Текст книги "Драгоценности Эптора. Сборник"

Автор книги: Сэмюэль Р. Дилэни

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Воплощение Хама улыбнулся.

– Только поэт способен увидеть мудрость в такой откровенности... Я приготовился длинными речами – убеждениями и уговорами – заставить вас признаться в том, о чем вы сами только что рассказали.

– Но вы наверняка все знали и без меня, – тяжело вздохнул Гео.

– Да. Я все знаю. – Затем тон жреца изменился. – Вы хорошо знакомы с механизмом действия камней?

Путники отрицательно покачали головами.

– Камни – очень простые механические приспособления, которые сложны в употреблении, но просты по сути. Я объясню. После Великого Огня, в годы процветания Города Новой Надежды, было сделано одно открытие. Люди узнали, что человеческие мысли никакие не волны... но их электрический рисунок может воздействовать на радиоволны точно так же, как магнит реагирует на присутствие металла.

– Радиоволны? – недоуменно спросил Гео.

– Ах, да, я забыл, – улыбнулся жрец Хама. – Вы же не знаете элементарной физики. Но не стану же я читать вам лекцию... Ладно, скажем короче. Внутри каждого из камней тщательно ограненный кристалл, который постоянно испускает невидимые лучи. Эти лучи могут усиливать рисунки-узоры человеческой мысли. Кроме того, кристалл одновременно действует и как увеличительное стекло, и как зеркало, а значит, отражает и увеличивает энергию разума человека, преобразуя ее в тепловой, световой или любой другой род электромагнитного излучения... Вот я и подошел к сути... Как вы видели, с помощью «волшебных» камней Эптора можно посылать огромные тепловые разряды. Но не это важно. Их способность посылать тепло – лишь побочный эффект. Главное, что с их помощью можно проникать в мысли других людей... Теперь вернемся к ящерицам.

– Минутку, – перебил жреца Гео. – Прежде чем перейти к ящерицам, скажите: вы утверждаете, что камнями могут управлять лишь такие создания, как Змей?

Жрец кивнул.

– Ты прав, – сказал он. – Змей от рождения умеет передавать рисунки своих мыслей другим людям; его разум действует по тому же принципу, что и камни, но гораздо слабее. Отличие же в том, что камни могут глушить сознание человека, создавать помехи.

– Мешать думать? – уточнил Ями.

– Нет, – возразил жрец. – Сознательная мысль слишком сильна. Иначе вы бы теряли способность мыслить каждый раз, когда Змей говорил с вами. Механизм подобных помех совершенно иной. Подумайте, сколько причин надо человеку, чтобы он поступил тем или иным образом?

Путешественники смотрели на жреца, ничего не понимая.

– Почему, например, человек отдергивает руку, коснувшись огня?

– Потому что ему больно, – ответил Михайло. – Какие еще могут быть причины?

– И все-таки? – настаивал Воплощение Хама.

– Кажется, я вас понял, – сказал Гео. – Человек отдергивает руку еще и потому, что знает: если убрать руку из огня, исчезнет боль. Точно так же и с птицей! Ну, я имею в виду ящерицу. Увидев ее, мы удивились, потому что она пела, как птица. Другая причина в том, что мы хотели услышать именно птицу. Человек отдергивает руку от огня, потому что ему больно и потому что он не хочет, чтобы было больно... Одна причина вне, другая – внутри нас... Иными словами, – подытожил Гео, – для объяснения поступков людей всегда есть по меньшей мере две причины.

– Совершенно верно, – согласился жрец Хама. – Так вот... С помощью «волшебного» камня можно заглушить подсознательную причину поведения. То есть, если у человека рука в огне, можно заглушить его подсознательное желание остановить боль. Несчастный, испытывая страшную боль, будет стоять, пока его ладонь не превратится в кусок обгорелого мяса.

Гео невольно погладил свою культю.

– Диктаторы всегда использовали подобный механизм. Они всячески изворачивались, чтобы, не давая своему народу никаких благ, заставить его любить существующий порядок. Есть древнее изречение: «Убеди раба в том, что он свободен, и он будет сражаться за свое рабство». Почему поэты поют? Потому что любят музыку; а безмолвие их пугает. Почему вор крадет? Чтобы взять добро у своей жертвы; и еще для того, чтобы доказать, что его жертва беззащитна...

– Теперь я понимаю, каким способом жрица Арго остановила Змея тогда на причале, – сказал Гео Михайло. – Он думал только о том, чтобы убежать, и именно это желание – не быть пойманным – она заглушила. А единственное оставшееся желание уже не могло помочь ему совершить какой-либо поступок. И тогда он сделал то, что решили за него, – побежал по ее приказу прямо к ней.

– Верно, – согласился жрец Хама. – Но это не все. Когда создали эти камни, выяснилось еще кое-что. История преподала нам еще один урок. Благодаря камням мы поняли: никто не может получить абсолютную власть над другими и сохранить при этом свою личность нетронутой. Ибо какие бы чувства ни руководили им раньше, в момент принятия решения его подсознательный мотив вылезает наружу. У Змея таким чувством был страх. Не удивляйтесь! И лишь человек, боящийся свободы, захочет подобной власти. Ведь неуправляемая свобода – собственная или чужая – пугает его... Именно из-за этого камни стали настоящим вместилищем Зла. Вот почему мы вызвали вас похитить их.

– Похитить камни? – переспросил Гео. – Вы не можете избавиться от них? Тогда почему вы не уничтожите их?

– К сожалению, мы уже заражены, – улыбнулся жрец. – Здесь, на Эпторе, нас слишком мало. Нам было очень трудно достичь нынешнего уровня организации и собрать рассеянные научные знания, пережившие Великий Огонь. Камни очень помогли нам в этом. Но они принесли и много вреда, так что теперь мы сами их уничтожить не можем... Да, мы подтолкнули вас, похитили Воплощенную Арго и оставили вам как бы случайно второй камень. Наши расчеты оказались верны. Вы приплыли, явились сюда, и сейчас третий и последний камень уже похищен..

– Змей украл его? – спросил Гео.

– Да, – кивнул жрец Хама.

– А мы-то думали, он – ваш шпион, – удивился Гео.

– Можно сказать и так. Подсознательная причина его поступков, – желание бороться против зла, которое он видел в Джорде. Шпион – слишком грубое определение. Лучше сказать, воришка. Он стал нашим агентом неосознанно. Я объяснил вам кое-что из законов мыслительных процессов... Так вот, у нас есть безопасные машины, которые могут делать то, что делают эти камни. И со Змеем мы договорились обо всем на расстоянии... Он ни разу не видел нас. А слепые жрицы установили контакт с боцманом и сделали его своим шпионом точно таким же образом – действуя на расстоянии.

– Минутку, – перебил рассказчика Ями. – Джорде убил Вайти, хотел убить и меня. А все из-за того, что мы якобы что-то видели. Чего же он опасался?

Жрец Хама улыбнулся.

– Даже если я скажу, это не принесет вам пользы. Вам лучше узнать это от Змея или от моей дочери, Воплощения Арго...

– И что же нам теперь делать? – перебил его Гео. – Возвратить камни жрице Арго? Я имею в виду ту, что осталась на корабле. Но она использовала камни, чтобы контролировать чужое сознание, я имею в виду Змея, а это значит, она тоже «заражена».

– А ведь однажды ты отгадал причину ее «заражения», – вздохнул жрец Хама. – Мы следили за вами с первого шага на берегу. Ты не помнишь, что говорил однажды...

– Помню, помню! Я тогда подумал, что она завидует своей дочери.

– Да. Опять вернемся к причинам. Как вы помните, их обязательно должно быть две. С одной стороны, ее мотивы были истинно патриотическими. Опасность угрожала острову и ей самой. С другой – они были эгоистическими. Жрица Арго жаждала власти. Сочетание этих двух мотивов и толкнуло ее на борьбу... А ваша задача не изменилась: вы должны вернуть юную жрицу Арго и дать заражению выветриться из сердец обитателей Эптора.

– Но как же камни? – спросил Гео. – Все три камня окажутся вместе. Слишком велико будет искушение!

– От этого никуда не уйти, кто-то должен столкнуться с этим искушением и преодолеть его, – продолжал жрец Хама. – Вы не представляете, насколько они опасны, пока остаются на Эпторе.

Воплощение Хама повернулся к экрану и нажал выключатель. На матовом стекле появилось изображение главного зала Храма. На огромной статуе круг света выхватил две крошечные фигурки, копошащиеся на плече гигантской статуи.

Вот похитители переползли через локоть.

Жрец Хама увеличил изображение. Две фигурки продвигались по стеблям золотистых колосьев пшеницы в черном кулаке бога. Вот они спустились на землю, торопливо перелезли через ограждение. Жрец снова увеличил изображение.

– Да это же Змей! – воскликнул Гео.

– Смотрите, у него камень! – добавил Михайло.

– С ним жрица Арго, – вставил Ями. – В смысле... одна из Воплощенных Арго.

Они столпились вокруг экрана, глядя, как прихожане расступаются перед испуганными детьми. Юная жрица Арго держалась за плечо Змея.

Вдруг жрец Хама выключил изображение. Гео и его спутники в недоумении посмотрели на него.

– Итак, вы видите, – сказал верховный жрец, – камень похищен. Во имя Арго и Хама, отнесите все три драгоценности назад на Лептар. Молодая Арго поможет вам. Хоть нам и больно расставаться с ней, она готова вернуться... Вы вернете девушку и камни ее матери?

– Да, – согласился Ями.

– Я тоже, – кивнул Гео.

– Ну что ж... Я присоединяюсь, – вслед за друзьями сказал Михайло.

– Хорошо, – улыбнулся жрец Хама. – Тогда идите за мной.

Он повернулся и вышел из комнаты. Путешественники отправились за ним по длинному лестничному пролету. Жрец Хама шел медленно и улыбался, как человек, наконец добившийся долгожданного результата. Все вместе они вышли из Храма.

– Интересно, где сейчас ребятишки? – озираясь, поинтересовался Михайло.

Жрец Хама повел своих гостей по саду. На одном из перекрестков их ждала самая старшая Воплощенная Арго. Молчаливой улыбкой приветствовала их женщина. Дальше она пошла с ними. Вскоре все свернули с тропы и остановились около больших черных урн. Там, в высокой траве, склонив головы, сидели Змей и Арго и что-то мастерили.

Девушка соединила два конца проволоки. Змей, сидя на корточках, положил драгоценный камень на странное устройство. Два ребенка столкнулись лбами, наклонившись над своим творением. Несколько деталей таинственно засветились: ток пробежал по медным проволокам, металлическая сердцевина превратилась в магнит, и якорь крутанулся вокруг оси. Щетки зашуршали по вращающимся кольцам. Катушка закрутилась словно бешеная.

– Эй! – прошептала девушка. – Гляди, как крутится! Ты только посмотри, как крутится!

Не замечая присутствия старших, которые с улыбкой наблюдали за ними из-за каменной урны, юные воры с упоением рассматривали жужжащий моторчик.

Глава одиннадцатая

Они остановились на поляне. Привстав на цыпочки, рыжеволосая Воплощенная Арго поцеловала жреца в лоб.

– Милый, милый Блаженный! Ты очень умный и хороший! – И, часто заморгав, девушка потерла ладонью глаза. – Ой, чуть не забыла! У меня в комнате осталось скисшее молоко. Кувшин стоит под клеткой... Забери его, пожалуйста. Только не забудь! И еще... там в клетке хомячки. Будь добр, позаботься о них.

Это было последнее из многих прощаний, выпавших ей в этот день.

Кроме наказов, скисшего молока и хомячков девушка оставила Воплощению Хама коллекцию морских раковин и десяток эпиграмм.

Путешественники издали наблюдали, как юная жрица прощалась со старыми Воплощениями Арго и Хама и испытывали почти забытое чувство умиления. Наконец Гео и его спутники тронулись в путь. Вскоре темный силуэт Храма скрылся за деревьями.

– У нас осталось два дня, чтобы добраться до корабля, – объявил Гео, с тревогой глядя на небо. – Неизвестно, какие опасности подстерегают нас на обратном пути.

– Но раз камни у нас, мы вернемся вовремя, – проворчал Михайло. – Теперь, когда мы знаем об их могуществе... Я думаю, стоит положить все камни в один мешочек.

– Что-то я тебя не понял, – вмешался Ями. – Ты хочешь собрать все камни вместе?

Михайло молча указал на кожаный мешок, подвешенный к поясу Гео, и выжидающе посмотрел в глаза поэту. Гео поколебался, затем снял ремешок с шеи и опустил его в раскрытый мешок.

– А может, не надо! – робко проговорил Ями, но все же опустил туда же и свою цепочку.

– Возьмите тогда и мой, – предложила юная жрица Арго, стаскивая с шеи маленькую сумочку, которую сама сплела из красивой красной нити.

После того как все три камня оказались внутри, Михайло завязал мешок и приладил его на своем поясе.

– Ну что ж, – вздохнул Гео, – теперь у нас одна забота – поскорей добраться до реки. Там нас ждут твоя мать и Джорде.

– Джорде? – удивилась жрица Арго. – Кто это?

– Мерзкий человек... Во-первых, он шпион слепых жриц. А во-вторых, это он отрезал Змею язык.

– Отрезал?.. – Девочка остановилась, словно натолкнувшись на стену. – Ну конечно! Четыре руки, кровь, язык... Это же было в фильме... я вспомнила!

– В чем, в чем? Что ты вспомнила?

Жрица Арго повернулась к Змею:

– Я вспомнила, где видела тебя раньше!

– Так ты знаешь Змея? – удивился Михайло.

– Да нет же! Я никогда раньше с ним не встречалась. Но примерно месяц назад видела кинофильм о том, что случилось с ним... Ах, что они с ним сделали!

– Что такое «фильм»?

– М-м-м... Ну, это такой экран наблюдения, только там видишь то, что случилось в прошлом. В общем, неважно... Блаженный показал мне это жуткое кино, а потом привел на пляж для того, чтобы выяснить, что я поняла из всего увиденного. Он говорил, что если я постараюсь, то пойму что-то важное, вспомню то, что пропустила при просмотре.

– И что же ты увидела?.. Вспоминай!.. Вспоминай!.. Что ты увидела!? – Ями схватил девушку за плечи и хорошенько встряхнул.

– Почему?.. – начала было пораженная жрица.

– Да потому, что моего друга убили и меня тоже хотели убить только за то, что мы оказались на этом пляже. Но я никак не могу взять в толк, что же такого я мог там увидеть.

– Но я... – вздохнула жрица Арго. – Я тоже не видела ничего особенного. Я так и не смогла понять, что хотел показать мне Блаженный. Он же так ничего и не объяснил и отвел меня обратно в Храм.

– Змей! – спросил Гео. – Ты знаешь, что они должны были увидеть? Может, ты знаешь, почему они привели жрицу Арго к морю, после того как показали ей фильм о тебе?

Мальчик пожал плечами.

Ями тоже посмотрел на Змея:

– Так ты не знаешь или просто не хочешь признаваться? Выкладывай! Я попал сюда из-за этого и хочу знать, в чем дело!

Мальчик помотал головой.

– Пойми, мне надо знать, почему меня чуть не убили!.. Нет, ты все-таки скажешь! – в ярости закричал чернокожий матрос и замахнулся на мальчишку.

Змей закрыл голову руками и тоненько вскрикнул. Странно согнувшись, он развернулся и бросился бежать. Михайло догнал его в два прыжка и повалил на землю.

– Врешь, не уйдешь! – зарычал гигант. – На этот раз не уйдешь!

– Осторожней! – взвизгнула жрица Арго. – Ты же делаешь ему больно! Михайло, отпусти его!

– Эй, вы, ну-ка прекратите! – вмешался Гео. – Потише! Михайло, отпусти его. А тебе, Змей, все равно придется объясниться.

Михайло встал с земли, что-то недовольно бормоча. Гео подошел к мальчику.

– Пожалуйста, ответь мне: ты знаешь, в чем тут дело?

Змей кивнул.

– А сказать можешь?

Мальчик помотал головой и испуганно взглянул на Михайло.

– Не бойся его. Он больше не станет тебя обижать, я обещаю.

Однако Змей снова помотал головой.

– Ну что ж, заставить мы тебя не можем... Пора идти дальше!

– Всегда так, – проворчал Михайло. – Ты, Гео, не доверяешь мне, а я бы заставил парня все выложить начистоту!

– Нет, не думаю, – вмешалась юная жрица Арго. – Один человек пытался. Сомневаюсь, что тебе бы повезло больше.

* * *

Утро незаметно превратилось в жаркий день. В джунглях стало душно. Яркие насекомые голубыми и алыми искорками вспыхивали среди влажной листвы. Мокрые ветки то и дело били по плечам и лицам путников. Вскоре заросли поредели, и перед людьми выросла каменная гряда. Пробираться среди камней было трудно, и за час Гео и его спутники прошли совсем немного. Там, среди нагромождения скал, Михайло удалось продемонстрировать во всей красе свою силу и быстроту реакции. Никто не заметил, откуда выскочила большая длинная тень. Гигант же успел выхватить саблю и встретить хищника. Брызнула кровь. Незнакомый зверь, явно из породы кошачьих, в агонии забился на земле.

Уставшие после долгого дня пути путешественники сделали привал. Они расположились на отдых в полном молчании.

Теперь, испытывая уважение к безграничным возможностям камней, никто не решился с их помощью добывать огонь.

Ями взял два обычных обломка гранита и стал высекать искры над горсткой сухого мха, а потом вдруг сказал:

– Я все думаю – зачем все-таки они показали тебе тот ужасный фильм перед тем, как привести на пляж?

– Меня тоже мучает эта мысль. Возможно, они надеялись сделать меня более восприимчивой к чему-то? – задумчиво ответила жрица Арго.

– Ну, уж если страх прибавляет чувствительности, то я бы был самим чутким из всех вас!

– Что ты имеешь в виду? – удивился Гео.

– Я видел мучения множества людей; видел, как десятерых здоровых парней изрубили на куски... Ты что, забыл? – От волнения руки моряка вздрогнули и погасили слабый огонек, едва зародившийся на ложе сухого мха.

Когда путники наконец приготовились поужинать, девушка знаками поманила Змея в заросли. Вернулись они с огромной багряной лианой.

– Если содрать кору и натереть ею мясо, будет очень вкусно! У меня в Храме был целый сад. Там росли и ядовитые растения – аконит, белладонна, борец. А в народе их зовут так интересно – Волчья Смерть, Ночная Тень, Монашеский Клобук. – И девушка засмеялась, но неожиданно ее смех затих. – Наверное, я больше никогда не вернусь туда... А если и вернусь, то очень нескоро. – Юная жрица долго вертела в руках упругий стебель, сгибая и разгибая его. – Прекрасный был сад...

С каменистого плато путники снова спустились в джунгли, более влажные и темные. Через некоторое время Михайло, постоянно оглядывающийся по сторонам, озабоченно спросил:

– Вы уверены, что мы идем правильно?

– Вроде бы, – ответил Ями.

– Да, да! – воскликнула Арго. – Мы идем совершенно правильно! Скоро появится река. А перед этим мы выйдем к болоту, вода которого питает главное русло.

Быстро темнело. Усталые путники шагали молча. Первым заговорил Гео.

– Я тут подумал вот о чем... – нерешительно начал он.

– О чем же? – спросила жрица Арго.

– Воплощение Хама говорил, что если камни хоть раз использованы для контроля над сознанием любого живого существа, то человек, который их использовал, уже заражен...

– Вернее, заражен он был от рождения. Болезнь лишь скрывалась в нем, – поправила жрица Арго. – А камни выпустили ее на свободу.

– Ну да. Дальше Воплощение Хама сказал, что он сам уже заражен. Значит, ему уже приходилось использовать камни против людей? Когда?

– Много раз. Слишком часто. В последний раз не так давно – когда его люди похитили меня. Воплощение Хама воспользовался камнями, чтобы контролировать то ужасное существо, которое вы убили в Городе Новой Надежды. Надо было заставить часть его явиться на Лептар и похитить меня, «случайно» оставив там камень.

– Так это был кусок чудовища из Города? – воскликнул Гео. – Теперь понятно, почему труп так быстро разложился после смерти!

– Что – что? – переспросил Ями.

– Мать этой девушки рассказала мне, что ее людям удалось убить одного из похитителей и он сгнил буквально у них на глазах.

– Да, контролировать амебу невозможно, потому что у нее нет настоящего сознания.

– Но мне все равно непонятно – чего они достигли твоим похищением? – спросил Ями.

Воплощение Арго широко улыбнулась:

– Во-первых, именно из-за меня прибыли вы сюда. И во-вторых, вы увозите с острова волшебные камни.

– И всего-то?

– Да разве этого мало? – На мгновение девушка замолчала.

– Однажды она написала об этом стихотворение – о мотивах поступков людей... – И Гео продекламировал:

 
Во тьме палаты двойников
Потоки быстрые текут.
И нету песен, нету слов...
Там два потока двойников.
А в светлой комнате скользит
Решения златая нить,
По тропам памяти бежит,
К знаменью мудрому спешит.
Палату затопляет страх,
В горящий храм пришла любовь...
 

– А ты откуда знаешь?

– Темная палата – Храм Хама. Правильно?

– А его двойник – Храм Арго, – продолжила девушка. – Они должны быть половинками одного целого, для того чтобы возродить былое величие человечества. Энергия молодости в каждом из них должна бороться с равнодушием зрелости, которую дает им совместное существование. Понятно?

– Понятно, – улыбнулся Гео.

– Я имела в виду цикличность человеческой деятельности. И сам человек приходит и уходит, и его идеи умирают и рождаются снова. Все происходит от взаимодействия этих четырех составляющих.

– Четырех? – удивленно сказал Михайло. – Я думал, их только две.

Жрица Арго всплеснула руками:

– Их тысячи!

– Что-то не пойму я вас, – проворчал Михайло. – Вся эта метафизика слишком сложна для меня. Прибавьте-ка лучше шагу! Если дальше так плестись, не доберемся и к ночи!

– Да не волнуйся, к вечеру выйдем к берегу! – успокоил Ями.

– И идем мы совершенно правильно, – поддержала его жрица Арго и внимательно посмотрела на Гео. Поэт шел, опустив глаза, но, почувствовав взгляд девушки, поднял голову и улыбнулся.

– А как твоя бабушка попала на Эптор?

– На вертолете.

– На чем?

– Ну, это такая штука, вроде маленького корабля, который может летать по воздуху с огромной скоростью.

Гео улыбнулся.

– Я имел в виду совсем другое.

– А-а-а... Когда она решила, что ей нет места на Лептаре, где правит ее дочь, – я говорю о своей маме – она просто переехала на Эптор. Но я об этом не знала до своего похищения. Я многого раньше не знала...

– И мы тоже. Теперь остается только разобраться с этим пляжем...

– Вот я и говорю – поторапливайтесь! Дойдем до пляжа и все узнаем!

* * *

Воздух становился все более влажным. Стало труднее дышать.

Если раньше листья лишь блестели от влаги, то сейчас при малейшем прикосновении на людей летели капли. Свет, пробивающийся сквозь ветви, становился все тусклее. Под ногами чавкала жидкая грязь.

Дважды Михайло хватался за свою саблю: какое-то неведомое животное, ломая ветки, подбиралось к путникам, но так и не решилось напасть.

– Того и гляди, кто-нибудь выскочит из засады! – мрачно пробормотал гигант.

– Я умею оказывать первую помощь, – упокоила его жрица Арго. – Но, честно говоря, я сильно промокла и замерзла!

Михайло повеселел, когда заросли стали редеть. То тут, то там земля скрывалась под водой.

– Будьте внимательней! – предостерег Гео своих спутников. – Не попадите в трясину. И держитесь поближе к деревьям.

И, словно иллюстрируя свои слова, вскрикнул, взмахнул руками и по колени ушел в воду. Наклонившись в сторону, он дотянулся до ближайшего дерева и обхватил здоровой рукой кривой черный ствол. Потом поэт попытался зацепиться и культей, но только оцарапал руку о кору.

– Держись! – крикнул ему Михайло и рванулся на помощь. Схватившись одной рукой за ствол дерева, а другой за Гео, он, рыча по-звериному, стал вытягивать друга из трясины.

Оказавшись на суше, Гео без сил прислонился к дереву и тут же с криком отпрянул – накренившись, оно упало, разбрызгивая грязь. Друзья молча смотрели, как болотная жижа засасывает его, и вскоре на поверхности остались только пузыри.

– Ты цел? – спросил Михайло у своего друга. – Ты точно цел?

Поэт кивнул, не в силах произнести ни слова, потирая культю здоровой рукой. По пояс в черной грязи, измученный, он ухватился за своего спасителя, и дальше они пошли вместе.

Вскоре деревья кончились. Перед ними расстилалось болото, от которого исходили сырость и зловоние. Неожиданно по спокойной поверхности воды пошла рябь, превращаясь в волны. Земля под ногами путников задрожала. Гео отступил назад, расплескивая воду, и чуть не упал. Его поддержал Михайло. По воде пошли круги, и в центре каждого из них появилось зеленое тело. Безмолвные подводные обитатели выпрямились во весь рост.

Грязная вода стекала с зеленых лиц, капала с корявых пальцев.

Сначала перед путниками встали три фигуры, потом еще три, еще и еще... Гео ощутил легкое головокружение. Что-то творилось с его головой.

Оглянувшись, по выражению лиц своих спутников он понял, что все испытывают примерно то же самое.

– Это те... кто не раз спасали нас... – И вдруг поэт почувствовал непреодолимое влечение к страшным зеленым фигурам. Он шагнул вперед. В его голове появились чужие мысли, вытеснив его собственные.

Приложив руку к голове, рядом с ним, покачиваясь, замер Ями.

– Они хотят... чтобы... мы... шли... с ними... – проговорил Гео и шагнул вперед, впадая в уже знакомое полуобморочное состояние, как при переправе через реку в Городе Новой Надежды.

Мокрые сильные руки подхватили путников и понесли вперед. Мимо пронеслось болото. Вокруг снова поднялись джунгли, потом они опять поредели, и только лунные блики на валунах слегка будоражили притупившееся сознание. Время потеряло значение. Неожиданно путников опустили, но под ногами их оказалась не почва, а вода. Она поднялась сначала до колен, потом до плеч, дошла до горла. Смутно понимая, что необходимо что-то делать, Гео тем не менее не мог шевельнуть и пальцем...

Тяжело дышалось – воздух был неподвижен и наэлектризован, как перед грозой. Из голубого он стал черным. Возможно, наступила ночь. В темноте угольками светились красные глаза, и Гео никак не мог собраться с мыслями; не мог понять, кто на него смотрит. Через разрыв в облаках сверкала яркая луна. Она посеребрила одинокую скалу, на которой сидела обнаженная, на первый взгляд человеческая, фигура. Голый человек запрокинул голову, раскрыл рот и протяжно завыл. Когда путники поравнялись с ним, он опустился на четвереньки, и стали видны хвост и короткая шерсть на спине. Легкий бриз шевелил редкие завитки шерсти на подбрюшье и длинных ушах. Неожиданно существо повернулось и огромными скачками унеслось в темноту.

Опять тишина, темнота и зовущие красные глаза-огоньки далеко впереди. Под ногами заскрипел песок. Знакомые звуки морского прибоя пробудили неясные образы. Луна снова выплыла из-за облаков, осветила скалистый берег и темные пасти пещер. В самую большую из них и направилось странное шествие.

Глаза, привыкшие к темноте, сразу различили водоросли, свисающие из трещин в камнях, молчаливые фигуры, окружившие каменный трон, на котором сидел Старец. В нем не было ничего человеческого. Это существо выглядело много древнее любого человека, древнее самого рода людского.

Перед троном горел тусклый костер. Цепкие руки отпустили путников, и к ним вернулись все чувства и мысли.

Глядя на каменное возвышение, люди ждали слов Старца. Его костяные шипы на суставах пальцев были соединены сморщенными темными перепонками. Капли воды стекали по бородавчатому лицу, выпуклым глазам и широким вывернутым ноздрям.

На берегу шел дождь. Он захватил путников у самого входа. Рыжие волосы Арго потемнели от воды, став темно-каштановыми, прилипли к лицу и шее.

Гулкий голос, усиленный сводами пещеры, обрушился на них сверху:

«Хранители камней!.. – начал Старец, и Гео подумал, что при разговорах со Змеем он испытывал примерно те же ощущения. – Мы доставили вас сюда, дабы предупредить... Вы мало знаете о нас... Мы знаем все и о вас, и обо всем на свете... Мы – древнейший вид разумных существ на этой планете... Из дельты Нила наблюдали мы за возведением пирамид... Мы видели убийство Цезаря с берега Тибра и видели, как испанская Армада пошла ко дну у берегов Англии... Накануне Великого Огня мы следовали за металлической рыбой Человека через весь океан... Никто не близок нам за пределами водной стихии, никто не может похвалиться союзом с нами – ни Арго, ни Хам... Людей мы касаемся только тогда, когда их тела разбухают от смерти... Вы храните и используете драгоценные камни Эптора, Глаза Хама, Сокровища Арго, Разрушителей Разума... Неважно, как вы их используете – добывая огонь или управляя сознанием живых существ... Как и все хранители камней вы становитесь неполноценными... Вашему разуму нанесен ущерб... Но в ваших силах пресечь дальнейшее Зло... Мы и раньше предупреждали людей... Одни следовали нашим советам, другие нет... Теперь я даю вам совет – бросьте камни в море!.. В море ничего не теряется бесследно и, когда с камней солеными волнами и временем будет смыто Зло, волшебные драгоценности вернутся к вам... Ведь к тому времени и вы станете сильнее и мудрее... Никакое разумное существо не может само по себе освободиться от пагубного влияния этих камешков... Наш народ очень стар и мудр... Мы не подвластны быстрым изменениям и можем хранить их не один миллион лет, прежде чем соблазн коснется наших душ... Ваша молодая раса слишком целеустремленна и эмоциональна, чтобы вынести такой соблазн... Кто-нибудь когда-нибудь не устоит и воспользуется ими... И снова говорю я вам: бросьте камни в море... Знания, нужные человеку, чтобы изгнать голод и боль из мира, хранятся в двух храмах на этом острове... В обоих из них сохранились достижения науки, способной использовать эти драгоценности во имя добра... Но жрецы обоих храмов заражены... А на Лептаре, куда вы несете эти сокровища, можно применить их только во Зло людям... Слишком велико искушение безграничной власти...»

– А я? Вы забыли обо мне! – раздался звонкий голосок жрицы Арго. – Я могу научить людей на Лептаре самым различным вещам. – Она взяла Змея за руку. – Мы с ним использовали одно из древних чудес и сделали штуковину, которую в древности называли «мотором»!

Огромное тело Старца всколыхнулось.

«Но для того, чтобы собрать и запустить мотор, волшебные камни вовсе не нужны!... Перед вами стоит еще одна важная задача, которую необходимо разрешить... Вы же до сих пор не знаете, что видели однажды...»

– На пляже? – с волнением спросил Ями.

« – Да... – Старец кивнул, и из его груди вырвалось какое-то подобие вздоха. – На пляже... Многовековой опыт позволяет нам совершать деяния, недоступные вам, людям... Помнишь, как мы держали тебя неделями в море, не давая разлагаться твоему телу?.. Мы можем проникать в сознание других людей, подобно Змею... Многое доступно нам, наши знания превосходят знания жрецов Арго и Хама... Так бросите ли вы камни в море, доверив их нам?..»

– Простите, – раздался возмущенный голос Михайло, который раньше всех пришел в себя, – я не понимаю вас! Как это так – отдать вам камни?! Во-первых, откуда нам знать, что вы не используете их против Арго или Хама? Сами же говорите, что никто не может уберечься от соблазна. А слова ваши – только слова, и неизвестно, что получится дальше... Как мы оказались здесь? Нас сюда притащили! Заколдовали и притащили! А Хам говорил, что развращают не столько камни, сколько власть над человеком! «Потребуются миллионы лет, чтобы камни заразили нас...» Слыхали мы такое, не дураки!