Текст книги "Шериф Мертвого города (СИ)"

Автор книги: Саша Грэм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 21. Падающего подтолкни

В сезон летних дождей погода была предсказуема в своей непредсказуемости.

Температура в 90 градусов по Фаренгейту и высокая влажность делает воздух снаружи невыносимо душным для нормального человека. Что нельзя сказать про южан.

Знойное солнце приходит на смену проливным дождям и наоборот, а им нормально. Потоп? Нам не привыкать. Ураган? Дайте два!

В подвальном помещении северная гостья чувствовала себя намного лучше. Мэдди устроила здесь поздний завтрак из яичницы со шпинатом, каши из молотой кукурузы, и конечно же Его Величество Кофе.

Она наслаждалась им в одиночестве пока в бар «Пьяный аллигатор» не ворвался Дэвид Хайд, в своей облегающей черной рубашке с коротким рукавом и солнцезащитных очках.

В своей охоте он всегда использовал детективный метод, а потом уже пушки. Каждое утро он имел привычку читать все газеты соседних городков в поисках любого намёка на деятельность вампиров. К тому же, на нем всегда был радиоприёмник на полицейской частоте, такой же остался в патрульной машине. Приемник постоянно работал на заднем плане, когда он читал прессу. Шериф приучил себя не обращать внимания на разную ерунду, слушая только более интересно звучащие сообщения. Когда он слышал что-нибудь подозрительное, например, сообщение о нападении, в котором была смерть от потери крови, он запрыгивал в машину и мчался на место, зачастую даже обгоняя местечковых полицейских.

Сегодня, только что вернувшийся из соседнего города полицейский бросил Мэдди на стол свежую газету. Перед глазами Мэдисон красовался заголовок крупными буквами:

«ВЫЖИВШАЯ ГАБРИЭЛЬ БОРДО ПОМОГАЕТ ПОЛИЦИИ ВЕСТИ РАССЛЕДОВАНИЕ! ДОЧЬ ПОСТРАДАВШЕЙ ХРАНИТ МОЛЧАНИЕ».

И чёрно-белая фотография Алекс, которая прикрывает одной рукой глаза от фотовспышки, а другой рукой показывает журналистам средний палец. Под этим фото внизу начинается статья, скандальный стиль которой говорил о том, что ее автор прежде специализировался на желтых газетенках.

«Нападение БЕЗУМНОГО маньяка-извращенца на ОБЫЧНУЮ американскую семью ШОКИРОВАЛО жителей маленькой общины Ноденс. УБИЙЦА использовал крайне необычное ОРУЖИЕ (полиция умалчивает подробности), а потом откачал всю кровь из ТЕЛ своих ЖЕРТВ. Комментарий эксперта-психиатра: Мы впервые столкнулись с человеком, страдающим таким редким психическим заболеванием. Похожий диагноз был у Ричарда Чейза, которому дали кличку Вампир из Сакраменто. После поимки Убийцы с Гринривер необходимо отдать его нам! Для тестов и исследований, разумеется. Изучение настолько больного мозга сделает огромный вклад в психиатрическую науку».

– Дэвид, только представь себе лицо патологоанатома, который их вскрывал и увидел… – она беззаботно рассмеялась и подняла взгляд, но встретила только каменное выражение лица в солнцезащитных очках.

После викодина Мэдди сладко спала, проснулась бодрой как никогда прежде, и до сих пор, кажется, пребывала в состоянии легкой эйфории. Она облизнула палец, с интересом перевернула страницу газеты и продолжила читать:

«Габриэль Бордо было сделано срочное переливание донорской крови и плазмозаменителей. У нее обнаружена частичная амнезия, но несмотря ни на что, старушка согласилась дать свидетельские показания полиции. Ее старший сын Реджинальд пропал без вести накануне происшествия. Поведение ее дочери показалось странным, поэтому служители закона приняли решение: Алекс Бордо пройдет тест на детекторе лжи! Сейчас в доме по ул. Гринривер № 13 работают криминалисты и дактилоскописты.»

Мэдисон чуть не подавилась кофе и закашляла, а Дэвид выкрикнул, тыча пальцем в газету:

– Мы в дерьме! И это дерьмо космических масштабов, юная леди! Ты уже сменила внешность, а мне пора сменить автомобиль. В ближайшие дни мы не высовываемся из Хайдвилда, это понятно?

Девушка кивнула. Она уже привыкла к его внезапным вспышкам гнева, как и привыкла к своим собственным.

– Поняла. – она нервно жевала кукурузу и откинулась на стуле, почесывая затылок. – Кстати, как раз хотела тебя спросить про вчерашнее. Зачем ты размахивал ножом над моей головой, если можно было сразу пристрелить эту сучку-горничную?

– Длинные волосы делали тебя слабой и уязвимой… в боевом плане. Так что привыкай к новой стрижке и не жалуйся.

Мэдди оглянулась на черный ход для обслуги, ведущий из закоулков прямо в эту кухню. На его двери висело зеркало в раме. Очень старое зеркало с пятнами, которые появляются из-за окисления серебра под воздействием влаги. В условиях местного климата было удивительно, как зеркало не превратилось в одно большое черное пятно.

Девушка долго вглядывалась в свое отражение и пришла к выводу:

"Подлецу всё к лицу!"

Теперь она выглядела точь-в-точь как Твигги в ее лучшие годы. Мэдисон уставилась в зеркало, хлопая оленьими глазами, и не узнавала эту девушку с забинтованными руками, которая пялилась на нее в ответ.

Как же она была удивлена, развернувшись обратно и увидев напряженные руки Шерифа. В них он держал розовый чемодан на колесиках, наполненный одеждой Мэдисон Ли из ее прошлой жизни, и черный рюкзак. Целый и невредимый.

В этом рюкзаке лежало водительское удостоверение и брошюры для путешественников, рассказывающие о лучших местах Луизианы. Там было все снаряжение, которое можно было рассчитывать увидеть у археолога-исследователя. Набор мелких инструментов для точной работы – все от кистей и стамесок до бумаги и мелков, чтобы делать зарисовки.

– О, а я уже подумала, что ты совсем конченый.

Шериф бросил груз на пол, и закурил. Потом произнес, улыбаясь с сигаретой в белоснежных зубах:

– Сюрприз!

Он отвернулся и начал шариться в холодильнике. В поисках консервы и полуфабрикатов, мужчина произнес:

– Закончилось наше роуд-муви, дорогуша. Советую тебе сейчас же переодеться в гражданскую одежду и придумать себе новое имя. Так, на всякий случай.

Мэдди кивнула и доела свой завтрак, а потом пошла переодеваться. В чемодане на колесах она нашла короткие джинсовые шорты, таковых у нее было еще восемь штук, розовую майку-алкоголичку и клетчатую рубашку, которую она завязала на поясе. Все это прекрасно сочеталось с ковбойскими сапогами.

«Вот! В таком прикиде я быстро сойду за свою в обществе болотных деревенщин» – подумала Мэдисон Ли, отличница Колумбийского Университета. – «Я похожа теперь на голодающего подростка из трейлер-парка. Которая стала матерью-одиночкой в пятнадцать лет. А звать ее будут на французский манер, например… Вивьен!»

Когда она вышла из каморки и начала крутиться перед ним, у Шерифа пропал аппетит. Он снял черные очки, закрыл глаза и взялся пальцами за переносицу.

– Когда я сказал одеться в гражданское, я не имел ввиду «оденься как малолетняя шалава».

Мэдди уперлась руками в талию и смеялась, запрокидывая голову.

– Почему нет? Я слышала в этих местах много малолетних шалав, можно среди них затеряться. А те таблетки, которые ты вчера дал, мне чертовски понравились! Поднимают настроение, знаешь ли.

Мужчина оценивающе посмотрел на нее, саркастически подняв одну бровь. Затем залпом осушил свою кружку черного кофе, схватил девушку за забинтованное запястье и потащил к двери.

– Пойдем, прогуляемся пешочком до болот.

– Эй, полегче! Мне вообще-то больно.

Шериф взял ее ладошку в свою широкую руку и провел девушку по знакомой пустынной улице города. Кажется, он до сих пор боялся, что она сбежит.

Двое шли, перешагивая лужи на разбитой дороге. Мимо аптеки, муниципалитета, гостиницы, библиотеки, магазинчиков и частных домов. Среди домов в конце города, Мэдди только сегодня заметила древнюю усадьбу с простой и самобытной архитектурой.

Дэвид рассказал, что это Акадия Хаус – бывшая плантация, построенная состоятельным каджунским рабовладельцем, которая потом стала краеведческим музеем, посвященным рабству. Перед входом стояла красивейшая статуя в виде чернокожего ангела из бронзы, с обнаженной женской грудью и младенцем в руках. Дэвид и Мэдди немного полюбовались скульптурой и пошли дальше.

Не доходя до злосчастного казино и таблички «Добро пожаловать в Хайдвилд», они свернули налево в сторону дремучего леса. Дэвид повел ее через высокую траву, вглубь леса, мимо величественных дубов и дальше вглубь.

Они остановились у самой кромки зеленой воды. Мэдди почувствовала, как свисающий с ветвей испанский мох касается ее макушки, и замахала руками со словами:

– Бр-р-р, какая мерзость.

Их окружала непроглядная растительность, где солнечные лучи едва пробивались сквозь густую листву. Здесь болото жило своей таинственной жизнью. Среди густых зарослей болотных кипарисов и магнолий, воздух был пропитан влагой, а также ароматами экзотических растений. Вода вдалеке не заканчивалась, а как грязное зеркало, достигало горизонта и отражало бескрайнее синее небо. Фильм ужасов – да и только.

В лесу не слышно пения птиц, даже многоголосый пересмешник молчал. Должно быть, это то самое проклятое место, про которое Мэдди прочитала в одной из книг, украденных в библиотеке Хайдвилда.

В эпоху рабства здесь погибло великое множество чернокожих невольников. Сбегая от хозяев, они пытались переплыть болото, окружавшее этот город со всех сторон. Однако судьба была к ним немилосердна – беглые рабы становились жертвами аллигаторов, на свободу выбирались единицы. Кроме того, здесь полно кровососущих насекомых и ядовитых рептилий. Так что трупы всех погибших до сих пор не удалось обнаружить.

В зарослях Мэдди мерещится шорох и движение веток, будто кто-то подглядывает за ними из кустов. Девушка почувствовала как мурашки бегут по коже, и испуганно вырвалась из цепкой хватки Шерифа.

– Что там опять появилось в твоей черной голове? Очередная гениальная идея как ухудшить и без того дерьмовое положение дел?

– Наоборот, хочу запутать наших «глубокоуважаемых коллег». Для знающего человека, сбить копов с правильного следа не составит труда. Они же тупые как пробка! До сих пор верят в детектор лжи. – Дэвид усмехнулся и вытащил что-то из кармана брюк. – К счастью, за свою короткую жизнь ты не нарушила ни одного закона, и твоих пальчиков в базе данных нет. Пока что можешь не волноваться по этому поводу, главное чтобы пьяные каджуны не вспомнили детали нашего внешнего вида.

Шериф протянул ей листочек, вырванный из блокнота, и достал свой мобильный. Судя по кнопочному телефону, Дэвид сам не интересовался технологиями с конца двухтысячных годов, но при этом смеялся над детектором лжи.

– Зачитай этот текст в трубку, когда я скажу.

Он быстро набрал номер и сунул телефон Мэдисон в руку. Оттуда доносился женский голос секретаря:

– Полицейский департамент округа Вермилион слушает.

Мэдди поднесла бумажку с текстом к глазам и зачитала с выражением:

– Анонимное сообщение относительно Реджинальда Бордо и его бывшей подружки Маринетт Гийо. Они не пропали без вести, а скрываются от правосудия. Эти двое совершили жестокое убийство в Ноденсе! Безумная парочка маньяков сейчас путешествует где-то за пределами Луизианы, вместе с украденным оружием. Они могут быть где угодно в поисках новой жертвы, и точно продолжат совершать подобные убийства в разных штатах. Необходимо подключить к делу федеральное бюро расследований. Вы меня слышите?

– Да, все разговоры по этой линии записываются. Спасибо за информацию.

После чего Шериф выхватил у нее телефон, вытащил сим-карту, батарею, и выбросил все вместе с корпусом в зеленое болото, окруженное призрачно-серыми кипарисами.

– Ну отлично, Дэвид! Теперь у копов есть не только мои отпечатки, но и запись голоса!

Глава 22. Род уходит и приходит, а Земля остаётся на век

Шериф проводил девушку обратно в бар «Пьяный аллигатор», только теперь они зашли с парадного входа. Усадил ее за барную стойку и произнес, закрывая за собой дверь:

– Развлекайся, а я скоро вернусь. Надеюсь, ты за один час не успеешь уничтожить весь алкоголь в радиусе километра?

Мэдди заерзала на барном стуле с высокими ножками и оглянулась на него через плечо.

– Это вызов, Шериф?

Дэвид хлопнул дверью. Он загрузил в пикап запаску и домкрат, после чего умчался в сторону когда-то процветающей плантации. И особняка, который теперь стоял абсолютно пустой на отшибе города. Чего и боялась его мать больше всего на свете: вымерший род и брошенное на растерзание богатство – это был самый страшный кошмар миссис Хайд, заставивший ее вернуться с того света.

Дэвид открыл кованные ворота с вензелем и проехал Дубовую Аллею. Вдали показалось белое здание с большими колоннадами, сверкающими вдалеке. Сердце его забилось быстрее. С незапамятных времен все, что он здесь видел, вся земля, насколько можно окинуть взглядом, принадлежала Хайдам.

Шериф приезжал сюда время от времени, чтобы проверить, не поселились ли в этих огромных залах и пустующих спальнях кровососущие твари. Делал обход по стеклянной оранжерее, поднимался с фонариком на мансарду. На обширной территории находился также деревянный домик надсмотрщика, в котором они с сестрами любили играть в детстве. Каждый уголок этого особняка приносил ему душевную боль вместе с воспоминаниями.

Но сегодня Шериф приехал по другой причине: пришло время отремонтировать свою старенькую патрульную машину Chevrolet Caprice PPV.

Пока он занимался своими делами, на горизонте появился приближающийся грозовой фронт. Стремительно надвигался со стороны плантаций. Небо постепенно становилось темно-фиолетовым со сверкающими проблесками молний.

Шериф быстро поменял спущенные колеса на новенькие, загнал пикап Бетси в гараж, и уже собирался уезжать, когда неведомая сила потянула его внутрь дома. Сила притяжения, которую сопровождал шепот внутри его черепной коробки. Или этот шепот доносился снаружи? Дэвид схватился за виски: в его голове раздался детский смех из множества голосов, заглушающих его собственные мысли.

Не то чтобы он был сильно удивлен. Голоса приходили в его голову и раньше много раз, но они были совершенно иные. Хрустально-чистые сияющие голоса, отдающие приказы. И он выполнял их желания беспрекословно, как солдат, не испытывающий угрызений совести.

Последние угольки независимости сгорали. И вот уже Дэвид готов сделать всё, лишь бы вновь услышать прекрасные голоса Сияющих. А потом он встретил Мэдди. Её ангельский голос был так похож на тот, что шептал в его черепной коробке, только произносила она им обычно всякие глупости. Наподобие тех, что она выпалила этим утром.

Призрачный смех отступил, и Дэвид услышал собственные мысли:

«Когда вернусь обратно, надо будет спрятать таблетки из аптеки. У девчонки может легко возникнуть зависимость от викодина, которая ее, кажется, совсем не волнует. Мэдди, маленькое хаотичное создание. Зависимость от тебя беспокоит меня даже больше, чем ты можешь себе представить.»

Дэвид ловким движением достал пистолет из кобуры и пошел в сторону дома. Скрипучая дверь сама отворилась, приглашая его войти. Где-то внутри звякнул колокольчик. Навстречу Дэвиду, из широкого коридора двинулся сквозняк, разносящий детский шепот словно семена.

«Семена сомнений в моей адекватности» – подумал он и двинулся дальше по коридору, в сторону столовой.

Пыль и песок летели ему в глаза, как будто желая ослепить. Голос говорил ему что-то на незнакомом языке, с каждым шагом становясь все тише и тише. Язык этот был древний, первобытный. Совсем не похожий на французский или английский.

Когда Дэвид зашел в комнату, он замер в проеме и выронил пистолет от удивления.

– Охренеть. Ты вернулся, малыш?

На каминной полке стояла глиняная фигурка Вотоджи босио, на том же самом месте, где он ее когда-то обнаружил. Выпученные глаза, вместо рта зияла дыра вокруг которой виднелись свежие следы крови. Но голос доносился не из дыры, он звучал прямо в голове последнего из Хайдов. Жуткая фигурка отражалась во множестве зеркал, украшающих столовую комнату. Вдруг эти отражения начали дрожать и подпрыгивать, словно при землетрясении.

– Что ты такое?

Вместо ответа изо рта глиняного младенца исходил только ветер вместе с песком, которого становилось все больше. Из этой зловонной дыры начали выползать змеи и падать на пол. Шериф наклонился, поднял пистолет и попятился назад, спиной к выходу. Он быстро покинул особняк, завел мотор патрульной машины и нажал на газ, оставляя после себя только шлейф из пыли.

В это время Мэдди взяла нож для колки льда и вышла на улицу, чтобы затем свернуть в гостиницу «Диаваль», которую они с Дэвидом вчера зачистили. Почти зачистили. Мэдди помнила, что они оставили запертым в холодильной камере того великана в гавайской рубашке, и видела через стекло, что внутри камеры были формочки со льдом. Она бесстрашно вошла на кухню, где все так же висела изысканная ручка Венеры в наручниках. Открыла холодильную камеру и взглянула в нижний левый угол. Там, свернувшись калачиком, сидел ее вчерашний враг. Парень-лугару был все еще без нижней челюсти. Он сидел, обхватив колени мускулистыми руками, весь покрытый тонкой ледяной корочкой. Веки его были закрыты, ресницы побелели от изморози. Должно быть, впал в вампирскую кому, в которой можно находиться бесконечно долгое время.

– Привет, мистер Снежинка. – Мэдди потерла подбородок двумя пальцами. – Интересно, если тебя разморозить, челюсть вырастет обратно? Тогда ты сможешь рассказать много охренительных историй про свою не-жизнь.

Затем спокойно повернулась к замерзшему вампиру спиной и взяла формочки со льдом в виде сердечек.

Припарковав свой Шевроле Каприс перед участком, Дэвид Хайд прошел под дождем десяток метров и занырнул в душное полуподвальное помещение, распахивая двери двумя руками. Мэдди уже стояла румяная за барной стойкой и улыбалась, держа в забинтованной руке нож для колки льда.

– Тут оказывается всё это время была книжка с рецептами коктейлей. И я даже смогла приготовить настоящий мятный джулеп! Сейчас продегустируешь, только послушай состав: десять веточек нежных побегов мяты положить в стакан, на них кубик белого сахара, налейте бурбон, таким образом, чтобы заполнить им стакан на одну треть, или, возможно, немного меньше. Затем возьмите тёртый или толчёный лед и заполните емкость.

Дрожащей рукой в черной перчатке, Шериф взял у нее высокий стакан и выпил его залпом.

– Ты не представляешь, Мэдди. Я сейчас в особняке Хайдов такую чертовщину увидел, что кровь стынет в жилах. Слушай…

Через несколько минут они уже сидели вместе за барной стойкой, разделив одну сигарету на двоих. Мэдди положила свою руку на его широкое плечо и кивала, пока слушала ужасный рассказ Шерифа. Она была навеселе и когда утешала его, активно жестикулировала, гремя льдом в стакане.

– Боже! Кажется, эта проклятая кукла вуду очень привязана к вашему дому.

– Либо так, либо Маринетт решила злобно подшутить перед отъездом, вызвав у меня инфаркт. – Шериф усмехнулся и сделал затяжку. – Но я склоняюсь к тому, что это действительно проклятье Хайдов. Еще эта кровавая дыра …

Шериф поморщился, словно от внезапной мысли.

– А что, если логика ведёт нас не туда, потому что мы пьём не то, что нужно для раскрытия дела? – сказал он, ставя стакан на стол, взгляд был устремлен куда-то в пустоту.

– Могу сделать «Секс на пляже», «Лицо ангела» или «Плантаторский пунш».

– Нет, я имел ввиду другое. Нужно быть кровососом чтобы поймать папочку всех кровососов, понимаешь? Жить, думать, чувствовать, как они.

Мэдисон пожала плечами.

– Типа… кто сражается с чудовищами, тому нужно постараться самому думать, как чудовище.

– Именно!

Дэвид затушил окурок в винтажную хрустальную пепельницу и надел свою шляпу.

– Я хочу познакомить тебя с одной интересной личностью, проживающей по соседству.

Ответ привел Мэдди в замешательство и она отстранилась.

– Здесь есть другие люди, и ты от меня это скрывал?

– Во-первых, нет, не люди. Во-вторых, не скрывал, а недоговаривал.

– Что ты еще недоговариваешь? Просто интересно. Такое чувство, будто я почти тебя не знаю.

– Давай так и оставим. Окей?

Снаружи бушевали гром и молния, компанию им составил проливной дождь. Шериф взял Мэдисон за руку и отвел к зданию библиотеки. Она уже весьма пошатывалась под воздействием бурбона и сильного ветра. Казалось, что без него девушка вообще не сможет сохранять вертикальное положение тела. Зайдя внутрь, лицо Дэвида изменилось с милости на гнев. У входа, прямо на коврике с надписью «Добро Пожаловать», стояли нетронутые кеды «Конверс» красного цвета. Такую яркую обувь невозможно было забыть.

Мэдди заметила косой взгляд в свою сторону:

– Упс, кажется, я тут уже была.

Внезапно зажглась настольная лампа Тиффани и осветила помещение первого этажа своим радужным сиянием. Свет мигал из-за бушующей стихии снаружи. Мэдди вздрогнула – недалеко от двери сидела Она.

Перед их слегка опьяневшими глазами предстала женщина в очках и с очень длинными каштановыми волосами. Высокий лоб закрывала густая челка, тень от нее падала на глаза. Женщина сидела нога на ногу в читательском кресле и заплетала косу, которая была длинной до пола.

– Мэдди, познакомься, это Софи Фонтено, самое удивительное существо этого города. Она лугару и «вегетарианка», если это можно так назвать. Воздерживается от человеческой крови.

Женщина говорила низковатым голосом, который совершенно не соответствовал возрасту ее физической оболочки.

– Дэвид, мне, конечно, приятно, но ты можешь не называть меня «существом»?

– Я всего лишь хотел сказать, что ты единственная в своем роде. Уникум!

Софи элегантно махнула рукой.

– Ладно, проехали. Переходи сразу к делу. Что тебе от меня нужно?

Мэдисон неловко упала в кресло, стоящее в отдалении от кресла Софи.

– Так значит вы совсем не пьете кровь людей?

– Ну знаешь, есть много вариантов. Барибал, белохвостый олень, болотная пума. Но мой любимый деликатес – это лошади и коровы. Для их гуманной смерти я использую усыпляющие дротики.

– И как насчет рыжих волков?

– Что? – она усмехнулась половиной клыкастого рта. – Рыжие волки в округе давно вымерли.

– Но я слышала их вой по ночам.

– Это были мои сородичи. – женщина сняла очки и протирая их, произнесла. – Повторю свой вопрос: по какому такому великому делу вы пришли ко мне во время урагана и под-chauffe (под горячительными напитками)?

Шериф сбросил вежливость как ненужное пальто. Он сел на диван напротив Софи, нагло сложив ноги на ее журнальный столик.

– Нужно чтобы ты нашла информацию про Форт Сен-Кристоф. Всё, что когда-либо было написано про это место.