Текст книги "Дракон и диковинка для драконёнка (СИ)"

Автор книги: Саша Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

27. Падение

27. Падение

Элина

Я наклоняюсь и снимаю со скобы вырванный клок ткани. Подношу к глазам, чтобы рассмотреть ближе. Шиммер, ткань дорогая, тёмно-бордовая, и аромат… от неё пахнет очень знакомым густым цветочным ароматом. И я знаю этот запах.

Это лавандовые духи леди Марианны. Этот флёр невозможно спутать. Она пахнет так, будто купается в ванной из лавандового масла.

Я тру ткань в пальцах. Она не плотная, от платья, а не от накидки. Значит, где-то у леди Марианны висит бордовое платье с вырванным из подола куском.

Картинка в голове у меня мгновенно складывается. И становится даже ясно, зачем она устроила этот обвал. Дискредитировав меня, она вернула контроль над Тиберием.

Но вот зачем она так ревностно удаляла меня от него – вопрос. Не думаю, что она настолько переживает о количестве знаний, которые недополучит со мной ребёнок.

Я сжимаю лоскут в кулаке. Хорошо, что она не успела вернуться и забрать его. Я быстро прячу ткань в складки плаща – эта улика поможет мне хотя бы оправдаться.

Теперь нужно поговорить с Дэйнарином. Он должен увидеть это.

Я спускаюсь тем же путём и снова едва не падаю. Боль в груди становится всё сильнее, но я не обращаю на неё внимания.

За окнами так и завывает ветер, но ночь уже медленно рассеивается. Становится светлее. Я возвращаюсь в замок, прохожу по центральной гостиной, поднимаюсь на второй уровень. Останавливаюсь, переводя дыхание. Силы меня почти покинули после марш-броска сюда из крыла Ветров.

До гостевого этажа ещё один лестничный пролёт. До уровня, где находятся покои дракона – два. Боги, если бы я ещё могла дышать без боли.

Слуги уже начинают просыпаться. Со стороны кухни доносятся тихие звуки звяканья посуды. Второй уровень пуст.

И вдруг тишину лестницы разрывают лёгкие шаги. Тиберий? В такое время? Здесь?!

Я отступаю к стене и смотрю на лестницу.

Вскоре маленькая детская фигурка появляется на фоне узкого лестничного окна. Тиберий спускается в ночной одежде, босиком. И идёт быстро. Не похоже, чтобы он был сонным.

– Ти? – шепчу я, замечая в его походке что-то странное, но ещё не могу сформулировать, что именно.

Он не реагирует. Проходит мимо и выходит в коридор второго уровня. Я заставляю себя отлепиться от стены. Ковыляю за ним. Может, он меня не заметил? Не услышал мой шепот?

Я оказываюсь в коридоре, когда он уже отошёл шагов на тридцать.

– Тиберий, – окликаю его уже в голос.

Снова ноль реакции. Он даже не сбавляет ход. Идёт дальше по коридору.

Я не сразу понимаю, что он тут делает. Зачем ему на этот уровень? И почему он игнорирует меня?

Да что с ним такое?! Иду следом. Внутри булькает очень тревожное предчувствие, но я пытаюсь гнать от себя эти мысли.

– Тиберий! – кричу ему вслед. – Подожди меня, Ти!

Ноль реакции. Ребёнка будто подминили. Или он напрочь забыл, кто я такая.

И вдруг он сворачивается на винтовую чёрную лестницу, по которой можно подняться в то тайное место, которое нам показывал Феодор. Старая аркада на крыше.

И идёт он слишком ровно, как каменный голем. Он всегда перескакивал через ступеньки, когда мы туда поднимались.

И тут меня прошибает холод ужасающей догадки. Я ускоряю шаг как могу. Боль вкручивается в грудь словно раскалённое сверло. Я цепляюсь пальцами за перила, помогаю себе руками, стараюсь подниматься быстрее. Сердце бьётся в горле.

– Тиберий! – кричу вверх, наклонившись по центру лестницы.

И вижу только маленькую ладонь, которая скользит всё выше по изогнутым перилам.

Бездна!

Я стискиваю зубы и почти бегу. Дверь на крышу хлопает от ветра, порыв бьёт мне в лицо, и я выхожу на старую аркаду.

Тиберий уже тут. Маленькая фигурка продолжает движение по обледенелым камням всё дальше, к выступающему над стеной замка балкону.

– Тиберий, стой! – кричу я.

Ледяной воздух рвёт лёгкие, ветер треплет волосы и плащ. Я хватаюсь за перила и продолжаю движение, опасаясь поскользнуться на каждом шагу. Боль разливается по всей грудной клетки и уже не прекращается на выдохе.

Тиберий доходит до упора и принимается взбираться на перила. По мне прокатывается волна мурашек, больше похожая на судорогу. Я пытаюсь бежать. Сквозь стиснутые зубы рвётся стон. Дыхание срывается.

Я бегу к нему. Он уже на парапете. Одно неверное движение, и он полетит с балкона. Со всей высоты замка. Вниз, на камни. Неминуемая смерть.

– Тиберий! – кричу отчаянно, понимая, что не успеваю его схватить.

Он двигается по перилам, будто слышит какой-то ритм, доступный только ему. Смотрит вперёд и не выражает ни единой эмоции.

Если бы сам хотел спрыгнуть, переминался бы с ноги на ногу, смотрел вниз, как все нормальные люди – готовясь прыгнуть, думают, куда.

Тиберий не в себе. Теперь я точно это понимаю. И вспоминаю, что он остался без амулета. Он отдал его мне.

– Ти, остановись! – кричу срывая голос.

Он делает ещё шаг. Будто идёт по ровной дороге. И впереди – обрыв.

Я больше не думаю, рвусь вперёд, забывая про боль и холод.

Нога срывается на мокром камне, резь вспыхивает в груди так, что перед глазами на секунду темнеет. Но я всё равно бросаюсь вперёд.

Я хватаю его за плечо и резко тяну назад, он падает на меня. Но камни слишком скользкие. Я скользу, мир резко переворачивается, и мы вместе отшатываемся к другим перилам. Камень под моим телом трещит и проламывается. Я падаю на спину, прижимая к себе Тиберия одной рукой. Мы выпадаем на крышу и на моей накидке, как на санях, скользим вниз.

А потом мы срываемся с края и летим вниз. Я переворачиваюсь в воздухе и умудряюсь схватиться за самый край крыши. Рука скользит по мокрому камню, но пальцы всё же цепляются за выступ.

Я повисаю, удерживаю Ти одной рукой, другой цепляясь за выступ. Под нами – пустота. Ветер ревёт в ушах.

Тиберий висит на мне, судорожно вцепившись в плечи.

– Держись… – хриплю я.

Пальцы уже начинают неметь. Камень ледяной. Рука медленно соскальзывает.

– Помогите! – кричу непонятно кому. Просто крик о помощи. – Мы тут! Помогите!

Силы заканчиваются. Пальцы перестают держать. Даже на упрямстве я уже удержаться не смогу.

Ещё несколько мгновений, и мы оба полетим вниз.

Я снова кричу о помощи, хотя понимаю бессмысленность. Меня никто не услышит. В замке все спят. Никто не знает, что мы сюда пошли.

– Ну что, Ти, – начинаю я, но не успеваю договорить. Резкий порыв ветра срывает меня со стены, и мы падаем.

28. Клочок ткани

28. Клочок ткани

Элина

Мы падаем.

Ветер вырывает воздух из лёгких. Я даже не могу вдохнуть.

Каменные стены замка мелькают рядом. Слишком быстро. Внизу темнеют камни двора, и холодная мысль всплывает в голове почти спокойно.

Вот и всё. Я не удержала его.

Тиберий вцепился в меня обеими руками. Его пальцы судорожно сжимают мой плащ. Ещё мгновение – и мы разобьёмся.

И вдруг рядом разрывается воздух. Глухой удар крыльев. Что-то огромное и белое врывается сбоку.

Мощные лапы хватают нас – меня за талию, Тиберия за одежду – и рывком выдёргивают из падения. Мир резко дёргается вверх.

Я даже не сразу понимаю, что произошло. Потом доходит. Нас спас белый дракон.

Он взмахивает крыльями, поднимая нас над стеной, и через секунду тяжело приземляется на один из балконов.

Мы падаем на каменный пол.

Я ударяюсь коленями и едва успеваю подставить руки, чтобы не треснуться лицом о камни. Тиберий прокатывается по площадке, встаёт на четвереньки.

Дракон приземляется рядом. Крылья складываются. Его тело вспыхивает светом. Через мгновение перед нами уже стоит Дэйнарин. Мокрые волосы падают ему на лицо, глаза темнее грозового неба.

Он смотрит на меня с холодной яростью.

– Вас, леди Элина, похоже, нужно держать на цепи, – произносит он резко, – чтобы вы перестали пытаться убить моего воспитанника.

Я даже не смотрю на него. Мне сейчас не до злого дракона. Я бросаюсь к Тиберию.

Он сидит на камнях, растерянно моргая. Ветер треплет его пижаму.

Я срываю с себя плащ и быстро закутываю сжавшуюся от холода фигурку.

– Ти… – голос хрипнет. – Ты в порядке? Ты не ударился?

– Что… произошло? – тихо спрашивает он.

Я вижу, что наваждение спало, но не до конца. Он оглядывается вокруг, словно только сейчас понимает, где находится.

– Элина? Что ты здесь делаешь?

Я замираю. Тиберий переводит взгляд дальше.

– Лорд Харлан? – спрашивает ещё более удивлённо.

Дэйнарин смотрит на него пристально, потом резко переводит взгляд на меня.

– Значит, – говорит он холодно, – вы решили встретиться с ним в обход моего запрета?

Я медленно поднимаюсь на ноги. Обхватываю себя руками, но это не помогает согреться. Холод такой, что даже боль в груди притупляется.

– Нет, лорд Харлан, – выговариваю я твёрдо.

– Не лгите, – обрывает он. – Вы давно облюбовали старую аркаду для вылазок. Вот и на этот раз вы вывели Тиберия на крышу. А потом что-то пошло не так, и вы сорвались.

Его голос становится жёстче.

– Может, вы мне во всём лжёте? И память вы не теряли? – он прищуривается и наступает на меня с видом палача.

Во мне вспыхивает злость.

– Я не выводила Тиберия на крышу! – выкрикиваю хрипло. – Он шёл сам! Я пыталась его остановить!

Дэйнарин делает шаг ближе.

– Плохо пытались, похоже, леди Элина, раз вы позволили Тиберию дойти до края и сорвались вместе с ним.

Ветер бьёт в арку балкона, холод пробирает до самых костей. Я дрожу не переставая. Тиберий сжимается в комок под моим плащом.

Дэйнарин это замечает. Его взгляд становится ещё мрачнее.

– Внутрь, – резко говорит, хватает Тиберия за плечо и поднимает его на ноги. – Немедленно.

Мы заходим с балкона в ближайшую комнату. Одна из спален в гостевом крыле. Здесь холодно, но всё равно лучше, чем на ветру.

Дэйнарин захлопывает дверь. Щелчок пальцами, и в воздухе повисает люкс-сфера. Я усаживаю Ти на кровать, сама опускаюсь рядом, обнимаю его.

– Теперь, – говорит Дэйнарин, оборачиваясь ко мне, – объясняйте.

Я глубоко вдыхаю, стараясь игнорировать боль в рёбрах.

– Я шла к вам, – говорю я. – Чтобы поговорить об обвале.

Он усмехается без тени веселья.

– Очень удобное объяснение, – произносит язвительно. – На ходу выдумываете?

Я уже открываю рот, чтобы ответить, но вдруг вспоминаю про амулет. Тиберий всё ещё дезориентирован. Осматривает комнату, будто не узнаёт.

Я снимаю шнурок с шеи и надеваю амулет Тиберию. Стоит камню коснуться кожи мальчика, тот вздрагивает, будто только что вынырнул из глубокой воды.

Резко втягивает воздух.

– Я… – он впивается в меня радостным взглядом. – Почему мы здесь? Элина, лорд Харлан разрешил…

Тиберий замечает опекуна и замолкает.

– Что случилось? – спрашивает уже настороженно.

Дэйнарин смотрит на него, будто пытается взглядом разобрать на составляющие.

– Будто ты не помнишь, – цедит сердито.

– Нет… – Тиберий морщит лоб. – Я шёл по коридору… а потом…

Он беспомощно пожимает острыми плечами.

– Провал, – договаривает беспомощно. – И вот я тут.

В комнате становится очень тихо. Дэйнарин медленно переводит взгляд с мальчика на меня.

– Рассказывайте по порядку, леди Элина, – выговаривает тоном, будто вот-вот отправит меня на эшафот.

Я опираюсь на заправленную кровать, перевожу дыхание, снова ощущая, как вместе с теплом возвращается ноющая, тянущая, рвущая тело боль. Но начинаю говорить.

Как мысль об обвале не давала мне покоя, как я пошла осмотреть место обрушения. Как нашла там кое-что. Как решила поговорить с ним об этом, и как встретила Тиберия по пути. И не смогла его догнать из-за боли в рёбрах. И останавливаюсь на моменте, когда он меня спас.

– То есть вы хотите сказать, – явно не веря мне произносит Дэйнарин, молчит секунду, потом продолжает: – Что Тиберий находился под чьим-то контролем?

– Более того, – отвечаю я, поднимая подбородок. – Я подозреваю конкретного человека, который связан с обвалом в крыле Ветров и этой лунатической прогулкой Тиберия.

Я вытаскиваю из кармана плаща лоскут бордовой ткани. Разжимаю пальцы.

Лавандовый запах распространяется по комнате. Ощущается очень отчётливо.

– Я нашла это в крыле Ветров, на техническом карнизе прямо над обрушенной стеной, лорд Харлан, – говорю я. – Вы прекрасно знаете, кто носит платье из этой ткани.

Лицо Дэйнарина становится каменным и таким мрачным, что я не завидую тому, на кого падёт его гнев.

29. Бордовое платье

29. Бордовое платье

Элина

Дэйнарин медленно сжимает кулак. Отводит взгляд. И я вижу, как в нём прорастает понимание своей ошибки. Он стискивает челюсть так, что по скулам ползёт тень напряжения.

– Тиберию нужно в тепло, – говорю я.

Дракон кивает.

– Идём, Тиберий, – говорит он, поднимая ребёнка на руки прямо в моей накидке. – О тебе позаботятся слуги.

– Элина… – Ти поворачивает ко мне голову, в глазах вспыхивает надежда. – Элина останется со мной?

Дракон бросает на меня короткий злой взгляд, потом кивает.

– Да, – выдыхает с рыком.

Он всё ещё злится, но я уже знаю, что не на меня, а на себя. И на собственную твердолобость. Но он дракон, он лорд и он привык быть правым, поэтому он злится молча, а не извиняется.

Дэйнарин относит Ти в его комнату, служанка забегает следом и тут же убегает за горячим отваром по приказу лорда. Я сажусь рядом с Тиберием на кровать, укутываю его одеялом по самый подбородок.

Дэйнарин роется в комоде и вынимает шкуру. Набрасывает сверху.

Ти выглядит маленьким и уставшим.

Служанка возвращается с настоем, и я держу ему чашку, пока он пьёт. На пятый глоток он морщится и качает головой.

– Ещё, – тихо говорит Дэйнарин.

– Он горький… – хнычет Тиберий.

– Тем более, – коротко отвечает дракон.

Мальчик вздыхает и допивает.

Я осторожно касаюсь его плеча. Укладываю на подушку.

– Засыпай, малыш, – говорю ласково. – Тебе нужно восстановить силы.

– А ты… – он ложится, но вскидывает на меня полный грустной надежды взгляд, каким смотрят, опасаясь не получить желаемый ответ. – Элина, ты посидишь со мной?

– Когда ты проснёшься, я буду тут, – произношу я ласково и метаю в дракона вопросительный взгляд.

– Посмотрим, – скрипит Дэйнарин.

Некоторое время мы сидим в тишине. Только ветер шуршит в ставнях. Тиберий погружается в сон. Я наклоняюсь, целую его в лоб и поднимаюсь с кровати.

Ноги едва держат, но я упрямо расправляю плечи. Не показываю, что каждое движение напоминает мне о крыше, падении, холоде.

Мы с Дэйнарином выходим в коридор. Он сразу направляется в сторону лестницы, но я хватаю его за рукав.

– Лорд Харлан! – говорю резче, чем стоит, и твёрдо добавляю: – Я хочу присутствовать, когда вы будете говорить с леди Марианной.

Дэйнарин медленно поворачивается. Его взгляд скользит по моему лицу, по руке, которая сжимает его рукав, и по другой, которой я обнимаю свои рёбра.

– Вы должны лежать, – говорит он.

– Я должна быть там, – стою на своём.

Он видит мою решимость и коротко кивает.

– Хорошо, – отвечает он со скрипом. – Возьмите меня под руку, чтобы было легче идти.

Я не хочу касаться этого дракона, всё ещё очень злюсь на него, но он прав, иначе я просто не дойду до гостевых покоев.

Мы идём молча. Замок только начинает просыпаться. Где-то далеко звякает посуда, слышны шаги слуг. За окнами серый рассвет.

Чем ближе к покоям Марианны, тем сильнее у меня стучит сердце. Когда мы подходим к её двери, я замечаю кромку света по порогу. Дэйнарин тоже замечает.

Затем поднимает руку и стучит в дверь. Через мгновение она открывается. Леди Марианна уже полностью одета. Волосы аккуратно уложены, платье тёмно-сапфировое, лицо спокойное, даже доброжелательное.

– Лорд Харлан, – мягко говорит она и переводит взгляд с дракона на меня. – Леди Элина… вы разве не должны быть в постели?

Я молча смотрю на неё. Поднимаю подбородок.

– Мне нужно увидеть ваше бордовое платье, – строго произносит Дэйнарин.

Марианна слегка приподнимает брови.

– Сейчас? – изображает удивление.

– Да, – дракон кивает.

Она делает паузу.

– Боюсь, это неудобно, – мнётся Марианна. – Я ещё не закончила утренний туалет.

– Мне нужно увидеть это платье, леди Марианна, – повторяет Дэйнарин.

Её взгляд на секунду тускнеет.

– Кажется, я отправила его портнихе, – говорит она слишком быстро.

Дэйнарин смотрит на неё несколько секунд.

Потом говорит спокойно:

– Тогда я просто осмотрю вашу комнату.

Улыбка с лица Марианны мгновенно исчезает.

– Вы не можете, – скрипит она.

– Могу. – Он делает шаг вперёд. – У меня есть основания полагать, что вы причастны к покушению на жизнь Тиберия.

Марианна едва заметно бледнеет, но ничего не говорит и отступает в сторону.

Мы входим. Комната просторная и тёплая. Под потолком висят люкс-сферы, зажжён камин. Пахнет лавандой.

Дэйнарин бесцеремонно открывает шкаф, внутри плотно висят платья на плечиках. Шёлк, бархат, кружево. Я сразу вижу то самое платье из бордовой ткани.

– Вот, – указываю пальцем.

Дэйнарин снимает платье с вешалки и разворачивает подол. Бордовый шёлк тяжело переливается в тёплом свете.

И мы оба видим продолговатую рваную прореху. Я достаю из кармана лоскут. Руки дрожат. Я прикладываю ткань к краю подола.

Лоскут подходит идеально. Совпадает до последней нитки.

В комнате становится тихо. Дэйнарин медленно опускает платье. Поворачивается.

Марианна стоит у стены и холодно улыбается.

– Вам есть что сказать, леди Марианна? – спрашивает он.

Она качает головой.

– Уже нет, лорд Харлан, – цедит она и скользит ледяным взглядом по мне

– Вы с мальчишкой должны были умереть под той стеной, – говорит она спокойно.

У меня на секунду перехватывает дыхание.

– Но, признаю… вы оказались более живучим сорняком, чем я ожидала.

– Баронесса Марианна Стайнер, – жёстко заявляет Дэйн. – Вы обвиняетесь в покушении на жизнь лорда Тиберия Риана. И до прибытия конвоя в Стормдорн вы останетесь в этой комнате.

На этом мы выходим. Дэйнарин закрывает дверь и кладёт ладонь на центр филёнки. По всему полотну пробегает белое свечение.

– Белодраконья печать, – поясняет он. – Без моего участия эту дверь никто не откроет.

Я молчу. Опираюсь о стену, чтобы удержаться на ногах. Сил почти не осталось. До этого я держалась на злости и адреналине, а сейчас… тревоги отступили. Тиберий в безопасности, угроза ликвидирована, виновная найдена. Напряжение уходит, и тело вспоминает про боль.

Дэйнарин долго внимательно смотрит на меня.

– Я доведу это дело до конца, – говорит твёрдо. – А вы… выздоравливайте.

Я киваю. Не знаю, что сказать. Между нами повисает тяжёлое молчание. Потому что именно в нём осталось столько недосказанности, что отмолчаться просто не удастся. Просто, наверное, этот разговор произойдёт не сейчас.

30. Стормдорн

30. Стормдорн

Дэйнарин

Я возвращаюсь в кабинет и по эхо-камню вызываю конвой из белых драконов.

Пройдёт не больше получаса до момента, как Марианну доставят в Стормдорн. Я полечу вместе с ними и допрошу её перед вынесением приговора. И у неё не будет возможности что-то скрыть.

Два белых дракона приземляются во дворе замка и сразу обращаются в людей. Виконты Верилан и Стеррин, следователи Ордена. Я ожидаю их на ступенях в замок, киваю им приветственно, и мы вместе поднимаемся в гостевое крыло. Я снимаю печать с двери Марианны.

Я остаюсь в коридоре, драконы входят к ней сами, зачитывают формальный текст, выводят из комнаты уже в кандалах. Я не говорю ни слова. Потому что если открою рот… боюсь, просто сожгу её на месте без суда и следствия.

Марианна идёт спокойно. Слишком спокойно для человека, которого только что обвинили в покушении на жизнь ребёнка. Спина прямая, шаг ровный, взгляд холодный. Ни страха, ни смятения. Только раздражающая, почти оскорбительная собранность.

Я иду рядом.

Внутри тишина. Решение уже принято. Но есть одна мысль, которая сидит в мозгу словно заноза. Если Элина права…

Я обрываю её. Жёстко. Как лишнюю ветку. Не сейчас. Я всё услышу из первых уст.

Мы выводим Марианну на ступени, Стеррин обращается и берёт её лапами. Поднимает в воздух. Следом обращаемся мы с Вериланом. Летим в Стормдорн.

Мрачный замок встречает нас холодом.

Чёрный камень, узкие коридоры, магия, которая давит на грудь, будто сам воздух здесь проверяет тебя на прочность. Здесь не кричат. Здесь ломаются тихо.

Виконты ведут Марианну в допросную. Я захожу в хранилище за Астролитом, который в простонародье называют кристаллом правды, оформляю допрос с его применением и иду в допросную к Марианне.

Дверь закрывается за моей спиной с громким щелчком. Лязгает металл.

Марианна сидит за столом, стоящим по центру. Нога на ногу, руки в кандалах мягко лежат на столешнице.

Я кладу на стол перед ней Астролит. Прозрачный, как лёд. И такой же беспощадный.

Марианна скользит по нему взглядом и усмехается.

– Астролит? Как предсказуемо, лорд Харлан, – произносит она спокойно. – Похоже, нет смысла отпираться. Он всё равно покажет, где я солгу. Поэтому не будем терять времени.

Она даже в допросной остаётся хищной, держится с нарочитым достоинством.

– Начнём с обвала, – говорю ровно.

Она обводит допросную скучающим взглядом, останавливает его на мне.

– Да, – отвечает. – Это была я. Ваша приблудная девка всё правильно поняла. Я не успела убрать тот лоскут.

В груди неприятно сжимается тревога и тлеет ярость.

– Зачем? – спрашиваю я.

– Я хотела организовать несчастный случай, – пожимает плечами. – Старое крыло, ветхие перекрытия. Удивительно, что это не произошло раньше.

Кристалл вспыхивает красным светом. Ложь.

Она усмехается.

– Хорошо, – поправляется. – Я ускорила процесс.

– Вы хотели убить ребёнка? – спрашиваю я.

– Мне нужно было уничтожить золотого наследника, – спокойно отвечает она. – А уж каким способом – вопрос вторичный.

Кристалл светит ровным голубым. Значит, правда.

У меня внутри становится холоднее.

– Как Тиберий вышел на крышу? Это вы контролировали его? – спрашиваю дальше. – Чтобы создать ещё один несчастный случай?

Вот тут в её глазах появляется интерес.

– Наконец-то правильный вопрос, милорд, – Она чуть склоняет голову. – Да. Вы правильно всё поняли. Я с первого дня подбиралась к Тиберию Но пока на нём был амулет, мои чары были бессмысленны.

Я застываю. Амулет. Вспыхивает воспоминание, как он будто очнулся от транса, когда Элина вернула ему амулет. И как он ей его отдал! «Тебе он сейчас нужнее».

Холод проходит по позвоночнику.

Тиберий отдал защитный амулет Элине и оказался под угрозой. И если бы она не пошла за ним на крышу, он был бы мёртв.

Несколько секунд я не говорю ничего. Смотрю на Марианну. И сейчас отчётливо ощущаю, насколько глубоко я ошибся.

– Вы действовали одна? – спрашиваю глухо.

Она улыбается и качает головой.

– Нет, – тянет довольным голосом и добавляет: – Я выполняла работу.

Ладони становятся влажными, а по спине бегут колючие мурашки. Заговор, и Марианна – его верхушка.

– По чьему приказу? – вырывается у меня нетерпеливо.

Она смотрит прямо на меня.

– Заказ Академии Мыслителей, – говорит она. – Но вряд ли через меня вы выйдете на конечного выгодоприобретателя. Я сама его не знаю.

Кристалл остаётся голубым. Он реагирует на изменение астрального поля и показывает, когда знания человека не совпадают с тем, что он говорит. И тут Марианна не лжёт.

– Зачем? – выдыхаю я.

– Золотой наследник, – отвечает она. – Вы правда думали, что его оставят в покое?

В допросной становится тесно и душно. Я медленно сжимаю кулак.

Перед глазами всплывает картина, как я нашёл Элину. Кровь на спине, дрожащие руки, как она собственным телом закрывала Тиберия. И то, как я рявкнул на неё: «Вы могли убить его».

Горло перехватывает. Я отворачиваюсь. Потому что иначе я сейчас убью кого-нибудь. Я наказал Элину за то, что она ценой своего здоровья защищала моего воспитанника. Слепой идиот.

– Забавно, – говорит Марианна тихо, будто прочитала мои мысли. – Вы отстранили ту, кто был готов умереть за Тиберия… И оставили рядом меня.

Кулак сжимается до хруста. Я поднимаю на неё взгляд. Мне хочется приговорить её прямо здесь и сжечь её белым пламенем. Но она может ещё что-то знать.

– Виконты, – я взглядом подзываю следователей. – Поместить арестованную в камеру длительного содержания. Выудить всю информацию о заговоре вокруг лорда Тиберия Эрриана. Нужны любые зацепки по Академии Мыслителей.

Лорды Верилан и Стеррин подходят и поднимают её со стула.

Марианна не сопротивляется, когда её уводят, только останавливается у двери, бросает на меня взгляд.

– Если вы думаете, что я буду последней, – снова хищно улыбается, – то вы заблуждаетесь. Если не такие, как я, то за золотым драконёнком придёт Сомбраэль.

От этих слов внутри становится колюче холодно, будто в желудке лёд. Я ощибся. И цена моей ошибки – жизнь ребёнка.

Мне нужно как можно скорее найти того, кто за всем этим стоит.