Текст книги "Шериф Мертвого города (СИ)"

Автор книги: Саша Грэм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7. Мой друг

Солнечный свет ослепил девушку, когда она распахнула двери полицейского участка. И хоть бывшая пленница ничего не видела перед собой, она решительно шагала в сторону парковки, на которой оставила свой арендованный автомобиль несколько дней назад.

Изоляция сводила ее с ума, все дни сливались в одно нескончаемое болото. Поэтому Мэдди даже сама себе не могла ответить на вопрос: "Сколько времени ты провела в том душном подвале?"

Дэвид вышел за ней, догнал и схватил чуть выше локтя, обращая к себе. Он был как всегда лаконичен:

– Твоя машина теперь там же где твой телефон.

Мэдисон поняла, что все ее вещи находятся на дне озера. А озер в этой местности невероятно много.

Она не собиралась больше вступать с Шерифом в разговор, настолько глубоким было чувство презрения. Похитить человека, уничтожить имущество, держать в клетке, чуть не сломав ее личность. Ради чего? Чтобы против воли впутать ее в какую-то сверхъестественную хрень?

На улицах Хайдвилда абсолютная тишина. Слышны лишь завывания – это ветер усиливается. Гонит перекати-поле через дорогу, вихрем поднимает пыль в воздух. Как будто сама Природа хочет ослепить последних людей в этом городе.

Дэвид взял девушку за худенькие плечики, опасаясь, что ветер сшибёт её с ног. Она бросила на него оскорбленный взгляд и высвободилась.

– Избавьте меня от вашей галантности.

Глаза Мэдисон наполнялись слезами.

– Я напугана. Удовлетворён?

– Ещё нет. – хладнокровно ответил Шериф, а его взгляд в это время был устремлен к горизонту. На болотах начали сгущаться грозовые тучи. – Завтра будет твоя первая тренировка. Можешь пока погулять, а на закате запрись в участке. И ради всего святого, не шуми ты там! И не включай свет!

Коп повернулся и направился к патрульной машине, опустив голову и засунув руки в карманы брюк. Тень от полей шляпы скрывала его лицо.

– Не открывай дверь никому, даже если услышишь знакомые голоса.

После этих слов он оставил Мэдди в замешательстве и уехал восвояси.

В свете полуденного солнца все выглядело совершенно иначе, нежели ночью. Она стояла как мишень в центре улицы и разглядывала заброшенные дома, их крыши и пыльные вывески. Искала следы человеческого пребывания здесь, и не находила.

В этой жаре слезы быстро высыхают. Мэдисон вспомнила, как мама учила ее в любой ситуации видеть что-то хорошее. Она говорила, что только так размышляют Победители: нужно всегда оставаться оптимистом и находить в себе силы, чтобы двигаться против течения.

“Все мое восприятие мира… в общем, рассыпалось на куски и потом собралось заново. Но основной идеи это не меняет. Этот вирус появился по какой-то причине, и я докопаюсь до истины. Надо сохранять оптимизм. Сумасшедший коп меня покинул? Отлично, значит есть немного времени чтобы изучить это городишко. И в первую очередь надо пробраться в местную библиотеку.“

Это было низенькое обшарпанное зданьице в два этажа. Неудивительно, что заброшенная библиотека была не заперта. В здешних местах двери вообще запирать не принято. Поэтому в половине домов их просто мотало ветром туда-сюда.

Внутри библиотеки царила полутьма, окна занавешены плотными шторами. Значит здесь проживает обращённый, и Мэдди надеялась, что он будет один. Чтобы не шуметь, она сняла обувь у входа и прошла дальше в носках по пыльному паркету.

Проходя среди стеллажей, девушка искала глазами книги на очень специфические темы, которые, как она предполагала, понадобятся им с Дэвидом в будущем. Это редкие издания, которые, конечно, было глупо искать в провинциальной библиотеке. Ушло немало времени чтобы удостовериться что на первом этаже ничего такого нет. Мэдисон взяла всю оставшуюся волю в кулак, но колени ее дрожали.

“Придётся подняться на второй этаж… Днем они сонные и слабые, они дрыхнут как сурки. Но если что и случится, я смогу открыть шторы и испепелить этих тварей к чертовой матери! Если успею добежать.”

Девушка старалась двигаться максимально осторожно, но старые ступеньки через одну предательски поскрипывали.

На втором этаже было ещё темнее и прохладнее, как будто кто-то включил кондиционер. Мэдди задержала дыхание. Дурное предчувствие мурашками пробежало по её костлявой спине.

Девушка быстро нашла на полках примерно то, что искала: “История Хайдвилда”, “Магия вуду”, “Луизианские рабовладельцы”, “Французские колонии в Новом Свете” и «Легенды Акадии». Различные теории о возникновении кровопийц лампочками зажигались и гасли в её светлой голове.

Девушка взяла стопку книг и радостно развернулась к лестнице, но чуть не вскрикнула в неожиданности от увиденного. Вместо крика из неё вырвался какой-то сдавленный писк.

В верхнем углу комнаты, под самым потолком, словно огромная летучая мышь, висело существо. Точнее было бы назвать это “бывший человек” в облике стереотипной библиотекарши в очках. Она висела вниз головой, руками и ногами касаясь потолка. Длинные волосы струились до самого пола. Они были сверхъестественно красивыми и блестящими, как в рекламе шампуня.

К счастью Мэдди, глаза библиотекарши были закрыты.

“Наверное выпила всю кровь у профессора Герритсена и теперь спит с набитым пузом, как школьник, объевшийся пиццы по акции”.

Мэдди вспомнила свою школьную жизнь и библиотекаршу. Такая же стерва в очках, которая шипела как змея, когда дети шумели. А когда не возвращали книги в срок, она превращалась в настоящего монстра.

Ладони вспотели. Мэдисон в быстром темпе стала двигаться вниз по лестнице, боясь, что книги в любую секунду могут выскользнуть из потных ладошек. Главное не оборачиваться!

Она коленом толкнула дверь и вырвалась на солнечную улицу без обуви. Вдохнула горячий воздух и засмеялась.

– Мои конверсы можешь оставить себе! Я больше никогда не вернусь в эту жуткую срань!

Последние часы перед закатом особенно жаркие. Мэдди шла быстрым шагом к полицейскому участку, почти бежала, оглядываясь по сторонам. Казалось, что из каждого окна за ней наблюдают и перешёптываются.

Девушка проскочила в участок и закрылась на все замки, закрыла деревянные жалюзи. В душевых быстренько обыскала ящики и нашла ботинки помощницы шерифа. Правда, они были слегка маловаты для Мэдисон, и жали сразу в трех местах.

Ей ужасно хотелось заглянуть на склад оружия, но ключ от этой комнаты Шериф хранил особенно ревностно. Где он сейчас? Шатается по болотам с гарпуном? Мэдди с удивлением заметила, что она тревожится, когда коп уезжает на так называемую «охоту». В голове невольно возникали картины его разнообразной смерти.

“И тогда я останусь совершенно одна. Либо он превратится в кровососа и вернётся сюда голодный с полным набором ключей. Если завтра рано утром он не приедет, у меня остается только один вариант: идти пешком к трассе и ловить попутку. Что займёт очень много часов и превратит мои ноги в мясо.”

Так она размышляла, сидя в кресле Шерифа и вдыхая здешние запахи Шерифа. В кабинете пахло его табаком и лосьоном после бритья. В его компьютере была только скучная полицейская документация, написанная канцелярским языком. Отчеты были отправлены на электронную почту со странным названием, в них говорилось о том, как в округе Хайдвилд все хорошо и прекрасно. А главное стабильно.

Здание участка пребывало в заметном запустении, хотя Шериф и старался держать комнаты в минимальной чистоте. В память о тех, кто погиб, в то время, когда он еще не вернулся в свой родной город. Каждый перевернутый стул и пустые столы напоминали о тех, кого он не смог защитить, поэтому он избавился от лишней мебели и компьютеров. Ни одной души, чтобы облегчить его нагрузку, и ни одного человека, с которым можно было бы разделить пиво на день рождения. Мэдди представила, как ему должно быть было грустно все эти годы.

Девушка легла на диван и представила, как он здесь спал. Ещё никогда она не чувствовала себя такой одинокой. Даже сидя в клетке, она была более защищённой.

Ещё ее беспокоил труп в соседней комнате, поэтому сон все никак не приходил.

“Дэвид сказал, что они не могут жить без головного мозга, это же не зомби. Хотя после увиденного не удивлюсь если и зомби существуют, и оборотни тоже, может быть христианские ангелы и демоны тоже бродят по земле под видом людей…”

Протяжный волчий вой снаружи усиливал ощущение паранойи. Вымирающие рыжие волки почему-то облюбовали лес, окружающий городок. Бессонница заставляет Мэдди найти в кабинете полицейский фонарик, который едва умещается в ее руке, и начать читать украденные в библиотеке книги.

Глава 8. Яблочко от яблоньки

Шериф увидел её утром, шагающей по пустынной дороге из Хайдвилда. Произвёл разворот на встречную полосу, сбросил скорость до скорости её шагов и открыл окошко.

Осветленные волосы убраны в хвостик, который покачивался при ходьбе. Девушка нашла где-то кепку цвета хаки и сделала из брюк помощника шерифа шорты.

– Мэм, вас подвезти?

– О, иди к чёрту!

– Я только что оттуда. – сказал черноволосый, ухмыляясь.

– А я думала ты сдох.

Ответила она хладнокровно, продолжая свой путь.

– Меня не так уж легко убить, дорогуша.

Он резко притормозил и наклонился, чтобы открыть дверцу пассажирского сидения рядом с собой.

– Спасибо, я пешком дойду.

– Садитесь, мэм. Не заставляйте меня выходить из машины и заламывать вам руки.

Она скосила взгляд на полицейского и вздохнула. Он не отстанет, он будет ждать ее послушания, подняв свои черные брови. На его лице виднелись следы когтей. Длинная царапина проходила вертикально по брови и щеке, едва не коснувшись глаза. В ужасную, должно быть, он попал передрягу сегодня ночью. Пока она спокойно отсиживалась в их "бункере".

Но он вылез живым и почти невредимым, только замарал свой значок. Как ему это удалось?

Теперь напарники ехали в сторону города и ни одна машина не встретилась им по пути.

– Я не мэм, я Мэдди. Запомни уже наконец. Мэ-ди-сон.

Коп, до этого всё время смотревший на дорогу, опустил на неё взгляд.

– Это имя означает «Безумный сын»?

– Нет конечно. Что за бред? Оно переводится как «Сила в бою».

Температура сегодня была очень высокой, а влажность просто невыносимой. Такая, которую ты физически ощущаешь. Плотная субстанция, обволакивающая тебя как кокон.

У всех деревьев, расположенных на обочине, торчат какие-то странные корни, похожие на змей. Вокруг ствола они вылезают из земли, а потом снова уходят вниз под землю. На ветвях сидят стервятники в ожидании пиршества.

Несколько миль в салоне патрульной машины царило неловкое молчание. Мэдисон было безумно любопытно узнать как он получил эти царапины на лице. Или услышать охренительную историю про то, как он чуть не лишился глаза. Но вместо того, чтобы высказать то, что её действительно волновало, Мэдди выдала:

– Шериф, вот вам несколько интересных фактов о стервятниках. Они осторожны, терпеливы и могут ждать целую вечность. Никого не напоминает?

Коп молчал. Он резко свернул с трассы направо. Патрульную машину тряхнуло – значит кончился асфальт.

По лесной дороге они приближались к особняку Хайдов. Об этом предупреждали кованые ворота с вензелями, прямиком из девятнадцатого века. За ней простиралась тенистая аллея из древних дубов. Их ветви переплетались в форме арки.

Главного здания было достаточно, чтобы разместить семью из сорока человек, а бывшие бараки для рабов были перестроены в роскошные гостевые дома. Мэдди присвистнула.

– Да ты оказывается богатенький сынок. Неожиданно.

На самом деле этой ночью Мэдди прочитала в одной из книг, что Хайдам принадлежали сахарные плантации и очень много рабов. Они построили свое состояние буквально на сахаре и крови.

– Наша семья очень давно здесь живёт.

– Наша? Есть кто-то ещё?

– Да, надеюсь вы никогда не познакомитесь.

– Итак… в этом как-то замешана твоя семья?

– Моя семья… – Дэвид перевел на нее серьезное выражение черных глаз. – на дне колодца.

– Что?!

Он нахмурился.

– Фигурально выражаясь, они на дне, а я стою на вершине ямы с веревкой. Разве один человек способен всех спасти, если они не хотят быть спасенными? Все его старания будут бесполезны. Скорее всего, рано или поздно, они затащат его к себе в яму… Тогда в чем смысл всего этого?

Мэдди кивнула с умным лицом, делая вид, что что-то понимает в этой жизни.

Они уже подъехали к белоснежному зданию в колониальном стиле, машина издала какой-то странный звук. Спустило колесо, и не одно, а все четыре. Мэдисон выскочила из машины и увидели кое-что вызывающее тревогу. По меньшей мере, сотня гвоздей торчала из земли.

Шериф спокойно вылез и закурил, прикрывая зажигалку от ветра.

– Придётся взять другую машину.

Девушка обошла приусадебную территорию по кругу. За особняком оказалось подготовлено импровизированное стрельбище, недалеко от него был припаркован чей-то четырехместный пикап. На стрельбище в качестве мишеней выступали только арбузы и бутылки с водой.

Шериф, погруженный в свои мысли, достал из багажника двустволку и обрез. Сперва он прочитал ученице неимоверно скучную лекцию по технике безопасности. Мэдди уже выпрыгивала из штанов, так не терпелось пошмалять из пушки. Ее удивило, какой огнестрел на самом деле тяжелый.

Дэвид показал ей правильную стойку и хват, объяснил, как прицеливаться. Когда она стреляла, он стоял за спиной и направлял её руку. Арбузы взрывались один за другим.

Мэдисон было стыдно признаться самой себе, но это очень приятно – ощущать его дыхание на своей шее. Когда он прижимался к её спине в этой чертовски-облегающей униформе. Приятно, когда Шериф брал её руку в свои крепкие ладони. В такие моменты девушка старалась вести себя глупее, чем есть на самом деле, чтобы он больше помогал.

Сильно стараться не пришлось. Она и так не могла сконцентрироваться на информации и прослушала половину сказанного.

– …помни классический способ прицеливания: мушка-целик-цель.

– Не беспокойся, дядя Коп…

Шериф почувствовал, что они слишком долго находятся близко друг к другу, и сделал шаг назад.

– Ещё тебя обскакаю! – продолжала Мэдди уверенно через плечо.

– Ты хотела сказать обкакаешься. Да, при первом же столкновении с кровопийцей.

Он был прав. Мэдисон вспомнила вчерашнюю встречу с Мадам Летучая Мышь. Но с оружием она чувствовала себя намного увереннее.

– Ладно, пойдём в дом. Мне надо взять ключи от пикапа сестры.

Лестница к парадному входу и обрамляющие его колонны были безукоризненно белыми. Когда он потянул за ручку, где-то внутри звякнул колокольчик.

Особняк давил на девушку своей огромностью. Его мёртвое молчание было ей уже знакомо и это настораживало.

– Мило, – промолвила Мэдисон – Даже приятно.

– Ты о чём? – спросил Дэвид

– Посмотри, как нас встречают.

Повсюду были расставлены зажженные свечи, что безусловно сочеталось с пыльной антикварной мебелью и камином. Вместо прислуги на кухне сидела седая женщина с идеальной осанкой. Когда она обернулась, Мэдди увидела её зрачки, настолько расширенные, что радужка глаз почти исчезла.

– Дэйви, я так рада тебя видеть!

– Да мама, я тоже рад.

Его голос был абсолютно равнодушен.

– Нельзя так надолго оставлять свою семью, я тебя не так воспитывала. Почему ты больше не хочешь с нами общаться? – женщина задумчиво потёрла подбородок, на котором была такая же ямочка как у шерифа. – Семья превыше всего! Но теперь мне ясно, ты был занят своей личной жизнью. Уж с этим у тебя всегда были проблемы. – она засмеялась так, как будто рассказала самую смешную шутку в мире.

Миссис Хайд хохотала, запрокинув голову. Мэдди хорошо разглядела выдвигающиеся из верхней челюсти клыки.

– Дело в том, что Дэйви рос таким страшненьким парнишкой, что все местные девчонки над ним посмеивались и подшучивали. Кстати, познакомишь меня с этой прекрасной незнакомкой?

– Да, мама… Это Мэдисон Ли, она археолог из Нью-Йорка.

“А он действительно хорошо изучил мой телефон, перед тем как скормить его аллигаторам.”

Мэдди было одновременно страшно и неловко, потому что она не понимала какую Шериф здесь ведёт игру. Его мать была явно инфицирована и совсем обезумела. Либо она была такой изначально.

У девушки получилось изобразить только нечто вроде нервной улыбки перед лицом Смерти.

– На самом деле я только учусь…

– Прекрасно, такая молоденькая кобылка даст хорошее потомство. Я давно мечтала о внуках, о наследниках! Жаль, что единственный сын оказался эгоистом. Но что выросло, то выросло. Дожил до седых волос, а так и не обрадовал мать внуками. Дэйви, ты же знаешь, как я ненавижу незавершённые дела? Даже пришлось вернуться с того света из-за твоей жалкой задницы! И какое мы теперь ведём существование? Пьём кровь животных! Всё потому, что кроме меня никто не сможет управлять делами семьи. Они же просто стадо баранов! – она указывала в соседнюю комнату.

Миссис Хайд распалялась всё больше. Она встала из-за стола и стала медленно приближаться к сыну.

– Честно говоря, Дэйви, ты сплошное разочарование. Я всегда хотела в этом признаться. Невозможно всех детей любить одинаково. Вот твои сестры – совсем другое дело. Умницы, красавицы, и всегда меня слушаются, никогда не покидают. Не то что ты, жалкий отщепенец! Отребье! Предатель, такой же как твой папаша! Лишь жалкая тень от некогда великого рода Хайдов. Предки на небесах бы заплакали, если бы увидели какой ты родился урод! Мое разочарование было настолько велико, что пришлось усыновить племянников! Племянников из рода какой-то потаскухи! Представляешь, Мэгги, с кем ты хочешь связать свою жизнь? С жалким куском дерьма!

Тут Мэдисон уже не выдержала. Раздался оглушающий звук (в замкнутом пространстве он был ужасно громким). Это выстрелил обрез, направленный прямо в лицо разъярённый мамаши, после чего её тело шлёпнулась на кухонный пол. Выстрелом снесло полголовы, и нижняя половина лица миссис Хайд была крайне удивлена этому факту.

Опустив дымящийся ствол, Мэдди стояла с широко раскрытыми глазами. Свечи отражались в них голубым пламенем.

– Упс! Случайно палец дрогнул.

Дэвид закрыл глаза и свёл брови в гримасе боли, затем благодарно посмотрел девушке в глаза.

– Спасибо, я очень тронут.

Они услышали шорохи и какой-то шепот.

Соседняя комната была большой столовой с хрустальными люстрами. Там стояло несколько мужчин и женщин разного возраста. Их визуальная схожесть с Шерифом была, как говорится, налицо. А в их бокалах было совсем не красное вино. Но Мэдди напугало другое – несколько пар глаз двигались синхронно, как будто у них было общее сознание.

Девушка и Шериф остановились в дверном проёме. Он заглянул в широко открытые глаза напротив, сейчас их переполнял страх. Дэвид обнял ее за плечи, притянул к себе так близко, что она уткнулась в рубашку и услышала биение его сердца.

– Не бойся. Я все сделаю сам.

Он крепче прижал ее к себе, закрывая ладонью одно ухо. Затем ловким отрепетированным движением достал оружие из кобуры, вытянул руку вперёд и тогда Мэдисон услышала за своей спиной приглушенные звуки. Стремительные шаги, восемь выстрелов из Дезерт Игл, падающие тела. Хайд снял курок со взвода и небрежно бросил пистолет в кобуру.

– Не знаю, почему раньше рука не поднималась это сделать.

Мэдди боялась оборачиваться, но, к сожалению, в столовой оказалось большое зеркало. Оказывается, кровопийцы вполне могли отражаться в зеркалах. Как живые, так и мертвые.

Ее первая мысль перед зеркалом была:

«Кто эта сумасшедшая блондинистая сука с огнестрелом? А, это же я…»

Через пять минут они уже вместе обыскивали карманы его мертвых родственничков. Теперь кто есть кто трудно было определить.

– Ты нашёл ключи?

Шериф стоял над телом своей старшей сестры Бетси.

– Да, пойдём. Только…

Он не закончил фразу. Уголком глаза уловил что-то необычное на каминной полке.

– Шериф, мы не на экскурсии…

Сказав это Мэдисон вспомнила как всего пару месяцев назад она спокойно гуляла по Музею естественной истории, а теперь вынуждена обыскивать комнату с ошмётками вампирских мозгов.

Тут она увидела на что смотрит Шериф, и у обоих перехватило дыхание. Они смотрели как загипнотизированные. Мэдди осторожно протянула руку и прикоснулась к загадочному артефакту, который словно светился изнутри сквозь трещинки. Но тут же отдернула руку, отпрянув, как после удара электрошоком.

Глава 9. Затишье перед бурей

На следующее утро девушка и её бывший тюремщик завтракали вместе в закрытом баре “Пьяный Аллигатор”. Повсюду стояли полки и ящики с опустошенными бутылками. Не лучшее место для завтрака, но и выбирать не приходится.

Рядом с чёрным ходом находилось что-то вроде небольшой кухоньки с холодильником, плитой и столиком. Оказывается, все это время Шериф хранил здесь продукты, заранее купленные на ближайшей заправке.

Мэдди окинула комнату взглядом и произнесла:

– Здесь очень мило, но из-за отсутствия окон у меня начинается клаустрофобия.

– Мы тут не задержимся.

Дэвид смотрел на неё, низко наклонив голову, пока девушка ловко делала блинчики на сковороде.

Видимо это его любимое занятие – стоять над душой как надзиратель, держа руки за спиной. Впрочем, Мэдди уже привыкла, что за ней постоянно наблюдают, как за самым опасным в мире террористом.

Когда коп сел за столик с чашечкой кофе и стопкой блинчиков на тарелке, Мэдисон заметила долгий взгляд в свою сторону.

“Он что… любуется мной?”.

Как и у многих женщин, у нее было развитое боковое зрение и огромное чувство собственной важности.

– Провинциальный коп никогда не видел красивых и одновременно хозяйственных девушек?

– Неа, у тебя просто молочные усы во-о-от здесь.

Мэдди смутилась, отвернулась от него и вытерлась рукавом рубашки.

“Как он может так спокойно сидеть и подшучивать надо мной? Будто это не мы вчера укокошили всю его семью, сумасшедшую мамашу и остальных. Будто не мы оттащили их на задний двор, развели большой костер для сожжения тел и…“

Эти воспоминания она старалась закопать глубоко внутри, но они вылезли наружу и полностью разрушили чувство утренней идиллии. Шериф же наоборот, был сегодня в приподнятом настроении и даже слегка улыбнулся пару раз. Он испытывал невообразимое чувство облегчения, словно сбросил тяжелый камень, который долго хранил в сердце.

Дэвид допил свой черный кофе и показал пальцем на их вчерашнюю находку. На столе стоял древний артефакт, изуродованный временем. Нет, эта глиняная статуэтка, напоминающая опухшего ребенка-утопленника, была уродливой изначально. Рот ребенка выполнен в виде зияющей дыры с красными потёками по краям.

– Знаешь, в соседнем округе живёт одна ведьма, она специалист по таким штукам.

– По магическим артефактам?

– Именно.

– Я тоже в своём роде специалист. Это фетиш вуду и к тому же довольно древний, тут к гадалке не ходи. Может быть ему лет 200–300. Чтобы определить точный возраст нам понадобится радиоуглеродный анализ, а не гадание на кофейной гуще.

Она сложила руки на груди и принялась рассказывать про вред гадалок и разного рода шарлатанов. Голодный мужчина в это время с удовольствием уплетал блинчики, не сводя с неё чёрных глаз. Потом сухо поблагодарил, надел шляпу и вышел на улицу заводить машину. Его не впечатлила её учёность, а вот блины да. Очень вкусные.

В поездку Мэдди надела белую майку, кепку и шорты из обрезанных брюк. Дэвид выдал ей полицейскую портупею как у себя. С кобурой и пистолетом внутри, вместо ненадежного обреза (который мог самопроизвольно выстрелить). Но на склад оружия не дал и глазом посмотреть.

Теперь девушка гордо шла к пикапу покойной Бетси Хайд, Господь упокой ее душу. В ковбойских сапожках покойной Бетси Хайд.

На дверцах автомобиля с двух сторон красовался нарисованный флаг конфедератов. Должно быть его хозяйка была… интересной женщиной. И неимоверно гордилась своим благородным происхождением, в отличии от Дэвида. На один миг Мэдди даже пожалела, что не удалось пообщаться с веселой семейкой поближе. Но она сама виновата. Заварила эту кашу, рецепт которой состоял из тупого ультранасилия.

«Жаль, что он не остановил меня тогда. За столько времени можно было уже придумать какие-нибудь ловушки для кровососущих. Не знаю. Клетки из чистого серебра и поставить их в церкви, где побольше распятий. И пытать христианской музыкой. Ведь кто-то из них должен владеть информацией о Нулевом пациенте, а Дэвид тупо стреляет напропалую, будто их головы – это цели в тире! Да и я не лучше.»

Одновременно с этим, после случившегося в особняке, Мэдисон чувствовала себя более воинственно чем когда-либо в своей короткой жизни. Держа в руках огнестрел в тот момент, она думала, что рождена для Этого. Ощущения, мягко говоря, странные – в голове всё поменялось местами. Как будто неизвестный переставил всю мебель в квартире, пока она была в отпуске.

Добро и зло перемешались в какую-то серую массу.

«Откинь все сомнения, делающие тебя слабой. Что говорилось в записках Абрамса? Нужно забыть о сочувствии, и сделать это легко, если думать о них только как о Монстрах.»

Так, споря сама с собой, она села в машину на место рядом с водительским. Из лобового стекла открывался чудесный вид на гостиницу “Диаваль”.

– Когда мы уже сможем надрать им всем задницы?

Шериф смотрел куда-то в пустоту, сжимая руль. Затем повернулся направо и посмотрел на свою спутницу как на обосравшегося котенка. Он умел бросать оскорбления не выказывая особых эмоций.

– Заткнись. – после чего наклонился к ней и заботливо пристегнул ремень безопасности. – Думаешь всё так просто, но тебе просто повезло несколько раз, поэтому до сих пор жива. Любое везение когда-нибудь заканчивается, девочка. Так что не борзей и не теряй бдительность.

Мэдди обиженно отвернулась к окну и игнорировала все наставления Шерифа, хоть и продолжала видеть его гордый профиль в отражении стекла.

Путь был слишком долгим. Они с ветерком прокатились благодаря южному шоссе под номером 10, где большая часть пути состояла из раздолбанных мостов. Шериф рассказал почему так произошло.

Раньше у федерального правительства была политика выделять деньги на дороги только тем штатам, где возраст употребления алкоголя повышен до 21 года. Луизиана последний, кто сопротивлялся в этой войне, поэтому долгое время она не получала федеральной помощи на ремонт дорог. Зато получила повальный алкоголизм и подростковые беременности.

Тем временем бензин заканчивался на половине пути. Остановившись на заправке в каком-то городишке в округе Акадия, парочка в униформе наткнулась на прелюбопытнейшую вывеску.

Недалеко от заправки, под открытым небом, располагалась огромная ярмарка. Здесь веселилась толпа местных работяг, состоящая из таких же высоких мужиков, как Шериф. Только от него пахло хвойным одеколоном и морской волной. А от них потом и перегаром.

Алыми буквами на вывеске написано: «Фестиваль Дичи». У них было всё, начиная с чего-то более привычного, как стейк из оленины, заканчивая очень странными блюдами из ракообразных. Дальше дело дошло до шашлыка из аллигатора, тушеной белки и супа из нутрии.

Двое переглянулись, понимая друг друга без слов, и уже собирались покинуть этот гастрономический цирк, когда зоркий взгляд Шерифа разглядел далеко в толпе что-то интересное: поблёскивающая на солнце поверхность отполированного металла.

На другом конце ярмарки находилась лавка с охотничьим оружием и тир. Шериф прошел вперед, посмотрел через плечо и поманил Мэдди пальцем. Он излучал спокойную уверенность, неторопливо подходя к прилавку торговца оружием.

В самом центре стола лежал дамский револьвер крупного калибра, в красивом футляре, который словно светился изнутри. Тучный продавец оружия заметил их заинтересованные лица.

– Я вижу вам понравился наш самый редкий экземпляр! СмитВессон Магнум 500 с длинной ствола 4 дюйма. В мире существует всего 500 штук такого оружия! Леди, не смотрите, что он выглядит как дамский револьверчик – он предназначен для охоты на крупную дичь. Например, медведя гризли можно спокойно отправить в вечную спячку. Подходят и свинцовые и цельнометаллические пули. Просто лучший оборонительный пистолет!

Дэвид почесал свой гладковыбритый подбородок с ямочкой.

– Мы берем. И патроны Магнум 500, пожалуйста.

Затем вытащил из бумажника толстую пачку денег, пока Мэдди косилась на него округлившимися глазами. Она не ожидала от него таких дорогих и внезапных подарков. Да и вообще чего-то хорошего не ожидала.

Продавец уже жадно пересчитывал зеленые бумажки.

– Предупреждаю, отдача будет сильная, звук оглушительным, а при выстреле в темноте такой светящийся огонь вырывается, что вас будет видно отовсюду.

Мэдди уже держала в своих руках футляр с блестящим оружием и этот блеск отражался в её глазах. Дэвид довольно смотрел на нее сверху вниз, затем поднял взгляд на продавца.

– Огонь? О, это как раз то, что нам нужно. Можно еще пощупать вон тот арбалет.

Продавец снял арбалет со стены и протянул его Шерифу. Тот взялся цепкой хваткой и, должно быть, чувствовал себя сейчас как современная реинкарнация Ван-Хельсинга. Мэдди произнесла с ухмылкой:

– Тебе очень идет.

– Жаль, что денег на него уже не хватит. Ладно, как-нибудь в другой раз.

Он отдал арбалет обратно продавцу, с таким печальным лицом, как у мальчика, которому не купили новую игрушку в магазине.

Так они и шли к автомобилю: девушка с крайне довольной улыбкой и мрачный мужчина, который косился на нее из под шляпы. Когда же сели в салон, Шериф вытащил содержимое и небрежно закинул драгоценный футляр на заднее сидение, как какой-то мусор.

– У меня дурное предчувствие. – он вложил свой подарок в её хрупкие ладони. – Эту пукалку пока не заряжай. Засунь… то есть припрячь ее подальше, на всякий случай. – его оценивающий взгляд опустился к ее коротким шортикам с карманами, вниз к стройным загорелым ногам, затем уставился на ковбойские сапоги своей покойной сестры и приказал. – Револьвер в один сапог, патроны в другой.

Следующие два часа жизни прошли в созерцании депрессивных видов Луизианы. Мэдди начинала понимать, почему здесь все спиваются.

Нефтеперерабатывающий завод, лесопилка, химзавод. За окном один унылый индустриальный пейзаж сменял другой, не менее тоскливый. Солнце давно исчезло, а ему на смену пришел дождь и туман вместе с ядовитыми испарениями.

– Включи радио, – попросил Дэвид, когда очередной городок оказался позади. – Найди какую-нибудь энергичную музыку, чтобы я не уснул за рулем.

Мэдисон наклонилась чтобы включить радио и случайно бросила взгляд в боковое зеркало со своей стороны. Ей показалось, что черная машина позади них ехала уже слишком долгое время. Или это просто в тумане все черные машины кажутся одинаковыми? Мэдди посмотрела на сосредоточенный профиль мистера Хайда и передумала отвлекать его от дороги своими глупыми предположениями.