Текст книги "Хозяин леса (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Надо же, мысли у нас сходятся.

– И что решила в итоге? – спросил я.

– Пока расследую. Но я понимала, что по-любому уже поздно что-то предпринимать. Год прошел – никакого консерванта без подновлений не хватило бы. Печально, конечно. Но Эл не первый ученик, которого я теряю.

– Разве он твой ученик? Я думал, Трау – его наставник.

– Трау – его наставник. А под моим руководством он учился быть мужчиной… – Ройга хмыкнула. – В смысле, ловить бандитов. Ну, уж это он тебе рассказывал, вероятно.

Я кивнул. Рассказывал, хоть и скупо.

– Поэтому ты его называешь то малышом, то Элом, то нежной фиалочкой?

– Да, потому что это его бесит. Иногда, конечно, делаю исключение – когда у него тяжелый день, в основном… Хм. Я правильно понимаю, что он женился на Игнис Дагсен?

– Правильно.

– Ну и ну! – Глерви снова засмеялась. – Вот бы никогда не подумала! Хотя… – тут она задумалась. – На самом деле они неплохо друг другу подходят. Хотя так сразу и не скажешь. Она, конечно, не нежная фиалочка, но вполне себе… пряма, как тростник.

Я оставил это без комментариев. Сплетни – не самая сильная моя сторона, да и не хочу говорить в таких выражениях о друзьях. Но подумал, что в описании Глерви что-то есть. Хотя, конечно, Элсин, пробивающий кулаком потолок пещеры, в образе нежной фиалочки – это сильно.

– Ладно, не уводи в сторону, – сказал я. – В общем, ты проследила нас до города. Дальше что?

– Дальше я вас поймала на выходе из кабинета судьи Дагсена. Увидела с вами Игнис Дагсен. Я знаю, что она ученица мэтра Лири, который прошел порталом в Старшие миры лет пять назад. Я примерно проследила, что вы идете в ту сторону, и решила устроить вам засаду. Пробежала вперед по крышам, быстренько усыпила слуг – день сегодня жаркий, подумала, если вы не явитесь, они решат, что их просто сморило… Но я знала, что вы явитесь: нашла ваши вещи. Удивилась, что Эл живет в одной комнате с красоткой Дагсен. Сообразила, ради кого он себе такую шикарную мускулатуру пересадил – а то столько лет ходил тощий и страшный… Хотя, если спросишь меня, живому и мертвецу для сна лучше все-таки раздельными кроватями пользоваться. Практичнее.

– Это ты им советуй, – сказал я. – Не мне.

– А вдруг и тебе пригодится? – многозначительно протянула Глерви. – Так вот, твои вещи я тоже нашла. Под капюшоном я тебя не сразу узнала, увы, теряю хватку. Впрочем, я глядела на вас издалека, боялась, как бы Элсин меня не заметил. Но узнала почерк в твоих записках.

– Если ты догадалась, что я – это я, то почему стала травить? – уточнил я. – Не возникло у тебя опасения, что я немертвый и на яд не отреагирую?

– Я видела, как вы с Метелицей на пару трескали печеньки по дороге, – пожала плечами Ройга. – Некромант может есть для маскировки, но… – она поморщилась.

Да уж, «но». Потом желудок промывать замучаешься. Элсин мне рассказывал, что он так маскировался от людей Метелицы, когда ходил с нею в первый поход – это когда она в него влюбилась. Среди добытчиков считается дурной приметой вести с собой немертвого некроманта, мол, тогда, кроме него, никто и не вернется. Ел он по минимуму и не каждый день, отводя подозрения всякими ухищрениями. А потом уходил подальше проблеваться.

– Нет, оставался шанс, что ты только мозг убил, а тело оставил, но без помощи другого некроманта это невозможно корректно проделать. Я поспорила сама с собой на гривенник, что ты не для того от нас сбегал. Как видишь, выиграла… – она хмыкнула и продолжила: – Но, вообще-то, я очень удивилась. И, честно сказать, испугалась. Решила, что если Элсин до сих пор тебя не сдал, значит, такой законопослушный некромант, как он, точно попал под чужое влияние! И не в обычном бытовом смысле, а в самом что ни на есть мрачном.

– Разве можно подчинить волю другого некроманта? – спросил я.

– Тот, кто сам под Кодексом, сделать этого не может, – холодно проговорила Глерви. – А вот тот, кто нет… Правда, считается, что первоначальные закладки тоже преодолеть никак нельзя – мозг тогда разрушается. Но ты, как-никак, Элов лучший ученик, практически гений, как он нам всем пел… Я подумала – если у кого и получится, то только у Вилада! В общем, я решила, что, возможно, Элсина нужно спасать. Хотя наличие красавицы-блондинки в этом сценарии меня смущало. Я подумала – если Вилад тут главный злодей и главарь шайки, почему он сам с ней не спит, а Элсину отдал?

– Это если ее можно «отдать», – довольно резко произнес я.

– А, задела за живое? – ухмыльнулась Глерви. – Ну, извини, я в хорошем смысле. Ты – очень интересный мужчина, Вилад. А тут еще выясняется, что маг Огня… Честно говоря, я эту Воздушницу не понимаю. Совершенно. Странные у нее вкусы.

– Спасибо, – спокойным тоном заметил Элсин, появляясь из кухни с подносом в одной руке и чайником в другой. И то и другое он водрузил на подоконник, потому что другой ровной поверхности в комнате не было. И стол, и стулья – в хлам, хорошо, что хоть диванчик, на котором лежала Игнис, и кресло, на котором сидела Глерви, уцелели.

– Не за что, – фыркнула Глерви. – Хотя с новым телом ты получше выглядишь.

– Ты, кстати, тоже, – не остался в долгу Элсин. – Помнится, прежде твои формы не отличались такой… увесистостью.

Я осознал, что это правда. Раньше Ройга Глерви казалась мне почти болезненно тощей, а теперь уже нет. Крайне интересные у нее получились округлости, что сказать. И она умело этим пользовалась – то так позу переменит, то эдак… Вроде ничего явно бросающегося в глаза или вульгарного, а тем не менее у меня не получалось говорить с ней так резко, как следовало бы, или обрывать ее флирт. Хорошо, что явился Элсин с его иммунитетом, вот что.

– Есть такое, – ничуть не смутясь, улыбнулась Глерви. – Честно говоря, когда я упустила Вилада, это болезненно ударило по моему самолюбию. Я тогда пошла, соблазнила одного Воздушника… долго гордилась собой, потом узнала, что к этому мэтру Вайсену только совсем лентяйки или уродины в кровать не просачивались. А потом еще ты исчез. Мне стало грустно, тоскливо… Я пошла и добавила себе сисек. Ну и попу заодно. Отлично вышло, одна из моих учениц мастер по таким вещам!

Элсин вздохнул.

– Как это должно было помочь от грусти и тоски?

– А как тебе помогло то, что ты мышцы от снежной обезьяны постоянно себе вживлял, да еще и высушивал их для минимального объема? – фыркнула Ройга. – У каждого – свое хобби!

– Чем меньше масса, тем меньше нужно докачки Смерти в активном режиме, – заметил Элсин. – Это логично. А вот как увеличение размера бюста может помочь в… – тут он сбился. – А! Ты, когда Влада ловила, что, предложила с ним переспать⁈

– Ну да, – сказала Глерви, снова без малейшего смущения. – А как я должна была его уговаривать? Про его светлые научные перспективы лекцию читать? Впрочем, если бы я знала, что он маг Огня, просто сразу бы предложила ему помощь, поддержку… ну и ласку заодно, – она снова бросила на меня призывный взгляд. – Без всяких дополнительных условий. Вот кого-кого, а мага Огня у меня еще не было! Мэтр Хорн – не тот человек, которого можно безопасно соблазнить.

– Ройга, ты хоть о чем-то еще, кроме соблазнения мужчин, можешь думать⁈

– Могу. А зачем?

Элсин тихонько застонал.

Я не выдержал и расхохотался.

Честно говоря, прямолинейность Глерви действовала на меня как-то… освежающе, что ли? Похоже, она не врала: для нее секс – это правда хобби, она коллекционирует мужиков, как звездочки на фюзеляже, и маг Огня для нее – желанный редкий трофей, кульминация, так сказать, карьеры… По-моему, такая честность заслуживает если не награды, то, по крайней мере, ответно честного отношения! Я бы тоже очень даже с ней не отказался.

Во-первых, она красотка.

Во-вторых, она еще и немертвая, что само по себе любопытно. Нет, я не некрофил – разумеется! Мерзость редкостная. Но где обычные мертвецы и где здешние некроманты? В этом мире совсем другие запреты: секс с некромантами не табуируется совсем, секс с неразумными умертвиями порицается («Лучше бы проститутку снял и живой женщине дал заработать!»), но все равно довольно распространен. А некрофилия как таковая вообще зверь редкий и неизвестный.

В-третьих, у Глерви к тому же безумное количество опыта! Ночь с ней была бы тем еще поучительным аттракционом. Хм. Или будет.

Мой смех наконец-то разбудил Игнис, она села, застонав.

Элсин тут же бросился к ней и начал поить чем-то из чайника. Так вот с чем он так долго там возился – готовил ей питье! Верно предусмотрел: после наркоза (а это, по сути, он и есть, хоть и своеобразный) всегда рот сухой и пить хочется. Игнис потерла лоб, огляделась по сторонам, увидела Глерви.

– Магистр Глерви⁈ А вы что тут… и почему я вдруг отрубилась⁈

Пришлось нам коротко вводить ее в курс дела.

Игнис застонала.

– День свадьбы, тоже мне! Глерви, ну вы и…

– Сволочь, – с усмешкой подсказала Ройга. – Самое подходящее ругательство для некромантов!

– Несвоевременны, – мрачно возразила Игнис. – Сейчас ведь раззвоните в Академии, что Элсин жив… в смысле, вылез из болота.

– Не раззвоню, – пообещала Глерви. – Не в моих интересах портить отношения с Воздушницей, которая уходит в Старший мир, и еще менее того – с идеальным магом Огня! Кроме того, – это она уже мурлыкнула, – будь моя воля, я бы вообще из этого дома до следующего полудня не выходила… – и бросила на меня еще один многозначительный взгляд.

Нет, она явно видела, что ее авансы находят отклик у меня в… скажем так, душе.

– Тут нет третьей гостевой, а спальня мэтра Лири заперта… – начала Игнис. Сбилась. Поглядела на Глерви, потом на меня. Потом внезапно начала ржать.

– Что⁈ – обиделась Глерви.

– Не, просто забавно, – хихикнув, пояснила Игнис. – Воздушница и некромант, Огневик и некромантша… Глерви, если ты сейчас во Влада втрескаешься по уши, как я в Элсина, и побежишь за ним на край света, симметрия будет полной!

Глерви закатила глаза.

– М-да, – протянула она с легкой улыбкой, но тон ее стал несколько холоднее. – Ты, мэтресса Бьер, тоже тот еще цветочек… под стать мужу. Романтики! Из сумрачного леса!

Продолжая сдавленно хихикать, Игнис ответила:

– Ага, из того самого леса, где Влад хозяин!

– Что? – не очень поняла Глерви.

– Она медведя имеет в виду, – пояснил Элсин.

– Это из анекдота, – добавил я. – Парень кричит: «Бать, я медведя поймал!» «Так веди его сюда!» «Да он не пускает!»

Глерви хмыкнула:

– Ну что, Вилад… А, нет, Влад – так тебя правильно звать, не так ли? Поймала ли я медведя?

А что, есть сомнения? Ай да я, ай да владею собой.

– Погляжу на твое поведение.

Глава 16
Раздевай и властвуй

– Дора, только не волнуйся, – сказала Игнис извиняющимся тоном. – Я оставлю вам с Фрихом серебро, наймете строителей, ремонтников… Я думаю, все починят!

– Да… – слабым тоном проговорила госпожа Амундс, оглядывая разбомбленную гостиную мэтра Лири. – Да… конечно, барышня… то есть мэтресса.

Вид у нее был очень потрясенный и расстроенный, я невзначай взял пожилую даму за руку, чтобы проконтролировать, не будет ли сердечного приступа. Нет, все хорошо.

(Между прочим, Глинку я тоже успел проверить: с ним все было нормально, если не считать обиды за длительную отсидку в клетке. Все равно пришлось запереть беднягу у себя в комнате – заниматься им подробно было некогда).

– Дора, ты зови меня как хочешь, – твердо сказала Игнис, – серьезно, мне очень жаль. Что-то не так? Тут было что-то, что вы с Фрихом не можете заменить?

– Не знаю, – пробормотала женщина. – Обои! Обои прислала из Старших миров наставница мэтра Лири…

– Мэтресса Эклоф⁈ – вот теперь Игнис уже поменялась в лице. – Это был ее подарок⁈ Ни за что бы не подумала!

– Да! – еще более несчастным тоном проговорила госпожа Амундс. – Мэтру Лири они не слишком-то понравились, но он, конечно же, велел их поклеить… Что же теперь делать⁈ Вы ведь помните мэтрессу Эклоф, госпожа!

– Дора, главное, не волнуйся, – слегка паникующим тоном сказала Игнис. – Я виновата – мой ответ.

– Ты не виновата ни в малейшей степени, – холодно возразил Элсин, глядя на Глерви. – Тут некоторые предпочли использовать такой экстремальный способ привлечь мое внимание, вместо того, чтобы просто помахать рукой на улице…

– Я же не думала, что ты сразу нападешь вместо того, чтобы говорить! – пожала плечами Глерви, ничуть не выказывая вины.

– И поэтому оделать по-боевому? Нет уж. Ройга, ты сыщица или нет? Я точно знаю, что обои из старших миров – это предмет роскоши, который хоть иногда, да в продаже появляется. Надеюсь, твоя квалификация позволит тебе разыскать точно такие же в Руниале?

– Я, конечно, профессионал, – нахмурилась Глерви, – но что если именно таких больше не присылали?

– Тогда спишись с торговцами, которые сюда по каталогу вещи возят на заказ, и разыщи. Так и быть, половина расходов – за мной. Деньги я тебе оставлю.

Глерви закатила глаза.

– Ладно… герой-любовник. Допустим. А если таких больше не делают?

– Найдешь художника и пусть вручную бумагу распишет! Ты про мэтрессу Эклоф же слышала?

Глерви поежилась.

– Слышала, слышала! Хорошо, сделаю.

После этого Элсин обратился к экономке:

– Госпожа Амундс, примите наши самые искренние извинения! Моя коллега все исправит.

– Ну, раз вы так говорите, – с некоторым сомнением проговорила госпожа Амундс. – Ладно, уж простите меня, господа, но ужин придется накрыть в кухне. Или, если хотите, можно в саду…

– Нет уж – чтобы на нас глазели из соседних домов? – фыркнула Игнис. – В кухне так в кухне. Дора, если хочешь, возьмите с мужем выходной на остаток дня, мы уж сами себя обслужим.

– Как пожелаете, госпожа.

* * *

Так и получилось, что ужинать мы сели на кухне. Причем за едой пришлось посылать Фриха Амундса в соседний дорогой трактир, потому что, хоть нейротоксин Глерви, по идее, не должен был никак повредить наготовленной еде, Элсин, оказывается, просто взял и все и выкинул – тогда же, когда чай заваривал. Как он сказал, «во избежание». За это он так же многословно извинился перед Дорой, что-то на тему, что хотя сам он не может оценить ее готовку, эстетика и запахи свидетельствуют о непревзойденных вкусовых качествах. Экономка только рукой махнула и сказала, что за годы службы у мэтра Лири она ко всякому привыкла, но штурмом этот дом все-таки берут впервые.

– Строго говоря, я не брала его штурмом, – легкомысленным тоном возразила Глерви. – Я просочилась и устроила засаду.

Она изрядно удивила всех нас, отправившись перед ужином в туалет (тут тоже имелся ватерклозет, между прочим, как и в Академии некромантии!), а затем выйдя оттуда в роскошном черном кружевном платье и черных туфлях на каблуках. Я бы сказал, что этот наряд не оставлял простора для воображения, но он, скажем так, все равно оставлял. Точнее, намекал так прозрачно и жестко, что воображение начинало работать само, без воли его обладателя. И при этом выглядело вполне прилично, вот что самое поразительное!

– Как… откуда… – Метелица поразилась больше всех. Элсин, кажется, даже не удивился, а я был слишком занят, пытаясь не позволить своей реакции проявиться слишком явно.

– Не могу же я явиться на важную встречу безоружной, – фыркнула Ройга.

– Это оружие, по-твоему? – с интересом спросила Игнис.

– У меня богатый арсенал, – сладко улыбнулась Глерви. – Если хочешь, могу научить кое-чем пользоваться. Чисто из большой любви к малышу Элу.

– Ройга, ты считаешь меня недостаточно квалифицированным наставником? – приподнял брови Элсин. – А кто постоянно сваливал на меня учеников, с которыми ты не могла справиться?

– Нет-нет, – неожиданно сказала Игнис. – Меня правда интересует, как она упаковала платье и туфли на каблуках в… не знаю, что там у нее с собой было⁈ Мне бы зверски пригодился этот трюк в походах!

Глерви только открыла рот, а Элсин уже сухо пояснил:

– Лиф у нее сразу был поддет под курткой, она просто плечи приспустила и присборила. А юбка – очень тонкая, из немнущегося кружева. Наверное, сунула вместе с отмычками или в один из карманов. Вот с туфлями сложнее, не могу понять.

– Браво, Элсин, – фыркнула Ройга. – Туфли у меня разборные, каблуки отдельно – сами по себе оружие. А основную часть я спрятала в поясной сумке, там же, где юбка и губная помада.

– Я все равно впечатлен, – наконец выдал я.

– Спасибо, – Ройга игриво улыбнулась мне. – Ради тебя-то я и старалась.

За ужином некроманты продолжали свою словесную пикировку – которой лично я от души наслаждался.

Еще когда учился в Академии, я знал, что они приятели, – ходили даже слухи, что любовники, хотя я в это и тогда не особо верил. А теперь стало кристально ясно, что за внешним фронтом «дружественных коллег» стояла действительно крепкая многолетняя дружба, и что Элсин на Ройгу немало обижен – а она признает его право на обиду и в ответ подлизывается. В уникальном, конечно, стиле. Например, она сказала:

– Должна признать, что я немного погорячилась, когда сказала, что ты не смог бы размозжить мне голову… Чем больше смотрю на тебя, тем больше понимаю, что очень сильно недооценила. Впрочем, ты раньше никогда не упаковывал в себя столько… фронтирного мясца. Ты что, десяток снежных обезьян забил ради этого тела?

Элсин хмыкнул.

– Опять ты меня недооцениваешь. Три десятка тварей, не только обезьян, кабанов в том числе. Отбирал только самые подходящие мышечные волокна. И упаковал максимально компактно.

Глерви аж присвистнула.

– Ну ты и развернулся.

– Только благодаря Игнис и Владу. Нечасто относительно рядовой некромант получает возможность поохотиться на эльфийской территории с помощью двух стихийников.

Глерви покачала головой.

– М-да. А вот что самое удивительное, как это ты при всем твоем прагматизме умудрился довести это до нормальной эстетики… Отличный ведь мужчина получился, не то что раньше.

– Опять же, только ради Игнис и Влада расстарался.

Ройга хмыкнула.

– Я чего-то о вас не знаю?

– Нет! – возмутилась Игнис, а я тут же хором с ней воскликнул:

– Еще чего!

И тут же разозлился на себя: это надо же, так автоматом среагировать! Совсем Ройга мой самоконтроль взломала.

– Я имел в виду, что Игнис заинтересована в результате, а Владу полезно знать, как усиливать мышцы не в экстремально пересушенном, а нормально человеческом варианте. Так что я оказался для него удачным учебным пособием, – хмыкнул Элсин. – Что, испугалась своих перспектив на ближайшую ночь?

– Да нет, просто прикидывала, что для четверых все комнаты в этом доме тесноваты, – невозмутимо сказала Ройга. – Хотя, конечно, всегда можно импровизировать…

Вот теперь Элсин неожиданно как-то увял, похоже, действительно смутившись. Странно, мне казалось, что шуточками ниже пояса его сложно пронять – как и любого некроманта. А вот Игнис, наоборот, развеселилась.

– Глерви, нам с тобой надо подружиться, – сказала она. – Давай на «ты» и по именам?

– Охотно! – мурлыкнула та. – На «ты» мы уже, вроде бы, перешли?

Остаток ужина прошел мирно – и быстро, потому что мы с Игнис уже успели оба смертельно проголодаться. И, подозреваю, нам обоим не терпелось развести наших партнеров по спальням – мне, по крайней мере, не терпелось точно. Так что трактирный ужин – похуже, чем тот, которым Дора порадовала нас накануне – исчез в мгновение ока.

– Все, – сказал я, оставляя в сторону тарелку. – Идите, молодожены, посуду в лохани я как-нибудь сам замочу, раз Игнис слуг отпустила.

– Ох, я не подумала, – огорчилась Игнис. – Давай мы тебе помо… ой!

В этот момент Элсин схватил ее на руки, так что договорить она не успела.

– Я тоже хочу первую брачную ночь, – невозмутимо сказал он. – И поскольку нам уже несколько раз успели помешать… В общем, не будем сопротивляться желанию Влада проявить благородство!

После чего они были таковы.

– Забавно, – усмехнулась Глерви, когда мы с ней остались вдвоем на кухне. – Идеальный маг огня добровольно берет на себя домашние хлопоты… Не думала, что когда-нибудь увижу!

– Каких только чудес не бывает на свете, – заметил я, наполняя лохань из кухонного насоса – еще один предмет хай-тека в этом особнячке, вчера еще увидел, как Дора и Фрих им пользуются. – Наши проблемы – не повод создавать неудобства другим. Особенно если мы их уже и так создали. Они пожилые, засохшую посуду отмывать будет тяжело.

Да еще в холодной воде без нормальных чистящих средств, одним песочком!

– Не многие высокопоставленные люди так пеклись бы о слугах, особенно чужих, – задумчиво проговорила Глерви.

Я пожал плечами.

– Я просто из более демократичного мира. Мне трудно так вот делить людей на сорта, как вы делаете, не задумываясь. А стариков меня учили уважать.

– А я ведь так и не спросила… Мне сначала показалось, что ты – беглец из Старшего мира… Не захотел играть в политические игры, решил с нуля пробиться на фронтире. А ты, оказывается, жертвенный маг Огня? Раз из неимперского мира пришел?

– Угу.

– То есть тот срыв десять лет назад, когда не было Расширения…

– Именно.

Глерви улыбнулась.

– Вот никогда бы не подумала, что буду радоваться тому, насколько наш Круг стихийников – некомпетентные лентяи!

– Думаешь, в этом дело?

– Либо в этом, либо в том, что ты Идеальный маг огня… Лучше у Элсина спроси, он больше читал на этот счет.

– Он тоже не знает. На некоторые книги обычному некроманту лапу никак не наложить.

А Игнис, насколько я понял, такими вещами никогда не интересовалась.

– Поверю на слово… Ты расскажешь мне о своем родном мире? Или тебе неприятно о нем вспоминать?

Я пожал плечами.

– Я оттуда десять лет назад пропал. Там с тех пор… понятия не имею, может, уже сплошной радиоактивный… в смысле, ядовитый пепел лежит.

– Там была война? – удивилась Глерви. – Ты не похож был на человека из воюющего мира, когда учился в Академии.

– Там всего помаленьку, и постоянно все меняется. А каким я был, когда учился в Академии?

Глерви улыбнулась.

– О! Чем-то сильно ушибленный, но восторженный юноша, энтузиаст научной магии. Горящие глаза, хвост трубой… фигурально выражаясь. Мы с Трау еще хихикали, что вы с Элсином нашли друг друга. Он примерно таким же был в твоем возрасте – чисто братишки… Ну, только он был застенчивый, а ты замкнутый, это разные вещи. А меня ты какой воспринимал?

«Холодная расчетливая стерва, которая учит нормально, но в основном держится в преподавательском составе, потому что спит с ректором», – подумал я.

Однако у меня хватило ума не говорить это вслух женщине, которая приложила столько (не вполне нужных, но приятных) усилий, чтобы меня соблазнить.

– Ты казалась мне опасной, – сказал я. – Себе на уме. Очень… цельной натурой при этом. Пожалуй, и сейчас кажешься.

– Вот как?

Поскольку я уже закончил набирать кадку и даже поскоблил те из тарелок, в которых был расплавленный сыр, Ройга подошла ко мне вплотную. Запрокинула голову.

– А хочешь узнать, какая я на самом деле?

– Если покажешь.

Я приобнял ее за талию и наклонился к самому лицу.

– Может быть, и покажу… – выдохнула некромантша.

Дыхание у нее было теплое.

А губы – мягкие и вкусные, совершенно нормальные девичьи губы… Нет, даже лучше, пожалуй. В том смысле, что никогда у меня не было такого искусного поцелуя. Даже в тот вечер, когда я грохнул серьезную часть сбережений на визит в лучший бордель Руниала!

– Пойдем наверх, – пробормотал я, с большим трудом отрываясь от нее. – А то, пожалуй, я примусь за дело прямо здесь.

– Ну, можно и здесь – для разминки, – деловым тоном проговорила Ройга, окидывая кухню профессионально-оценивающим взглядом. – Но это будет немного неромантично. Пойдем!

Мы взбежали по лестнице, подняв немалый шум – и, когда я дернул на себя ручку своей спальни, прямо в лицо Глерви, бежавшей передо мной (я почти обнимал ее, открывая дверь) бросился испуганно вопящий Глинка! Мол, я его запер у себя в комнате, совсем без еды, а сам ушел!

Ройга взвизгнула и разразилась матерной тирадой. Я не отставал. Мыш вылетел из комнаты – и был таков.

– М-да… – проговорила Ройга. – Действительно, братишки-близнецы… У него попугай, у тебя этот рыжуля! Ладно, он напоминает мне летающего песика, так что не буду сердиться.

– Это летучая лисица, а лисицы – все-таки псовые, – сказал я. – Ну, по крайней мере, по классификации, принятой в моем родном мире… Хотя рукокрылые – это даже отряд другой.

– Ты сейчас что-то непонятное сказал… Неважно. Его надо ловить, или как?

– Или как, – решил я. – Он сейчас к Бьеру… тьфу, к Бьерам рванет, на меня жаловаться. Пусть они с ним разбираются. Или погулять полетит, ночь уже. К утру вернется.

Ну или не вернется. Но надеюсь, все-таки да, я к нему привязался.

Я втащил Глерви внутрь и запер дверь.

– Все. Теперь нам никто не помешает.

* * *

Нам никто не помешал, и ночь оказалась… действительно длинной и познавательной, как я и думал.

– А ты можешь… дать мне почувствовать, что я с магом Огня? – проговорила Ройга, водя пальчиком на моей груди.

Она сидела на мне верхом на моей кровати, мы оба переводили дыхание после раунда поцелуев, таких пылких, что я реально решил взять тайм-аут, чтобы не закончить «первый раунд» прямо сразу. Нет, магия Жизни мне в помощь, я сразу восстановлюсь на второй, но… неловко как-то. А Ройга, похоже, решила посильнее меня распалить, пока суд да дело.

– А ты уверена? – сказал я, стараясь замаскировать дрожь в голосе легкой насмешкой. – Я же могу вызывать огонь буквально любой частью своего тела. А некроманты – очень горючие.

– Ну… когда ты выжигал яд из воздуха, ты меня не сжег. И Эла тоже, если подумать.

– Вот именно, что я выжигал только яд. Я могу решать, что я сжигаю, а что нет. Это похоже на фокус с зоной контроля, но не совсем. Ту я по-прежнему могу держать только рядом с телом. Или ты не знаешь, что такое зона контроля?

– Догадываюсь, – промурлыкала Глерви. – Нет, зажигать части тел не надо. Но… заниматься любовью в кольце огня я все-таки еще не пробовала.

Я усмехнулся.

– Это уже отдает какими-то мрачными ритуалами… О! Ты же хотела романтики. Как насчет…

Я на секунду сосредоточился – и повторил тот фокус, который так часто выручал нас в подземелье: заполнил воздух над нами алыми и золотыми искрами огня.

Глерви восхищенно втянула воздух. Наклонилась, и рыжая прядь скользнула по моей груди в расстегнутом вороте рубашки.

– Потрясающе, Влад, – промурлыкала она. – Опасно… и так заводит!

После чего показала, как именно ее это заводит.

Нет, первый раз меня все-таки хватило ненадолго. Но вот во второй! А также в третий и пятый. Хотя самым удачным вышел, по-моему, седьмой. Или нет, потому что как раз примерно тогда я окончательно потерял счет.

Ройга поразила меня в наибольшей степени даже не своими умениями – их я ожидал. И даже не тем, что физически почти не отличалась от живых женщин: после того, как я поднял несколько умертвий и проделал черт знает сколько операций на Элсине, мелких и крупных, я отлично понимал, что правильно законсервированный и наполненный Смертью труп отличит от живого только специалист. Им даже сердцебиение требуется – по крайней мере, во время того же секса, иначе нужные органы кровью не накачать! Соответственно, температура тела тоже повышается. Ройга даже предложила мне «сделать погорячее или попрохладнее», как, мол, мне больше нравится!

Да, вот этим она меня и поразила: полной открытостью, отсутствием границ, как физических, так и ментальных. За одну ночь, конечно, невозможно продемонстрировать все секреты мастерства, но было такое ощущение, что она умудрилась вдумчиво составить учебную программу и упихнуть туда по максимуму ликбеза! Даже периодически говорила что-то типа: «Давай попробуем вот так… Но учти, это нравится только примерно трети женщин, если верить опросам. Лично я себе перенастроила нервные окончания, чтобы мне доставляло удовольствие и так, и эдак, но не у всех это от природы…» А один раз я ее, кажется, поразил: когда положил руку ей на поясницу и аккуратно потеребил Смертью изнутри, усиливая ощущения.

Она охнула, запрокинула голову, застонала.

– Вла-ад! О боги мои, я и забыла, что ты и некромант тоже! Да, пожалуйста! Пожалуйста! Еще!

Потом она даже посетовала, что не может устроить мне то же самое, поскольку мое тело живо, – а то секс между двумя некромантами, это, мол, особенно круто.

– Ничего, – нежно сказал я, – ты мне и так все очень хорошо устроила.

Да, нежно, потому что в какой-то момент моя четко выраженная позиция «это честная сделка, похоть за похоть» как-то само собой… не то чтобы дала трещину, просто я вдруг понял, что искренне симпатизирую Ройге! Что она мало того, что красивая (и это именно заслуга, куда более плод усилий, чем у живой женщины), она еще и весёлая, и ироничная, и даже добрая. И уязвимая – глубоко внутри. Причем это уязвимое место – свою самооценку – она, не колеблясь, поместила мне в руки.

Так что я попытался соответствовать. Осыпал ее комплиментами, поцелуями и ласками. Говорил, как мне повезло, что она меня все-таки поймала. И… и что-то еще, но в конце концов даже усиления магией Жизни не хватило: к рассвету я просто отрубился, уткнувшись головой прямо в ее соблазнительно мускулистый живот.

А когда проснулся, уже ближе к полудню, Ройги рядом не было.