Текст книги "Торговец Правдой 2 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Денис Стародубцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 16

Я посмотрел на экран своего магафона, на нем было написано «Сашка». Интересно, что-то случилось или он просто решил позвонить и спросить, как дела? Оба варианты были возможны.

– Да, братишка, что такое? Что-то случилось? – спросил я, поднося трубку к уху. Голова немного гудела от длительного времени без сна.

– Леха, да я так, узнать, вы там долго еще? Есть понимание? А то мы думаем пообедать сходить, – раздался его голос из магофона. Сашка был настолько простым, что только он мог в такой напряженный момент сделки на несколько миллионов задать вопрос про еду. – Мы ждем вас на стоянке на выезде из города, и рядом кафе вроде неплохое. Вот думаем, вас дождаться или вы еще долго. Что скажешь? М?

Я посмотрел на Артемия, который сидел рядом и слышал разговор. Он кивнул.

– Мы как раз закончили, Саш. Выезжаем. Думаю, в течение часа будем у вас. Скидывай координаты, куда ехать, – попросил я своего друга.

– Ну все, тогда дождемся вас тут. Давай, до встречи! – сказал он, и связь прервалась.

Через несколько секунд пришло сообщение с нужным адресом. Я показал его водителю, тот вбил данные в свой навигатор и сказал:

– Знакомое место, я проезжал его несколько раз. Там еще дальнобойщики свои стоянки организуют.

Дорога заняла чуть больше часа с учетом городского трафика. Наконец мы вырвались на трассу, и вскоре на обочине показалась большая пыльная стоянка для дальнобойщиков. На ней разместилось с десяток фур разных мастей и размеров. Среди них, как родной, выделялся наш грузовик. А чуть в стороне, в отдалении от шума магистрали, стоял просторный бревенчатый дом с широким крыльцом. На крыше красовалась вывеска из покосившихся букв: «Кафе „У Ирины“».

«Ну, с таким названием я точно должен тут перекусить», – усмехнулся я про себя, но в душе что-то слегка кольнуло. Имя напомнило о ней. О красном платье, о балконе и о том, что было после.

Наш пикап подрулил поближе к грузовику. Сашка и двое ребят уже вышли навстречу. Я вышел из машины, потянулся, чувствуя, как каждая кость ноет от усталости и долгой тряски. Надоело мне уже вторые сутки проводить в положении сидя.

– Сашка, друг, подойди сюда на минуту, дело есть! – позвал я его за пикап, подальше от посторонних глаз и ушей.

Когда он подошел, я открыл сумку, достал две толстые, нераспечатанные пачки денег.

– Вот, дружище, держи! Это твоя доля, сто тысяч имперских рублей. В два раза больше, чем в прошлый раз. Надеюсь, не обидел?

Сашка посмотрел на деньги, потом на меня. В его глазах не было жадности или недовольства, только искреннее удивление и благодарность.

– Леха, да мне вообще… По кайфу такие поездки! – сказал он, взяв пачки и неловко пряча их внутрь куртки. – Где бы я еще столько за пару дней заработал? Нигде! Спасибо огромное. Я тебе буду вечно благодарен за то, что ты для меня сделал!

– Не за что, братишка! Ты держался молодцом, – я приобнял его за плечи, и мы вместе направились к кафе.

Внутри пахло домашней едой, дымом от печи, уютом и простотой, которых так нам всем не хватало в последние дни. Это была не совсем кафешка, а самая настоящая столовая для дальнобойщиков. У входа стояла высокая касса, а за ней – длинные стеклянные витрины-стеллажи. В них, как в музее, были выставлены простые, но такие манящие после дороги блюда.

Салаты: оливье с крупно нарезанными ингредиентами, «крабовый» с ярко-розовыми палочками, селедка под шубой слоями, самый простой винегрет. Гарниры: отварной картофель с маслом и укропом, рассыпчатая гречка, рис, макароны, все стандартно. Мясное: запеченные до румяной корочки куриные ножки, крупные сочные котлеты, тушеная говядина. В отдельной витрине – ленивые голубцы в томатном соусе и непонятный, но аппетитный кусок рыбы в кляре. У стены стояли два огромных алюминиевых котла с супами: в одном – борщ, в другом – густая, наваристая солянка с маслинами и лимоном. Обожаю ее, даже слюни потекли.

Я набрал себе полный поднос: двойную порцию оливье, гречку с котлетой, тарелку солянки, пару ломтей ржаного хлеба и стакан компота из сухофруктов. Не помню, когда последний раз посещал подобное место, но здесь было достаточно атмосферно. На кассе милая женщина лет пятидесяти с большой улыбкой, видимо, та самая Ирина, быстро пробежалась взглядом по моей горе еды.

– С вас сто девяносто шесть имперских, милок. – сказала она с улыбкой ожидая оплаты.

Я заплатил, даже не до конца понимая, как это может стоить столько. Цены были просто космически низкими после питерских и московских ресторанов. А если подумать, что сейчас у меня в руках сумка, в которой покоится несколько миллионов рублей, то выглядит ситуация особенно забавно.

Мы устроились за большим общим деревянным столом в углу. Остальные наши ребята, включая водителей, тоже набрали себе еды и присоединились.

– Приятного аппетита, мужчины, – сказал я, поднимая стакан компота. – И спасибо всем за работу. Без вас ничего бы не вышло!

Они ответили мне что-то типа «Спасибо!», «Взаимно!», и мы принялись есть. Еда была безумно, по-домашнему вкусной. Именно такой, какую готовила моя мама в той, прошлой жизни. Впервые за долгое время я получил удовольствие от такой простой вещи, как еда. Обед прошел в почти полном молчании, нарушаемом лишь звоном ложек и фразами типа «Передац соль, перец». Все были смертельно усталыми и, видимо, уже мысленно находились дома.

Покончив с едой, мы вышли на прохладный воздух. Сумерки уже сгущались над Екатеринбургом.

– Ну что, расходимся по машинам, пора уже отправиться дальше, – скомандовал я. – Домой, мужчины! Спасибо этой земле за гостеприимство, но, пожалуй, достаточно!

Мы с Артемием и водителем снова устроились в пикапе, остальные – в грузовике. И караван тронулся в сторону Санкт-Петербурга. Я даже в какой-то момент думал опять проехаться в кузове, но потом вспомнил, какой путь нам предстоит и эта идея отпала сама собой. Да и вообще хотелось уже немного какого-то комфорта. Сами подумайте, ещё недавно я проделал долгий путь в железном вагоне поезда, потом машине, в промежутках успевая заниматься погрузкой и разгрузкой ящиков с смертельно опасным кристаллами. Я конечно не спорю, оно того стоило в финансовом плане, но уже безумно хотелось попасть домой.

Одним из немногих преимуществ этой Российской Империи была развитая сеть скоростных магистралей, соединявших крупные города. Трасса «Урал – Нева» была одной из лучших их представительниц. Широкое, идеальное полотно, минимум заправок и постов, разрешенная скорость – сто пятьдесят километров в час. Расстояние в тысяча семьсот восемьдесят три километра при такой скорости должно было занять около двенадцати часов. Дорога не близкая, но терпимо.

Первые три часа я провел, глядя в темное окно на мелькающие огни встречных фур и редкие огоньки деревень вдалеке. И знаете, голова была реально пустой, мыслей вообще не было. Не хотелось думать про Севера, полицию и все остальное. В итоге меня укачало, и я уснул.

Проснулся я от толчка, когда пикап съезжал с магистрали на развязку. За окном уже светилось предрассветное небо, и дальше уже виднелись силуэты питерских крыш и шпилей. Часы показывали, что прошло около девяти часов. Мы были на окраине города и готовились въехать в Санкт-Петербург.

Я понимал, что нужно решать вопросы, ехать к Северу, отдавать долг и говорить, что на этом наше партнерство заканчивается. Но сначала в любом случае в планах заехать домой. Мне нужно было кое-что взять и принять душ.

– Ребята, можете меня домой закинуть? – попросил я. – Мне нужно подготовиться к одной важной встрече. Не проблема?

– Конечно, босс, – кивнул водитель и свернул в сторону центра.

У нашего с Леной нового дома я быстро попрощался с Артемием и водителем, пообещав связаться позже, и поднялся в квартиру. Внутри было тихо и пусто, Ленки не было. Я набрал ее номер, после долгих гудков она наконец-то взяла трубку.

– Алло? Лешик, ты что, уже приехал? – ее голос звучал сонно.

– Да, Ленок, вот домой зашел, а тебя нету. Где ты? Гуляешь с утра пораньше?

– Да какой гуляешь, братик, я на рынке с самого утра. За продуктами ушла, хотела тебя вкусным обедом с дороги накормить. Буду где-то через час. Дождешься? Все хорошо? – спросила она.

– Все нормально, – сказал я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Я ненадолго. Заскочил переодеться, скоро вернусь, и потом увидимся. Поужинаем сегодня вместе, так что до встречи.

– Хорошо, Лешик, тогда до вечера! Давай не задерживайся там нигде особо, буду ждать тебя, – сказала сестра.

– И ты нигде не задерживайся и долго не гуляй по рынку! До вечера, – я положил трубку магофона.

Ждать я ее не стал, так как у меня не было лишнего времени, хотелось как можно быстрее решить вопросы с Севером. Я прошел в спальню, снял грязную одежду, кинул ее на пол и после зашел в душ. Горячая вода смыла с кожи дорожную пыль, запах машинного масл, от одежды, которую мне дал водитель, и в целом освежила мою голову.

После душа я натянул чистые вещи – темные джинсы, черную водолазку. Погода хоть и была достаточно теплая, но я решил накинуть сверху легкую ветровку. Потом подошел к стене, где висела большая, ничем не примечательная репродукция какого-то морского пейзажа. Я снял ее. За картиной в стену был вмонтирован массивный стальной сейф, одно из главных преимуществ этой квартиры, Я быстро набрал код: 1703. Дверь открылась с тихим щелчком. Выложил из сумки свои деньги, оставив там только четыре миллиона для Севера, захлопнул сейф, повесил картину на место и вышел из квартиры.

На улице я вызвал такси: надоело постоянно ждать водителя, надо задуматься о покупке автомобиля. Так будет гораздо удобнее передвигаться по городу. Дорога до Думской заняла не больше двадцати минут. Я вышел у знакомого здания. Давненько я тут не был, но не сказал бы, что соскучился. Была бы моя воля, еще столько же тут не появился бы. А лучше – вообще больше никогда. Охранник на входе кивнул и пропустил без слов. Стандартный ритуал. Я прошел по длинному коридору, постучал в дверь и, открыв ее, зашел в кабинет.

Север сидел за своим столом, уставившись в одну точку, в его руках, как всегда, тлела толстая сигарета. Казалось, он ждал именно меня.

– О, Леха! Ну здравствуй, друг мой! Давно не виделись! – произнес он, не меняя позы, только поднял на меня глаза. – Я как раз тебя ждал, знаешь, прям чувствовал, что ты сегодня приедешь. Быстро ты управился. Ну, что ты мне принес? Давай сумочку сюда.

Я захлопнул дверь. Не подходя близко, кинул сумку, с глухим стуком она упала на середину стола прямо перед ним. Север довольно улыбнулся, его глаза загорелись.

– Я не только деньги тебе отдать приехал, – сказал я уверенным голосом, понимая, что сейчас будет истерика. – Надо поговорить и решить все вопросы.

Он посмотрел на спортивную сумку, потом на меня. Медленно, не торопясь, расстегнул молнию. Заглянул внутрь, достал пару пачек, посмотрел на них, кинул обратно. Потом он одной рукой смахнул сумку со стола на пол. Пачки денег высыпались на ковер с мягким шуршанием, но его это особо не заботило.

– Ну, и о чем же ты поговорить решил, пацанчик? А? – спросил он тихо. Его голос был спокоен, пока был спокоен. – Надеюсь, не о том аристократишке? Хочешь сказать, что я был неправ? Что я зверь? Ну, давай, выскажись и вали нахер от сюда! У меня сейчас хорошее настроение, и я дам тебе эту возможность.

– Дело не только в нем, Север. Даже совсем не в нем дело! – я сделал шаг вперед, но не слишком широкий. Моя правая рука была свободна, левую держал ближе к карману. – Я принял решение, обдуманное и взвешенное. Мы больше не будем работать вместе, это была наша последняя сделка. Теперь расходимся, и каждый сам по себе живет. Спасибо за ту возможность, что ты мне дал, но я уверен, что также оплатил свой долг перед тобой сполна.

В кабинете повисла тишина, я только и слышал, как тлеет его сигара в пепельнице. Север смотрел на меня, не моргая. Потом его губы медленно растянулись в широкую улыбку. В ней было столько презрения, сколько я еще не видел. Он взял в руку сигару и сделал большую затяжку, потом выпустил три кольца дыма в воздух.

– И кто же тебе сказал, Алешенька, – начал он, растягивая слова, словно смакуя их, – что ты можешь вот так сам решать – работать тебе на меня или нет? Ты хоть понимаешь, кому это говоришь? Кто дал тебе такое право? Четыре миллиона, которые ты принес? Или ты дохрена смелый стал? В себя, что ли, поверил, парнишка? А?

Он медленно, показательно лениво откинулся в кресле, я заметил, как его правая рука начала незаметно двигаться в сторону, ко внутреннему карману потрепанного пиджака. Туда, где всегда лежал его арбалет, заряженный магическими огненными стрелами. Тот самый, из которого он убил Николя Третьякова на вокзале.

– Я сам себе такое право дал, мне этого достаточно! Ты не замечал, но я всегда был смелым, иначе ты бы никогда не взял меня на работу, Север! —мой голос прозвучал тверже, чем я ожидал. – Я больше не хочу быть твоей собачкой на цепи. Не хочу видеть, как ты сжигаешь людей за неправильный взгляд или что-то в этом роде. Не хочу жить в постоянном страхе, что следующая бочка будет подготовлена для кого-то из моих людей. Сделка закрыта, я выполнил свои обязательства. Деньги твои, вон, лежат на полу. Мы квиты, и я тебе ничего не должен!

– Квиты? – Север фыркнул, и его рука скрылась в кармане. – Мы с тобой никогда не будем квиты, пацан. Ты в золотой клетке, и я выпущу тебя оттуда только тогда, когда захочу! Или… – он замолчал, и его глаза стали узкими, он напрягся. – Или когда тебя не станет, как того аристократика. Твоя жизнь теперь принадлежит мне!

Я видел, как его пальцы сжимают рукоять под тканью. Сердце заколотилось где-то в горле, но я не отступил. Время слов кончилось, пора было действовать!

– Положи руки на стол, Север, – сказал я тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало отчетливо. – Вынь их из кармана. Медленно… Подними их вверх.

Он замер. Улыбка сползла с его лица.

– Что? – Север изобразил недоумение. – Ты мне приказываешь? В моем кабинете? Совсем уже охренел?

– Я не приказываю. Я предупреждаю… – моя левая рука уже была в кармане. Пальцы сомкнулись вокруг холодной, отполированной грани кристалла. Я чувствовал его пульсацию, едва уловимую. – Положи руки на стол. Сейчас же. Иначе я превращу тебя в такую же груду костей, в какую ты превратил Третьякова. Только будет намного больнее!

Я вытащил кристалл из кармана и высоко поднял, чтобы было хорошо видно. От него исходило странное свечение.

И вот тогда я увидел это. Впервые за все время нашего знакомства в глазах у Севера, непробиваемого преступного авторитета, циничного монстра, убийцы, промелькнул настоящий животный испуг. Это была не просто настороженность или удивление, лишь чистый, неконтролируемый страх перед неизвестным, перед силой, которой он не мог управлять. Он знал энергию кристаллов, видел, на что они способны, осознавал всю их потенциальную мощь.

И он понял, что я не блефую! Мои глаза были полны решительности, и я был готов пойти до самого конца! Если мне и суждено умереть сегодня, я заберу этого ублюдка на тот свет вместе с собой, чтобы он больше не смог никому причинить вреда. А я, сука, парень фартовый! Один раз мне уже повезло переродиться, может, будет и еще один. Кто знает…

Он застыл. Его рука так и осталась лежать в кармане, но он больше не двигался, лишь смотрел на кристалл, а потом перевел взгляд на мое лицо.

Глава 17

Еще некоторое время мы с Севером вот так вот стояли и смотрели друг на друга. В какой-то момент эмоции взяли надо мной вверх я крикнул ему прямо в лицо:

– Я сейчас сожгу тут все нахер, спалю к чертям собачьим, понял меня, мудак ты старый? Вместе с тобой, твоими деньгами и этим твоим кабинетом, складом и всем остальным! Ясно⁈ Быстро положи свои грязные руки на стол, сука! Ты меня понял⁈ – мой голос полнился твердостью, не присущей восемнадцатилетнему мальчишке. Говорило не моё тело. Говорил мой дух, который был намного сильнее, чем казалось визуально.

Кристалл в моей руке казался теперь не просто магическим артефактом, он стал продолжением гнева, который горел адским пламенем в моей груди. В тот момент я был готов на все. Главной задачей было сделать так, чтобы мне больше никогда в этой жизни или в какой-либо следующей не пришлось больше иметь ничего общего с Севером, и я решил добиться этого любой ценой.

Север не двигался. В какой-то момент мне показалось, что он даже перестал дышать. Он сидел и смотрел на меня. Его глаза, эти узкие хищные щелочки, изучали меня с головы до ног. Он искал слабину, пытался анализировать ситуацию и найти из нее выход. Реально ли я готов все сжечь? Малейший намек на сомнение, на блеф, на то, что это просто истерика, и он был готов действовать, но не мог пробить мою психологический оборону.

Он сканировал мое лицо, напряжение в плечах, искал легкую дрожь в руке. Но ее не было, совершенно не было. Только холодная, отточенная ярость в глазах и стопроцентная уверенность в том, что я сделаю это. Что я готов превратить кабинет в братскую могилу для нас обоих.

– Эй, давай поосторожнее, пацанчик! – прошипел он наконец, но в его голосе уже не было прежней властности. Была некая осторожность. – Ты же понимаешь, что у тебя в руках не просто игрушка… Тише-тише…

– Тише-тише? – передразнил я, делая крошечный шаг вперед. Я хотел показать ему свою решительность.

– Пацанчик, тормози! Ты что, реально думаешь, я тебя убить захотел сейчас? Прямо тут? Серьезно? Ты думаешь, я стал бы делать это вот так, в своем кабинете? – спросил меня Север.

Он слегка нахмурился, посмотрел на меня, потом – куда-то в сторону, потом – снова на меня.

– Зря вы все так думаете. Я много раз слышал фразы, что Север – маньяк, кровожадный психопат и прочее… – продолжал он. – Но это нихера не так, Алешенька! Север, сука, умный. Я – умный, и плохо, что никто этого не понимает! Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это где-нибудь в подъезде твоего нового дома или по дороге сюда. Или, на крайний случай, забил бы тебе стрелку в каком-нибудь ангаре, и там сжег бы в пепел! Но я этого не сделал, а значит и не было у меня такой цели.

Я видел, как он закурил новую сигару.

– Ты давай держи свой камушек покрепче, – сказал он, и его рука в кармане наконец зашевелилась, но не для того, чтобы достать арбалет. Он медленно, очень медленно стал вытаскивать ее оттуда. – А я… Я кое-что достану. Окей? Без резких движений. Договорились? Это не оружие, но кое-что безумно интересное для тебя, Леха.

Я кивнул, не опуская кристалл. Моя рука была так же высоко поднята, а его рука наконец-то появилась из кармана. В пальцах Север держал не оружие, а обычную фотографию: что на ней было изображено я пока что не видел. Он положил ее на стол и кончиками пальцев осторожно подтолкнул в мою сторону. Движение было уверенным. А после он опрокинулся назад в кресло и, улыбаясь, продолжал курить сигару.

– Что это? – спросил я, не отводя глаз от его лица.

– А ты посмотри повнимательней, Алешенька, родный! – в его голосе снова появились знакомые ядовитые нотки. – И все вопросы, думаю, сами собой пропадут. Надеюсь, эта фотография всю дурь из твоей головушки разом выбьет нахрен!

Я бросил быстрый взгляд на фотографию которую он мне дал, и мир вокруг на мгновение остановился. Холод резко пробежал по спине, я не ожидал такого поворота событий. На снимке, сделанном длиннофокусным объективом сквозь стекло машины, была Ирина. Она шла по Литейному проспекту, закутанная в легкое пальто, в руках – сумка с книгами. Рядом с ней, чуть сзади, шел ее личный водитель, Игорь. Снимок был явно не случайным. Его сделал профессионал, с задачей отслеживать каждый ее шаг.

Я медленно поднял свои глаза. Ярость во мне закипела, я сжал свободную руку в кулак…

– Откуда это у тебя это? – прошипел я тихо, сквозь зубы, но зная, что Север прекрасно меня слышит. – Да ты знаешь, что с тобой сделает ее отец, если ты хоть пальцем ее тронешь? Если хотя бы волос с ее головы упадет на землю? Он тебя вместе с этим офисом с землей сравняет, кретин! – закричал я.

Старый ублюдок улыбнулся. Широко, во все зубы. Искренне, как человек, который только что выиграл миллионы в уличной лотерее. Мерзкий черт.

– Пацанчик, ты что, до сих пор так ничего и не понял? – он с наслаждением растягивал каждое слово. – Я знаю все про тебя, мудак! В том числе – про твою милую княжну, Ирину Владимировну Никулину. Я все знаю про тебя, Алешенька, и про каждого, кто крутится рядом со мной. Так вот, Алеша, – он наклонился вперед через стол и выпустил струю дыма в мою сторону. – Ты как-то слишком примитивно мыслишь, думай шире! Ты же не глупый парень! – Север снова откинулся в кресле. – Зачем мне что-то делать с дочкой министра? Я что, дурак, что ли, по-твоему? Мне прямо-таки стало интересно, что же скажет ее папочка, министр внутренних дел самой Российской империи, когда узнает, что новый бойфренд его милой доченьки, этого невинного ангелочка, простой грязный барыга с нелегальными боевыми артефактами, который доставляет контрабанду опальному аристократу Тони Волкову в Екатеринбург на поезде. Мне кажется, он не обрадуется, а ты как считаешь? Будет ли он рад тебе? Нет, конечно! Даже ждать твоего ответа не буду. Он тебя в лучшем случае сдаст своим же людям, чтобы отмыть репутацию семьи, и ты сядешь. Надолго сядешь! В худшем… – он ехидно посмотрел на меня – Ну, у министра фантазия богатая, я думаю, и вариантов, как тебя наказать, найдет массу. Я за него соображать не собираюсь, мне за это никто денег не заплатит. Знаешь, Лешка, что меня в тебе бесит? Ты один из тех самоуверенных юнцов, что проведут пару успешных сделок и думают, что все, они как минимум короли мира! Только вот все ни хрена не так! И это будет очередной урок, который я бесплатно тебе предоставлю! Нужно просчитывать все на несколько шагов вперед! Каждый, мать твою, сценарий! И тогда ты не будешь попадать в такие вот ситуации.

Я сжал кристалл так, что его грани впились в ладонь. Боль была острой, и в какой-то момент мне показалось, что я услышал небольшой треск.

– Не пытайся запугать меня, Север. Ты думаешь, он тебе поверит? Ты свою рожу бандитскую видел? Да он как минимум за то, что ты за ней слежки устраивал, знаешь, что с тобой сделает⁈ – я пытался надавить на него в ответ.

– Если ты меня сейчас грохнешь – ничего, – парировал Север с ледяной логикой. – Мертвецы имеют иммунитет на все, знаешь ли, Алексей. Ну а если вдруг я каким-то чудом выживу… Представляешь, и тут у меня уже давно готов план Б. Ждет своей очереди. Я всю ситуацию выкручу так, виноват будешь ты, парнишка. Найдут тебя и закроют в одну из тюрем Сибири. Думаю, на пожизненное! Там ты и сдохнешь, Алеша! А я выйду сухим из воды. Как всегда! И знаешь, что самое смешное? Знаешь? – он выпустил струйку дыма практически мне в лицо. – Я слышал, что у твоей сестры проблемы с поиском работы. А у меня как раз в одном из барделей местечко освободилось… Пристрою! Девка она симпотная, много денег принесет. Может, и сам пару раз попробую на вкус малышку.

В этот момент я едва не сломался от перегруза злости. Картина была четкой и уже практически реальной. Я видел, как прыгаю через стол, вонзаю кристалл ему в глаз, в горло, в грудь. Видел, как его плоть обугливается, а кабинет наполняется адским пламенем. Я хотел бить Севера по лицу до тех пор, пока не увижу череп этого урода. Но далее следовали другие картины: Ирина в подвале, испуганная и беспомощная; моя сестра… Нет. Нельзя, нужно остановиться. Да, возможно, сейчас он переиграл меня. Но проиграна только битва, никак не война. Основные сражения еще далеко впереди.

Север наблюдал за борьбой эмоций на моем лице и, кажется, получал от этого удовольствие.

– Так что, пацанчик, – подвел он итог, выбивая пепел сигары прямо на ковер, – ты будешь работать на меня, пока мне это нужно, и никак иначе. Потому что я – твой единственный выход в тот мир, куда ты так стремишься, как же ты до сих пор не понял, Леха? И потому что у меня в руках все, что тебе дорого. И еще… – он сделал паузу для драматизма. – За твою сегодняшнюю… Попытку мятежа, скажем так, получаешь долгий приличный штраф. Отныне ты отдаешь мне не только мою долю, такой вариант останется в далеком прошлом. Ты помимо всего прочего процентов от каждого своего заработка. И это я еще благородно с тобой поступаю, ровно. Мог бы вообще бесплатно заставить тебя и твоих дружков работать. На благо империи, так сказать. Но я решил, что пожалею сироток, так уж и быть.

Он усмехнулся, глядя в мои налитые кровью от ярости глаза.

– А теперь, пацанчик, верни этот сраный камушек себе в задницу или откуда ты его достал, я не знаю. Развернулся и пошел отсюда думать над своим поведением. У меня дела еще есть, я и так уже практически полдня на тебя потратил, – сказал Север.

Я стоял, чувствуя, как злость сменяется обычным принятием ситуации. Сейчас я сыграю эту роль. Сделаю вид, что он победил, но, конечно же, я не смирюсь с поражением. Сейчас мне просто нужно время. Я медленно опустил руку с кристаллом, сунул его обратно во внутренний карман. Движения были аккуратными. Хотя еще несколько минут назад я был готов расхерачить его об пол, и гори оно все синем пламенем, но ситуация сильно изменилась.

– Молодец! Отличное решение, – одобрительно кивнул Север. – Умный мальчик. Не нарывайся на конфликт и больше никогда не забывай, кто помог тебе подняться! А теперь вали!

Я развернулся и молча вышел из кабинета. Дверь за моей спиной закрылась с тихим щелчком. Я прошел по коридору, спустился по лестнице, вышел на улицу. Утренний воздух был свеж и прохладен, но внутри все горело. Он переиграл меня. Этот чертов ублюдочный паук с его паутиной нашел все мои слабые места и решил точно ударить в каждое из них. В любом случае считаю это полезным опытом. Я вспомнил правило из прошлой жизни. Чем выше ты собираешься забраться, тем лучше должен прятать от чужих глаз все уязвимые места. Повторил и запомнил.

Я шел по улице, не смотря на дорогу или себе под ноги. В голове роились различные мысли. Как вырваться из этой ловушки? Как защитить Ирину и сестру? Как сделать так, чтобы Север пропал из моей жизни раз и навсегда? Так много вопросов и пока так мало ответов.

Резкий, визгливый звук тормозов вырвал меня из раздумий и вернул обратно в реальность. Прямо передо мной, вплотную к тротуару, резко остановился автомобиль. Та самая машина с тонированными стеклами. Полицейская тачка. Вот только вас для полного счастья мне не хватало.

Заднее пассажирское стекло опустилось. Внутри, в полумраке салона, я увидел суровое лицо майора Петрова. Он даже не смотрел на меня.

– Садись, – произнес он коротко. Голос был хриплым и усталым.

Отказаться, сказать, что я спешу, было не самой лучшей идеей. Если сейчас начнутся еще и проблемы с полицией, наложившись на угрозы Севера, ситуация станет абсолютно безвыходной и тяжелой. Мне нужна была хоть какая-то передышка, и к новой войне я был не готов. Я молча обошел машину, открыл дверь и опустился на заднее сиденье. Салон уже давно пропах сигаретным дымом и кофе.

Машина тронулась с места, плавно вливаясь в поток других автомобилей.

– Ты думаешь, это было смешно? – спросил Петров, не оборачиваясь, глядя вперед сквозь лобовое стекло.

Я сделал вид, что не понимаю, о чем он, и спросил в ответ:

– Что смешно, товарищ майор?

– Не надо включать дурака! – он резко обернулся, в глазах плескался холодный гнев. – Ты прекрасно знаешь, о чем я! О том, что мои люди полночи таскали ящики с пластмассовыми членами! По твоей, епрст, наводке! Ты понимаешь, что я выглядел идиотом в глазах всего отдела?

Я не смог сдержать легкую, нервную усмешку. Картина и правда была комичной. Представляю себе, как его сотрудники поднимают эти ящики, а Петров руководит процессом.

– Смешно тебе? Да? – Майор повысил голос. – Ну ничего! И я посмеюсь! Обязательно посмеюсь!

Он помолчал, выдыхая, потом успокоился и хотел продолжить, но я его перебил.

– Товарищ майор, а что у вас на меня есть официально, по бумагам? – я понимал, что отец Ирины будет наводить справки, он ведь министр внутренних дел, и мне нужно было понимать, какая информация поступит ему в руки.

Петров пока не до конца понимал, о чем я его спросил.

– В смысле? – он нахмурился.

– Ну, кем я у вас числюсь? Какие записи хранятся в личном деле? Я боюсь, что у Севера есть свои продажные люди в вашем отделении, и он сможет все про меня узнать, если уже не знает. Расскажете?

– А-а-а… Не ссы, Алеша! У нас все четко. Никаких официальных документов на тебя нет, нигде информатором не числишься. А ту ночь, что в отделе провел, записали как «за драку». На этом твое личное дело кончается. Я тебе еще раз говорю, у меня все под контролем! – ответил Петров.

– Ладно, хватит просто так как девки трещать! Короче, Милованов, я даю тебе неделю. Ровно семь дней. Либо ты приносишь мне что-то стоящее, не наводку на игрушки, а реальную, железобетонную информацию на Севера, что-то, за что можно взять его с поличным и не выпустить, либо… – он сделал паузу, – я тебя сдаю и нахожу, за что можно посадить в тюряжку. Потому что бесполезных информаторов я не держу. Алексей, я прекрасно знаю, что за игру ты затеял. На какой-то хер пытаешься тянуть время. Так не будет! На двух стульях не усидишь, парнишка! Поэтому уже пора выбрать сторону. Или ты с нами, или ты под нами, третьего не дано! Ты понял меня?

Я сидел, глядя в его каменное лицо, и понимал, что задница, в которой я оказался, не просто большая. Она безразмерная. Настоящая черная дыра, которая засасывала меня все больше и больше с каждой минутой. С одной стороны этот мудила Север с его угрозами близким, возможность раскрыть меня перед Ириной и её отцом и работа на него, которая меня безумно бесила. С другой – этот долбаный майор Петров, который поставил ультиматум и уже начал терять терпение. А над всем этим как вишенка на торте – интерес к моей персоне со стороны министра внутренних дел. Ну и в ситуацию ты попал, Алешенька.

– Я вас услышал, мне не нужно больше одного раза повторять. – тихо сказал я.

– Ну вот и отлично, парень ты не глупый, Алексей! – кивнул Петров. – Водитель, останови машину прямо сейчас.

Автомобиль притормозил на пустынном перекрестке в каком-то спальном районе.

– Ну давай тогда, шуруй по своим делам, Алешенька! – бросил Петров. – И не вздумай слинять из города или попытаться спрятаться! За тобой давно присматривают. Мои глаза повсюду.

Я вышел из машины. Дверь захлопнулась, и авто резко рвануло с места, оставив меня одного. Я стоял, смотря вслед уезжающим стоп-сигналам, а потом медленно повернулся и пошел, не зная куда…Мне нужно было слишком много решить и на все это у меня были максимально кратчайшие сроки. Придется работать в режиме жестких дедлайнов, но я и не из такой задницы выбирался…