Текст книги "Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Сергей Евтушенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Обширное пространство, размером с крупную карстовую пещеру. Пространство, каждый миллиметр поверхности которого был покрыт живой материей, больше всего напоминающей ткань внутренностей. Материя медленно двигалась, растягивалась, пульсировала, как бы намекая – тебя съели, дружок, и скоро начнут переваривать. Быстрый взгляд на потолок показал, что дыра, из которой я выпал, уже затянулась.

Нет уж, суки. Я абсолютно несъедобный.

Повинуясь моей воли и ярости, «Зверь в лунном свете» преобразил моё тело, вырастил клыки и когти, наполнил первобытной мощью. Слава богу, желудочного сока на отвратительно живом полу пока не проступало, зато в ответ на моё появление что-то зашевелилось в дальнем конце «пещеры». Безликие фигуры, будто перекатывающиеся под поверхностью материи, заскользили в мою сторону, вытягивая искривлённые руки-клешни. Я ощерился им в ответ, – пожалуй, даже приветливо. Любая драка была предпочтительней полной неизвестности, особенно в столь безумном интерьере.

Но как обычно, стоило мне слегка расслабиться и ощутить контроль над ситуацией, как это измерение находило новый способ вызвать поток мурашек по спине.

Следом за обитателями кошмара, пока ещё в изрядном отдалении, плыл неяркий жёлтый огонёк, единственный источник света в пещере-желудке. Плыл и слегка покачивался, совсем как внутри старинного стеклянного фонаря, который кто-то крепко сжимал в вытянутой руке.

Глава двадцатая

Если так подумать, то Князь в Жёлтом уже пытался один раз меня сожрать – в отдалённо похожих обстоятельствах. Тогда он увёз меня с Земли прямиком в туманный Йхтилл, обратившись плотоядным автобусом. До сих пор не знаю, насколько… буквальными были его намерения, но и не горел желанием выяснять. В самом деле, есть ли разница, хотел ли владыка Йхтилла в прямом смысле слова слопать моё физическое тело, либо планировал ограничиться одной лишь душой?

Если же подумать ещё немного, весь текущий кластер измерения кошмаров словно был спроектирован, чтобы вызвать ассоциации о той памятной ночи. Густой туман, царящий снаружи. Враждебная плоть, поджидающая внутри. Даже крылатые твари, пусть и слабо, но напоминали падальщиков. Было бы справедливо предположить, что кошмар подыгрывает своему союзнику в лице Князя и пытается сбить с толку врага – в моём лице.

Не хватало разве что фирменных йхтилльских стихов.

Впрочем, нет худа без добра. Если бы безликие чудища не направились в мою сторону, я мог бы и не заметить тусклого огонька за ними. Или заметил бы в последний момент, когда уже было бы бессмысленно бежать и прятаться, а лишь сражаться с неизмеримо более сильным противником. Да, перед этим меня фактически загнали внутрь, но кто сказал, что Князь в Жёлтом не смог бы найти меня снаружи?

Всё это я обдумывал уже на ходу, развернувшись и драпая что есть мочи в противоположном от фонаря направлении. Наполняющая меня сила «Зверя в лунном свете» была недовольна таким решением, но ярость и наслаждение боем можно отложить на потом. Пространство-«желудок» вокруг меня мелко дрожало, покрытый плотью пол ходил ходуном, что здорово помешало бы мне бежать, будь я в человеческой форме. Ноги «Зверя», модифицированные «Метаморфом» идеально подходили для бега по любой местности – в том числе и столь нестандартной. Не было времени оглядываться, но краем глаза я заметил, что там и тут дрожащая плоть вызывала к жизни новое движение. Безликие фигуры, облепленные гладкой кожей «желудка» как мокрыми простынями, восставали и начинали перемещаться в мою сторону.

Похоже, драка в таких обстоятельствах сама по себе была провальной стратегией. Играя в классический DOOM на «Кошмаре» бессмысленно стоять на месте, пытаясь расстрелять всех монстров – те возрождаются до бесконечности. Единственная возможность пройти игру на высочайшей сложности – бежать как можно быстрее.

Вскоре прояснились и некоторые другие детали. Это место напоминало карстовую пещеру размерами, но по сути своей было однозначно рукотворным – что-то вроде громадного зала научного или индустриального комплекса. Колонны и перемычки, покрытые пульсирующей плотью, словно вырастали из ниоткуда, заставляя меня петлять и уворачиваться, а немногочисленные окошки-бойницы в стенах зарастали прямо на глазах. Я бы при всём желании не мог сквозь них протиснуться – даже со всем могуществом «Метаморфа», но тенденция раздражала. Вероятнее всего, здесь хватало и дверей нормального размера, только ныне неотличимых от других «живых» участков.

Это станет настоящей проблемой только если меня загонят в угол… нет, когда меня загонят в угол. Даже в кошмаре пространства были не бесконечны.

Так что я бежал и бежал, а потом бежал ещё дальше и быстрее, сворачивая за все углы и высматривая хоть какую-нибудь подходящую дыру размером больше кошачьего лаза. Нужный вариант обнаружился в дальнем конце зала, так же зарастающий живой тканью. К тому же, его загораживал добрый десяток вырастающих из пола опухолей, стремительно приобретающих гуманоидный облик.

Ладно, немного подраться всё-таки придётся.

Разумом я понимал, что полезнее всего было бы съесть какую-то часть безликих тварей, чтобы активировать «Печать Пожирателя». Но все мои инстинкты противились этой идее, в том числе относящиеся к «чудовищным» способностям. С облегчением рассудив, что нутру виднее, я активировал карман для предметов и поудобнее перехватил полэкс. В предыдущих кластерах я в основном стрелял или разрывал тварей когтями, но здесь хотелось бы сэкономить пули, при этом соблюдая минимальную дистанцию. Издав короткий боевой рык, я рванул навстречу порождениям кошмара.

Только когда отвратительно мягкая плоть под ногами наконец уступила холодному и твёрдому камню, я позволил себе чуть-чуть выдохнуть и замедлиться. Вся моя одежда, лицо и волосы были перепачканы ошмётками розовой плоти и светло-розовой жижей, заменяющей тварям кровь. Перебив всю ораву, мне ещё и пришлось заново искать место на стене, где только что был проход – а затем разрывать свеженаросшую ткань, чтобы выбраться. Как раз вовремя – сзади подоспели десятки других безликих особей, заспавнившихся во время моего долгого побега.

Из зала, откуда я только что вырвался, раздавался широкий диапазон хлюпающих и причмокивающих звуков, но погони не последовало. По тем наблюдениям, что мне удалось сделать, порождения «желудка» не могли существовать отдельно от его плоти. Что до Князя с его проклятым фонарём, то он либо отстал в самом начале, либо решил добраться до меня иным способом. То, что он не стал декламировать свою поэзию, можно было считать за добрый знак – раньше он не затыкался перед появлением. Он же не мог мне просто привидеться, верно?

В остальном – ситуация слегка стабилизировалась. Я успешно отбегал и отбился, прорвался в сравнительно безопасную зону, и при этом сохранил немало сил.

Вопрос только в том, куда идти дальше?

У первого кластера кошмара имелся один несомненный плюс – чёткое направление для движения. Иди себе, понимаешь, сквозь одну «хрущёвку» к другой, и рано или поздно доберёшься до выхода. Ещё и спутников я отыскал достаточно быстро, пока «дальний зов» нормально работал.

Второй кластер такой лафы не предоставлял, зато и угроза была не столь ярко выражена. Да, монстров очень много, но от них можно сравнительно честно отбиться или сбежать. Сама локация мрачновата, но не идёт ни в какое сравнение с адом первого кластера, и что главное – не делала активных попыток меня убить.

Третий кластер пока что собрал в себе худшие черты своих предшественников. Я очнулся здесь с час назад, и с тех пор только и делал, что сосредоточенно пытался выжить. Снаружи не только осыпались платформы, но и налетали «осы-камикадзе». Внутри, даже если не брать в расчёт определённую жёлтую угрозу, пришлось попотеть. И не факт, что передышка продлится дольше нескольких минут.

Ладно, что у нас по сеттингам?

Постсоветский ад, американская готика и… эксперимент, который пошёл не по плану.

Я несколько иначе представлял себе научную лабораторию в закрытом комплексе, но с другой стороны – сложно рассмотреть детали, когда агрессивная живая материя поглотила каждый свободный сантиметр. Коридор, где я стоял сейчас, тоже выглядел странновато – слишком острые углы, стены обиты выпуклыми пластинами из тёмного металла, погасшие лампы напоминают пожелтевшие зубы. В теории, измерение кошмаров выстраивало себя на основе настоящих мест, но эти места не ограничивались матушкой-Землёй. По уровню технологий моя родина заметно выделялась среди миров великой паутины, а вот магии там кот наплакал. Если представить, что третий кластер создан на основе комплекса, похожего на устроенный лордом Бертрамом, здесь могли возникнуть качественно новые проблемы.

Пожалуй, дальше стоит идти исключительно под «Вуалью». Против живого пола она не поможет, но в остальных случаях – даст мне секунду-другую на первый удар.

Получасовая прогулка укрепила моё впечатление о третьем кластере, и подкинула новую информацию. Похоже, здесь тоже существовало ограничение по времени – живая плоть «желудка» постепенно распространялась за пределы отдельных комнат, захватывая всё большее и большее пространство. Сквозь некоторые коридоры невозможно было пройти, не потревожив мерзкую розовую массу, и та неизменно реагировала на контакт. Неизвестно, сколько этим сущностям – или единой сущности – понадобится, чтобы захватить весь комплекс, но вряд ли быстрее, чем два-три дня. Её порождения, сперва возникающие как опухоли, а затем оформляющиеся в безликие гуманоидные фигуры, за пределы розовой массы не вылезали.

Но здесь хватало и других тварей – они шатались по заброшенным помещениям среди перевёрнутых столов и разбитых колб, бросая вызов рассудку лишь своим существованием. Одного я рассматривал прямо сейчас – и картина мне нравилась всё меньше и меньше.

Сутулая человеческая фигура с безвольно опущенными руками, туго натянутая кожа с сероватым оттенком, по всему телу – огромные нарывы. Головы нет, но она не отрублена начисто, как у дуллаханов, а будто вырвана с частью позвоночника, чтобы нечто могло затем использовать образовавшуюся дыру. На вид местные безголовые казались не сильнее иссохших, но что-то заставляло меня обходить их стороной, не снимая «Вуали». Спустя ещё десять минут моё внимание было вознаграждено, если это вообще подходящее слово. Один из залов оказался полностью превращён в улей для «ос-камикадзе», а серокожие зомби попросту выступали как ходячие инкубаторы. Если бы я мог вырвать из памяти картину появления на свет личинок, то сделал бы это без промедлений.

Мобов-инкубаторов для надёжности требовалось испепелять целиком, да где взять столько пуль? После первого улья подобные залы начали встречаться заметно чаще.

Когда второй час изучения и поисков подошёл к концу, я вернулся в заранее присмотренный пустой зал, равноудалённый от областей с ползущей плотью и серых ульев. Структура комплекса казалась адски запутанной, но в ней вырисовывался определённый паттерн. Никаких лифтов, подъёмников, эскалаторов – переход между этажами только по лестницам. Этажи не пронумерованы, но создаётся ощущение, что внизу их больше, чем наверху. Тем не менее, вся территория ниже четырёх этажей уже захвачена одной из двух монструозных «фракций», и фактически непроходима. Отдельные выходы вели наружу, но стоило мне высунуться из одного из них, как в глаза бросилась любопытная сценка. Живая плоть выползла из крохотного окошка, захватив кусок внешней стены. Спустя несколько секунд со знакомым вибрирующим визгом в неё врезалась «оса», но не сдохла сразу, а начала беспощадно жалить розовую массу. Та дёрнулась, сморщилась, почернела и отвалилась от окна засохшей корочкой – вместе с полудохлой «осой».

Итак, два вида чудовищ из пробирки отчётливо враждовали, хоть и оба принадлежали к обитателям кошмара.

И те, и другие захватывали территорию по-своему. Плоть не могла выбраться наружу, зато уверенно теснила противника внутри.

Атакующие единицы обеих «фракций» не представляли большой проблемы в малых числах, но и тех, и других было почти бесконечное, постоянно пополняющееся множество.

Но что хуже всего – я не заметил ни следа моих спутников, и начал подозревать неладное.

Первый вариант, самый простой и страшный – они все погибли. Мордреда закинуло куда-нибудь на платформу снаружи, и он не удержался. Анну убили те или иные чудовища, Бенедикт не успел на помощь. Кас исчерпала свои силы баньши, и была убита в уязвимой человеческой форме. Кошмар победил, сожрал их всех за исключением меня – и, может, Бенедикта. Но, хотя воображение подкидывало мозгу ужасные картины, этот сценарий казался мне маловероятным. Анна и Кас не были бессмертны, но для их устранения понадобится нечто большее, чем осы-нетопыри и розовая слизь. По крайней мере, каждая из моих девушек ушла бы с огромным фейерверком, захватив с собой половину этого грёбаного кластера. Про Мордреда я вообще молчу – рыцарь путешествовал сквозь кошмар целую вечность, и только сейчас тот догадался, как от него избавиться?

Вариант номер два – они живы, но мы не нашли друг друга. Допустим, это место настолько огромно, что могло бы вместить в себя территорию первых двух кластеров, и ещё бы чуток осталось. Допустим, мы просто не могли пересечься, так как исследовали разные куски комплекса, или даже разные комплексы на необъятной карте. Но что-то здесь не билось, ведь по правилам путешествия сквозь кошмар членов одного отряда должно было закидывать на обозримое расстояние друг от друга. Мы не могли разбежаться слишком далеко, – пространство здесь большое, но в основном закрытое. Опять же, Мордред бы прошёл как сквозь залы-ульи, так и комнаты-желудки как раскалённый нож сквозь масло. Его бы мог остановить лишь сам Князь, но тот охотился на меня.

И отсюда плавно возникал третий вариант.

Что если этот кластер затянул одного меня?

Совсем недавно Мордред предупреждал, что Несущего скверну нельзя даже касаться – так можно отправиться в новый кластер в гордом одиночестве. Я абсолютно точно его не касался, и не было никаких шансов, что рогатый спрут смог пробраться в межпространственное убежище, но подобный фокус мог устроить не только он. Князь в Жёлтом прекрасно чувствовал себя в мире кошмаров, а ещё он был на меня очень, очень зол. Насколько далеко простиралась его власть в этом безумном месте? Какие неприятности он мог устроить для хозяина вечного замка, который осмелился на рискованное путешествие? Например, подсторожить на выходе из «хаба» и из третьего кластера отправить в… ну, скажем, третий с половиной. Кластер три точка пять, персональный ад для лорда Виктора фон Харгена. Место, в котором он – то есть, я – может лишь терять силы. Место, куда подкрепление не придёт, или придёт слишком поздно – Мордред упоминал, что на прокладывание пути у него уйдут недели.

Место, где сам Князь рано или поздно доберётся до своего измученного врага и наконец назначит подходящую цену за неповиновение.

Я в очередной раз потряс головой и сделал попытку вспомнить, что случилось до того, как я угодил в этот кластер. Без толку. Доказательства третьей теории имелись только косвенные, но с каждой прошедшей минутой моя уверенность в ней росла. Допустим, даже если это правда, что делать дальше? У меня нет возможности выяснить, как отсюда выбраться, равно как и подходящих заклинаний. Анна и Мордред были глубоко в теме, я – набрался по верхам и полностью рассчитывал на их опыт.

Но ведь Мордред сперва тоже перемещался между кластерами без специальной подготовки. Из кошмара выбирались даже люди, попавшие сюда случайно, буквально во сне, не обладающие особыми силами. Что если путь на свободу индивидуален, и определяется в момент появления в кластере одного или нескольких человек? И если да, то может ли Князь в Жёлтом нарушить этот закон?

Амулет в виде золотого ястреба закачался на цепочке, пока я задумчиво на него смотрел. Дар Зун’Кай отказывался искать моих спутников, что во втором кластере, что здесь – и моё предположение было, что его подавляет аура этого места. Мне не пришло в голову, что причины могли разниться.

– Покажи, где я могу присесть на стул. Целый, крепкий стул.

Мне показалось, что около секунды ястреб взирает на меня в ответ с молчаливым осуждением, но затем его клюв повернулся на сорок градусов. Теперь он указывал на единственный уцелевший стул во всём зале – тот, с которого я встал минуту назад.

– Покажи, где искать Мордреда. Кратчайший путь.

Ноль внимания, фунт презрения. Либо аура кошмара вмешивалась в работу амулета очень избирательно, либо…

– Покажи, где находится Князь в Жёлтом – та его ипостась, что ищет меня здесь.

Клюв тут же дёрнулся, указывая на дальнюю стену, рядом с проходом вглубь комплекса. Примерно туда, где находилась первая лаборатория, полностью захваченная ожившей плотью.

Верховная жрица Зун’Кай обещала мне, что новый амулет может провести меня к цели даже в других мирах великой паутины. Но я не мог её упрекнуть, что тот плохо ориентировался в кластерах кошмара, измерения за гранью любой известной реальности, рядовой и магической. С другой стороны, в рамках одного кластера золотой ястреб всё ещё работал как надо, и грех было этим не воспользоваться. Главное – правильно сформулировать запрос.

– Покажи, куда мне надо прийти, чтобы найти выход из этого кластера.

Клюв амулета слегка дёрнулся, но не сменил направления. Что же, моя прежняя теория требовала некоторого уточнения. Князь не планировал шататься по всему комплексу, чтобы найти свою жертву. Он поджидал в самом логичном месте – куда я рано или поздно приду сам.

Значит, надо явиться туда так, чтобы он пожалел о своей хтонической самоуверенности.

Глава двадцать первая

Альхирет, не к ночи он будь помянут, во время нашей последней встречи сказал одну запоминающуюся вещь. Мол, безумие – удел Йхтилла, путь во мрак и забвение. Я думал об этом раньше, и думал сейчас. И мне всё сильнее казалось, что всезнающий колдун ошибался.

В действиях Князя раз за разом просматривалось не безумие, а холодный расчёт, лишь прикрытый ширмой древнего ужаса. Я отказал его первому посланнику, а затем украл ценный артефакт – взамен получил пристальное личное внимание и попытку украсть меня самого. Я сунулся в измерение кошмаров – и тут же был найден, для нового предложения и новой атаки. Могло показаться, что Князь действует излишне неторопливо, но, если подумать, куда ему спешить? В относительной безопасности я находился лишь в Полуночи. Каждое воздействие жёлтого знака, каждое моё поражение делало владыку Йхтилла сильнее. Даже если на это уйдут годы, рано или поздно метка Князя начнёт преследовать меня в любых мирах, вне зависимости от окружения.

Рано или поздно он окончательно возьмёт верх. Если только не получит по зубам с такой силой, что будет вынужден отступить.

В этом месте даже стены работали на Князя – или же он хотел, чтобы все так думали. Даже в туманном Йхтилле, сердце своих владений, он был далеко не всемогущ. Мне удалось сковать его, ослабить на достаточный срок, чтобы спастись. Кошмар тем более не мог считаться его домом – иначе бы он встретил меня на пороге, когда я был растерян и не готов к драке. Нет, Князь поджидал меня на выходе, поскольку подчинялся тем же правилам, что и все остальные. Он пользовался некоторыми привилегиями, но не более того.

Значит, настало время сравнять шансы.

Покрытая хитином серая тварь, с глазами мухи-мясоеда, крыльями летучей мыши и телом шершня, отчаянно рвалась из стального захвата. Её брюшко судорожно дёргалось в попытках дотянуться до меня жалом длиной с карандаш. Такой, знаете ли, хорошенько заточенный карандаш, с набухающей каплей бледного яда на кончике. К несчастью для неё, вся моя правая рука вплоть до локтя была защищена костяной бронёй, дарованной «Метаморфом». Короткий удар о ближайшую стену заставил насекомную башку лопнуть, и тварь сдохла, издав напоследок омерзительный визг на высокой ноте. Брюшко дёрнулось в последний раз и затихло.

Превозмогая отвращение, я впился волчьими зубами в крыло нетопыря – единственный кусок на этой дохлятине, хоть как-то пригодный в пищу. Вскоре «Печать Пожирателя» любезно «подсветила» для меня других ос-камикадзе поблизости, и я вновь отправился на охоту. Подкрасться под «Вуалью», схватить поперёк туловища, размазать башку об стену. Сожрать крылья. Повторить. Повторить. Повторить.

Спустя полчаса, наполненных визгом, кровью и нарастающим чувством жутковатой сытости, я сделал паузу. К этому моменту «Печать» как следует напиталась силой, и мне открылось местоположение всех тварей, всех ульев, всех заражённых «инкубаторов», бесцельно шатающихся по комплексу. Я знал, как разворошить улей, не привлекая внимания, какой звук надо издать, чтобы приманить рой в нужное мне место. Знал, какой механизм позволял этим тварям разгоняться до невозможных скоростей и какое для этого требовалось расстояние. Знал полный жизненный цикл этого безумного вида, некогда выращенного в качестве эксперимента учёным-альвом пару тысяч лет назад, а затем поглощённого кошмаром без остатка. Огромный массив информации, в основном лишней, среди которой мне пришлось отсеивать нужные элементы. На упорядочивание данных ушло не меньше времени, чем на охоту – и это, увы, была лишь половина дела.

Потому что следующая моя остановка была в одном из залов, захваченных ползучей плотью.

Ранее инстинкты предупреждали меня от того, чтобы закусывать порождениями розовой массы. Но обстоятельства изменились, а вместе с ними изменился и мой подход к решению назревшей проблемы. Знания о серых тварях включали в себя отголоски знаний об их вечном противнике в рамках данного кластера – но их было недостаточно. Впрочем, кое-что полезное удалось выяснить – поверхность ползучей плоти, в том числе те места, что обтягивали её отродий, содержала в себе опасный токсин. Слабее яда «ос-камикадзе», но совершенно не предназначенный в пищу.

Так что первую безликую фигуру, ещё не успевшую принять гуманоидную форму, я разорвал пополам – а затем быстро закусил тем, что находилось внутри. Не особо всматриваясь в содержимое, не сосредотачиваясь на текстуре и вкусе – как будто в самом деле был голодным зверем, стремящимся наполнить бездонный желудок.

Меня предупреждали, что через кошмар нельзя пройти, не запачкавшись.

Для полного насыщения хватило пяти тварей – и я мысленно благодарил Полночь, что форма «Зверя» не знала о существовании рвотных рефлексов. Отступив в безопасную зону, я скрючился на полу, буквально ощущая, как могучий организм оборотня и желудок мимика расщепляют плоть тварей кошмара. Несмотря на осторожность, какая-то доля токсина проникла внутрь, но её хватило лишь на лёгкую и недолгую боль в животе. Куда хуже оказался объём лишних данных о ползучей плоти – другом эксперименте, родом с умирающего мира, напоминающего постапокалиптическую Землю. Час на сортировку – за который мне пришлось дважды менять комнату, чтобы не оказаться на пути изучаемого объекта.

Измерение кошмаров обожало эту дрянь, используя её в нескольких кластерах одновременно как основную угрозу. В этом комплексе плоть уверенно вытесняла серых тварей, несмотря на их ожесточённое сопротивление. Ульи были разрознены, и не могли остановить ползучий натиск, идущий от единого живого ядра. Когда «Печать Пожирателя» усвоила суть нового врага, она повлияла на дальний зов. Теперь я видел фактическую карту кластера-комплекса, на две трети захваченную плотью, на треть – осами. Зал с ядром был мне хорошо знаком – то самое место, куда я вывалился в первую очередь, забравшись внутрь. Именно на него указывал золотой клюв поискового амулета, обозначая выход из кластера, а заодно и Князя, терпеливо поджидающего возле этого выхода.

Теперь у меня наконец хватало информации, чтобы сформировать рабочий план.

По направлению к залу с ядром находилось три крупных улья – помещения, полностью захваченных осами-камикадзе, места спавна. В основном они представляли из себя небольшие залы, где на потолке, стенах и полу громоздились веретенообразные конструкции, напоминающие гнёзда шершней. Каждое гнездо содержало два-три десятка летающих взрослых тварей, а также без счёта жирных белых личинок. Периодически до ульев добирались ходячие инкубаторы – по легенде кластера, их тела принадлежали погибшим работникам комплекса. Безголовые фигуры безропотно забирались внутрь гнёзд, где из них вылуплялись новые личинки, пируя на останках.

Точнее, в данном случае им не удалось никуда забраться – потому что я перехватил их на полдороги, раздробил полэксом конечности и уничтожил готовые к вылуплению яйца. Одного из инкубаторов пришлось прямо-таки вытаскивать за ноги из гнезда, заодно поиграв в футбол выпавшими вместе с ним личинками.

Удивительно, но серым тварям моё развлечение почему-то совсем не понравилось. Пространство улья немедленно наполнилось гулом и визгом от встревоженных ос, но, прежде чем те успели сгруппироваться для атаки, я выскочил за дверь и завалил дверной проём огромным деревянным шкафом. Хороший шкаф, тяжёлый, без силы «Зверя» такой и четверо с трудом двигать будут. «Осы-камикадзе» не отличались продвинутыми навыками транспортировки мебели, но за ближайшие пятнадцать минут у них наверняка получится проделать в старом дереве дыру для выхода. Надо поторопиться.

Похожее представление я устроил в оставшихся двух ульев, а затем спокойно сел посреди центрального коридора и стал ждать под нарастающий треск древесины. На этом отрезке осы не смогут разогнаться до скорости звука, а вот в том, что предваряет ближайший вход в главный зал ползучей плоти – смогут. У меня будет около пятнадцати секунд, чтобы преодолеть его, затем начнётся массовый обстрел, от которого увернуться будет тяжеловато.

Первая партия ос закончила ковырять шкаф, и начала выбираться из получившейся дыры. Эти твари были очень социальны – они сперва помогут коллегам выбраться из ловушки, а затем дружно бросятся за мной. Расчётное время – одна минута.

Я вскочил на ноги, откашлялся и издал пронзительный высокочастотный визг, почти не отличающийся от клича самих ос. Треск со стороны второго и третьего улья усилился, а первые осы, преодолевшие деревянную преграду, бросились ковырять пока ещё целые шкафы. Отсчитав в уме ещё пятнадцать секунд, я повторил визг, развернулся и подчёркнуто-неторопливо двинулся к концу коридора, завернув за угол.

Теперь уже визжали сами осы – судя по всему, обитатели всех трёх ульев были на свободе, и они жаждали мести. Я ускорил шаг, опережая разгневанный рой на считанные секунды. Нельзя было дать им успокоиться и вернуться на свои места – даже трёх полных ульев могло не хватить для задуманного. Когда впереди замаячила граница ползучей плоти – к этому моменту добравшаяся до середины примыкающего к залу коридора – я перекинулся в «Зверя», усилил ноги «Метаморфом» и разогнался на полную. Из-за спины раздался новый визг – предваряющий самоубийственную атаку осы на огромной скорости. Но в тот же миг я врезался в туго натянутую мембрану, перекрывающую вход в зал, разорвал её на части и ввалился внутрь. Плоть уже выращивала новые опухоли, собираясь обороняться, когда я пронёсся мимо, накидывая «Вуаль».

Невидимость не могла обмануть чудовище, по телу которого я перемещался. Но для серого роя её хватит с головой.

Ползучая плоть попыталась зарастить проход, но не тут-то было. В зал одна за другой начали влетать «осы-камикадзе», каждая разогнанная до скорости пули. Они разрывали в клочья остатки мембраны на двери, с размаху втыкаясь в пол, стены и даже потолок, покрытые живой массой. Там, где они впрыскивали свой яд, ползучая плоть чернела и отмирала на глазах. В сравнении с общим объёмом, занятым ползучей плотью, их усилия казались каплями в море – но это было лишь начало. Основной рой добрался до расчищенного прохода, и начал залетать внутрь – десятками, а затем и сотнями. В каждом улье находилось по восемь-десять гнёзд, что примерно давало нам от ста шестидесяти до трёхсот особей на улей. Даже если учесть, что часть тварей осталась позади, количество было огромно, и никогда ещё не собиралось в столь могучий рой.

В первые секунды «осы-камикадзе» выискивали меня, но очень быстро их внимание переключилось на обезумевшее окружение. Ползучая плоть не менее быстро сообразила, что «на хвосте» я притащил к её ядру целую вражескую армию – и утроила усилия для отпора. Вся поверхность пошла волнами, вызывая к жизни безликих стражей – не менее сотни. Те хватали ос в воздухе, давили их и разрывали на части, отрывали крылья и выдавливали глаза. Осы в ответ жалили как бешеные, жалили всё вокруг, буквально расчищая пространство до его первоначального вида. Когда плоть потеряла одну десятую зала и отступила для перегруппировки, а серые твари на вид слегка выдохлись я скинул «Вуаль» и издал новый визг.

Теперь на мне сосредоточились обе стороны, но каждый раз я оказывался быстрее. Уклоняясь и набирая скорость, я вёл серый рой и розовую орду вглубь зала – туда, где ждало ядро ползучей плоти.

Туда, где ждал Князь в Жёлтом.

Когда не знаешь, сон то или явь

Избавь себя от прошлого, избавь

В кошмаре жизни нет, одна лишь тень

Лишь тень Йхтилла

– Да заткнись ты уже! – невежливо рявкнул я, не сбавляя темпа.

На этот раз я даже не увидел огонька его фонаря – по всей видимости, шум оказался слишком велик, и Князь быстро сообразил, что происходит. Чудовищная двухметровая фигура в рваных жёлтых лохмотьях проявилась из тьмы подобно дешёвому спецэффекту в старом фильме – резко, без перехода, попросту обозначая своё присутствие и власть. Нечеловеческие пропорции, непроглядный мрак под капюшоном, но отчётливое ощущение взгляда. Как и в первую нашу встречу, взгляд не был исполнен злобы или ненависти, скорее… разочарования. То ли из-за того, что я наехал на его стихи, то ли из-за ситуации в целом, у меня не было времени и возможности выяснять.

Князь начал поднимать руку в мою сторону – не то что бы медленно, но чуть медленней, чем требовала ситуация. Поскольку в следующий миг я нырнул вбок, уходя от прямого удара двух разогнавшихся ос – и у тех не было возможности затормозить. Они врезались во владыку Йхтилла, как раз в тот момент, когда он вытянул руку со своим грёбаным многоступенчатым пальцем.

Результат выглядел так же, как если бы Князь обратился в статую самому себе, сделанную из прочного гранита. Обе осы размазались по нему некрасивыми пятнами, частично перекрасив его лохмотья в серо-оранжевый, частично окончательно их порвав. За первыми двумя тут же последовали новые – скорее всего они целились в меня, но Князь небрежно повёл кистью в воздухе, и его резко удлинившиеся пальцы разорвали ос на мелкие ошмётки. А заодно и двух подоспевших отродий ползучей плоти, просто за компанию. Затем фигура в жёлтом повернулась в мою сторону, но там уже никого не было – я под «Вуалью» отползал в ближайший тёмный угол. Враг быстро разгадал мой манёвр, извлекая из глубин рваного балахона фирменный фонарь… как тут же был атакован подоспевшим роем.