Текст книги "Воплощение (СИ)"

Автор книги: Сергей Плотников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)

Часть 3, глава 23.

23.

– Ну здравствуй, Дружок, – поприветствовал я магического волка. Здоровенная скотина с удивительно мягкой шелковистой шерстью посмотрела на меня-Нанао одним глазом и окончательно зажмурилась, подставляя под руки Ми то горло, то подбородок, то нижнюю челюсть. В этот раз, дабы не играть в игру “успей поменяться прежде, чем сторож откусит тебе голову”, мне на минуту пришлось взять контроль над телом Куроцуки, потому эту сцену наблюдал со стороны… первые десять секунд. Потом Нанао не удержалась и ‍п​риняла​ участие.​​ Двойного почёсывания белошкурое чудовище не выде‍ржало: лапы зверя неожиданно подломились и он грохнулся на спину, подставляя брюхо. Н-да. Ну что ж, первую фазу проникновения на стратегический объект можно считать успешной.

Попасть в мастерскую Войде получилось даже слишком просто: ни срывов, ни проблем – всё как по нотам. Мирен благодаря эмпатии отследила возвращение Марилы в общежитие и убедилась, что полька уснула. После чего девушки дождались часа ночи по местному времени и знакомой дорогой через лес добрались до скрытого барьером деревянного забора. Дальше, как и в прошлый раз, мне пришлось приложить руку к воротам, а суккубе – обработать шармом живую охранную систему. И всё, территория под контролем. Прям не визит в секретную лабораторию по разработке оружия массового поражения нового поколения, а лёгкая прогулка перед сном. Но, конечно, мы не расслаблялись. Даже если бы я и Ми захотели совершить подобную глупость – Куро-тян не дала бы.

Тайная операция против укреплённого и защищённого автономной системой безопасности объекта с обыском и промышленным шпионажем – пожалуй, сложно подобрать миссию, более подходящую для подготовленного шиноби. Ми осталась гладить Дружка и работать радаром раннего оповещения о приближении разумных, а Куроцуки начала планомерный осмотр и обыск. Её тренированная память вполне позволяла детально запомнить положение всех вещей и предметов и после вернуть их на те же места в том же положении, а профессиональная паранойя не давала забыть о возможных ловушках для любителей чужих секретов.

Ловушек ‍н​е было​. Ни обыч​​ных, ни магических. Время от времени Нана просила‍ меня в подозрительных, по её мнению, местах потрогать рукой землю, пол или стену – и ни разу я не наткнулся на активную магию. Надо сказать, сама территория мастерской тоже не впечатляла размерами: чтобы обойти забор по периметру изнутри, Куроцуки потребовалось минут десять от силы. Чтоб вы понимали – десять минут внимательного осмотра и проверки каждой подозрительной дощечки или холмика. Ничего. Барьер и волк – на этом активные и пассивные системы безопасности заканчивались. Правда, оставались ещё строения. Точнее – два навеса и одноэтажный деревянный то ли дом, то ли аккуратный сарай.

Три постройки образовывали своеобразный треугольник вокруг центральной площадки, вытоптанной до каменной плотности, причём дом-сарай закрывал своей задней частью обзор от ворот. Впрочем, густая темнота так и так не давала толком разглядеть, что там внутри, пока мы копались у ограды: несмотря на барьер, Нана по всем правилам современной военной светомаскировки пользовалась специальным тактическим фонарём. Да ещё и выкрученным на самую малую мощность. Сама Марила, когда ей было темно, похоже, пользовалась исключительно чем-то вроде шахтёрских керосиновых ламп. Такие фонари со стеклянными колбами в металлической оковке были развешаны по всем столбам навесов и с двух сторон у входа в полноценное строение. Вот не лень же ей каждый раз зажигать и тушить эту древность? Хотя, если действительно есть ежедневный риск повредить волной Силы всё, что сложнее молотка…

Под первым навесом (кстати, зачем в хол‍д​е крыш​а?) прята​​лась кузня. Нормальная такая кузня – с наковальне‍й, с аккуратно разложенным набором разнокалиберных молотов, молотков и молоточков, с необычно, даже я бы сказал анахронично, выглядящим горном. Вроде, должны быть ещё меха? При дальнейшем осмотре выяснилось, почему нет мехов и почему кузнечная печь так выделяется: инструмент плавки металла работал на газу. Гм. Оп, а это что? Штангенциркуль, и… эээ, судя по названию на ручке – микрометр. Механический, но явно почти новый и заводской. Интересно как.

Газовые баллоны обнаружились под соседним навесом: трубопровод из нескольких труб уходил в землю – видимо, подключение к горну было снизу. Рядом с баллонами начинались полки, охватывающие навес по периметру кроме одной стороны, и там лежал другой инструмент, иногда совершенно непонятный. А ещё – расходные материалы.

– Нана, это не… – я непроизвольно сглотнул.

– Золото, – юки-онна, как ни старалась, тоже не смогла остаться равнодушной к штабелю из шести золотых слитков. – А вон те слитки – серебро.

– Охренеть! – откровенно деревенский пейзаж – и драгоценные металлы чуть ли не на улице на многие сотни тысяч условных валютных единиц. А может, и миллионы… Я, конечно, ожидал увидеть в мастерской нечто, как минимум, необычное, но не в такой форме. В свете фонаря на специальном столе по центру навеса нашлись и “траченные” слитки рядом с ацетиленовой, похоже, горелкой. Судя по подпалинам и каплям металла на столешнице, Войде по мере необходимости отрезала нужное количество материала, которое дальше отправлялось в печь.

– У ма… у Роксаны на рац‍и​и была​ золотая ​​пластинка с меткой Перевозчиков, – напомнила Ми. ‍– И старейшина Юми что-то говорила про золотые рамы к зеркалам.

– А серебро во многих легендах является компонентом оружия против нечисти и “святым” металлом. Видимо, отражающий слой в зеркалах для экзорцистов не зря из него делали. Похоже, мы нашли, что искали.

– Не вижу оборудования для выплавки стекла и следов плавки. И компонентов не вижу, – покачала головой Куро-тян, продолжая внимательно осматривать полки и пол навеса. – И тут не только драгоценные металлы, вот эти полосы и трубы из железа.

– Возможно, они тут делают не только зеркала? – предложил свою версию я. – А со стеклом и отливками работают в доме?

Кстати, это достаточно логично даже. Если я правильно понимаю, в отличие от ковки, отливка требует некоторой механизации процесса, либо будет куча огрехов из-за неравномерной подачи расплава в формы.

С дверью Нанао пришлось покопаться. Замка не было, но именно на дверь легче всего установить сигнализацию любого типа или просто ловушку. Но нет – опять чисто. Входим и… Эээ, что это?

– Это вообще что такое? – слово в слово повторила суккуба мои мысли.

– Склад готовой продукции? – неуверенно предположил я.

В свете быстро перемещающегося луча фонаря мелькали странные конструкции, основным компонентом которых были те самые трубы, которые мы видели на складе. Больше всего увиденное походило на какие-то… подпорки, что ли? И явно для чего-то большого. Ну или на гимнастические турники, над которыми поработал художник-авангардист: прямые линии сменяли закругленные формы, там и тут блест‍е​ло вко​ванное в ​​железо золото и серебро.

Нанао упёрла луч в ближай‍шее… эээ, ну пусть будет, “изделие” и, поколебавшись, прибавила яркость до максимума. Внутри не разделённого на отдельные комнаты всё-таки сарая сразу стало довольно светло, за конструкциями, прикрепленные прямо поверх дощатых стен, обнаружились листы бумаги большого формата. На таких рисуют плакаты или распечатывают чер…

– Это чертежи, – уверенно опознала Мирен, а Куроцуки просто кивнула. Тонкие линии, характерные сноски для указания размеров, подписи – и куча пометок, внесённых прямо поверх рукой.

– Восемь, – юки-онна быстро посчитала находящиеся на складе, или чем там являлся сарай, штуки. – А листов за ними шестнадцать.

– Вот эта недоделана, – Ми указала на соседнюю, несимметричную конструкцию. – Вон там к болтовому соединению добавлена труба с инкрустацией, а с этой стороны – нет. А остальные – симметричные…

– Мне кажется, или это действительно вариации на тему одной и той же штуковины, – перебил я суккубу.

При взгляде на эти… пространственные фермы у меня в голове упорно крутилась мысль, что я вижу что-то знакомое. Что-то достаточно обыденное, что я видел много раз, просто не в таком странном исполнении.

– Теперь, когда ты сказал…

– Тогда вот эти элементы должны двигаться, – показала на “рога” подпорок японка и скинула картинку. Ничего себе, какое у Наны хорошее пространственное мышление – я бы вот так в голове не смог проделать подобные построения за несколько секунд и сразу над всеми восемью штуковинами.

– Я знаю, что это!

– И я.

Да, теперь конструкции больше не казались загад‍о​чными.​ Что може​​т быть загадочного в кронштейне для крепления кам‍еры видеонаблюдения или там лампы освещения с двумя степенями свободы? Ну, кроме инкрустации и размеров: размах окованных переплетающимися полосами драгоценных металлов “плечей” некоторых подпорок достигал двух метров. В Москве куда ни плюнь – в подобную штуку попадешь, разве что большая часть поменьше размерами. Они удерживают прожектора для подсветки фасадов, и дорожные камеры, автоматически выписывающие штрафы. Да даже крепление зеркальца на головном обруче у врача-отоларинголога устроено абсолютно так же!

– Что бы это ни было, это не оружие, – высказала очевидное Куроцуки, – но, возможно, компонент.

– Ага, турель, – я вспомнил виденный на ютубе ролик про самодельные “гантраки” сирийцев, когда в кузов пикапа ставилась зенитная пушка или пулемёт.

– Артефактная турель из золота и серебра?!

Я потеснил ледяную деву и осторожно протянул руку к ближайшей трубе. Врубил откачку магии и медленно поднёс пальцы к артефакту. И… ничего. Ни капли магии, никакой реакции.

– Работает только в сборе? – Ми продолжала механически почёсывать млеющего волка, не забывая прислушиваться к эмпатии.

– Или тупо не заряжено, – я уже смелее постучал по конструкции пальцем, потом попробовал поменять угол наклона кронштейна. И то и другое “турель” проигнорировала, и я передал управление хозяйке тела. – Артефакты ведь надо заряжать? Хотя, если вспомнить про здешний барьер – скорее да.

– Марила однажды сказала, что артефакты направляют магию – припомнила суккуба.

– СКВИИИИ! – пронзительный, ввинчивающийся в уши с‍к​рип за​ставил Ми​​рен и меня дёрнуться, а Дружка – громко фыркнуть.‍ Правда, это была единственная реакция сторожа.

– Нанао!!!

– Работает, – невозмутимо констатировала юки-онна, разглядывая повернувшийся на несколько градусов кронштейн, дуга которого побелела от инея. Вслушалась в доносившиеся до неё волны наших эмоций и пояснила: – Ловушек нет, барьер гасит звуки. Это было безопасно.

– Предупреждать… надо… – пусть физически я находился более чем в десяти тысячах километров от места событий, сердце всё равно заходилось, как бешеное.

– Предупреждаю, – послушно последовала инструкции Куроцуки, обдавая холодом противоположную часть конструкции. Опять визг – и дуги заняли предыдущее положение.

Похоже, что штука и впрямь турель. Интересно, для чего? Трубы слишком тонкие, чтобы взгромоздить на неё что-то по-настоящему тяжёлое…

* * *

В общей сложности, мы провозились в лаборатории Войде ещё час. Куро-тян профессионально перерыла весь сарай, потом вернулась к навесам и провела обыск там. Из условно-полезного нашлась толстая тетрадка, очевидно заполненная почерком Марилы – что-то вроде заметок кузнеца и лабораторного журнала одновременно. Куча профессиональной терминологии по-старопольски – дар суккубы едва справлялся с написанным, переводя одно-два слова из четырёх, но общий смысл был понятен. Вот только не было ни малейшего намёка, зачем девушка, основательно пожертвовав учёбой и сном, занималась этими штуками. И для чего турели вообще были нужны. С чертежами и вовсе вышел облом: никакой дополнительной информации. Более того, в наличии оказались чертежи т‍о​лько г​отовых ко​​нструкций – как раз по два на одну. Увы, но надо ‍честно признать – для понимания происходящего разведрейд ничего не дал. Только новые вопросы появились…

* * *

– …Ведов? Ведов!

– Д-да? – я с некоторым трудом вернулся к реальности.

– Я понимаю, понедельник, – доцент кафедры нормальной физиологии саркастически улыбнулся, – но вы уж сосредоточьтесь и отвечайте, раз пришли на семинар. Для того, чтобы спать, существуют лекции.

– Вопрос прослушал, – поднявшись со своего места, честно признался я. С трудом заставив себя улыбнуться на немудрящую шутку препода, но, видимо, не очень удачно.

– Ведов, у вас всё в порядке?

– … – ну и что мне на это ответить? “Нет, потому что не могу перестать думать о судьбе мира, которому скоро подгонят бомбу круче атомной?” Да и хрен с ней, с волновой бомбой – но там Ми! Да и судьба Наны мне теперь уже далеко не безразлична…

– …И про отличие первичных и вторичных пейсмейкерных клеток синусно-предсердного узла* мне спрашивать тоже бессмысленно?

Чёрт! Ещё и не подготовился – напрочь вылетело из головы.

– Вот что, Дмитрий, идите-ка к дежурному терапевту, – серьёзно посоветовал мне мужчина. – Знаете, где прикрёпленная за университетом поликлиника? Отлично. Даже если больничный не даст, на сегодня справка для деканата будет. Идите, идите, не сомневайтесь. А к следующему понедельнику вместо отработки принесёте реферат на тему сердечной проводимости**.

[*Синусоидально-предсердный узел – зона автономной генерации сердечного ритма прямо в самом сердце, работающая независимо от нервной системы. Клетки задающие ритм (т.н. “водители ритма”) обычно называют словом-заимствованием из англ. яз. “пейсмейкеры”.

**Сокращение сердца, как и любого другого мышечного органа, возможно за счёт проведения электрического импульса-команды на сокращение. Обычно команда поступает от нервного волокна, но сердце, как упоминалось выше, имеет собственный независимый биоэлектрохимический генератор сократительных импульсов.]

Спорить я не стал. Правда, сначала решил просто отпроситься с физкультуры, для которой всё равно забыл форму дома. Как раз будет время подучить биохимию… Но открыв конспект лекций, понял – не выйдет. Через четверть часа чтения я вдруг осознал, что уже долго смотрю на одну и ту же страницу, а в голове ни буквы информации о том, что всё-таки прочесть удалось.

Что бы сделал на моём месте обычный подросток? Н-да, просто не оказался бы на моём месте – или перестал бы быть обычным, как я. Ну а так – что сделал бы? Да наверное, ничего. Просто попытался выкинуть из головы, забыть, что происходит. Жить, как жил, и притворяться, что ничего такого нет до тех пор, пока, собственно, гром не грянет. Но я – так не могу! Но и сделать, получается, ничего не могу. Ч-чёрт…

…Дежурный терапевт оказалась молодой миловидной женщиной, и я впервые за много дней воспользовался шармом. Как всегда, чуть-чуть – только чтобы больничный дала, пусть хотя бы и на пару дней. Он мне реально нужен был – всё равно от меня толку, как от студента, сейчас было мало. А так, может, смогу помочь своим демонессам – если не прямо, то хоть поддержу. Шарм подействовал – врач без проблем дала мне листок аж на пять дней… и погнала сдавать анализы и проходить осмотр по другим специалистам, делать флюорографию и прочее. Видимо, от большой симпатии – попытка отболтаться не прошла. Блин, вовремя-то как… Оказалось, студентам назначен ежегодный медосмотр, правда, регулярно проходили его только жители общежития – их без этого нафиг выпирали из занимаемых комнат. Да, вроде Алёна что-то такое упоминала…

Ладно. В любом случае, столь нужный мне перерыв в учёбе я получил. Осталось за это время успеть… гм, “спасти мир”. Ну или хотя бы смириться с тем, на что повлиять при всём желании не получится.

Или всё-таки получится?

Часть 3, глава 24.

24.

– Без шансов, – коротко прокомментировала свои наблюдения Куроцуки.

Как-то совсем не удивительно. Теперь, предположительно зная конечную цель директора “Карасу Тенгу”, было бы странно вдруг обнаружить допущенную по небрежности или ошибке дыру в системе безопасности административного здания. Что там говорить: “мёртвых зон”, недоступных камерам и детекторам движения одновременно, не было даже на крыше. И это не считая той же оснастки внутри строения. Разве что подкоп, возможно, мог иметь некотор‍ы​е шанс​ы на успе​​х – но тогда копать надо было прямо из лесополосы‍. Короче, как и сказала Нанао, без шансов.

– В любом случае, вряд ли бы мы нашли у Кабуки на столе полный комплект документов на оружие плюс расписание испытаний, – всё это было давно известно, но не проговорить ещё раз, успокаивая подруг, я не мог. – И компьютер вряд ли получится взломать, даже используя твою клановую флешку с троянами. Во-первых, они уже устарели на три месяца, а во-вторых, вряд ли хоть один комп в школьной сети работает на винде.

Юки-онна, навсегда покидая родной дом, забрала с собой всё, что смогла и что позволили унести. Увы, некоторые вещи вроде вирусов-взломщиков слишком быстро устаревают.

– Значит, остаётся только личный разговор под шармом, – спокойным голосом подвела черту Ми.

– Который мы не можем провести, потому что помещения, доступные для общего посещения, как минимум прослушиваются, – отрезал я. – Тебя повяжут даже раньше, чем успеешь узнать то, что хотела.

На следующую ночь после вылазки в мастерскую Войде Нанао бесшумно разобрала потолок в коридоре второго этажа и нашла-таки стационарно установленный “жучок”. Не для того, чтобы обезвредить, а чтобы узнать название производителя, внешний вид и ещё некоторые важные в случае попытки проникновения в защищённые помещения нюансы вроде чувствительности и способа передачи данных. Обследование личных комнат жилых блоков Ми и Наны, кстати, ничего не дало: личное пространство учеников в академии всё-таки действительно уважали.

– Можно подстроить встречу на улице, – Мирен тоже повторяла уже не раз и не два п‍р​оговор​енные вар​​ианты действий.

– И это отложит скорость реакции н‍а попытку добыть информацию на несколько часов в лучшем случае. Пока шарм окончательно не спадёт, – покивал я. – Как разведка перед решительными действиями подойдёт, но и только. А заставить забыть содержание разговора преподавателя ты не сможешь. Потому что не знаешь как, даже если это возможно. Тем более велик шанс, что выбранный нами как источник информации сотрудник академии не знает того, что нужно.

Вот так. Пять дней поиска решения проблемы. Пять дней перебора вариантов возможных действий. Пять дней напряжённых размышлений и постройки всё менее и менее осуществимых и более опасных “хороших” планов по мере того, как мы убеждались в невозможности осуществления предыдущих. Но итог всё тот же:

Или ждать неизвестно чего.

Или – прорыв с боем в неизвестность.

Оба варианта, как вы понимаете, “плохие” – потому как не решают основную задачу. А вот существует ли “хороший” вариант и мы его просто упускаем, или можно даже не дрыгаться – это вопрос.

С одной стороны – старые зеркала в школе, и они явно не просто так разбросаны по территории “Карасу Тенгу”. Сюда же запишем кузню Марилы с её заклятием-барьером, пушистым сторожем Дружком и артефактными турелями. С другой стороны – в школе не ведутся больше никакие подобные работы. Мы могли, конечно, пропустить – такой шанс оставался. Но… Территорию холда Куроцуки уже основательно изучила. Барьеров больше нет, какой-то подозрительной активности нет. Посторонних нет. Все, кто живут в холде, постоянно заняты понятными и соответствующими должно‍с​тям де​лами. Да ​​и не так-то их и много – магов и демонов из обслу‍живающего персонала, и все на виду…

Конечно, можно усомниться насчёт отсутствия в холде “Карасу Тенгу” скрытых лабораторий или производств. В конце концов, недоступных для учащихся помещений в школе хватало – и это не считая подземных сооружений. Но если там кто и работал – то это были роботы! Эмпатия Ми в насыщенном Силой пространстве засекала мелких и тупых землероек – куда там людям спрятаться! Без шуток: тандем способностей суккубы и профессиональных навыков шиноби-ледяной девы там, где работала магия, мог заменить собой команду матёрых профессиональных разведчиков. А если добавить ещё и телепатию, и мою способность втягивать чужие чары – то и диверсионно-боевые возможности были на уровне серьёзно вооружённой и подготовленной боевой группы. Только всё без толку – объекта приложения усилий в досягаемости тупо не было.

* * *

Эти пять дней, полученных по больничному, я не сидел без дела. Впервые за много лет полностью выбросив из головы учёбу, я шерстил Интернет в поисках информации, способной дать если не ответ, то подсказку. Начитался аналитики по Сирийскому конфликту… М-да, “аналитики”, в основном. Полностью потерянные сутки: в море воплей самозванных “экспертов”, в которые набивались все кому не лень, от “известных кинокритиков” и до зубных врачей со школьниками от десяти лет, можно было утонуть, но не услышать ни крупицы достоверной информации.

Чуть лучше обстояли дела с методами непрямого сбора данных. Это когда анализируется не непосредственно сведения, прямо относящиес‍я​ к объ​екту инте​​реса, а посторонние, но так или иначе связанные. ‍То есть можно, например, задавать как бы совершенно безобидные вопросы разным людям, а потом сделать на основе сравнения ответов нужный вывод. Класс, то, что надо! Вот только кроме самых общих слов никаких конкретных указаний никто так и не выложил. Максимум, что я нашёл – это подозрительные контакты с личностями, утверждающими, что владеют методой и даже могут научить. За чисто символическое вознаграждение, разумеется. М-да. Нафиг, нафиг.

Почитал я и про современное и не очень оружие массового поражения, про ядерный паритет, про взаимное гарантированное уничтожение как основу политики сдерживания… Лучше бы не читал. Волосы дыбом вставали от одной мысли, что некий новый игрок сможет и захочет кинуть палку в этот гадюшник. И ведь наверняка какому-нибудь идиоту придёт в голову нажать на большую красную кнопку – просто потому, что иначе его такой грозный боевой потенциал в недалёком будущем существенно обесценится. Или пока кто-то другой не закидал его страну волновыми зарядами, выводя из строя электронику и людей, но сохраняя инфраструктуру и ресурсы. Если честно, я даже начал сомневаться, что мы правильно реконструировали план Кабуки: изменять мир посредством перепахивания термоядерными взрывами – это даже для него как-то перебор! Надеюсь.

Чем больше я читал про ракетное оружие, как средство доставки боеголовок, про системы спутникового слежения, про то, какие силы и средства каждое государство вкладывало в гонку вооружений и какие колоссальные ресурсы уже были израсходованы, т‍е​м боль​ше понима​​л: мы втроём на фоне всего этого даже не муха, а ‍бактерия на фоне слона. Вот Кабуки с его миллионами (миллиардами?) – тот муха. Может быть, даже большая и кусачая – но не более того. Попытавшись ввязаться в мировую политику на уровне топ-игроков, он сможет доставить им массу дискомфорта – но конец, так или иначе, один. Муху прихлопнут. И примерно тот же сценарий ждёт меня, Ми и Нанано, если мы вмешиваемся в планы уже самого Куроку.

Но ведь директор почему-то рискнул связаться с оружием Рейха, и почему-то решил выстроить себе то ли резиденцию, то ли личный город? И ладно бы сделал это, в сердце горного района Гималаев или там в степях Монголии, как в кино про суперзлодеев. Попробуй найди такую базу, да и государство, на территории которого она построена, будет не слишком радо военной операции на своей территории. Секретные агенты, в одиночку спасающие мир, в отличие от секретных баз, действительно сказка…

Но нет, Куроку словно нарочно под свою базу выбрал остров в Тихом Океане и совершенно в открытую построил роскошную, но никак не защищённую (по крайней мере на взгляд Куроцуки) инфраструктуру. И территориальная принадлежность Ио Японии никак не помешает в случае чего подогнать военные корабли или лупить оружием массового поражения без оглядки на радиационное или какое-то другое заражение. Уверен, в случае эффективности волновых средств защиты военные быстро вспомнят и про свободно планирующие авиабомбы, которым побоку уничтожение электроники, и горючие смеси на основе фосфора, и бактериологическое и вирусное оружие. И сдерж‍и​ваться​ по такой​​ удобной цели точно не будут.

Проклятье. Концы с ‍концами не сходятся. И означает это только одно: где-то в наших стройных рассуждениях кроется принципиальная ошибка. Либо так – либо спешка Марилы никак не связана с интенсификацией действий Кабуки, и до результата работы над оружием ещё много лет. Можно даже было бы решить, что мы, трое подростков, всё себе придумали, и вообще старейший демон просто решил удачно вложить скопленные за пару столетий капиталы. А мир собрался переворачивать облачным сервисом вроде магазина “Алибаба”, приложения для такси “Убер”, новой концепции социальных сетей или там криптовалюты нового поколения. Ну а что? Собрать полный остров программеров (часть уже есть – те, кто писали систему для школьной сети и медиатеки), поработать пару лет – и миллиарды вложений превратятся в сотни миллиардов капитализации и прибылей. Вот только долбанные зеркала никуда не делись. И буквально золотые кронштейны-турели, реагирующие на магию. Чёрт…

* * *

Я с недоумением посмотрел на телефон, потом на часы, потом опять на трубку. Два часа дня – последний засоня уже должен был проснуться. Ну ладно, Инга не отвечает, позвоню Насте. Гудки… гудки… “оставьте сообщение после сигнала”. Вместе колбасились в ночном клубе до шести утра и теперь спят до утра воскресенья, что ли? Как-то не похоже на неразлучную парочку.

Возвращение к учёбе ощущалось, словно я случайно телепортировался в другой мир. Где не было глобальных проблем и нерешаемых загадок, а была простая и понятная каждодневная работа… Из которой я выпал на целую неделю. Т‍е​перь п​редстояло​​ сдать пропущенные лабораторные и наверняка отраб‍отать семинары. Где обойдётся, как с физиологией, рефератом, который я уже успел накропать, а где – ловить препода и в лучшем случае просто отвечать на вопросы по теме. А то я помню, как залётчицу-Алёну однажды заставили убирать целый этаж в лабораторном корпусе. То ли в воспитательных целях, то ли потому, что так было быстрее “зачесть” пять пропущенных тем…

С другой стороны, не могу сказать, что потратил время, которое нужно было провести в универе, зря. Это была очень полезная для меня неделя – можно сказать, я до того жил с закрытыми глазами. Вот мой маленький мирок из Мирен, университета, родителей и бытовых проблем – а дальше ничего. Мне просто было не особо интересно, что там происходит “снаружи” – политика, военные действия, взаимоотношения стран. Новости на главной странице “Яндекса” я периодически читал, обычно просто по заголовкам – но они как будто проходили мимо меня. Меня не касается, на жизнь непосредственно не повлияет? Пропускаем. Ну вот, дождался – коснулось.

Смартфон молчал – одногруппницы так и не перезвонили. Ладно.

– Макс, привет! – бодро поздоровался я, едва приятель поднял трубку. – Я тут вроде как поправился, в понедельник выхожу. Что у нас там было и что по домашке?

– Привет. Рад за тебя. “Вконтакте” посмотри, – односложно и совершенно без энтузиазма ответил мне парень.

– Я и посмотрел, – в закрытое сообщество группы в социальной сети я влез первым делом, как только меня слегка отпустило после пятидневного марафона. И, разумеется, обнаружил, что без моих ‍п​инков ​выкладка ​​материалов шла из рук вон плохо. Из всех лекций з‍а неделю записали на видео только две, причем одну Алёна просто скопировала у кого-то из параллельного потока, а вторая была записана на закреплённый в штативе телефон и кусками. Текстовые расшифровки отсутствовали, как класс. – Не знаю, чем вы там без меня занимались, но материалов нет.

– А чё ты меня-то спрашиваешь? Я по своим записям всегда готовлюсь, – всё так же односложно пробубнил Сумских.

– Ма-а-акс? – я внезапно пожалел, что мы говорим по телефону. Любитель японской культуры действительно предпочитал вести все записи сам – вроде как ему так легче было запомнить услышанное. Но на счёт “всегда” – это “слегка” преувеличил. Типа во втором семестре сданная без проблем сессия не общая работа на результат, а так, фигня? – У тебя всё в порядке?

– Тебе домашка и темы занятий нужны? Пришлю на е-майл, – не ответив на вопрос, Сумских бросил трубку. М-да. Ладно, перезванивать, пожалуй, не буду. Вот так – выпал из студенческой жизни на неделю – и всё пошло кувырком.

Я положил трубку на стол и вдруг понял, что меня так напрягло. Не тон человека, назвавшего меня полтора семестра назад другом, и не то, что он вдруг “забыл” про совместно приложенные усилия. Мало ли что у человека за проблемы? А то, что из всей группы мне за всю неделю так никто и не позвонил или хотя бы сообщение не кинул. Не поинтересовался, почему меня до сих пор нет на занятиях, ни просто не спросил “как дела?” и всё ли в порядке? Тоже мне, студенческое братство. Да, надо признать: на втором курсе такого сумасшедшего ‍н​апряга​, как на ​​первом, нет. Но это же не повод пускать все дости‍жения побоку?

Я опять взял в руки смарт, нашёл номер Алёны… и отложил аппарат. Лучше всё на месте узнаю, а пока нормально подготовлюсь.

* * *

Так. Та-ак.

– Настя, радость моя, не подскажешь, где Инга? – дождавшись первого перерыва и убедившись, что миниатюрная язвительная красавица не опоздала, а действительно отсутствует, я подошел к её закадычной подруге. И что я слышу в ответ?

– Понятия не имею, – пожала плечами высокая девушка.

– То есть ты не знаешь, почему её нет? – недоверчиво переспросил я.

– А должна?

Та-ак. Кажется, я догадываюсь, что произошло: недельной давности история в парке получила закономерное продолжение и подруги поссорились. А я уже и забыл – столько событий с позапрошлой субботы произошло, что как будто месяц прошёл.

– Раньше всегда знала, – указал я.

– Раньше – да.

Ну вообще зашибись. Теперь понятно, почему работа над учебными материалами встала: Инга и Настя сами никогда не филонили и окружающим не давали. Без стимулирующих пинков ни лентяй Макс, ни раздолбайка Лена сами делать в общий котёл ничего не будут. Впрочем, Боброву ругать язык не поворачивается: она сама, лично и по собственной инициативе аж два раза переступила через себя! Вот что коллективный труд животворящий делает.

– Анастасия, – насколько можно без шарма проникновенно произнёс я, – меня волнует вопрос не почему Инги нет, а есть ли у неё на это законные основания. Справка из поликлиники, например. Мне её отмазывать или отмечать как отсутствующую?

В ответ – “информативное” пожатие плечами.

– Дима, её уже неделю нет. Она в тот день, когда тебя с шизы* отпустили, тоже не вышла, – вмешалась Алёна.