Текст книги "Личный аптекарь императора. Том 11 (СИ)"
Автор книги: Сергей Карелин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
– В этом нет твоей вины. Всех защитить ты не можешь, – Грибоедов положил руку ему на плечо и легонько сжал. – Не время, Сергей, раскисать. Погибших потом будем оплакивать, а пока нужно быть на страже. Пока купола нет, мы не можем расслабиться. Кто знает, что ещё учудят эти нелюди.
Орлов кивнул, вытер слёзы тыльной стороной ладони и поднялся на ноги. В это время начали грузить и отвозить в госпиталь раненных, а погибших заворачивали в белоснежные простыни.
Я тоже не стоял без дела, а прямо здесь и сейчас придумывал противоядие от того самого порошка, который убил Прохора. У меня с собой был большой набор ингредиентов, поэтому я нисколько не сомневался, что получится создать из них антидот. К тому времени, когда раненных повезли в госпиталь, в моей внутренней лаборатории уже созрел рецепт этого средства. Осталось его создать.
Вскоре вдали над воротами замерцала первая полоска купола, которая нарастала, словно воздушный шар, закрывая лагерь защитой.
– Ну наконец-то, – ворчливо проговорил Грибоедов. – Долго же они возились. Надо будет вызвать спецов из Москвы, чтобы в следующий раз не пришлось часами ждать этот чёртов купол.
В это время к нам подъехала машина, из которой выскочили два дежурных мага с повязками на рукавах, и побежали к нам.
– Ваше превосходительство, посмотрите что мы нашли, – запыхавшийся маг развернул холщовую ткань и показал обломки артефакта… Очень знакомого артефакта.
– Что это такое? – генерал поднял медную ручку и повертел её в руках.
– Не можем знать. Сами гадаем, – развёл руками второй дежурный.
– Я знаю, что это такое, – подал я голос, подошёл и втянул носом.
Так и есть – дело рук Платона Грачёва. Даже после смерти он приносит зло.
Я рассказал Грибоедову и остальным про артефакт, который убирает магический купол, и не забыл упомянуть, чьих рук это дело.
– Вот ведь дьявольское отродье этот Грачёв! Сволочь одним словом! Ему повезло, что он уже мёртв, а то я бы его самого вот этими самыми руками…
Вдруг прямо над нами, с темного небо раздался оглушающий рёв. Он одновременно напоминал гром, рокот вулкана и рык огромного хищника. От этого внезапного устрашающего звука кровь застыла в жилах.
Мы почти одновременно задрали головы вверх и направили в небо свет от ламп. Над нами пролетало огромное существо с мощными крыльями, со свистом разрезающими воздух.
– Что это за хрень? – не сдержался один из бойцов, и в это самое время уродливая голова твари опустилась вниз и отправила в нас мощную струю золотистого огня.
Глава 7
Огромное чудовище длиной не меньше тридцати метров выпустило в нас струю пламени.
– Ох ты! – вырвалось у Грибоедова, который даже присел от страха, но магический купол как раз сомкнулся, и пламя растеклось по преграде.
Существо несколько раз взмахнуло крыльями и пропало из виду. Все напряженно всматривались вверх, чувствуя, что этим дело не закончится.
– Что это вообще было? – подал голос один из магов. – Маназверь?
Ему никто не ответил, потому что в это самое мгновение чудище снова вынырнуло из-за деревьев и атаковало купол мощными челюстями. На этот раз мы его смогли рассмотреть: тело покрывала серо-синяя прочная чешуя, на голове два костяных гребня, похожих на рога, на мощных лапах острые изогнутые когти, длинный хвост с костяными наростами.
Безуспешно атаковав купол, зверь яростно взревел и выпустил ещё одну струю огня, которая окутала верхушку защитного сооружения, отчего он замерцал ещё сильнее и покрылся еле заметными голубыми зигзагами.
– Бейте уродца! – вывел из оцепенения голос Грибоедова.
Маги разом вскинулись, но чудище не дало времени даже на то, чтобы прицелиться. Взмахнув перепончатыми крыльями, оно ринулось вверх и исчезло во тьме. Наступила тишина.
Все приготовились, вглядываясь во тьму. Прошла минута, другая, но неизвестный зверь не возвращался.
– Кто-нибудь сталкивался с чем-то подобным? – спросил Орлов и обвёл взглядом присутствующих.
Маги отрицательно замотали головами.
– Надо спросить у османов, что взяли в плен. Они наверняка в курсе того, что произошло, – подал голос Андрей – маг из отряда Орлова, и кивнул на троих османов, стоящих на коленях. На их руках, отведённых назад, висели антимагические кандалы. Османы бросали на нас взгляды, полные ненависти и презрения.
Грибоедов раздал распоряжения насчёт убитых врагов и сел в машину. Они с Орловым хотели тут же приступить к допросу. Меня подбросили до госпиталя, куда отвезли раненных, в том числе и раненных османов. Как оказалось, лекари не горели желанием помогать врагам, поэтому к тому времени, когда я добрался до госпиталя и зашёл в приёмное отделение, к ним так никто и не подходил.
Османы лежали на кушетках с кандалами на руках и стонали от боли, в то время как охрана не обращала на их мучения никакого внимания.
– Вы что собираетесь делать? – удивилась медсестра, когда я переоделся в белый халат, помыл руки и, прихватив инструменты, двинулся к османам.
– Хочу помочь.
– Врагам? – её брови поползли вверх.
– Они тоже люди, и если им сохранили жизнь, то не для того, чтобы они умерли от ран, потому что лекари им отказались помогать. Возможно, они обладают ценными знаниями, которые ускорят нашу победу.
– Разумно, – чуть помедлив, кивнула она. – Если понадобится помощь – крикните меня. Боюсь, что больше вам никто не поможет, – она понизила голос и добавила. – Никто не хочет помогать врагам. Наоборот, многие мечтают их прикончить прямо здесь.
Я кивнул и подошёл к первому осману. Это был взрослый коренастый мужчина с невероятно голубыми глазами на темной загорелом лице. В его плече и руке зияли огнестрельные дыры. Черный костюм насквозь промок от крови. Осман безучастно смотрел перед собой, будто смирился со своей участь и ждал, когда помрёт.
– Помогите снять с него куртку, – попросил я бойцов, охраняющих врагов.
– Не положено, – буркнул один и бросил на пленника холодный взгляд, полный презрения.
Ну что ж, придётся всё делать самому. С помощью небольших лекарских ножниц я разрезал на мужчине куртку и увидел, что он весь покрыт татуировками. Некоторые из них изображали животных, но большинство – надписи на незнакомом языке.
Я обезболил раны, очистил их и зашил. Медсестре велел дать мужчине антибиотики и успокоительное. Когда хотел отойти ко второму раненому, осман щелкнул языком, привлекая моё внимание, и быстро протараторил несколько слов. Я не знал, что они значат, но по интонации и тому, как он на меня смотрит, мне показалось, что это были слова благодарности. И тут я поймал себя на мысли, что в этой жизни стал намного мягче и сердобольнее. Будучи Валерианом, я бы даже не подумал лечить харпийских негодяев, а тут же облил бы их «Пирсидой» и с удовольствием наблюдал, как они истошно вопят от мучительной боли.
Я подошёл ко второму раненому, который лежал на животе, а на его спине чернело обожженное пятно. Кто-то попал в него огненным шаром. Ожог был сильный. Местами кожа почернела и обуглилась. Осман стонал, а из его глаз на кончик носа стекали слёзы. Он мучился от жуткой боли.
«Шустрик, принеси эликсир от ожогов», – велел я, отправив зверьку мыслеобраз бутылька с янтарной жидкостью.
Зверёк явился тотчас же, но, как и в прошлый раз, выглядел недовольным и возмущенно чирикал. Ничего не понимаю, что случилось-то? Выясню позже.
Часть зелья я вылил на ожог, оставшееся поднёс к его губам. Осман плотно сжал зубы и упрямо замотал головой. Понимаю, боится, что я его отравлю.
Я уже хотел остатки тоже вылить на ожог, но тут осман, которого я подлечил первым, что-то сказал на своём языке, и мужчина с ожогом шумно выдохнул и, приподняв голову, раскрыл рот. Так-то лучше.
Третий и четвёртый пленные были ранены воздушными лезвиями. Больше всего пострадали руки и плечи. Медсестра помогла мне зашить порезы и «угостила» их антибиотиками.
В это время явился главный лекарь, и увидев, что я уже со всем справился, поблагодарил за помощь и велел отвести пленников в изолятор, где подготовили для них койки.
– Мефодий Фёдорович, хочу попросить разрешения воспользоваться вашей лабораторией, – сказал я, отправив Шустрика в дом за рюкзаком.
– Всё в вашем распоряжении, – быстро ответил он и полюбопытствовал. – А что вы хотите создать?
– Противоядие. Как оказалось, в вашем мире я ещё не все яды изучил, – задумчиво проговорил я, выстраивая в голове схему зелья.
– В вашем мире? – озадаченно спросил лекарь, но я лишь махнул рукой, подхватил рюкзак, который Шустрик оставил у моих ног, и двинулся к небольшой лаборатории.
Когда разложил яд в голове, понял, что он многосоставной. В нём собрано по меньшей мере пять разных ядовитых веществ, явно добытых из аномалии. Интересно, какие анобласти в Османской империи? Я бы очень хотел в них заглянуть. Пожалуй, так и сделаю, когда победим османов.
Мне пришлось очень постараться, чтобы создать антидот, ведь обычно противоядие растёт в том же месте, что и яд. А в тех аномалия, что я бывал, нет таких ядовитых растений. Но я выкрутился, и теперь передо мной на столе стояла колба с изумрудной жидкостью, в которой подымался столб мелких пузырьков.
Довольный собой, я разлил жидкость в десять пробирок и часть отдал главному лекарю, объяснив, что это такое. Он поблагодарил и тут же созвал лекарей, которым объяснил, что у них в госпитале есть противоядие от османских ядов.
Не уверен, что это все яды, которые они применяют, но хоть часть мы теперь можем нейтрализовать.
Я вышел на улицу и двинулся в сторону дома, но, проходя мимо штаба, не удержался и решил послушать допрос. На этот раз караульные не стали меня задерживать, а просто проводили внутрь. Однако, как оказалось, османов уже допросили.
– Удалось что-нибудь выяснить? – спросил я у Орлова, который налил себе горячий чай из большого термоса.
– Многое, – с довольным видом улыбнулся он. – Похоже, что данные, которые мы получили о месторасположении их лагеря, правдивы.
– Значит, скоро в путь? – оживился я.
– Не-е-т, дождёмся возвращения разведки. Теперь я стреляный воробей, и буду всё перепроверять. Будешь? – он указал на термос. – Горячий, с лимоном.
– Буду, – кивнул я.
Чай был сладкий. Кроме лимона, в нём плавали несколько листочков мяты.
– Сегодня один осман нам такую сказочку рассказал, – усмехнулся Орлов и положил в рот сахарное печенье, посыпанное маком.
– Что за сказочка?
– Сказал, что это дракон на нас напал. И не просто дракон, а российский дракон. Будто мы сами передали яйцо османам. Ну и чудик, – граф встал с табуретки и подлил себе ещё немного чая. – И ведь можно ему поверить. Когда-то в новгородской анобласти обитало драконье семейство. Но они очень опасны, поэтому их всех истребили. А яйца, которые в гнезде остались, заморозили, чтобы убить зародышей.
– А когда это было? – заинтересовался я.
– Давненько. Меня ещё на свете не было. Надо у генерала спросить.
Будто услышав наш разговор, из кабинета вышел Грибоедов и неспешно подошёл к нам. Увидев, что мы пьём чай, налил себе тоже и опустился на табурет.
– Никита Иванович, что думаете по поводу российского дракона? – спросил я и подвинул ему блюдо с печеньем.
– Не знаю. Всё как-то надумано. И ведь не проверишь никак. Ясно одно – нужно быть на страже, и без сопровождения из-под купола не выходить.
– Вы не помните, когда в новгородской анобласти драконов уничтожили?
– Я мелким пацанёнком был. Все газеты только об этом и трубили. В студенчестве интересовался этим вопросом. Если память не изменяет, лет шестьдесят прошло.
– Шестидесяти лет вполне хватило бы для того, чтобы вырастить такую махину, – задумчиво произнёс я.
– Да не может этого быть. Яйцо ведь не куриное, чтобы можно было легко украсть и через границу перевезти. Драконьи яйца размером, – он осмотрелся и остановил взгляд на термосе. – Вот примерно как термос – высотой сантиметров пятьдесят, но круглое и тяжелое. Если бы кто-то захотел перевезти через границу такой груз, его наверняка бы задержали. С османами у нас испокон веков натянутые отношения, поэтому никто бы не позволил перевезти такой опасный груз.
Грибоедов и Орлов продолжили обсуждать то, что узнали от пленных, а я отошёл в сторону. Меня что-то тревожило. История с яйцами казалась знакомой, хотя я раньше даже не слышал о драконах.
Так и не додумавшись ни до чего, я попрощался и вышел на улицу.
– Господин Филатов! – услышал женский крик.
Обернувшись, увидел пожилую женщину. Ту самую, на чердаке дома которой проживал ведьмак.
– Здравствуйте. Что-то случилось? – напрягся я, видя, как она взволнованна.
Женщина раскраснелась от быстро бега и мороза, пряди волос выбились из-под платка. Она оглядывалась, будто боялась преследования.
– Случилось, – кивнула она и быстро прошептала. – Похоже, в нашем доме есть ещё один ведьмак.
– Ещё один? – недоверчиво переспросил я. – Снова шаги на чердаке?
– Нет, никаких шагов. Но, похоже, он всё равно как-то заходит в наш подвал.
– Почему?
– Еда пропадает. Сначала думала, что мне показалось, будто варенье пропадает. Но вчера убедилась – не показалось. Половину банок будто корова языком слизала. Пропала пастила, которую я для внуков готовила. Пришлось всё в предбанник перенести. Что мне дальше делать? Может, охрану к нам поставите?
Я с облегчением выдохнул. Никакой это не ведьмак.
– А когда вы еду в предбанник перенесли?
– Вчера, как только заметила неладное.
Ага, теперь понятно, почему у зверька нет настроения – вкусняшки не смог найти.
– Ясно. Успокойтесь. Это не ведьмак, а мой зверёк. Он любит сладости, – я вытащил кошелек. – На какую сумму он вас объел?
Женщина как-то странно на меня посмотрела. Как на умалишенного.
– Какой ещё зверек? – уточнила она.
– Сейчас увидите.
«Шустрик, ко мне!»
Зверёк тотчас появился на моём плече. Женщина испуганно отпрянула, когда он принялся яростно её отчитывать, щебеча во всё горло.
– Вот он, – я погладил Шустрика, чтобы успокоить. – Он негодует, потому что лишился вашего варенья. Но это ненадолго. Уверяю вас, он скоро найдёт ваш тайник и продолжит воровать. Поэтому озвучьте сразу цену всех ваших припасов.
Женщина хотела дотронуться до серебристой шерстки, но Шустрик ударил её по руке кончиком хвоста. Совсем обиделся из-за варенья.
– Ничего не надо. Пусть ест на здоровье, – ответила она и подула на покрасневшую руку. – Мне для вас ничего не жалко.
Она развернулась и неспешно зашагала в сторону дома, изредка оборачиваясь и с интересом посматривая на моего обжору.
– Саша, ты всё ещё здесь? Я думал, ты уже седьмой сон видишь, – из штабной палатки вышел граф Орлов.
– Да так, – уклончиво ответил я.
Мы вместе двинулись до нашего временного жилища, и тут меня словно обухом по голове. Я кое-что вспомнил. То, что никак не давало мне покоя после рассказа о драконьих яйцах.
– Сергей Кириллович, мне нужно срочно связаться с Москвой. Как можно это сделать? – выпалил я и схватил мужчину за руку.
– Э-э-э, с Москвой? Зачем? – он недоуменно уставился на меня и выдернул руку, которую я непроизвольно сильно сжал.
– Мне кажется, что рассказ османа не вранье. Похоже, я даже знаю, кто украл яйцо и передал османам. Но чтобы точно убедиться и не разбрасываться голословными обвинениями, мне нужно кое с кем связаться.
Орлов задумчиво посмотрел на меня, взглянул на наручные часы и кивнул.
– Хорошо. Но только завтра. Это не такое уж срочное дело, чтобы людей среди ночи беспокоить.
Я нехотя согласился, хотя весь сгорал от нетерпения.
На следующее утро мы с Орловым пошли на завтрак и обнаружили, что столовая наполовину заполнена. Ну вот, я так и думал. Долго на сухпайке не проживёшь, особенно когда от кухни на всю округу такой аппетитный запах выпечки и жареного мяса, что рот наполняется слюной.
Я закинул в себя завтрак за три минуты, но Орлов будто нарочно медлил и наслаждался каждой ложкой молочной каши и куском сыра.
– Сергей Кириллович, вы нарочно? – буркнул я, когда он взял кусок хлеба и протер им тарелку из-под глазуньи.
– Что нарочно? – он изобразил удивление.
– Так долго едите. Мы уже пятнадцать минут здесь сидим.
– Завтрак – самый важный приём пищи. Неужели сам не знаешь? Во время завтрака на нас даже османы не нападают.
Вдруг, будто в отместку, совсем рядом с лагерем что-то взорвалось. Даже посуда на столах звякнула.
– Как раз вовремя, – хмыкнул он, вытер салфеткой губы и двинулся к выходу. Я пошёл за ним.
Мы зашли в штаб и сразу направились к связистам, которые уже сидели на местах и настраивали аппаратуру. С согласия Орлова я объяснил им, чего хочу, и принялся ждать. Ждать пришлось долго, почти три часа.
– Штаб – два! Это База! Приём! – послышался бойкий голос из шипящей аппаратуры.
– База! Это Штаб – два! Слышу вас хорошо. Приём!
– По вашему требованию прибыла баронесса Завьялова! Как слышно? Приём!
– Отлично слышно, База!
Связист махнул мне рукой и указал на стул рядом с собой. Как только я опустился, он надел мне наушники и дал в руки небольшой прибор с кнопкой сбоку.
Я нажал на кнопку и также, как и связисты, громко сказал:
– Баронесса Завьялова, Это Саша Филатов! Вы меня слышите?… Приём!
– Прекрасно слышу тебя, Саша! Не надо так кричать, – послышался её насмешливый голос. – Зачем вызывал?
– Похоже, я знаю, почему тогда на вас напал ваш командир и хотел убить!
Глава 8
Я подумал, что связь оборвалась, ведь на том конце наступила тишина, но тут баронесса заговорила:
– Саша, я не понимаю, к чему этот разговор? Причём здесь тот случай? Зачем вообще ворошить прошлое? Эта гнида недавно сдохла, а я скоро замуж выхожу. Зло, в лице моего бывшего командира, умерло в муках и в собственных испражнениях, – даже сквозь шум и щелчки я понял, что она улыбается.
– Всё рано или поздно всплывает. Не могу быть уверенным на сто процентов, поэтому хочу спросить у вас. Мог ваш командир передать османам яйцо дракона?
– Чего? Какое ещё яйцо?
– Османы против нас используют дракона. По словам пленников, дракон из российской империи. Я думаю, что вы застали своего командира как раз во время этой опасной сделки. Именно поэтому он хотел вас убить.
Завьялова снова замолчала.
– Баронесса, вы здесь? Приём!
– Да здесь я, здесь! – откликнулась она. – Я вспомнила, что брат командира, Лёня, был охотником и служил в новгородской анобласти.
– Вы что-нибудь знаете про этого брата?
– Он погиб на охоте много лет тому назад. Я помню, как Лёнька приезжал к командиру на дорогом автомобиле. Тогда все говорили, что охотник не может заработать на такой шикарный автомобиль, если только он не хозяин анобласти. – И часто ваш командир проворачивал делишки на границе?
Послышался тяжелый вздох.
– Бывало, – призналась она. – Но я закрывала на это глаза. Не видела в этом ничего плохого. Каждый хочет жить хорошо. Свою непосредственную работу он делал хорошо, а то, что торговал с османами – это было не так уж и важно. Когда-то я через него достала комплект украшений из сапфиров по очень хорошей цене, поэтому сама тоже не без греха.
Признание давалось её нелегко, но она честно рассказала обо всём. Я поблагодарил её за то, что ответила на мой вызов, и пообещал зайти в гости, когда буду в Москве.
Орлов и Грибоедов стали свидетелями нашего разговора, поэтому ничего объяснять не пришлось. Стопроцентных доказательств того, что яйцо было украдено из новгородской анобласти и передано османам у нас не было, но всё указывало на то, что все правда, и султан использует против нас то, что в нашей империи посчитали за опасность и велели уничтожить. Впрочем, как и ведьмаков.
Вместо того, чтобы приручить таких мощных и опасных существ как драконов, и поставить их на службу, тогдашний правитель просто велел уничтожить всех особей и потомство. Недальновидно и глупо.
– Сколько драконов у османов? – спросил Орлов.
– По словам пленных, всего один, но даже он может принести нам много проблем. Мы же даже не знаем, как бороться с таким маназверем. Говорят, у них бронированная шкура, которую не пробить. К тому же все мы видели, сколько огня он выдыхает. Я даже думаю создать отряд, который будет охотиться на этого дракона, пока он не начал охотиться на нас.
Орлов хотел что-то сказать и уже открыл рот, но в это время в штаб забежал запыхавшийся дежурный и доложил, что вернулась разведка. Все оживились. Грибоедов зачем-то застегнул мундир на все пуговицы. Граф вскочил со стула и принялся метать по палатке, ожидая появления магов.
Прошло уже несколько дней с тех пор как их проводили, и теперь от той информации, что они раздобыли, зависит дальнейшая судьба Орлова и его отряда. Сергей Кириллович мне сказал, что если информация о лагере османов не подтвердится, то он на общих основаниях поедет на фронт, где будет сдерживать силы противников столько, сколько понадобится.
Через несколько минут, которые не одному мне показались вечностью, разведчики зашли в штаб. Выглядели они уставшими, но всё были живы и здоровы. Генерал тут же повел их в свой кабинет, куда прошли также все офицеры, включая Орлова. Я посчитал, что не следует лишний раз мозолить глаза. Ведь я уже не раз замечал недовольные взгляды со стороны других офицеров, которые никак не могли понять, что здесь делает аптекарь.
Я пошёл в госпиталь, но что бы я ни делал, мыслями всё равно возвращался к тому, что сейчас происходило в штабе. Ведь решалась не только судьба Орлова, но и моя. Единственная возможность оказаться поближе к фронту – это прибиться к отряду Орлова.
С трудом дождавшись обеда, вышел из госпиталя и пошёл на поиски графа. Шустрик нашёл его быстрее и показал, что тот находится на складе и что-то обсуждает с одним из снабженцев. Двинулся прямиком туда.
– Саша, ты-то мне и нужен, – Орлов махнул мне, как только я зашёл в блочный склад, в котором хранились боеприпасы и оружие.
– Что решили? – спокойным голосом спросил я, хотя был напряжён внутри.
– На рассвете выдвигаемся. Информация подтвердилась, – он был немногословен, ведь вокруг было много людей, а он уже понял, что предатель может быть где угодно. – Иди, собирайся. Позже всё подробно обсудим.
Я кивнул, вышел из склада и двинулся к дому. Внутри бушевали противоречивые чувства. Решимость, азарт, волнение от неизвестности, желание выйти победителем – всё смешалось. Мне даже показалось, что сердце стало громче стучать и теперь его слышу не только я, но и окружающие.
Ощущая невероятный подъём сил, я взялся за сборы. Во время похода мне нужно думать не только о себе, но и о других, поэтому первым делом принялся упаковывать самые важные и спасительные зелья. Во-вторых, я намерен испытать кое-какие новые разрушительные зелья, поэтому они тоже должны быть под рукой. Однако и переусердствовать не стоит, ведь нам наверняка придётся пробираться через лес, и больше одного рюкзака я не могу с собой взять.
Вскоре в дом зашли трое бойцов Орлова, которые получили сухпайки на всех, а также коробки с медикаментами. Сухпаёк я взял, а от медикаментов отказался. Они мне ни к чему.
Когда маг по имени Андрей передал, что меня ждут в оружейной для получения оружия, от него я тоже отказался. Оружие у меня своё, и оно намного эффективнее.
Только через пару часов заявился сам Орлов, а вместе с ним и весь отряд.
– Значит так, – он обвёл взглядом присутствующих, будто хотел убедиться, что все его слушают. – Завтра в четыре утра мы с вами выезжаем из лагеря. На машинах мы сможем проехать лишь часть пути. Остальное – пешком через лес, поэтому не забудьте взять лыжи. Разведка сработала на отлично, поэтому у нас есть карта не только с расположением, но и со схемами патрулирования, местами пребывания командиров и системой охраны.
Он показал бумажный упругий рулон, махнул нам и расстелил его на столе. Я подошёл вместе со всеми и увидел довольно подробную карту местности со множеством разноцветных обозначение. Орлов показал нам пути проникновения в лагерь, возможные пути отхода и эвакуации. Объяснил каждое обозначение.
– Если не случится никакого форс-мажора, мы подойдет к османскому лагерю как раз после полуночи. Саша, – он указал на меня. – Ты на рожон не лезь. Подождёшь нас в лесу.
– Почему это? – возмутился я.
– Твоя задача – обеспечить лекарское сопровождение, а не бороться с врагами.
Я понял, что сейчас лучше согласиться, а то откажется брать с собой. А вот уже на месте буду действовать по обстоятельствам.
Орлов ещё в течение получаса всё объяснял, определяя роль каждого. Как оказалось, он очень грамотно подошёл к составлению команды, поэтому работа нашлась для каждого.
До позднего вечера мы обсуждали наши действия, и каждый запоминал свою роль. Позже, после плотного ужина все вернулись в дом и легли спать. Завтра трудный и ответственный день, поэтому нужно набраться сил и хорошо себя чувствовать.
– Оставишь зверька здесь? – спросил Орлов, когда Шустрик в полутьме появился на подоконнике с печеньем в руках.
– Нет, возьму с собой. Его способность может пригодится.
– Может ты прав, – кивнул он. – Телепортация – уникальная способность. И как тебе удалось его приручить?
– С помощью шоколадного батончика, – усмехнулся я.
Не успел я заснуть, как меня потрясли за плечо.
– Саша, вставай. Пора.
С трудом открыв глаза, увидел, что время уже три часа ночи. Вот она – магия сна. Тебе показалось, что прошло несколько секунд, а на самом деле пролетели часы.
Наскоро перекусив бутербродами с мясом и сыром, засобирались в дорогу. Провожать нас вышел сам генерал Грибоедов.
– Мобильную группу буду держать наготове. Есть понадобится помощь – только дайте знать. Со своей стороны мы сделаем всё, чтобы отвлечь османов на себя и дать вам возможность выполнить задание, – напутствовал он. – Если возникнут сложности и не сможете привести живыми сераскеров и пашей, то не рискуйте. Главное, возвращайтесь живыми и здоровыми.
Он пожал каждому руку и проводил до машин. Вскоре мы уже ехали на внедорожниках в сторону полыхающего неба.
* * *
Через час пути мы оставили машины на обочине заснеженной дороги, надели лыжи и пошли через лес строго по пути, отмеченной на карте. Весь лес кишел акинджи и их ловушками, поэтому Орлов выбрал полностью довериться данным разведчиков, хотя это совсем не гарантировало того, что османы их не засекли и этот путь тоже не обезопасили для себя. Но пока всё было в норме.
На улице посветлело. Мы почти бесшумно скользили по лесу, общаясь только жестами и еле слышными криками местных птиц. На всякий случай я отправлял Шустрика перед собой, и тот передавал мыслеобразами того, что видел. Пока всё было тихо и спокойно, и мы без проблем продвигались вперёд. Однако в нескольких километрах от нас ревела битва. Слышались взрывы. С деревьев сыпался снег.
Прошли мы часа четыре, прежде чем Орлов объявил об отдыхе. Я совсем не устал, но видел, что графу путь даётся нелегко. Всё-таки он был вдвое старше меня. Чтобы облегчить ему путь, я предложил зелье «Силы». Орлов сначала отказался, но подумав, принял средство. Уже через минуту он сам порывался первым двинуться в дорогу, признавшись, что будто сбросил лет двадцать и чувствует такой прилив сил, что может взлететь.
Мы выпили по чашке теплого бодрящего чая из термосов и засобирались в путь, когда Шустрик явился с нехорошими новостями.
Примерно в километре от нас он засёк десяток осман в белых одеждах. Это были маги и, по всем видимости, они ставили ловушки, ведь между ними светились зеленые рунные знаки.
Я рассказал обо всём Орлову.
– Ты предлагаешь обойти их стороной? – спросил он, недовольно скривив губы.
– Наоборот. Мы знаем, куда они поставили ловушки, поэтому можем попытаться обойти их.
– Согласен. А ещё мы можем попытаться прищучить этих магов. Они ведь не знают, что мы совсем рядом.
Орлов раздал указания, и мы двинулись в путь. Мне, конечно же, было сказано держаться позади всех и не вступать в схватку. Я с этим согласился. Пока не время показывать свои реальные возможности. Как бы хорошо ко мне не относился граф Орлов, для него я всё равно сын его друга и возлюбленный дочери, поэтому он будет стараться беречь меня.
Бойцы разошлись в разные стороны, чтобы взять османов в кольцо. Главное в этом деле, не привлечь внимание остальных врагов. Лагерь не так уж и далеко, поэтому битва в лесу может сорвать все наши планы.
Когда Орлов скрылся за пышными ёлками, я ускорился и нагнал двух бойцов, с которыми и продолжил путь. Вскоре мы вплотную подошли к тому месту, где османы устанавливали ловушки. Их зеленые рунные знаки сверкали между деревьями, а сами акинджи сновали почти бесшумно, словно белые призраки.
– Чёрт, они закрыты защитными коконами. С наскока их не взять, – шепнул маг Андрей.
– Ты прав. У них будет достаточно времени, чтобы дать знак своим. Может, надо было подождать, когда они сами уйдут? – ответил второй маг.
– Сергей Кириллович уже всё решил. Надо действовать, – покачал головой Андрей.
– Погодите, у меня есть одна идея, – подал я голос.
Они оба повернулись и вопросительно уставились на меня. Я вытащил из кармана пробирку с алой жидкостью внутри. Одно из моих новейших разработок.
– Что это?
– «Оковы», но немного переделанные под нынешние реалии.
Маги переглянулись. Я не стал дожидаться их решения, а откупорил пробирку, склонился над снегом и сдул алый дымок в сторону османов. Еле видимый дымок поплыл над сугробами. Одновременно с этим начал образовываться туман.
Я с замершим сердцем наблюдал за тем, как туман расползается по земле, сковывая всё на своём пути. Вот он добрался до ближайшего османа и тот остался стоять, удивленно глядя под ноги. Послышались голоса. Я видел, как к замершему на лыжах подкатили двое и принялись его трясти, но уже через несколько секунд сами замерли рядом с ним. «Туман-оковы» обволакивал деревья, кусты, османов и всё, что находилось на его пути. Если сейчас кто-то из наших приблизится к ним, то тоже окажется под воздействием.
Не прошло и трёх минут, как все османы были обезврежены, и мы с Андреем и вторым магом вышли из-за деревьев и двинулись к ним. Руны продолжали висеть в воздухе, подсказывая о местах ловушек, поэтому мы ловко их обошли.
Туман до сих пор висел над снегом, поэтому я велел бойцам держаться на расстоянии, а сам подошёл к османам. Зелье сработало на удивление быстро и эффективно. Холодный туман оседал на всём, до чего добирался, и сковывал ледяным оцепенением. Я обратил внимание, что руки осман поменяли цвет на голубой, будто они принадлежали не людям, а ледяным скульптурам. Цвет глаз тоже поменялся, и все смотрели остекленевшими серо-голубыми глазами.
Вскоре друг за другом начали появляться все наши бойцы и вместе с ними Орлов. Туман уже полностью осел, поэтому я разрешил им приблизиться.
– Саша, это твоих рук дело? – спросил изумлённый граф.
– Да, – кивнул я.
– Что ж ты сразу не сказал, что такое умеешь?
