Текст книги "Дракон и диковинка для драконёнка (СИ)"

Автор книги: Саша Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

62. Пир

62. Пир

Дэйнарин

Пир проходит спокойно. Без напряжения. Без скрытых углов. Еда, свет, голоса – всё возвращается на свои места.

Запах жареного мяса тянется над столами, смешивается с пряностями и горячим хлебом. Слуги двигаются быстро, почти бесшумно, наполняют кубки, меняют блюда. В глубине зала музыканты перебирают струны, певцы тянут лирические и военные баллады.

Элина сидит рядом. Спина прямая, взгляд внимательный. Первая робость в ней быстро проходит, сменяется уверенностью.

Вассалы, сидящие за расставленными в зале столами – драконы и зажиточные дворяне с моих земель – подходят к ней. Здороваются, представляются. Элина отвечает спокойно, с лёгкой улыбкой, в которой нет ни заискивания, ни холодной отстранённости.

Феодор в какой-то момент встаёт рядом с ней и что-то говорит на ухо, она чуть склоняет голову, слушает, задаёт короткий уточняющий вопрос. Не теряется. Не суетится. Освоилась. Она уже не гостья.

Замок её принял. И не потому что я сказал, что она моя жена, а потому что она вписывается, выдерживает.

Марийка быстро покидает своё место, двигается между столами, знакомится с людьми. Она сначала осторожно отвечает на вопросы, потом уже сама что-то объясняет, смеётся, поправляет чью-то перевязку прямо на месте. Через полчаса её уже хлопают по плечу и зовут «своей».

Тиберий сидит по другую руку от Элины, ест с таким видом, будто спас мир и заслужил всё это лично. Периодически что-то рассказывает ей, размахивает руками, забывая про вилку. Она кивает, слушает, а он от этого становится ещё важнее.

Дэвлин молчит. Но его взгляд время от времени возвращается к Марийке. Задерживается чуть дольше, чем нужно. Он думает, что этого не видно.

Наивный. Ну да. Он тоже нашёл. Посмотрим, как мой сын с этим справится.

В кубке вино, но я почти не пью. Рассматриваю свою жену и не могу наглядеться. Мне нравится всё. Как она поправляет волосы. Как чуть наклоняется, слушая. Как смеётся – тихо, не напоказ.

Аш-раад. Я столько лет пировал в этом зале и но никогда не замечал, чтобы он выглядел так празднично. Это потому что в нём сейчас есть Элина.

Когда баллады сменяются заводными ритмами скоморошеских частушек, к нам подходят Аэриос и Валери.

Я уже успел рассказать Элине про своего друга, но она видит его впервые.

– Элина, познакомься, это мой друг, ледяной дракон Аэриос Витерн и его супруга Валери.

– Очень приятно, – воркует Элина. – Ваш коф-фэ в своё время буквально вернул меня к жизни.

Изысканный комплимент заставляет Аэриоса чуть улыбнуться, а Валери буквально расцветает. Ведь коф-фэ – это её изобретение.

Наши леди удаляются поговорить о женском, а мы с Аэриосом выходим на террасу первого уровня проветриться.

– Я вижу, как ты смотришь на жену, Дэйн, – произносит друг. – Когда закрепишь связь?

– Когда она будет готова, Аэр, – отвечаю. – Она не попаданка, так что у меня спешки нет.

– Всё приходит в срок, – Аэриос усмехается в усы, которые отрастил вместе с аккуратной бородой.

Теперь он выглядит ещё суровее, чем несколько лет назад, когда встретил свою Валери и закрепил их связь.

– Вот и наш срок тоже настанет, – говорю я.

Мы возвращаемся, в центре зала уже танцуют раззадоренные лорды, их леди весело отвечают им. Я наблюдаю за этим весельем, но знаю, что вечером, когда закончится пир, я задам Элине самый важный вопрос.

63. Ночь

63. Ночь

Элина

В зале всё ещё шумно. Я ловлю улыбки гостей, отвечаю слугам, двигаюсь вдоль столов, поглядывая, всё ли на местах. Я удивительно легко почувствовала себя хозяйкой в этом замке.

Мне стало страшно, когда Дэйнарин сказал, что представит меня всем. Признаться, я опасалась, что слуги могут меня не принять. Или зароптать. Или выразить молчаливое несогласие с тем, что теперь в замке появилась я. Его новая хозяйка. Ведь в нём она уже была.

Покойная жена Дэйнарина оставила в замке свой след и целое крыло, в котором мы с Тиберием чуть не погибли стараниями Марианны.

Я пока не решила, как с ним поступить. Решение придёт в своё время. Главное, что сейчас я чувствую себя как рыба в воде. Пока жила с Жаклин и её мужем, я выполняла роль управляющей в доме. А потом сиделки при сестре.

Сейчас эти навыки удивительным образом всплыли в памяти, и занять место хозяйки оказалось просто.

Частушки прекращаются, и музыканты, будто почувствовав, что гости устали, принимаются играть медленную мелодию.

Дэйнарин оказывается рядом мгновенно. Красивый до безумия. Я любуюсь на его белые волосы, на широкие плечи, которые в начале пугали, а теперь вызывают восторг, на его ровную осанку человека, знающего себе цену.

Он протягивает мне руку.

– Разрешите пригласить вас на танец, миледи? – рокочет низко и так бархатно, что мне хочется не на танец, а на поцелуй напроситься.

Я киваю, вкладываю свою ладонь в его, и мы выходим в центр зала. Дэйнарин великолепно ведёт, аккуратно придерживая меня за талию. Моё тело вспоминает танцевальные па, и мы, кажется, становимся самой восхитительной парой в зале.

– Ты обворожительна, Элина, – шепчет Дэйн мне на ухо, когда мы сходимся вплотную. – Я весь вечер не могу на тебя налюбоваться.

– У тебя впереди вся жизнь, Дэйнарин, – отвечаю я ему в тон.

Пир продолжается до поздней ночи. Я уже не танцую, а сижу. Дэйнарин более бодрый, но не отходит от меня ни на шаг. Камердинеры уже увели Тиберия спать. Марийка с Дэвлином тоже куда-то испарились.

Мы с мужем, как хозяева вечера, дожидаемся, когда гости нагуляются и провожаем каждую пару.

Когда шум наконец стихает, столы пустеют, а в замке слышатся лишь редкие шаги и приглушённые голоса слуг, Дэйнарин несёт меня наверх. В покои. Я не спрашиваю, в чьи. Потому что знаю и сама этого хочу. Сейчас это наконец будет правильно. Это будет наша первая брачная ночь.

Он вносит меня в свою огромную спальню, сажает на кровать, опускается передо мной на одно колено и аккуратно расшнуровывает мои сапожки. Стягивает их с ног. Я сразу чувствую облегчение – пятки от каблуков гудят.

Несколько секунд мы молчим. Но молчание не неловкое, а тихое, как пауза перед началом нового.

– Ты справилась, – произносит Дэйнарин тихо. – Я видел, как ты держалась. Как на тебя смотрели слуги, вассалы, Аэриос с Валери. Ты не дала никому ни единого повода усомниться в себе.

Он делает паузу.

– Я горжусь тобой, Элина, – добавляет он тихо. – Больше, чем ты думаешь.

Я улыбаюсь.

– Видимо, Боги не возражают против этого, – отшучиваюсь я с усмешкой.

Смотрю на него, глаза темнеют.

– Боги тут ни при чём. Это ты и твоя магия, – рокочет он, поднимаясь во весь рост.

Потом протягивает мне руку. Я берусь за неё.

– Идём покажу кое-что, – говорит он и ведёт меня к окну, за которым раскидывается ледяное безмолвие Кайра. – Теперь и это твоё, Элина. Это всё.

Я затаиваю дыхание.

– Это… Наверное, здорово, – говорю тихо. – Но мне важны не земли, не замок, не богатство. Мне важен ты сам. И только ты, Дэйнарин.

Он поворачивается. Смотрит на меня слишком долго и слишком пронзительно.

А потом поднимает мою ладонь и целует, глядя прямо в глаза.

– Есть ещё одна вещь, – произносит он почти шёпотом, отпуская мою руку. – Связь.

Слово ложится между нами тяжело. Но не пугающе, а скорее… как неизбежность.

– Ты знаешь, что это значит? – спрашивает он.

Я качаю головой.

– Не до конца, – отвечаю честно.

Дэйнарин ловит моё лицо в ладони.

– Это выбор, после которого ты не сможешь уйти, – говорит спокойно. – Не сможешь захотеть другого. И я тоже. И это… необратимо.

Тишина становится плотной. Дэйн не торопит, не давит. Ждёт, ловит каждую реакцию.

– Ты можешь отказаться, – добавляет он тише. – И ничего не изменится.

По его эмоциям я понимаю, что это правда. Он не оставит меня, даже если я не захочу создавать истинную связь.

– Я не отступлю, – говорит он. – Но и не возьму это силой. Ты должна выбрать это сама.

Я не отвечаю сразу. Смотрю на него долго. Слишком долго для простого ответа.

Этот мужчина рисковал жизнью ради меня, не раз спасал из лап смерти, избавлял от мучений ценой собственных.

Как я могу выбрать иначе? Поэтому я лишь спрашиваю:

– Когда? – спрашиваю я.

64. Связь

64. Связь

Элина

В зале всё ещё шумно. Я ловлю улыбки гостей, отвечаю слугам, двигаюсь вдоль столов, поглядывая, всё ли на местах. Я удивительно легко почувствовала себя хозяйкой в этом замке.

Мне стало страшно, когда Дэйнарин сказал, что представит меня всем. Признаться, я опасалась, что слуги могут меня не принять. Или зароптать. Или выразить молчаливое несогласие с тем, что теперь в замке появилась я. Его новая хозяйка. Ведь в нём она уже была.

Покойная жена Дэйнарина оставила в замке свой след и целое крыло, в котором мы с Тиберием чуть не погибли стараниями Марианны.

Я пока не решила, как с ним поступить. Решение придёт в своё время. Главное, что сейчас я чувствую себя как рыба в воде. Пока жила с Жаклин и её мужем, я выполняла роль управляющей в доме. А потом сиделки при сестре.

Сейчас эти навыки удивительным образом всплыли в памяти, и занять место хозяйки оказалось просто.

Частушки прекращаются, и музыканты, будто почувствовав, что гости устали, принимаются играть медленную мелодию.

Дэйнарин оказывается рядом мгновенно. Красивый до безумия. Я любуюсь на его белые волосы, на широкие плечи, которые в начале пугали, а теперь вызывают восторг, на его ровную осанку человека, знающего себе цену.

Он протягивает мне руку.

– Разрешите пригласить вас на танец, миледи? – рокочет низко и так бархатно, что мне хочется не на танец, а на поцелуй напроситься.

Я киваю, вкладываю свою ладонь в его, и мы выходим в центр зала. Дэйнарин великолепно ведёт, аккуратно придерживая меня за талию. Моё тело вспоминает танцевальные па, и мы, кажется, становимся самой восхитительной парой в зале.

– Ты обворожительна, Элина, – шепчет Дэйн мне на ухо, когда мы сходимся вплотную. – Я весь вечер не могу на тебя налюбоваться.

– У тебя впереди вся жизнь, Дэйнарин, – отвечаю я ему в тон.

Пир продолжается до поздней ночи. Я уже не танцую, а сижу. Дэйнарин более бодрый, но не отходит от меня ни на шаг. Камердинеры уже увели Тиберия спать. Марийка с Дэвлином тоже куда-то испарились.

Мы с мужем, как хозяева вечера, дожидаемся, когда гости нагуляются и провожаем каждую пару.

Когда шум наконец стихает, столы пустеют, а в замке слышатся лишь редкие шаги и приглушённые голоса слуг, Дэйнарин несёт меня наверх. В покои. Я не спрашиваю, в чьи. Потому что знаю и сама этого хочу. Сейчас это наконец будет правильно. Это будет наша первая брачная ночь.

Он вносит меня в свою огромную спальню, сажает на кровать, опускается передо мной на одно колено и аккуратно расшнуровывает мои сапожки. Стягивает их с ног. Я сразу чувствую облегчение – пятки от каблуков гудят.

Несколько секунд мы молчим. Но молчание не неловкое, а тихое, как пауза перед началом нового.

– Ты справилась, – произносит Дэйнарин тихо. – Я видел, как ты держалась. Как на тебя смотрели слуги, вассалы, Аэриос с Валери. Ты не дала никому ни единого повода усомниться в себе.

Он делает паузу.

– Я горжусь тобой, Элина, – добавляет он тихо. – Больше, чем ты думаешь.

Я улыбаюсь.

– Видимо, Боги не возражают против этого, – отшучиваюсь я с усмешкой.

Смотрю на него, глаза темнеют.

– Боги тут ни при чём. Это ты и твоя магия, – рокочет он, поднимаясь во весь рост.

Потом протягивает мне руку. Я берусь за неё.

– Идём покажу кое-что, – говорит он и ведёт меня к окну, за которым раскидывается ледяное безмолвие Кайра. – Теперь и это твоё, Элина. Это всё.

Я затаиваю дыхание.

– Это… Наверное, здорово, – говорю тихо. – Но мне важны не земли, не замок, не богатство. Мне важен ты сам. И только ты, Дэйнарин.

Он поворачивается. Смотрит на меня слишком долго и слишком пронзительно.

А потом поднимает мою ладонь и целует, глядя прямо в глаза.

– Есть ещё одна вещь, – произносит он почти шёпотом, отпуская мою руку. – Связь.

Слово ложится между нами тяжело. Но не пугающе, а скорее… как неизбежность.

– Ты знаешь, что это значит? – спрашивает он.

Я качаю головой.

– Не до конца, – отвечаю честно.

Дэйнарин ловит моё лицо в ладони.

– Это выбор, после которого ты не сможешь уйти, – говорит спокойно. – Не сможешь захотеть другого. И я тоже. И это… необратимо.

Тишина становится плотной. Дэйн не торопит, не давит. Ждёт, ловит каждую реакцию.

– Ты можешь отказаться, – добавляет он тише. – И ничего не изменится.

По его эмоциям я понимаю, что это правда. Он не оставит меня, даже если я не захочу создавать истинную связь.

– Я не отступлю, – говорит он. – Но и не возьму это силой. Ты должна выбрать это сама.

Я не отвечаю сразу. Смотрю на него долго. Слишком долго для простого ответа.

Этот мужчина рисковал жизнью ради меня, не раз спасал из лап смерти, избавлял от мучений ценой собственных.

Как я могу выбрать иначе? Поэтому я лишь спрашиваю:

– Когда? – спрашиваю я.

Эпилог

Эпилог

Элина

В столовой замка приятно тянет ароматами пряностей, мяса, молока и сдобы. Люкс-сферы освещают пространство. Тёплый свет ложится на стол, на лица, на руки, на белую скатерть, которую я сама выбрала.

Я подхожу к столу, аккуратно, придерживая на руках ребёнка.

– Он заснул? – мягко спрашивает Дэйнарин, пододвигая мне стул.

– Он поужинал первее нас, – улыбаюсь я. – И притомился за день.

Дэйн усмехается и протягивает руку, чтобы коснуться крошечной ладони.

Наш сын тихо спит. Ему всего две недели и один день. Он появился на свет в срок, здоровым, красивым. Весь в отца.

Он ещё не умеет держать голову и очень много спит, но узнаёт наши голоса и тянется к нам с Дэйнарином даже во сне.

– Даэрин Харлан, – негромко произносит Дэйнарин, будто пробует имя на вкус.

Я ловлю в этом имени всё сразу. Силу. Продолжение. Нашу любовь.

– Маленький герцог Харлан, – я нежно треплю тёплую щёчку.

Я прижимаю его плотнее к себе. Каждый раз в такие моменты в душе разливается спокойное, глубокое счастье.

– Как твоя поставка? Корабль доплыл? – спрашиваю мужа.

– Да, наша первая партия кристаллов добралась до берега Северной Сиерии, – подтверждает Дэйн. – Аэриос доволен, он сейчас там. Передавал тебе привет и сказал, что заключил контракты на продажу камней в обеих частях Сиерии – и в Северной, и в Южной. Однажды мы и до Норвена доберёмся.

– Горжусь тобой, Дэйн, – произношу я в ответ. – Это потому что ты гениальный стратег, а Аэриос отличный партнёр!

И это правда. После ухода со службы в Ордене Дэйнарин с Аэриосом открыли канал экспорта минералов, месторождение которых обнаружилось на земле Дэйна. Неделю назад они отправили первый корабль, и сегодня он приплыл.

В столовую приходят остальные члены семьи.

Тиберий вбегает как всегда.

– Он уже здесь? – сразу тянется ко мне, заглядывает в лицо малышу.

– Тихо, – шепчу я. – Он спит.

– Я тихо, – обещает он и, конечно, тут же начинает шептать слишком громко. – Я научу его летать, когда он вырастет.

Я улыбаюсь.

Тиберий вырос за этот год. Вытянулся, стал спокойнее. Но внутри остался тем же мальчишкой, который когда-то прижимался ко мне и боялся ночи.

Теперь он почти ничего не боится.

Дэйнарин сдержал своё слово. Он дал ему дом. Безопасность. Время вырасти. А после совершеннолетия Тиберий отправится учиться и выберет сам – академия Изяществ или академия Мыслителей, а может, даже Боевая академия. Хотя я склоняюсь, что он выберет первый вариант. Он по-прежнему обожает рисовать.

Следом за Тиберием появляется приставленная к нему няня Риота, из простого люда, молодая и очень добрая. Её выбрала я сама, и она отлично справляется с работой. Хотя Ти по-прежнему очень привязан ко мне и Марийке.

Наша целительница входит через несколько минут. Уже не робкая, не прячущаяся по углам. Уверенная. Спокойная. На ней простое платье, но держится она так, будто всегда жила в замке.

Она лечит всех нас и замковую челядь. Я доверила ей принять у меня роды. Люди из окрестных деревень без сомнений приезжают к ней. И я уже не представляю Кайр без неё.

Марийка кивает мне, мягко улыбается Тиберию. Он сразу сдвигается, освобождая ей место рядом.

– Я сегодня помогал на конюшне, – начинает он ей рассказывать, забывая про весь остальной мир.

Марийка слушает внимательно. Не делает вид. Не торопит. Она умеет быть рядом, поэтому Тиберий тянется к ней всей душой.

Последним появляется Дэвлин. Он всегда немного опаздывает. Собранный, сосредоточенный, с тем выражением лица, за которым спрятано слишком многое.

Теперь он занимает место отца в Ордене. И справляется. И, если ничего не изменится, через пару лет займёт место главы Ордена вместо лорда Бранэля.

Дэвлин кивает мне, пожимает руку отцу, смотрит на Марийку с теплом в глазах и вежливо здоровается:

– Добрый вечер, леди лекарь, – говорит он, усаживаясь напротив неё.

– Я не леди, – отвечает она, как всякий раз на обращение леди, но Дэвлин не прекращает так её называть.

Они вполголоса перебрасываются тонкими беззлобными колкостями. Я опускаю взгляд, чтобы скрыть улыбку. Пусть. У них впереди время.

Дэйнарин придвигается ко мне, ближе, чем нужно по этикету. Но меня это только радует. Я чувствую его. Всегда. Связь мягко отзывается внутри, как дыхание.

Я больше не думаю о том, что могла бы выбрать иначе, потому что не могла.

– Ты устала, – тихо говорит он, наклоняясь ко мне.

Я не успеваю ответить, Дэйн уже щёлкает пальцами, подзывая одну из служанок, которые выполняют роль нянечек для Даэрина.

– Да не стоило, – смущённо тяну я, но всё же передаю сына девушке. Она трепетно прижимает его к себе, склоняет голову и отходит.

Слуги подают ужин. Разговоры текут спокойно. Без напряжения, без скрытых смыслов. Мы семья. Большая, не кровная, но именно семья, где царит доверие и мир.

Тиберий о чём-то спорит с Дэвлином и чуть ли не раздувается от важности. Марийка вмешивается, смеётся. Дэйнарин слушает, иногда кивает.

Я смотрю на них всех и ловлю себя на том, что больше не ищу опасности, не жду удара, не готовлюсь к утрате.

Я дома. И это не только место, это люди и драконы, которые меня окружают. Моя жизнь будто пришла в равновесное состояние, встала на твёрдые рельсы, и теперь впереди ждёт только счастье в кругу любимых.