Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Мне хватило ума понять, что последние мысли мне нашёптывала проклятая маска.

– Вик!

– Я… в порядке, – процедил я сквозь сжатые зубы, и досконально убедился, что мои ноги не тащат меня в сторону открытого контейнера. – Я не поддамся.

И очень зря – ведь это самый простой, органичный и удобный выход. Восстанавливать силы старого Хранителя куда как тяжелее, учитывая то, что он давно потерял своё «я». Но давай, почему бы и нет, попробуй до него достучаться. Попробуй уговорить его вернуться на законное место. А когда надоест – забирайся сам. Да нет, лучше забирайся прямо сейчас. Это очень просто, один шаг, за ним другой. Внутри ждёт сладкая вечность, настоящая древняя сила…

Глухо зарычав, я сфокусировался на миг и вышвырнул своё сознание в дальний зов.

– МНЕ НУЖНА ПОМОЩЬ!! – заорал я в темноту, прежде чем недовольное проклятье костяной маски выдернуло меня назад.

«Я с тобой».

В этот раз я не видел юной девушки, крепко обнявшей меня сзади за шею. Только смутное чувство родного тепла и внутренний покой. Вкрадчивый голос, диктующий мне свои условия, вдруг умолк, и я понял, что могу нормально двигаться.

Как раз вовремя – поскольку напротив меня застыл Жнец.

Никто из моего отряда не пытался вмешаться в эту схватку – возможно, они даже её не видели, отгороженные стеной иллюзии. К несчастью, мне было недостаточно просто победить, как когда-то в схватке с Негативом. «Достучаться» до того, кто давно потерял душу – невыполнимая на первый взгляд задача.

Жнец налетал на меня, и его дыхание было дыханием ледяной бури. Я отбрасывал его раз за разом, пока в один момент не выбил один из серпов из мёртвой хватки. За первым оружием отправилось второе, но я не успел даже обрадоваться передышке. Жнец попросту воздел костяные длани, а опустил их уже с новой парой серпов.

Я высадил в него полную обойму Райнигуна – в конечности, прикрытое чёрной хламидой туловище и голову под костяной маской. Ни одна пуля не задержалась, не оцарапала кости, словно мой враг всегда состоял из зыбкого тумана. Но остановка времени всё же заставила его застыть, как и всех прочих – пока я нарочито-медленно отправлял патроны в барабан револьвера.

То, как он получил новые серпы, натолкнуло меня на одну идею. Сумасшедшую, возможно, но что ещё оставалось в сумасшедшей схватке?

Наконец, время вернулось в свои права, и я… отбросил полэкс в сторону. Лезвия серпов хищно блеснули, направляясь к моей незащищённой шее – пока вдруг не застыли в воздухе. Нет, не потому, что Жнец передумал. Просто я перехватил их и удерживал – каждое отдельной рукой.

– Лорд Роланд, – сказал я негромко, пока тот пытался освободить своё оружие. – Вы знали, что даже острейшее лезвие меча можно вот так удержать открытой ладонью? Наверняка знали при жизни, и возможно даже практиковали. Это… болезненный опыт, не буду врать, но, как видите, действенный.

По моим запястьям струилась кровь, но недостаточно сильно, чтобы нанести мне существенный вред. Жнец продолжал бешено вырываться, не понимая, что происходит – с тем же успехом можно было пытаться освободить оружие из-под промышленного пресса.

– Есть вариант гораздо проще, лорд Роланд, – невозмутимо продолжал я. – Банальное, но весьма эффективное решение. Подумайте, я не отпущу ваше оружие, но вы – можете. Просто разожмите пальцы и призовите новую пару серпов, как делали это минуту назад. Так вы сможете атаковать меня, пока я буду беспомощен.

Я не мог прочитать выражения в единственном глазу Жнеца, но по ощущениям это была бесконечная ледяная ненависть. Он продолжал дёргаться и рваться, а я всё говорил и говорил, совершенно буднично рассуждая, с какой лёгкостью он мог бы добраться до моей открытой плоти, если бы только послушал добрый совет. Ладони стали совсем скользкими от крови, но я не разжимал хватку – вплоть до того момента, когда ярость моего врага достигла предельной точки. Достигла – и в этот же миг его глаз слегка расширился от понимания.

Жнец… нет, лорд Роланд разжал ладони, и с торжествующим хрипом вскинул их к небу. Два новых сверкающих серпа не заставили себя долго ждать. Издав дикую смесь хрипа и хохота, он единым движением двух рук сомкнул их лезвия вокруг моей шеи!

И остановился, смотря то на меня, то на окружающее пространство с нарастающим сомнением.

– Где… я?..

– С возвращением, лорд Роланд фон Харген, – устало сказал я, отбрасывая окровавленные серпы в сторону. – Носитель Райнигуна, очищающий и милосердный. Великий мастер металла, создатель автоматонов… ты уж прости, забыл, как дальше.

– Архитектор… – прохрипел Роланд. – Архитектор… безымянных залов…

– Точно. А ещё и Хранитель равновесия в придачу. И мой далёкий предок, фактически прадед. Меня тут пытались убедить, что от твоей души ничего не осталось, прикинь? Ну как, поговорим?

– … Да.

Не знаю, сколько времени занял этот странный разговор в не менее странном месте. Может, пять минут, может – десять, а может и несколько часов. В основном говорил я, рассказывая о состоянии Полуночи, о начале моего правления, о пути к сердцу и о том, что ещё предстоит сделать. Лорд Роланд в основном слушал и кивал, периодически теряя нить рассказа, но мне было не сложно повторить.

Кое-что он всё-таки рассказал – очень коротко и тихо, срывающимся хрипящим голосом. Например, как от механической души добраться до его кабинета, где должны были сохраниться записи по автоматонам и подробности трёх больших сделок с Йхтиллом, из которых Полночь вынесла как выгоду, так и убытки. Я бы слушал его гораздо дольше, но к определённому моменту зов костяной маски едва могла заглушить даже незримая поддержка замка.

– Я не могу заставить тебя вернуться туда. Но если ты предпочтёшь небытие, у меня не останется выбора.

– Я… понимаю. Я… вернусь.

– Спасибо. Клянусь – это не навсегда.

– Не… благодари, лорд…. Виктор. Последнее… перед… сном.

Он наклонился поближе и прошептал отрывистую фразу на незнакомом языке – но почему-то от неё меня сходу бросило в жар.

– Что это было? Проклятие?

– Всего лишь… информация. Поймёшь… позже. Увидимся… в Полуночи… внучок.

Я расхохотался – скорее от неожиданности, и лорд Роланд без раздумий присоединился ко мне. Так мы и хохотали посреди межстенья, две безумных фигуры в лошадиных черепах, далёкий прадед и не менее далёкий правнук, посвятившие свои жизни странному замку в другом мире.

Стоило мне моргнуть – и его уже не было передо мной. Он застыл в центре цилиндрического контейнера, или же магической гробницы, а то и огромного целого яйца. Не знаю, как в воображении драконят Хранитель равновесия должен был покидать своё место отдыха, но времени на расспросы точно не оставалось.

Чем быстрее мы выберемся отсюда, тем скорее я смогу сорвать эту грёбаную маску.

Глава десятая

– Музыка силы и немного ярость? – с подозрением переспросила Лаахиза. – Не могло сработать.

– Я спровоцировал его на осмысленное действие. Вне рамок программы. И он очнулся.

– Моя… я понимать. Но не могло сработать.

– Если бы я это выдумал, – пожал плечами я. – То остался бы куковать в межстенье. С редкими визитами назад с серпами наперевес.

– Не говорить, что выдумал, – на удивление миролюбиво прохрипела она. – Есть неучтённый фактор.

Вот стоило только вернуться в нормальную версию Полуночи, и мои недавние достижения тут же начали ставить под сомнения.

Лаахиза посвятила немало времени изучению сущности Жнеца, ещё тысячу лет назад, во времена правления лорда Бертрама. Многие вещи из того периода стёрлись из её памяти, но эта – осталась, поскольку затрагивала её непосредственную область интереса. Словосочетание «Хранитель равновесия» она не слышала, уже тогда Жнеца все называли Жнецом. И он представлял из себя настоящий феномен – высшая нежить во всём, кроме мозга. Разумеется, тогда в роли Жнеца выступал какой-то другой фон Харген, но суть не менялась – никакие триггеры не позволяли пробудить глубоко спящее сознание. Жнец действовал строго как машина, робот, запрограммированный на определённый набор действий. И ни при каких обстоятельствах он не стал бы выпускать из рук серпы, если бы их у него не выбили.

Мы сидели в лазарете, куда я зашёл для обычного обследования после похода, а Лаахиза заглянула, чтобы принести какую-то находку. Наш спор проходил на пониженных тонах, без ругани и взаимных обвинений. Но он явно зашёл бы в тупик, если бы не вмешалась Терра.

– Кровные узы, – задумчиво сказала целительница. – Связь поколений. Но дело не только в крови. Наш Вик и лорд Роланд похожи куда сильнее, чем два любых других фон Харгена.

– Не разбираться в тиранах, – высокомерно сказала Лаахиза. – Но это звучать правдоподобно. А теперь – есть дела.

Леди-лич коротко кивнула Терре, затем мне, и исчезла за дверью лазарета. Мы с Террой остались наедине – не считая двух танцовщиц, чья долгая дрёма длилась уже больше полугода. Небольшой, но ощутимый груз на моей совести, который всё никак не находилось времени снять. И ведь только разгрузился от замковых дел, а надо сразу думать о грядущем походе.

Сразу после не самого весёлого разговора с Террой.

– Я знаю, что он был тебе дорог, – негромко сказал я. – Но другого решения не существовало. Он не останется Жнецом навечно, даю слово.

Она мягко улыбнулась и нежно провела ладонью по моей щеке – так, что у меня по всему телу пробежали мурашки.

– Той Терры, что была безответно влюблена в благородного и гениального лорда Роланда, давно нет. Как давно нет и его самого, хоть я и рада, что тень его могучего разума не сгинула без следа.

– Не знаю, можно ли с ним будет пообщаться вне межстенья.

– Достаточно будет и того, что он перестанет пытаться прикончить вас, Вик. А я наконец смогу использовать экстракт из коры бледной осины для экспериментальных средств.

– Оставь небольшой запас на будущее, – попросил я. – Он же действует на любую нежить, если мне не изменяет память?

– На любую, – подтвердила она, и тон её голоса едва заметно изменился на более низкий, интимный. – Даже на меня, если правильно рассчитаете порцию. Я бы осталась совершенно парализована и не способна сопротивляться ничему…

Как правило, Терра начинала флиртовать со мной, а то и откровенно домогаться, когда у неё было паршивое настроение. Чем паршивей, тем ярче это проявлялось, и у меня против её чар не имелось никакой защиты. Если моя теория была верна, то разговор на особо тяжёлую тему мог бы привести к яростному животному сексу прямо на одном из столов лазарета… Но даже сейчас, в относительно спокойный период между миссиями, на такие развлечения не оставалось времени. К тому же, плотские утехи не исцеляют психологические травмы, а ключевой комнаты с грамотным психологом мне в Полуночи пока не попадалось.

Терра понимала это не хуже меня.

– К слову о потере контроля, – улыбнулась она, слегка отстранившись. – Что вы сделали с маской Жнеца?

– Оставил у себя, – нехотя сказал я. – На время.

Будь моя воля – я бы сорвал и выбросил эту костяную дрянь сразу, когда призрак лорда Роланда вернулся в очищенное место отдыха. Но нет, сразу было нельзя – сперва требовалось найти дорогу из межстенья в нормальную версию Полуночи. Это заняло у нас не меньше полутора часов, а выход назад пришлось натурально прожигать с помощью драконьего пламени – иначе подпространство отказывалось нас выпускать.

Только снова оказавшись на чердаке я наконец смог стянуть лошадиный череп и вздохнуть свободно. Вторым моим планом было запихнуть его в тот же тайник, где он лежал ранее – авось пригодится грядущим хозяевам, но даже если нет – невелика потеря. Но это было бы нерациональное решение, принятое на эмоциях. Пришлось сперва спросить мнение отряда – и, разумеется, у Арчибальда возникла прекрасная идея совместить два артефакта в одном. Конкретно, маску Жнеца и очки Роланда – поскольку их свойства здорово пересекались. Возможно ли это было в принципе? А шут его знает, всё равно изъять проклятье с маски без драконьей кузни не выйдет. Да и артефактора было бы неплохо предварительно очистить…

Таким образом, маска в виде лошадиного черепа заняла почётное место на крюке в чулане, который я расширял уже в третий раз. Возможно, стоило смириться и наречь его новой сокровищницей, но что тогда делать с целой бригадой цвергов, активно раскапывающих старую?

– Надо спуститься к ним и провести внеплановую инспекцию, – со вздохом сказал я. – Хочешь со мной? У тебя хорошо выходит наводить ужас на ничего не подозревающих смертных.

– Все они – потенциальные пациенты, – мурлыкнула леди-вампир. – А пациенты должны беспрекословно слушаться лечащего врача. Но этой ночью я не смогу составить вам компанию – иначе ряд ценных компонентов для препаратов станут куда менее ценными. Вы не обидитесь, если мы прогуляемся в другой раз? Куда захотите, на ваш выбор.

Я физически не мог на неё обижаться.

Механическая душа, главное творение лорда Роланда, никого не оставляла равнодушным, даже меня, хотя я видел её уже десятки раз. Лифт, ведущий от коридора на втором этаже до центральной зоны через короткий путь, отличался от того, что ездил на чердак. Но и тот, и тот механизм однозначно были созданы моим гениальным предком. Интересно, сможет ли он оценить, как много из его наследия уцелело спустя столетия? Провести экскурсию для Жнеца – идея, конечно, интересная…

– Рады вас видеть, лорд Виктор! – радостно приветствовал меня Эдвард Смелтстоун, сын Эрика и брат Хельги. – Можете сами убедиться, работа кипит!

Проблема с расчисткой сокровищницы начиналась с того, что бывшая хранительница обожала передвигать свой домен как заблагорассудится, а не только менять его изнутри. Таким образом она пыталась закрыть мне дорогу, и ей частично удалось – в последний раз пришлось пробиваться через хранилище боевых автоматонов. С боем, разумеется. Оттуда же стартовали и цверги – значительно расширив вход и с помощью Адель проложив рельсы до центра механической души. Только таким образом можно было с приличной скоростью перевозить землю и камни, а назад – укрепления и подпорки для свода. Задача безумной сложности, но Хельге, Эдварду и их рабочим на удивление нравился вызов.

Бригада работала по двенадцать часов в ночь, без выходных. И это не я ставил им такие условия, напротив, я попросил сократить рабочие часы, которых изначально было четырнадцать! Не стоило вызывать недовольство Полуночи трудом в дневное время, да и убитые непосильным трудом цверги вряд ли могли мне помочь. Несмотря на все заверения, что «для них это работёнка плёвая» и «дело мастера боится».

Еду для рабочих обеспечивала Кулина, охрану – Александр. В основном угроз не было, но всё-таки два раза из земных недр вылезали недобитые черве-пиявки, которых тут же пускали в расход. В идеале стоило бы починить и вновь поставить в строй боевых автоматонов, но исследования Адель в этом направлении пока не увенчались успехом. Возможно, прорыв произойдёт, когда мы доберёмся до кабинета лорда Роланда, при условии, что его записи уцелели.

Сейчас же мне с гордостью демонстрировали тщательно расчищенное пространство, размером где-то с мой трижды расширенный чулан. Примерно одна сотая от оригинальной сокровищницы, но будем честны, лиха беда начало. К тому же, к этому моменту цверги уже вытащили из-под завалов первый сундук, заполненный пополам сапфирами и изумрудами, чем фактически окупили всю проделанную работу. Из того, что я наблюдал в сокровищнице ранее, полная очистка могла принести совершенно невообразимое богатство. Невероятно, что хозяева за последние столетия его толком не растратили – видимо, не смогли отобрать у хранительницы.

Интересно, с какого момента в это злосчастное место можно назначить слугу?

«Пока что нельзя».

Я вздрогнул, но не стал озираться – прикосновение Полуночи невозможно было ни с чем перепутать.

– Ты что, подслушиваешь мои мысли? – мрачно спросил я у себя в голове.

«Только когда ты думаешь о назначении слуг! И у тебя всё ещё пустует ключевая комната».

– Адель прекрасно справляется с обязанностями механика, знаешь ли.

«Я… признаю её, но не могу почувствовать. Не могу связать с собой. К тому же, разве тебе – и ей – не нужна помощь?»

Нужна. Ещё как нужна, Адель временами просто разрывалась на части. Если она помогала мне в походах, где часто была незаменима, то не могла трудиться над своими проектами. Если трудилась над проектами – не могла создавать механизмы для поддержания работы Полуночи, вроде подъёмника во внутреннем дворе. Если создавала механизмы, то не изучала наследие лорда Роланда. И так далее, длинная замкнутая цепь, хотя Адель никогда не жаловалась.

Да, с призывом нового механика существовала определённая моральная дилемма. Но на этот раз у меня было готово смягчающее решение.

– Если ты готова, то можем попробовать.

Для ритуала призыва слуги собрался короткий состав советниц – Кас, Кулина, Луна и Лита. Теперь стало понятно, что даже их присутствие было необязательно, просто считалось за небольшую поддержку. Хозяин и сам мог прочитать прошлое любого из кандидатов. Но я ценил компанию своих девушек, и, признаться, немного нервничал. Не так, как месяцы назад, но всё же.

Вдох, выдох – выход в дальний зов прямиком с трона. Единение с душой Полуночи, ласковое и ужасающее – она тоже волновалась, гораздо сильнее меня. Фрагменты реальности, аккуратно подвешенные напротив моего взора, каждый – душа потенциального кандидата.

Я должен был сделать выбор.

Удивительно, насколько состав кандидатов напоминал предыдущую мою попытку выбрать механика. Знакомы все лица: Агата Тафрок, цверг, оборотень-барсук, погибшая от алебарды дуллахана. Лилиана Ош, человек, чья нечастная душа притянулась к вечному замку и тем самым подставила и тело. Хагга Длинный Зуб, мимик-сундук, что смогла получить разум, но скончалась, нарвавшись на опытного колдуна.

Остальных я не помнил по именам, но многие были знакомы по отрывкам воспоминаний. Опять все девушки, хотя фрагменты с мужчинами здесь тоже присутствовали, как и в прошлый раз находясь как бы на заднем плане. Не дотянуться.

– В чём твоя проблема с мужчинами-слугами? – спросил я в пустоту, неторопливо рассматривая вереницу кандидатов. – Если не секрет, конечно.

«Никаких проблем. Но нанять их не выйдет».

– Почему?

«Понятия не имею! Это началось после… травмы, и постепенно разрасталось».

В Полуночи мне не могли врать, но могла ли врать сама Полночь? Сложно сказать, даже в момент высочайшего единения, её мысли и намерения поступали ко мне вразнобой, бессистемно. Но о починке этой странности можно будет подумать потом, желательно проконсультировавшись с подходящими специалистами. Где их взять – тот ещё вопрос, но точно не в ритуале найма новых слуг…

А пока что начнём с того, что Полночь обещала мне во время разговора в сердце. Выбор для тех, кого я обрекал на печальную долгую жизнь.

– Агата? Агата Тафрок? Ты слышишь меня?

– Какого… дхорнга⁈ Кто здесь⁈

Душа цвергки выглядела столь же свирепой, как и разозлённый барсук, в дом которого забралась незваная лиса. Она не до конца осознавала, что с ней произошло и происходит сейчас, но была готова сражаться до конца. Рвать. Метать. Оскорблять.

– Если ты успокоишься, я попробую объясниться.

– Да пошёл ты в задницу к гнилому трупоеду!

Первый блин – комом, да таким, над которым посмеялся бы даже лорд Роланд. Повиновение очищенного слуги гарантировала сила Полуночи, но я не хотел распоряжаться усмирённым рабом, у которого отобрали большую часть личности. Я бы попробовал поговорить с Агатой подольше, но пребывание в дальнем зове в рамках ритуала избрания жрало силы с невообразимой скоростью. Её гнев оказался слишком силён, и я оставил её душу в беспокойной дрёме.

– Лилиана?

– Да?… Да, это я.

– Мы можем поговорить?

– К… конечно. Кто ты, незнакомец?

– Я – лорд Виктор, хозяин Полуночи. Первым делом – прости за то, что с тобой произошло. Мы не можем вернуть тебя к прежней жизни, но есть иной выход.

Лилиана Ош, милая русоволосая девушка в очках с толстыми стёклами, внимательно выслушала моё предложение. Пока я говорил, то чувствовал её душу с новой силой – у неё в самом деле имелся талант механика, толком не раскрытый в её мире. Она была дочерью часовщика, и многому научилась от отца, только вот мастерскую забрали за долги. Здесь, в Полуночи, ей предстояло бы многому научиться, но если вечность на что-то годится, то именно для этого.

– Ты готова принять эту должность? – спросил я в конце, и ощутил, как её душа затрепетала, почувствовав возможность пробуждения.

Затрепетала… и тут же затихла.

– Прости… нет.

– Могу ли я узнать, почему?

– Этот замок… это самое страшное место, что я когда-либо видела. Оно… убило меня, просто так, без сомнений. Я не могу представить, как буду жить в нём, тем более – работать… Я никогда к нему не привыкну.

И я почувствовал, что она говорила правду.

– Прошу… сделай так, чтобы я снова уснула.

– Как скажешь.

Хотел бы я пообещать ей, что найду способ освободить её душу от плена Полуночи. Но нельзя давать обещаний, которые могут быть не исполнены.

– Хагга?

– Да!

– Мы можем…

– Да!!

– … поговорить. Меня зовут лорд Виктор, хозяин Полуночи. Если ты не против…

– Да, да, да!!!

В душе девушки-мимика пылала бешеная энергия, схожая с энергией Агаты. Но направлена она была не на ярость, а желание жить, желание такой неодолимой силы, что оно било наотмашь сквозь астральную среду. Она не пыталась смутить меня, она в самом деле настроилась на меня в ответ, так что понимала вопросы до того, как те были заданы. Ей больше не хотелось спать, о нет, ей не терпелось вернуться в замок – который она знала и любила – чтобы навести кипеж, построить десятки новых ловушек, изучить сотни чертежей!

А ещё – как следует пожрать.

– Учти, – всё-таки умудрился вклиниться я в поток мысле-эмоций. – Человечину не подаём. Свинина в качестве альтернативы.

Она на миг задумалась, а затем снова просияла.

– Да это же одно и то же!!

Я скорее вылетел, чем вышел из дальнего зова, тяжело дыша и утирая набежавший пот. А прямо передо мной, в самом центре тронного зала, от пола до потолка поднимался столб бледного пламени души Полуночи. Совсем как в те разы, когда я испепелил механика и литейщика – только раза в три толще и ярче. На него одновременно было совершенно невозможно смотреть, и невозможно оторвать взгляд.

– Ха! – раздался откуда-то слева от меня ликующий голосок Кулины. – Я знала, что Вик возьмёт её! Луна, с тебя монета!

– На что ты её вообще собираешься тратить?

– А это уже моя забота!

– Тише, – это уже была Кас. – В Полночь прибыла новая слуга. Встретим её с достоинством.

Торжественный момент, кто спорит? Знаковый. Теперь я в полной мере стал хозяином Полуночи, вершителем судеб – желал того или нет. Но совсем идеально было бы, если бы в этот миг я не потел как после десятикилометрового марафона и не тратил все силы, чтобы удержаться на троне прямо.

Наверное, со временем станет полегче.