Текст книги "Шериф Мертвого города (СИ)"

Автор книги: Саша Грэм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 34. Через огонь, воду и медные трубы

Дэвид была слишком опытен и слишком хорошо натренирован, чтобы позволить себе потерять ориентацию от боли и замешательства – даже от столь сильных. Кроме того, с точки зрения Хайда, враг выбрал чрезвычайно неудобное время для того, чтобы заставить его помереть.

Могучий охотник кое-как заставил себя встать и тут же снова рухнул на колени. Он сжал зубы и снова встал, доковылял до каменного постамента и уперся в него одной рукой, держа другую на боку. Зажал рану рукой, но из отверстия между ребрами все сильнее хлестала кровь.

Дэвид взял Мэдди за подбородок и приблизился, заглядывая в ее пустые глаза. От легких пощечин девушка не приходила в себя.

– Это я, невыносимый сукин сын. Ты меня помнишь? Я больше не хочу причинять тебе вред. И точно не хочу, чтобы ты ненавидела меня. Я давно хотел тебе сказать… Это полностью моя вина. Прости меня за всё.

Девушка не реагировала и Дэвид запаниковал. Он не знал, что нужно сказать или сделать, чтобы заставить ее встать, очнуться от морока.

Нет, она не встанет. Ей здесь нравилось. Сначала это было похоже на внезапную тоску, или желание вернуться домой. Белое пространство бесконечности, похожее на белую палату дурдома. Тишина. Невесомость. Никаких сложностей. За пределами этого места… там все было плохо.

«Так значит, я действительно мертва? – Мэдди обдумывала эту мысль, вертела ее со всех сторон. – Что ж, ощущения не такие уж и плохие. Даже приятные. Такая легкость в теле, будто я качаюсь на волнах соленого озера».

Вдруг она услышала в этой пустоте эхо шагов, повернула голову и увидела перед собой Эдди Бордо. Его глазницы буквально светились, будто в черепе зажгли фонарь.

Эдди опустил свой черный капюшон и вежливо поприветствовал ее:

«Qu'est-ce que c'est? (Что это такое?) Боюсь, ты еще дышишь. Хотя я видывал трупы, которые и выглядели, и имели запах получше. – он принюхался. – Чувствуешь, чем пахнет? Подгоревшим мясом!»

«Что?!»

«К сожалению, так пахнут подгоревшие задницы моих сородичей, а не твоя».

«Ха-ха, какой ты остроумный».

«Mon chéri (Дорогуша), ты бы удивилась, узнав, что смерть делает с чувством юмора».

«Значит, я просто сплю в горящем здании и вижу сны?».

«Да, Всеотец хотел, чтобы ты заглянула в иной мир, хотя бы одним глазком.»

«Эдди, тебе что, больше являться некому? – раздраженно пробормотала она, а потом закатила глаза. – «Ладно. Допустим, и что дальше?»

«Дальше тебе нужно постучать в дверь и попросить разрешения войти».

Душа Мэдди уставилась на него, затем на две двери позади него.

«Я бы хотела, – сказала она после недолгой паузы, – верить, что это была шутка».

«Точно, наша жизнь – это шутка. Наша смерть – это шутка. Мне нравится твое общество, но ты больше не можешь здесь оставаться. Постучи в белую дверь.»

Шериф уже был в полном отчаянье. В следующий момент, он резким движением коснулся лба девушки своей холодной рукой и пространство завибрировало. Он как будто прочитал ее мысли на подкорке сознания:

– Я понимаю, что ты не хочешь просыпаться, ведь здесь так плохо. Реальный мир ужасен и скоро станет еще хуже. Но, ты что, действительно хочешь все это пропустить? Мне казалось, тебе нравилось наше «маленькое приключение».

После короткого сна, – если это был сон, – Мэдди открыла глаза. Светлые ресницы часто затрепетали, когда она пришла в себя. Мэдди удивилась, увидев над собой лицо, наполовину залитое кровью. Пока она тут вела светскую беседу, ее напарник участвовал в настоящем побоище.

– Мэдди…Как ты себя чувствуешь?

Слово «отвратительно» не описывало и половины ее чувств. Девушка чувствовала себя разбитой, словно Каин проник в ее мозг, прогулялся там в грязных окровавленных ботинках и вышел.

– Я уже почти поверила, что больше никогда не увижу солнце. Моя жизнь висела на волоске и тут появился ты.

Шериф поспешил отстраниться, отвел взгляд, не желая обнаруживать внезапно нахлынувшие чувства.

– Тебе нужно вставать. Много дел, много миль впереди.

Она опустила глаза и вскрикнула, увидев, как Шериф рукой пытается сдержать поток крови из отверстия сбоку, чуть ниже ребер.

– Боже! У тебя кровь, и не только на лице.

– Ага, я в курсе. У нас мало времени.

Шериф поразмыслил, не рассказать ли Мэдди о том, что обычная тюремная заточка пробила его бронежилет, но решил повременить. Потом они посмеются над этим фактом, если, конечно, выживут. А пока нужно срочно выбираться из горящего здания.

Напарники покинули помещение сакристия, пригнувшись, чтобы не надышаться дымом.

Они ничуть не удивились, когда услышали в глубине центрального нефа звуки схватки. От вида огня вампиры окончательно потеряли разум. Многие погибли оттого, что их шерсть загоралась как спичка от даже небольшой искры. Еще большее их количество погибло не от рук охотника, а от клыков их же собратьев, ибо вампиры были убеждены: мясо себе подобных могло отодвинуть финальную смерть.

С высоты птичьего полета можно было увидеть, что эта церковь имела форму креста, который теперь источает дым. В левом проходе было битое стекло и спуск к пещерам – место вечного заточения профессора Герритсена. В правом проходе – неизвестность.

Мэдди поддерживала Шерифа, закинув его руку себе на плечо, и быстро нырнула в правый проход, в котором она еще не была. Оказалось, что этот проход заканчивался тупиком, где сквозь пол росло мощное дерево, разрушившее стены в нескольких местах.

Мэдди почувствовала над ухом тяжелое дыхание:

– Я видел, там снаружи есть машина с ключами внутри. Если я отключусь, вези нас через колючий кустарник прямо в Хайдвилд к библиотеке Софи. Она знает, что делать.

Он медленно встретился глазами с Мэдисон, и взгляды обоих переползли вниз, на разлом в стене, которое было создано деревом, растущим прямо внутри церкви. Через этот разлом была видна высокая трава, освещённая голубым лунным светом.

– Что бы там внизу ни было, – мягко сказал Дэвид, – оно, наверное, лучше чем то, что внутри.

– Так что, когда мы пойдем смотреть, что там внизу, мы наверняка будем в полной безопасности. – согласилась Мэдисон, неуверенно кивая.

– Чудесно. Тогда дамы вперед.

– Нет уж, вдруг ты здесь потеряешь сознание.

«Если я потеряю сознание, эта хрупкая девчонка не сможет вытащить мое тело из горящего здания. Да она даже не сможет вытащить свое тело из горящего здания.»

Подумал Дэвид, согнувшись от боли, все еще держа руку на своей глубокой ране. Он выпрямился и окровавленной рукой подвел ее к разлому в деревянной стене и с силой толкнул девушку внутрь, больше не спрашивая ее мнения.

Он не отдавал себе отчет, какого рода чувства возбуждала в нем Мэдди, но, вероятно, у него уже вошло в привычку спасать эту девушку, даже против ее воли. Затем Шериф выругался от боли, наклонился, пролез в дыру и спрыгнул, приземлившись на мягкий ковер из июньской травы.

В лунном свете его кровь казалась абсолютно черной. Мэдди помогла ему подняться и обхватила за талию, провожая к автомобилю.

– Он должен быть где-то там за углом

– Правда должен?

– Каину проще путешествовать в форме насекомых, так что надеюсь…

Она не смогла сдержать дрожь облегчения, когда они дошли до черной машины, чьи хромированные детали блестели в лунном свете, который в этом месте едва пробивался сквозь листву. Вокруг было подозрительно тихо и спокойно, пока из церкви не донеслись крики несчастных поджаривающихся лугару.

Девушка даже испытала к ним что-то типа сострадания. Такое предательство от идола, которому они поклонялись. Должно быть, с точки зрения вампиров это ощущалось как самое огромное предательство, словно сам Создатель отвернулся от них.

Мэдди полной грудью вдохнула лесной воздух и предложила раненому лечь на заднее, но Дэвид настоял на том, чтобы сесть на переднее сидение рядом с ней.

Мэдди слегка оцепенела, сжимая руль в руках. Годы за рулём не подготовили её к такому – во-первых, к управлению такими изысканными машинами она не привыкла, а во-вторых, она никогда не ездила по столь дикому бездорожью.

– Почему ты медлишь? – требовательно спросил он. – Гони мать твою! Прямо в горку, прямо через заросли, газуй!

Её пальцы дрожали, когда она склонилась над Дэвидом, чтобы пристегнуть ремень безопасности, пока его лицо корчилось от боли где-то в темноте салона.

Дрожащая белая ручка повернула ключ зажигания несколько раз, наконец этот монстр с мощным двигателем пробудился и зарычал. Девушка включила фары и уверенно разогналась, двигаясь плавно и мощно одновременно. В ее хрупких руках Бьюик демонстрировал впечатляющую управляемость.

В этом хаосе и неопределенности, среди рева двигателя и треска веток, Мэдди чувствовала, как её сердце сжимается от тревоги.

Дэвид по старой привычке похлопал себя по нагрудным карманам в поисках спасительного никотина, но не нашел там сигарет и разозлился.

– В моих видениях были только пушки, когти, зубы и кресты, но эти крылатые суки не предупреждали про смерть от гребаной заточки! – сказал он, сжимая кулаки.

От внутреннего кровотечения он начинал терять контроль над собой. Черт, как же он ненавидел это чувство. Эту слабость! Да, Шериф был слаб перед лицом Каина. Беспомощен как ребенок и Мэдди это видела. Эта мысль уязвила его самолюбие даже больше, чем надвигающаяся смерть.

– Успокойся, ты не умрешь. Не сегодня, я тебе не позволю. Если ты умрешь, тогда… тогда я сама тебя убью, понял? – ее голос вдруг стал твердым, как сталь.

К тому времени, как в ночное небо поднялись огромные клубы дыма, они уже уехали.

Глава 35. Пока дышу, надеюсь

Алые всполохи перекидывались на деревья. Оранжевые языки проникали через окна и настойчиво лизали стены, медленно поднимаясь вверх.

Стоило огню подняться к крыше над центральным нефом, как загоревшаяся деревянная конструкция храма обрушилась на головы верующих вампиров, словно под тяжестью их собственных грехов. Грохот взрыва сотряс воздух, нарушая тишину, царившую в этом лесном царстве.

У Хайда все еще оставалось ощущение того, что рука спутницы поддерживает его. Мэдди тоже это чувствовала. Ее хрупкое плечо, на которое мужчина опирался, все еще покалывало, словно от слабого удара током. Жизнь Дэвида была всецело в ее руках и зависела только от нее. Мэдди это действительно беспокоило, настолько, что даже ладошки вспотели.

Шериф Хайд и его спасительница даже не обернулись, услышав взрыв далеко позади машины, хоть тот и поддал им необходимого ускорения для того, чтобы подняться на холм. Эти двое каким-то чудом умудрились не подцепить на въезде ни одного хвоста. И не встретить ни одного хвостатого.

Сперва они решили, что эти твари слишком разбросаны, чтобы контролировать каждую заросшую дорогу в Хайдвилд. На самом деле, даже при их значительной численности, большинство кровопийц уже превратилось в кучку пепла, либо было близко к этому состоянию.

К своему несчастью, в последнее время они стали слишком религиозными, чтобы позволить себе пропустить явление Каина. Считали что его подлость это лишь библейские сказочки, которые были давно и не правда? Получите и распишитесь. Теперь вся его несчастная паства заперта под обломками горящей церкви.

Мэдисон сильнее сжала руль, так что ее напарник услышал хруст костяшек. Она волновалась из-за неиллюзорных шансов "сесть на брюхо" на первой же кочке.

Конечно, назвать машину Каина чисто асфальтовой нельзя – да и с асфальтом здесь за пределами крупных городов дела обстояли не столь уж радужно. Но всё же это машина именно для дорог, пусть и просёлочных – а не для глухих зарослей.

Зато Дэвид уже ни о чем не волновался. Лишившись последних сил, физических и моральных, он откинулся на спинку сидения. Черные глаза, погруженные в мысли, еще несколько минут оставались расфокусированными. Потом он моргнул и внимательно посмотрел на свою спутницу. Картина, которую он сейчас видел перед собой, вероятно, ему очень нравилась.

Он долго смотрел из-под полуприкрытых ресниц и наконец произнес:

– Осталось одно белое пятно: мы не выяснили, кем был тот сородич, который нашел пещеру и пробудил древнее зло в виде этого доисторического засранца. Видимо, он сделал это недавно, только вот эпидемия началась двадцать лет назад.

– Значит мы уже не найдем того, кто изначально заварил эту кашу. А тебе этот вампир сильно нужен? Может он прямо сейчас больше напоминает барбекю из аллигатора, прожарившись до хруста. Дай угадаю, ты будешь утверждать, что нет смысла предполагать, когда у нас ноль информации.

– Ноль… – перебил Шериф тоном, не вызывающим энтузиазма. – Нет смысла размышлять о прошлом, когда в настоящем надвигается угроза.

Проехав через глушь и поднявшись на вершину холма, продравшись на высокой скорости через колючий кустарник, Мэдди вырулила на настоящую дорогу.

Выражение ее лица стало неуверенным – а потом губы плотно сжались.

Она хотела спросить, как Шериф планирует выследить Каина, если он буквально неуловим словно ветер. Или задать какой-нибудь другой сложный вопрос, чтобы отвлечь его от боли. Мысли метались в голове, как птицы в клетке.

Пока она обдумывала это, одинокое чудовище, почуяв запах крови, выскочило со стороны леса на проезжую часть позади автомобиля. Проявив незаурядную скорость, он принялся догонять автомобиль. Когда на двух не получилось, он побежал на четырех лапах и оттолкнулся от земли, ловко запрыгнув на крышу машины. Мэдди с ужасом услышала скрежет металла над собой.

«Твою мать! Волки не достигают 7 футов в высоту, не ходят на задних лапах и они точно не носят штаны в стиле деревенский шик!» – подумала она.

От его сверхчеловеческой силы и тяжести металл на крыше прогнулся внутрь салона. Лугару тряс машину, изо всех сил стараясь сбить ее с дороги. Когда он атаковал, «Бьюик» неожиданно развернуло, заставляя голову Мэдди удариться об руль.

Раненый Шериф огляделся и понял, что удар нокаутировал его помощницу. После увиденного у него возник новый вызов: оторвать руку от раны, взяться за руль и попытаться вырулить, спасая их из этой передряги.

– Очнись, чёрт возьми! – прорычал он. – Мы же сейчас убьемся!

Ему удалось сжать зубы до скрежета, справиться с болью внутри и выполнить задуманное.

Дэвид резко вывернул руль влево и сбросил мохнатого с крыши машины на дорогу перед собой, тот ударился головой при падении. Фары очертили в темноте его мощное тело.

Осколки разбитого асфальта порвали его ухо и немножко джинсы, но, если какой-то из них и пробил его сверхъестественно прочную шкуру, это лугару не почувствовал. Он жестко приземлился на спину и голову, попытался встать на ноги и обнаружил приближающиеся колеса.

Когда они переехали его, Шериф снял ногу девушки с педали газа, придерживая её согнутой в колене. Машина притормозила, но не сразу. Тормозной путь был длинным. Шериф опустил стекло на своем окне и выкрикнул в сторону леса:

– Да что ж вы себя не бережёте-то так?!

Мэдисон начала приходить в сознание от резких толчков справа. Шериф тряхнул ее за плечо и выкрикнул ее имя, придерживая руль одной рукой. Он оглянулся в заднее стекло, перевел коробку передач на задний ход и крикнул ей на ухо:

– Газуй пока этот щенок не поднялся!

Когда он с яростным видом вышел из себя, позабыв о боли, это заставило озадаченную Мэдди недоумевать: во что она еще успела вляпаться? Она решила, что проще подчиниться и вжала педаль газа в пол, переехав чудовище. Хруст костей под колесами не оставлял место сомнениям, и двое поняли, что он не жилец.

– Сукины дети поверили, что они реально бессмертные.

Сказала Мэдисон и посмотрела в зеркало заднего вида. Она заметила, как раздавленное тело возвращается в человеческую форму, а густой мех исчезает. Быстро отвела взгляд, рывком переключила передачу и двинулась вперед, разгоняясь. Там вдалеке, словно неоновая радуга, горели огни казино. Значит они были уже близко. Не успела она обрадоваться этому факту, как услышала странные звуки справа.

Дэвиду пришлось подавить желание издать низкий стон отчаяния. Чувствуя боль во всем теле, пытаясь проморгаться, он все еще размышлял по одному поводу – навязчивая мысль уже стала своего рода жвачкой для ума.

Встряхнув головой, чтобы очистить мозг от затянувшей его липкой паутины, Шериф прохрипел едва слышно:

– Послушай, я знаю, что ты не тупая. Надеюсь, я прав, ведь будь ты тупой, то не продержалась бы столько времени. Рядом со мной. – объяснил Шериф, в голосе проступило сомнение или это смертельная усталость одолевала его. – Я делился с тобой всем, что знаю сам, но… есть еще кое-что, и ты имеешь право это знать. Когда мы доедем, Софи попросит разрешения чтобы выпить твою кровь. Ты должна согласиться.

Мэдди оторвала испуганный взгляд от дороги. Если так можно назвать этот путь сквозь лесную тьму. В темном салоне она не увидела всю серьезность его лица, которая исчезла перед тем, как он окунулся в вечный сон.

Голос девушки немного дрогнул:

– Дэвид, это еще что за фокусы… ты хочешь, чтобы я… Я должна пожертвовать своей жизнью ради твоей?

Никогда не знаешь, шутит он или серьезен, доволен или наоборот; никак его не поймешь. Но ответом ей было лишь молчание, мужчина ее уже не слышал. Она нащупала его ладонь, и та была холодна как никогда.

Машину тряхнуло на кочке, которая превращалась в еще большую кочку, что заставило девушку больше не отвлекаться от вождения. Благо они оба были пристегнуты, но это мало помогало. Не добавлял оптимизма и тот факт, что ее любимая помеха справа перестала издавать какие-либо звуки, и была уже больше мертвецом чем живым человеком.

"Никто не мог знать, какие ужасы ожидают нас. Так рисковать жизнью… ради чего это все было? Чтобы что? Я понимаю… Это путешествие преследовало сразу две цели: во-первых, он хотел посвятить меня в сокровенные тайны этого места, будь оно неладно, а во-вторых, мне суждено было встретиться с Каином и с профессором. Груз лежащей на мне ответственности и чувство вины тяготило меня, но я отчаянно стремились доказать Дэвиду, что достойна доверия, которое он возложил на меня. Я докажу!"

Когда Мэдди ворвалась в город, она ехала быстро. Настолько быстро, что подняла всю грязь из луж, и всю пыль выруливая на пустынную дорогу Хайдвилда со скоростью, которая заставляла бы Дэвида заметно понервничать. Если бы он был в сознании, то придумал бы сейчас какой-нибудь язвительный комментарий.

Слезы подступили к ее голубым глазам. Она пыталась нащупать крестик на груди, позабыв, что он остался в церкви и теперь лежал где-то там, превратившись в лужицу из расплавленного серебра.

«Господи, только сделай так, чтобы он был живым, и больше я никогда ничего у тебя не попрошу! Не стану отвлекать тебя своими мелочными капризами. Я буду у тебя в долгу и сделаю все что ты прикажешь, Господи!» – подумала Мэдисон, распахивая дверцу и приземлившись сапогами прямо в грязь.

Она вылезла из «Бьюика» и побежала в библиотеку, выбивая дверь с ноги. Та была, как обычно, не заперта.

Глава 36. Ищите женщину

Здесь звучала умиротворяющая классическая музыка. Софи Фонтено где-то нашла граммофон с пластинками и поставила его прямо на пол. Девушка узнала эту мелодию: «Лунная соната» Бетховена.

Разноцветная лампа Тиффани, стоящая на журнальном столике, отбрасывала какой-то неземной свет на стены первого этажа библиотеки. Вампирша в очках беспечно сидела на диванчике, сложив ногу на ногу, держа в руках небольшую книгу с золотым тиснением. Казалось, что ей удалось распространить ауру спокойствия и умиротворения в этой небольшой области города.

Подземные озера, проклятые особняки, могилы, пещеры со скелетами – к таким вещам Мэдди уже привыкла. Настолько привыкла заниматься всякими ненормальными вещами, что практически забыла: большинство здравомыслящих вампиров пытаются сделать свое окружение выглядящим настолько безобидно, насколько это возможно.

«Ее род особенно хорошо умеет вводить людей в заблуждение, заставляя их поверить в то, что они ничем не отличаются от смертных.»

Софи отвлеклась от книги и встретилась взглядом с испуганными, как у олененка, глазами. Софи поняла все без слов. Она внимательно посмотрела сквозь свои очки на стоящего перед ней человека.

– Он еще жив?

Мэдди не знала этого наверняка. Внезапно, плюхнувшись на пороге, она разрыдалась. Плакала, не слыша стука каблуков в свою сторону. Софи размахнулась и влепила ей хлесткую пощечину, сдерживая силу чтобы не испортить симпатичное личико. От изумления та вскочила и перестала плакать так же быстро, как начала. От шока она даже не вскрикнула.

– Чего ты хочешь, девочка? Твердо и четко.

– Чтобы ты вернула его к жизни.

– Тогда тебе придется помочь мне вытащить его: сначала из машины, а потом с того света. После можешь сколь угодно истерить. А теперь помоги мне.

Без единого слова они принялись за дело и вытащили тело из машины. Софи подхватила его под плечи. Дэвид был ужасно тяжелым и бледным, с синюшными губами. Мэдди сделала все, как ей и велели, но она не могла смотреть на его мертвецкое лицо.

Тело опустили на мягкий диван. Софи почувствовала, как к ее глазам подступают кровавые слезы, и дотронулась до Дэвида, пригладив его темные волосы. Она заставила себя хладнокровно произнести:

– У нас есть два варианта: плохой и хороший. В первом, я могу высосать всю его кровь и накормить каплей своего живительного витэ. Прямо из вены. Дэвид обратится в сородича, но тогда на какую судьбу мы его обрекаем? Он будет ненавидеть себя всю оставшуюся не-жизнь и, скорее всего, легко найдет способ самоубиться. Во втором варианте, мне нужно выпить немного твоей молодой крови чтобы восполнить свои силы. Тогда я смогу использовать способность исцеления. Что ты выбираешь? Сделаешь неправильный выбор, и он будет проклинать тебя, возможно даже вечно проклинать. Будешь долго думать, и он просто умрет как человек, а эта страна лишится самого талантливого охотника на нечисть.

Девушка взглянула на четко очерченные скулы Софи, потом на ее истощенные руки с тонкой фарфоровой кожей, сквозь которую выступали чуть вздувшиеся вены. Она задумалась на одно мгновение:

«Откуда мне знать, что она не высосет меня досуха?»

– Мы теряем драгоценные секунды! Мэдди, пойми: я такое же биологическое существо, как и ты, из плоти и крови. И я не могу питаться лишь духовной пищей, а потом использовать энергозатратные дисциплины. Мне нужно твое разрешение, без него я не трону тебя и пальцем.

Мэдди сделала глубокий вдох и почувствовала запах пыльных фолиантов. Она посмотрела на его бледное лицо и уверенно кивнула:

– Да, я согласна. Я даю свое официальное разрешение тебе, Софи Фонтено, на употребление моей крови в качестве топлива для твоих сверхспособностей.

Уголок рта вампирши дрогнул в полуулыбке. Софи сняла очки и положила их на столик, глаза ее блестели от влаги. Затем плавно покачивая бедрами подошла к девушке, стуча своими каблучками. Она была слегка выше Мэдисон. Бережно взяла ее за шею, наклонила голову набок и сказала слегка хриплым голосом:

– Закрой глаза и представь что-нибудь приятное.

Два тонких и острых, как шило, клыка вонзились в нежную шею, и щеки Мэдди заметно порозовели, как при лихорадке.

Софи почувствовала, как у жертвы перехватило дыхание, она насытилась и опустила обмякшее тело Мэдисон в ближайшее кресло.

С ее подбородка стекала кровь. Софи облизнулась и вскинула руки, запечатывая двери с помощью магии.

– Быстрее, вставай и снимай с него рубашку и этот гребаный жилет!

У девушки на секунду даже дар речи пропал, пока она разглядывала его широкие плечи, крупные бицепсы, внушительную грудную клетку и кубики на животе, которые начинались прямо под грудью.

Когда Мэдди исполнила ее приказ, Софи легонько засунула палец внутрь дыры и констатировала:

– Нам повезло, у Дэвида была удалена селезенка после драки. Острие вошло в пустое место. При пробитии органа кровотечение было бы внутренним. А при пробитии артерии даже маленький размер раны не особо улучшает ситуацию.

Она приложила руки к груди лежащего, приблизительно в дюйме от кожи, после чего провела руками вдоль тела, концентрируясь на его боли.

– Sententia vitae, tactus doloris levandi, Mens sana in corpore sano habitat, Renewed Vigor! (Ощущение жизни, Обезболивающее прикосновение, Здоровый дух в Здоровом теле, Обновленная энергия!)

Мэдди только оставалось догадываться, но кажется вампирша перечисляла свои дисциплины, которые следовало использовать в строгом порядке. Как и в обычной медицине существовали определенные правила, так и в ее магии правил было не меньше.

– Во время заживления человек ощущает в области исцеления теплое покалывание. Ну, если он находится в сознании, конечно.

Заставляя раны в боку и внутри его живота зарастать только лишь наложением рук, Софи направляла собственную энергию на процесс исцеления.

– Боже, Софи… Страшно представить, что вы еще умеете!

– Редкий вампир способен исцелять. Когда-то, давным-давно… когда еще не родился тот мужчина, который меня обратил. Тогда наш клан был самой драгоценной жемчужиной в расе бессмертных: возглавлял армии в войне против бесчеловечных существ, и исцелял раны величайших правителей. Когда-то мы по праву занимали наше место. Всему этому пришел конец. O quam cito transit gloria mundi (О как скоро проходит мирская слава!). Теперь за нами охотятся собственные сородичи, предают и презирают. Но еще кое-кто жив, и я веду переписки с себе подобными. Набираюсь магического опыта пока есть такая возможность. Для нашего клана достижение Просветления – превыше всего, и нам отвратительна даже мысль отказать другому в помощи. К сожалению, старших вампиров становится все меньше и меньше, а новых мы не обращаем, так что я готовлюсь однажды узнать, что осталась единственной в своем роде. Теперь я выгляжу жалкой в твоих глазах, маленькая смертная?

Софи взяла свои очки с журнального столика и надела их, отстраняясь от этой беседы. Мэдди почувствовала, что та в порыве волнительных чувств рассказала слишком многое о себе.

– Нет, совсем нет. Так человечно… и благородно.

– Это, – произнесла Софи с таким звуком, словно ей не хватало кислорода, хотя это было невозможно, – пожалуй, была самая благородная вещь, что я делала за много, много десятилетий.

Она улыбнулась, говоря новое заклинание, и ее глаза, казалось, зажглись внутренним светом. Мэдди увидела это изменение и немного смутилась, спрашивая вампиршу на такую щепетильную тему:

– А такие как ты, наверняка способны не только исцелять, но и воскрешать из мертвых?

Вампирша и расхохоталась, но это был легкий смех без всякой издевки.

– Ты хочешь не так уж много! Нет, мои способности намного скромнее. Я умею лишь… – Софи начала загибать пальцы. – лечить тело, извлекать душу из тела и возвращать ее обратно исцеленной, проходить сквозь озлобленную толпу совершенно невидимой, очищать душу от демонов, освобождать вампирский Дух из Тюрьмы Плоти, примирять злейших врагов…

Мэдди горько усмехнулась и сказала, не подумав:

– Хм, последнее видимо не очень хорошо получается.

Софи изменилась в лице, не убирая рук от больного, она произнесла:

– Зато я ясно вижу, как эту лунную ночь, что твоя душа больна, запятнана Прикосновением Каина. Он пометил ее чтобы вновь найти. Любые зачатки невинности, которые когда-то существовали в твоей душе, исчезли, когда ты впервые столкнулась с силами сверхъестественных. Каин пытался окончательно ее уничтожить. Дай её мне, и я её очищу. Ты должна довериться, ведь его так называемая любовь – это куда больше, чем ты способна вынести. Я знаю о чем говорю…

А тем временем грудь Шерифа под ее ладонью стала подниматься и опускаться – он часто дышал. Софи застыла и замолчала. Черные ресницы трепетали как в фазе быстрого сна, рана полностью затянулась, как и раны на лице. Дэвид произнес, приоткрыв один глаз:

– Почему здесь такое свечение, Софи? Если ты только не сменила привычки настолько радикально, что теперь работаешь в дневную смену, но звучит крайне неправдоподобно.

Мэдди подумала, что он, наверное, не в себе, потому что они обе стояли мрачнее тучи, уставшие и с темными кругами под глазами, а сама Мэдисон выглядела так, будто вернулась с войны.

Вампирша вытерла кровавую слезу, ползущую вниз по щеке, засмеялась и указала на Мэдди рукой:

– Вот, познакомься со своим ангелом-хранителем, она пожертвовала самым драгоценным что у нее есть, чтобы спасти твою задницу из пекла.

В ее глазах вспыхнула радость и, в то мгновение, Мэдди надеялась, что Дэвид увидит, что в этой улыбке не было ни следа прежней злобы, с которой началось их знакомство. Только незамутненное счастье в блестящих от влаги глазах. Возможно, она действительно была не так невинна, как он думал, и она стыдилась того факта, что почти поддалась тогда чарам Каина. Но теперь это было уже не важно. Мэдисон нежно сказала, и ее голос был тихим, хотя в нем продолжало звучать счастье:

– Ангелы хранят тебя.

– Вот оно что, – он слегка улыбнулся, коснувшись зарубцевавшийся раны на брови. – кажется я им еще нужен. Кстати Софи, у тебя есть сигаретка?

– Не надо курить. Это вредно!

– Да? Умирать, блин, тоже вредно, однако это никого не останавливает. – Дэвид приподнялся на локтях и посмотрел на свой обнаженный торс, на котором была запёкшаяся кровь, но не было видно раны. – Если бы только я мог позволить себе подобную роскошь.

Софи выпучила глаза и сказала голосом строгой училки:

– Не говори так! Лучше расскажи что у вас там произошло.

Он ответил прерывисто и резко, с паузами, как будто с трудом вспоминая пережитый ужас.

– Нас поджидали. Кто-то или что-то заметило нас, и нас поджидали. С распростёртыми объятиями… Там было не просто несколько вампиров, а целая толпа. Во главе с самим Каином. Мы были готовы к проблемам и хорошо вооружены, но ситуация быстро вышла из-под контроля. Мэдди или я ничего не смогли бы с этим поделать. Мы оба были слишком заняты, пытаясь выбраться из этого места с головой на своих плечах. Эти сукины дети проделали огромную работу, хорошо подготовились, но Каин почему-то решил избавиться от них. Наверное, он так развлекается после пробуждения… И, когда казалось, что мы обречены, появились Они, наполнили меня своей силой.