Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава шестая

ЛЯЗГ!!

СКРИИИИП!

Как ни удивительно, но далеко не для каждого ритуала требовался охранный круг Сив. Как объясняла мне Лита, круг выполнял «охранную» функцию в двух типах случаев – когда защищал того, кто находился внутри, или тех, кто находился снаружи. Причём необязательно от враждебно настроенных сущностей, но и таких вещей, как непогода, непригодная для дыхания атмосфера и нестабильные потоки магической энергии. Последнее было особенно частым явлением при ошибках в формулах, так что круг Сив пользовался большой популярностью в качестве защиты от провальных ритуалов.

Сегодня, правда, я нарисовал его для самой прямой и банальной цели.

ЛЯЗГ! ЛЯЗГ! СКРИИИИИП!

Экстракт из коры бледной осины закончился пару ночей назад. Основная его часть, по крайней мере, а неприкосновенный запас тратить не было смысла. Оррисс когда-то похвалялся, что знает «сссемь ссспосссобов обмануть безмозглого Жнеца и два ссспосссоба разрядить», но из них в моём распоряжении имелось всего четыре. Со звёздочкой – пять.

Порошок Терры, пожалуй, считался за «разрядку» – после обработки им Жнец оставался парализован, а затем улетал восвояси. До метода с магическим зеркалом и двойником, подставленным под удар, я додумался сам, но сегодня особенно не хотелось рисковать оставшимися зеркалами. Дальше шли два ритуала – один требовал кровавой, пусть и некрупной, жертвы, а другой – тщательно начерченного охранного круга. Мясо в Полночь поставлялось уже в разделанном виде, вылазку в Лес шёпотов за кроликами делать не хотелось, а какой-никакой опыт охранных кругов я уже приобрёл. Выбор очевиден, пусть этот способ и считался сравнительно медленным.

Наконец, в качестве радикального варианта можно было применить драконье пламя – как однажды в сокровищнице. Только вот со столь разрушительным воздействием невозможно угадать, не исчезнет ли Жнец окончательно. Признавать это было грустно, но мне требовалась рабочая охранная система замка, а не сломанная окончательно.

Была у меня мыслишка вызнать у семиглазого ворона оставшиеся методы, но после двойного ритуала «рокировки» в темнице ему нездоровилось. Тяжесть древней ключевой комнаты, насквозь пропитанной чужой магией, оказалась велика, хотя Оррисс сам вызвался принять её на плечи на те пару часов, что требовались для поправки здоровья Надзирателя. Терра тщательно осмотрела ворона, назначила пару лекарств и пришла к выводу, что не требуется даже постельный режим в лазарете – очухается к концу недели. Но до этого времени его лучше было не беспокоить.

СКРИИИИИИИИП!!

– Господи, как же ты задолбал, – процедил я сквозь зубы, наблюдая, как лезвие серпа протяжно скрежещет о невидимый барьер, отделяющий меня от мстительного духа. В момент, когда Жнец приближался для атаки, барьер обретал физические свойства – превращаясь во что-то вроде толстого бронированного стекла. К сожалению, звуки это «стекло» пропускало без проблем.

Когда-то бесконечно давно, месяцев семь назад, Жнец казался мне воплощением самой смерти. Не столько из-за внешнего облика, хотя его маска из лошадиного черепа, призрачные кости и боевые серпы всё ещё смотрелись угрожающе. Нет, ужас тогда вызывали его умения, его бешеная скорость и кажущаяся неуязвимость, неумолимость и невидимость в темноте. Его не брало никакое оружие, включая Райнигун, а сам он убивал молниеносно и эффективно. Эдакий секретный «босс», что является к засидевшемуся игроку, чтобы напомнить, где его место.

Не сказать, что с тех пор он изменился – зато изменился я.

Сегодня, с высоты накопленных сил и знаний, Жнец смотрелся как олицетворённое препятствие, но отнюдь не запредельного масштаба. Я окончательно сравнялся с ним по скорости и при желании мог бежать от него хоть до восхода солнца. Либо напротив – сдерживать натиск парных серпов, парируя и блокируя до того, пока один из нас не устанет. Мои силы были не бесконечны, особенно когда луна скроется за горизонтом, но и Жнец имел свои пределы.

Хотя на данный момент это утверждение казалось спорным.

Призрак занёс серп для удара, и я тяжело вздохнул, ожидая очередного отвратительного скрежещущего звука. Ждал – и не дождался, поскольку Жнец так и застыл с поднятой рукой, словно его обсыпали парализующим порошком. Из-под жуткой маски на меня смотрел единственный глаз моего далёкого предка, отдавшего свою жизнь в попытке спасти Полночь. Если бы за этим глазом находилось хоть что-то, кроме гнетущей пустоты…

Нет, сегодня Жнец не вызывал страха – только противоречивую смесь раздражения и сочувствия.

Не отрывая от меня глаза, призрак медленно опустил серп и начал подниматься к потолку тронного зала. Спустя несколько секунд он исчез окончательно, но я не торопился выходить из охранного круга. Лита обещала мне, что Жнец отстанет спустя пару часов, а прошло дай бог минут сорок. Но, прежде чем я успел достать карманные часы и засечь хотя бы полчасика, из тени за колонной выдвинулась Кас.

– Он сдался, Вик.

– Откуда такая уверенность? – проворчал я, всё ещё переводя взгляд с часов на потолок.

– Можете назвать это чутьём кастеляна. Сегодня он не вернётся.

Я не был в восторге от того, что Кас осталась в зале на момент визита Жнеца. Равно как и Луна, Кулина и Лита – все они стояли в отдалении, но наготове, чтобы задержать призрака в случае необходимости. Моя смерть от его серпов не принесла бы таких уж больших проблем – только некоторую нагрузку на системы Полуночи. Но девушки и слышать ничего не хотели о том, чтобы отступить и разойтись по своим комнатам.

В последний раз взглянув на циферблат, я закрыл часы и вышел из охранного круга. Отличный рабочий способ, но даже в столь сокращённом виде – огромная потеря времени. Не менее получаса на начертание круга, затем сорок две минуты ожидания под адский скрежет железа по стеклу. И пофиг, что стекло колдовское, ненастоящее, звук всё равно выходил чересчур натуральным.

– Кас, гвардия закончила осматривать верхние уровни?

– Насколько мне известно – сегодня ночью.

– Мне нужен доклад. Чем скорее, тем лучше.

Кас задумчиво посмотрела на меня, затем не менее задумчиво обернулась на ближайшее окно, за которым отчётливо светало.

– Как прикажете, Вик. Но учтите, вскоре наступит рассвет, Полночь опустит барьер и закроет двери. Тому гвардейцу, что принесёт вам доклад, придётся остаться дневать в вашей спальне.

И, прежде чем я успел открыть рот, чтобы что-то ей ответить, Кас негромко добавила:

– Вместо меня.

Так, значит, манипуляции подъехали. Сексуальные к тому же. И от кого? От первой наложницы! Неслыханная дерзость! Но в ироничной угрозе Кас был резон – слишком мало времени от ночи оставалось на выслушивание доклада и составление подробного плана. Я не должен был руководствоваться желанием поскорее разобраться с зудящей проблемой только потому, что она только что отняла у меня час жизни и знатно поездила по мозгам.

– Мне нужен доклад… первым делом после пробуждения.

– Разумеется.

Теперь, когда угроза миновала, все разошлись на дневной отдых. Мы с Кас отправились в спальню – я лёг и какое-то время наблюдал, как она перемещается по комнате с такой плавностью и лёгкостью, словно всё ещё была призраком. Но нет, теперь моя любовь жила и дышала, пусть и не отказалась от старых привычек кастеляна. Каждая вещь должна была лежать на своём месте, каждый угол проверен – не затаился ли там враг? Я бы сказал, что в этом её ритуале сквозило некоторое недоверие к Полуночи, но сложно было упрекать ту, что всю жизнь заботилась об умирающем замке. К тому же, во время своего лёгкого танца по спальне Кас умудрялась постепенно терять одежду, и смотреть за этим было весьма интересно.

Наконец, она остановилась, застыв на фоне окна, за которым утро неумолимо вступало в свои права. Изумительный обнажённый женский силуэт, вызывающий бурю чувств – и отнюдь не только влечение. Я до сих пор не мог поверить, что несмотря на все беды мы выжили и остались вместе.

Спустя миг Кас скользнула в кровать и прижалась ко мне всем телом.

– Вы рады, что здесь лежу я, а не кто-то из гвардии?

– В гвардии тоже есть симпатичные девушки, знаешь ли, – хмыкнул я.

– Ваша правда. Особенно среди гноллов.

– Думаешь, Кара положила на меня глаз?.. – спросил я притворно-серьёзным тоном и поймал холодный взгляд Кас. – Да шучу я, шучу. Я счастлив, что ты со мной.

Эта ночь здорово помотала мне нервы, но кончилась совершенно восхитительно.

Докладывал мне лично Александр, со своим лейтенантом Никой на подхвате. За последние трое суток гвардейцы обыскали каждый уголок на открытых участках верхних этажей, от миниатюрной гостиной до обрушившегося коридора, что когда-то вёл в библиотеку. Титанический труд, не говоря уже о масштабной зачистке вражеских отрядов – концентрация безголовых латников на верхних этажах не уступала окрестностям литейной. Организованы, правда, они там были похуже, так что у гвардии не возникло непреодолимых проблем – просто пришлось попотеть. Судя по общему количеству накопленных частиц души за последние ночи, мы совместно перевыполнили двухмесячную норму.

В процессе осмотра и зачистки было обнаружено семь новых проходов различных уровней секретности и четыре тайника. Все найденные ценности гвардейцы доставили в хранилище, проходы исследовали на возможный максимум. Два из них почти сразу уходили резко вниз, три петляли по соответствующим этажам, два – вели наверх. При этом не стоило забывать, что внутреннее устройство Полуночи часто не поддавалось обычным законам логики, и направления могли меняться на прямо противоположные.

И всё же, в нашем разговоре она сказала «иди наверх, не ошибёшься». От этого и будем плясать.

– Мы открыли все двери, которые могли открыть и прошли по всем коридорам, пока не достигли тупиков, – сказал Александр. – Один из ведущих наверх проходов оказался наполнен ловушками, и мы были вынуждены отступить, потеряв трёх гвардейцев.

– Все они принадлежали Полуночи, лорд Виктор, – негромко добавила Ника. – Сегодня ночью они возродились и готовы продолжать службу.

– Письменный рапорт уже готов, – снова Александр. – К нему прилагается карта этажей и открытых проходов. Если потребуется, лорд Виктор, мы сопроводим вас к каждому лично.

Насколько же стала легче жизнь, когда пошли первые цвергские поставки чистой бумаги и письменных принадлежностей. Магия магией, а бумага всё стерпит и сохранит. Даже вот для гвардии запас пригодился, а уж как счастлива Лита и команда в библиотеке…

– Думаю, сопровождение не потребуется, – сказал я. – Благодарю за отличную работу.

Александр и Ника встали, синхронно отдав воинский салют – два удара сжатым кулаком левой руки по правому плечу. Я спрашивал их как-то, откуда они взяли этот жест, но чёткого ответа не получил. Почти наверняка он пришёл из их далёкого прошлого, и мышечная память оказалась надёжнее забывчивого мозга.

Осталось решить, если я не беру в поход ко Жнецу гвардейцев, то кого?

– Мы скорро вырастем, – с намёком сказал дракон по имени Янтарь, подступая ко мне с правой стороны.

– Ага. Совсем вырастем! – вторила ему его сестра, Аврора, заходя слева.

– Выррастем и перестанем помещаться в прроходах.

– Научимся летать и улетим!

– И кто-то подумает, что надо было чаще бррать нас с собой!

– Вот именно, кто-то будет скучать, и…

– Так, хватит, – сурово сказал я, перебивая драконят. – Кто вас научил таким манипуляциям? Кас или Лита?

Дети Эргалис обменялись виноватыми взглядами.

– Да мы и сами… догадались, – тихонько сказала Аврора.

Я вздохнул. Мои чешуйчатые воспитанники всегда хотели проводить со мной время, и это очень льстило. Но в другие миры я их взять не мог, уж тем более – в Авалон. Да и в Полуночи не в каждый поход находилась возможность захватить с собой двух стремительно подрастающих драконов, мечтающих попробовать всё вокруг на зуб. Их всесокрушающее пламя, пусть и ограниченное в использовании, было эдаким «чит-кодом», но за самими драконятами требовался глаз да глаз, и это учитывая их почти полную неуязвимость. Мне не слишком хотелось брать их в логово Жнеца, где мог потребовать тонкий, чуть ли не ювелирный подход к решению проблем. А тут просто беру и выпускаю двух юных слонов в посудную лавку…

С другой стороны, я был вынужден признать, что их наивный шантаж попал точно в цель. Ава и Ян продолжали увеличиваться в размерах – не с такой скоростью, как в первые пару месяцев, но очень быстро. До момента, когда они «перестанут помещаться в прроходах» оставалось ещё немало, но он точно наступит, и я точно буду скучать по их компании.

– Слушайте меня внимательно, – строго сказал я. – Этот поход – особенный. От него зависит, насколько хорошо Полночь будет защищена, когда меня не будет рядом. Вы понимаете?

Две красных драконьих головы – одна с оранжевым отливом, другая с серебряным, – бешено закивали в знак понимания.

– Отлично. Правила такие – идти очень осторожно, не отвлекаться, не отправляться на самостоятельное исследование интересных вещей, ничего не трогать, держаться отряда. Ни в коем случае не использовать пламя без команды! Если меня в какой-то момент не окажется рядом, во всём слушаться тётю Адель и дядю Арчибальда. Тот, кто нарушит любое из правил – тут же отправляется назад.

Такой выбор напарников для похода был не случаен. Старый артефактор знал о магических устройствах в тысячу раз больше, чем все остальные обитатели Полуночи вместе взятые, главное – осторожно нести зеркало с его духом внутри. Адель была гением в вопросах механики и инженерии, могла обезвредить любое количество ловушек за кратчайшее время и отыскать скрытые проходы, недоступные всем остальным. Лита тоже очень хотела поучаствовать, хотя бы и в астральной форме, но всё свободное время она совместно с Инзором и Геннадием собирала по библиотеке клочки информации об измерении кошмаров. Поход ко Жнецу мог не увенчаться успехом, но в случае провала не грозил смертью всем участникам. Путь к Авалону, с другой стороны…

– Мы запомнили! – заявила Ава.

– Мы согласны! – вторил ей Ян.

Мои воспитанники явно были вне себя от радости, но – надо отдать им должное – не пустились вприпрыжку по всему тронному залу, а честно усидели на месте. Хорошая демонстрация твёрдых намерений и дисциплины.

Хотя кто знает, насколько хватит их серьёзного настроя?

Полэкс в качестве основного оружия – против безголовых на пути, уруми для мимиков-книг и кинжал на пояс. Фирменный плотный завтрак от Кулины, которая только-только закончила кормить драконят. Выносливость, ловкость и скорость – чтобы при необходимости уклоняться от серпов Жнеца, а также видение в темноте. Терра, к сожалению, не могла выдать новую порцию порошка – бледная осина росла медленно, и сейчас попросту был не сезон. Но я готовился потратить порции неприкосновенного запаса – в случае успеха они больше не понадобятся, не в ближайшее время. Так что из лазарета я вынес слегка увеличенный набор лекарственных шприцов, временно усиление для «Зверя» и некое «зелье неуловимости». Это была новинка от Терры, её собственная разработка, позволяющая безупречно избегать любых атак на короткий промежуток времени. Экспериментальная тема, но леди-вампир заверила, что в худшем случае препарат сработает немного слабее ожидаемого, а побочных эффектов не будет.

Наконец, из сада я вынес свежие семена для «Травы, что крушит камни», которой в последнее время пользовался всё более уверенно. Хвоя просияла, услышав о моих успехах и увидев небольшую демонстрацию, но взгрустнула, когда мне пришла пора уходить. Я так и не нашёл времени научиться говорить с ней без слов, и вечная спешка издевательски намекала, что этого не произойдёт никогда.

Каждая наша победа приближала час, когда больше не нужно будет бешено рваться вперёд, затыкая дыры в тонущем корабле. И поход сегодня ночью обязан завершиться одной из таких побед.

Глава седьмая

Недавно я спрашивал Лаахизу, что она думает об исцелении безголовых латников. Обычным иссохшим хватило волшебной музыки Шаэль и воздействия лазарета, для Кас, Мордреда и Надзирателя потребовалась «тяжёлая артиллерия» в виде могучих ритуалов и артефактов поддержки. Но безголовые всегда стояли особняком – словно весь рыцарский свет небольшой страны в один прекрасный день казнили на гильотине. Никакой информации, никаких догадок – разве что их порядком изношенные, помятые и проржавевшие латы немного походили на искажённую версию миланского доспеха. В остальном… Я сражался с безголовыми с первых дней, как всерьёз начал очищать Полночь, некоторых даже взял на службу, и до сих пор не имел ни малейшего понятия, что они из себя представляют.

До тех пор, пока Лаахиза не посмотрела на меня, как на полного идиота, и не ответила:

– Как ты собираться… исцелить дуллахан, не отыскав голова?

Безголовый латник, он же дуллахан, нанёс резкий рубящий удар алебардой. Подобный манёвр даже в достаточно широком коридоре был бы рисковой затеей, а в узком – почти невыполним. Но стоило отдать противнику должное – если бы я не сместился на полшага назад, то вполне мог бы недосчитаться собственной головы.

В следующую секунду дуллахан опрокинулся под натиском молодого дракона, и рассыпался в пыль, оставив после себя бледный огонёк души Полуночи.

– Последний?

– Вро-де бы, да.

Я сверился с картой, составленной Александром. Мы только что зачистили окрестности комнаты, которую я когда-то мысленно окрестил «казармой» для безголовых. Она представляла из себя странный зал с разбросанными там и тут постаментами, где дуллаханы собирались для отдыха и, возможно, общения. Именно здесь я некогда завербовал четырёх из них в свою гвардию, даровав им благородные имена принцев Янтарного королевства – Корвин, Джулиан, Блэйз и Рэндом. Все четверо, по словам Александра и моим личным наблюдениям, до сих пор несли безупречную службу. Если Лаахиза говорила правду, и для их исцеления нужно отыскать головы, то потребуется выделить на это время. Это определённо будет один из самых странных «квестов» на территории Полуночи.

Сегодня «казарма», она же «зал отдыха» пустовала. Какое-то количество безголовых пряталось в засадах по окрестным коридорам, но даже с эффектом внезапности у них не было ни малейших шансов. Мы с Адель били их на опережение, едва начинала приоткрываться та или иная потайная ниша, а немногих выживших после наших атак шустро догрызали Ян с Авой. Возможно, сопротивление оказалось бы более серьёзным, если бы не гвардейцы, уничтожавшие дуллаханов на этой территории три ночи подряд. Мы сейчас добивали самых смелых и тупых – тех, кто решил возродиться там же, где их убили трижды.

Следуя указаниям карты, мы повернули направо, спустя пять минут – ещё раз, пока не упёрлись в тупик. Я не успел ничего объяснить, как Адель уже пристально осматривала глухую стену, затем нажав на неё одновременно в двух местах.

Довольно короткий и подозрительно широкий коридор, ведущий к винтовой лестнице – всего пройти метров двадцать. Только вот на карте рядом с этим местом был аккуратно нарисован небольшой череп.

– Ловушки, – сказал я, садясь на корточки и осматривая едва заметные следы крови на каменных плитах. – Будь я на месте Александра, то пустил бы обезвреживать самых опытного, затем самого живучего и самого удачливого. Судя по всему, он так и сделал, и отступил, потеряв всех троих.

– Мы рразберёмся! – заявил Ян, но я покачал головой.

– Разберётся Адель, а мы аккуратно посмотрим со стороны и намотаем на ус. Правильно?

– Правиль-но, – подтвердила Адель, выступая вперёд.

Шкура детей Эргалис делала их фактически неуязвимыми как к физическому, так и прямому магическому воздействию, что давало им огромную фору при исследовании замка. Но ловушки на то и ловушки, что могли преподнести неприятные сюрпризы. Стрела в ненароком приоткрытую пасть, ядовитый газ, обрушение всего коридора – и драконята могли серьёзно пострадать. К тому же, опыт обезвреживания скрытых механизмов у них был околонулевой – в отличие от Адель.

Исполняющая обязанности механика весила ровно столько, сколько должна была весить прекрасная леди, целиком состоящая из металла. Но при этом она перемещалась по опасному коридору с кошачьей грацией, идеально выверяя каждый шаг. Те нажимные плиты, что могли быть устранены, Адель без раздумий вырывала из пола. Те, что нельзя было трогать ни при каких обстоятельствах, помечались щепоткой белого песка. Механическая девушка останавливалась у каждой стены, тщательно прислушиваясь к её содержимому, кивала сама себе и осторожно шла дальше. Одно место она слушала дольше остальных, затем без размаха ударила в него стальным кулачком, пробив насквозь и повредив какую-то особо хитрую подлянку – судя по глухому скрежету.

На очистку коридора, убившего трёх гвардейцев и почти наверняка доставившего бы мне сотню неприятностей, у Адель ушло пятнадцать минут. Дважды в неё прилетали отравленные стрелы – со вполне понятным нулевым результатом, и один раз выскочившее из пола цельнометаллическое копьё слегка порвало ей платье и оцарапало левое бедро. Судя по тому, что в следующую секунду копьё оказалось свёрнуто в бараний рог, это был самый обидный для Адель эпизод.

– Гото-во.

– Давненько я не видел столь блестящего примера инженерного мастерства и ловкости рук! – Арчибальд, зеркало которого привычно расположилось у меня на груди, не скрывал своего восторга. – Леди Адель, примите моё искреннее восхищение.

– Ты просто умница, – просто сказал я, проходя по теперь безопасному коридору до винтовой лестницы. – Спасибо.

Если я хоть немного разбирался в выражениях лица Адель, то умей она краснеть, её щёки бы сейчас покрывал густой румянец.

– Я умни-ца.

Заряженные оптимизмом, мы ринулись наверх по старым, но всё ещё крепким металлическим ступеням. На первой и третьей площадках попадались закрытые двери – но мы заранее условились их игнорировать, поскольку цель похода находилась на максимально высокой точке. Наконец, достигнув вершины лестницы и пройдя пару метров по новому коридору… мы упёрлись в основательный завал.

Нагромождение каменных блоков и плит намертво перекрывало дальнейший проход. Создавалось ощущение, что здесь, на самой верхотуре, когда-то тоже находилась сокровищница, которую ненароком обрушили при очистке. Только вот рабочая бригада цвергов всё ещё трудилась далеко внизу, сюда мы её захватить не додумались. Я переглянулся с Адель – без слов было понятно, что на разбор завала уйдут не одни сутки, даже если трудиться без остановки. Настоящий тупик, мать его.

– Проверим две-ри?

– Хорошая мысль.

За первой дверью на третьей лестничной площадке нас поджидала комнатушка с квартетом безголовых. Кажется, они страшно обиделись, что мы пробежали мимо, но и наше возвращение радости им не принесло. Дождавшись, пока я впитаю частицы души замка и соберу вражеское оружие в переносной карман для материалов, Арчибальд вежливо обратил моё внимание на подозрительный участок стены. Тайник с монетами – десяток кругляшей драгестола, пригоршня золота и серебра. Противоположная дверь оказалась не такой щедрой – весь пол в пустой комнате представлял из себя ловушку, готовую рухнуть в глубокую шахту, ведущую до подвала, а то и ниже. Аврора чуть было не провалилась, хотя прекрасно знала о ловушке – просто потому, что слишком активно рассматривала, что находилось внизу.

На другой лестничной площадке, пониже, ситуация оказалась почти зеркальной. Пятеро дуллаханов в засадном помещении, скорее мешающие друг другу, чем способные нанести отряду какой-то вред, и противоположная комната… с тремя пузатыми ларцами в центре.

– Полагаю, вы догадываетесь об этом и без меня, лорд Виктор, – мягко начал Арчибальд. – Но как минимум два экземпляра из присутствующих являются…

Словно в ответ на его слова, левый и центральный ларцы вдруг приподнялись с места и медленно двинулись вперёд неуклюжей переваливающейся походкой. Приостановившись напротив меня, они синхронно хлопнули зубастыми крышками, а затем так же невозмутимо прошли мимо, скорее скатившись, чем спустившись вниз по ступеням. Только мы их и видели.

– Что. Это бы-ло? – огласила Адель мысли всех присутствующих спустя несколько секунд затянувшейся тишины.

– Понятия… не имею, – медленно сказал я. – Но, возможно, своеобразная… благодарность?

– Вы хотите сказать, что заручились поддержкой мимиков Полуночи? – удивлённо спросил Арчибальд.

– Не уверен.

В основном мои отношения с местными мимиками были весьма прямолинейны – они пытались меня сожрать, я отбивался изо всех сил. Теоретически, у мимиков, как и у слаймов, имелся потенциал обрести разум, но проявления этого потенциала раньше от меня ускользали. На ум приходили только два случая-исключения. Первый – когда я пожалел и не добил мимика, разбившего и подменившего собой одно из ценных магических зеркал. Второй – когда я пожалел уже целую ораву мимиков, усыплённых Асфаром посреди разваливающейся на глазах сокровищницы.

Неужто этого хватило, чтобы двое мимиков-ларцов в противоположной части замка решили со мной не сражаться? Либо они самостоятельно сделали такой выбор, услышав, как мы разбираем безголовых?

Это определённо стоило того, чтобы перепроверить в будущем, но пока мы просто прошерстили оставшийся – настоящий – ларец. В нём попался целый артефактный плащ, моментально опознанный Арчибальдом – тот на время позволял носителю перемещаться, не издавая звуков. Так как я уже носил плащ из королевского василиска, обновка досталась Адель, что на время сделало её самым счастливым автоматоном во всей великой паутине.

При всех несомненных плюсах и открытиях, осмотр дверей на винтовой лестнице занял у нас около часа, а дальнейшего пути на чердак мы не отыскали. Оставалось лишь спуститься, вернуться через обезвреженный коридор и снова сверяться с картой – в поисках второго прохода наверх, отмеченного Александром.

– Гото-во.

На этот раз Адель не избавлялась от ловушек, а ловко заперла две пачки дуллаханов в их собственных потайных нишах, заклинив открывающий механизм. Мы посчитали, что это будет быстрее, чем тратить время на новые сражения, а частиц души Полуночи пока что хватало за глаза. Из запертых схронов раздавался шум и лязг доспехов, но раньше, чем на следующие сутки, освободиться у них не получится. Есть и пить нежити без надобности, скучать не придётся – все в хорошей компании коллег и друзей. А если я каким-то образом очищу эту территорию до того, как они выползут, то агрессии у них поубавится.

Особенно этот «пранк» оценили драконята, чуть ли не покатываясь со смеху от активного недовольства запертых безголовых. Господи, надеюсь, мы не подали им некую блестящую идею на будущее…

Второй проход наверх здорово отличался от первого – хотя бы потому, что находился он не в конце отрезка коридора, а в отдельном небольшом зале. Почти идеально круглое помещение, напоминающее основание библиотечной башни, в центре которого нас ждал… лифт. Не подъёмник на мускульной тяге, а вполне узнаваемый лифт, пусть и весьма старинный по меркам матушки-Земли. Прямоугольная коробка из тёмного кованного железа, с дверью-решёткой, которую нужно было открывать и закрывать самостоятельно. Внутри вместо кнопок – небольшой рычаг на три позиции, подписанные, как: «Средние этажи», «Высокие этажи» и «Чердак».

– Замечатель-ный механизм, – одобрительно сказала Адель, осматривая каждый сантиметр кабины снаружи и изнутри. – Я бы. Хоте-ла изучить его. Поз-же.

– Изучай и внедряй на здоровье, – одобрил я. – Странно только, что гвардейцы на нём не покатались… Неужели не разобрались?

Впрочем, спустя пару секунд нашлось и объяснение – рычаг, переключающий этажи, напрочь отказывался слушаться, а более серьёзное применение силы его бы сломало. Я заподозрил неисправность в устройстве, провисевшем тут минимум пару-тройку столетий, но Адель быстро обнаружила замочную скважину, закрытую тонкой пластинкой и оттого не заметную на фоне металлической стены. Скважина располагалась справа от рычага, ключ от всех дверей вошёл в неё и повернулся без малейших проблем.

– Вам на какой? – шутливо спросил я, когда убедился, что в кабину лифта поместились все, и та не собирается падать.

– Нам всем. На чер-дак, – вежливо ответила Адель, и в её нежном голосе послышалась лёгкая тревога за моё ментальное здоровье.

Сам виноват, нечего хохмить никому не понятные шутки из родного мира в магическом средневековье. Вот построит Адель нам пяток лифтов по всей Полуночи, тогда и повторить можно…

Рычаг отправился на финальную позицию, металлическая кабинка дёрнулась и медленно поползла наверх. Полагаю, вместо электричества в этом механизме была задействована магия, но по ощущениям это никак не различалось.

Путь до чердака занял не менее двадцати минут. Любой лифт на Земле за это время привёз бы нас на вершину стоэтажного небоскрёба, но приходилось делать скидку на невысокую скорость старого механизма. Половину пути мимо нас проползали этажи и ярусы, половина прошла в полной темноте каменной шахты. Драконятам затянувшееся путешествие быстро наскучило, но они крепко держали своё слово и не бузили. Только когда кабина остановилась с протяжным скрипом, и я открыл дверь наружу, Ава и Ян с видимым облегчением выпрыгнули на каменный пол, чтобы размяться. Адель вышла следом, осматриваясь с куда меньшим энтузиазмом.

– Мы точ-но. На месте?

– Остаётся только надеяться, – проворчал я.

Чердак Полуночи – по крайней мере, открывшаяся нам его часть, в самом деле напоминал… чердак. Только не древнего замка, а странного жилого дома особо крупных размеров. Обширное, но абсурдно невысокое помещение под самой крышей, с рядом крохотных и очень грязных окошек, в одной из стен. Помещение, насмерть заваленное горой всевозможного хлама. Можно подумать, что сюда перетащили весь мусор, не поместившийся в склад на уровне кухни – который я только-только успел очистить во всех смыслах. Полки с тряпичным барахлом вдоль стен, пустые ящики и бочки, прохудившиеся мешки с трухой вместо содержимого, ржавеющие заготовки непонятного назначения…

– Иногда мне кажется, – подал голос Арчибальд. – Что у нашего возлюбленного замка нет эффективного способа избавления от мусора. И тогда она просто раскидывает излишки по таким вот закуткам…

– Она долго болела, – вступился я за Полночь. – Будем снисходительны.

– Уверяю вас, лорд Виктор, я говорю это со всем возможным пониманием…

– Можно бы-ло болеть. Не так гряз-но, – холодно заявила Адель.

По словам Полуночи, с чердака требовалось попасть в «межстенье», то ли решив загадку, то ли пройдя испытание. Ни того, ни другого сходу не было видно, так что отряду пришлось разделиться, обыскивая замусоренный этаж. Я воспользовался поисковым амулетом, но не добился прорывных результатов – лишь убедился, что в целом мы находились в правильном месте. А вот куда отсюда двигаться дальше…