Текст книги "Шериф Мертвого города (СИ)"

Автор книги: Саша Грэм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13. Чтобы родить танцующую Звезду

Стрекотание цикад заполняло эту жаркую июньскую ночь. По дороге в город Шериф и его спасительница решили заехать к хижине Маринетт. Наведаться в гости и устроить ей допрос с пристрастием. В голове у копа роилось столько прекрасных идей: пытки, арест, осиновый кол в сердце.

Их пикап резко притормозил перед самой кромкой воды. Мэдди припала к стеклу чтобы рассмотреть то, что еще никогда не видела в реальной жизни.

Над стоячей водой парили болотные огоньки, освещая всё окружение жутким кислотно-зеленым светом. Шарообразные огни медленно двигались и как будто дрожали. Их было по меньшей мере сотня. С этого берега хижина на сваях казалась тёмной и пустой. Только завывающий ветер громко хлопал дверью. Им повезло что хотя бы лодка оказалась на месте. В отличии от её хозяйки.

Когда эти двое переплыли на другой берег, Мэдди воскликнула:

– Я туда больше не вернусь, разбирайся сам! Хватит с меня подвигов на сегодня.

– Ладно. Будь на стреме, а я проверю дом. – он осторожно поднялся по лестнице и исчез внутри мрачной хижины.

Девушка простояла пару минут в окружении узкого берега, вонючей тины, воды и покачивающийся лодки с веслами. Вдали летали огоньки, словно призраки. Мэдди заметила в темноте ещё какое-то движение. Оно рассекало воду как бритва, а потом начало двигаться зигзагообразно в её сторону.

– Дэвид!

Он вышел из дома Маринетт, держа в одной руке свою драгоценную шляпу, а в другой руке кепку Мэдисон. Внутри ничего не изменилось, даже разбитое стекло осталось на полу. Только хозяйка бесследно исчезла вместе с их оружием. И загадочным артефактом в форме глиняного ребенка. Шериф хотел было пошутить над этой ситуацией, но заметил испуг в глазах своей спутницы и спросил:

– Что случилось?

– Я видела что-то большое в воде!

Она показала пальцем, развернула голову, но в том месте уже никого не было. Шериф нахлобучил шляпу и пожал плечами:

– Обычное дело. В таких болотах живут огромные водяные змеи. А вот блуждающие огоньки в таком количестве я еще не встречал.

Когда они плыли обратно к машине, его лицо подсвечивалось снизу зеленым светом и выглядело особенно жутким. Тина прилипла и повисла на веслах. Мэдди сидела напротив в своей кепочке, обхватив колени дрожащими руками. Она боялась, что в любой момент из воды выскачет раскрытая пасть аллигатора.

Один особенно дружелюбный огонек подлетел близко к их лодке и устремился к Шерифу. Тот перестал грести и спокойно подкурил от него сигарету. Бедный огонек тут же схлопнулся. Никакие это не призраки, а всего лишь подожжённые пузырьки болотного газа.

Он заметил разочарование в глазах напротив.

– А ты что думала? Мертвые души?

– Давайте не будем останавливаться в середине болота с чёртовыми рептилиями.

Шериф улыбнулся, сжимая сигарету в зубах, и снова взял в руки вёсла…

Они вернулись в город уже поздно ночью. Фары осветили табличку «Добро пожаловать в Хайдвилд». Надпись ниже «Население 9000 человек» была перечеркнута красным баллончиком.

Хайд почувствовал неладное и сбросил скорость, выискивая движущиеся фигуры на улице.

Проезжая мимо казино, двери и окна которого когда-то собственноручно заколотил досками, он увидел, что сегодня доски сняли. Кто посмел?

Из заведения вывалилось трое накаченных мексиканцев в окровавленных рубашках. В этом районе города было совсем мало фонарей, но вывеска казино горела всеми цветами радуги. Поэтому Шериф разглядел их: Эрнесто, Диего и Хулио Кортез. Ублюдки были навеселе. Должно быть выпили всю кровь из какого-то пьяницы, разделив его на троих.

Братья Кортез заметили вдалеке пикап с флагом конфедератов по бокам.

– Оу, Бетси детка, подвези нас в центр!

В салоне было темно, и мексиканцы еще не видели кто за рулем, а если бы увидели, то моментально бы убежали в лес. Но они покачиваясь шагали в сторону автомобиля.

– Только не в мою смену, суки…

– Мы попались! – воскликнула Мэдди шепотом.

– Не говори глупостей. Это они попались мне, наконец-то.

Глаза Шерифа блестели в темноте от перевозбуждения. Он приложил указательный палец к губам, нажал кнопку и открыл окно с пассажирской стороны. Мэдди старалась кричать и шептать одновременно:

– Сумасшедший, что ты делаешь? Газуй!

– Заткнись.

Он закрыл ей рот своей большой ладонью. Быстро расстегнул ремни у себя и у пассажирки, внимательно следя за приближающимися фигурами. Затем наклонился и прошептал ей прямо в лицо:

– Прижмись ко мне. Они примут нас за любовников, которые приехали сюда, чтобы заняться сама знаешь чем. И сиди тихо. Не дергайся.

Шериф обнял её, притянул к себе. Он помнил: в её носке лежал заряженный револьвер. В левом или в правом?

– Я собираюсь тебя поцеловать. И ты целуй меня, чтобы все выглядело естественно.

Трое веселых лугару медленно приближались и до машины доносилось пение по-испански.

– Господи, да они же пьяны, – прошептала Мэдисон. – Надеюсь, что они тебя не узнают. Быстро, целуй меня.

Она прижалась губами к его губам, и они, казалось, слились в одно целое, чересчур увлекшись друг другом. Шериф положил одну руку на ее голое бедро и сжал его от нетерпения. Мэдди заставила себя замереть и молчать, но из груди предательски вырвался протяжный стон. Прямо в его губы со вкусом табака.

Братья Диего, Хулио и Эрнесто заметили, что в застывшем темном пикапе сидят люди. Чуть позже стало ясно, что это парочка, слившаяся в страстном поцелуе. Конечно же, все расхохотались. Один из них отпустил сальную шутку по-испански, двое издали непристойные звуки. Диего присвистнул и сказал:

– Бетси, я вижу ты уже нашла себе развлечение на эту короткую ночь! Не хочешь с нами поделиться?

Шериф крепко прижимал Мэдди к себе. Со стороны создавалось впечатление, что они слишком заняты друг другом и не замечают ничего вокруг. От кровопийц их отделяли какие-то жалкие ярды.

– Обними меня за шею и подними правую ногу, – прошептал Дэвид, не отрываясь от губ девушки, когда тройка ублюдков уже поравнялась с ними.

Мэдисон чувствовала сильное возбуждение и уже была готова сделать всё что он прикажет. Её напугал внезапный голос в голове:

«Быстрее, убей их всех и давай займемся этим прямо в машине!»

Дэвид улыбнулся ей в губы, как будто прочитал эти мысли. Рука опустилась с бедра на колено, затем скользнула вниз по голени. Он ловким движением достает револьвер из ковбойского сапога и, когда мексиканцы подходят к пикапу, чтобы спросить, что здесь делает Бетси Хайд с черноволосым любовником, последний высовывает ствол из окна и говорит:

– Увидимся в аду, Пендехо (мекс.) – тупой, глупец, лобковый волос)!

И все еще улыбаясь, стреляет в них три раза: по одной пуле на каждую глупую головёшку.

В ночной темноте из револьвера и правда вырывается ослепительный свет. То, что братья увидели перед смертью, было подобно свету в конце тоннеля. Последним к праотцам последовал Хулио. За секунду до, на его лице замер немой вопрос, полностью соответствующий его имени.

Шериф взглянул на Мэдисон и резко отпрянул от нее. От прежней страсти не осталось и следа.

– Нам повезло, что все в мире любят влюбленных, – усмехнулся Дэвид. – А теперь пора довести дело до конца. Вылезай.

Девушка чувствовала себя крайне неловко. Волосы растрепались, губы покраснели. Она тяжело вздохнула и без единого слова принялась за дело: нужно оттащить трупы от машины в сторону казино, положить их недалеко от входа как подарок для их сородичей.

– Ты берешь его за ноги, – распорядился Шериф. – А я возьму под плечи.

Весело пожили Тройняшки Кортез. Родились вместе и сдохли одновременно, и это уже во второй раз.

Но больше они точно не вернутся – Шериф приказал Мэдди принести из пикапа канистру с бензином и хорошенько облить их тела. Потом достал свою серебряную зажигалку с вензелем ДХ, нажал большим пальцем на колесико и бросил её прямо к телам. Пламя быстро поднималось.

На его фоне Шериф крикнул на всю улицу, раскинув руки в стороны как проповедник:

– Я хочу, чтобы каждая тварь в этом городе увидела, что её будет ждать в будущем!

Затем он открыл перед Мэдисон дверцу как настоящий джентльмен, обошел машину и сел за руль, все еще улыбаясь. Развернул автомобиль и поехал в центр Хайдвилда, оставляя за собой только шлейф из пыли и огромный костер. Вскоре пройдет тропический дождь и оставит на этом месте только обугленные останки.

Когда Шериф запер тяжелую дверь участка изнутри, Мэдисон спросила с нескрываемым любопытством:

– Ну и где мы теперь будем спать? В этой казарме ничего нет для комфортной жизни.

– Мэм, можете вообще забыть нахрен выражение «комфортная жизнь». Оно больше вам не понадобится. А вообще, для будущего археолога ты слишком изнеженна.

– Последний раз прошу называть меня Мэдди, а не мэм.

Шериф проигнорировал ее последнюю реплику. Он показал пальцем на её место:

– Ты будешь спать на диване, а я в морге. Вот и решили проблему.

– Чего?

– Ты хочешь наоборот?

Девушка послушно прошла и легла на диван, прямо в обуви. На стене рядом с диваном висел календарь. Мэдди посветила фонариком на обведенную красным маркером дату – Летнее Солнцестояние.

«Завтра будет самый длинный день в году» – подумала она. – «Что же он нам готовит?»

Глава 14. Южное гостеприимство

– Уже шесть утра, надо срочно выезжать. Ты же понимаешь, до округа Вермилион долгая дорога.

Мэдди проснулась от громкого баритона над своим ухом. Обнаружила себя развалившейся на диване, заботливо укрытая пледом. Находясь на границе сна и реальности, она могла только невнятно бормотать:

– Опять дорога…

Она приоткрыла один глаз. Шериф Хайд стоял совсем рядом, свежий как черный кофе, чашку с которым он ей протягивал, обнажая свои сильные руки. Он сегодня в летней униформе с коротким рукавом, и впервые надел портативную рацию. Наверное, чтобы выглядеть как стандартный сельский коп. И знать о всех преступлениях в радиусе десяти километров.

Радиоприемник находится на ремне, прикрепленный к петле на поясе. Тангента для упрощения переговоров была закреплена на его левом плече, к ней вел черный закрученный провод, как у старых телефонов. Мэдди загляделась на эту странную конструкцию.

– Вы что, совсем не умеете отдыхать?

– Бессмысленный процесс. Я тут навёл справки пока ты спала. Маринетт раньше встречалась с каджуном Реджинальдом Бордо, известный больше по кличке Реджи Покрышка, потому что он долгое время работал в автомастерской. После того как отсидел своё в тюрьме.

– Не ожидала что такая элегантная женщина будет встречаться с Покрышкой.

– Он наша единственная зацепка на данный момент. Недавно заделался неоязычником, их община находится неподалеку от болота нашей исчезнувшей. Сегодня они устраивают праздник в честь дня Летнего Солнцестояния. Как тебе такое совпадение?

Мэдди приоткрыла рот, чтобы сказать, что она в совпадения больше не верит, но передумала. Ей вообще было стыдно смотреть в его чёрные глаза после вчерашнего, не то что говорить. Взгляд то и дело опускался с глаз на губы.

«Кто сказал, что знания – это сила? Наоборот, неведение – это блаженство. Хотела бы я не знать, что он чертовски хорошо умеет целоваться.»

Шериф потрепал её по плечу, приводя в чувство. После чего строго сообщил, что даёт ей всего три минуты на душ, как это делают в армии.

– Мэм, вам хватит три минуты на сборы?

– А у меня есть выбор?

– Нет.

– Ну, тогда я буду готова через три минуты.

Девушка сонно кивнула, зевнула и принялась собираться. Когда она быстро ополоснулась и вышла из душевой кабинки, на табуретке уже ожидала униформа цвета хаки, аккуратно сложенная как рождественский подарок. Ничего лишнего, просто брюки и рубашка с коротким рукавом, но как вишенка на торте лежали очки-авиаторы. Девушка оделась и вышла в летнюю жару с мокрой головой.

В машине коп приказал ей открыть бардачок и изучить все материалы с особой скрупулёзностью. Там лежало несколько фото и личное дело Реджинальда Бордо.

Это был рыжий тридцатилетний парень с розовой обгоревшей кожей и веснушками повсюду. На фотографии с табличкой, сделанной при аресте, Реджи украшала кривозубая улыбка.

Он носил стрижку маллет и имел дурную привычку ходить летом без футболки. Вероятно думал, что демонстрирует тем самым протест против общества, ведь на его теле множество тюремных татуировок с изображением солярных символов и всякими гордыми птицами.

На его счету было убийство по неосторожности, отягощённое преступлением на почве ненависти и угон автомобиля.

Через четыре часа утомительной езды, Дэвид и Мэдисон оказались на месте. На въезде в общину Ноденс их встретил обширный трейлерный парк и расположенный рядом с ним палаточный лагерь, вдалеке на горизонте виднелись белые домишки из фанеры. В одном из этих домов с тонкими стенами проживало семейство Бордо.

Потомки аристократов, опустившиеся до уровня маргиналов и уголовников. Такие семьи были тут среднестатистическими.

Шериф постучался в хлипкую дверь со стеклянным окошком, закрытым занавеской в цветочек. Дверь скрипнула, она была не заперта. Полицейский вошел, громко заявляя о своем присутствии:

– Здесь кто-нибудь есть?

Дэвид и Мэдди вошли в темную комнатушку, называемую прихожей. К ним вышел старик Бордо со своей женой, которую он поддерживал под локоть, как настоящий джентльмен. Он вежливо поприветствовал вошедших.

– Мистер и миссис Бордо, верно? – старики синхронно кивнули – Мы бы хотели пообщаться с вашим старшим сыном.

Отец и матушка Реджинальда выглядели так, что краше в гроб кладут. Два скелета, обтянутые кожей. Впавшие щёки, загорелая морщинистая кожа и абсолютно белые волосы добавляли особого шарма. Им уже было по семьдесят с чем-то лет. Половину от этого возраста парочка дружно ширялась героином, так что неудивительно что они так плохо сохранились.

Пожилая леди стояла с таким пустым полудетским взглядом, какой бывает у людей с запущенной деменцией. Наверно поэтому на все вопросы полицейского отвечал муж, поддерживая жену под локоть, пока та молча косилась на него.

– Реджи что-то он опять натворил? Этот прохвост пропал пару дней назад, мы думали уехал пожить к подружке и не поднимали панику.

– Под подружкой вы имеете ввиду Маринетт Гийо?

– Да, кажется, так звали эту мулатку-шарлатанку.

– Звали… Вы думаете с ней что-то могло произойти?

– Нет, нет, нет. Просто память моя слабеет день ото дня, особенно память на имена. Сами понимаете, возраст такой. – он развёл руками. – Есть время разбрасывать камни и время собирать камни. Время обнимать и время уклоняться от объятий…

Шериф прищурился – он ненавидел разного рода проповедников. Старик заметил это, повернул голову направо и произнёс:

– А это наш младшенький сын Эдди. Он у нас с особенностями. – мистер Бордо покрутил пальцем у виска и указал на молодого юношу в черной толстовке с капюшоном. Тот сидел в темном углу гостиной комнаты на кресле-качалке и был невидим для гостей, хотя подслушивал весь их разговор.

Шериф даже не удостоил Эдди вниманием. Зато Мэдисон удостоила, и заметила одну странную деталь. Его ярко-голубые глаза, наблюдающие из-под капюшона. Это был такой вожделеющий животный взгляд, что у девушки пробежали мурашки по коже, и волосы встали дыбом даже там где их нет.

– Ещё у нас есть дочка, Александрия, но она живет в доме на колесах. Вы найдете его в трейлерном парке. Может быть, она сможет ответить на ваши вопросы, они с Реджи были очень близки.

– О, я хорошо знаком с Алекс, благодаря её… профессии. Обязательно допрошу, будьте уверены. – сказал Шериф, а затем покинул этот душное здание, хлопнув дверью. Мэдди извинилась перед стариками и вылетела за ним.

Когда напарники отошли на достаточное расстояние, он наклонился и прошептал Мэдди на ушко, обдавая её тёплым дыханием:

– Останемся до конца праздника и понаблюдаем за ними.

Девушка оглянулась на белую террасу. Дом выглядит слегка заброшенным, однако ничего подозрительного. Семья Бордо производили впечатление бедных и болезненных людей.

Впрочем, все остальные в этой общине выглядели не лучше. Как хиппи с немытыми волосами, которые косили под викингов или кельтов. Некоторые из них были худые как наркоманы, остальные страдали ожирением. Нет, они от него не страдали, а наслаждались. Столько улыбающихся лиц, собранных в одном месте, навевали на приезжих чувство легкой тревожности.

Дэвид и Мэд пришли в самый разгар праздника – уже играла живая музыка. Звуки банджо, скрипки и аккордеона доносились с отдаленной сцены. Помня свой предыдущий опыт, они отказались от предложенного алкоголя, а также от жареных лягушачьих лапок, голубиного мяса и тушеного скунса. Но согласились попробовать домашний лимонад – жара и жажда были просто невыносимы.

Пышная розовощекая женщина угостила их лимонадом со льдом и с теплой улыбкой на лице. В это время вокруг её дома на колесах резвились рыжеволосые дети-погодки.

Несмотря на напускное гостеприимство, которым славились южане, в диалог с Шерифом и его помощницей жители общины Ноденс старались не вступать.

Местные мужчины выглядели довольно брутально и недружелюбно, бросая неодобрительные взгляды на вооруженных приезжих. Задавать им вопросы про исчезновение Реджи Покрышки сейчас было бессмысленно.

Местные женщины сторонились чужаков и в их присутствии старались говорить только по-французски. Они не подозревали, что Дэвид Хайд прекрасно всё понимал и с удовольствием подслушивал их разговоры. Особенное удовольствие ему доставляли комплименты, которые пожилые тетушки говорили вслед, в шутку приглашая его на ужин:

– Quel homme charmant surnotre Faisdo-do! Lagniappe aux cheveux noirs, Mangez avec moi, ça va être bon! (франц.) "Какой очаровательный мужчина на нашей вечеринке! Черноволосый подарок, поужинай со мной, будет вкусно!")

Шериф едва сдержал смех и, кажется, его бледная кожа слегка покраснела под тенью от шляпы. Но настроение быстро сменилось на противоположное. Он встал поближе к Мэдисон и произнес:

– Двое парней, идущие позади нас обсуждают тебя как кусок мяса. Будь осторожна, они планируют подсыпать что-то в напиток.

– О, этим меня уже не удивить!

– Вон те милые старушки справа, прям два божьих одуванчика, видишь? Они обсуждают плюсы рабства, которые перевешивает его минусы. Самая низенькая соглашается и говорит, что Ку-клус-клан всё делал правильно, их просто неправильно поняли. Тот брюнет с рыжей бородой не лучше. Видишь, он стоит слева от нас. Наклонился, чтобы сказать своим маленьким детям, что нельзя поклоняться еврейскому богу.

Девушка принялась озираться по сторонам, но коп взял ее за подбородок и резко развернул лицом к себе.

– Смотри только на меня, девочка. Всё не то, чем кажется. Это логово каджунов, которые живут здесь не одну сотню лет. Для них мы те же самые англичане – очередные пришлые узурпаторы, еще и вооруженные до зубов. Если ты будешь пялиться как в зоопарке, они воспримут это за неуважение и у нас начнутся проблемы.

Мэдисон усмехнулась:

– Как будто они когда-то заканчивались.

Она вглядываясь в толпу за спиной Шерифа. Мэдди читала в одной из книг, что каджуны – это французские переселенцы, которых англичане загнали жить в самые дикие тропики и болота. Так что этот народ научился выживать в экстремальных условиях и не боится изоляции. Наверное поэтому у некоторых из числа местных на лице написано, что они результат близкородственных связей.

Вместе с тем, Мэдди заметила, что здесь прогуливалось немало мулатов. Видимо, раньше каджуны очень терпимо относились к неграм, которые бежали в глушь от рабства, и не видели никаких проблем в браке с чернокожими.

А вот из семейства Бордо никто пока не попадался ей на глаза, зато зоркий глаз Шерифа увидел в толпе знакомое лицо с козлиной бородкой. Хоть он и видел его один раз в жизни.

– Мэдди, смотри. Мне напекло мозги или это тот торговец оружием из Акадии? Надо спросить, знаком ли он с Реджи Бордо, и не покупал ли тот оружие в последнее время. Я отойду ненадолго, а ты пока наслаждайся представлением.

Девушка неуверенно кивнула и проводила Шерифа взглядом. Единственный черный силуэт растворился в разноцветном море людей.

Глава 15. Многие знания – многие печали

Тропическое Солнце достигло своей кульминации в полдень, проходя прямо над головами жителей Ноденса. Они называли его «Le soleil brûlant et impitoyable» – жгучее, безжалостное солнце.

Под его ослепительными светом всё ощущалось несколько странными образом. Уличные объекты такие как столбы, палатки, автомобили и дома на колёсах перестали отбрасывать тени. Мэдисон казалось, что она начинает галлюцинировать.

Солнечный удар? Нет, тени действительно пропали и остальные видели тоже самое. Люди лениво развалились на траве попивая напитки со льдом, в ожидании чего-то.

Большая поляна выступала сегодня импровизированной сценой, а лес позади неё был декорацией.

Сначала в центр поляны вышел самый высокий и сильный мужчина общины. У Мэдисон вырвался смешок, когда она разглядела оленьи рога, прикрепленные к его голове.

Мужчина, ростом в 6 с половиной футов, шёл босиком и с голым торсом, одетый только в белые хлопковые штаны. К нему присоединились еще три фигуры из леса: девочка, девушка и пожилая женщина. Последняя торжественно надела на него резную деревянную маску, когда мужчина приклонил перед ней колено. Вот только в этой маске не было прорезей для глаз и рта.

Теперь на зрителей смотрел жуткий сверхъестественный образ с зеленым лицом. Человекоподобное существо с усами и бородой, полностью состоящими из листьев дуба, винограда и хмеля. Их листья и плоды росли из его открытого рта, из ноздрей и ушей. Даже из уголков глаз словно слёзы рос виноград.

Из его рта вываливался похотливый раздвоенный язык, тоже зелёного цвета. Мужчина в маске принялся вслепую гоняться за девицей и старушкой, чуть не задавив при этом маленькую девочку.

«Господи Иисус, да они же все здесь ненормальные!» – пронеслось в голове Мэдисон.

Окружающие Мэдди женщины запели по-французски, грациозно вышли на поляну и встали вокруг этой ужасающей сцены. Каждое их движение было хорошо отрепетировано. Женщины взялись за руки и создали вокруг Зелёного два хоровода. Внутренний хоровод двигался по часовой стрелке, внешний в противоположном направлении.

Это странное зрелище длилось до тех пор, пока Зеленый Монстр не поймал всех женщин и не заключил каждую в свои объятия. Они визжали и хохотали, пытаясь убежать от него. Когда же Зеленый снял маску, поляна превратилась просто в танцпол для обывателей.

Мэдди вздохнула с облегчением и закрыла глаза. Она боялась стать свидетелем какого-то сатанинского ритуала с участием женщин и детей, но всё это закончилось банальщиной. Пьяной пирушкой с деревенскими танцами.

Она встала, отряхнулась и пошла искать место поспокойнее.

Приближалось уже шесть часов вечера, из динамиков гремит «Son ar chistr» (с бретонского – «Песня о сидре»). Местные напились сидра и отплясывают так, что Мэдисон охватывает испанский стыд.

Однако они выглядят счастливыми, а она сидит в плетеном кресле с грустной физиономией. Солнцезащитные очки-авиаторы скрывали её печальные глаза.

На самом деле, Мэдди была тем ещё наивным созданием. В глубине души, она хранила глупую надежду, что Дэвид пригласит ее на танец. Но вот незадача.

Во-первых, Шериф отрицал танцы как явление. Во-вторых, он оставил Мэдди уже давно и даже не думал возвращаться. Ведь он нашел собеседника поинтереснее.

Вдалеке, в тени деревьев, он стоит и курит в компании Александрии Бордо, которую тут все называли просто Алекс. Если они уединились для светской беседы, тогда почему стоят так близко друг к другу?

Почему Дэвид, немолодой человек, которому она недавно спасла жизнь, стоит в кустах с другой женщиной вместо того, чтобы пригласить Мэдисон на танец? Ответ очевиден, потому что Алекс тоже курит.

«Вонючие сигареты, игрушка Дьявола!»

Алекс – бывшая проститутка, а сейчас святоша в местной общине. Рыжая, широкоплечая и длинноногая девушка курила по-мужицки, держа сигарету большим и указательным пальцем. Видимо, она многому научилась у дальнобойщиков, в том числе переняла у них стиль одежды и полный отказ от солнцезащитного крема.

Мэдисон увидела сквозь голые ветки что они долго что-то обсуждают, не разрывая зрительного контакта. Алекс смущенно опустила голову, кивая и посмеиваясь. Шериф активно жестикулирует в своей харизматичной манере, как будто рассказывал анекдот или пытался произвести впечатление.

И, о боже, он даже ей улыбнулся! Два раза!

«Хм, теперь я понимаю какой у тебя типаж: бывшие проститутки-наркоманки и безумные ведьмы-отравительницы. Тут без шансов. Да и зачем мне этот грубый солдафон, помешанный на убийствах?»

Её мысли прервал какой-то свист. Издалека доносилось пение многоголосого пересмешника, и Мэдди еще острее ощутила собственное одиночество.

«Я как эта глупая птица – просто копирую чужую песню. Надела форму заместителя шерифа и вообразила себя героиней боевика. Что я здесь делаю? Вот сижу в плетеном кресле, молодая, красивая, недавно исполнилось двадцать два года, пью лимонад, пока остальные оттягиваются по полной. Они беззаботны и счастливы как дети, резвятся на природе, плодятся и размножаются. И всё это благодаря незнанию.»

Черный силуэт приближался к ней из лесной чащи, опустив голову и засунув руки в карманы брюк.

– Как ты оказывается близок с проститутками.

– Мы с Алекс давно знакомы. С тех пор как я арестовал её за хранение наркотиков. Пожила немножко в обезьяннике, пока родители собирали сумму для уплаты штрафа.

– Ммм – Мэдди равнодушно отпила из стакана, представляя, что там лемончелла.

– Слушай, я вытягивал информацию как мог. Каждый коп знает, что курилка лучшее место для откровенных разговоров.

– И что ты в итоге выведал с помощью своего дурацкого обаяния?

Шериф удивленно скосил на неё взгляд, услышав в этой реплике неожиданный комплемент. Потом поднял глаза на горизонт и грустно произнёс:

– Мы сегодня организуем ночную засаду.

Удивленная Мэдисон всё так же сидела на плетеном кресле, сложив ногу на ногу. Только очки сползли на нос. Её кожа приобрела тот же оттенок розового, который был у облаков на горизонте.

– Я надеялась просто отдохнуть, потанцевать, узнать что такое Мятный джулеп…

– На том свете отдохнем, а сегодня ночью следим за домом Бордо. Алекс рассказала кое-что интересное: её родственники давненько не выходили из дома.

– Ты думаешь они лугару?

Вместо ответа на вопрос он лишь двусмысленно поднял свои черные брови. Ему не нравилось это слово.

Сегодня был очень длинный день, который, казалось, никогда не закончится. Шериф приказал еще немного понаблюдать за танцующими людьми в поиске кого-нибудь подозрительного. Потом они вдвоем остались полюбоваться красивейшими фейерверками на фоне вечернего неба. Люди начали разбредаться в сторону своих жилищ и палаточного лагеря.

Община в темное время суток кажется совершенно пустынной, даже во время праздника летнего солнцестояния. Только вдалеке, со стороны трейлеров, доносилась приглушенная музыка, хохот и запах барбекю. Их заглушал звук полчища цикад.

Дэвид и Мэдди припарковались под большим раскидистым дубом. Одинокий, несгибаемый, могучий. С его ветвей свисали мхи, слегка прикрывая машину от лунного света. Вдалеке виднелась белая терраса Бордо, а над дверью их дома светил фонарь, покачиваясь на ветру.

Напарники уже два часа молча сидели в своем пикапе, ведя слежку за домом по адресу Гринривер 13. В абсолютной тишине и с выключенными фарами. Это было неимоверно скучно для девушки, а вот мужчина не терял бдительность и полностью сосредоточился на этом белом домишке. Ничего не напоминало ему о том, чем они занимались в этом машине всего двадцать четыре часа назад.

Шериф Хайд продумывал план действий. Тут уже не получится выбить дверь с ноги и расстрелять всю семью кровопийц. Вокруг соседские дома, где спят обычные люди. И в каждом есть огнестрельное оружие…

Как Дэвиду удается быть таким хладнокровным, спрашивала Мэдисон сама себя. Наверное это главный навык для его профессии. Но что вообще может заставить человека захотеть стать полицейским? Повышенное чувство справедливости и стремление к порядку? Животное желание власти и контроля над другими? Или врожденный инстинкт охотника? Кажется, Дэвид собрал в себе все пять причин одновременно.