Текст книги "Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной (СИ)"

Автор книги: Сандра Лав

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)

Глава 46

Мэдисон

После того как Хьюго ушёл, ко мне несколько раз заходил Гаред. Он осторожно расспрашивал, как я себя чувствую, и, конечно, про Хьюго. Спрашивал, почему тот был таким злым.

Я и сама это ощущала даже сейчас– его аурой фонило так сильно, что я дрожала каждый раз.

Я прикусила губу, плетя косу. Я не знаю, как мне быть, что нам делать.

Разве он не видит, что я чувствую?

Разве не понимает?

Или просто не хочет ничего этого понимать?

Тогда и смотреть на меня так не имеет права.

Пусть сначала разберётся с собой, а потом уже подходит ко мне.

А вдруг всё эти чувства лишь иллюзия, вдруг так влияет на нас истинная связь. От этой мысли мороз пошёл по коже.

Нет, не может быть так, ведь я ощущаю что это всё по настоящему.

Тири вспорхнула в комнате, подлетев ко мне. Ярко загорелась, подставляя свою головку.

Её тепло хоть немного согревало меня, но не так, как тепло Хьюго.

Гаред проговорился, что это он предложил Хьюго согреть меня, надеясь, что я восстановлюсь.

Но я всё равно не пришла в себя.

Обняв себя за плечи, я чувствовала такой холод, что даже моя собственная сила казалась незначительной.

Я прошла к окну и замерла от увиденного.

Сердце ухнуло вниз, а уголки губ задрожали.

Во дворе замка, прямо под раскидистым деревом, располагались величественные, большие, красивые качели.

Я схватилась за грудь, не веря своим глазам.

– Какие красивые, – прошептала я, ощущая, как на глазах появляются слезы. Но их же не было, откуда они взялись?

– Мэди, невероятно! – голос Тири заставил меня вздрогнуть.

На моём лице появилась улыбка. Появилась мысль спуститься вниз, но будет ли это правильно сейчас, когда он может быть там?

Или стоит прятаться от него?

Я нахмурилась, отвернувшись от окна. Как бы мне хотелось покататься на них! Таких красивых я никогда не видела.

Всё моё детство было заточено здесь: ни игрушек, ничего.

Только старые покои и мечты о том, что когда-нибудь я смогу освободиться.

Прикусив губу, я понимала, что ещё слишком слаба, чтобы выйти, но так хотелось хоть немного развеяться, отвлечься.

Закрыв глаза, я шумно вздохнула, нашла плащ и накинула его на себя.

Выйдя наружу, закрыв глаза, я глубоко вдохнула, наслаждаясь свежим воздухом.

Так спокойно и хорошо. Осторожно прошла к качелям, мои ладони прошлись по веревкам, погладила деревянную скамью.

Так бережно это сделала, до сих пор не веря.

Села на качели и стала медленно покачиваться.

На душе стало так спокойно, как-то легко.

Я закрыла глаза, отдаваясь этому моменту. Но образ Хьюго не уходил из моих мыслей.

Я пыталась сосредоточиться на лёгком покачивании, на прохладе ночного воздуха, но его лицо, его глаза, его гнев – всё это всплывало снова и снова, не давая покоя.

Вот, что мне теперь делать. Хьюго, он слишком сильный мужчина, волк.

От этого и страшно.

Я закрыла глаза, покачиваясь, крепко держась за веревки.

Вдруг – резкий удар, и качели остановились. Я была прижата к горячей груди.

Сердце остановилось.

Ведь это его руки, чувствую, что его.

Его руки, что с такой силой сжимают мою талию, прижимая меня к его груди.

Сердце бешено бьется, и виной тому он. Я не знаю, как вести себя рядом с ним, ведь опыта у меня не было.

А он, он опытен, он знает, что из-за него я чувствую, знает, что происходит со мной. От этого и страшнее, ведь я не знаю, что мне делать, когда он такой.

Его дыхание участилось, грудь вздымалась вверх.

А моё, моё, кажется, остановилось. Мы молчим.

Он сильнее сжимает меня, прижимая к себе. А я дрожу в его руках.

Его тепло сразу окутало меня, давая защиту.

Крепче схватилась за веревки, пытаясь сдержать своё сердце, которое готово было выпрыгнуть из груди.

Зачем он пришёл? Почему так держит меня? Он молчит, а его дыхание опаляет мою кожу, заставляя дрожать ещё сильнее.

Я чувствую, как он ведёт носом по моим волосам, и закрываю глаза, не в силах выдержать всё это.

Я же никогда не влюблялась, только Хьюго смог это изменить.

Это чувство так остро наполняет меня, так жаждет выбраться наружу.

Но я не понимаю можно ли выпустить его, так поглотить себя полностью, и утонуть в любви к нему.

– Мышонок, – шепчет он, и по спине пробегают мурашки от его хриплого голоса. Я молчу, схватившись за его руки, потому что выдержать не могу.

Этих эмоций, этих чувств, которые возникают только рядом с ним.

– Опять не послушалась меня, – продолжает он.

– Почему вновь вышла одна? – требовательно ждал он ответа, и я зажмурилась.

– Не надо, я всего лишь вышла на пару минут, – пыталась я вразумить его, но послышался его рык.

– Не надо! Сколько раз повторять, если это опасно! – он резко развернул качели, так что я оказалась перед ним.

Я сглотнула, видя злость в его глазах. Смахнула слезы, пытаясь не плакать перед ним.

Но от его взгляда невозможно было скрыться. Он видел каждую мою эмоцию, каждое моё колебание, и это пугало меня ещё больше.

Я опустила голову, пытаясь собраться с мыслями, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

– Зачем ты опять пришёл? Зачем мучаешь меня? Зачем всё это? – слезы обожгли глаза, и мир вокруг поплыл.

Всё это казалось мне настолько несправедливым.

Я чувствовала, как его гнев разгорается, словно пожар, после моих слов. Но я не могла остановиться.

Я хотела знать правду, хотела понять его, чтобы хоть немного облегчить этот невыносимый груз, который давил на моё сердце.

– Зачем так смотришь, что всё в груди горит?Зачем проявляешь эту нежность, если потом ты снова злишься? Зачем, если ты уже всё решил, если уже мы всё решили, – последнее я проговорила так тихо, почти не слышно.

Его глаза, как они горели! В них метались искры ярости, смешанные с чем-то ещё, чем-то, что я не могла разобрать, но что пугало меня до дрожи.

Лучше бы я не смотрела в них, стоило мне лишь поднять взгляд.

Желваки ходили по его лицу, выдавая скрытое напряжение.

Мы молчали, но эта тишина была наполнена бурей.

Его грудь вздымалась от ярости, кулаки были сжаты так, что костяшки побелели.

Я же, чувствуя себя маленькой и беззащитной, обняла себя за плечи, пытаясь укрыться от его пронизывающего взгляда, который притягивал.

Мой взгляд невольно упал на его руку, на ту самую метку, которая всё ещё красовалась на ней.

Сердце защемило, отдаваясь острой болью, и я закрыла лицо руками, желая провалиться сквозь землю.

Спустившись с качелей, я хотела уйти, убежать от этого невыносимого напряжения, но он не дал этого сделать.

Он был быстрее, чем я ожидала.

Нагнал, преграждая мне путь, и я снова оказалась заперта в его власти.

– Зачем?! – надрывно произнёс он, двигаясь на меня. Я отступала назад, пока моя спина не коснулась холодного ствола дерева.

Отступать было некуда, как и прятаться от его взгляда, который, казалось, проникал в самую душу.

– Потому что в этом виновата ты, мышонок, ты! – его голос стал глубже, угрожающе.

– Думаешь, легко держаться после всего? – он зловеще усмехнулся, взъерошив свои волосы, словно пытаясь совладать с бушующими внутри эмоциями.

– Ты манишь меня, чёрт возьми! – крикнул он так, что я дёрнулась, вжимаясь в ствол.

– Манишь своими глазами, своим поведением, своей душой! Я не могу не реагировать, ведь хочу видеть тебя, слышать! Думаешь, легко держаться подальше, когда твой запах заполоняет всё вокруг, заставляет думать о тебе?

Я удивлённо смотрела на него, ощущая, как горячие слезы текут по щекам, смывая границу между страхом и чем-то другим, неизведанным.

– Один твой невинный взгляд – и я у твоих ног.

– Одна твоя слеза – и я зол, готовый рушить всё и наказывать обидчиков.

– Одно твоё слово – и я схожу с ума! – прорычал он, наклонившись так близко, что я чувствовала жар его дыхания на своём лице.

Его глаза горели, отражая безумие, которое я сама же и вызвала.

Он поставил руку над моей головой, пристально наблюдая за мной.

– Как мне вести себя с тобой, если я не смог устоять, чтобы не увидеть, как ты качаешься на качелях, которые я сделал? – прошептал он мне на ухо, обдавая горячим дыханием, от которого по коже пробежали мурашки.

Я зажмурилась, сжимая кулачки, пытаясь лишь выдержать это всё. Зачем я спросила? Зачем?

Что мне теперь делать с этой информацией, которая так больно ранит меня?

Хьюго молчит, но я всем своим существом ощущаю, как он зол, как часто дышит, как его аура взбушевалась, словно буря, готовая поглотить всё на своём пути.

– Довольна моим ответом? – крикнул он, и я вздрогнула.

Я попыталась оттолкнуть его, и, к моему удивлению, у меня даже получилось.

Но я не успела убежать – он тут же поймал меня.

Брыкаться даже не было сил, я была слишком слаба, слишком поражена его ответом.

Хьюго сжимает меня так крепко, так горячо.

Я закрыла глаза, откидываясь на его грудь, чувствуя, как ритм его сердца отдаётся в моём.

– Как тебе моя правда? Что ты думаешь об этом? – спросил он. Я отрицательно качаю головой, не в силах выдержать того, что творится между нами.

Осознание того, что я могу быть ему небезразлична, радует, но одновременно пугает до глубины души.

Прижатая к его могучей груди, я, наконец, дала волю слезам.

Столько дней я держала их в себе, молчала, а теперь не выдержала.

Мысли о тёте, которая, я знала, рано или поздно придёт за мной, не остановившись ни перед кем, обрушились с новой силой. Что тогда я буду делать?

– Что же ты творишь со мной? – его голос был грозным и стальным, но руки, гладившие меня по спине, успокаивающе сжимались.

Даже сквозь ткань платья я чувствовала, насколько они горячие.

– Рушишь всё, что я так долго выстраивал около своего сердца, меняешь мой характер, заставляешь думать о себе.

– Не говори так, – хотела возразить я, но он не дал мне сказать ни слова.

Вместо этого он поцеловал меня, и земля ушла из-под ног. Я схватилась за него, боясь упасть, боясь этих чувств, которые он вызвал во мне.

Хьюго перехватил меня, взяв лицо в одну руку, чтобы я не отвернулась.

Его губы были такими горячими, он прижимал меня к себе, сжимал до такой степени, что я буквально таяла в его руках.

Я ответила ему, не в силах сопротивляться, не в силах оставаться в стороне.

Он обеими руками обхватил мою талию и целовал жадно и неистово.

Мурашки пробежали по коже, мои руки упёрлись в его грудь, пытаясь, наверное, найти опору в этом вихре эмоций.

Довольный рык, вырвавшийся из его груди, не заставил себя долго ждать.

Я отстранилась от него, закрывая глаза, чувствуя себя такой глупой, такой потерянной.

Что же я делаю? Что же делаю? Нельзя, нельзя привязываться.

Потом будет больно.

Хьюго заставил меня взглянуть на него.

Его сильные пальцы подняли мой подбородок, и я увидела, как в его глазах пылал огонь – огонь страсти, такой яркий, что казалось, он мог испепелить всё вокруг.

– Разрушила мой привычный мир, появившись так внезапно, – его голос был низким, властным, не терпящим возражений.

Он смотрел мне прямо в глаза, и я не отводила взгляд, не в силах этого сделать, словно его взгляд гипнотизировал меня, приковывал.

– Даже думать ни о чем не могу, кроме тебя, – он заявлял, и в его словах была такая мощь, что я чувствовала, как моё сопротивление медленно тает, уступая неведомой силе.

Его глаза загорелись диким, первобытным огнём, и я поняла, что он не шутит.

Его рука, такая сильная и одновременно нежная, пригладила мою щеку, убрала прядь волос за ухо.

Каждое его прикосновение было так горячо, что по телу пробегали волны мурашек.

Слезы снова навернулись на глаза от его слов, от этой необузданной страсти, что исходила от него.

Он прижал меня к своей груди, сжимая так сильно, так крепко, словно боялся, что я исчезну, растаю в воздухе.

Я уткнулась в его грудь, вдыхая его запах – такой мужской, такой терпкий и дикий, такой пьянящий.

Я закрыла глаза, позволяя ему обнимать, трогать себя, полностью отдаваясь этому моменту.

Моё тело отвечало на его прикосновения, дрожало от предвкушения чего-то неизбежного.

И вот он снова нашёл мои губы, завладев последними остатками моего разума, погружая меня в водоворот страсти, из которого, казалось, уже не было выхода.

Глава 47

Мэдисон

Хьюго целовал, и я отвечала ему. Отвечала, забыв обо всём на свете.

Разве не должна была оттолкнуть его, ударить за этот внезапный, всепоглощающий порыв? Мозг кричал «нет», но тело, тело вело себя иначе.

Я люблю его, эта мысль пришла в голову, завладев всём. Люблю, люблю.

Вместо сопротивления я целую, как умею, неловко, но отчаянно пытаясь отвечать ему. Его напор был оглушающим, как выдержать его?

А его хватка усиливалась с каждым мгновением, я чувствовала себя пойманной в ловушку.

Я держала его лицо в ладонях, мои пальцы чувствовали грубую щетину, напряжённые скулы.

Его запах – терпкий, мужественный, дикий – наполнял мои легкие, и мне это нравилось до безумия.

Я чувствовала, как он дышит, каждый его вдох и выдох отдавались вибрацией в моих ладонях.

Так странно ощущать такие чувства к нему, но не могу противиться самой себе.

Если уже полюбила, хотя сегодня утром оттолкнула.

Наше прерывистое дыхание было единственным звуком, оно казалось громким, оглушительным. А моё сердце, оно билось так бешено, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Нужно прекратить, я знала это, но как это сделать, когда он такой настойчивый, такой всепоглощающий?

Каждый его поцелуй, каждое прикосновение заставляло меня таять.

Его руки исследовали меня, прижимая сильнее, не давая отстраниться, а губы продолжали целовать.

Он углубил поцелуй, и я задрожала ещё сильнее.

Ещё немного, и я бы упала, ведь колени подкосились, голова кружилась от недостатка воздуха и избытка чувств.

Я не могла выдержать того, что сейчас творилось между нами, этой бури эмоций, которая сметала все мои защиты.

Но его сильные руки быстро подхватили меня, приподнимая над землей.

Вся слабость, которая только что окутывала меня, тут же пропала, стоило ему поцеловать меня вновь, коротко, но властно.

Он прижимает меня к себе так отчаянно, так мощно.

Продолжаю удерживать его лицо, мягко, необдуманно погладив по щеке. Новый рык не заставил себя долго ждать.

Его губы, что они творят, он так целует, что щеки краснеют, а я сама уже не знаю правильно это или нет, лишь продолжаю это безумие.

– Мышонок, – прошептал он, склонившись к моей шее. Его голос был хриплым, низким, он отдавал дрожью по всему моему телу.

Я смогла глубоко вздохнуть, но тут же упрямо закачала головой, пытаясь оттолкнуть его, восстановить хоть какую-то грань реальности.

– Хьюго, шептала я, мои слова были едва слышны.

Но вместо того, чтобы послушать, он вновь завладел моими губами, не давая даже опомниться, поглощая мои протесты, мои слова, мою волю.

И я снова утонула в нём.

Мы сошли с ума, безумие охватило нас обоих. Зачем мы делаем это? Эта мысль, ледяным уколом, пронзила моё сознание.

Если на днях всё закончится, если он разрушит нашу связь, нашу хрупкую связь.

Мне обидно, что изначально я была его, что это всё могло быть, а он собирается довести всё до конца.

Эта мысль отдавалась пронзительной болью в груди, но я не могла остановиться.

Он целует, а я не могу сопротивляться. Не могу. Этот мужчина, единственный мужчина, которому, кажется, позволено всё, и он сам это прекрасно знает.

Чувствую, как моя сила, моя внутренняя сущность, встрепенулась ещё сильнее, как мой огонь горит из-за него, питаемый его страстью.

Это пугает до дрожи, ведь он имеет на меня такое влияние, такую власть, что я теряю себя.

Мы столкнулись с деревом. Резко, но боли никакой не было, только глухой удар, который, казалось, лишь усилил его хватку.

Его руки продолжали изучать меня, скользить по телу, а губы целовать, клеймить каждый уголок, оставляя след на моей коже и в моей душе.

Сколько прошло времени? Минуты, часы? Я не могла сказать, мы не могли отстраниться.

Схватилась за его плечи, ведь выдержать не возможно, а он сжал мою талию, приподнимая.

Как он дышит, как я дышу. Это просто невероятно.

– Хьюго, прошептала еле отстранившись, отпусти меня, прошу отпусти, открыла глаза, но лучше бы этого не делала.

Столько огня было в его взгляде, он примкнул ко мне вновь, только с ещё большим напором. Мой писк потанул, он кусает, вжимается, трогает меня.

Внезапно он поднял меня на руки, не прекращая поцелуй и понес.

Я даже сообразить не успела, лишь сильнее прижалась к нему.

Темнота в коридорах даже не остановила его.

Замерла, прижавшись к его шее, оставляя там поцелуй.

Куда он меня несёт, почему так спешит, дрожу, крепче обнимая его.

Хьюго занёс меня в свои покои, спустил долго всматриваясь в меня. Была темнота, но его глаза, как же они горели в этой темноте, как жадно рассматривали меня.

Я сглотнула, когда он потянулся к моей щеке, погладив её. Закрыла позволяя ему эту ласку.

– Если ты хочешь уйти иди пока отпускаю, его хриплый голос нарушил тишину, я вздрогнула, когда он зарылся в мои волосы, распуская косу.

Было правильно бы сейчас уйти, спрятаться от этих чувств.

Но, если скоро всё закончится, если мы расстанемся, я не смогу подпустить к себе никого.

Хочу почувствовать его, хочу узнать, что значит любить и быть любимой. Хотя он никогда не говорил этих слов, но я чувствую это, всем сердцем чувствую.

– Зачем стоишь, беги пока есть возможность, прячься от меня, рычал он, схватилась за его руки, видя как он терзает себя, как мучается сам.

Продолжаю стоять на месте, понимая, что сегодня не смогу уйти, не смогу оставить его.

Ведь сердце требует его, тянется.

Останусь с ним, а потом будь, что будет.

Осторожно подошла к нему, не решаясь взглянуть в его глаза.

Мои руки невольно скользят по его телу, изучая в ответ, его мощная грудь, я обвела его пальцем, ощущая как он задрожал, как зарычал сильнее.

На мгновение улыбнулась, продолжая свою ласку.

Прижалась к нему, обвив его шею руками, мои ладони прошлись по его спине, гладя, выводя узоры, от которых он сходил с ума.

Это удивило, что он так реагирует на меня, что рычит, дрожит, просит.

Хотела убрать руки, но он не дал этого сделать. Сам закинул их на свою шею, прижимая ещё ближе к себе.

Приняла, выполнила то, что он хотел. Пальцами зарылась в его волосы, гладя, как это делал и он со мной.

Его рык сотряс всю комнату, теперь настала его очередь изучать меня. Я задрожала стоило ему коснуться меня.

Его руки были везде, я уткнулась лицом в его шею, ощущая как дрожу, как волнение становится сильнее, а чувства к нему больше.

Часто дышу, глаза не открываю, позволяя ему всё. Пока внезапно я не ахнула, стоило ему сжать моё бедро.

С укором взглянула на него, он словно этого и добивался, ведь нашёл мои губы вновь.

Уже ничего не имело значение, только его губы.

Люблю, люблю билась эта мысль в голове.

Полюбила его всём сердцем.

Не хочу уходить, не хочу оставаться одной, не хочу мёрзнуть без него.

Внезапные крики за окном, пронзившие тишину, заставили его замереть, остановиться.

Я часто дышала, тяжело, прерывисто, уткнувшись лицом в его грудь, ощущая каждый удар его мощного сердца, пока он продолжал сжимать меня, прижимать к своему телу, словно боясь отпустить.

Я покачала головой, чувствуя, как краснею до кончиков ушей, мои щеки горели огнём, а губы губы горели ещё сильнее, пульсировали от его поцелуев.

– Ты устроила пожар на улице, – хрипло прошептал он мне на ухо, и в этих словах сквозило странное восхищение.

Я зажмурилась, отчаянно качая головой.

– Мышонок, – шептал он, продолжая прикасаться ко мне, и эти прикосновения были везде, проникая под кожу.

– Хьюго, разве это правильно, сбивчиво, почти всхлипывая, говорила я, но его словно не колыхали эти слова, они пролетали мимо.

Он наклонился к моей шее, прикусив её, не сильно, но достаточно, чтобы я вскрикнула, от неожиданности и ощущения острого наслаждения.

– Ты бесподобна, – хрипло произнес он, и я буквально встала в ступор из-за его слов, из-за этого признания, вырвавшегося из его груди.

– Произнеси мое имя, – потребовал он, и я не понимала, зачем ему это надо, в чём смысл, но его голос был таким властным.

– Произнеси, – приказал он уже жестче.

– Хьюго, – прошептала я, его имя сорвалось с губ, словно заклинание.

Я видела, как его зрачки увеличились, поглощая радужку, как он наклонился ко мне, приблизившись так близко, так горячо сразу стало.

Я часто дышу, судорожно хватая ртом воздух.

Дотронулась до своих горящих щёк, до припухших губ.

Я не думала, что это так, не думала, что обычные поцелуи могут так действовать, вызывать такой водоворот чувств, такое безумие.

Я никогда об этом не думала, не переживала, а теперь мои два первых поцелуя украл он.

Мой истинный и одновременно мой любимый и единственный мужчина.

Эта мысль обжигала.

Хьюго приподнял мой подбородок, и я потерялась в этом взгляде. Как же он смотрит на меня.

В его глазах читалось столько всего: жажда, нежность, боль и что-то ещё, чего я не могла понять, но что заставляло моё сердце биться чаще.

Я закрыла лицо руками, пытаясь спрятаться от этой бури эмоций, которая захлестнула меня.

Он слишком глубоко залез мне в душу, раз я чувствовала столько всего: страх, желание, обиду, притяжение. Всё это смешалось.

Он молчит, но я чувствую, что творится с ним, неужели от также всё это ощущает.

Хьюго обнял меня, и я крепко схватилась за него, боясь.

Боясь того, что я чувствую. «Это взаимно», – билось в голове, но никто из нас не мог произнести это вслух.

Ведь у нас был изначальный договор, который, казалось, рушился на глазах.

Хьюго выругался, сжимая меня ещё сильнее, буквально впечатывая в себя.

Его руки скользили по моему телу, касаясь, исследуя, словно пытаясь запомнить каждую линию, каждый изгиб.

Его злость, смешанная с отчаянием, ощущалась почти физически, но в его прикосновениях была и нежность.

Слабость никуда не ушла, она всё ещё давила, но с ним, в его объятиях, её было легче переносить.

Его присутствие, его сила – это было моим единственным убежищем в этом водовороте чувств.

Я прижалась к нему ещё сильнее.

Часто дышу,когда он поцеловал меня в лоб, с каким трепетом он это сделал, я невольно прикрыла глаза.

– Что же ты творишь со мной? – хрипло прошептал он, его дыхание обжигало мою кожу.

– Я не должен здесь находиться, но уйти не могу, не могу! Он продолжал сильнее сжимать меня, будто пытаясь удержать не только меня, но и ускользающие остатки самоконтроля.

Я сама это понимала, сама чувствовала, как нас затягивает в этот омут, но не могла произнести ни слова.

Слова казались бессильными перед бурей, которая бушевала внутри.

– Согрей меня, – прошептала я сбивчиво, совершенно не понимая, о чём прошу.

Мой голос дрожал, слова казались чужими, слетевшими с моих губ помимо моей воли.

Его руки сжались на мне ещё сильнее, ответом на мою мольбу.

– Я боюсь оставаться одной, – продолжала я, сама не понимая, зачем говорю это.

В его глазах я видела отражение своего страха, своего отчаяния.