Текст книги "Лабиринты моих снов (СИ)"
Автор книги: Сандра Барро
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)
Глава 6
Марина
Сашка рассматривал карту и сравнивал её с информацией в навигаторе. Не хотелось застрять где-то в горах, где нет интернета, и потеряться. Он завёл машину, включил любимое радио и весело сказал:
– Так, девочки! По коням! Сегодня я покажу вам самую красивую дорогу Кавказа. Джылы-Су – это природное урочище в Кабардино-Балкарии. Красота там необыкновенная: Эльбрус виден как на ладони! Но это если с погодой повезёт.
Муж радовался предстоящей поездке как ребёнок. Дорога намечалась красивая, но местами опасная, с затяжными спусками и подъёмами, поэтому Саша перед поездкой внимательно проверил колёса и тормозные диски.
Олька с Кристиной на заднем сидении весело болтали и смеялись, погода была хорошая, но мне почему-то было тревожно. Сердце периодически замирало, как испуганная птица, попавшая в силки, а потом вновь трепыхалось, пропуская удары. Даже шикарные виды вокруг не помогали успокоиться. Меня мутило, не хватало воздуха, и хотелось вернуться домой.
Сашка, видя моё состояние, встревоженно поглядывал на меня.
– Марин, что с тобой происходит в последнее время? – спросил муж, повернув ко мне голову. – То ты сидишь и смотришь в одну точку, то вздрагиваешь. У нас всё нормально?
Саша выделил слово «нас» и задумчиво посмотрел в мою сторону.
Я попыталась улыбнуться, но вышло как-то кисло. Стараясь оправдаться, поспешно ответила:
– Нет! Что ты! Все хорошо, просто последнее время как-то навалилось. От работы ещё не отошла, по Настюшке скучаю. И столько впечатлений сейчас хороших, что сама не понимаю, откуда такие перепады настроения.
Держа одной рукой руль, другой дотронулся до щеки и, заправив локон за ухо, муж спросил:
– Малыш, ты себя хорошо чувствуешь? Что-то болит? Перепады высот и температур нормально переносятся?
Я тихонько засмеялась и отрицательно покачала головой.
– Иногда закладывает уши и небольшая тахикардия, а так, доктор, всё в пределах нормы и возраста.
– Сейчас будет смотровая площадка, остановимся, отдохнём и подышим полезным горным воздухом, – сказал Саня.
Между нами вклинилась голова Кристины.
– Что вы тут делаете, «пенсионный фонд»? Антонова, включи, и ей сразу полегчает.
Я щёлкнула Кристинку по носу и, сделав злые глаза, смешно прогундосила:
– Ну не всем же быть молодыми, сексуальными ведьмами, которые едят всё, что не приколочено, пьют как полковые лошади и не толстеют. Есть и обыкновенные женщины, у которых хрустят колени, и поднимается давление.
Подруга хохотнула и ехидно передразнила меня.
– Не прибедняйся, Маринка! Её Величество Гиалуронка и Пресвятой Ботокс – вот наши лучшие друзья! Нам с Ольчонком, ой как надо ушками шевелить, чтобы выглядеть достойно. А кому-то повезло по жизни с эластичной кожей, и хорошими волосами. Умоется, огуречным лосьоном, протрёт мордашку, и стоит, хлопает зелёными глазищами.
Оля молча ткнула Кристину локтем, давая понять, что она неправа. Крис, откинувшись на сиденье, посмотрела на неё и прошипела:
– В зеркало посмотри, а то тушь потекла! Пихается ещё!
Я развернулась и, передала Оле зеркало с салфетками, потом дотронувшись рукой до Кристины, примирительно спросила:
– И какая муха нас вдруг укусила, что мы на родных подруг кидаемся с утра⁈ Я разве виновата, что молодо выгляжу? Это у меня наследственность такая, ты же сама говорила. И, кстати, я тебя давно просила втиснуть меня в твой плотный график, чтобы подпитать глаза. А у тебя конституция такая, что закачаешься. Нам с Ольчонком после одного пирожка очень долго надо сидеть на диете, чтобы не отвисало в разных местах.
Сложив руки на груди, Кристина, отвернувшись, смотрела в окно. После моего монолога повернулась, и с извиняющейся улыбкой ответила:
– Фигня какая-то. Действительно, чего это я завелась? Простите меня, девочки. Это всё Саня виноват со своим «трезвость – норма жизни и завтра рано вставать». Отдых называется! Носимся, как козы по горам, и ни разу в ресторан не сходили. У меня три платья шикарных невыгулянные.
Сашка закатил глаза и стал притормаживать, сворачивая на смотровую площадку.
– Так! Девочки, не ссорьтесь. Лучше валите всё на меня – я привык.
Мы втроём вышли из машины и в восхищении замерли на краю обрыва.
Горы поражали своей величественностью. Они одно из самых потрясающих и завораживающих творений природы. Именно в такие моменты приходит осознание всего, что с тобой происходит. Вот проживаешь свою жизнь, к чему-то стремишься, чего-то добиваешься, считаешь себя венцом творения. Но только стоя в горах, наблюдая великолепие, мощь и их непоколебимость, понимаешь, что ты всего лишь песчинка, мгновение. За тысячи лет до тебя кто-то также замирал в восхищении, и через многие века после тебя другие люди будут испытывать то же самое, ощущая своё ничтожество перед лицом вечности.
– Господи! Как же здесь красиво! Вот ради таких моментов я согласна вставать в пять утра и ехать несколько часов! – с восторгом произнесла Кристина и, повернувшись к нам, счастливо улыбнулась.
Сашка заглушил машину, и подойдя к нам с улыбкой, сказал:
– Ну наконец-то! Хоть чем-то угодил, а то только и слышу ваше недовольство.
Немного постояв в сторонке, он вернулся в машину и принёс мою кофту. Заботливо накинул её мне на плечи, а потом обозначил наши дальнейшие действия.
– Дальше будет экопарк Долина Нарзанов. Там позавтракаем, прогуляемся и посетим нормальный туалет. Потом со всем этим будут проблемы: дорогу только недавно открыли после зимы. Вряд ли до самого урочища найдём, что-то приличное.
Я зябко повела плечами, было довольно прохладно. Поставив рюкзак на землю, достала бутылку с водой и, отпив, сказала:
– Да, позавтракать, конечно, надо. И хорошо, если это будет кафе, где большая проходимость людей. Нам только проблем с желудком не хватало. Давайте тогда поедем уже.
Кристина пошла немного прогуляться в сторону сувенирной лавочки, где толпились беззаботные туристы. Местные продавцы, пытались урвать как можно больше в курортный сезон и настойчиво предлагали безделушки за большие деньги. Подруга вернулась недовольная, громко возмущаясь по поводу этой несправедливости.
Олька стояла с закрытыми глазами, подняв лицо к солнцу. Потом повернулась к нам и довольно улыбнулась.
– А мне всё нравится! – возразила она и достала телефон. – Что вы, нудные такие? Бу-бу-бу… Давайте поселфимся.
Мы начали фотографироваться, дурачась и смеясь. Сзади зашуршали шины по гравию. Обернувшись, мы увидели, как на обочине остановились два огромных чёрных джипа. Они просто стояли, блестя боками и тонированными стёклами.
Вокруг не прекращалась суета. Подъезжали ещё машины, и оттуда вываливались счастливые туристы. Перекрикивая друг друга, как наглые чайки, носились дети. Пыхтели сигаретами отцы семейств, деловито пиная колёса. Но из этих джипов так никто и не вышел. Меня вдруг опять накрыла паника: сердце скатилось вниз, а потом какими-то скачками кровь бросилась в голову, и резко затошнило.
Взяв в руки рюкзак, я тронула Сашку за плечо и сказала:
– Что-то у меня опять закружилась голова… Пойду посижу.
Сидя в машине, вытерла лицо и руки влажными салфетками. Раздался визг колёс. В боковое зеркало, увидела, как чёрные машины сорвались с места и исчезли из вида.
Я не понимаю, с чего вдруг такая реакция именно на эти машины. Наверное, нервы ни к чёрту. Нужно начинать пить успокоительное на постоянной основе. Хорошо, хоть последние время отступили эти непонятные сны. По приезду обязательно надо сдать анализы и сходить к врачу. Неужели это какие-то гормональные изменения в организме? Тогда будет понятно, откуда тревожность и перепады настроения. Лишь бы не какая-нибудь болезнь, или ещё того хуже – опухоль!
Глава 7
Марина
Открылись двери. Ребята шумно загрузились в машину, усаживаясь и передавая друг другу стаканы с водой. Через какое-то время мы заехали на территорию экопарка. Здесь, всё было благоустроено для туристического потока.
Народ приезжал экскурсионными автобусами, и просто, как мы, на личном автотранспорте. Оставив машину на парковке, прогулялись по территории, посмотрели, как носится детвора на ватрушках по тюбинг – трассе, и с удовольствием покушали в одной из кафешек. Вкуснейший горный чай и чебуреки сделали своё дело. Лениво переговариваясь, мы ехали по дороге, навстречу великолепному Эльбрусу. Который, как будто слегка снисходительно, периодически показывался нам во всей своей красе. Он подставлял то один бок, то другой, играя гранями и снежными вершинами в лучах яркого, весеннего солнца.
Муж сосредоточенно вёл машину десять километров в час. Поглядывая на спидометр, он взволнованно сказал:
– Я, конечно, предполагал, дорога будет сложная, но не думал, что настолько. Такие затяжные спуски и подъёмы, тормозные диски уже кипяток, похоже.
Опустив окно, я почувствовала запах горячего железа, и встревоженно ответила:
– Саш, нужно остановиться, вон подальше, видны какие-то постройки.
Он утвердительно кивнул и стал притормаживать.
– По-любому придётся останавливаться, нужно охладить диски, иначе без тормозов останемся.
До стоянки было несколько метров.
– Да чтоб тебя, придурок! Ты что творишь, гадёныш⁈-Сашка резко крутанул рулём вправо, мимо пронёсся белый внедорожник, буквально в полуметре разойдясь со встречной машиной.
Нас дёрнуло в сторону на обочину. Пытаясь выровнять машину, и объехать острые камни, муж нажал на газ, и тут послышался громкий хлопок. Пробило колесо.
В полной тишине мы завернули на площадку. Саня опустил голову на руль, посидев так несколько секунд, открыл бардачок и достал пачку сигарет.
– Саш, ты же… – я вовремя заткнулась, увидев его взгляд. Сзади меня за футболку дёрнула Кристина. Мы вышли из машины и уставились на распоротое переднее колесо с моей стороны.
Кристина повернулась к Саше и, протянув руку, сказала:
– Дай-ка мне тоже, чтобы дым пошёл. Вот и съездили.
Оля куталась в куртку. Воздух в горах был гораздо холоднее, чем внизу. Я присела посмотреть поближе на ситуацию, но и так было понятно, что дела наши плохи.
– Какие предложения есть? – Кристина затянулась и, поморщившись, откинула сигарету в сторону.
Саня, открыв багажник, начал доставать вещи и перекидывать их на заднее сидение. Стараясь сохранить спокойствие, деловито сказал:
– Запаска у меня есть, шиномонтаж я видел на выезде из города, как-нибудь дотянем. Вот только боюсь, чтобы домкрат не подвёл. Последний раз, когда пользовался, там ручка треснула. Как у меня вылетело из головы, заменить перед отпуском…
Мы заворожённо смотрели, как Санек подвёл домкрат под днище, и, наверно, старались даже не дышать. Несколько движений прошли нормально, и мы уже дружно вздохнули с облегчением, но, как говорится, это был явно не наш день. Раздался треск, грохот и виртуозный, трёхэтажный мат в Сашкином исполнении.
Мы втроём сидели на лавочке и гипнотизировали пробитое колесо. Будто от этого произойдёт чудо, ужасная дыра затянется, и мы, опять, весело покатим по горным дорогам навстречу приключениям. Саня бродил по периметру, выискивая, какую – нибудь железяку, которую, можно было бы использовать вместо рычага.
– Слушайте, ну нужно же, что-то делать! Мы же не в средневековье живём, давайте звонить куда-то. – Чуть не плача, сказала Оля, и обняла себя руками. Курточка на ней была тоненькая, а ветер поднялся достаточно порывистый.
Кристина покрутила у неё перед носом телефоном и фыркнула:
– Думаешь, мы дурнее паровоза? Связи нет…
– У меня тоже, – буркнула я и подняла трубку повыше. – Хоть пешком на Эльбрус беги.
Крис мечтательно подняла глаза к небу, и, закинув руки за голову со смехом, сказала:
– А что, девы… Остаёмся здесь жить, сарай вон подходящий есть. Баранов заведём, курочек там всяких. Сане надо бороду отрастить, и будет по горам на коне скакать, как джигит. Коров научимся доить, сыр делать будем, заживём…
Олька истерически хохотнула и зло ответила:
– Конечно, мечтай. Кому ты здесь нужна? Тебя и там никто не ждёт. А у меня родители, Ванька. Тебе хорошо говорить, живёшь одним днём. Нужно делать что-то…
Я вскочила и дёрнула Ольгу за руку.
– Что ты несёшь, прекрати сейчас же истерику. Никто здесь не останется, всего лишь пробило колесо, мы не на необитаемом острове.
Кристина подошла ко мне и стала поправлять шарф.
– Марин, не надо, она права. Я никому не нужна, моя жизнь полная – безнадёжность. Обидно, но ладно. Только не забывай, Олечка, что мы все под Богом ходим, и одно слово, брошенное в сердцах, вернуться может стократно.
Я обняла Кристинку, она, уткнувшись лицом мне в плечо, судорожно вздохнула. Сзади заревела Олька и, закрывая ладонью рот, промычала:
– Господи, девочки, Кристиночка… Девчонки, простите меня, пожалуйста. Я не хотела обидеть. Правда. Ну пожалуйста, я не хотела… Очень испугалась…
Олю била крупная дрожь, она заикалась и постоянно просила прощения. Слёзы лились рекой. Это была настоящая истерика. Я встряхнула её хорошенько и налила из термоса чая, предварительно добавив туда коньяка. Заставила пить мелкими глотками. Зубы стучали об кружку, она отталкивала её, и мы уже вдвоём с Крис прижимали Олю к себе, уговаривая, как маленькую девочку успокоится.
Мы стояли, обнявшись. Олька, уже успокоившись, периодически вздыхала, уткнувшись Кристине в шею. Она виновато, тихо шептала:
– Девчули, вы не обижайтесь, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло. Будто это не я говорила, как эта гадость из меня полезла, не понимаю.
Потом подняла лицо и, посмотрев нам за спину, сказала:
– Ой, а вот, похоже, и помощь…
Возле Сашки остановились два чёрных внедорожника, и из них стали выходить мужчины в военной форме. Один из них повернулся в нашу сторону и посмотрел долгим взглядом. У меня моментально ослабли ноги, и потемнело в глазах. Воздух вокруг сгустился, стал вязким, как мёд, и я не сразу смогла вдохнуть. Почувствовала, как холодной волной накатила паника.
Мелкими глотками, стараясь протолкнуть в себя воздух, попыталась унять внезапную слабость. Олька, видя мой испуг, тоже напрягалась, быстро вытерла ладонью мокрые от слёз щёки и вцепилась в рукав моей куртки. Кристина сжала мою руку, словно почувствовав, что я теряю равновесие.
– Спокойно, – тихо сказала она, но голос у неё был натянут как струна. – Что вы так напряглись? Понятно, что эти бородачи в камуфляже, испугают кого угодно. Но, это же военные, и с нами всё-таки Саша. Просто садимся на лавочку и не отсвечиваем. Мужчины разберутся.
Мы развернулись и, взявшись за руки, пошли в сторону постройки. Сев на лавку, поплотнее прижались к друг другу, мелко трясясь от порывистого ветра. Девчонки, что-то говорили, но я никак не могла вникнуть в суть. Сердце билось так громко, что, казалось, его могли слышать все вокруг. Наблюдая за мужчинами, я опять ловила на себе пронзительный взгляд, испытывая неловкость. Мне хотелось вскочить и куда – нибудь спрятаться. Кристина повернулась, посмотрела на меня и обняв, притянула к себе.
– Боже, ты прям ледяная, давай я тебя немножко согрею.
Я с благодарностью прижалась к ней и, закрыв глаза, постаралась унять дрожь и немного успокоится. Через пару минут, Оля толкнула нас, и взволнованно, торопливо зашептала:
– Смотрите, девочки, Саша куда-то уезжает…
Глава 8
Амир
– Вот то, что ты просил, – сказал, Руслан протягивая мне папку. – Как я понял, тебя интересуют люди, которые сидели напротив нас в кафе. Я навёл кое-какие справки. Мурашов Александр Юрьевич, хирург в общеизвестной, областной больнице, его жена, Мурашова Марина Евгеньевна, операционная медсестра. Работают в одном месте, имеют взрослую, замужнюю дочь.
Дальше, Ольга Ивановна Нозарчук, живёт в ближнем Подмосковье. Числится в местной администрации, имеет пятилетнего сына, разведена. Ребёнок проживает с её родителями, сама видно в активном поиске, судя по соцсетям. Да. Ещё…Красивая такая брюнетка голубоглазая, Кристина Владимировна Ковалёва, не замужем, косметолог, имеет свой бизнес небольшой, знойная штучка такая. Брат, если дело в ней, ты мне так и скажи. В моём вкусе, но ради тебя я даже взгляд не накину.
Усмехнувшись и откинувшись на кресло, я прищурил глаза. С детства зная своего друга, и его отношения к красивым женщинам, я уже предполагал, что Руслан знает всю подноготную подружки моей Марьям. Ну что же, мне это даже на руку.
– Эй успокойся парень, дорога свободна, Кристина Владимировна меня совершенно не волнует. Вперед, и с песней, как говорится.
Руслан на минуту завис, складывая в своей голове разные варианты.
– Только не говори мне, что ты залип на блондиночку с ребёнком. Амир, я же знаю тебя вдоль и поперёк, это же совершенно не твой вариант.
Я не стал отвечать на этот вопрос и начал делать вид, что заинтересован какими-то документами.
Руслан стоял возле стола и задумчиво разглядывал меня в упор.
– Амир…Неужели тебя интересует Марина Мурашова, жена этого русского врача? Ты в своём уме!..-Руслан стал ходить из угла в угол, останавливаясь и проводя руками по лицу.
– Ты понимаешь, что ты хочешь сделать? Это чужая жена, на неё даже смотреть грех, ты хочешь взять себе чужое? У меня в голове не укладывается. Что с тобой происходит, ты хочешь опозорить всю свою семью?
Подняв тяжёлый взгляд на Руслана, я тихо произнёс.
– Сядь…Это, моя женщина, и я не отступлюсь, чего бы мне этого не стоило. Знаю, что всё звучит как бред сумасшедшего, но это именно так, слушай…
Рассказал про свои сны, про то, как узнал её. Как молился долгими вечерами, бесконечно читал дуа и азкары, пытаясь избавится от этого наваждения, но ничего не помогало, и я сходил с ума.
– Теперь ты понимаешь, что мне просто необходимо поговорить с ней. Я не знаю, что будет дальше, мне кажется, это каким-то дурацким сном. Проснусь, и всё, как раньше. Но теперь, встретив её и посмотрев ей в глаза, я уже не могу остановиться.
Руслан долго сидел, закрывая лицо руками, потом поднял на меня взгляд и сказал.
– Знаешь… Я даже немного тебе завидую, тому, что такое случилось в твоей жизни. Всё время мне говорили, как жить, что делать, и никто не спросил, чего хочу я. Родителей нет уже давно, но родственники постоянно указывают мне. Прячусь за работой и командировками, чтобы меня не женили на первой попавшейся девице, которой я нужен только как статус замужней и кошелька. Хочется, чтобы меня любили за то, что я есть, а не потому что так надо.
Поэтому готов помочь тебе во всём. Ты мой друг и брат, но сейчас мне нужно в мечеть. Я хочу помолиться. Вдруг Аллах услышит меня и вернёт тебе разум.
Встав из-за стола, я обнял его и, посмотрев с благодарностью в глаза, сказал:
– Я пойду с тобой. А завтра собери парней, нам всё равно нужно ехать в Пятигорск на днях. Сначала дела, потом остальное…
Друг, успокоившись, сказал.
– Я совершенно свободен в эти ближайшее три месяца, с тобой хоть к шайтану в пасть.
Руслан через турагентство узнал, где снимают дом Мурашовы с подругами, и мы заселились в гостиницу неподалёку от них.
Два дня наблюдая за этой компанией, мне было странно видеть, как живут вместе эти люди.
Как так, возможно, чтобы в одном доме жили все вместе, муж с женой и их незамужние подруги. Это было так удивительно и неправильно, ведь мужчина мог захотеть кого–то из них. Три красивые женщины в доме, это же с ума можно сойти. Русские люди какие-то, странные. Мужчина не реагирует на других женщин, а они не пытаются соревноваться между собой за мужское внимание.
Вечером мы подходили с Русланом к забору, и слышав заразительный смех, шутки, испытывали шок и недоумение.
Мужчина жарил шашлык, а женщины готовили салаты. Они доброжелательно подшучивали друг с другом, и обговаривали планы на следующий день. Наблюдая, как муж бережно обращался со своей женой, а с подругами, дружески и предупредительно, я несколько раз порывался, развернуться и уехать. Оставить всё так, как есть.
Мы слишком разные, что я могу сказать или сделать, чтобы эта женщина пересмотрела свою жизнь и стала моей. Но каждый раз, что-то удерживало. Хотелось просто перехватить её, когда будет одна, и посмотреть на реакцию, что вызовет моё появление. Хотел удостовериться, что я не сошёл с ума, и мои сны—не плод больного воображения, а именно то, что нам предначертано. Я устал ходить по лабиринтам моих снов в одиночестве. Мне нужна была она…
Руслан зашёл в номер, и бросил рюкзак на кровать. Посмотрев на меня в упор, сказал:
– Я сегодня стоял в магазине возле них на кассе, завтра они едут на Джилы-Су. Это их последняя экскурсия, послезавтра они уезжают.
Лёжа на кровати, я читал какой-то детектив, который нашёл на столике в фойе гостиницы. Не глядя на друга, перевернул страницу и безразлично ответил:
– Ну что же, нас тоже тогда ждёт увлекательная экскурсия, заодно заедем к Расулу, проверим, как идёт стройка нашего кафе. Руслан кивнул и пошёл в душ.
Утром, наблюдая, как все уселись в машину, мы на двух джипах тронулись за ними. Я заметно нервничал. Руслан несколько раз предлагал поменяться местами, и сесть за руль.
Когда мы остановились первый раз, я увидел, как моя женщина стояла на обрыве. Солнце золотило её волосы и кожу. Мне хотелось выйти из машины, и схватить её в охапку. Предварительно накрыть покрывалом, чтобы защитить от чужих взглядов. Потом отвезти к себе домой, закрыть, оградить и обладать единолично. Я абстрагировался от понимания, что она чужая жена, мне хотелось обладать этой женщиной, пусть даже весь мир перевернётся.
Руслан тоже нервничал и постукивал пальцами по коленям. Пытаясь меня отвлечь, он сказал:
– Брат, успокойся! Давай доедем до Расула и решим свои дела.
Здесь одна дорога, они никуда не денутся. Будем на урочище, там ты сможешь с ней поговорить. Мы поедем, а ребята за ними присмотрят.
Нехотя согласившись с доводами друга, нажал на педаль и сорвался с места.
– Ну что там? – Я сидел в машине и от скуки нажимал кнопки на рации. Руслан общался с Расулом, и видя, как тот машет руками и хмурит брови, я предполагал, что там не всё гладко.
Зашумела рация и один из ребят сказал.
– Амир, объект остановился, пробило колесо. Сидим наблюдаем.
– Наблюдайте. – сказал я и, выйдя из машины, призывно махнул рукой Руслану.
Через десять минут мы были уже на подъезде. Проезжая мимо своих парней, я притормозил, и кивком головы показал ехать за мной.
Мы остановились на площадке и вышли из машины.
– Здравствуйте, вам помощь нужна? – я старался выглядеть беспристрастно и по возможности не глядеть на женщин, которые стояли возле построек и мёрзли на холодном ветру.
К нам подошёл мужчина. Этот человек представился. С уважением всем пожал руки, познакомился с ребятами и сказал:
– Да, добрый день, у нас пробило колесо и, как назло, не работает домкрат, хорошо ещё не далеко отъехали.
Я с любопытством рассматривал её мужа, ведь он должен быть каким-то не таким, чтобы я с лёгким сердцем мог иметь право забрать у него мою женщину.
Но к моему сожалению я видел достойного соперника.
Он был отлично сложен, немногословен, и хорошо выглядел. Такие мужчины очень нравятся женщинам, а чтобы быть хирургом, нужно обладать выдержкой и здоровым цинизмом.
Я пристально посмотрел Руслану в глаза и сказал…
– Домкрата у нас тоже нет, поезжайте буквально пять минут отсюда, вам там все дадут. – Руслан, сгоняй по – быстрому с Александром, помоги решить вопрос, тем более женщины уже сильно замёрзли, – Я не глядя мотнул головой в сторону, где они сидели и делали вид, что просто решили посмотреть на Эльбрус, а колотило их просто от избытка чувств. Попросил парней достать термосы с горячим чаем и пакеты с домашними пирогами. Взяв несколько ребят с собой, направился к женщинам.
Я не терял надежды, поговорить с ней наедине…
*Дуа – мольба, прямое обращение к Всевышнему.
Азкары – слова поминания Аллаха или слова, которые считаются молитвой.
