Текст книги "Выше снега только горы (СИ)"
Автор книги: Сергей Панченко
Жанр:
Постапокалипсис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 27 страниц)
Выше снега только горы
Пролог
Пролог
Канун 2028 года принес ученым астрономам и физикам сюрприз. Их приборы зарегистрировали внезапное возмущение гравитационного поля планеты. И это был не кратковременный скачок, а продолжительное явление, не имеющее под собой никаких заметных причин. Оно повлияло не только на скорость вращения планеты, но и на время оборота вокруг Солнца. Величины изменений были незначительным, чтобы фиксировать их без приборов, но в глобальном смысле почти катастрофическими.
Все прогнозируемые орбиты опасных комет и астероидов пришлось пересчитывать. Буквально в течение недели после события два крупных тела врезались в Луну. Столкновение видели невооруженным взглядом в ночное время. Что-то невероятно массивное, не имеющее собственного излучения и не излучающее отраженный свет, прошло на близком расстоянии от солнечной системы, нарушив устоявшийся баланс всех ее тел.
На этом сюрпризы не закончились. Американский аппарат исследователь космического пространства «Аргонавт», занятый изучением Нептуна и его спутников, снял крупный объект, имеющий высокое альбедо, отражающий свет в чистом голубом спектре. Вначале его приняли за межзвездного странника, уж слишком он оказался крупным для жителя облака Оорта, но скорость объекта оказалась невысокой и было решено признать его обитателем солнечной системы, выброшенным с насиженного места.
Объект как будто нарочно появился за Солнцем, мешая вести за ним наблюдение с Земли и двигался с ней с одинаковой скоростью. Что происходило с крупным телом долго оставалось загадкой. Ученые в этом году не ждали визитов регулярных космических странников и не нашлось ни одного аппарата, который можно было перенаправить для его изучения.
Американцы и китайцы, тем не менее, без пафоса и рекламы, оперативно подготовили и запустили свои аппараты, предназначенные для других более поздних миссий. Первые же обнародованные снимки показали, что это было сделано не зря. Объект выпустил кому огромных размеров и вскоре после начала наблюдения фрагментировался на множество крупных кусков. Химический анализ вещества в хвосте выявил, что комета на девяносто девять процентов состоит из воды, остальное приходилось на аммиак и метан. Твердых частиц и пыли в ней почти не содержалось. Разогретые на солнце газы рвались наружу, разрушая ледяную плоть.
Примерный подсчет вещества привел к ошеломительным результатам, воды в комете содержалось больше, чем во всех водоемах пресных и соленых Земли. Название свое космический объект получил стандартное С/2028А1. Сенсация относительно его водных запасов продержалась недолго. Человечество волновали более земные заботы.
Спустя месяц после подробного публичного освещения жизни кометы вдруг все репортажи прекратились. Официальная наука США и Китая перестала давать ответы относительно С/2028А1, военные конфликты внезапно начали затихать, а вся мировая торговля пришла в странное состояние. Продукты питания сделались самым ценным товаром, их везли в первую очередь, отменяя перевозки промышленных. Страны экспортеры зерна, такие, как Россия, глядя на Европу, США и Китай выгребающие запасы продовольствия, разорвали все контракты, оставляя пшеницу у себя, несмотря на щедрые предложения, значительно превышающие разумный ценник. При этом никто точно не знал, что именно происходит, но наблюдая странный хаос, вынуждены были проявлять осторожность и предусмотрительность.
То же самое происходило и с нефтью. Она разом потребовалась развитым странам в огромных масштабах. Кроме нее они скупили весь уголь и увеличили добычу своего. Полеты самолетов по международным маршрутам практически прекратились, топливо на заправках отпускалось по сильно выросшим ценам и только по лимиту. Нельзя было не заметить, как потянулись железнодорожные составы к заводам, чьи цеха находились глубоко под землей, к хранилищам продуктовых резервов.
Медиа пытались придумать правдоподобную историю, описывающую происходящее. Назывался экономический кризис, крах долларовой системы, истощение нефтяных запасов и прочие сомнительные причины. Большинству казалось, что мировые руководители договорились начать ядерную войну к определенной дате, а сами закапывались поглубже в землю, чтобы пережить ее. Наиболее умные так не считали, но единого мнения не было и среди них. Тема тревожного ожидания неизвестности стала основной на кухонных посиделках.
А планета на всех парах неслась к точке, за которой могла начаться совсем другая эпоха.
За год до катастрофы Игорь начинает видеть её во сне. Каждую ночь он ищет способ выжить, а днём готовится. Но когда кошмар станет явью, второй попытки уже не будет. /work/660056
Глава 1
Глава 1
К апрелю по ночам, перед самым рассветом, низко над горизонтом стала появляться яркая звезда, растущая день ото дня. После трех подряд пасмурных ночей ее размеры увеличивались очень заметно. В бинокль уже можно было разглядеть, что это не звезда, а область неба, похожая на туманность. Бытовало мнение, что это взрыв сверхновой, случившийся давно и только сейчас дошедший до Земли. Ученые и видные общественные деятели успокаивали население, что бояться совершенно нечего, мол, бабахнуло тысячелетия назад, а свет события долетел до нас только сейчас.
Разрастающуюся туманность назвали Мареной, в честь богини царства мертвых из славянской мифологии, за мертвенно голубой свет, источаемый ею. Каждую ночь Марена появлялась в ночном небе все раньше и поднималась все выше, пугая жителей Земли своим неожиданным возникновением. Несмотря на прогресс и научные знания, суеверия, связанные с ней, укоренились в сознании людей. Они видели в ней предупреждение о скорых событиях, меняющих жизнь людей в худшую сторону.
В среднем по размеру и населению городке Староуральске, одновременно являющимся крупным промышленном центром Урала, имелся свой машиностроительный завод, появившийся во времена эвакуации промышленности в первые месяцы Великой Отечественной войны. Он относился к стратегическим, выполнял военные заказы и находился под полным контролем государства, ведущего затяжную войну с западной коалицией. Заводом управлял Гарган Данил Андреевич, бессменный директор на протяжении двенадцати лет. Мало кто в своем уме, желающий поиметь профит с тепленького местечка, согласился бы терпеть столько суеты за одну зарплату. Да, она была немаленькой, но фиксированной, что в представлениях человека, ищущего нетрудовые выгоды, являлось очевидным минусом.
Данил Андреевич сидел на веранде своего дома, потягивал коньяк и смотрел в телескоп на туманную Марену, зависшую над горизонтом. При сильном увеличении можно было разглядеть области неоднородности. Центральная часть светилась теплым желтым светом, а чем дальше к периферии, тем свечение становилась более холодным и голубым. Именно эта часть спектра наблюдалась издалека и давала тот фирменный мертвенный свет.
Накануне Гарган получил странный приказ, демонтировать часть станков, чтобы освободить помещения. К нему направлялся чиновник из министерства, который должен был объяснить причину подобных действий. Помнится, несколько лет назад, эти станки, стоящие немыслимых денег, привезли, как самую большую драгоценность. Страна остро нуждалась в современном и точном оружии и поэтому над ними тряслись и сдували пылинки. А теперь их надо было демонтировать и поднять на склад.
В этом не было бы ничего удивительного, военный заказ сдулся уже как два месяца, но ведь никто не знал, когда начнется следующий конфликт. Разумнее было законсервировать станки там, где они есть, а не убирать на склад, в котором даже нет отопления.
– Даня, закрой форточку, холодно же, простынешь. – Супруга Наталья вышла на веранду из дома. – Что, опять на эту Марену смотришь, заворожила она тебя.
– Я вообще-то коньячком согреваюсь. Доктор сказал, что мне полезно немного для расширения сосудов. – Данил показал бокал с остатками напитка. – Могу и тебе плеснуть.
– Нет, спасибо, я потом сплю плохо. Что ты там увидел нового?
– Туманность становится больше с каждым днем. На самом деле, она не находится в тысячах световых лет от нас, иначе бы мы годами не замечали ее увеличения. Она рядом, но насколько, сказать не могу. Не по моему профилю.
– А ты больше выпивай и не такие теории придумаешь. Ты носки теплые надел?
– Конечно. Я же в том возрасте, когда меня не надо заставлять это делать. – Данил помахал ногами в теплых носках и послал жене воздушный поцелуй.
– Представляешь, я пошла сегодня в магазин, хотела взять три килограмма сахара, а мне сказали, что в одни руки дают только килограмм. И вообще, во всех магазинах убирают самообслуживание и ставят полки, как было при Союзе. Теперь товар может подать только продавец. Нас снова хотят заставить чувствовать себя людьми второго сорта?
– Я не чувствовал себя человеком второго сорта, когда просил подать банку кильки с витрины. – С улыбкой произнес Данил Андреевич.
– Почему кильки?
– Потому что мне было лет восемь и денег у меня хватало только на нее. Мы с пацанами сделали себе на старом клене лежанки и жили там все летние каникулы. Ели кильку, пили лимонад, потом покуривать начали. Э-эх, было время золотое. Мамка дала тебе пятьдесят копеек, и ты король района. А если бутылки пособирать и сдать, то можно было вообще покутить покруче цыганского барона.
– А мне почему-то страшно от этих изменений. Такое ощущение, как перед войной.
– Так война уже была. Мы привыкли к ней, до нас почти не долетало, а тут движение началось, и никто ничего не объясняет, а нам страшно.
– Так пусть скажут, может не так страшно будет? – Предложила супруга.
– Сказали бы, если б знали, что мы адекватно отреагируем. А так бояться, что будет еще страшнее. Я уже почитал в интернете про то, какие угрозы несет взрыв сверхновой, случившийся поблизости от Земли. Вполне вероятно, что погибнет всё живое. Там такие мощные излучения будут, что даже под землей не спастись. – Поделился муж своими знаниями.
– Какой ужас. А когда нам ждать этого излучения?
– Уже не стоит. Оно пришло бы одновременно с появлением этой туманности. А раз она висит в небе второй месяц, то бояться нечего. Только это точно не сверхновая.
– Так, Данил Андреевич, завязывай сопли морозить, закрывай свой планетарий, пошли лучше чайку на душице перед сном выпьем. – Наталья буквально за воротник вытащила мужа из кресла. – Звездочет ты мой.
– У меня от твоей душицы потом лекарственный вкус два дня во рту держится. Чувствую себя пенсионером, от которого лекарствами пахнет.
– Ничего, это нормально, когда от пожилого мужчины так пахнет.
– Мне пятьдесят, я не пожилой, даже официально. – Возмутился муж.
– Ну, ладно, не пожилой, но чай с душицей полезен в любом возрасте.
– Ладно, давай твою отраву. Говорила мне теща, что у вас в роду ведьмы были, а я не слушал. – Пошутил Данил и шлепнул супругу по ягодице.
Они перед сном напились отвара из трав, собранных женой в горах, и наутро Данил чувствовал себя так, словно даже не нюхал коньяк. Водитель Михаил заехал за ним к положенному времени. Он никогда не звонил шефу, что подъехал. Еще не было ни одного случая, чтобы директор не вышел ровно в половину девятого.
– Какая прелесть стала на дорогах. – Произнес Михаил, глядя на почти пустые улицы. – Как только ввели лимит на топливо, наш городок стал еще меньше. Теперь от края до края за десять минут можно доехать со всеми светофорами.
Месяц назад на всех заправках ввели суточный лимит, не более двадцати литров на машину. Причем заправиться на другой АЗС уже было нельзя. Люди стали экономнее, чаще ходили пешком, передвигались на велосипедах, самокатах или всяких электрических повозках.
– Да уж, с жиру беситься стали меньше, а то в магазин к соседнему дому на машинах ездят, а потом ожирение и ранние инфаркты. – Поддержал водителя Данил Андреевич.
– Это точно. Молодежь как кабанеть начала. С ранних лет чипсы, пиво, пузо и жопа растут как на дрожжах. Я в тридцать лет был как спичка, кое-как к сорока пяти жирком начал обрастать, а мой сын сейчас в двадцать два уже под сотку весит. Встанет на самокат, чтобы на занятия ехать, я ему говорю, тебе ходить больше надо, а он мне, пусть бедные ходят.
– А твой сын богат? – Удивился Данил Андреевич.
– Да с какой стати? Нищий, как церковная мышь. До сих пор учится, чтобы отсрочить взрослую жизнь. Он просто уверен, что будет богатым, потому что так хочется. Мысль, как бы сама пробьет ему дорогу к большим деньгам. А с ними он может быть каким угодно, хоть толстым, хоть тупым, его все равно будут любить и уважать. Вот такая философия.
– Ужас какой. Помнишь, как в «Вечерах на хуторе близ Диканьки» был такой персонаж Пацюк, который макал вареники в сметану и отправлял себе в рот одним взглядом. По-моему, это как раз мечты современной молодежи.
– Один в один. – Согласился Михаил. – Готовы на что угодно, только не голодать и не работать.
К воротам предприятия с остановок общественного транспорта и со стоянок автомобилей стекались толпы рабочих и специалистов.
– Не заезжай внутрь. – Попросил Данил Андреевич. – Я пройдусь пешком, а тебе еще надо в аэропорт, забрать человека из Москвы.
– А ему тут что надо?
– Везет какую-то ценную информацию относительно будущего нашего завода, которую по телефону не передашь. А я так думаю, что он еще и задержится, чтобы проконтролировать исполнение. – Пояснил Данил Андреевич.
– Да что его контролировать. Знали бы они сколько сил пришлось приложить, чтобы завод превратился в современное предприятие.
– Ладно тебе, Михаил, не обесценивай. Они тоже приложили к этому усилия. Без Москвы мы бы так и работали на старых станках. Может, наконец, узнаем, что за суета в мире, к чему все готовятся.
Машина остановилась справа от ворот. Данил Андреевич открыл дверь.
– Ты узнай у москвича, он сразу ко мне, или в гостиницу отдохнуть. Если ко мне сделай дозвон, я пойму. – Попросил он напоследок.
– Сделаю. А мне с ним можно поговорить о суете?
– Поговори, может расколешь. – Директор закрыл дверь.
Влился в поток вместе со всеми, здороваясь направо и налево. Прошел проходную и направился в сторону офиса. Секретарь уже была на месте. В кабинете вкусно пахло свежим кофе.
– Привет Мариночка. Как дочь? – Поинтересовался Данил Андреевич.
Вчера отпускал ее с работы пораньше к заболевшему ребенку.
– Гораздо лучше, Данил Андреевич. Температура спала, а сегодня утром приехала бабушка, будет с ней сидеть. – Взгляд секретарши говорил о том, как она признательна за заботу. – Вот, от моей мамы презент, пирожки с клубничным вареньем и моцареллой.
– Моцареллой? – Удивился директор. – А твоя мама умеет креативить.
– Да, в интернете где-то прочитала. Мне нравится.
– Спасибо, заценю. – Данил Андреевич забрал протянутый судок и зашел в свой кабинет.
Марина знала, что пока он пьет кофе лучше не напоминать про дела.
Пирожки в самом деле оказались вкуснейшими. Сыр нивелировал сладость и придал им сливочности. Данил Андреевич съел четыре штуки за раз, растягивая кофе.
– Видела бы моя Наталья, подняла бы шум гам. – Произнес он с усмешкой, пряча судок с оставшимися пирожками в стол.
– Данил Андреевич, вот список запланированных на сегодня дел… – Секретарь выдержала паузу.
Директор выслушал их и начал с первого. Вообще, он любил в начале дня, пока сил было много, нагружать себя делами. С момента, когда оборонных заказов стало намного меньше, и работы серьезно убавилось, возникло чувство, будто что-то упускаешь, недоделываешь. Зарплату при этом не урезали, а даже прибавили, что совсем плохо отразилось на совести, которой все время казалось, будто ее владелец кого-то обманывает. Данил Андреевич успокаивал себя тем, что работал с полной самоотдачей.
В половине двенадцатого зазвонил сотовый и отключился. Звонил водитель.
– Мариночка, у нас будет гость из Москвы. На всякий случай проверь кофемашину и заряди, чтобы он бодрячком держался. Похоже, ему некогда было даже в гостиницу заехать отдохнуть.
– А может роллы еще заказать или пиццу?
– Давай и того и другого. Я без понятия чего они там сейчас в своей столице едят.
– Доставку заказать к двенадцати?
– Да, и не забудь про кофе. – Данил Андреевич немного разволновался.
Чувствовал, что визит не простой и придется понервничать.
Черная директорская «Тойота» подъехала ко входу в офис. Из нее вышел мужчина лет сорока в черном костюме, в хорошей физической форме, с деловым портфелем в руках. Михаил руками показал куда ему идти, а сам остался в машине.
– Ого, какой интересный. – Марина успела разглядеть гостя в окно. – Мне кажется, мы зря заказали пиццу. Такой сидит на диете, пьет соевое молочко, ест протеин и ходит в спортзал.
– Ладно, предложим, а он сам пусть решает, есть ему пиццу или нет. Я в командировках обычно ел от пуза, как будто вне дома жирок не откладывается. – Данил Андреевич осмотрел свой кабинет, думая, что может не понравится московскому гостю.
У него все было строго и скромно, немного напоминало выставку народного хозяйства из-за стоявших в шкафах за стеклянными дверями макетов военной продукции, выпускаемой заводом.
– Иди, встречай гостя. – Отправил он Марину.
– Ага, пошла. Начать с кофе, или вы сперва поговорите?
– Пусть зайдем ко мне, а я тебя по коммутатору попрошу сделать нам два кофе.
– Поняла.
Марина выпорхнула из кабинета. Данил Андреевич не отказал себе в удовольствии полюбоваться ею. Его секретарша соответствовала образу типичной барышни на этой должности, фигуристая, симпатичная, при этом еще и умная.
– К вам посетитель из Москвы. – Раздался ее голос через минуту.
– Жду. – Директор вытер платком вспотевшие руки.
Дверь открылась.
– Приветствую вас, Данил Андреевич. – Широко улыбаясь, гость прошел сразу к столу и протянул руку. – Вениамин Маркович Калюжный, куратор проекта, о котором мы сегодня с вами и поговорим.
– Куратор? – Удивился Данил Андреевич. – В смысле, очень приятно познакомиться. Кофе?
– Да, не откажусь. Еще бы перекусил бы чего-нибудь? – Смущенно признался гость.
Он по-хозяйски снял с себя пиджак и повесил его на спинку стула. Вынул из портфеля папки и положил их на стол.
– Пиццу, роллы? – Предложил директор.
– Вот это да. – Усмехнулся Вениамин. – Случайно оказались в офисе?
– Не случайно, мы вас ждали.
– От пиццы не откажусь, а роллы я не очень.
Данил Андреевич нажал кнопку на коммутаторе.
– Марина, нам два кофе и пиццу. – Попросил он.
– С молоком, сахаром?
– Вам как? – Поинтересовался Данил Андреевич у гостя.
– Как себе. – Ответил Вениамин.
– С молоком и с сахаром.
Марина принесла кофе и коробку с еще теплой пиццей и собралась уходить.
– Извините, девушка, сейчас у нас с вашим начальником произойдет очень важный и очень секретный разговор, пускать в кабинет строго запрещено кого бы то ни было. Пользоваться коммутаторной связью тоже. Стойте на дверях, как Цербер, но и сами не подслушивайте. – Попросил Вениамин.
– Это всё? – Поинтересовалась Марина и посмотрела на директора, показывая, что только он может сказать ей последнее слово.
– Да, Мариночка, предупреди всех, особенно нашего ведущего инженера, чтобы он не входил без спроса.
– Хорошо. Приятного аппетита. – Секретарь вышла из кабинета.
– Классная, прям как ваша продукция. – Пошутил Вениамин, проводив ее взглядом.
– Да, очень высокоточная работница, не нарадуюсь.
Пока гость ел пиццу и запивал ее кофе, разговор на серьезную тему не начинался. У Данилы Андреевича наоборот, в ожидании полностью пропал аппетит. Он отпивал кофе мелкими глотками и поддерживал общение. Наконец, Вениамин наелся, отодвинул от себя коробку с остатками пиццы и протянул папку директору.
– Полистайте, думаю, вам многое станет понятнее.
Директор взял ее в руки и открыл. На первой странице находилось цветное фото туманности, которую он много раз наблюдал в телескоп.
– Проблема все-таки в ней. – Догадался он. – Это не вспышка сверхновой, как нам говорят, а что-то взорвавшееся гораздо ближе и слабее? Никакого гамма излучения к нам не пришло, следовательно, это не взрыв звезды.
– Вы правы, Данил Андреевич. Помните комету, про которую много говорили зимой?
– Так, смутно. Я вообще новости читаю только военные в основном.
– Там дальше выкладки, цифры и варианты последствий столкновения нашей планеты с этой туманностью. Комета С/2028А1 разрушилась во время прохождения рядом с Юпитером в результате гравитационного взаимодействия. Фрагментировалась на несколько крупных осколков и сменила траекторию. Приблизилась к Солнцу и стала обильно испаряться, образовав не просто кому, а целую туманность вокруг себя. Первоначальные расчеты относительно объемов вещества не подтвердились, комета содержит воды как минимум в два раза больше, чем все пресные и соленые водоемы Земли. При этом ее слабой гравитации достаточно, чтобы испаряющаяся жидкость не уносилась немедленно в космос, а образовывала вокруг себя ореол из водяного пара с примесью других веществ.
Данил Андреевич выслушал гостя и долго не мог оценить сказанное им.
– Так мы что, несемся прямо на эту туманность? – Спросил он.
– Да, прямо в нее.
– И сколько у нас времени?
– Четыре месяца. Столкновение ожидается примерно в середине сентября.
– А последствия уже просчитаны?
– Просчитаны несколько вариантов, они там дальше описаны. Я оставлю вам эту папку, чтобы вы ознакомились с информацией подробнее, но выносить ее из кабинета, а тем более рассказывать кому-то, даже близким и родным, запрещено. Прошу отнестись к этому со всей серьезностью. Вопрос выживания страны на кону и любое легкомыслие может быть расценено, как сознательная диверсия со всеми вытекающими. Мы вас очень хорошо знаем и рассчитываем, что все останется втайне.
– Конечно, я точно не из категории болтунов. – Данил Андреевич помассировал виски. – Но мне нужно переварить эту информацию. Она просто не укладывается в голове. То, что мы врежемся в туманность я понял, а что конкретно нужно от меня?
– От вас мне нужно за четыре месяца превратить подземные цеха завода в полноценное убежище, способное к автономному существованию на многие годы. План перестройки имеется. У нас есть список фирм, которые готовы предоставить оборудование и выполнить работы. Ваша задача контролировать процесс. Мы знаем, что вы это умеете.
– За четыре? – Искренне удивился Данил Андреевич. – Да за это время даже халупу не построишь.
– У вас получится. Мы тоже не тратили время зря. Сделали инженерные расчеты, наняли компании. Придерживайтесь плана и все успеете. Составы с генераторами, топливом, системами воздухоочистки и прочего уже стоят наготове. У нас уже готовы две тысячи человек, которые будут производить работы. Им платят очень хорошую зарплату, за которую они будут работать без выходных.
– А они в курсе, что будет потом?
– Им зачем знать? Давайте так, коллектив и люди вообще станут интересоваться, с чего бы такая перестройка завода. Наша общая легенда, что очень высока вероятность ядерной войны и убежище готовится на этот случай. Когда туманность станет гораздо больше и люди начнут догадываться, что мы несемся прямо в нее, можете успокоить их тем, что космическое явление состоит из разреженного газа и ничем страшным нам это не грозит, кроме аномально холодной осени, в результате уменьшения поступления солнечного света. – Посоветовал Вениамин.
– А какой самый вероятный прогноз? – Поинтересовался Данил Андреевич. – Хотелось бы видеть картину в более детальных подробностях.
– Самый вероятный прогноз такой, мы влетим с ходу в новый ледниковый период, который помимо низкой температуры и обильных снегопадов, будет опасен еще и частой бомбардировкой кометными осколками. Но это будет длиться буквально два месяца. По нашим подсчетам, мы зацепим край туманности и обойдемся малой кровью. Но есть у всего этого одно маленькое «но», и это устойчивость нашей атмосферы к удару о вещество туманности. Несмотря на ее разреженность, скорость в тридцать километров в секунду велика и надо быть готовыми к тому, что часть атмосферы выбьет в космос и нам придется жить в условиях недостатка кислорода.
– Магнитное поле Земли не справится? – Спросил Данил Андреевич.
– Ослабит, но не спасёт. – Вениамин постучал ладонью по папке. – Мы с вами в этом проекте коллективный Ной, вы прораб, строящий ковчег, а я собираю каждой твари по паре.
– Ах, да, а кто будет занимать убежище? – Поинтересовался Данил Андреевич. – У нас тут тысячи работников.
Вениамин пригнулся к директору и негромко произнес:
– Данил Андреевич, мы выберем тех, кто умеет выживать. Кто сейчас доказал свою способность быть на вершине социальной лестницы. Этим вопросом займусь я и вас он тревожить не должен. Могу сказать, что вы с супругой включены в список. Ближе к финалу мы определимся, кто в него войдет из числа работников, обслуживающих оборудование.
Директор в этот момент вдруг ощутил всю глубину скользкой натуры московского гостя. Его ответ ему совершенно не понравился, и он уже знал, что в будущем у них обязательно возникнут разногласия. Однако, Данил Андреевич являлся мудрым руководителем, что и позволяло ему управлять заводом столько лет, учитывая интересы многих чиновников, идущих вразрез с его представлением о правильности выбранного курса. Виду он не подал.
– Хорошо, понятно, мне, признаться, инженерные задачи даются намного легче, чем публичная деятельность. – Ответил Данил Андреевич. – Даже рад, что вы разделите со мной обязанности.
– Замечательно. Сегодня вам надо полностью погрузиться в документацию, разобраться самому, а завтра собрать специалистов и нарезать задачи в правильном порядке. По всем вопросам у вас будет консультант, специалист высочайшего класса, который будет с вами на связи двадцать четыре на семь. А я с завтрашнего дня начну беседы с областным бомондом и предложу им поучаствовать рублем в нашем предприятии. Отличное сито для отбора. Посмотрим, кто выкрутится, а кто нет. – Вениамин потянулся и зевнул.
– А по другим критериям не лучше ли? Интеллект, трудолюбие, детородные перспективы? – Предложил Данил Андреевич.
– Но вы тогда можете не попасть на этот ковчег? – Вениамин лениво отмахнулся. – В Москве уже все решили, схему разработали и посчитали, что люди, способные выбираться в сложной конкурентной борьбе на вершину, достойны быть спасенными ради будущего страны. Нам не нужны ленивые умники, трудолюбивые идиоты и бабы, которые не могут отказать. Спасем тех, кто хочет и может спасаться, остальные пусть заботятся о себе самостоятельно. После двух месяцев внеочередной зимы мир станет другим и нам нужно будет под него мгновенно подстроиться. Инертная масса еще годы будет пытаться жить прошлым, по матрице, заложенной в их сознании. Каждая страна после испытания холодом попытается рвануть вперед и обогнать конкурентов, мы не должны допустить этого. Если мы оставим тех, кого вы просите, то через десять лет окажемся в каменном веке. – Вениамин достал вторую папку. – Это мои материалы и в них есть выводы, сделанные на основе анализа многих факторов. Вперед вырвутся только те, кто умеет выживать в условиях постоянного давления. Это такие люди, как мы с вами, Данил Андреевич. Мы привыкли жить в иллюзии безопасного мира, в котором лучшими считаются самые добрые и самые справедливые, но это именно иллюзия. Будь у нас вечная война, им бы не было места, потому что они слабые и пытаются сделать слабыми остальных. И еще, немаловажный фактор, спасенные сами оплатят свои места, а это отличное подспорье в нашем деле. После короткого ледникового периода у нас с вами могут остаться на счетах приличные суммы, помогающие увереннее смотреть в мрачное будущее. – Гость рассмеялся. – Ладно, Данил Андреевич, оставлю вас наедине с бумагами. Мне надо бы заселиться в гостиницу и немного отдохнуть. Глаза слипаются. Не помню уже, когда в последний раз спал больше четырёх часов кряду. Позвольте снаглеть, не дадите мне вашего водителя с машиной отвезти в гостиницу? – Вениамин накинул на плечи пиджак.
– Конечно. Я предупрежу Михаила. Как отдохнете, если хотите, у нас есть экскурсионный паровоз с рестораном, посмотрите наши достопримечательности. – Предложил директор.
Он немало сил вложил в создание туристической достопримечательности и всегда рекомендовал ее гостям.
– Спасибо, в следующий раз. Мне нужен один паровозик, это кровать и восемь часов сна, иначе у меня случится инсульт.
Вениамин вышел из кабинета. Данил Андреевич набрал водителю и попросил его отвезти гостя в гостиницу.
– Данил Андреевич, а теперь коммутатором можно пользоваться? – Поинтересовалась Марина.
– Так ты уже пользуешься?
– Ой, ну ладно, я хотела спросить, что с роллами делать?
– Делай, что хочешь, они теперь твои. И принеси мне еще чашечку кофе без молока и сахара, взбодриться надо.
– Спасибо, я мигом.
Марина, довольная тем, что ей оставили роллы, заскочила с чашечкой кофе.
– Как всё прошло? – Поинтересовалась она. – Такой импозантный мужчина, сразу видно, москвич.
– Все хорошо. Работенки привез, как всегда.
– Это хорошо, чем больше работы, тем выше зарплаты. – Марина взяла полупустую коробку с пиццей. – Унести?
– Да, в сравнении с пирожками твоей мамы, она просто несъедобная. Я даже не стал предлагать их гостю, а то у него случится гастрономический диссонанс, поймет, что они в своих столицах едят всякую дрянь.
– И еще причмокивают. – Со смехом добавила польщенная Марина.
– В Москве вообще без причмокиваний далеко не продвинешься. – Пошутил Данил Андреевич.
У него еще осталось раздражение от последних слов гостя, и он таким образом немного выпустил пар. Марина сделала большие глаза, покрылась румянцем и убежала. Директор открыл папку и начал детально изучать материалы, страница за страницей. Многие вещи, имеющие специфические обозначения, он не понимал, но воспринимал интуитивно. Иногда пользовался интернетом, когда не помогала интуиция.
К вечеру он дошел до конца и разобрался, какие вещи случатся неизбежно. Прежде всего, зима гарантировалась в любом случае, даже если планета войдет в туманность «мягко», без потери атмосферы. Начавшись в середине сентября она плавно переходила в сезонную зиму, затянувшись на полных семь месяцев, а далее все было под вопросом. Никто не мог дать точного ответа, закончится ли зима на этом. Если планета покроется сплошным ледяным панцирем и станет отражать большую часть солнечного света, способна ли она вернуться к прежнему климату? Практически при любом раскладе с орбиты сдувались все спутники и планета вновь погружалась в период до их появления, на век назад. Разреженный водяной пар туманности, захватываемый земным притяжением и конденсируемый в атмосфере, обещал мощные снегопады. Два месяца непрерывного снега, иногда разбавляемых падением крупных льдин. По большей части они должны были взрываться в атмосфере, добавляя ей влаги, но особо крупные обломки имели шансы врезаться в поверхность, усугубляя и без того невыносимую жизнь землян. Флоре и фауне грозило исчезновение, но в плане указывалось, что заморозка генетического материала производится уже давно и некоторые подготовленные убежища будут их хранить, наряду с живыми животными, птицами, гадами и насекомыми, которым в будущем предстояло стать инкубаторами новой жизни.




























