– Ты загнал его в колодец?

– Её, – поправил я, тяжело дыша. – Это Изабелла, помнишь?

Леон побледнел и отступил от края.

Снизу доносился рык, плеск воды и скрежет. Тварь не сдавалась, но выбраться не могла.

– И что теперь? – спросил Леон.

– Ждём рассвета, – ответил я и сел на землю, чувствуя как дрожат руки.

– Это получается, он нас ей отправил как подарок на день рождения? – обиженно спросил Леон, сидя на земле и разглядывая вмятину на предплечье доспеха.

– Ага, аппетитный такой подарок, – кивнул я.

– Вон какой ты «сладенький», – издевательски потрепала его за щёку Ари и расхохоталась.

Леон дёрнулся и отвернулся. Было видно, что ему не до шуток. Только что девушка, которой он собирался посвятить жизнь, пыталась его сожрать. Такое не каждый переварит. Во всех смыслах.

Ари посмотрела на небо – на востоке появилась едва заметная полоска света.

– Скоро рассвет, – сказала она и в её голосе зазвучала та самая ледяная нотка, от которой мне становилось не по себе. – Ничего, скоро я перережу глотку этой твари, а потом и этим деревенщинам, что скармливают ей людей.

– Мы не будем никого убивать, – твёрдо сказал я, а затем посмотрел на колодец и добавил: – Ну, во всяком случае, в деревне.

Ари бросила на меня недовольный взгляд, но промолчала.

Леон же сидел и молчал. Он смотрел на колодец и явно не знал, что чувствовать. Злость? Обиду? Жалость? Всё вместе, наверное.

Мы ждали пока небо медленно светлело. Рычание в колодце постепенно стихало, сменяясь скулежом, а потом наступила тишина. И вдруг снизу раздался голос. Не звериный рык, а испуганный, дрожащий, девичий:

– П-помогите… пожалуйста… мне холодно…

Я подошёл к краю и заглянул вниз. В воде барахталась Изабелла. Голая, трясущаяся от холода, с мокрыми волосами, прилипшими к лицу. Никаких когтей, никаких клыков. Просто испуганная молодая девушка.

– Ну наконец-то, – холодно сказала Ари, подойдя ко мне. – Мне уже надоело ждать.

Она потянулась к мечу, который Леон бросил на траве после боя. Но не успела она сделать и шага, как Леон вскочил и встал у неё на пути.

– Нет, – сказал он.

– Отойди, – процедила Ари.

– Нет, – повторил он. – Я не позволю её убить.

– Ты совсем идиот? – она посмотрела на него, а затем перевела взгляд на меня. – Скажи ему.

Я молчал, потому что понимал Леона. Сейчас, глядя на испуганную девушку, которая плакала и дрожала в ледяной воде, у меня тоже не поднималась рука хладнокровно убить её. Одно дело – зверь с когтями и клыками и совсем другое – беззащитная испуганная девушка.

– Я не виновата, – крикнула Изабелла снизу. – Я не контролирую это! Каждую ночь я становлюсь этим чудовищем и ничего не могу с этим поделать! Вы думаете, мне нравится так жить?

– Что, тварь, страшно умирать? – крикнула Ари в колодец.

– Я не тварь, – всхлипнула девушка. – Я просто хочу жить нормально… как все…

Леон уже бежал в дом. Через минуту он вернулся с одеждой и верёвкой.

– Лёня, стой, – сказал я. – Подумай головой.

– Я подумал, – отрезал он, разматывая верёвку. – Она не виновата в том, что с ней случилось и я найду способ вылечить её, а потом вернусь сюда и женюсь на ней.

– Женишься? – Ари посмотрела на него с нескрываемым презрением. – На оборотне?

– На Изабелле, – поправил Леон и бросил верёвку в колодец.

Ари повернулась ко мне:

– Ты это допустишь?

Я тяжело выдохнул. Убивать беззащитную девушку я не собирался, но и оставаться здесь, пытаясь вылечить проклятие, о котором мы ничего не знаем, тоже не планировал. Пока мы спасали тут Леона, наследник уходил всё дальше.

– Лёня, послушай меня, – сказал я. – Мы не можем ей помочь. Сейчас у нас нет ни знаний, ни средств, чтобы снять такое проклятие. Но…

Он посмотрел на меня с такой болью в глазах, что мне стало не по себе.

– Но если мы поможем богине Киане, – продолжил я, – возможно, она и сможет помочь Изабелле. Киана – богиня, Лёня. Если кто и способен снять проклятие оборотня, то только она.

Леон замер с верёвкой в руках. Я видел, как в его голове крутятся мысли. Медленно, со скрипом, но крутятся.

– Ты обещаешь? – тихо спросил он. – Что мы вернёмся?

– Обещаю, что сделаю всё возможное, – сказал я.

Ари закатила глаза, но промолчала.

– Тогда я сделаю всё, – Леон выпрямился и в его голосе появилась та решимость, которую я слышал в тоннеле под Шерином. – Всё, что нужно, чтобы выполнить условия Кианы. А потом я вернусь сюда, спасу Изабеллу и возьму её в жёны.

– Конечно, Лёня, – кивнул я. – Конечно.

Ари тихо фыркнула, но на этот раз без злости. Скорее – с чем-то похожим на усталость от его чуть наивного благородства.

Изабелла выбралась из колодца, закутавшись в одежду, которую спустил Леон. При дневном свете она выглядела обычной девушкой – уставшей, измученной, виноватой. Она не смотрела нам в глаза.

– Я провожу вас в деревню, – тихо сказала она. – Днём я не опасна. Попрошу отца побыстрее помочь вам с подковами и вы сможете уехать ещё до обеда.

Мы шли через утренний лес. Изабелла впереди, за ней Леон, который то и дело порывался накинуть ей на плечи свой плащ. Ари шла последней и молчала.

Я шёл рядом с ней и думал о том, что этот мир умеет подбрасывать задачи, у которых нет хорошего решения. Только плохое и очень плохое. И даже среди таких вариантов всё равно приходится выбирать.