444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Панченко » Выше снега только горы (СИ) » Текст книги (страница 13)
Выше снега только горы (СИ)
  • Текст добавлен: 8 октября 2026, 19:00

Текст книги "Выше снега только горы (СИ)"


Автор книги: Сергей Панченко



сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)

Глава 13

Глава 13


Последние дни июля ознаменовались прибытием московской комиссии, от которой Вениамин пребывал в состоянии постоянного возбуждения. Он не давал расслабиться никому, даже Данилу Андреевичу, у которого и без него хватало забот. То в стенах во время проведения работ внезапно появлялась течь, то рабочие нарушили технику безопасности и покалечили половину бригады, занимающейся монтажом конструкций под жилые отсеки.

Именно жилье необходимо было сдать к моменту появления комиссии. Директор и Вениамин прохаживались по коридорам убежища, контролируя работу. Жилые модули, встроенные в железный скелет несущих конструкций, представляли собой полый параллелепипед, с заранее продуманной планировкой и типовым наполнением. Кровати в два яруса, убирающиеся в стену, складной столик, узенькие шкафы под скромный гардероб и тесный санузел, размерами, как на космической станции. Сидя на унитазе, человек упирался головой в дверь.

И это считалось более престижным жильём. В той стороне, где селились рабочие завода, туалеты были общие, по несколько штук на уровень. Такое разделение задумывалось изначально, чтобы обосновать, куда делись десять миллионов рублей с носа. Помимо этого, в дорогих апартаментах разрешалось использовать электрические чайники. Запасы кофе и чая будущим жильцам разрешалось брать с собой в разумном количестве.

Данил Андреевич резко остановился на полушаге и уставился на рабочего, наносившего белой краской через трафарет надпись на стену, рядом со входом в жилище. Надпись делалась латиницей: «ROOM 19».

– Это что такое? – строго спросил Данил Андреевич у рабочего.

– А, ну, номер жилья. – Рабочий растерялся. – Девятнадцатый.

– Я вижу, а нахрена на английском. Мы что, англичанам или американцам их сдавать собираемся? Кто распорядился? – Директор побагровел от нахлынувшей злости.

– Мне бригадир приказал. А ему, кажется, министр культуры. Он консультировался с ним по дизайну шрифтов и прочему. – Рабочий быстро перевел все претензии на начальство.

– Министр, блин, культуры. Представляю, что за культура у нас в области, раз там такие идиоты сидят. Закрашивай все надписи на английском. – Приказал директор. – Вечером проверю. Если увижу хоть одну, пострадает вся бригада.

– Ты чего завелся, Данил Андреевич? – Удивился Вениамин. – Тебе что, американцы сильно нагадили?

– Дело не в них, а в том, что живя в стране, где есть собственный язык, надписи на чужом выглядят, как признание собственной второсортности. Раньше я думал, глядя на вывески с пафосными названиями на латинице, что это провинциальный шик, а потом понял, нет, не шик, а именно второсортность. Есть метрополия, где английский язык родной, а мы колония, и нам хочется немного подлизнуть хозяевам таким вот подхалимским жестом. Стыдоба, позорище, особенно для министра культуры. Вот реально, такого сброда второсортного быдла мне тут видеть совсем не хотелось бы. Человек, которому нравятся вывески и надписи на латинице, никогда не сделает ничего великого для своей страны. Он всю жизнь будет жить мечтой, чтобы большой белый господин погладил его по глупой головке и сказал, Вася, ты так нам предан, что мы признаем тебя равным себе, переезжай к нам, где тебя уже ждет бочка варенья и ящик печенья. И такой Вася даже секунды сомневаться не будет. Предаст всех и вся за титул равного белому господину. Но, он, конечно же, никому равен не будет. Он это поймет позже.

– Ну, ты завернул пан директор. У нас государство и государственные структуры придумывают форумы и пишут их названия на английском. Наверное, мы и есть колония в некотором смысле. Хоть мы и разосрались с западом в пух и прах, но до сих пор поражены болезнью колониальной зависимости, особенно верхи, которые потеряли больше всех от этой конфронтации. Обрати внимание, как метрополия ищет умных людей по всему миру, не жалея денег на импорт мозгов, и как с этим обстоят дела у нас? Умные сами переезжают в нашу страну, а потом оказываются никому не нужными. Чтобы писать на русском и гордиться этим, элита должна обладать психологией лидера, а они не обладают. Всё ищут, к кому бы пристроиться, как содержанки. Американцев они любят, но те не отвечают взаимностью. Китайцев недолюбливают и побаиваются, но судьба бросает их в объятья друг друга. Вот такая круговерть. Если бы не война и не комета, так бы и метались. – Рассудил Вениамин Маркович.

– Неожиданно слышать это именно от тебя. – Признался Данил Андреевич. – А ты сам какой точки зрения придерживаешься?

– А разве не ясно? Я один из тех, кто пытается сшить страну, чтобы она пережила апокалипсис и засияла на небосводе нового мира.

– А за тобой стоят такие же идейные?

– Конечно, иначе послали бы сюда какого-нибудь идиота, подальше от себя. – Вениамин улыбнулся. – Поддерживаю твой патриотический порыв, и понимаю, что ставку на старого директора сделали правильно.

– Не такой уж я и старый. – Усмехнулся Данил Андреевич.

– Я не про возраст, а про время на должности и про то, что ты подошел для обеих ролей. Вначале ты показался мне слишком мягким, и я решил, что мои боссы ошиблись в выборе. Даже написал им небольшую заметку об этом. Но они попросили меня потерпеть и не судить по шапочному знакомству. Ты, Данил Андреевич, тихий, но упорный. Меня с такими темпераментами жизнь не часто сталкивала. В основном карьеристы орут о себе, много якают, бьют пяткой в грудь, чтобы на них обратили внимание.

– Я не карьерист, мне за завод обидно. И вообще, хватит меня оценивать, идем дальше инспектировать, пока нам головы комиссия не открутила. – Данил Андреевич отправился вниз, на этаж, где собирались оранжереи, гидропонные и обычные.

Это были сложные технические конструкции с автоматическим поливом, освещением и даже севооборотом. Здесь планировалось выращивать картофель, свеклу, морковь, репу, салат, рукколу, петрушку, укроп и грибы. Правильно организованная последовательность высева культур позволяла круглый год получать урожаи и подавать к столу свежие витамины. Помимо основной питательной функции у оранжереи имелась косвенная. Она включалась в систему вентиляции убежища. Сюда подавался воздух из жилых помещений, богатый углекислым газом и уносился обогащенный кислородом.

– Как продвигаются работы? – Поинтересовался Данил Андреевич у бригадира, работающего наравне с остальными.

– Если будут проблемы, я сообщу вам первым. – Ответил тот без особого желания поддерживать разговор. – Завтра начнем копать компостную яму. Нам через неделю понадобится первичный материал и красные калифорнийские черви. Этот процесс нельзя останавливать и запускать по собственному желанию. Раз заложим, а дальше нужно поддерживать их бурную жизнедеятельность.

– Ты про навоз с фермы? – Догадался Данил Андреевич. – Привезут в тот же день, в который будет нужно. А насчет червей узнаю и сообщу.

– Ничего, что калифорнийские? – С усмешкой поинтересовался Вениамин. – Может, переименовать в уральские, а то как для второсортных получается.

– Очень смешно. – Отмахнулся директор. – Вот сюда я определю работать министра культуры, поближе к преющим останкам и червям, как он любит.

– Тут уютно, дерьмецом попахивает и к еде близко. Ему понравится. – Вениамин посмотрел на многоэтажные конструкции для размещения посевов. – И скажи, какая человек приспосабливающаяся тварь. Только недавно узнал, что ему грозит смертельная опасность, раз и у него уже подземные оранжереи придуманы, как будто он всю свою жизнь к этому готовился.

– Все изобретения были придуманы давно, просто в нужный час их достали с полок. – Произнес бригадир. – Если ученые правы и нас ждет ледниковый период, то вам придется копать в земле тоннели для расширения плантаций, грибных точно.

– Придумаем что-нибудь, главное не съесть друг друга от вегетарианской тоски. – Вениамин постучал по корыту для рассады. – Никогда не думал, что смысл поговорки, хрен редьки не слаще, придется проверять на самом деле.

– Наконец-то люди поймут, что простая еда самая вкусная, а не эти ваши лобстеры и фуагра. Знаешь секрет настоящего долголетия? – Спросил Данил Андреевич и, не дожидаясь, ответил. – Живи там, где жили твои предки, и питайся тем же, чем и они.

– Серьезно? Это мне выбирать придется между хумусом, свиной рулькой и гречневой кашей, а жить вообще непонятно где. Географически мои предки со всей Евразии. – Вениамин засмеялся.

– Вот в Евразии и живите. – Посоветовал бригадир. – Мы тут все серо-буро-малиновые, нам везде хорошо.

– Точно, генетически многообразные. Вот поэтому нас важно сохранить для потомков. – Вениамин снова рассмеялся. – Ладно, пора прекращать инспекцию, а то у меня вопросы безопасности остаются без присмотра. – Он направился к лестнице.

Данил Андреевич поспешил за ним.

– Что, снова какие-то проблемы? – спросил он.

– Они и не заканчивались. Моя служба работает не только с фактами, и не только реагируя на произошедшее событие, но и проверяет слухи. А согласно им, в городе зреет сговор, направленный против нас. Заговорщики наивно полагают, что смогут взять нас в изоляцию, не допуская проезд грузовиков и составов, но мы готовы устроить им сюрприз.

– Мы? – Директор не понял в каком контексте Вениамин употребил это обобщение.

– Я имел в виду силы, за которыми закреплены обязательства обороны таких объектов.

– Армия?

– В том числе. В основном это ветераны войны, имеющие огромный опыт диверсионных операций. Москва сформировала в каждом регионе мобильные отряды из таких людей. Приедут в город, поселятся как простые жители, присмотрятся, оботрутся за тройку дней, а потом устроят террор, после которого любое желание изолировать пропадет навсегда.

– По-моему это очень жестоко.

– На уговоры не осталось времени. Чего жалеть людей, которые через полгода гарантированно умрут. Мы выполняем задачу, важнее которой нет ничего. Мы оберегаем то, что можем сохранить, остальное не нужно.

– М-да, к таким коренным переломам сознания не так-то просто подготовиться.

– Вот поэтому и приходится идти на радикальные меры. Неделю назад я ввел тотальный досмотр машин, когда узнал, что какие-то гении маскировки решили проехать в машине и затесаться среди рабочих, чтобы потом остаться жить. Не знаю, где они собирались это делать, на надувных матрасах в коридоре что ли. В общем, чем дальше в лес, тем жестче будет наша реакция.

– Понятно.

Мужчины поднялись на этаж с жилыми отсеками. Рабочие закрашивали все английские названия аккуратными прямоугольниками.

– Данил Андреевич, а что писать вместо «рум»? – Спросил бригадир.

– Ничего не пишите, оставьте только цифры, и так понятно. – Посоветовал директор.

Вениамин после осмотра уехал за территорию завода. Данил Андреевич выждал, когда за ним захлопнут ворота и отправился навестить Михаила. Оранжереи вызвали у него некоторые идеи.

Тайное убежище преображалось с каждым днем. Люди делали для себя на совесть. Михаил с напарником паяли разводку пластикового водопровода.

– О, начальство явилось. – Михаил увидел Данилу Андреевича. – Чем обязаны?

– Да, мне тут в голову пришло оранжереи у вас заложить, хотя бы под выращивание корнеплодов. – Предложил директор. – Это же возобновляемые продукты, витамины и так далее. Скоро надо будет заказывать почву и навоз для убежища. Я подумал, что и на вас не помешало бы взять. Что скажешь?

– Надо подумать. – Михаил отложил инструменты в сторону. – Баста, Санек, перекури.

Напарник разогнул уставшую спину, вынул сигарету и закурил.

– Но это еще не все плюсы. Не забывай, что вентиляция у вас хреновая, углекислый газ будет копиться, а растения его потребляют, выделяя кислород. Я немного поинтересовался темой, вам будут нужны ультрафиолетовые лампы, дающие нормальное количество фотосинтетически активной радиации для нормального развития. У нас на складе их в избытке, так как запас делается лет на пять вперед.

– Тема, конечно, интересная и полезная, но ни черта непонятная. – Михаил задумался. – Я про это думал, конечно, но надеялся, что мы вентиляторами решим.

– А как ты решишь, если над тобой десятки метров снега? У нас хотя бы вентиляционная башня имеется в семьдесят метров, а у вас так, понарошку, на первые две недели.

– Будем откапывать.

– Снизу вверх? – Ироничным тоном поинтересовался Данил Андреевич. – Картошка тоже не решит проблему, но хотя бы даст возможность питаться лучше и дышать свежее. Я по этой теме решил зайти сюда. И есть еще одно дело, но с глазу на глаз. – Данил Андреевич посмотрел на напарника Михаила.

– Понял. – Ответил тот и ушел.

Директор дождался, когда его шаги удалились.

– Поговаривают, что за забором собираются устроить нам изоляцию, блокировать подъезд транспорта и всё в таком духе. Вы же у нас свободные люди, ездите туда и сюда, и в какой-то момент, можете оказаться по ту сторону забора. Советую скорее перевезти сюда свои семьи и держаться подальше от блокировщиков, их ждут не самые лучшие времена. Эту информацию не стоит разносить. Скажи, что так надо и всё, типа ужесточают требования проезда на территорию завода и есть шанс сюда больше не попасть.

– Так у нас же свой вход. – Напомнил Михаил.

Проход на территорию завода в старые помещения, осуществляли через коммуникации, оставшиеся от столовой, закрытой еще в советские времена. Их разобрали, почистили и использовали для доставки материалов, которые могли не пропустить на КПП.

– Вот именно. Его надо будет забетонировать, как только сюда переберутся семьи. Им могут воспользоваться не те люди, а вас потом пустят в расход вместе с ними. Спокойные времена закончились, Миш, пора уже разделяться на тех и этих.

– Но у нас тут еще работы непочатый край.

– Выбирай, что важнее. – Посоветовал Данил Андреевич. – Присмотрись ко всем своим, чтобы не оказалось, что среди них есть те, кто на два лагеря. Руби концы хладнокровно, иначе проблемы будут не только у вас, но и у меня.

Михаил тяжело вздохнул.

– Да, два месяца назад будущее виделось совсем другим. Помните, то первое собрание, когда вы сказали, что будут увольнять. Кем были те люди, и кто они сейчас, две большие разницы. Все разделились на лагеря, даже враждующие между собой. А ведь казались одинаковыми людьми с похожими устремлениями. – На его лице застыла маска печали.

– Под нагрузкой и проверяются настоящие свойства материала. – Произнес Данил Андреевич. – В общем, Михаил, я тебя предупредил, а ты, как руководитель, должен принять правильное решение. Как переберетесь, обсудим, что можно выделить необходимого из наших запасов. Я не про продукты.

– Понял, продукты перевозить в первую очередь.

– Да. Ну, всё, бывай.

– Спасибо за предупреждение. – Поблагодарил Михаил.

– Не откладывайте.

Данил Андреевич покинул тайное убежище и отправился в офис, чтобы переключиться на «бумажные» дела. В приемной застал удивленную Марину, собирающуюся что-то сказать.

– Что случилось? – Спросил он, не дождавшись.

– Ваша жена начала генеральную уборку в кабинете. – Произнесла она таким тоном, словно супруга директора пыталась там устроить поджог.

Данил Андреевич влетел в кабинет, как коршун. Наталья в этот момент снимала занавески с окон, собираясь отнести их в стирку.

– Тебе кто-то давал распоряжение начинать уборку на моем рабочем месте? – Спросил он строго, с трудом сдерживая слова покрепче.

– Они пыльные, Дань. Ты же чихаешь из-за этого. – Супруга растерялась.

– Положила все на место, забрала ведра и марш отсюда до семи вечера. – Приказным тоном произнес директор. – Удумала, блин, в рабочее время свои порядки наводить. – Живо!

Наталья, плохо знакомая с тем, каким муж бывает на работе, растерялась. Она же хотела как лучше, думала, раз поселилась в кабинете, значит и забота о порядке теперь на ней. Выдержала паузу, думая по привычке, что сейчас супруг остынет и разрешит ей продолжить, но его взгляд выражал только нетерпеливое ожидание.

– А вечером можно? – Спросила она, сворачивая шторы.

– После семи. Если ты будешь распоряжаться кабинетом в рабочее время, то я сделаю так, чтобы ты могла попасть сюда только по записи через секретаря.

– Деспот. А я сразу не поняла, чего твоя Марина так на меня смотрит, словно я удава в ведре несу. Оказывается, ты у нас двуликий, дома один, а на работе другой.

– Она ученая и знает, что можно делать, а что нет. Это как колесо автомобиля на ходу заклеивать. – Данил Андреевич кое-как смягчился. – Вечером я тебе помогу.

– Ну, тогда до вечера. – Наталья взяла ведро и гордым шагом покинула кабинет.

Данил сел на свое место за стол и вытер пот со лба.

– Помощница, блин. – Произнес он и усмехнулся, вспомнив выражение её лица.

– Данил Андреевич у меня бумаги на подпись. – Сообщила по коммутатору Марина.

– Заноси.

– Извините, я не смогла помешать Наталье. Она же ваша жена, непонятно как тут быть с субординацией.

– Наталья у меня домашний цветок, законов не знает. Ты ей просто говори, что можно, а что нельзя, иначе у нас тут скоро бельевые веревки через приемную повиснут. – Попросил Данил Андреевич.

– Хорошо, поняла.

До вечера директор провозился с документами. Много звонил, заметив одну тенденцию, перестали сходиться заявки и то, что доставляли по ним в убежище. Материала и продуктов привозили меньше заказанного. На вопрос, когда довезут, давали невнятные ответы. Звонить Вениамину не стал, опасаясь, что он решит вопрос в своем стиле. Дал людям шанс исправиться без последствий. Он понимал, что паника в обществе растет, а люди тушат ее запасами продуктов. Его не злило, если бы ответственные люди оставляли себе в разумных пределах, но они откровенно грубили. Если закрыть глаза на такое воровство, то в следующий раз они могли вообще ничего не привезти. Лично перезвонил всем компаниям и указал на расхождение и попросил исправить ситуацию, припугнув, что в противном случае произойдут очень неприятные события.

Вечером Данил Андреевич помог жене снять все шторы и отнес их в прачечную. Там же они сидели, дожидаясь, когда они постираются вместе с Надей и Мариной. Данил Андреевич взял с собой маленькую бутылку коньяка, унять нервы, растрепанные за день.

– Романтичнее вечера у меня еще не было. – Произнес он, глядя в иллюминатор вращающегося барабана стиральной машины. – Столько красивых женщин и грязного белья за раз.

– Как хочется тортик. – Надя мечтательно закатила глаза. – И шампанского. За забор бы сгонять. За полчаса управилась бы.

– Не вздумай. – Отец серьезно посмотрел на дочь. – Это намного опаснее, чем ты думаешь. К тому же периметр скоро включат.

– Казематы. – Наталья окинула взглядом помещение. – Петропавловской крепости.

– Привыкайте. Чем скорее адаптируетесь к такой несвободе, тем проще будет жить в подземелье. – Посоветовал Данил. – Оттуда уже никуда не выберетесь.

– Вот поэтому и хочется напоследок сделать глоток свободы. Заказать пиццу, торт, шампанское и покуражиться. – Печально произнесла Надежда. – А днем на проходную можно вызвать курьера?

– Днем можно, но только через охрану. – Разрешил отец.

– Ура, завтра девчата, будем праздновать. – Надя захлопала в ладоши.

– Давайте я что-нибудь приготовлю. – Предложила Марина.

– Не надо ничего своего, успеем еще. Завтра будем есть только покупное и вредное. – Уставшая от однообразия дочь, получила порцию дофамина благодаря приятным ожиданиям.

Ночь выдалась сложной. Из-за отсутствия штор кабинет директора заполнило мертвенно-голубое сияние ночной странницы. Данил Андреевич крутился, жмурился, но все равно чувствовал его через закрытые веки. Уснул только после того, как придумал включить настольный светильник, перебивший теплым светом неприятный отсвет Марены. Женщины, что характерно, совсем ничем не мучились и спали отлично.

– Это потому что ваша бабская натура точно такая же. Светите, а там не знай, что за этим светом, любовь или смертельная ловушка. – Произнес Данил Андреевич, утром завязывая галстук перед стеклянной дверцей шкафа.

– Интересно, а тебе какой вариант достался? – Спросила Наталья.

– Первый. – Не раздумывая ответил Данил.

– Тогда откуда такие познания обо всех?

– Мамка рассказывала. – Данил Андреевич ухмыльнулся. – Надюха, ты все еще собираешься заказывать пиццу?

– Да, а что?

– Я охрану предупрежу, что приедет курьер, пусть они досмотрят посылку.

– Па, это уже паранойя. – Дочь скривила лицо.

– Я тебя прошу, не лезь за посылкой, пока её не досмотрит охранник. – Настойчиво повторил отец. – Люди с той стороны относятся к нам с завистью и поэтому могут сделать пакость.

Наталья укоризненно посмотрела на дочь. Надя закатила глаза.

– Хорошо, пап, пусть посмотрит охранник, пусть откусит кусочек, а я подожду пятнадцать минут, вдруг помрет от яда. – Съязвила она.

– Вот, правильно и не надо никакого сарказма. – Данил Андреевич надел пиджак и брызнулся туалетной водой.

– А ты чего такой нарядный? – Спросила Наталья. – Не знай я тебя лучше, решила бы, что на свиданку.

– Свидание с москвичами. Еду встречать в аэропорт. – Ответил Данил Андреевич.

Он убрал в один карман пистолет Макарова, а в другой две обоймы, чтобы полы оттягивались равномерно.

– Надеюсь, ты не один едешь. – Испугалась супруга.

– Нет, конечно. Москвичи из самолета не выйдут, если им к трапу не подогнать броневик. На Тайфуне поеду с дистанционной пулеметной турелью на крыше. Его ни одна пуля не пробьет, а в экипаже опытные бойцы Вениамина, так что не переживайте.

– Вот Вениамин бы и ехал. Это его работа. – Произнесла разволновавшаяся супруга.

– Ты только что чуть не отправила ребенка за забор за покупками, а за меня боишься. – Супруг вынул пистолет из кармана и убрал его за спину за ремень, а обоймы рассовал в карманы брюк.

Не понравилось, как сидел пиджак, оттягиваемый лишним грузом.

– Тебя все знают в лицо. – Напомнила супруга.

– Всё, девчата, отставить мандраж. Пока меня нет, можете навести в кабинете порядок, чтобы не скучать, но документы с места на место не перекладывать, иначе узнаете меня с совсем другой стороны. – Данил Андреевич с улыбкой посмотрел на своих женщин.

– Да ты меня уже испугал вчера. Не знала, что живу с оборотнем. – Наталья вспомнила вчерашнюю истерику мужа.

– Директор и муж две разные личности. Ты была знакома только с одной из них. – Данил посмотрел на время. – Пора.

Он вышел во двор. «Тайфун» еще не прибыл на место. Тающий хвост Марены скрывался за лесистой горой. По территории завода раскатами носились характерные шумы работ. Вентиляционная башня стала самым высоким объектом в городе. На ее вершине сверкала сварка. За время, как на заводе началась перестройка, он сильно преобразился и теперь напоминал фантастическое сооружение, военный лагерь на чужой агрессивной планете.

Позвонил Вениамин.

– Привет, пан директор. Заминка с грузовиком, что-то у него сломалось.

– А вчера нельзя было проверить?

– Вчера работало. Проверю на полиграфе, не завелась ли крыса на борту. В общем, несколько моих диверсантов уже в городе. Они на всякий случай будут караулить проезд на важных перекрестках. Не думаю, что до такого дойдет, но забывать, что местные деятели любят делать взрывчатку, не стоит.

– Машина хорошо держит подрыв? – Поинтересовался директор.

– Да, не переживай. Именно эта подрывалась пару раз. Корпус отлично справлялся, но вот колеса разлетались. Если так случится, то мы вас прикроем и не дадим добить.

– Надеюсь на твой опыт.

– Не переживай, все будет хорошо.

Данил Андреевич, пользуясь заминкой, прошел до КПП. Там работал Алексей, бывший военный, работающий здесь и до известных событий. Он был вооружен бронежилетом и коротким «Калашниковым» с обвесом, придающим ему технологичный милитаристский шарм.

– Привет, Алексей как обстановка? – Поинтересовался директор и протянул руку для рукопожатия.

– Привет. Тихо. В городе внешне ничего не меняется. Каждое утро люди идут на работу, а вечером домой.

– Слушай, у меня к тебе просьба, сегодня мои девчата хотят заказать на доставку пиццу и еще чего-то. Я, честно говоря, боюсь, что сюда могут привезти что угодно. Как сделать так, чтобы выяснить, нет ли в доставке сюрпризов?

– Что вы имеете в виду? – Не понял охранник.

– Самодельное взрывное устройство. – Честно ответил Данил.

– Ну, Данил Андреевич, не демонизируйте людей. Они на такое не пойдут. Хотите, я попрошу доставщика открыть каждую коробку? – Предложил Алексей.

– Хочу. Очень хорошая идея. Если он откажется, значит, там есть подвох. – Данил очень обрадовался смекалке охранника. – Спасибо, очень рассчитываю на тебя. С нас кусок пиццы.

– Спасибо. – Алексей не стал отказываться.

Броневик прибыл через час с лишним. Борт с москвичами уже находился в воздухе. Следовало поторопиться. Мощный автомобиль взял приличную скорость со старта и, где получалось, позволял себе выскочить на встречную полосу, пугая водителей легковушек. Данил Андреевич смотрел в бронированные окна, пытаясь определить возможную опасность. Но ничего на нее не указывало. Город, как заметил Алексей, жил своей привычной жизнью.

Выехали за город и понеслись по пустой дороге. В одном месте боец, управляющий турелью, навел ствол на несколько подозрительных автомобилей, стоявших на перекрестке. Они могли внезапно выскочить и перегородить дорогу. Ни одна из машин не тронулась с места. Данил оценил ситуацию в окно. Ему показалось, что тут происходила какая-то криминальная ситуация и машины были остановлены с целью вымогательства. Он увидел удивленные и напуганные лица, внимательно следящие за проезжающим военным грузовиком, словно они решили, что он по их душу.

Наверняка, в дорожные разбойники подались многие мужики, кто вообще по природе своей не был готов к подобному. Всеобщая молва о том, что надо любыми путями набирать «жирок» перед большой бедой провоцировали их сколачивать банды и грабить. Когда люди устанут от грабежа и перестанут пользоваться транспортом, придется ходить по домам и грабить там. Это было неизбежно и ужасно по своей сути. Данил предвидел много пролившейся крови до того, как произойдет апокалиптическое событие. Человек, руководимый единственным желанием выжить любой ценой, обесценивал всех, кроме себя и родных и был готов на всё.

«Тайфун» свернул с трассы и поехал по дороге на аэропорт. Большие ворота на взлетную полосу были открыты. На въезде стоял танк, готовый в любой момент перекрыть его своим корпусом или выстрелить из пушки, в случае чрезвычайной опасности. Водитель грузовика мигнул фарами. Из люка на башне показался человек и показал рукой проезжать.

Самолет уже садился на полосу. Мужчина с флажком указал место, где следовало поставить броневик. Водитель припарковался. Данил Андреевич выбрался наружу из стальной капсулы с явным облегчением. Внутри нее он испытал легкий приступ клаустрофобии и ассоциации с гробом.

Самолет, компактный джет, свистя турбинами, замер слева от машины. Подали трап, и открылась дверь. Показалась улыбающаяся проводница в голубой униформе. Данил Андреевич помахал ей рукой, она улыбнулась еще шире и помахала в ответ. Встала на трап, чтобы проводить важных пассажиров самолета. Делегация состояла из шести человек. Четырех чиновников и двух чиновниц из различных ведомств. Они должны были сделать самый подробный анализ переделки завода и дать в Москву заключение. Если бы они заметили сильное отклонение от плана, то могли поставить крест на всем и отозвать фирмы, бросив проект на самотек. Тем самым Москва показывала насколько ей важно иметь убежища именно в разработанном формате.

– Доброе утро. Как прошел полет? – Данил Андреевич встретил гостей у трапа. – Рады вас встретить на уральской земле.

– Все было отлично. – Ответил глава делегации, Краснопольский Вадим Антонович. – Теперь хоть можно летать джетами, а не авиалайнерами с вечно плачущими детьми.

– Во всем есть свои преимущества. – Поддержал его директор. – И такси нынче не чета тому, что было раньше. – Он кивнул в сторону броневика. – Элитный премиум.

– У вас тут на другом и не поездишь. – Высказалась аудитор Крайнова Василиса Андреевна. – Такие страсти из регионов приходят.

– Сплетни по большей части. – Успокоил ее Данил Андреевич. – Вы и сами во всем убедитесь.

– Очень на это рассчитываю. – Ответила она.

Данил Андреевич и сопровождающий экипаж вооруженных бойцов дождались, когда пассажиры займут свои места, потом зашли сами. Броневик плавно, игнорируя неровности дороги, набрал скорость. Вылетел на пустую трассу и понесся в сторону города.

Как и обещал Данил Андреевич, жизнь в Староуральске выглядела абсолютно мирной. Москвичи, под воздействием стереотипов и однобоких новостей, внимательно смотрели по окнам. Вениамин не зря ел свой хлеб, дорога до ворот завода прошла без сучка и задоринки.

– Могли бы и нормальный автобус дать, чтобы не трястись в консервной банке как дрова. – Произнесла Крайнова.

– Так это же было ваше условие. – Напомнил Данил Андреевич.

Одновременно с грузовиком к проходной подъехал курьер на электрическом скутере. Пока открывались большие ворота, охранник Алексей вышел наружу и показал курьеру держаться на расстоянии, как и просил Данил Андреевич. Доставщик замешкался, словно просьба показалась ему странной. Замахал руками и пытался убедить Алексея в обратном. Охранник, потеряв терпение, снял с плеча автомат. Курьер поднял руки в мирном жесте, решив уступить. Открыл термосумку и вынул коробку с пиццей. Однако, вместо того, чтобы показать, что в ней лежит, он бросил ее в сторону Алексея. Раздался взрыв.

Женщины в салоне «Тайфуна» подняли крик. Боец за пулеметом быстро сориентировался в происходящем и скосил очередью бросившегося к скутеру доставщика. Окровавленный охранник Алексей лежал на асфальте, сучил руками и ногами. К нему подбежала Надя, остающаяся до сего момента в тени. Данил Андреевич увидел у нее кровь на плече и выскочил из машины. «Тайфун» рванул на территорию без него.

– Надя, ты ранена? – Данил схватил дочь, пытающуюся помочь Алексею.

– А? – Она посмотрела на отца невидящим взглядом. – Не слышу ничего.

На ее плече зияла рана, из которой пульсируя вытекала кровь. Данил снял ремень и затянул его выше нее.

– Иди внутрь, уходи. – Выкрикнул он, артикулируя губами, чтобы ей было понятно. – Без тебя справимся.

На КПП выбежали люди и увели дочь. Данил Андреевич осмотрел Алексея. Его руки, ноги и лицо были поражены термическими и ударными последствиями взрыва. Хотелось верить, что это не смертельно и человек оклемается. Это он отвел смерть от дочери. Прибежала штатная бригада медиков и занялась им. Директор поправил спадающие брюки, оттягиваемые оружием. Снова переложил его в карманы пиджака и отправился на территорию.

У офиса его ожидала взволнованная делегация.

– Сплетни, говорите. – Напомнила ему Крайнова про разговор в автобусе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю