Текст книги "Выше снега только горы (СИ)"
Автор книги: Сергей Панченко
Жанр:
Постапокалипсис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 27 страниц)
Глава 10
Глава 10
Юрий, в ожидании доктора от Пал Палыча, поднялся наверх, проверить, не стерегут ли опасные парни выход. Он предполагал, что ему не поверили, и будут ждать доказательств обмана. Ни одной незнакомой машины поблизости от места работы он не увидел. Бесшумно подъехал черный гибридный минивэн. Из него вышел молодой парень и полез в багажник за носилками. С пассажирского места показался немолодой мужчина в синем халате и направился к Юрию.
– Вы звонили? – спросил он.
– Да, я. Идемте, провожу. – Юрий поздоровался за руку и направился по ступеням вниз. – Часа полтора прошло с момента ранения. Наверное, оно называется проникающее в живот острым предметом.
– Василий, идем за нами. – Поторопил доктор помощника. – Сейчас посмотрим, куда и что у него проникло.
Юрий проводил врача в подсобку. Раненый побледнел еще сильнее, покрылся потом и тихо стонал, когда ему начали задирать одежду.
– Вася, света дай. – Попросил врач.
Помощник вынул фонарь и направил в сторону раны.
– Ага, угу, понятно. Придется оперировать. Выносим. – Распорядился врач.
Раненого положили на носилки. Он протянул в сторону Юрия вялую руку.
– Спа… – судорожно сглотнул, – сибо.
– Поправляйся. – Пожелал ему Юрий.
Он проводил их до выхода и с облегчением выдохнул, когда машина уехала. До сего момента он ощущал эмоциональное напряжение, опасаясь возвращения опасных парней. Снова набрал воды и помыл полы в подсобке. Выплеснул воду и выбросил окровавленные тряпки в мусорный пакет, а его сразу отнес на помойку.
Вечером, перед самым закрытием, неожиданно появился Пал Палыч. Судьба как будто намеренно сталкивала Юрия с ним, пытаясь что-то сказать.
– Ты тут один? – Поинтересовался авторитет.
– Да. – Юрий снова напрягся.
– Короче, Юра, дело такое, навел справки по-твоему питомцу и по людям, которые его ищут. При всем моем уважении к твоему поступку, я не пойду на такой риск, чтобы держать его у себя. Этот парень замазался в одном неприятном деле, его ищут очень серьезные ребята из южных регионов. Они ни перед чем не остановятся и даже передо мной. Доктор его подлатает, даст полежать пару дней и получай его назад. Мой совет, закажи ему такси в другой город. Пусть садится на автобус и дует к себе в Москву. Нам проблем от него не нужно. И самое главное, никто не должен знать, что мы с этим человеком как-то были связаны.
– А что он натворил?
– Тебе этого знать не надо. Свидетели таких дел долго не живут. У нас маленький и тихий городок, пусть таким и останется. – Пал Палыч внимательно посмотрел на Юрия. – Надеюсь, ты меня понял?
– Понял.
– Ну, всё, давай, спаситель, прекращай спасать и думай о себе.
– Хорошо. – Юрий проводил авторитета взглядом до двери.
Дождался, когда тот уехал и сел на стул. Жизнь словно намеренно создавала ему сложные ситуации, как репетиции перед настоящим испытанием.
Прошли те самые два дня. Вечером телефон Юрия позвонил неопределившимся номером. Он взял трубку.
– Алло?
– Юрий?
– Да.
– Выйди на улицу, нам надо кое-кого тебе передать. И возьми ключи от машины на всякий случай.
– Хорошо, я сейчас.
– Юра, что случилось. – Елена заметила изменившееся состояние мужа.
– Ничего, по работе. – Юрий взял ключи, документы и выскочил на улицу.
Рядом с его машиной стояла старая «буханка» с крестами. Мужчина, ожидающий его, стоял рядом с ней и курил.
– Ты, Юра? – Спросил он.
– Да, я.
– Забирай своего больного. – Тот открыл дверь.
В салоне сидел мужчина в толстовке с надетым капюшоном. Лицо скрывала медицинская маска.
– Чтобы не светить таблом на камеры, маску не снимайте и капюшон не поднимайте. – Предупредил куривший мужчина. – Передержи его пару дней, не выводя на улицу, пусть еще окрепнет, а потом как договаривались.
– Хорошо. – Пообещал Юрий.
Мужчина в толстовке вышел из машины, придерживаясь за проем. Видно, что сил у него было еще немного.
– Куда мы? – спросил он.
Юрий сразу узнал голос журналиста.
– Я еще не решил. – Ответил он, чтобы не говорить при свидетелях.
Водитель «буханки» выбросил окурок, сел за руль и уехал. Юрий посадил журналиста в салон своей машины.
– Как тебе идея пожить несколько дней в погребе? – Спросил он.
– Там, наверное, холодно?
– Ну, свежо. Погреб в гараже, можно выбраться погреться.
– Ладно, давай, выбора у меня немного. – Журналист вздохнул. – Спасибо тебе за помощь. Если бы не ты, сейчас бы уже червей кормил.
– Да, не за что. Само собой как-то получилось. – Юрий повел машину по темным городским улочкам, намеренно объезжая проспекты с камерами.
– Тебя как зовут? – Поинтересовался журналист.
– Юрий.
– Меня Дима. – Журналист вытер рукой лоб. – Ты же понимаешь, что за два дня я не поправлюсь, чтобы доехать до Москвы. Да мне и нельзя туда. На первой же камере спалюсь и за мной прискочит орава борзых.
– Что ты предлагаешь? Мне сказали, что твоя компания смертельно опасна. – Поделился Юрий.
– Это так, но если я поживу в твоем погребе не выбираясь на белый свет хотя бы месяц, то восстановлюсь и уеду сам в какую-нибудь деревню. Пожалуйста. Я сейчас могу пройти шагов двадцать, а потом падаю без сил. Какая разница, сколько я просижу в твоей темнице? – Умоляющим тоном спросил Дмитрий.
– Ладно, живи в погребе, но учти, я его отделываю под убежище и иногда там шумлю, колочу, строгаю, пилю.
– Пускай, я готов помогать тебе.
– Черт с тобой, живи. – Сдался Юрий.
Они заехали в гараж и закрылись. Дмитрий выбрался из машины, хватаясь за дверцу, а потом за доски, ограждающие емкости под уголь.
– Ты как узнал про столкновение с туманностью? – Поинтересовался он.
– Стечение обстоятельств и природное любопытство. – Ответил Юрий. – А ты?
– А у меня нездоровое любопытство, главное качество журналиста. Через него и все проблемы в жизни.
Юрий открыл люк в погреб и включил там свет.
– Спустишься по лестнице самостоятельно или подстраховать? – Поинтересовался он.
– Подстраховать. У меня дыра в животе еще сочиться. Боюсь, как бы не лопнула снова, если упаду. – У Дмитрия голос дрожал, как у сильно уставшего или тяжелобольного человека.
Юрий помог ему спустить ноги вниз и придерживал за одну руку.
– Кажется, справлюсь. – Дмитрий медленно спустился на пол и осмотрелся. – Неплохая берлога, кровати есть. Я боялся, что придется лежать на мешке картошки.
– Да, я купил их с рук и кого дети выросли. Извини, постель пока не стелил, так что спать придется на голом матрасе. – Предупредил Юрий, тоже спустившись вниз.
– Какая ерунда. – Вяло отмахнулся Дмитрий. – Одеяло есть, уже круто.
– Запаса воды тут нет. Пятилитровка начатая в углу стоит, это я пью, пока работаю. Технической воды нет, привезу завтра рано утром. Мойся прямо в гараже, наружу не выходи.
– А как я выйду? Ты меня закрой снаружи, чтобы никто не решил, что внутри кто-то есть. – Предложил Дмитрий.
– А вдруг что-нибудь случится? – Предположил Юрий.
– Ничего не случится, а мне так спокойнее будет. Ведро тут имеется для туалетных дел?
– Да, наверху в углу стоит.
– Блин, не набегаешься.
– Я бы не хотел, чтобы тут ходили в туалет, помещение маленькое. – Предупредил Юрий.
– Ладно, обещаю, буду выбираться, чтобы отлить. – Дмитрий сел на кровать и скинул с лица маску. – Уфф, я бы прямо сейчас бы лег, если ты не против.
– Обувь сними.
– Конечно.
– Вот здесь лежат консервы с ключом. – Юрий показала на коробку. – Утром хлеба привезу, приборы и чайник.
– Спасибо, Юр. Я даже не знаю, смогу ли я когда-нибудь компенсировать тебе такую заботу. Большая часть людей сразу бы сдала меня и еще гордилась, что помогли.
– Да прям, многие бы поступили, как я. – Юрий смутился. – Тут райончик не очень, днем и ночью всякие шастают, не обращай внимания, но и не шуми.
– Хорошо, буду вести себя, как мышка. – Дмитрий засмеялся и схватился за бок. – Ты знаешь, что снежный покров обещают высотой в двадцать пять-тридцать метров?
– Слышал.
– Воздух в погребе быстро закончится, как только толщина покрова поднимется выше трубы вентиляции. Тем более у тебя тут печь.
– Да? – Юрий задумался. – Вдруг, пронесет.
– Высокие дома можно использовать в качестве вентиляции. – Поделился Дмитрий.
– Но там же люди будут жить.
– Думаю, не долго. В любом случае, если катастрофа пойдет по прогнозируемому сценарию, погреб – очень временное прибежище.
– Блин, ты меня расстроил. – Юрий был уверен, что он всё продумал и спокойно пережил бы длинную зиму, не покидая убежища.
– Это моя работа всех расстраивать. За это и хотели убить. Я много читал разных выкладок, и большинство авторов сходились во мнении, что под снегом наступит нехватка кислорода. Придется постоянно раскапывать снег, чтобы создавать хоть какое-то движение воздуха, либо жить в многоэтажке с дверями и окнами, открытыми на верхних этажах.
– Ладно, поправляйся. Встанешь на ноги, поговорим на эту тему детальнее. Утром приду.
– Хорошо, Юр. Еще раз спасибо за всё. – Дмитрий помолчал. – Слушай, если на тебя наедут, не геройствуй, сдавай меня. В этом нет ничего плохого. Эти люди разбираться не станут, грохнут нас обоих, а ты нужен, чтобы семья выжила. Видишь, как запасливый.
– Пока. – Юрий бодро выскочил наружу.
Поставил пустое ведро ближе к спуску в погреб, чтобы не напрягать человека. Выехал из гаража и закрыл за собой дверь. На город легла плотная ночь. Где-то рядом в частных домах перелаивались собаки, шумели машины на ближайшей улице, раздался гудок маневрового тепловоза, перецепляющего вагоны. Из-за горизонта показался яркий край Марены, холодный, чужой, пугающий, и в мгновение ока ночь стала прозрачнее, наполнилась неестественным светом, превращающим любой силуэт в затаившуюся фигуру существа из потусторонней тьмы.
Юрия пробрала дрожь. Он прыгнул за руль и торопливо выехал с территории гаражного кооператива на улицы, освещенные теплым желтым светом. Каждая машина по пути домой казалась ему подозрительной, особенно те, что ехали сзади. Он поставил машину за квартал от своего дома и пошел пешком темными дворами. Марена поднялась еще выше, и ее голубоватый отсвет лежал на стенах домов, делая их похожими на склепы.
Заскочил в подъезд и залетел на свой этаж бегом. Елена сразу заметила его взбудораженный вид.
– Юр, что случилось? – Спросила она строго, давая понять, что не отстанет.
– Страшно стало ночью в городе. Дети спят?
– Да. Время видел?
Юрий посмотрел на часы. Они показывали начало первого.
– Ого, я думал еще одиннадцати нет. – Он выключил свет, подошел к окну, выходящему на восток, и распахнул шторы.
Марена смотрела прямо в окна переливающимся всеми цветами радуги цветком. В комнате появились тени он люстры, от вазы на окне.
– Зачем ты мне это показываешь? – Жене не понравилось зрелище, но больше из-за того, что она ждала от мужа новых пугающих фактов.
– Затем, что думаю постоянно о ней, и хочу подготовиться так, чтобы мы выжили. Сегодня узнал, что погреб с едой не совсем идеальное место. – Юрий задвинул шторы. – Не подумал, что под снегом быстро закончится кислород. Придется что-то мудрить, покупать баллоны с кислородом и постоянно раскапывать отверстие для печной и вентиляционной трубы. Я вообще думал, что мы одной печной обойдемся. – Мысли об устройстве убежища отвлекли его от страха перед преследователями Дмитрия. – Ладно, пойдем спать.
Минуло две недели с того дня, как журналист поселился в погребе. Начался июль. Дмитрий за это время окреп настолько, что выходил по ночам погулять. Юрий приезжал с утра и работал. Сделал вторую трубу с принудительной циркуляцией воздуха с возможностью наращивать ее длину по мере роста сугробов. Купил два кислородных баллона, отдав за них немыслимые деньги. Гараж уже с трудом вмещал всё, что требовалось для выживания. На машине Юрий больше не заезжал внутрь, приходилось действовать осмотрительно.
Туманность выросла еще в два раза и полностью затмила Луну и все небесные явления. Даже днем, когда поднималось солнце, а Марена уже стремилась исчезнуть за горизонтом, ее было видно отчетливо. Ночью она властвовала безраздельно, наполняя мир своим особенным свечением, от которого замолкали собаки и переставали щебетать ночные птицы. Возможно, животные чувствовали приближение последних времен, а возможно не могли понять, почему ночи стали такими светлыми и изменяли своим привычкам.
Как-то после ночной прогулки, Дмитрий заметил:
– Очень хорошо, что это ЖК не достроили. – Он говорил, про строящиеся дома рядом. – Это твой стратегический объект, к которому необходимо будет найти дорогу после того, как начнет заканчиваться воздух.
– Копать тоннель? – Юрий считал, что это нереально осилить. – Тут двести метров, как минимум.
– А вдруг тут проходила подземная теплотрасса? В советское время на такие вещи денег не жалели, вели, даже если не было никакой экономической целесообразности. Днем бы побродить, да боюсь на камеры попасть. Ты ведь и сам мог посмотреть, есть люки в земле или нет.
– Не может тут быть никаких люков и теплотрасс. Насколько помню, это место всегда было пустырем, заросшим кленом и амброзией. На той стороне железки частный сектор и допотопные двухэтажки. Родион, мой знакомый, называет этот район гетто. Тут реально особенный контингент живет. Выйди в заросли за гаражи и найдешь там кучу шприцов и рыщущих закладчиков. Я этот гараж за копейки купил в очень сложные времена для семьи. – Поделился Юрий.
– Печально, но думать что-то все равно нужно. Представь себе уровень снега высотой до шестого, седьмого этажа и твои трубы, торчащие из-под земли на три метра.
– На пять. – Поправил Юрий.
– Вообще никакой разницы. Не накопаешься лопатой.
– Какие у тебя еще идеи?
– Была идея накрыть эти клены сетью, чтобы задерживать снег в кроне. Она бы смыкалась под весом и получался бы такой тоннель почти до самого ЖК. Но я не придумал, как закидывать сеть сверху. Мне кажется это нереально. – Дмитрий задумался. – Нет, тут нужны дроны с манипуляторами, а такие не достать.
– Знаешь, переезжать в другой гараж, после того, сколько я вложил в этот денег и души, у меня не найдется моральных и физических сил. – Признался Юрий.
– Я тебя понимаю. – Дмитрий осмотрел убежище. – Оно и мне теперь, как родное. Я, считай, тут воскрес.
– Интересно, а сколько будет стоит прокопать траншею от ЖК к гаражам? – спросил Юрий. – А затем закрыть ее бетонными плитами или еще чем-нибудь?
– Сумасшедших денег по меркам физлица, неподъемных. – Дмитрий повздыхал. – Я посчитаю в интернете, но это точно миллионы рублей.
– Я могу заложить квартиру и машину. И кроме того у меня есть некоторые сбережения. – Юрий говорил про благодарность от Пал Палыча, от которой осталась ровно половина. – Но моя жена будет против. Ленка до сих пор хочет надеяться, что истерия с туманностью это аналог ковидному сговору. Если она окажется права, то не простит мне такого безрассудства.
– О, женщины. – Дмитрий вздохнул. – Я и сам так иногда думаю, но есть одно существенное отличие между ковидом и Мареной. В прошлый раз хотели всех заставить в него поверить, а теперь пытаются скрыть. Зная тягу властей любого государства не говорить правду ни в коем случае, столкновение с туманностью произойдет.
– Жаль. Меня бы устроило небольшое столкновение, которое вставило бы людям мозги на место, но без существенных изменений климата. – Признался Юрий. – Так, однократный ремешок по заднице для прочистки ума, чтобы помнили, кто на планете главный.
– И кто главный?
– Бог, создатель, природа. Короче, не мы.
– Ну, да, я тоже считаю, что туманность не случайное явление, а наказание или урок за нашу гордыню. А может, мы пошли не туда. Почему за правду убивают, а за ложь награждают? У меня за карьеру было столько случаев, когда государство наказывало невиновных и награждало непричастных, словно это система такая. Даже создалось мнение, что государство – это античеловеческое явление, целью которого являются только интересы небольшой части населения, а они, как правило, довольно мерзкие, власть, алчность, извращения и тому подобное. Им невыгодна правда, раскрывающая их самих в непотребном виде, поэтому и происходит так, что говорят об одном, а делают другое.
– Об этом лучше не задумываться, иначе впадешь в уныние. – Произнес Юрий.
– Запросто. Если бы все люди жили по-божески, никаких государств образовывать и не пришлось бы, потому что воевать не с кем, защищаться не от кого и даже торговать не надо.
– Такого никогда не будет. – Юрий не верил, что человечество способно на подобные подвиги.
– Вот поэтому мы и несемся навстречу Марене. – Дмитрий постучал пальцами по столику.
– А ты верующий? – Поинтересовался Юрий.
– Да, но только в бога, а не в религии. Не люблю никаких массовых явлений, отбивающих желание мыслить самостоятельно, а тем более обряды, заставляющие прихожан думать, что внешнее и есть смысл всего. Религий много и все они считают себя правильными, а такого быть не может, они все неправы. Лучший выход для людей перестать создавать любые объединения. Нет отличий – нет противоречий.
– По-моему либералы к такому и стремились. – Юрий припомнил недавнее мракобесие инклюзивного капитализма. – Все равны, даже извращенцы.
– Не, там про бога забыли. А Бог есть что? Любовь. Без любви такая система быстро скатится в свою противоположность. Не к знаниям надо стремиться, ни к прогрессу, карьере и тому подобному. Человек должен стремиться к любви всегда, но не к страстям, за которые ее иногда принимают. Мне кажется, что любовь в божественном понимании – это когда ты лежишь на старой детской двухъярусной кровати и думаешь, а до чего же хорош этот мир, сколько в нем добрых людей и аж плакать хочется от чувств. – Дмитрий вытер слезы, выступившие на глазах. – Слушай, Юр, любовь любовью, но пора и честь знать. Мне тоже надо где-то гнездышко обустраивать. Вы же не станете меня кормить, как великовозрастного кукушонка. Нет у тебя на примете одинокой женщины?
– Нет, откуда. – Юрий отмахнулся, но вдруг вспомнил про Алексу, которой так и не купил торт. – Блин, есть одна, но она может сердиться на меня. А ты возвращаться в Москву вообще не собираешься?
– Нет. Я там точно не выживу. Буду пытаться обустроиться здесь. Эта обиженка симпатичная?
– Да, но у нее есть ребенок, сын Вася. Мой Ромка с ним в одну группу ходит.
– Это даже хорошо. Такая женщина будет менее привередливой. Как мне с ней столкнуться?
– Ну, бродя ночью возле гаражей, ты вряд ли столкнешься с ней. – Юрий засмеялся. – Я могу позвонить ей и сказать, что ты передашь ей торт от меня. Именно благодаря ей я и узнал про то, что Земля столкнется с туманностью.
– Такие знаки игнорировать нельзя. Судьба нас всех собирает воедино вокруг одной темы. Давай, знакомь, а я ей сам расскажу, почему мне нельзя пока светить лицом на уличные камеры. Она, кстати, кем работает?
– В ночном клубе руководит баром. Я так понял, что там она имеет вес. – Поделился Юрий.
– Ого, интересная работенка. Думаю, у нее неплохая коллекция хорошего алкоголя собрана дома. Ты меня прям заинтриговал. Звони ей и договорись о встрече. – Настойчиво попросил Дмитрий.
Юрий даже обрадовался этой новости. Он все думал, что спасенный им человек решит, будто он рад его оставить с собой. Юрий не хотел второго взрослого мужчины в таком тесном пространстве. Это сильно бы стесняло семью.
– Хорошо, позвоню. – Пообещал он.
После этого разговора Юрий поехал домой. По дороге позвонил Алексе, она не взяла трубку, а дома названивать ей не решился. Утром они встретились на входе в ворота детского сада.
– Привет. – Немного смущенно поздоровался Юрий.
– Привет. – Алекса не стала строить из себя обиженную женщину.
Ей хватило ума понять, что она поставила Юрия в неловкую ситуацию.
– Надо поговорить. – Произнес Юрий.
– Снова чего-то забыл в нашем клубе? – Алекса усмехнулась.
– Нет, но моя благодарность может оказаться лучше, чем торт.
– Интригуешь. Ладно, давай поговорим.
Они отправили детей в группу и встретились у машины Алексы, красного кроссовера.
– Ну, обещалкин, что у тебя за тема? – С интересом спросила Алекса.
Юрий не сразу сообразил, как начать, чтобы не обидеть ее якобы сводничеством.
– В общем, мой знакомый из Москвы сейчас оказался в сложной ситуации. Он парень нормальный, не пьющий, интеллигентный, журналист, наверное, симпатичный на женский взгляд, могу я дать ему твой контакт? – Юрий замер в ожидании ответа.
Он очень хотел, чтобы Алекса не отказала.
– А каким образом его тяжелая ситуация и я связаны между собой? – Спросила она. – Я похожа на женщину, которая помогает несчастным мужчинам?
– Блин, нет, конечно, прости, я та еще сваха. – Юрий рассмеялся и прикрыл лицо руками. – Вам лучше поговорить друг с другом, а то я могу все испортить.
– Он женат?
– Нет.
– Уже что-то. Ему нужна женщина перебиться до Москвы?
– Он туда не вернется, но об этом он сам расскажет.
– Ага, звучит, как начало авантюрного романа. Скрывающийся журналист ищет надежную гавань в провинциальном городке и находит ее в образе глупенькой дамочки с прицепом. Насколько он нищий?
– Я не спрашивал. Думаю, у него есть деньги. По крайней мере, у меня он взаймы не просил.
– Он точно не серийный ловелас?
– Точно. Он порядочный человек сто процентов.
– Ладно, давай его номер. – Алекса вынула телефон, чтобы записать его.
– Он сам позвонит.
– Юра, у меня такое ощущение, что ты меня куда-то впутываешь. Я сама не пай-девочка и многое на своей работе повидала, но тут ты меня просто напугал и заинтриговал.
– Я не хотел, чтобы так получилось. Ты и сама поймешь, что напрасно боялась, когда увидишь Диму.
– Значит, Дима. Человек с таким именем не может быть злым. Буду ждать звонка, но не так долго, как торт. – Алекса рассмеялась.
– Прости, я всегда на виду у семьи, не так-то просто купить торт другой женщине. – Признался Юрий.
– Да я всё понимаю, от этого еще обиднее становится. Пока. – Алекса села за руль.
Юрий от детского сада направился на работу. Взял старый исправный телефон из подменного фонда и вставил сим-карту из тех, что продавал сам. На работе сидел только скучающий Иван. Олеся уволилась, и теперь он в свои смены принимал заказы, которых было совсем немного.
– Были кто сегодня? – Поинтересовался Юрий.
– Ага, бабка приносила старый кнопочный телефон и пацан видяху. – Ответил Иван.
– Сделал?
– Да. Ваша доля в тумбочке лежит.
– Иван, ты готовишься к той катастрофе, о которой ходят слухи? – Заботливо поинтересовался Юрий.
– Я не знаю, как к ней готовиться. Мы с матерью запасли картошку, макароны, соль, спички. Что еще надо?
– Топливо. Будет же холод собачий.
– На восьмом этаже жечь огонь? – Удивился Иван.
– У вас есть бомбоубежище в доме, там можно поставить печку и топить, а дрова и уголь пока хранить в квартире.
– Не, это слишком замороченно как-то, да и мать не разрешит.
– Иван, отнесись к этому серьезно, потом не пожалеешь. Хочешь, возьми все заработанные сегодня деньги и купи чего-нибудь.
– Я подумаю. – Иван зевнул.
Юрий настаивать не стал. Поехал передать Юрию телефон для общения с Алексой. Недалеко от гаражного кооператива чуть не угодил под колеса несущегося бензовоза, хотя тот ехал по второстепенной дороге. Машина проскочила еще один перекресток, нарушив правила, а на третьем столкнулась со старым грузовиком. Тот въехал ей точно по центру. Бензовоз перевернулся, топливо вырвалось из лопнувшей емкости, заливая перекресток и ближайшие машины. Трагедии при таком стечении обстоятельств не могло не случиться. Через несколько секунд разбитый грузовик начал дымиться, потом появился огонь, мгновенно разошедшийся ручьями бегущих потоков топлива. К счастью машины, свидетели аварии, предусмотрительно покинули перекресток, избежав неминуемой беды. Раздался взрыв. Огонь оранжево-желтыми клубами взметнулся выше домов. Оба автомобиля мгновенно занялись пламенем.
Юрий мысленно поблагодарил бога. В этой ситуации мог оказаться он сам, поторопившись всего на пару секунд. Решив, что помогать на месте аварии некому, отправился к гаражам и застал двух парней за попыткой спилить с его ворот замок. Они поставили свою машину вплотную к гаражу, подсоединили «болгарку» через инвертор к бортовой сети и пилили, пуская снопы искр. Юрий остановился за десяток метров, не зная, как действовать. Боялся, что они вооружены и вообще прилично растерялся. Ситуация застала его врасплох. Взломщики игнорировали его, словно были уверены в своей безнаказанности. Это и разозлило Юрия, придав ему большей решительности.
Он открыл дверь багажника и достал из подполья пистолет. Снарядил обойму патронами и подошел к гаражу. Он еще ни разу не стрелял из ПМа, и не знал, в какой момент патрон оказывается в казеннике. Поднял руку с оружием вверх и выстрелил. Осечка. Передернул затворную рамку и снова нажал спусковой крючок. На этот раз выстрел раздался. Взломщики обернулись. Юрий подошел еще ближе, держа их на мушке.
– Отошли от моего гаража, иначе там и закопаю. – Предупредил он, стараясь добавить в голос убедительных басов.
Парни переглянулись. Наверное, они следили за Юрием, знали, что он бывает рано утром или поздно вечером и не ждали его среди дня. Могли узнать и про него самого и наверняка были уверены, что какой-то мастер по ремонту компьютеров им ничего не сделает, даже если застанет не месте преступления.
Тот, что стоял с болгаркой, положил ее на бетонный заезд в гараж и полез в салон машины. Вынул из него бейсбольную биту.
– Слышь, ты придурок, иди отсюда, пока башку не пробили.
– Валите от моего гаража. Я не шучу, у меня боевой пистолет. – Предупредил Юрий.
– Ты не выстрелишь в человека, потому что ты лошара. – Произнес второй, скривив противную ухмылку.
Его слова имели силу. Юрий, в самом деле, не готов был стрелять в людей. Законы еще работали и его могли упечь в СИЗО до суда, а катастрофа начаться, когда он находился там, подставив тем самым семью под мучительную смерть. Надо было решать, плюнуть на убежище, потраченные деньги, труд, Дмитрия и спасти себя и семью или же попытаться отпугнуть преступников. Сейчас они вели себя вызывающе нагло, а после катастрофы могли вообще потерять всякие границы морали.
Юрий выстрелил под ноги парню с битой для острастки. Пуля отрикошетила от плотного покрытия и попала ему в живот. Взломщик выронил биту и схватился за рану, с удивлением и страхом наблюдая, как у него под ладонью быстро набирается кровь.
– Ты чего вообще отмороженный? – Заорал второй, но уже без всякого желания продолжать схватку. – Ты попал, понял, лошара? Мы тебя теперь из-под земли достанем и грохнем с твоей семейкой. Давай, Вит, сейчас в больничку тебя отвезу. А ты жди нас тут, сучонок и бойся.
Юрий принял его угрозы всерьез. У него буквально крутанулся разум и встал на точку, опережавшую время. Он понял, что не завершив сейчас дело, он будет жить в постоянном страхе за семью. Подошел ближе к парню, пытавшемуся усадить товарища на заднее сиденье машины, и направил на него пистолет. Тот как будто почувствовал угрозу и обернулся. Увидел Юрия вблизи и за мгновение до выстрела понял, что это его последний миг. Взгляд красноречиво выразил жажду жизни и неимоверный страх за нее. Юрий выстрелил дважды.




























