Текст книги "Дракон и диковинка для драконёнка (СИ)"

Автор книги: Саша Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

44. Ульд

44. Ульд

Дэйнарин

Мы покидаем Скайвилл на рассвете. Второй полёт будет длиннее, потому что лететь на другой конец материка. А Альтерия болшая.

Элина держится увереннее, Тиберий уже не кричит от восторга, а просто впитывает небо, как нечто само собой разумеющееся. Привыкает.

Я не даю себе отвлекаться. Чем ближе Норвен, тем тяжелее становится воздух, будто здесь сама ткань мира плотнее, внимательнее к каждому движению.

К вечеру на горизонте показывается Вальхард. На южной окраине возвышается Ульд. Замок местного Ордена.

Чёрный, с остроконечными шпилями и затемнёнными окнами. Башни узкие, стены глухие, без лишних украшений. Никакой мягкости. Только сила и контроль.

Я снижаюсь на верхнюю террасу. Дэвлин уже ждёт меня там.

Стоит прямо, как всегда. Тёмный плащ, руки за спиной, взгляд спокойный и вдумчивый. Мой сын.

Я хвостом снимаю Тиберия и Элину. Её шатает, и Дэвлин помогает ей удержаться на ногах. Я обращаюсь следом. Разминаю плечи и шею. Усталость чувствуется сильнее, чем вчера. Второй полёт почти без передышки. И длиннее, чем прошлый.

– Отец, – произносит Дэвлин, склоняя голову.

– Дэвлин, – отвечаю, заключая его в объятия.

Коротко, крепко. Как отец и его взрослый сын, которые давно не виделись.

– Покои готовы, – продолжает он. – Внутренний уровень. Охрана. Для Тиберия отдельная комната.

Правильно.

– Хорошо, – отвечаю. – Нужно разместить мою невесту и мальчика.

– Невесту? – Дэвлин поднимает бровь, потом поворачивается к Элине, почтительно склоняет голову и добавляет: – Миледи. Рад вас приветствовать.

Она чуть кивает. Держится из последних сил, выжата почти до предела. Тиберий уже еле стоит, но упрямо выпрямляет спину.

Я кладу ладонь ему на плечо.

– Спать, – говорю. Он делает возмущённое лицо, но я не отступаю. – И не спорить.

Он сдаётся без боя. Значит, действительно устал.

Дэвлин и двое стражников ведут нас по внутренним коридорам Ульда. Здесь нет ни тепла, ни лишних запахов. Камень, холод, редкий свет факелов под чёрными стеклами. Каждый шаг глухой, как будто сам замок поглощает звук.

Покои – строгие. Закрытые. Надёжные.

Мы с Элиной укладываем Тиберия спать. Она начинает ему читать, но он засыпает буквально на первом предложении. И она с улыбкой закрывает книгу.

– Я провожу тебя и помогу раздеться, – заверяю я.

Она не спорит.

Я провожаю её в выделенную ей комнату. Здесь не так, как в Ордене Южной Сиерии. Нет купальни, ширмы, здесь эффективность граничит со строгостью.

Я захожу с Элиной. Уже без слов начинаю расшнуровывать корсет её платья. Она лишь благодарно вздыхает. Утомилась. Конечно.

И я снова отворачиваюсь раньше, чем увижу обнажённую кожу. Чтобы не терять концентрации, не позволять желанию управлять мыслями. Элина сама натягивает ночную рубашку, забирается в постель. Я лишь укутываю её одеялом.

– Спи, – говорю бархатно. – Дальше я сам.

Она смотрит на меня.

– Ты уйдёшь? – спрашивает тихо.

– Ненадолго, – отвечаю. – Надо с сыном пообщаться.

Она не отвечает, но я вижу – держится только потому, что я рядом. Я целую её в лоб и выхожу в коридор.

Внутри копится напряжение, только меняет форму. Не эмоциональное, а острое, напряжение хищника перед броском.

Дэвлин ждёт в конце коридора. Мы без слов выходим из жилого крыла и отправляемся в рабочее.

Тяжёлая дубовая дверь закрывается за нами, отсекая кабинет сына от остального замка.

Я прохожу к столу, сажусь в кресло для посетителя. Дэвлин занимает своё место.

– Как я и сказал тебе раньше, – начинаю без разгона, – на Тиберия было совершено покушение. Судя по всему, убийцы его родителей не хотят оставлять наследника.

Сын кивает. По глазам вижу, что согласен.

– По убийству Эррианов что-то известно? – спрашиваю. – Есть новая информация?

Дэвлин криво усмехается.

– Расследование закрыто, пап, – произносит с досадой, – фактически это были несчастные случаи.

Я подаюсь чуть вперёд.

– Мы оба понимаем, что это не так, – в голосе против воли просачивается сталь.

Сын кивает.

– Понимаем, – кивает он. – Но доказать не можем.

– Пока, – говорю я с плотоядной полуулыбкой. – У меня появилась зацепка.

В глазах Дэвлина вспыхивает белое пламя интереса.

– Ларин Фаэлан, – произношу я твёрдо.

Он щёлкает пальцами.

По стенам проходит волна белого света. Беззвучно. Быстро. Замок на мгновение словно выдыхает и снова замирает.

Я смотрю на него с лёгким удивлением.

– Боишься, что нас услышат? – окидываю только что обеззвученный кабинет взглядом.

– Уверен, – твёрдо и спокойно отвечает Дэвлин.

Коротко. Без эмоций. Мне это нравится. Мой сын. Я вырастил отличного хранителя. Но тогда была жива Элоиз.

– Герцог Фаэлан очень крупная птица, – тихо произносит он, вырывая меня из воспоминаний. – Я давно к нему подбираюсь.

– Подбираешься? – я сам чувствую, что брови поднимаются на лоб.

– Да, – сын поворачивается к стене и снимает морок, под которым находится сейф. Отпирает его своим магическим отпечатком. Вынимает оттуда несколько тонких папок. Кладёт передо мной на стол. – Я подозреваю его в ряде преступлений, но он не оставляет следов.

Я смотрю на папки. Открываю одну, пробегаю глазами собранные материалы.

– Продажа конфиденциальной информации политическим группам, – продолжает говорить сын. – Манипуляции наследниками через «обучение». Организация устранения свидетелей и неугодных.

Он замолкает ненадолго, открывает одну из папок сам.

– Я уверен, что это именно он организовал производство Камней Безумия, – добавляет он. – Артефактов, которые ломают физику без фиксируемого магического отпечатка. Всё к нему сходится. Но даже арестовать его для допроса нет повода.

Я вытаскиваю из внутреннего кармана свёрнутый лист. Плотная бумага. Печати Ордена. Кладу на стол.

– Теперь есть, – пододвигаю сыну. – Официальный веский повод.

Дэвлин читает быстро. Поднимает взгляд.

– Показания Марианны Стайнер? – тянет с лёгким удивлением.

Я киваю.

– Наставница Тиберия. Она совершила покушение, – поясняю я. – На допросе она сказала, что Фаэлан выступал координатором.

Тишина становится плотнее.

– А почему именно она? – спрашивает Дэвлин.

Я замираю. Пытаюсь вспомнить. Мне о ней сказал глава Ордена Кайра, когда привёз ко мне Тиберия. Поставил перед фактом, что с ним в нагрузку идёт наставница.

– Она шла в комплекте с Тиберием, – отвечаю я. – Как приложение к воспитаннику. Лорд Майлин Бранэль просто поставил меня перед фактом.

Дэвлин каменеет.

– Глава Ордена Кайра… – задумчиво тянет скрипящим тоном. – Если всё так, как я думаю, ты привёз Тиберия в ловушку.

45. Пустота

45. Пустота

Дэйнарин

Меня прошибает озноб. В желудке остро колет плохое предчувствие.

– Ты хочешь сказать… – говорю я, уже понимая, что имеет ввиду сын. – Марианну мне навязал Бранэль. Вряд ли он сам это придумал. Директиву ему спустили, а значит… Лорд Килиан причастен!

Дэвлин кивает с мрачным видом. А мне уже не до кивков.

Я резко встаю, стул с грохотом падает назад.

– Мне надо проверить, всё ли с ними в порядке, – бросаю и направляюсь к двери.

Сын в два шага догоняет, открывает её передо мной.

– Я с тобой, отец, – говорит сосредоточенно.

Мы вместе бежим в жилое крыло, куда поселили Тиберия и Элину. Я ощущаю неладное ещё до того, как мы входим в коридор. А потом и вижу – стражи нет. И тишина такая глухая, что програлывает наши шаги.

Мы не ждём. Дэвлин идёт к Тиберию, я без расшаркиваний врываюсь в покои Элины. Пусто. Кровать смята. Одеяло на полу. Кувшин с водой опрокинут, но не разбит. Ни крови. Ни следов борьбы.

Слишком аккуратно для насилия.

Я прохожу по комнате. Смотрю. Слушаю. Кровать ещё тёплая.

Я выхожу в коридор, чтобы узнать, что с осмотром комнаты Тиберия, хотя уже знаю, что мне скажет сын.

– Тиберия нет, как и следов борьбы, – произносит Дэвлин собранно.

– В комнате Элины то же, – отвечаю я. – Их похитили. И провернули это за полчаса, пока мы были в твоём кабинете.

Мы переглядываемся и в один голос произносим:

– Килиан, – мой голос полон сдерживаемого рыка, голос Дэвлина глухой.

– Он сейчас уже наверняка у себя, – произносит сын. – Восточная башня. Там его покои.

Я киваю.

– Зайдём с воздуха, – говорю и указываю на дверь, ведущую на террасу.

Мы выходим. Обращаемся одновременно. Давно я не летал вместе с сыном. Это ни с чем не сравнимое удовольствие. Но сейчас не до блаженства. Мы отрываемся от террасы и летим к восточной башне. Спускаемся на один из верхних балконов. Я обращаюсь ещё в воздухе. Гулко приземляюсь в прыжке и сразу направляюсь к двери в жилые комнаты.

Толкаю её без усилия и сразу попадаю в спальню. Неплохо подгадал. Дэвлин входит следом. Килиан дёргается в кровати, а вместе с ним подпрыгивает изящное нечто с огромной копной золотистых волос и, вскрикнув, забивается под покрывало так, что только глаза выглядывают.

Глава Норвенского Ордена сначала выглядит растерянным, но быстро собирает лицо. Пронзает нас взглядом, в котором пляшут недобрые искры.

– Какого Аша вы тут делаете?! – выговаривает жёстко. – Вы в своём уме? Вы ворвались к главе Ордена Норвена!

Я делаю пару шагов и останавливаюсь у кровати. Килиан пытается держать лицо, но я кожей ощущаю его испуг. Пока не страх и не ужас, но он явно чувствует, что я на взводе.

– Убери златовласку, Иррэн, – цежу я почти по слогам. – Нужно поговорить.

– Сам убирайся, Дэйнарин! – зло рявкает он.

Пальцы покалывает. Я не успеваю совладать с собой. Короткая как дротик молния вбивается в изголовье кровати прямо над головой Килиана.

– Следующая в ногу, – скрежещу так, что глава Ордена подбирается.

Дэвлин стоит у меня за спиной, давит пока только присутствием, но я чувствую, что он готов здесь всё залить огнём.

– Ты нарушаешь субординацию, – шипит он, но голос дрожит. – С рук тебе не сойдёт!

– Тебе с рук больше не сойдёт, – начинаю я, собираясь загибать пальцы, но он мгновенно смекает и поднимает руки.

– Стой! Я понял, – почти кричит и бросает своей девице: – Оставь нас, Янка. Жалование в кувшине.

Девица выскакивает из кровати в чём мать родила и убегает в другую комнату.

– Ты убрал охрану от комнат женщины и мальчика, которые прибыли со мной, – скрежещу я, подбрасывая на руке сгусток белого огня. – И их похитили.

Килиан смотрит на меня зло, а потом сдувается. Он знал, участвовал в заговоре. И думал, что я не сопоставлю. Или… просто заговорщики ещё не в курсе, что Марианна сдала Фаэлана.

– Мне приказали, – выговаривает он с тяжёлым вздохом.

– Не сомневаюсь, – рычу я. – Ларин Фаэлан, я прав?

Килиан вскидывает на меня удивлённый взгляд.

– Его марионетка раскололась, – не дожидаясь вопроса поясняю я. – Марианна будет казнена.

Килиан опускает плечи, голову. Будто даже меньше становится.

– Я не думал, что они зайдут так далеко, – произносит он, глядя в пустоту мимо меня. – Фаэлан держит меня за горло. Я закрывал глаза на его сделки. Сначала мелочь, потом больше. А потом у него на меня такое досье собралось, что я повязан с ним накрепко.

Он снова вздыхает. Понимает, что ему за такое грозит если не казнь, то изгнание.

– Но я не думал, что они… захотят смерти Тиберия Эрриана, – продолжает он, поднимая на меня умоляющий взгляд. – Что такого в том, чтобы пропихнуть с ним наставницу? Фаэлан сказал, что за Тиберием нужен присмотр.

– Она была подослана, чтобы убить мальчика, – выговариваю я. – Обставив в виде несчастного случая. И у неё почти получилось. Но теперь их с моей… с леди Элиной похитили. Куда их повезли?

Челюсть сводит от того, как сильно мне хочется поджарить этого предателя на медленном огне.

– Мне не сказали, – божится он, поднимая ладони. – Фаэлан попросил лишь убрать охрану на короткий промежуток времени.

Слизняк. Это не белый дракон, это бесцветная мокрая ящерица. Да даже у ящерицы хребет твёрже будет!

– Ты знаешь, что им нужно от Тиберия? – задаю последний вопрос, не надеясь получить ответ, но Килиан меняется в лице – на нём расплывается надежда.

Видимо, этот червь полагает, что за сотрудничество, я пощажу его. Нет. Но ему не обязательно этого знать. Я киваю.

– Говори.

46. Обрывки

46. Обрывки

Дэйнарин

Моё «говори» повисает в спальне Килиана удушающим облаком. Он всё ещё смотрит на меня с надеждой. Но теперь во взгляде появляется вина.

Пламя на ладони скачет как мячик. Держу наготове, будто могу пульнуть. Могу. Но сейчас этот прохвост нужнее живым и разговорчивым.

– У Эрриана старшего… были активы, – произносит Килиан, избегая моего взгляда. – Как и у любого золотого дракона.

Я молчу. Он продолжает, потому что тишина давит сильнее угроз.

– Он выступал адвокатом по морскому праву, – добавляет боязливо. – Разбирал тяжбы, связанные с потерей грузов.

– Каких грузов? – спокойно произносит Дэвлин, проходя вглубь спальни.

– Разных, – мнётся Килиан. – Там были… разные грузы.

Как удобно. Внутри копится раздражение.

– Конкретнее, – рычу я.

Он морщится.

– У него могли сохраниться книги учёта, – блеет глава Ордена. – Мне откуда знать?! Но…

Он замолкает, пронырливо зыркает на меня.

– Они сотрудничали с Фаэланом, – добавляет тихо.

Фаэлан. Всё сходится к нему. Я складываю это в голове, но не тороплюсь.

– Дальше, – киваю.

Килиан колеблется. И это уже интереснее.

– И я слышал… – Килиан начинает выглядеть хитро. Прямо видно, как он изворачивается, боясь погрязнуть в своих аферах ещё сильнее. – Я слышал, у него был собственный порт на Юге Норвена.

Я отвожу взгляд на секунду. Южное побережье.

– Фаэлан, – произношу я. – Какое отношение глава Академии Мыслителей может иметь к морскому адвокату?

И у меня в голове всё складывается. Я поворачиваюсь к Дэвлину, у него в глазах белые искры словно молнии, точно там гроза. Он нащупал то же, что и я.

– Ты порочишь светлое имя Ордена, Килиан, – скриплю я низко. – Когда найду мальчика и леди Элину, я вернусь, и мы продолжим этот разговор. Пока… наслаждайся обществом Янки.

Килиан роняет голову на грудь. Справедливо. Ему лучше всего будет прямо сейчас бежать в Земли Тумана или на какой-нибудь ненаселённый остров в океане. Потому что когда мы встретимся в следующий раз, я приду вершить над ним законный суд.

Мы с Дэвлином возвращаемся в его кабинет тем же путём. Он тем же манером ставит защиту от подслушивания, но даже не садится за стол. Опирается бёдрами, складывает руки на груди.

– Ты догадался, отец? – спрашивает он.

Я киваю.

– Фаэлан занимается ввозом нелегальных артефактов, – утвердительно произношу я. – И Эрриан ему чем-то помешал.

– Или не позволил что-то заполучить, – Дэвлин прислушивается.

– Не вписывается, зачем они хотели смерти Тиберия, – задумчиво произношу я. – Марианна пыталась его убить, и задачу ей поставил Фаэлан.

– Но теперь, очевидно, Тиберий понадобился им живым, – замечает Дэвлин.

– Выходит, до какого-то момента он был помехой, а потом… – тяну я.

И снова проговорённый вслух вопрос наталкивает на решение. Я уже открываю рот, чтобы это проговорить, но Дэвлин меня опережает.

– Родовая печать, – произносит он. – О которой они изначально не знали.

– И узнали недавно, – добавляю я. – Просто не успели поставить Марианну в известность. А это значит, за последние три недели. Пока она находилась под стражей и они не могли связаться с ней.

Дэвлин прямо смотрит на меня.

– Тебе вверили Тиберия сколько – Четыре? Пять месяцев назад? – спрашивает он.

– Около полугода, – отвечаю я. – Чуть больше, наверное.

Дэвлин светлеет и хлопает в ладоши.

– Речь идёт о каком-то объекте недвижимости, который был защищён законом от присвоения в течение полугода после смерти владельца, – говорит он. – Спустя полгода Фаэлин и все, кто замешан, добрались до заветного актива, но он оказался запечатан астральной подписью рода, родовой печатью Эррианов.

У меня в голове складывается отвратительная картина.

– Поэтому они забрали Тиберия, – догадываюсь я вслух. – Теперь им нужен живой потомок Эррианов, чтобы снять родовую печать.

Сын вздыхает. Бросает взгляд на часы.

– Полетели в архив, – говорит он. – Архивариус, конечно, поворчит, но она меня любит. Пустит просмотреть записи.

Он отталкивается от стола и направляется к двери.

– Нужно выяснить, что за активы были у семьи Эррианов, – бросает мне через плечо. – И я уже знаю, где искать.

Я иду за ним. Я тоже знаю, где искать. Только это время. А у Тиберия оно ограничено. Как и у Элины. Её наверняка забрали, чтобы надавить на драконёнка.

Мысль о том, что кто-то причинит ей боль, чтобы Тиберий снял печать, пробегает под кожей рябью чешуек и непрошенной дрожью. А вдруг он не знает, как? Или не сможет?

Хочется плюнуть на все архивы и прямо сейчас рвануть на Юг. На побережье. Глазами найти пресловутый объект, чем бы он ни был. Но я понимаю, что Дэвлин прав. Надо найти координаты, чтобы не тыкаться вслепую.

Держись, Элина. Я уже иду по твоему следу!

47. След

47. След

Дэйнарин

Мы выходим на террасу. Холодный воздух облизывает лицо, сдувает лишние мысли. Остаётся только одно – время.

Я обращаюсь сразу. Кости смещаются, тело увелиыивается, мир становится шире, резче. Взмах крыльев – и я уже в воздухе.

Дэвлин поднимается рядом.

Мы берём курс на центр.

Огни ратуши видны издалека – тёплое золото в ночи. Городская канцелярия, кабинеты правящей верхушки. Служители спят, но народ должен видеть символ власти. Норвен – диктатура, здесь власть подчёркивается особенно.

Но мы летим не в ратушу. Дэвлин кивает мне и сворачивает в сторону. Я лечу за ним.

Он снижается у невысокого трёхэтажного здания. Камень мначный, окна узкие, почти слепые. Тёмные. Ни вывески. Ни охраны.

Мы почти бесшумно садимся на балкон второго этажа.

Я обращаюсь ещё в воздухе, приземляюсь уже человеком и сразу иду к двери. Внутри беснуется мой зверь. Жаждет разнести здесь всё по камешку, но добраться до информации.

Я собираюсь толкнуть створку. Если не откроется – выбить. Но Дэвлин окликает меня.

– Стой, отец, – говорит тихо, но жёстко.

Я оборачиваюсь.

– Это архив, – говорит он. – Не склад. Здесь не ломают двери.

– У нас нет времени, – вырывается у меня с рыком.

– Поэтому мы войдём так, чтобы нас не вышвырнули, – сдержанно парирует он.

Я заставляю себя согласиться. Киваю.

– За мной, нам нужна госпожа Бравн, архивариус, – говорит сын и направляется вдоль балкона.

Деревянный настил под ногами тихо скрипит. Двери вдоль стены заперты. Без опознавательных знаков. Но Дэвлин явно знает, куда идти. Останавливается у последней. В торце балкона.

Стучит несколько раз, сдержанно. Время позднее, и внутри у меня поднимается тревога. Вдруг нам не откроют?

Сначала с той стороны тишина. Потом раздаётся медленно шарканье. Пальцы покалывает от напряжения. Я уже готов выбить створку, когда она открывается.

На пороге пявляется старая Этера. В ночном платье, с растрёпанными седыми волосами. Глаза узкие, внимательные.

– Госпожа Бравн, – Дэвлин делает шаг к ней.

– Лорд Харлан, – говорит она, глядя на моего сына. – Что за срочность?

– Вопрос жизни и смерти, – отвечаю я, сдерживая рык.

Она смотрит на меня секунду, считывает моё напряжение, потом со вздохом кивает.

– Спешат-спешат, – ворчит и разворачивается. – Все спешат, пока не опоздают. Ждите.

Дверь закрывается. Я сжимаю челюсть. Секунды тянутся бесконечно.

Этера возвращается спустя несколько минут уже в тёмном плаще, запахнутом наспех.

– Идите за мной, лорды, – говорит она и направляется по балкону в обратную сторону. Останавливается у одной из одинаковых дверей и открывает её прикосновением ладони.

Магия тихо шуршит в воздухе.

– Ночь на дворе. Архив закрыт, – бросает через плечо. – Пойдём коротким путём.

Мы входим. Узкий проход, в котором нет ни грамма света. Каменные глухие стены. Лестница вниз. Драконы-то видят в темноте, но и Этера двигается впереди не останавливаясь. Знает наизусть.

Затем она открывает ещё одну дверь, и мы оказываемся на первом уровне архива. Полный книг шкаф встаёт на место за нашими спинами. Потайная дверь.

В нос бьёт запах бумаги и пыли. Ряды стеллажей, стоящих ёлочкой. Журналы, книги, свитки. Полки до потолка. Тишина густая, вязкая.

– Госпожа Бравн, – говорит Дэвлин. – Нам нужна информация по активам семьи Эррианов.

Она кивает, будто он попросил чашку чая, и сразу направляется куда-то вперёд.

– Следуйте за мной, – бросает через плечо.

Она идёт между стеллажами, не глядя на корешки. Рукой скользит по рядам. Останавливается у отдельно стоящего стеллажа, забитого толстенными фолиантами.

Она вытаскивает один и укладывает на стол, стоящий в паре метров.

– Здесь, – говорит она. – Журнал регистрации – все активы всех родов. Читайте здесь. Выносить нельзя.

– Спасибо, госпожа Бравн, – Дэвлин склоняет голову и щёлкает пальцами, призывя люкс-сферу над столом. Она заливае стол мягким белым светом.

Мы вместе открываем жёрнал. Страницы плотные, буквы ровные, каллиграфические.

Я быстро открываю раздел Герцоги, по алфавиту ищу фамилию Эрриан.

– Здесь, – показываю пальцем на фамилию в начале листа.

Палец Дэвлина ложится на строку.

Эррианы.

Дом в городе, адрес, метраж, координаты, дополнительные сведения и пометка «Передано государству до наследования».

Следующий объект поместье и лошадиное ранчо в предместье Вальхарда. Пометка та же: «Передано государству до наследования».

Адвокатское бюро. «Ликвидировано в связи со смертью владельца».

Я листаю дальше.

Четвёртая запись. Пристань в деревне Скельвик. Координаты прилагаются. И приписка снова: «Передано государству до наследования». Только вот дата передачи государства – две недели назад.

– Пристань во владении? – тяну удивлённо. – Странное что-то.

– Это на Южном побережье Норвена, – цедит Дэвлин. – И, судя по записи, это был родовой актив, который подлгода после смерти владельца защищён законом. Он перешёл под государственный контроль до наследования две недели назад.

Я замираю. Пристань. Всё сходится. Внутри разливается колючий холод.

– Именно этот причал и нужен Фаэлану, – выговариваю я.

– Похоже на то, – тихо говорит Дэвлин. – До остальных объектов он бы уже добрался. А с пристанью не вышло. Родовая печать не позволяет просто войти туда, даже после передачи государству.

Я киваю.

– И им понадобился Тиберий, – добавляю я.

– Спасибо, госпожа Бравн, – говорит Дэвлин, поворачиваясь к Этере.

Она кивает так, будто всё для неё такое в порядке вещей.

Она провожает нас на балкон тем же путём и уходит к себе.

– Надо спешить, – говорю я. – Они наверняка не поехали по земле. Ушли по воздуху.

– Это значит, мы опаздываем, – спокойно отвечает Дэвлин. – Примерно на час.

Я смотрю на него. Зверь внутри ревёт. Тело едва держится, чтобы не обратиться раньше времени.

– За это время их могут убить, – скриплю.

– Могут, – Дэвлин соглашается без прикрас.

– Летим скорее, – говорю я и уже обращаюсь.

Крылья раскрываются в темноте. Мы не можем опоздать. Ещё немного, и спасать будет некого.