Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

– Ну прямо камень с души, – проворчал я.

– А я о чём?

Об очищении лично Жнеца речи не шло, но тот должен был вернуться под управление Полуночи после очищения «охранного этажа». За этим местом не присматривал какой-то дополнительный «босс», и всё же задачка была не из простых. Подняться на самый верх, найти вход, решить загадку или пройти испытание, нейтрализовать Жнеца порошком или одним из других способов, и только затем приступить к очищению местности. Полночь даровала мне эту силу, но пока что её удалось применить лишь один раз и в достаточно скромном масштабе. Потренироваться, что ли, на чём-нибудь ещё?

Теперь, когда вопросы Ноарталя и статуса Зури были закрыты с опережением сроков, у меня высвобождалось некоторое количество свободного времени. Почему бы и не потратить его на расширение очищенной зоны? Немного обидно, что даже после исцеления Полночь по-настоящему контролировала жалкие крохи своей территории, да и мне приходилось всё тщательней выбирать места для строительства новых помещений. Отбрасывать тень замка на иные миры – это круто, но сперва бы нормально навести порядок у себя дома…

Я чувствовал, что у меня заканчивалось время на диалог, но хотел спросить ещё кое-что.

– Как поживает твоя связь с Ноарталем?

– О, чудесно, – просияла Полночь. – Эйвин чувствует себя хорошо! На её брата совершили первое покушение, но он был готов и не пострадал. Возможно, скоро состоится первая казнь изменников!

Мне пришлось напомнить себе, что я больше не буду вмешиваться в альвийскую политику, если не возникнет серьёзной необходимости. К тому же, будем честны, казни в совете лордов заслуживал чуть ли не каждый второй.

– А специально для тебя, мой рыцарь, – продолжала она. – Я подготовила карту!

– Какую ещё…

Но я уже не сидел на каменном троне, я уже летел сквозь темноту, как это обычно происходило при вхождении в дальний зов. Это была несколько иная темнота, чем обычно – не чёрный силуэт Полуночи, а безбрежное пространство, наполненное чем-то вроде клубящегося сиреневого тумана. Оно раскинулось вокруг, подобно трёхмерной модели галактики, только вместо звёзд здесь были мерцающие сгустки разных цветов, от которых друг к другу тянулись едва заметные блестящие нити.

Великая паутина. Не вся, конечно, но ближайший её сегмент. Невероятное, захватывающее дух зрелище… Так, а это что?

Один из сгустков мерцал немного иначе остальных. Я мысленно потянулся к нему, и над ним всплыло компактное информационное окно:

Узел Ноарталь.

Население: двести миллионов разумных.

Коренное население: альвы.

Крупнейшее государство: Империя Шести Львов.

Эмиссар: Эйвин Кеймарис.

Тень Полуночи: развеялась.

Я сфокусировался на другом сгустке, который вызывал похожие ощущения.

Узел Торвельд.

Население: семьдесят два миллиона разумных.

Коренное население: цверги.

Крупнейшее государство: Союз Вольных Городов.

Эмиссар: отсутствует.

Тень Полуночи: укрывает в треть силы.

Кажется, для меня только что открыли целый ворох новых задач в рамках «восстановления былого величия». Задач, так сказать, вселенского масштаба, специально, чтобы подавиться слишком большим куском.

Кажется, пора отрастить зубы побольше, чтобы как следует его прожевать.

Глава третья

Александр ещё с месяц назад верно оценил ситуацию – сопротивление в самом деле было ожесточённым. Мало того, оно продолжало нарастать, словно в подвале замка постепенно скапливались все враждебные тени, сбежавшие из очищенных зон. Иссохшие и безголовые латники раньше никогда не объединялись – кроме этого участка, на четыре этажа ниже казарм и кухни.

А вот ещё одна любопытная деталь – на иссохших была надета броня. Лёгкие кольчуги и стёганки сомнительного качества, ничего особенного, но сам факт поражал.

Гвардия была занята на другом участке, так что отряд мы составили по классическому принципу «нас мало, но мы в тельняшках». В авангарде – я с полэксом и Луна с боевым молотом, за нашими спинами – Кара и Кром, вооружённые длинными копьями. При условии слаженной работы, те позволяли держать на расстоянии излишне активных врагов. На случай прорыва латников на ближнюю дистанцию у гноллов имелись увесистые цельнометаллические булавы. Ни копья, ни булавы не являлись излюбленными орудиями рубак, но сегодня эффективность была важнее привычки. За гноллами следовала Адель со своей безотказной артефактной винтовкой, прикрывающая нас всех ружейным огнём. Замыкал группу Мордред – я не думал брать его на разведку боем, но тот очень вежливо попросил возможности потренироваться. Отказывать гостю и союзнику было как-то некрасиво.

В конце концов, Асфара я брал аж на зачистку сокровищницы, чем Мордред хуже?

Первая баррикада встретила нас за поворотом узкого коридора, ведущего к неразведанной территории. Перевёрнутый дубовый стол, явно вытащенный врагами из какой-то заброшенной трапезной, служил отличным укрытием, целиком перегораживая проход. По бокам находились ещё два стола, поменьше, поставленных вертикально – а сквозь пространство между ними нас щедро засыпали арбалетными болтами.

В этой ситуации могли бы неплохо справиться почти неуязвимые молодые драконы, но у Яна с Авой на сегодня была назначена тренировка и разминка крыльев под руководством Кас и Терры. Так что кто-то в это самое время прыгал, планировал и хорошо проводил время снаружи, а кто-то занимался зачисткой подвала…

Мы отступили, перегруппировались и попробовали снова. Первым пошёл я под покровом «Вуали», но то ли нашумел, то ли у защитников коридора разыгралась паранойя – болты полетели с удвоенным энтузиазмом. Я задумался о том, чтобы принять атаку «в лоб», но вовремя вспомнил, что тени-арбалетчики имели дурную привычку смазывать снаряды нервно-паралитическим ядом. Антидот у меня с собой имелся, но стоит словить три-четыре попадания – и я попросту не успею его применить. Ещё не хватало, чтобы мою парализованную тушку совместно вытаскивали из-под вражеского огня!

Небольшое утешение я нашёл в том, что за пару секунд смог сосчитать всех противников на той стороне баррикады. Восемь латников – из них шестеро с арбалетами, двое с щитами и копьями. Щиты тоже использовались как часть баррикады, закрывая стрелков от ответных атак. Кроме того, за барьером толпилось десятка полтора иссохших, вооружённых лёгкими копьями, топориками и кинжалами. Больших проблем от них не ожидалось, но они вполне могли навалиться толпой и отвлечь внимание от бронированных союзников.

Уклонившись от последних выстрелов, я укрылся за углом и задумчиво взвесил на ладони Райнигун. Двенадцать выстрелов – реалистично этого хватит на пять-шесть безголовых, после чего остатки можно добить по старинке. Но это оставляло меня без основного инструмента испепеления и очищения в случае битвы с «боссом», да и не хотелось окончательно уничтожать тех, кого потенциально можно было нанять.

Если не прямо сейчас, то в обозримом будущем. Прецеденты были, хотя и буквально пару раз.

Все мои колебания и размышления заняли не так долго – секунды три от силы. Но когда я поднял глаза от своего фамильного оружия, надо мной возвышался Мордред.

– Позвольте… мне, – прогудел он из-под закрытого шлема, чем продемонстрировал немалый прогресс в языке Полуночи.

Рыцарь Авалона всё ещё находился не в пиковой форме. Его доспех удалось почистить от ржавчины и кое-как залатать самые зияющие дыры, но вне профиля для Луны это был максимум. Зато громадный цвайхендер, по-простому – двуручник – обрёл вторую жизнь. Оружейница мастерски перековала сломанный клинок при магической поддержке Литы под чутким руководством Арчибальда. Благодарность Мордреда не знала пределов. Строго говоря, громадный меч не слишком подходил для сражений в узких коридорах, но авалонца это ни разу не смущало.

– Ни в чём себе не отказывайте, – кивнул я.

В следующий миг его уже не было рядом, а за углом раздался нервный свист арбалетных болтов и оглушительный лязг металла.

Полдень, увы, не передал нам никакого послания после ритуала. И это учитывая, что тот был завершён вполне успешно – ничего себе достижение впервые за четыре тысячи лет! Не знаю, кто расстроился сильнее – Зури или сама Полночь, чьё разочарование я ощутил почти физически. Но статус посла нельзя было отменить просто так, он терялся лишь в случае настоящей войны, либо гибели носителя. Так что рано или поздно Полдень заговорит, остаётся лишь ждать.

А до тех пор – проследить, чтобы Зури в самом деле дожила до своего звёздного часа.

Забавный факт – из всех моих девушек в Полуночи меня не пытались убить только Кас, Лита и Адель. Все остальные пытались, в той или иной мере, хоть и в явном состоянии аффекта. С другой стороны, Зури была не только представителем недружественных сил. Она находилась в своём уме, когда напала на меня из засады, а затем натравила полусонную и оттого невероятно злую Мелинду. Стоит ли говорить, что крылатую ждал не самый тёплый приём? От Кас Зури дождалась лишь формального приветствия, а Лита так и вовсе смотрела на неё волком. Пауком-волком, не иначе.

К тому же, посланница Полудня тут же предложила в качестве помощи обучить меня азам известного ей магического искусства, чем моментально заклеймила себя для паучишки как прямого конкурента.

Я согласился на обучение – при условии, что до похода к Авалону останется хотя бы одна свободная ночь. И судя по тому, что сегодня мы тормозили даже с банальной зачисткой коридоров, Лита могла не волноваться за своё место учителя магии.

Мне уже доводилось видеть, как сражается Мордред – причём против сильнейших противников, вроде посланника Князя в Жёлтом и осатаневшего Альхирета. Более банальные бои он обычно пережидал, экономя силы, и потому смог продержаться так долго. Но теперь можно было не сдерживаться – и воин Авалона не сдерживался.

Осторожно заглянув за угол, я успел как раз вовремя, чтобы насладиться зрелищем. Арбалетчики быстро обнаружили слабые места в доспехе Мордреда, но им не помог даже сфокусированный огонь. Мёртвого рыцаря не останавливали попадания, не брал парализующий яд, и он продолжал переть вперёд, даже хорошенько утыканный болтами. А потом он добрался до баррикады, и началось самое весёлое – но не для её защитников.

Первый безголовый латник пролетел мимо меня, с силой врезался в стену и рассыпался на частицы души Полуночи, не успев упасть на пол. Второй моментально оказался нанизан на цвайхендер, как шашлык на шампур, поднят в воздух и обращён в пыль там же. На иссохших рыцарь Авалона обращал ровно ноль внимания, а броня на безголовых для него была что папиросная бумага.

Один пинок – и дубовый стол, что только что перегораживал проход, летит вперёд, прихватив с собой добрую треть противников.

Один широкий взмах двуручника – и двое безголовых падают на пол с перерубленными ногами.

Двое латных копейщиков попытались оттеснить Мордреда, прикрываясь щитами, но один рывок – и оба они остались без копий. Одно отлетело в сторону, другое глубоко вошло в сочленение старых доспехов и обломалось у наконечника. Безголовые потянулись за короткими мечами, но не успели – два могучих удара обратили их в прах. К тому моменту, как мы с Луной, Адель и гноллами добрались до обломков баррикады, в живых осталась лишь горстка иссохших. От меня потребовалось только впитать оставшееся после врагов бледное пламя Полуночи.

Мордред Авалонский привалился к стене, скучающе вырывая из себя застрявшие снаряды. На бледной плоти оставались открытые, но не кровоточащие раны – и я напомнил себе проконсультироваться с Лаахизой по поводу регенерации нашего не-мёртвого гостя. Так или иначе, чтобы остановить этот локомотив, отдалённо напоминающий человека, требовалось нечто большее, чем импровизированная баррикада и хорошо вооружённый отряд нежити. Будь на нём приличный доспех – и метафора с локомотивом стала бы ещё точнее, но чего нет, того нет. Пока что нет. Кто знает, какая ключевая комната ждёт за поворотом?

Впрочем, пока что за поворотом обнаружилась лишь очередная винтовая лестница, ведущая на этаж ниже. Эти спуски были для Мордреда куда как более суровым испытанием, чем сражение с десятью врагами за раз.

Я подумывал сперва разобраться с проблемой Жнеца, как более насущной, но в итоге отложил её на несколько ночей вперёд. Да, неуязвимый дух продолжал атаковать меня каждые сутки, а запасы порошка от Терры неумолимо подходили к концу. Другие известные мне способы защиты требовали либо специфического магического объекта, вроде большого зеркала, либо изрядного количества времени. В моём собственном замке Жнец определённо оставался самой большой занозой в боку… но вынимать эту занозу следовало по уму, а не с нахрапа.

Пока я отправился на «выгул» Мордреда и тренировку очищения территории, моя гвардия прочёсывала верхние этажи в поисках пропущенного прохода выше. Теоретически с этим мог бы справиться и поисковый амулет, но природа перемещающихся комнат Полуночи его явно смущала, а тут к тому же был особый случай. Если Александр не отыщет путь – попробуем другие способы, но у меня имелась большая вера в командира гвардии. Параллельно Лита собирала все имеющиеся сведения об «охранном этаже», как его окрестила Полночь, а также загадочном «межстенье». Вполне очевидно, что это было местом дислокации Жнеца, но раз других подробностей замок не предоставил…

Как обычно, всё придётся выяснять самостоятельно.

Гвардию – на поиски чердака, драконов – во внутренний двор, на тренировку, а сам – в подвал, в сопровождении проверенных бойцов. Мордред, технически, тоже к ним относился. Каждый этаж после уровня кухни тщательно зачищался и был проверен на наличие тайников или более явных сокровищ. Впрочем, Александр со своими людьми ранее проделал здесь отличную работу, и нам осталось лишь устранять возродившихся противников. Даже на этаже с баррикадой почти ничего не осталось – только один небольшой тайник с серебром перед самым спуском.

Когда бригада цвергов закончит с расчисткой руин сокровищницы, подобные находки и вовсе будут казаться копейками. Но Хельга, Эдвард и их бравые работники только-только нормально приступили к задаче, по-честному оценив проект на три месяца минимум.

Практика показывала, что за это время может многое измениться.

– Развил-ка, – констатировала Адель, когда наш отряд спустился на новый неразведанный этаж – пятый по счёту.

Обычно чем дальше ведёт загрязнённая территория, тем более запущенной становится местность. С некоторыми исключениями, но тем не менее – сырость, ржавчина и отсутствие внятного освещения регулярно встречаются на отдалённых участках Полуночи. Здесь же мы словно вышли в ещё один центральный коридор – ни пылинки, ни соринки, ни капельки с потолка, на стенах аккуратно развешены «вечные» факелы. За тем исключением, что это был не коридор, а та самая развилка, ведущая в целых четыре прохода разной степени доступности. Один, умеренно широкий, позволял нашему отряду пройти дальше без больших проблем. Во втором и третьем пришлось бы идти максимум по двое плечом к плечу, а Мордред в них протиснулся бы с некоторым трудом. Четвёртый…

Четвёртый представлял из себя умеренно узкую щель в сплошной стене, шириной с пару ладоней. Сквозь такую хорошо было тыкать в ничего не подозревающего врага копьём, либо плеваться дротиками из духовой трубки. Аккуратная просветка показала, что в дальнейшем проход слегка расширялся, но не было никаких шансов, что в него мог бы протиснуться кто-либо из нашего отряда.

Кто-либо… кроме меня.

Будь тут Кулина, ей бы это тоже не составило проблем, а я был её первым учеником в искусстве метаморфизма. Справедливости ради, настолько узкие щели мне раньше не попадались, но и свои способности я сейчас контролировал куда как лучше. Возникал только один вопрос – а надо ли мне вообще было туда лезть? В конце концов, вариантов тут немало, а эта щель запросто может оказаться замысловатой ловушкой.

На запрос «ближайшая ключевая комната» золотой амулет долго вращался вокруг своей оси, но в итоге уверенно указал клювом в подозрительный узкий проход.

– Кто бы сомневался, – проворчал я, пряча золотого ястреба. – Короткий путь к «боссу».

– К кому? – переспросила Луна.

– К хранителю ключевой комнаты. Той, на которой держится вся эта секция, сверху донизу.

– Есть идеи, кто будет на этот раз?

– Пара догадок.

– Бррронник? – подал голос Кром.

– Возможно.

Гнолл высказал наиболее логичное предположение, учитывая увиденное нами ранее. С другой стороны, окружение ключевых комнат далеко не всегда определяло их содержимое – так что броня на иссохших могла оказаться любопытным совпадением. Если же считать за подсказку численность враждебных теней, ключевая комната могла оказаться чем-то вроде командного центра или главных казарм. Хозяин замка считался верховным главнокомандующим, но это не значило, что где-то не мог сидеть какой-нибудь загрязнённый генерал. Полночь вела достаточно войн в прошлом, чтобы могла появиться подобная знаковая должность.

Вопрос только в том, нужен ли мне в текущий момент такой подчинённый?

– Сек-ция очистится? При. Захвате? – спросила Адель.

– Неизвестно, скорее всего – нет. Но очистить её вручную будет в разы проще, поскольку привязка исчезнет или перекинется на более далёкую комнату. Станет ненадёжной.

Об этом мне рассказала сама Полночь в одном из наших диалогов, и в этом был смысл. Изначальный механизм очищения, по схеме «очистил ключевую комнату – получи здоровенный кусок замка вокруг неё» явно в какой-то момент сломался. Но «ручная настройка» позволяла очищать замок с приемлемой скоростью, даже если второстепенные помещения отказывались слушаться. Главное – отрезать их от ближайших привязок, и как можно быстрее возвращать под контроль.

Впрочем, это всё равно подразумевало бой или диалог с очередным «боссом». Кто попадётся на этот раз? Сколько займёт встреча, в дружественной или недружественной обстановке? Ни малейшего понятия, но одно можно сказать точно – время дорого. Затягивать поход до визита Жнеца совершенно не хотелось, порошка Терры оставалась последняя порция, и я планировал её приберечь. Следовательно, надо разобраться поскорее, вернуться и встретить враждебного призрака на своих условиях. Следовательно, выбора у меня особо не оставалось.

Тяжело вздохнув, я спрятал полэкс в переносной карман для предметов и активировал «Метаморф».

– Пой-дёшь напрямую? – спросила Адель, с любопытством наблюдая, как моё тело постепенно уплощается, чтобы протиснуться в щель.

– Придётся. Командование на Луне, ты отвечаешь за обнаружение потенциальных угроз и обезвреживание ловушек. Постарайтесь выйти к ключевой комнате с другой стороны, но основная задача – выжить. В случае серьёзной опасности – прячьтесь за широкой спиной нашего гостя.

Мордред опустил голову в согласном кивке.

– Я… не подведу.

– Рассчитываю на вас всех. Не найдём друг друга до утра – возвращайтесь в тронный зал.

Адель, Луна и оба гнолла поспешили заверить меня, что будут начеку и предпримут все возможные и невозможные меры, чтобы помочь. Но я, признаться, уже толком не слушал – тяжеловато воспринимать аудиоинформацию, когда сжимаешься чуть ли не до толщины листа ватмана и протискиваешься через узкую щель в полную неизвестность.

Можно сказать, что в деле шагов в темноту я становился настоящим профессионалом.

Глава четвертая

Одно из золотых правил Полуночи могло бы звучать так: «Сколько бы людей ты не взял с собой в поход, рано или поздно ты останешься один». Не самая приятная тема, скажем прямо, но её постоянство странным образом успокаивало. Коридоры замка отлично зачищались с помощью отряда, а вот с «боссами» я раз за разом разбирался соло. Пожалуй, единственным исключением была победа над хранительницей сокровищницы с помощью пламени Авроры, да и там я сперва вдоволь намучился в гордом одиночестве.

По крайней мере, тогда мне не пришлось расплющиваться в тонкий блин, чтобы пролезть в какую-то дыру.

«Дыра» медленно, но верно расширялась, и спустя пять минут я добрался до участка, где продвигался с трудом, скрючившись, а местами и ползком, но уже без помощи «Метаморфа». Этот проход был странноват даже по меркам Полуночи, и больше напоминал здоровенную вентиляционную трубу, чем обычный коридор. Ползти по нему было примерно так же удобно, как по настоящей вентиляции, только сложенной из грубого камня. Пыль, грязь и старая паутина – всё то, что кто-то аккуратно прибрал снаружи, здесь копилось столетиями. И главное, на что жаловаться? Сам же хотел потренироваться в новых способах очистки замка…

Хотя поисковый амулет указал эту дорогу, как кратчайшую к ключевой комнате, мне пришлось сверяться с ним ещё трижды – на неочевидных развилках. Альтернативные пути могли с равной степенью вести к как к сокровищам, так и ловушкам, но раз я уж решил сэкономить время, то их изучение придётся оставить на потом. Спасибо хоть на том, что монстров здесь не водилось – в столь тесном пространстве даже обычные слаймы могли бы доставить проблем.

Когда впереди замаячил свет – примерно из такой же щели, как и на «входе», я вздохнул с облегчением. Клаустрофобией не страдаю, но лучше уж честный бой в обычной обстановке, чем протискиваться по каменной кишке.

Впрочем, когда я выбрался наружу, то быстро убедился, что местную обстановку с трудом можно было назвать «обычной».

К этому моменту времени я очистил с десяток ключевых комнат и в пять раз больше второстепенных помещений. Среди них были крохотные кладовые и огромные залы, были целые этажи и даже башни, как в случае с библиотекой. Но таких, как эта «комната», мне ещё не встречалось ни разу.

Больше всего раскинувшееся передо мной пространство походило на полузаброшенный литейный цех. Исполинский, необъятный, многоуровневый зал, уходящий вперёд и вниз, по размеру сравнимый разве что с темницей. Я стоял на одном из средних уровней, на прилично освещённом участке, но остальную часть зала едва мог разглядеть даже с едой Кулины. Во мраке под потолком терялись древние балки и подвесные мостки, ведущие из ниоткуда в никуда. Из стен тут и там торчали закопчённые бронзовые трубы и проржавевшие рельсы, вызывающие неприятные ассоциации с мастерской механика. Когда-то по ним перемещались тележки с заготовками, но теперь те грудами валялись на полу далеко внизу. Рядом с ними громоздились чугунные котлы, целые и развалившиеся на куски, превращая почти весь первый этаж в безобразную свалку древнего металла. Вдоль стен – большие печи для переплавки, погасшие столетия назад. Если бы мои новые доспехи добрались сюда в своей проклятой форме, то сожрали бы тут всё и не поморщились.

В центре зала висел литейный ковш, такой громадный, что туда без проблем можно было бы запихнуть пяток взрослых бегемотов. Формы для литья под ним давно проржавели, но удерживающий его механизм выглядел если не новым, то функциональным. Справа от ковша располагалась застывшая система рычагов, труб и мехов, отвечающая то ли за управление главным ковшом, то ли всеми системами цеха в целом.

А напротив древнего механизма, у противоположной стены стоял колоссальных размеров доспех. Метров пять, не иначе – даже Мордреду такой оказался бы великоват. Куски брони поменьше, в основном в виде заготовок, также были раскиданы по столам и полкам возле стен зала.

Чтож, иногда первое предположение оказывается верным. Я наконец-таки нашёл мастерскую бронника. Или, вернее сказать, литейную, совмещённую с мастерской?

Контраст между этим местом и оружейной, которую я открыл первой, попросту поражал. Луна была выдающимся кузнецом, но даже с помощником могла обеспечить оружием только меня и часть гвардейцев. Используя ресурс подобного зала можно было оснастить целую армию – чем, очевидно, и занимались хозяева Полуночи в прошлом. Более пристальный осмотр показал, что оружие здесь тоже изготавливали, хоть и в меньших масштабах. Вероятнее всего, мастер литейной выступал одновременно оружейником и бронником – у лорда Роланда, к примеру, имелся подобный специалист. Затем, со смертью очередного хозяина, зал опустел и лишился подпитки от замка, а следующий хозяин оказался слишком слаб, чтобы его захватить. Вместо этого он организовал новую оружейную, поменьше, назначив туда предшественника Луны.

Вопрос только в том, хватит ли мне силёнок, чтобы вернуть это место под свой контроль?

Исходя из прежнего опыта, шансы захвата «с нахрапа» были не слишком высоки. Если так задуматься, то, не считая тронного зала, сходу мне удалось очистить ровно одну комнату – мастерскую механика. Ещё была мастерская артефактов, где повезло быстро разобраться с крупной проблемой, но само помещение осталось не очищенным. Мои силы заметно выросли, да только испытания тоже не стояли на месте.

К слову о них – будто в ответ на мои мысли, на бронированном колоссе одна за другой начали загораться оранжевые магические руны. Спустя пару секунд великан дрогнул и медленно повернул закрытый шлем в мою сторону.

Очевидной комнате – очевидный «босс». Ладно, попробуем сломать систему и показать наконец, кто здесь хозяин.

БДУММММ!!

Никогда бы не подумал, что услышу, с каким звуком сталкиваются в воздухе два здоровенных чугунных котла. Как будто кто-то с размаху ударил в монастырский колокол на расстоянии метров десяти от моего лица. Я оглох на несколько секунд, но по крайней мере всё ещё мог двигаться – в отличие от ситуации, где вражеский котёл попал бы в меня.

Изъян в моём плане быстрой победы вскрылся почти сразу после начала боя. Незначительная мелочь – у противника попросту отсутствовали видимые слабые места. Пули из Райнигуна испепелили две бронированные пластины на его левой руке – той, которой он заслонялся от выстрелов, и совершенно не парился по этому поводу. Никаких шансов испепелить его так целиком – пластин на броне оставалось раз в двадцать больше, чем у меня патронов. При этом фамильный револьвер фактически оставался единственным моим преимуществом в дальнем бою, а сократить дистанцию никак не удавалось. Исполинский рыцарь был безоружен, но перемещался по первому этажу с удивительной для его размеров скоростью, отправляя в мою сторону всё, что ни попадалось под руку. Ржавые железные балки, огрызки труб, вагонетки, столы, табуреты, полки, и, конечно, чугунные котлы. От большей части импровизированных снарядов я успешно уклонялся, но спуститься они тоже не давали.

Постепенно ситуация начинала меня здорово злить.

Улучив момент, я скрылся за грудой металлического мусора, а назад скользнул, уже накинув «Вуаль». Колосс потерял меня из виду, продолжая метать котлы и трубы туда, откуда я только что вышел. Теперь я мог не только спокойно спуститься, но и подготовить следующий шаг. Пол на первом этаже литейной изобиловал трещинами, забитыми жирным чёрным пеплом – отличной пищей для растений.

Сложно сказать, когда враг заподозрил неладное – разметав моё бывшее укрытие до основания, либо ощутив, как стебли травы и плюща безжалостно обвивают его ноги. Задача свалить с ног эту махину была не из простых, но вблизи хватило растительной ловушки, да резкого удара полэксом под правое колено. Колосс покачнулся и рухнул на спину, пока зелёный покров разрастался прямо на нём. «Трава, что крушит камни» прекрасно справлялась и с металлом.

– Говорить будем? – сухо осведомился я, направляясь к голове поверженного исполина. – Нет? Ну тогда давай посмотрим, кто скрывается под этой маской…

Шлем поддался не сразу, но он не мог противостоять полной силе «Зверя в лунном свете». Я сдёрнул его и отбросил в сторону, чтобы увидеть… пустоту.

В Полуночи, как в любом уважающем себя хоррорном замке, водилось немало монстров типа «оживший доспех». Первыми на ум приходили безголовые латники, хотя и не вполне справедливо – тела в доспехах у них имелись, пусть и лишённые жизненно важной части. Далее – боевые автоматоны, также выглядящие, как высоченные рыцари, напичканные шестернями, схемами и прочей необходимой для работы машинерией. Но по-настоящему пустые ожившие доспехи я наблюдал впервые – и не сказать, что остался в восторге от зрелища.

Для начала, это означало, что мой замечательный план потерпел фиаско – я обезвредил противника, да не того. Либо настоящий«босс» литейной представлял из себя совершенно бестелесного и невидимого призрака, либо доспех управлялся дистанционно. Второй вариант сперва показался более правдоподобным, но что-то меня в этом смущало. Боевые автоматоны лорда Роланда считались вершиной инженерного и магического искусства, и внутри каждого из них была гора сложной технической начинки. Здесь же – просто пустые латы, оживлённые чистым колдовством? А что, так можно было?

К тому же, как только колосс потерял шлем, он тут же перестал шевелиться. Либо я нарушил некую сложную магическую схему, требующую целостности физической оболочки, либо…

На границе внимания мне почудилось какое-то движение, и я резко обернулся. Из сочленений гигантских лат в районе ног медленно вытекала тягучая чёрная жижа, напоминающая мазут. Только вот ни одна лужа мазута в мире не застывала, почувствовав на себе чужой взгляд, а затем не ускорялась в попытке сбежать от преследования.

– А ну стой, скотина! – рявкнул я, вскидывая Райнигун, но опоздал ровно на секунду.

Серебряная пуля испепелила толстый зелёный стебель, за которым скрылись остатки живого «мазута», прежде чем окончательно исчезнуть среди мусора на полу. Когда я подошёл поближе, в нос мне шибанула отвратительная вонь, какую мог бы издавать полуразложившийся труп, щедро политый дешёвым бензином. Она исходила от следов чёрной жижи на доспехах, растениях и каменных плитах. В теории, жуткий запах демаскировал противника, но он оказался настолько силён, что невозможно было сходу сообразить, куда делся его источник.

А вскоре тот объявился самостоятельно.

Откуда-то сверху раздался скрежет металла, и я машинально сместился в сторону. Недостаточно быстро! Литейный ковш размером с дом с размаху врезался в пол практически вплотную с моим левым боком, и ударная волна отбросила меня к ближайшей стене. Страшный удар обезобразил всё ещё лежащие на полу доспехи, но моего противника это не волновало. Древний механизм вновь заскрежетал, и ковш начал медленно подниматься на изначальную высоту. Но это было далеко не единственное, что происходило вокруг.

Литейная оживала.

Она оживала не как человек, получивший спасительное лекарство, а скорее как мертвец, которого поднимал из могилы некромант-недоучка. В печах вдоль стен неохотно разгоралось тёмное, чадящее пламя, пол лихорадочно дрожал, с потолка спускались цепи и подмостки, а откуда-то сбоку раздавался лязгающий звук, вызывающий ассоциации с заклинившей конвейерной лентой. Воспользовавшись моим замешательством, ковш вновь пошёл в атаку, но на этот раз я был шустрее и устоял на ногах.