Текст книги "Лабиринты моих снов (СИ)"
Автор книги: Сандра Барро
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)
Глава 21
Марина
Утро восхищало своим теплом и спокойствием. Мы, позёвывая, собирались в беседке. Мама принесла кипящий чайник, поставив его на специальную подставку. Кристина вяло ковырялась в пиале с вареньем, вылавливая самые большие, налитые сиропом ягоды вишни.
– Дозвонилась я всё-таки до Оли. Можно сказать, практически напросилась к ней в гости. Она явно не хочет нас видеть, причины, не знаю. Короче. Сейчас моем окна, потом заскочим к моей маме, и к шести часам заедем к ней. Королева соизволит нас принять.
Было заметно, что Крис раздражена и обеспокоена поведением нашей подруги. Я пожала плечами и кивнула. Мне не очень хотелось вникать в проблемы Ольги, но, видя, как расстроена Кристина, я решила её поддержать.
– Да, надо съездить. Что-то я тоже уже волнуюсь. Обычно она так себя не ведёт.
После сытного завтрака нам с трудом удалось выпроводить маму и папу из дома. Мы отправили их в магазин, чтобы они купили продукты на неделю.
Зная скрупулёзность мамы, и нудность отца, ближайшие три часа были в нашем расположении. Быстро помыв окна, мы постирали, и развесили шторы во дворе. Наконец-то дождавшись любимых ворчунов из магазина, наскоро раздав рекомендации по приёму лекарств, распрощались с моими родителями. Потом заехали в гости к маме Кристины. Поцелуи, объятья, шуршание подарками, и разговоры за чаем про отпуск и работу.
Чувство усталости навалилось на меня, бетонной плитой. К шести часам вечера я была уже готова бросить всё и отправиться домой, но ситуация с Олей не давала мне покоя.
Когда подъезжали к дому, я заметила, что на кухне горит свет. Мы подошли к входной двери и набрали номер квартиры, но долго не было ответа.
Крис уже начала раздражаться и собиралась вернуться к машине, когда к нам подошёл мужчина. Он набрал код и открыл дверь, пропуская нас вперёд.
Консьержка кивнула, лениво хлопнув глазами, отвечая таким образом на наше нестройное приветствие. Знакомство с ней произошло давно, и наше появление вопросов не вызывало.
Поднявшись в лифте на нужный нам этаж, растерянно подошли к железной двери и нажали на звонок. Трель, оглушительным набатом ударила по ушам как гром среди ясного неба, разрезая гулкую тишину лестничной площадки.
Прислушиваясь к ожидаемым звукам внутри квартиры, мы нагнулись и едва не стукнулись лбами.
– Нет, как так можно? Она, что ушла? Ну и долго нам теперь двери целовать? Мы же договорились, – Кристина отошла к стене, облокотилась и, прищурившись, сложила руки на груди.
– Может, что-то случилось? – Вспомнив про дурацкую привычку Ольги не закрывать дом сразу по приходу. Я покачала головой и нажала на дверную ручку. Щёлкнул замок, дверь плавно отворилась, приглашая войти.
Ситуация напоминала сюжет из детектива и немного пугала. В коридоре плыл слабый запах парфюма, а ещё сердечных лекарств.
Осторожно двигаясь в полумраке коридора, мы направились в сторону кухни, откуда был виден свет. Кристина, идя впереди меня, споткнувшись о какую-то Ванькину игрушку, тихо выругалась и, подойдя к кухонному проёму, глухо вскрикнула, зажав рот рукой.
Оля лежала на спине, откинув в сторону руку, одна нога неестественно подвернулась, будто перед тем как упасть, она оборачивалась назад. Рядом валялась кружка. Вода тонким ручейком убегала под стол.
Я замерла на пороге, не сразу осознав увиденное. Её лицо было бледным, губы синими, а прозрачные веки трепетали. Кристина стояла рядом, всё ещё зажав рот рукой.
– Чёрт, Оля… – только и смогла прошептать я, ощущая, как сердце сдавливает страх.
Отодвинув Кристину в сторону, я бросилась к Ольке, опустившись на колени рядом с ней. В голове смешались вопросы и небольшая паника. Набрав воздуха в лёгкие и на секунду прикрыв глаза, я призывала саму себя, успокоится. Нужно как можно быстрее принять решение. В операционной, когда вокруг тебя коллеги, ты чувствуешь поддержку, и даже в самой экстремальной ситуации всегда находится верное решение. Беспомощность близкого человека, вводит в ступор. Так. Пульс. Я нащупала её запястье – слабый, едва уловимый ритм. Она была жива.
– Крис, звони в скорую! – закричала я, не отрываясь от Оли.
Кристина, всё, ещё находясь в оцепенении, не сразу сообразила, но потом дрожащими руками, начала рыться в своей сумочке в поисках телефона. Я же в это время пыталась понять, что могло случиться. Рядом валялись какие-то лекарства, пузырьки с сердечными каплями. Я не понимала, откуда они, ведь подруга никогда не жаловалась на сердце, иногда на головные боли.
– Оля, слышишь меня? Оля! – я осторожно потрясла её за плечо, но она не реагировала. Дыхание было коротким, поверхностным.
Кристина, наконец, набрала номер скорой. Её голос дрожал, периодически срываясь на рыдания, она пыталась объяснить диспетчеру, что произошло. Я же к этому моменту полностью взяла себя в руки, отобрав у неё трубку, кратко изложила ситуацию.
– Здравствуйте. Женщина, без сознания, сорок три года. Видимо, упала в обморок, когда пыталась принять лекарства. Рядом лежат сердечные капли, хотя никогда не жаловалась. Возможно, эпилептический приступ, последние время были жалобы на головную боль, перепады настроения, раздражённое состояние.
Пояснив, что являюсь медработником, выслушала рекомендации и приготовилась ждать бригаду. Секунды тянулись бесконечностью, ощущение тревоги росло с каждой минутой. Кристина ходила из угла в угол, неимоверно раздражая меня этим. Её лицо было искажено страхом и беспомощностью, безупречный макияж поплыл, и я практически пинками отослала её в ванную умываться. Сама же постоянно пыталась дозвониться Сашке.
– Боже, как же долго. Они сказали, что будут через несколько минут, мне кажется, уже прошла целая вечность, – прошептала Крис, войдя в кухню и встав возле стены.-Как думаешь, она… она поправится?
Я не знала, что ответить. Оля выглядела ужасно, и только слабое биение её пульса, которое я периодически проверяла, говорило о том, что она ещё здесь.
Время словно остановилось. Лишь короткое дыхание подруги, и хождение Кристины, нарушало тишину квартиры. Я держала Ольку за руку, пытаясь уловить хоть какой-то признак улучшения. Мне казалось, что она сейчас распахнёт свои огромные глаза, улыбнётся и подскочит готовить чай. Или начнёт жаловаться на проказы Ваньки.
Но её состояние оставалось неизменным. Внутри меня всё кричало: «Почему так долго»?
Крис подошла ко мне, её глаза по-прежнему были полны ужаса и растерянности. Она пыталась, что-то сказать, но её слова были едва слышны. Рыдания вырывались непроизвольно и, стараясь успокоится, она поднимала глаза к потолку и шумно дышала носом.
– Как ты думаешь, что с ней? Марин, ты же каждый день сталкиваешься с такими ситуациями, хоть какое-то предположение у тебя есть? – спросила она, прислонившись к стене, словно ища в ней опору. – Это действительно сердце? Она же не жаловалась…
– Не уверена, – ответила я, продолжая проверять пульс. – Может быть, это, что-то другое. Нужно сделать полностью обследование. Она ничего не говорила о лекарствах, ухудшения самочувствия или про другие недомогания?
Кристина покачала головой, её руки дрожали.
– Нет, ничего. Она всегда была здоровой. Только головные боли последнее время, но она думала, что это просто усталость и стресс.
Внезапно в сознании промелькнула мысль. Действительно, последние недели она была другой: раздражённой, замкнутой, говорила, что постоянно устаёт. Возможно, Оля скрывала что-то серьёзное?
Секунды текли как часы. Наконец, в тишине раздался долгожданный звук – сирена скорой помощи, подъезжающей к дому. Я вскочила и метнулась в коридор, распахнув двери, чтобы встретить врачей. На лестничной площадке послышались шаги и причитания консьержки, медики в ярко-синих жилетах, поспешно поднимались по лестнице.
– Она на кухне, – коротко сказала я, указывая направление.
Коллеги вошли в квартиру, их слаженные действия вселяли надежду. Я отошла в сторону, стараясь не мешать им, работать, но не могла оторвать взгляд от того, что происходило. Один из них приступил к осмотру, проверяя её жизненные показатели, другой готовил препараты.
– Пульс слабый, давление падает, – сказал молодой ординатор, быстро взглянув на меня. – Мне передали, что вы операционная медсестра, ваша подруга жаловалась на сердце?
– Нет, не жаловалась, – ответила я. Только на головные боли и перепады настроения. Но в нашем возрасте мы периодически жалуемся на это друг другу. Знаете ли, время пришло. Гормональные изменения в женском организме и прочее.
Врач на секунду задумался, бросив взгляд на пузырьки и таблетки, которые лежали на столе и валялись на полу рядом с Олей.
– Вы уверены, что она принимала эти лекарства? – спросил он, глядя на один из пузырьков.
– Нет, я не видела, чтобы она их пила. Мы пришли уже позже, но некоторые лежали рядом, на столе. Будто она собиралась их принять.
Врач нахмурился и указал на упаковку.
– Это серьёзное лекарство, его не назначают просто так. Может быть, она, что-то скрывала или принимала его без назначения?
Я почувствовала, как ледяная волна побежала по спине. Неужели Оля действительно скрывала от нас проблемы со здоровьем.
Доктор, что-то быстро записал себе в блокнот и не поднимая глаз, сказал;
– Везём в больницу. Соберите документы и одежду, сейчас принесём носилки. – продолжал медик. – Родственники у неё есть? Или вы можете поехать с нами.
– Да, конечно! – я уже схватила сумку, готовясь бежать за ними.
Одеваясь на ходу, я кинулась к комоду, где Оля хранила паспорт и полис. К моему облегчению они оказались на месте.
Подруга бестолково бегала за мной из комнаты в прихожую, растерянно заглядывая в глаза. Перед тем как выйти, я повернулась и, взяв её за плечи двумя руками, легонько встряхнула. Глубоко вздохнув, спокойно сказала:
– Кристина, соберись…Мне очень нужна твоя помощь, плакать будем потом. Пока оставайся здесь, дозвонись Сашке, собери вещи в больницу и осторожно поговори с родителями Оли. Возьми ключи от машины. Я позже позвоню и скажу, куда тебе ехать.
Её губы дрожали, она вытерла дорожки слёз тыльной стороны ладони и часто закивала…
Вручив Кристине документы на автомобиль, я вновь попросила её связаться с Сашей. Торопливо побежала вниз за врачами и нырнула во внутренности жёлтого реанимобиля. Эта ночь обещала быть долгой. Я не знала, что нас ждёт дальше, но одно было ясно: Оле срочно нужна помощь.
Глава 22
Амир
Когда мы прибыли в штаб, нас встретил представитель, который уже был в курсе нашего расследования.
– Здравствуйте. – сказал он, пожимая нам руки. – Для начала вы можете поработать в архиве, мы приготовили все необходимые документы.
Подведя нас к столу, где лежали разные папки, он, посмотрев на часы, сказал:
– Как только вы найдёте нужную информацию, нажмите на кнопку, мой секретарь поможет вам и проведёт в кабинет.
С этими словами он удалился, а мы с Русланом сели за стол и углубились в документацию.
Прошло несколько часов, мы искали любые следы, которые могли подтвердить наши догадки.
– Посмотри, – Руслан передал мне папку, – похоже, это то,что мы ищем.
Я внимательно изучил записи. Они указывали на то, что Шамиль участвовал в нескольких террористических актах, а также на его связи с крупными криминальными группировками.
– Это он, – Руслан протянул мне фотографию. – Я помню его ещё, когда он был молодым, конечно, сейчас он уже изменился, но эти безумные глаза, я не забуду.
Мой друг встал и подошёл к окну, потом устало провёл руками по лицу.
– Знаешь, я был уверен, что его забрал шайтан. Такие люди не должны существовать. Он собрал в себе, всевозможные людские пороки, какие только могут быть. Ты помнишь то время? Если мы старались защитить свою страну, то он был уверен, что всё должно быть наоборот. Жестокий, беспринципный, и что самое страшное, идейный. Мне всегда казалось, что он сумасшедший.
Руслан снова сел за стол и стал внимательно изучать документы. Затем он показал мне ещё один снимок, на котором был изображён Шамиль.
– Взгляни, – произнёс он, передавая мне пожелтевшее фото, – это определённо он, но кто это рядом с ним?
Мы внимательно рассматривали изображение. Эти люди на снимке были нам не знакомы, и они явно выглядели как боевики.
Я взял фотографию и вгляделся в лица людей, окружавших Шамиля. На фото были запечатлены суровые, измождённые мужчины в камуфляжной форме, с холодными, безжизненными взглядами. Их лица были такие же жестокие, как и у него, это говорило о том, что они часть его мира – мира, который не знал ни пощады, ни сострадания.
– Мы видели таких, Руслан… – сказал я, поднося фотографии ближе к глазам. – Они готовы пойти до конца.
Руслан нахмурился и покачал головой.
– В этом и есть его сила, – проговорил он. – Шамиль не просто собрал вокруг себя случайных людей. Он создал сеть, где каждый знает место и выполняет свою задачу. Нельзя недооценивать его.
Мы вернулись к папкам, надеясь найти хоть намёк на личности тех, кто окружал Шамиля. Страницы документов мелькали перед глазами, пытаясь утаить правду, под слоем пыли, накопившейся за годы. Внезапно я наткнулся на пометки, сделанные вручную на полях отчёта.
– Смотри, – сказал я, подавая лист Руслану. – Здесь сказано, что несколько лет назад у него была встреча с представителями одной влиятельной международной группировки.
Руслан нахмурился и пробежал глазами по тексту.
– Встреча в Восточной Европе…Организация с закрытой структурой. Я слышал про них. Они финансируют террористические группы по всему миру.
Ситуация становилась всё тревожнее. Если предположить, что Шамиль не просто сумасшедший одиночка, а человек, который, замешан в международные схемы, то масштабы его влияния, могут быть гораздо серьёзнее, чем мы предполагали.
Руслан стиснул зубы, нервно постучал пальцами по столу и выдохнул.
– Кажется, наш противник намного сильнее, чем мы рассчитывали.
В этот момент в дверь кабинета постучали. Мы замерли, но почти сразу вспомнили слова нашего куратора – должно быть, помощник пришёл узнать, нашли ли мы, что-то важное. Я бросил взгляд на Руслана, он кивнул и пригласил парня войти. Отобрав нужные нам документы, помощник зарегистрировал их в книге выдачи, и предложил нам следовать за ним.
Мы вышли из комнаты и направились к кабинету представителя. Внутри он просматривал какие-то папки, когда мы вошли, поднял голову, встретив наш взгляд, кивнул.
– Что-то нашли? – спросил он, присаживаясь на край стола.
– Да, мы наткнулись на фотографии Шамиля, где есть несколько людей вокруг него. И ещё вот это. – Руслан выложил перед ним фото и листы с пометками на полях.
Представитель внимательно изучил снимки, его брови резко сошлись.
– Да, это не дружеская фотография на память, – произнёс он через некоторое время. – Эти люди – часть одной из самых опасных группировок.
Руслан кивнул, его лицо было напряжённо.
– Поэтому это не просто расследование. Это вопрос безопасности. Нам нужны полномочия, чтобы взять под контроль ситуацию. А также помощь столичных властей.
Представитель кивнул, понимая всю серьёзность.
– Хорошо. Я сделаю всё возможное. Но будьте настороже. Если Шамиль и его подельники готовятся к чему-то, мы должны быть первыми, кто это остановит.
С этими словами он начал набирать номер на телефоне, а мы, не отрываясь, смотрели на него. Нам нужно было действовать незамедлительно, пока не стало слишком поздно. Возвращаться в Москву нужно как можно быстрее. Чтобы уже полностью взяться за расследование, также было ясно, что помощь столичных коллег, нам теперь просто необходима.
Покидая кабинет, ощущали тяжесть на плечах. В сумраке коридора каждый шаг отдавался гулким эхом. Руслан шёл рядом, его взгляд был устремлён вперёд, но я знал, что сейчас его мысли витают где-то далеко, за пределами этих стен.
– Как думаешь, ситуация действительно настолько серьёзна? У нас есть шанс перехватить инициативу? – спросил я, нарушая тишину.
Руслан остановился, как будто собираясь с мыслями, а затем тихо сказал:
– В таких играх выигрывает тот, кто действует на шаг вперёд. У Шамиля есть ресурсы и связи, а у нас только то, что нам удалось собрать. Пока время играет не на нашей стороне, и это приходится признать. Мы вступили в игру случайно, если бы ему не захотелось мстить Саиду, то мы бы, так и считали его мёртвым. Его одержимость и сумасшествие, вот та ниточка, которая поможет распутать это дело.
Его слова не слишком обнадёживали, но я знал, что мы не привыкли сдаваться. Также оба понимали, что даже небольшая информация может стать ключом, который откроет все двери.
Мы вышли на улицу, холодный вечерний воздух ударил в лицо. На обочине стояла машина, на которой мы сюда приехали. Имран открыл пассажирскую дверь и жестом пригласил нас сесть на заднее сиденье.
Как только мы устроились, он, повернувшись, передал мне папку и билеты на самолёт.
– У меня распоряжение, доставить вас обратно в аэропорт. Эх, ну что за жизнь…Хотел пригласить вас в гости и порадовать своим шашлыком. Но раз в этот раз не получается, берите сзади сумку, там моя мама вам самсу передала, и чай в термосе.
Руслан, улыбаясь, с наслаждением вдохнул аромат свежей выпечки из пакета и блаженно произнёс:
– Брат, пусть Аллах дарует вам с мамой долгих лет жизни! Вы буквально спасли нас от голодной смерти.
Он передал мне самсу, и налил чай в кружки, мы в две минуты проглотили все, что было, и довольно откинулись на сиденье.
В аэропорту мы тепло попрощались с этими внешне суровыми мужчинами и поспешили в зал регистрации.
Когда мы оказались на борту самолёта, усталость начала накрывать с новой силой. Руслан звонил в Москву, координируя наше прибытие и запрос на поддержку. Практически весь полёт, обсуждали план действий: связаться с оперативниками, подготовить все доступные ресурсы, и взять под наблюдение каждый потенциальный выезд из города на тот случай, если вдруг Шамиль решит уйти в подполье. Вопрос был в том, где он сейчас и что планирует.
Наконец-то мы прибыли в Москву, где нас уже ждали коллеги. Не прошло и часа после посадки, как мы оказались в тесном кабинете в окружении сотрудников из разных подразделений. Началась напряжённая работа: мы изучали связи Саида, проверяли имеющуюся информацию об убийстве Олега Кузнецова и сверяли данные по каждому человеку, который мог быть причастен к этому делу.
В два часа ночи мы вернулись домой, очень уставшие и без сил. Быстро приняв душ по очереди, мы с удовольствием растянулись на кроватях. Я не выдержал и написал Марине сообщение.
«Привет, я в Москве».
Две блёклые галочки, вспыхнули синим цветом, дав понять, что сообщение прочитано. Но ответа так и не последовало. Промучившись ещё минут пятнадцать, постоянно заглядывая в телефон, я незаметно для себя, провалился в спасительный, благодатный сон.
Глава 23
Марина
Не знаю, как так получилось, но с детства, когда я оказывалась в экстремальной ситуации, я словно видела себя и всех вокруг как бы со стороны. Это позволяло мне отстраняться от происходящего и принимать факты спокойно, без лишних эмоций.
Когда мимо меня пронеслись врачи с каталкой, в которой находилась моя подруга в бессознательном состоянии, я не стала ломиться следом.
Взяв себя в руки, спокойно передала документы и информацию, что касалось Ольги в регистратуру. После этого я невозмутимо вернулась на этаж реанимационного отделения. Вокруг сновали люди в спецодеждах, врачи, медсестры, и младший медицинский персонал.
Я не знала, что делать дальше, ведь теперь я оказалась в совершенно иной ситуации. Впервые я осознала, как люди могут переживать, ожидая вердикта. Время тянулось. Я встала и, чтобы занять себя чем-нибудь, подошла к аппарату, купить кофе. Затем вернулась к дверям реанимации и села на кушетку.
В сумке завибрировал телефон, и я, поставив стаканчик рядом с собой, принялась искать источник звука.
– Марина, ты как? Что у вас там происходит? – судя по разговору, Кристина пришла в себя и уже могла нормально общаться, произнося членораздельные звуки.
– Пока ничего, жду хоть какую-то информацию, сижу возле реанимации, – сказала я, и потом сразу спросила. – Ты где? Сможешь приехать?
Было ясно, что Крис немного успокоилась и могла сесть за руль. Подруга, что-то пробормотала себе под нос, а потом устало сказала:
– Короче, я в машине, скажи точный адрес. До Саши, так и не дозвонилась. Родителям Оли сказала, что она отравилась чем-то, и мы с ней сейчас. Беспокоится, типа нечего. Марина, что мне делать?
– Приезжай ко мне. Я думаю, что сегодня меня к ней не пустят. Но я всё равно жду доктора. Он должен выйти и сообщить, как она себя чувствует.
Крис немного помолчала, а затем я услышала, как она заводит машину и тяжело вздыхает.
– Хорошо, я еду, жди меня.
В очередной раз набрала мужа, но вредная женщина, английским языком сказала мне, что телефон недоступен, или находится вне зоны действия сети.
Время тянулось. Каждый раз, когда открывались двери реанимационного отделения, выскакивала. Я всё же надеялась, что удастся поговорить с врачом. Мимо меня проходили сотрудники, стремительно уходя по своим делам. Уже немного отчаявшись, прикорнула. Вдруг почувствовала, что меня трясут за плечо…
– Девушка…Вы ждёте информацию, по Ольге Нозарчук?
Встрепенувшись, я не сразу поняла, где нахожусь. Но, вспомнив всё, вскочила и увидела молодого человека в белом халате. Светловолосый, с голубыми глазами и модной стрижкой, мне он показался студентом-интерном. Но присмотревшись к усталому лицу, с небольшим морщинками вокруг глаз, поняла, что передо мной врач-реаниматолог.
– Да, жду, – я быстро пришла в себя, собираясь с мыслями. – Скажите как она?
Врач кивнул, жестом предложил мне сесть обратно на кушетку. Он вздохнул, явно подбирая слова.
– Её состояние стабильно тяжёлое, – начал он, немного помолчав. – Мы провели необходимые мероприятия, сейчас она подключена к аппаратам жизнеобеспечения. Точный диагноз пока не подтверждён, но похоже на серьёзное токсическое поражение, вызванное лекарственным препаратом.
– Значит, ей уже лучше? – переспросила я.
– Лучше, чем было при поступлении, но пока рано делать выводы, нужно провести обследование. Результаты анализов будут готовы через несколько часов, – врач чуть нахмурился. – Нам потребуется время, чтобы оценить, как справляется её организм. Сейчас главное – покой.
Я кивнула, пытаясь переварить услышанное. Хотелось задать ещё сотню вопросов, но понимала, что ответов пока не будет.
Он вздохнул, провёл рукой по лицу и продолжил:
– Поезжайте домой, нет смысла здесь находится. Вы можете оставить свои контакты, мы сообщим, если будет что-то срочное.
– Да, да, вы правы. Я медик, и всё прекрасно понимаю. Спасибо вам, доктор, – тихо сказала я.
Он слегка наклонил голову, встал, поправил халат и, кивнув на прощание, поспешил обратно за двери реанимации. Я осталась сидеть в пустом коридоре, обнимая себя за плечи.
Спустя несколько минут, я услышала знакомый стук каблуков. Обернувшись, увидела Кристину, которая быстро шла в мою сторону.
– Ну что? Что они сказали? – выпалила она, едва подойдя.
– Она стабилизировалась, но пока в тяжёлом состоянии. К ней не пустят, – коротко ответила я.
Кристина тяжело выдохнула и села рядом со мной на кушетку.
– Боже, как всё это страшно, – сказала она, прикрывая лицо ладонями. – Что нам делать дальше?
– Ехать домой и ждать, – ответила я, чувствуя, что другого варианта нет.
Мы ещё немного посидели, слушая отдалённый, больничный шум. Кристина протянула мне ключи от машины, и мы побрели на выход.
Дорога домой проходила в молчании, я вела машину по пустой трассе, в голове обрывками вставали сцены из пережитого вечера. Крис, откинувшись в кресле, смотрела в окно, периодически вздыхая. Раздался телефонный звонок, взглянув на дисплей, поняла, что звонит муж. Не отвлекаясь от дороги, нажала на громкую связь.
Саня взволнованно затараторил в трубку.
– Марина. Что у вас там произошло? Двести звонков от тебя и Кристины. Что случилось?
– Ольга в реанимации, отвезли в областную больницу, отравилась каким-то лекарством, – сдержанно ответила я. Рядом опять всхлипнула Кристина, и я недовольно взглянула на неё. – Она без сознания, стабильно тяжёлая, будут обследовать. К ней не пускают. Едем домой.
В трубке повисла тишина, потом Сашка выругался и сказал:
– Чёрт, что там у неё случилось опять? Ты думаешь, она специально наглоталась?
– Сань, я не знаю…Когда мы пришли, она уже лежала, рядом валялись таблетки, ранее она постоянно жаловалась на головную боль. Мы с Крис вымотанные и морально, и физически. – устало ответила я, сворачивая на указатель.
Муж немного помолчав, произнёс:
– Ясно. Ты давай веди машину аккуратно, сейчас я позвоню туда, узнаю. Поезжай домой, отдыхай. Утром приду, всё расскажу.
Подъезжая к нашему микрорайону, я предложила Кристинке переночевать у меня, но если честно, мне невыносимо хотелось уединения. Помыться и улечься в свою кроватку, а не принимать гостей, даже если это самая любимая подруга. Снова переливать из пустого в порожнее, и слушать умозаключения, о том, что могло произойти в самом деле с Ольгой, у меня просто не было сил.
Крис отрицательно покачала головой и устало произнесла:
– Спасибо тебе Мариш, но нет. Я очень хочу домой, да и ты тоже выжатая как лимон. Давай до метро. Дома шаром покати, а ближайший магазин только там. Быстренько куплю, что нужно и напрямик через парк добегу. Руслан написал, они возвращаются.
Я покачала головой и ничего не ответив, притормозила возле остановки. Переход с красной буквой «М» виднелся неподалёку, чмокнув меня в щеку и пробормотав «спишемся» Крис, накинув капюшон на голову, быстрым шагом, поспешила в сторону.
Видимо, там наверху решили, что мне на сегодня достаточно впечатлений, и парковочное место нашлось сразу возле подъезда. Чему я несказанно обрадовалась.
Войдя домой, я сняла обувь и прошла в ванную, открыла кран, налила пену.
Всё. Хочу вина…
Лёжа в ванной, услышала звук пришедшего сообщения. Я взяла в руки телефон и увидела, что это сообщение от Амира.
«Привет, я в Москве».
Ну и хорошо. Очень, замечательно…А от меня, что ты хочешь? В моей жизни и так хватает событий. А также, всяких эротических снов с тобой в главной роли…
Выхожу из ванной, надеваю пижаму. Перед тем как выключить телефон, пишу сообщение Сашке. « Я дома. Уже легла, жду утром». Выключаю телефон и ложусь в кровать, моментально проваливаясь в сон.
