Текст книги "Дракон и диковинка для драконёнка (СИ)"

Автор книги: Саша Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

57. Возвращение

57. Возвращение

Дэйнарин

Днём в доме становится тесно и шумно. Тиберий бегает по комнатам, играя в одному ему известную игру. Марийка готовит дом к своему отъезду. Убирает, собирает сумку. В неё прячет, видимо, самое необходимое – семена, травы, бинты, нож, несколько склянок. Всё укладывает так, будто она уходит с концами не впервые.

Я наблюдаю за ней краем глаза. Она вызывает доверие и уважиние. Ни одного суетливого движения, действует выверенно и точно, со знанием дела.

То, что брать не собирается, складывает на одеяло, потом заворачивает и утаскивает. Дэвлин увязывается её проводить.

Марийка возвращается одна.

– А куда ты всё дела? – тут же огорошивает её вопросом Тиберий.

Он очень наблюдательный драконёнок.

– Отнесла в поселение, раздала жителям, – просто отвечает Марийка.

У неё широкая душа. Я не ошибся, приглашая её в замок.

Дэвлин возвращается после неё, с едой. Похоже, купил в деревне. Хлеб, мясо, что-то горячее в котелке.

Марийка накрывает на стол, мне приносит отдельно, потому что я ещё лежу. Чувствую себя инвалидом. Это злит, но я не показываю вида. К вечеру драконья регенерация поставит меня на ноги. Надо просто потерпеть.

Над столом звучат тихие разговоры, Элина берёт тарелку, приходит ко мне. Садится на край лежанки.

– Составлю тебе компанию, – поясняет тихо. – Они там и без меня отлично пообедают.

– Спасибо, – говорю я.

Еда сносная, но главное – она сытная. То, что нужно, чтобы быстрее восстановиться.

Когда солнце клонится к закату и по стене начинают ползти оранжевые тени, я пробую встать и понимаю, что готов лететь. Сил хватит, чтобы добраться до Ульда. А дальнейший путь продолжим позже, когда я буду в порядке на все двести процентов.

Заметив, что я встал, Элина мгновенно подбегает.

– Как ты, Дэйн? – спрашивает так встревоженно, что у меня перехватывает дыхание. И короткое имя сейчас от неё звучит особенно проникновенно.

– Нормально, – отвечаю ей, касаясь пальцами её щеки. – До Ульда долетим. Пора.

Я выхожу из дома первым. Разминаю спину, на мгновение вспыхивает тревога, всё ли в порядке с драконьей формой, но я представляю, что я дракон, и тело начинает трансформироваться. С драконом всё хорошо. Вскоре я уже белый дракон.

Вдыхаю огромной грудью, складываю крылья, опускаюсь и подставляю хвост Элине, которая сначала поднимает мне на шею Тиберия, затем забирается сама. Я встаю на задние лапы, распахиваю крылья.

В душе возникает короткое глухое удовлетворение, что битву с врагом я всё-таки выиграл.

Небо над головой темнеет, разрушенная башня тает в вечерних сумерках.

Я оборачиваюсь к Дэвлину, киваю ему и взлетаю. Делаю круг, ожидая сына. И вижу, с какой бережностью он усаживает себе на шею Марийку. Хвост двигается аккуратно, точно, не сжимает, не давит, словно не человека держит, а хрупкую драгоценность. Вскоре они взлетают, и мы вместе отправляемся в сторону Ульда.

Попутный ветер облегчает путь. Прилетаем в Вальхард уже через три часа.

Ульд чернеет внизу мрачной громадой. Чёрный камень, башни, огни.

Замок Ордена, где внизу, под землёй, в тюрьме ожидает суда герцог Боргарн.

Мы с Дэвлином опускаемся на одной из террас. Нас встречает стража, слуги, молодой парнишка-гонец бежит в главе Норвенского ордена сообщить о нашем прибытии.

Иррэн Килиан выходит к нам сам, хотя время позднее, наверняка уже готовился к очередному марафону с девицами. Но смотрит строго и почтительно.

– Здравствуй, Дэвлин, – говорит, обращаясь к моему сыну. – Рад, что всё обошлось.

Он поворачивается ко мне:

– Лорд Харлан, с возвращением, – кивает с уважением. – Спасибо за помощь в поимке преступника.

Гнев на этого слизняка вспыхивает мгновенно, но я давлю его.

– Нам нужно провести в Ульде сутки-двое, – говорю уже ровно. – Разместите нас.

Он радостно кивает.

– Всё уже готово, слуги проводят вас и ваших близких, – говорит лебезящим голосом.

Спустя полчаса Элина, Марийка и Тиберий расходятся по своим комнатам, и мы с Дэвлином желаем им спокойной ночи.

– Ты… – тянет Элина, бросая на меня грустный взгляд. – Не пойдёшь?

Я подхожу, целую её в лоб и наклоняюсь к уху.

– Прости, Элина, – говорю ей шепотом. – Мы не женаты. Я предпочту сохранить твою репутацию чистой.

Она вздыхает и скрывается за дверью. Я сжимаю челюсть. Нет ничего, чего бы я хотел сильнее, чем просто прижаться к ней, вдохнуть запах кожи, погладить по волосам.

Позже. У нас вся жизнь впереди. А сейчас… Я смотрю на сына.

– Нужно подготовить обвинение для Боргарна, – говорю строго.

Дэвлин кивает.

– Только останемся здесь, – он кивает на общую гостиную, двери из которой ведут в покои наших близких. – Я принесу необходимое из кабинета.

Я соглашаюсь и ловлю себя на ощущении, что всё действительно может закончиться завтра.

58. Отец и сын

58. Отец и сын

Дэйнарин

Мы до глубокой ночи сидим над документами, собираем по крупицам все свидетельства, которые успели появиться, формируем дело и речь обвинителя.

Дэвлин собран, сосредоточен, с гениальной точностью восстанавливает картину раскрытого нами заговора, подкрепляя их документами. Права собственности Эррианов, смена статуса их недвижимости, показания Марианны о найме Фаэланом.

– Кроме показаний Элины, нужны и твои, отец, – говорит он мне. – Завтра оформим. Вижу, ты устал.

– А если не устал? – я поднимаю бровь. – Найдёшь писаря и кристалл Астролита, я готов хоть сейчас.

Дэвлин с недоверием смотрит на меня, потом кивает. Уходит. Через четверть часа возвращается ко мне в комнату с идеально отполированным голубым кристаллом и заспанным Этером, судя по фону, магии.

Этер садится с другой стороны стола, мы с Дэвлином друг напротив друга. Астролит лежит между нами. Писарь берёт перо, бумагу, готов.

Сын начинает задавать мне вопросы о том, как я пришёл к выводу, что Фаэлан замешан в контрабанде, как узнал о том, что главным в этом был Боргарн, что происходило, в какой последовательности. Я рассказываю. Усталость тянет в горизонталь, но я не даю себе расслабляться. Надо покончить с этой заразой.

Кроме Боргарна и Фаэлана, я даю показания и о Килиане, который позволил заговорщикам похитить Элину и Тиберия прямо из Ульда.

Писарь всё записывает, постоянно поглядывая на Астролит, который светится ровным голубым, потому что я не привираю даже в мелочах.

Когда вопросы Дэвлина заканчиваются, писарь протягивает мне перо и лист, я ставлю подпись под своими показаниями, там же расписывается писарь и мой сын. Теперь это можно использовать в суде.

– Свободны, сэр Уилс, – говорит Дэвлин писарю. – Астролит я занесу в арсенал сам.

Этер поспешно уходит, и мы остаёмся вдвоём.

Астролит так и лежит на столе. Дэвлин отходит к шкафу, вынимает оттуда бутылку вина, бокалы, разливает. Протягивает мне один.

– За грядущую победу, отец, – говорит он, и бокалы стукаются в воздухе.

– Ты отлично сработал, сын, – говорю я, делая глоток.

Дэвлин смотрит перед собой.

– Это моя работа, – отвечает спокойно.

– Нет, – качаю головой. – Это гораздо больше.

Он молчит. Я вижу, что в нём откликаются мои слова. Но он не из тех, кто растает от простой похвалы.

– Я горжусь тобой, – добавляю я, делая ещё глоток. Вкусное тут вино, однако.

Дэвлин медленно выдыхает, словно отпускает напряжение.

– Спасибо, отец, – он переводит на меня взгляд. – Спасибо, что сделал меня таким.

Я усмехаюсь.

– Я только дал тебе возможность, – говорю тише. – Остальное ты сделал сам.

Сын коротко кивает и поднимает уголки губ в сдержанной улыбке.

Астролит светится голубым. Мне нравится, что мы с сыном можем говорить друг с другом, ничего не тая.

– Я видел, как ты обходился с травницей, – говорю я через некоторое время. – Понравилась тебе?

Он не делает вид, что не понял.

– Да, – отвечает спокойно, – Но это ничего не значит.

Астролит вдруг краснеет. Я усмехаюсь.

– Утешай себя, – бросаю, допивая своё вино. – Увидишь, не сможешь без неё.

– У меня служба здесь, отец, – говорит он. – Я не смогу отправиться с Марийкой на Кайр.

– Так уж не сможешь, – усмехаюсь я. – Я уйду на покой, ты займёшь моё место в Ордене Кайра.

Дэвлин вскидывает на меня удивлённый взгляд.

– Уйдёшь?! – тянет с неверием в голове.

Я киваю. Астролит голубой, потому что я правда собираюсь уйти в отставку.

– Я нашёл, – говорю тихо.

Он сначала округляет глаза, потом прищуривается.

– Элина… твоя… – медленно и тихо произносит Дэвлин.

– Да! Она моя истинная, – наконец отвечаю я, сам поражаясь, с какой лёгкостью вырвались эти слова. – Я это чувствую. Ритуал проведу после свадьбы.

Сын чуть усмехается.

– Ну, может, тогда и я нашёл, – добавляет он, глядя перед собой.

Мы оба понимаем, насколько это важно, насколько это серьёзный шаг, и главное, не только для дракона, но и его избранницы. Словами типа «истинная» не разбрасываются. И если оно прозвучало, то назад дороги уже нет.

– Иди спать, отец, – говорит Дэвлин. – Я отнесу Астролит и тоже пойду. Завтра встретимся. Завтра важный день.

Я киваю и ухожу в свои покои. Там без сил падаю на кровать даже не раздеваясь. Остаётся дожить до утра. Завтра всё решится.

59. Комиссия

59. Комиссия

Элина

Наутро после завтрака Дэйнарин берёт меня за руку.

– Тебе нужно дать показания. Перед комиссией Ордена, – говорит мягко, но по голосу понятно, что он не хочет отпускать меня ни на шаг. – Тебя уже ждут. Я провожу.

– А это надолго? – Тиберий тут же вскакивает из-за стола, подбегает, смотрит на Дэйна. – Скоро мы полетим домой?

Я отпускаю руку дракона и присаживаюсь на корточки перед мальчиком.

– Я постараюсь говорить очень быстро, чтобы скорее освободиться, – улыбаюсь. – А ты пока поиграешь с Марийкой.

Я бросаю на неё взгляд. Она ещё за столом, но в аристократической среде явно чувствует себя не в своей тарелке. А Дэвлин, сидящий рядом с ней, не сводит с неё глаз.

– Конечно, Ти, – говорит она. – Ты мне покажешь замок, да?

Тиберий сияет и бежит к ней. Я встаю, Дэйн снова берёт меня за руку и ведёт к двери из столовой. Дэвлин догоняет нас в коридоре.

Мы идём недолго, сворачиваем пару раз, доходим до одной из дверей.

– Это просто формальность, Элина, – говорит Дэйн и бросает на Дэвлина многозначительный взгляд.

Тот кивает.

– И я прослежу, чтобы так это и было, – произносит он твёрдо.

Дэвлин открывает мне дверь, и мы заходим.

Комната просторная, сводчатый потолок, высокие узкие окна. Каменные стены украшены барельефами, посреди стоит длинный стол, за которым уже собралось, пятеро служителей Ордена. В углу сидит писарь со свитком и перьями.

Пустует только одно место. В торце. Напротив всех присутствующих. На столе лежит брусок как из стекла, светится слабым голубым.

Дэвлин отодвигает мне стул, и я сажусь. Сам он отходит к стене и замирает. Видимо, у него здесь роль наблюдателя.

Сидящий напротив белый дракон, с лицом, покрытым морщинами, представляет мне присутствующих по очереди, заканчивает собой – лорд Кайрин Виртал, председатель комиссии.

– Леди Элина, – произносит он наконец. – Вы готовы?

Я киваю.

– Да, – говорю твёрдо. Голос уверенный.

– Тогда поведайте Ордену всё, что знаете по делу герцога Боргарна, – говорит он. – Кристалл Астролита покажет, если вы солжёте.

Я начинаю говорить. Сначала спокойно, почти отстранённо, будто рассказываю чужую историю.

Как меня спас лорд Харлан, что я потеряла память и жила в его замке как няня для воспитанника, что сделала Марианна Стайнер. Что происходило дальше.

Меня не перебивают. Не подгоняют. Здесь всё делается правильно.

Я смотрю на членов комиссии, но вижу краем глаза, что кристалл светится мягким голубым.

Когда я дохожу до того, что вспомнила после встречи с лордом Боргарном, слова даются сложнее. Речь становится медленнее. А комната вокруг будто сужается, начинает давить.

Я подтверждаю свои слова тем, что Фрэнон Боргарн самолично признался мне в убийстве моей сестры Жаклин, чтобы жениться на герцогине Шондер.

Остаток истории о том, что Фаэлан и Боргарн хотели заполучить причал, на котором лежала родовая печать Эррианов, договариваю уже легче. Мне неизвестно, что бы это им дало, но комиссия явно в курсе.

– Достаточно, миледи, – произносит лорд Виртал. – Ваши показания приняты. Вы свободны.

Я киваю, вежливо благодарю, потом встаю. Воспоминания снова всколыхнули боль. Ноги ватные, сердце колотится в ускоренном ритме. Дэвлин замечает мою слабость, тут же подставляет локоть, позволяя мне опереться. Ведёт к двери.

В коридоре прохладный воздух чуть отрезвляет. Я вдыхаю полной грудью. Оглядываюсь и сначала слышу радостное «Элина!», только потом вижу, как Тиберий несётся ко мне по каменному полу.

Он врезается в меня, обнимает, и не сразу отлепляется, будто проверяет, что я не растворюсь в воздухе как мираж.

За Тиберием ко мне подходят Дэйнарин и Марийка. Я улыбаюсь и провожу рукой по золотистым волосам драконёнка.

– Всё хорошо, – говорю тихо.

Он отстраняется, смотрит мне в лицо.

– Теперь всё закончилось, да?

Я открываю рот, чтобы ответить, но меня опережает Дэйнарин, обвивая рукой мою талию.

– Почти, – говорит он рокочущим низким голосом, от которого я целиком покрываюсь мурашками.

Я перевожу на него взгляд и вижу в глазах знакомые белёсые искорки.

– Я хотел сделать это иначе, – говорит он. – В своё время. В другом месте. Но больше не могу тянуть.

Я смотрю на него. Не перебиваю. Он не отстраняется. Только прожигает меня жадным горячим взглядом.

– Элина, – он произносит моё имя так, что всё остальное перестаёт иметь значение. – Ты станешь моей женой?

60. Союз

60. Союз

Элина

От слов Дэйна в груди что-то сжимается и тут же распускается. Взрывается радостью. Сердце сбивается. Будто пропускает удар, а потом начинает биться быстрее, сильнее. Я вдруг резко вдыхаю, и только сейчас понимаю, что не дышала до этого. Внутри нет ни сомнений, ни раздумий, ни прикидок.

– Да! – отвечаю. – Стану, Дэйнарин!

Тиберий рядом тихо выдыхает, будто ждал этого не меньше нас. Марийка улыбается.

Я смотрю на Дэйна, он на меня. И в этот момент всё становится простым и правильным, таким, каким должно быть.

Дэйнарин плотнее сжимает пальцы на моей талии, притягивает к себе. Я почти утыкаюсь лбом в его грудь, чувствую тепло сквозь ткань, слышу его грохочущее сердце.

– Тогда идём, – говорит он тихо.

Я поднимаю голову.

– Куда?

– В храм Ордена, – выговаривает он без тени сомнения.

Стоп. Что?!

– В храм… Ордена? – тяну изумлённо.

На лице Дэйнарина появляется лёгкая тень досады.

– Так вышло, что мы не успеем вернуться на Кайр до новой луны, – объясняет он спокойно. – А ждать я больше не собираюсь.

До меня начинает доходить, но он поясняет сам:

– В любом храме Ордена нас поженят в любой момент без записи, – голос становится интимнее: – И союз будет признан.

Я вдруг ловлю себя на том, что мне всё равно где, как, когда – главное, с ним.

– Хорошо, – говорю тихо и улыбаюсь от света, который разливается на душе.

Дэйнарин берёт меня за руку и ведёт.

Коридоры тянутся длинными линиями. Камень под ногами глухо отзывается под шагами. Тиберий идёт рядом, почти подпрыгивая, но старается держаться серьёзно. Выходит плохо. Дэвлин и Марийка – чуть позади. Тихая. Но я чувствую её внимание.

Дэйнарин подводит меня к двустворчатой высокой двери и толкает. Она открывается без звука.

Внутри прохладно. Высокие колонны, почти белый камень, люкс-сферы разливают желтоватый свет.

В центре зала большая круглая чаша из того же камня. На стройной ножке.

В ней голубым светится жидкость. Лимфа Жизни, так её называют. Над ней парит светящаяся сфера.

Мы делаем несколько шагов внутрь, и сбоку из тени выходит служитель в чёрной рясе с золотой вышивкой. Белый дракон. Белые волосы, строгие черты лица, морщины, показывающие скорее мудрость, чем возраст. Взгляд ясный, будто он видит не только нас, но и всё, что мы несём с собой.

– Мы хотим заключить союз, – произносит Дэйнарин.

Служитель кивает, подходит к чаше. Кладёт ладонь на сферу. Она вспыхивает мягким светом.

– Назовите себя, – велит нам строго.

– Герцог Дэйнарин Харлан, – произносит твёрдо мой дракон

Я делаю вдох.

– Виконтесса Элина… Флэйк, – выговариваю с заминкой.

Потому что на самом деле меня зовут Сюзанна Флэйк, но я не чувствую себя Сюзанной. Теперь я Элина.

Служитель кивает.

– Подойдите к Граалю Жизни, – велит ровно. – Положите ладони на чашу.

Мы встаём к чаше, делаем как он сказал. Камень кажется тёплым. И служитель оборачивает запястья наших рук, стоящих рядом, чёрной лентой с золотой вышивкой. Не затягивает, но внутри возникает ощущение, что мы теперь связаны.

– Согласны ли вы, леди Элина Флэйк, стать законной женой лорда Дэйнарина Харлана? – спрашивает служитель.

– Да, – выговариваю на выдохе.

– Согласны ли вы, лорд Дэйнарин Харлан, взять в законные жены леди Элину Флэйк?

Дэйнарин не сомневается.

– Да, – отвечает чётко и твёрдо.

– Ваша клятва, – говорит служитель Дэйну.

Дэйнарин поворачивается ко мне.

– Я беру тебя в свою жизнь, – говорит он спокойно. – Не потому, что должен. А потому, что выбираю.

Слова простые. Но от них внутри что-то переворачивается, по коже пробегают мурашки.

– Я буду рядом, – продолжает Дэйн. – В силе и в слабости. В гневе и в покое. Я не отдам тебя никому и не откажусь от тебя сам. И если однажды ты отвернёшься от меня, я всё равно буду стоять у тебя за спиной.

Я не дышу. Вообще. Более проникновенно сказать, наверное, нельзя. За душу берёт.

– Теперь ваша клятва, леди Элина, – тихо говорит служитель.

Я сглатываю. У меня не было времени ничего придумать.

Я смотрю на Дэйна, и слова приходят сами.

– Я оказалась рядом с тобой случайно, – начинаю тихо. – Но знаю, что не хочу уходить.

Голос дрожит, но я не останавливаюсь.

– Я выбираю тебя, – продолжаю. – Не потому что должна. А потому что рядом с тобой я… живая. Я буду рядом. Даже если страшно. Даже если неправильно. И если ты однажды ошибёшься – я не отвернусь первой. И если придётся идти против всего мира, я пойду за тобой.

Тишина становится плотной, но не гнетущей.

– Союз заключён, – произносит служитель. – Объявляю вас мужем и женой перед лицом Этерии.

Сфера у него под рукой вспыхивает ярче, потом гаснет.

Служитель снимает ленту.

– Вы свободны, – говорит он.

Дэйнарин мягко переплетает наши пальцы и ведёт меня из храма. Тиберий, Марийка, Дэвлин, безмолвно стоявшие всё это время у нас за спинами, идут следом.

В коредоре я перевожу дыхание.

– И что… теперь я твоя жена? – спрашиваю тихо.

Дэйнарин смотрит на меня. И в глазах у него – голод, от которого у меня снова сбивается дыхание.

– Да, – отвечает он и добавляет уже с улыбкой:– И будешь во всём меня слушаться.

Я прищуриваюсь.

– Даже не рассчитывай, – отвечаю.

Тиберий фыркает. Марийка тихо смеётся.

– Всё такая же неугомонная, – Дэйнарин качает головой. – Пора домой. На Кайр. Я представлю тебя как хозяйку замка.

– Тогда не будем тянуть, – отвечаю и подняв его ладонь, целую с тыльной стороны. – Полетели на Кайр, дорогой супруг.

61. Дом

61. Дом

Дэйнарин

Мы с Дэвлином приземляемся на верхней террасе Астарты. Камень глухо отзывается под лапами. Замок встречает привычной тишиной. Немного настороженной, будто он тоже выжидал, когда вернутся хозяева.

Я складываю крылья, опускаю голову, давая Элине с Тиберием слезть.

Сначала спрыгивает Ти и сразу оглядывается, будто проверяет, на месте ли Элина.

Я помогаю ей хвостом, спускаю на террасу. Она гладит меня по шее, так нежно, что на позвоночнике вздрагивает чешуя.

Я обращаюсь.

Дэвлин аккуратно снимает с шеи Марийку, двигает хвостом так же бережно, как в той деревушке на Юге Норвена.

Я усмехаюсь про себя. Мы все живы. И теперь дома.

Двери на террасу распахиваются.

– Лорд Харлан, добрый день! – раздаётся голос Феодора, в котором звучит облегчение.

Главный управляющий, разумеется, приходит встречать первым. Он выходит вперёд, быстро скользит взглядом по всем прибывшим, возвращается ко мне.

– Рад вашему возвращению, милорд, – говорит он ровно. – Леди Элина.

Он переводит взгляд на моего сына и его спутницу.

– Лорд Харлан, миледи, – здоровается с ними.

Марийка молчит и не поправляет. Дэвлин сдержанно кивает.

– Отправь слуг устроить моего сына и нашу новую целительницу в гостевом крыле, – велю я Феодору и добавляю: – И через полчаса собери всех в большом зале.

Я беру Элину за руку и вывожу вперёд.

– Я представлю леди Харлан, – добавляю я, бросая взгляд на Элину.

Она чуть румянится, но взгляд не отводит. Держится молодцом.

Феодор склоняет голову.

– Будет сделано, милорд, – отвечает и открывает дверь в замок.

Мы входим в тепло каменных стен и тишину коридоров. Я провожаю Элину до её покоев, заношу вещи. Тиберий бежит к себе. Марийку с Дэвлином перехватывают две проворные служанки и приглашают следовать за ними.

Шэка и Нэсси сразу прибегают в комнату Элины.

– Я оставлю тебя переодеться, сам отправлюсь вниз, – говорю ей мягко. – Спускайся в большой зал, как будешь готова.

Я даже не иду к себе, сразу направляюсь на первый уровень, захожу в большой зал, где уже начинают собираться слуги.

Зал наполняется быстро. Дэвлин и Марийка тоже приходят. Когда спускается Элина за руку с Тиберием, внутри уже почти все – слуги, стража, все те, кто держит этот замок, когда меня нет.

Взгляды замирают на Элине. Она выглядит обворожительно – светло-оливковое платье с золотистыми кружевами и перламутровой нитью подчёркивает её изящную фигуру, в вырезе видны тонкие ключицы, огненные волосы собраны наверх, показывая длинную узкую шею.

За ними спускаются служанки и камердинеры Тиберия.

Собравшиеся замирают в ожидании. Я жду у подножья лестницы, чувствую, что Элина напряжена. Переживает, как её примут.

Я беру её за руку и веду к центру дальней стены. Народ расступается на нашем пути. Я поворачиваюсь к своим людям. И зал полностью затихает. Дэвлин и Марийка в первом ряду. Тиберий светится как самая яркая звёздочка.

– Вы знаете меня, – говорю спокойно. Голос ложится ровно. – И знаете, как я веду дела.

Я даю им время.

– С этого дня в этом доме есть хозяйка, – я оборачиваюсь к Элине, стоящей рядом.

Она держит подбородок поднятым, смотрит с достоинством королевы.

Правильно.

– Леди Элина Харлан, – произношу я. – Моя жена.

Тишина становится плотной.

Потом Шека и Несси склоняют головы. За ними Феодор. И дальше это идёт волной. Слуги и стража принимают её. Без сомнений, без сопротивления.

Феодор делает шаг вперёд.

– Добро пожаловать домой, миледи, – говорит он.

Элина отвечает спокойно и с уважительной улыбкой:

– Благодарю, Феодор.

Она ничуть не изменилась. Просто теперь занимает правильное место и в замке, и в моём сердце. И в этот момент я понимаю, что всё сделал правильно. Прямо с самого начала, когда только почувствовал в ней свою.

Я не ухожу. Смотрю на Феодора.

– Организуй приём сегодня вечером, – говорю ему ровно. – Хочу отпраздновать нашу свадьбу и представить избранницу вассалам.

– Будет сделано, милорд, – степенно выговаривает управляющий.

Он оборачивается и принимается раздавать указания. Я знаю, что он справится.

Зал оживает. Голоса. Движение. Тиберий уже что-то шепчет Марийке, и она тихо смеётся. Дэвлин подходит к нам.

– Правильно, отец, – говорит он. – Дом должен знать, кто им управляет.

Элина вдруг сжимает мои пальцы.

– Дэйнарин, – обращается ко мне чуть сбивчиво. – А можно… могу я помочь Феодору с организацией приёма?

– Ты хозяйка и вольна ничего не делать, – отвечаю я. – И в той же степени вольна вмешаться в работу прислуги.

– Я не хочу вмешиваться, – говорит она тихо и с хитрой улыбкой. – Я хочу её возглавить.

Я отпускаю её руку, и она тут же догоняет Феодора. Начинает о чём-то с ним говорить. А мне остаётся только подняться в кабинет и вызвать на праздник самого важного гостя. Аэриоса и его Валери.