Текст книги "Хозяин леса (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11
Кристаллы и догадки

Языки пламени, зажженного мною прямо в воздухе, заставляли серо-рыже-черные тени клубиться на стенах каменного коридора. Вода прибывала – не сильнее, не слабее, но равномерно. Мы с Бьером упорно пытались разобрать завал: он пахал за горнопроходческую машину, передавая камни мне, я оттаскивал их в дальний конец тоннеля. Игнис мы, не сговариваясь, от этой работы отстранили, и она не настаивала. Будь я «нормальным человеком», я бы превосходил ее силой и выносливостью раза в полтора – и тогда она могла бы мне помогать, чтобы я меньше выдыхался и дело шло бы быстрее. Но из-за магии Жизни мои сила и выносливость, хоть и уступали некромантским, намного превосходили возможности девушки, магией Жизни или Смерти не владеющей. Так что ее усилия на короткой временной дистанции не дали бы никакого выигрыша: я просто не успею выдохнуться до того, как нас затопит. Метелица уже знала мои возможности, так что отлично это понимала.

Воздушница старалась, с одной стороны, не путаться у нас под ногами, успокаивала нашего крылана, с другой – запускала тоненькие воздушные струйки во все стороны, пытаясь нащупать где-то щель, через которую будет выходить воздух.

– Щели есть, – сказала она с отчаянием в голосе. – Щелей даже много, но! Они все мелкие!

– Отставить панику, – бросил я, откатывая очередной камень. – В крайнем случае пыхну огнем и попытаюсь нас перенести.

– В воде⁈ У тебя получится⁈

Честно говоря, я не был в этом уверен. Да и вообще понятия не имел, может ли «телепортационный огонь» разгореться без дополнительного топлива. До сих пор я так не пробовал.

– Надо будет – получится! – рявкнул я.

У глубокого края тоннеля воды уже было Бьеру по шею, у высокого – только мне по колено. С его новым телом мы с ним плюс-минус одного роста (раньше он был чуть ниже), а вот у Игнис с нами разница почти на голову. Если пробовать огонь – то сейчас, потом может быть поздно!

Однако хрен знает, что я там еще спалю огнем такого размера? Последний раз мы оказались в этой жопе именно потому, что я не рассчитал мощность.

– Элсин, как там у тебя? – спросил я.

– Никак, – ответил он спокойно, – завал слишком большой. Под водой работать сложнее, и еще я не знаю, какой он толщины. Если вода остановится, не дойдя до верха, чтобы у вас оставался воздух, думаю, за несколько часов или дней разберу. Но если пещеру затопит полностью, мы умрем.

– Ты себя зачем включил в этот список? – едко спросила Игнис.

– Чтобы у тебя был стимул стараться лучше, – в тон ей ответил Бьер. – Ты ведь дорожишь моей нежизнью и не сомневаешься, что за мной не заржавеет ее прервать?

– Вот ты сволочь! – сказала девушка с восхищением.

– Сволочь – это исторически либо дохлая скотина, которую сваливают в кучу, либо тот, кто тащит, так что да, есть такое.

Метелица засмеялась.

«Хорошо, когда влюбленные в гармонии!» – подумал я.

– Игнис, будь внимательнее, – продолжая говорить, Элсин размеренно отколупывал камень. – Ты сказала, там много щелей. Ищи «дорожку». Уверен, ты это сможешь. Чтобы щель на щели на щели, и подальше вглубь. В этом месте слой камня неизбежно дает слабину. Здесь очень много подземных пустот, наверняка неподалеку еще одна пещера. Я попробую ударить как следует, может быть, сделаю проход.

«Или устрою новый завал», – подумал я. А заодно вспомнил свою давнюю ироничную мысль, что вместо магов Земли тут некроманты с толпой зомбей.

– Так, тогда давайте ко мне оба, – решил я. – Попробуем телепорт. Терять уже больше нечего. Правда, не знаю, удастся ли нам переместиться и куда…

– Влад, если не возражаешь, я бы все-таки подождала, может, вода прекратит прибывать! – очень душевным тоном сказала Игнис. – Не подумай, что я не ценю все, что ты… Ой! – она поскользнулась на чем-то, упала и ушла под воду с головой.

Элсин тут же нырнул следом за ней, выдернул на поверхность.

– С-пасибо! Тут что-то круглое под ногу попало…

– Да, оно блестит. Влад, пожалуйста, посвети вот сюда…

Я махнул рукой, послушно направляя один из своих огоньков так, чтобы он завис над нужной некроманту точкой водной поверхности.

Элсин нырнул еще раз и показался вновь, держа в руке крупный, обкатанный и отполированный водой до идеальной сферичности кристалл.

– Так, а не может ли это быть… – вслух задалась вопросом Метелица.

Она шевельнула рукой, создавая ветер, который обдул эту сферу. Тут же в толще кварца заискрились, переливаясь, волны.

– Кристалл воды! – охнула Игнис. – Он же еще более редкий, чем кристалл огня!

Да, я уже знал эту фишку. Среди стихийных магов огневики встречались реже всего, за ними по степени эксклюзивности шли водники, а воздушники замыкали список. Но с кристаллами дело обстояло строго наоборот. Кристаллы огня встречались относительно часто, по крайней мере, окрашенные. Мы-то шли за чистой друзой, и вот это уже была редкость. Кристаллы воды, да еще такие крупные и прозрачные, тоже были редкостью. Кристаллы воздуха – еще большей редкостью, вплоть до того, что в этом мире было найдено всего пять за всю его историю, и только один старшие миры оставили местным магам! Игнис рассказала нам, что мэтр Лири как-то выбил для нее разрешение воспользоваться этим кристаллом – просто чтобы она представляла эффект. Со слов Игнис, ничего особенного она не ощутила, но усилитель мощный.

Замечу в скобках, что, поскольку кристаллы Жизни и Смерти еще более редки, чем воздушные, это красиво завершает обратную симметрию с самими магами… Я бы даже предположил, что, по аналогии, кристалл Жизни должен быть каким-то примитивным (или не очень примитивным) живым существом, а кристалл Смерти – окаменевшим останком, однако для их формирования нужны какие-то сверхредкие условия. Ладно, может, со временем появится возможность проверить мою гипотезу, явно не сейчас.

Так что, аллилуйя, в лице этого водного кристалла мы все-таки нашли то, за чем спускались в эти подземелья!

Если бы нам еще с этого был хоть какой-то толк.

Игнис, видно, подумала об этом и начала ржать.

– Ну! Ну мы даем! У нас тут все виды магов! Маги почти всех стихий! И ни одного Водника! И кристалл Воды! Который нам абсолютно бесполезен! Охренеть!

– Водника надо вербовать в старших мирах, все, кто есть в этом, либо связаны обязательствами, либо крайне неприятные особы, – заметил Бьер.

Игнис снова захихикала.

– Слышал, Влад? С тебя вербовка водника в старшем мире! Если мы туда попадем!

– Попадем, – жестко сказал я. – Игнис, либо ищи эту дорожку, о которой говорил Элсин, либо я пробую телепортацию, и пофиг на последствия! Хуже, чем есть, не будет!

«Будет, – мелькнула мысль, – если я еще что-нибудь обвалю, а телепортироваться не выйдет!». Но произносить это вслух я не стал. Тем более в этом случае нас всех, не исключая Бьера, просто мгновенно раздавит, и мы не успеем начать всерьез переживать по этому поводу.

– Да, да, конечно, – Игнис тряхнула головой, отгоняя нервный смех.

Вокруг нее вскружился целый вихрь, разгоняя рябь по все еще прибывающей воде.

– Так… – бормотала она. – Так, так… Не здесь… и не здесь… Дрянь такая! Кажется, вижу! Но она в потолке!

Мы синхронно задрали головы и поглядели на потолок. Он нависал довольно низко, но все-таки недостаточно. Да, когда вода поднимется, мы легко до него достанем. Но тогда у нас не будет точки опоры.

– Покажи, где, – сказал Бьер, доставая из-за пазухи кожаные перчатки с металлическими пластинами. Хотел бы сказать, что это еще одна моя удачная идея, но нет – стандартный элемент снаряжения некроманта-боевика. Потому что ударить умертвие с усилением мышц может мощно, но мягкие ткани при этом страдают. А чинить руки после каждого боя – задолбаешься.

Игнис послушно указала рукой, и я, подумав, окружил указанную точку кольцом искр.

– Тут?

– Чуть левее, пожалуй… Да.

– Спасибо за подсветку, – сказал Элсин. – Теперь давай я залезу тебе на плечи. И встань поустойчивее, мне придется размахнуться, чтобы бить.

– Ты ж меня раздавишь! – с сомнением сказал я, подставляя руки замком.

– Взрослый мужчина способен кратковременно поднять и нести два своих веса, я вешу всего в полтора раза больше, чем ты. Не раздавлю.

– Люблю, когда ты такой душный, – проворчал я.

Дальше у меня не стало воздуха говорить, потому что Элсин воспользовался моими руками как ступенькой и в самом деле поднялся ко мне на плечи, словно акробат. Идеальная некромантская эквилибристика, блин! Ощущения были… незабываемые. Нет, так-то он прав: мы его взвешивали, когда считали объем консерванта, и меня взвешивали тоже (для расчета нормы потребления калорий), так что он говорил по четким цифрам. Но блин, мне тут же показалось, что он весит аж в три, а то и в четыре раза больше.

Я крякнул, промычал что-то неразборчивое, удерживая его за щиколотки, хотя очень хотелось сбросить нафиг. Нет, все, в следующий раз телепортацией и только телепортацией!

– Игнис, страхуй воздухом, – сказал Элсин. – Чтобы крошка, песок и мелкие камни на Влада не летели. Сможешь такой порыв создать?

– Песок – да, насчет мелких камней… не знаю, попробую. Тут места маловато.

Угу, то есть сейчас на меня еще и камни посыпятся. Офигеть.

Я ощутил неплохой такой толчок, услышал скрежет, потом на самом деле в воду вокруг меня полетели мелкие камешки и сор. Крылан тут же с воплем сорвался с головы Игнис и бросился в проделанную Бьером дыру.

– Что там? – взволнованно спросила Игнис.

– Там мышонок карабается наверх, – приглушенно из-за препятствия проговорил Бьер. – Ползет. Сейчас попробую за ним. Буду камни откалывать. Влад, можешь привстать на цыпочки?

Я с кхеканьем приподнялся.

– Мало. Можешь подпрыгнуть?

– Ты издеваешься⁈

– Сейчас я камень подкачу! – вызвалась Игнис.

Катить подходящий не очень крупный, но достаточно плоский камень, стоя почти по пояс в воде – та еще задачка, но она справилась. Потом она еще и помогла мне на него забраться. Бьер что-то там еще поколупался сверху, потом исчез в дыре. Я ощутил такое облегчение, что хоть и не выбирайся – счастье уже наступило!

– Подсади Игнис! – крикнул сверху Бьер. – Я пробился! Тут еще одна пещера!

Вообще не проблема. По сравнению с некромантом, воздушница показалась мне пушинкой.

Когда Бьер втянул ее наверх, я испытал короткий приступ прежних черных подозрений: вот сейчас они, радостно хохоча, вместе сбегут, чтобы не делиться кристаллом, и оставят меня внизу. Впрочем, отмел я их быстро: во-первых, эльфийская магия уже не давила мне на мозги, а во-вторых, я достаточно хорошо успел узнать этих двоих. Ладно, что они оба достаточно этичны – но они еще и умны. Бросать мага Огня, который может телепортироваться, а потом устроить им веселую жизнь – это прямо архиглупо. Тем более, что только я могу выжигать эту подземную «эльфийскую» магию, а также обеспечивать им двоим освещение!

Но на самом деле такой длинной цепочки у меня в голове не раскручивалось – в тот момент. Я ее после продумал. А в ту секунду я просто знал, что они не оставят меня тонуть в темноте, как знаешь, что огонь горячий, а вода мокрая.

И действительно – рука Бьера в кожаной перчатке появилась из провала.

– Хватайся, я дерну, будь готов упереться ногами, а то ударишься, – велел некромант.

Я так и поступил. И он действительно «дернул». Чуть руку не оторвал, блин!

И колено я все-таки ударил, причем больно так – потом пришлось Жизнью лечить.

– Ты хоть помнишь, что я живой⁈ – прошипел я, поднимаясь следом за учителем по узкому пролому.

– Ни на секунду не забываю. И еще я помню, что ты маг Жизни. Не забыл подлечиваться?

– С вами забудешь!

Наконец моя голова и плечи показались над краем дыры в полу этой новой пещеры, уровнем выше. Я тут же скастовал еще огонечков, и, не дожидаясь, пока они разлетятся и можно будет осмотреть, где мы очутились, начал сушиться и греться. Ка-айф. Кто не тонул мало не до смерти в ледяной подземной реке, тот не поймет.

Помещение, где мы оказались, было сухим – уже хорошо. И относительно небольшим, хотя и больше того закутка, где мы чуть не утонули. Отсюда также виднелось несколько проходов, черных провалов в стенах – еще лучше. А вот что было плохо – что оно находилось непонятно где. В смысле, непонятно где относительно нашего снаряжения и запаса пищи. Немертвые слуги-то понятно, с концами – их либо сожгло, либо завалило, либо затопило. Либо, как вариант, они так и стоят там в коридоре, где я им сказал «стойте на месте». И будут стоять, пока не сгниют и не рассыпятся.

– Все-таки нам надо телепортироваться, – со вздохом сказал я. – Понимаю, что вы не хотите рисковать, но…

Тут змея у меня на шее подняла голову и зашипела.

Бьер тоже поднял руку, принюхиваясь и прислушиваясь.

– Эльфы, – тихо произнес он.

– Серьезно? – Метелица тут же подобралась, насторожилась.

– Да, – проговорил некромант. – Нюх у меня, конечно, похуже, чем у собаки…

– Ты и нос улучшал⁈ – не поверил я.

Бьер с иронией поглядел на меня.

– Я пять лет стажировался у Глерви. Думаешь, у меня был шанс этого не сделать?

– Ты работал сыщиком⁈

– А где меня убили второй раз, как ты думаешь? На фронтире-то некромантов берегут, но мне там скучно показалось, приключений захотелось… Потом расскажу, неважно. Так вот, эльфы где-то недалеко. Я не их самих чую, а их походные рационы. Очень… специфический запах.

– Так может, у них тут склад рационов?

– Может, и склад.

– Идем, посмотрим, – насторожившись, проговорила Метелица.

Я был вынужден с нею согласиться. Если бы я четко овладел искусством телепортации, сказал бы ребятам: шлем все нахрен и переносимся. Но в том-то и дело, что не овладел! Оказаться посреди заснеженного леса или в глубоком горном ущелье, заметенном снегом, приятного мало. То есть лучше, чем утонуть – но и только. Выбираться оттуда придется долго и муторно, даже с учетом того, что холод нам не страшен. А эльфы – это, возможно, выход на поверхность! Если он, конечно, не особенно жестко охраняется и не ведет в центр эльфийской крепости.

Хотя… если даже и ведет. Будет, что сжечь, чтобы телепортация удалась получше!

Я мысленно хмыкнул своей самоуверенности и велел себе не зарываться. Во-первых, я еще неопытный маг Огня, даже если постоянно ощущаю за плечами океан пылающей плазмы, готовый откликнуться по первому зову. Во-вторых, шальная стрела в задницу может меня достать точно так же, как любого обычного человека. В данном случае лучше положиться на боевой опыт Игнис и Элсина – они-то в походы против эльфов не один год ходили.

– Я на разведку, – сказал тем временем некромант – и был таков. В пещерах трудно двигаться бесшумно (то что-то хлюпает под ногами, то камушки перекатываются, да и звук каждого шага гулко отражается от потолка), но он как-то умудрялся.

– Обалдеть, – прошептала Игнис, видимо, тоже впечатленная. – Вот как у него так выходит?

– А как у тебя выходит тихо ходить по лесу? – усмехнулся я. – Мне тоже завидно.

– О! Я долго училась. Только недавно начало получаться.

– Ну вот и он, наверное, долго учился… Он же нас старше почти вдвое, было время. Как мы, кстати, будем действовать в случае чего?

– Да обыкновенно. Как только Элсин вернется, если там замкнутый объем, ты пускаешь струю огня, я ее раздуваю, выжгем там все нафиг. А чего придумывать?

Действительно, чего.

– Влад, я… – начала Игнис. – Я хотела извиниться…

– Я же сказал, не надо, – перебил ее я. – Потом, когда время будет, нужно обсудить влияние этой хрени на мозги. Но если вкратце – я все время жег огонь для освещения, поэтому на меня она влияла гораздо слабее, чем на вас. И то всякие глупости начали в голову лезть. А у меня, скажем так, значительно меньше дурных воспоминаний, чем у тебя!

Игнис бросила на меня недоверчивый взгляд.

– Это у тебя-то?

Я передернул плечами.

– Ну да, здесь мне пришлось нелегко… в смысле, в этом мире. Но до этого я двадцать три года жил, как сыр в масле катался. Самая большая беда – девочка от меня ушла в старших классах школы. Да, помню, год копил на новый айфон – этот цацка такая дорогая – и грохнул его нечаянно на второй день после покупки. Несерьезно. И даже здесь. Никто меня не запирал, не насиловал, не морил голодом и даже не избивал. Ну так, убить пытались несколько раз, но либо по-деловому, либо вообще по доброте душевной… это я про Элсина. Самая неприятная ситуация получилась с Юльнис, невестой моей, но и в ней я во многом сам виноват, – действительно: не надо было вестись на провокации и поддаваться иллюзиям! Хотя вины Юльнис это, конечно, не отменяет. – Я когда кое-что из вашего с наставником прошлого услышал – несколько… скажем так, получил ощущение перспективы.

Игнис вздохнула.

– Я же говорю, ты очень великодушен.

– Это называется «прагматичность».

Элсин вернулся очень быстро, минут через пять.

– Там что-то вроде каменоломни, – сказал он. – Большой грот. Похоже, они там кристаллы добывают. Рядом выход на поверхность – тянет свежестью и холодом. Света не видно, но это ничего не значит: может быть, тоннель с поворотом или на поверхности ночь.

– У тебя же идеальное чувство времени, – уточнил я, – ты не знаешь, там ночь или нет?

– Оно… несколько сбилось от этого всего, – поморщился Бьер.

Укатали Сивку крутые горки, ага.

– Сколько там эльфов? – деловито спросила Игнис.

– В самой большой пещере четверо выколупывают из стен кристаллы, двое при мне притащили бочку воды. Всего шестеро. Возможно, если там выход на поверхность, то сколько-то еще в дозоре. Но не больше десятка.

– Маги? – деловито спросила Игнис.

– Светящихся меток ни на ком нет. Но это ни о чем не говорит. Я не умею отличать их магов на глаз. Меня не заметили, по мне никто не стрелял.

– Отлично, – мрачно усмехнулась Игнис. – Ну что, Влад, пойдем жечь? Элсин, а ты теперь держись позади, а то попадешь под раздачу.

– Одну секунду, – попросил я. – Элсин, у меня давно был к тебе вопрос. По поводу эльфов.

– Да?

– Скажи мне, а кто-нибудь пробовал взять пленного эльфа, убить его, внедрить знание языка тем же методом некромантских закладок и допросить? О том, как они живут, о том, почему такие непримиримые враги людей, почему не согласны мирно сосуществовать с империей несмотря на то, что явно уступают нам по силам? Какие у них вообще законы, обычаи, обряды, слабые места?..

Мой учитель прицокнул языком.

– Это, представь себе, тема одного из моих спецсеминаров для четвертого-пятого курса! Я обычно раскрываю ее за три лекции и столько же практических работ. Но если вкратце, язык – это мышление. Новый язык может выучить только мыслящее существо, к которым умертвия не относятся. Можно научить умертвие реагировать на команды, высказанные на языке, которого оно при жизни не знало. Но выдавить из него рассказ о его жизни на этом новом языке – как говорится, дохлый номер.

Хм. Язык – это мышление, значит? А вот в моем мире стохастические, ничуть не мыслящие нейросетки нормально так справлялись с переводом. Увы, я не слишком хорошо представляю принципы их программирования, а так можно было бы попробовать поиграться… Ну или хотя бы подкинуть идею кому-то, кто лучше разбирается.

Я сделал себе пометку поговорить об этом с Бьером потом, а пока сказал:

– Хорошо, а взять эльфа в плен, обучить его языку хотя бы в минимальном объеме, потом убить и допросить?

– А они в плену не живут, – сказала Игнис. – Не едят, не пьют, убивают себя при первой возможности. И вообще ведут себя неадекватно. Как и на воле.

Да, я что-то такое раньше и слышал. Но тогда мне было недосуг об этом задумываться. Возможно, мышление компьютерной игрушки сработало – эльфы были этакими «противниками по умолчанию», вели себя как абсолютно недоговороспособные неписи, и мне было не до раздумий, почему так. Да и вообще ничего странного я в этом изначально не увидел, пока еще не вжился в местный быт. А когда вжился, тоже не сразу заметил то, чего здесь нет.

А тут много чего нет. Полукровок, например, – пусть хоть в результате изнасилований! Эльфийских деревень на границах, которые перенимают полезные черты человеческого уклада: оседлость там, сельскохозяйственные культуры и тому подобное. Отдельных эльфийских вождей, готовых сотрудничать с Империей (хотя бы чисто для того, чтобы перебить враждебное племя). Шпионов с добровольно обкорнанными ушами, разведывающих имперские секреты. Несчастных юных эльфят, которые прячутся в человеческих землях от злобных родичей. При том, что эльфы так-то вполне себе разумны и способны на сложное взаимодействие между собой!

Да и тот же язык – люди не знают эльфийского, эльфы не знают имперского! А сколько уже между собой воюют! Ну хотя бы условные «военные переводчики» тут же должны были появиться? Да вот те же полностью немертвые некроманты с их идеальной памятью и идеальным же владением мимическими мышцами, которое позволяет избавиться от акцента.

Прямо поразительно, что никого это здесь не удивляет!

С другой стороны, местные привыкли – и при общей безжалостности эльфов неудивительно, что на них смотрят как на бешеных собак. Ни у кого здесь нет ресурса на великодушие.

– Значит, мы не пытаемся взять языка, – пожал я плечами. – Раз так. Гасим всех. В смысле, поджигаем.

Игнис кивнула, не оспаривая мой вывод.

И мы пошли жечь и пепелить.

* * *

Мы с Игнис – отличная боевая пара. Это и раньше было ясно, даже после тренировок, но теперь, когда мы испытали это на деле, невероятный разрушительный эффект Огня, который раздувается Воздухом, да еще в замкнутом пещерном объеме даже меня поразил.

Выход в большой грот-каменоломня – кривая щель, достаточно широкая, чтобы можно было протиснуться боком, через которую Бьер подглядывал – находился чуть выше уровня пола, и в нормальных условиях мне было бы чуть затруднительно опустить пламя так, чтобы оно прошло не только по потолку, но и по полу. Однако с Игнис это не составило ни малейшей проблемы! Алые потоки огня с утробным ревом заполнили все вокруг – жарче, еще жарче!

А когда они опали, первым в пещеру прошел Бьер: на случай, если мы все-таки зачистили не всех.

Но в обширной подземной полости оказалось пусто. Шесть обугленных трупов да такая же обугленная снаружи бочка с водой – ее использовали для того, чтобы промыть кристаллы.

– Ну что, ищем выход наружу и снимаем стражу? – спросила Игнис.

Так мы и поступили.

Выход нашелся быстро: Бьер не зря слышал запах свежести и снега. Мы оказались даже не в полноценной глубокой пещере, а в своего рода гроте с широким ходом наружу – на склон горы, слегка прикрытый от ветра. Похоже, эльфы изрядно расчистили здесь снег. Мы даже увидели следы от волокуш, уходящие в ближайший лес.

Так странно было оказаться снаружи после нескольких дней под землей! Лично я даже не сразу понял, что мы вышли на поверхность: снаружи была не ночь, а сумрачный ранний зимний вечер, небо нависло этаким потолком пещеры, и деревья ниже на склоне выделялись на ярком белом снегу словно каменные сталагнаты, мимо которых мы так часто проходили. Если бы не снег, легко было бы перепутать.

Охранного поста эльфов снаружи не оказалось: видимо, они не ожидали никого здесь встретить. Судя по эманациям «эльфийской» магии – на поверхности вполне терпимой – мы по-прежнему находились в их землях. М-да, и как же нам теперь найти наш оставленный лагерь со слугами, птицами и лошадьми?

– Наступит утро – сориентируемся по солнцу и пойдем на юг, – сказал Бьер, словно бы научился читать мысли и телепатически ответил на мой вопрос. – А вообще, жаль, что я своего ворона под землю не взял. Как-то не подумал. Сейчас бы отправил его на поиски. Можно попробовать позвать свистом – но если мы так далеко, как я думаю, он ничего не услышит.

– И мне крыло сделать не из чего, – грустно вторила ему Метелица. – А то бы я взлетела и поискала бы!

«И еды у нас нет», – подумал я.

Но вовремя вспомнил, что эта беда не беда: где-то здесь сложены эльфийские походные рационы… Если мы с Игнис их не сожгли, конечно. М-да.

– Давайте вернемся в пещеру и проверим кристаллы, – предложил я. – Которые эльфы выколупывали. Вдруг там что-то годное?

«Что-то годное» там и правду оказалось: среди выломанных из стен кристаллов, которые эльфы сложили в бочку для промывки, Игнис обнаружила два кристалла огня – правда, увы, окрашенных и мелких. Я тут же попробовал ими воспользоваться и особого эффекта для себя лично не заметил. Но ничего себе добыча, все-таки в копилочку.

И перед нами встала в полный рост задача, как выбираться к «цивилизации» по заснеженным горам.